взаимосвязанности стены и декора, выявляющего ее глубину в
пространстве. Итальянский декор превращается в схему, наложенную на поверхность
стены. При всех различиях в композиции объемов, в сюжетах декора памятники
1560-1570-х гг. объединяет одна главная особенность - использование
итальянизирующих мотивов в неклассической трактовке. В этих сооружениях при этом
нет явных готических мотивов, как в соборе Покрова на Рву или церкви Козьмы и
Аамиана в Муроме, но в них также присутствуют детали, не имеющие аналогий не
только в русской архитектуре предшествующего времени, но и в архитектуре
итальянского Ренессанса. Прежде всего следует указать на удивительный барабан с
экседрами в храме в Дьякове, или на огромную розетку на стенах приделов церкви
в Острове, Какие же мастера работали с середины 1550 и на протяжении
1560-1570-х гг. по заказу Иоанна Грозного? Мы знаем по материалам миссии Шлитте
о начале поисков западных мастеров за границами Италии в конце 1540-х гг., но
мы также имеем достоверные сведения о продолжении этих поисков в 1560-е гг.,
только уже не в Священной Римской империи, а в Англии. Существуют также документальные
свидетельства о том, что они увенчались успехом26. Пока известно имя только
одного английского каменщика, приехавшего в Россию в 1560-е гг. (Томас Чаффин),
но современники говорят о целой группе английских художников и ремесленников.
Характерно то, что царь пытался нанять в Англии и итальянских архитекторов,
видимо из тех, кто мог работать на службе королевы Елизаветы I. Существует
также указание исследователя русско-английских связей И.Х. Гамеля на то, что в
1570-е гг. на голландских кораблях к Соловецкому монастырю приезжали
итальянские художники и мастеровые, которые были отправлены затем в Москву27.
Нам не удалось пока найти документальных источников этого сообщения.
Архитектура и немногие документальные свидетельства позволяют поставить вопрос
о работе в середине - второй половине XVI столетия мастеров из Средней и
Северной Европы. В пользу такого предположения может, со своей стороны,
свидетельствовать и узость круга этих построек, его ограниченность придворными
сооружениями. В конце XV - первой трети XVI в. происходит встреча двух
различных архитектурных культур, когда мастера, обладающие ренессансными
представлениями о форме и организации пространства, оказываются в реальности
Позднего Средневековья. Теперь же, в середине - второй половине столетия,
приезжают мастера, которые находятся на аналогичном уровне понимания
архитектурных открытий Ренессанса, что и русские заказчики и русские зодчие. Не
случайно их принадлежность европейской традиции проявляется не в ренессансных
элементах, а в готических. Поэтому обращение к итальянским мотивам в
архитектуре эпохи Грозного нельзя рассматривать просто как результат
намеренного возврата к архитектуре первой трети XVI в. В придворном
строительстве ,1560-х гг. впервые в русском зодчестве происходит создание
собственной оригинальной системы итальянизирующей декорации. Катализатором в ее
создании стало строительство самого программного произведения царствования
Иоанна Грозного - Покровского собора на Рву. Многослойный символический образ
этого храма требовал принципиально нового художественного языка, адекватного
уникальному идейному замыслу. Сочетание сложной символической программы и
мастеров европейской выучки привело к "иконографическому" взрыву,
одним из результатов которого стало образование нового направления в придворном
строительстве. Однако оно не осталось локальным явлением для развития
архитектуры XVI столетия. Выработанные здесь приемы архитектурной декорации
стали наиболее распространенным типом фасадной композиции в конце века. Но в
последние десятилетия XVI в. ордерные формы подверглись принципиальной
переработке. Они становятся адекватными классическим образцам. Мастера конца
XVI столетия стараются сделать профиль не аморфным соединением криволинейных
обломов и полок, а законченной композицией. Так, соотношение в антаблементах
между карнизом, фризом и архитравом приближается к классическому, так же как
использование криволинейного облома в качестве венчающего профиль соответствует
структуре классического карниза, где венчающим элементом служит гусек. Этот
процесс тесно связан с обращением к архитектуре Архангельского собора,
осознанного в конце столетия как олицетворение системы представлений о царской
власти. Обращение к нему как к образцу означает для некоторых заказчиков того
времени их включение в царское харизматическое пространство28. Его формы
действительно в этот период заслоняют все сделанное итальянцами в России. По
отношению к последним десятилетиям XVI в. мы впервые аргументированно можем
говорить о копировании его декоративных мотивов как о явлении в русской
архитектуре. Впервые это происходит в соборе Вознесенского монастыря в Москве,
усыпальнице московских великих княгинь и цариц. Здесь впервые осуществляется
последовательное копирование всех архитектурных тем Архангельского собора:
заимствуются не только мотив аркадных ниш в первом ярусе и прямоугольных
филенок во втором, но и элементы двухэтажного ордера29. Вслед за этим
произведением возникают постройки, основной темой фасадов которых становится
какой-нибудь из основных мотивов Архангельского собора, цитируемый со всеми
деталями (собор Болдино-Дорогобужского монастыря, усадебные церкви Бориса
Годунова в Больших Вяземах и Хорошеве, церковь в вотчине царя Симеона
Бекбулатовича, Кушалине). Если в Хорошеве и Вяземах цитируется первый ярус
Архангельского собора (аркадные ниши, разделенные пилястрами, импосты и т. д.)
(30), то в Кушалине впервые появляются раковины в закомарах как наиболее
узнаваемый мотив образца31. Эти мотивы несут в себе необходимое заказчику
смысловое значение, играют роль символов царственности. Это происходит на фоне
превращения итальянских мотивов в художественный язык русской архитектуры
(гладкие поверхности стен, а часто и поверхности лопаток практически
повсеместно расчленяются нишами с профилированными рамками). В те десятилетия
он становится всеобщим. Отсутствует различие между постройками на периферии
государства и в его центре. Этот период русского зодчества можно сблизить с той
стадией Северного Возрождения в европейских странах, когда происходит вживание итальянских
ренессансных черт в местную формообразующую традицию и наступает новый этап в
развитии национальной архитектуры. Для России роль своеобразного катализатора
этого процесса сыграло творчество мастеров-неитальянцев, прибывших, как
отмечалось выше, во второй половине XVI в. Их свобода в отношении открытий
классического Ренессанса будто бы подтолкнула русских мастеров к творческому
осмыслению элементов итальянской архитектуры, известных им еще с начала века.
Примечания
1
Напр.: Мартынов А.А., Снегирев И.М. Русская старина в памятниках церковного и
гражданского зодчества. М., 1848.Тетр.1.С.ХVI и др.
2
Эта концепция формируется уже в XIX в. (Лашкарев П. Религиозная
монументальность // Труда Киевской Духовной Академии. 1866. Т. 1. С. 276;
Павлинов А.М. История русской архитектуры. М., 1894. С. 140, 148). Из наиболее
значительных работ советского периода см.: Ильин М.А., Косточкин В.В., Максимов
П.Н. Каменное зодчество эпохи расцвета Москвы // История русского искусства.
М., 1955. Т. 3. С. 301, 350, 352.
3.
Некрасов А.И. Очерки по истории древнерусского зодчества XI-XVII века. М"
1936. С. 234.
4
Пример представления об Архангельском соборе как о постоянном непосредственном
источнике итальянских мотивов в архитектуре всего XVI в. см.: Булкин В.А.
Итальянизмы в древнерусском зодчестве XVI в. Дис. на соиск. учен. степени канд.
искусствоведения. М., 1975; Вятчанина Т.Н. Архангельский собор Московского
Кремля как образец в русском зодчестве XVI в. // Архитектурное наследство. М.,
1986. Вып. 34. С. 215-223.
5
Сахаров И.П. Записка для обозрения русской археологии. СПб., 1851. С. 17, прим.
15.
6
См. подробнее: Подъяпольский С.С. К вопросу о своеобразии архитектуры
Московского Успенского собора // Успенский собор Московского Кремля: Материалы
и исследования. М., 1985. С. 24-51.
7
Подъяпольский С.С. Итальянские строительные мастера в России в конце XV -
начале XVI века по данным письменных источников: опыт составления словаря //
Реставрация и архитектурная археология: Новые материалы и исследования. М.,
1991. Вып. 1. С. 222.
8
Подъяпольский С.С. О малоизвестном типе папертей конца XV - начала XVI века //
Российская археология. 1994. №3. С. 195-196.
9
Гращенков А.В. Архитектурный декор собора Чудова монастыря по материалам
лапидария ГММК // Реставрация и архитектурная археология. М., 1991. Вып. 1. С.
207.
10
Максимов П.Н., Торопов С.А. Церковь села Чашникова Нарышкиных // Архитектурное
наследство. М., 1969. Вып. 18. С. 23; Давид Л.А. Церковь Рождества в с. Юркино
// Реставрация и исследования памятников культуры. М., 1982. Вып. 2. С. 64.
11
Владимирский летописец // ПСРЛ. М., 1965. Т. 30. С 141-144; ПСРЛ. СПб., 1904.
Т. XIII (1). С. 18. 06 идентификации Алевиза фрязина с Алоизио да Карезано см.:
Выголов В.П. К вопросу о постройках и личности Алевиза Фрязина // Древнерусское
искусство: исследования и атрибуции. СПб., 1997. С. 234-244.
12
Подъяпольский С.С. Итальянские строительные мастера. С.225.
13
Мастера Бартоломей и Мастробан в 1508/09 - деревянная крепость Дорогобужа; Петр
Френчюшко Фрязин в 1508/09 - укрепления Нижнего Новгорода (Подъяпольский С.С.
Итальянские мастера. С. 222, 223, 227); Иван Фрязин в 1516/17 году
восстанавливал стены Пскова (Седов В.В. Итальянский мастер в Пскове в XVI веке
// Архитектура мира. М., 1993. Вып. 2. С. 22-27).
14
Кавельмахер В.В. Памятники архитектуры древней Александровой слободы. Владимир,
1995. С. 50.
15
Мельник А.Г. Новые данные об Успенском соборе Ростова Великого // Реставрация и
архитектурная археология. Вып. 1. С. 125-135; Петров ДА. Опыт иконографического
анализа архитектуры новгородского Спасо-Преображенского Хутынского собора //
Иконография архитектуры. М, 1990. С. 128-151.
16
Мильчик М., Петров Д. Успенская церковь Ивангорода и ее венецианские прототипы
// Крепость Ивангород: Новые открытия. СПб., 1997. С. 157.
17
Мы имеем в виду аркатурно-колончатый пояс Успенского собора, повторенный в
Благовещенском соборе Московского Кремля 1484-1489 гг.
18
Юри Кивимяэ. Петр Фрязин или Петр Ганнибал? Итальянский архитектор в
позднесредневековой Руси и Ливонии // Крепость Ивангород: Новые открытия. СПб.,
1997. С. 236-245.
19
Подъяпольский С.С. Архитектор Петрок Малой // Памятники русской архитектуры и
монументального искусства. М" 1983. С. 47-56.
20
Достоверно первые шатровые храмы появляются в русской архитектуре только спустя
почти 20 лет после строительства церкви Вознесения в Коломенском. Активная
адаптация этого типа происходит в архитектуре 1550-х гг., когда строятся
шатровые храмы, повторяющие харатерные мотивы церкви Вознесения (придел Покрова
собора Троицы на Рву 1555-1561 гг., придел Авраамия Ростовского собора
Богоявленского Ростовского монастыря 1554/55 гг., церковь Сергия Радонежского
на подворье Троице-Сергиева монастыря в Кремле 1556/57 -1558 гг., церковь
Брусенского монастыря в Коломне и др.)
21
ПСРЛ. Т. XIII (1). С. 145.
22
Пирлинг П.0. Россия и папский престол. М., 1912. Т. 1. С. 344-346; Щербачев
Ю.Н. Копенгагенские акты, относящиеся до русской истории // ЧОИДР. 1915. Кн. 4.
С. 306-310; Щербачев Ю.Н. Датский архив. Материалы по истории древней России,
хранящиеся в Копенгагене. 1326-1690. М" 1893.С. 288-291.
23
Пример такого подхода см.: Брунов Н.И. Храм Василия Блаженного в Москве:
Покровский собор. М., 1988.
24
Седов Вл.В. Псковская архитектура XVI века. М., 1996. С. 198-199.
25
Баталов А.Л. О датировке церкви Усекновения Главы Иоанна Предтечи в Дьякове //
Русская художественная культура XV-XVI веков. / Материалы и исследования. М.,
1998. С. 220-239.
26
См. подробнее: Баталов А.Л., Швидковский ДО. Английский мастер при дворе Ивана
Грозного // Архив архитектуры. М" 1992. Вып. 1. С. 102-109.
27
Гамель И.Х. Англичане в России в XVI-XVII вв. СПб., 1865.С.109.
28
Подробнее см.: Баталов А.Л. Московское каменное зодчество конца XVI в.:
Проблемы художественного мышления эпохи. М" 1996. С. 249-267.
29
См.: Баталов А.Л. Собор Вознесенского монастыря в Московском Кремле //
Памятники культуры. Новые открытия. 1983. М.-Л., 1985. С. 468-482.
30
Баталов А.Л. Особенности итальянизмов в московском каменном зодчестве рубежа
XVI-XVII вв. // Архитектурное наследство. М" 1986. Вып. 34. С. 238-245.
31
Чижов С.С. Памятник шатровой архитектуры конца XVI века (Церковь с. Кушалино
Калининской области) // Ежегодник музея архитектуры. 1936. М, 1937. Вып. 1. С.
149-164; Баталов А.Л. Московское каменное зодчество. С. 225-226.
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Поможем написать работу на аналогичную тему
Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному
проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.