Третий постулат к вопросу о происхождении видов
Положения вещей не меняет явление кроссинговера, заключающееся в обмене между хромосомами участками, несущими аналогичную информацию. Неравный кроссинговер, позволяющий увеличить количество генов в геноме особи, и, следовательно, формально способный повлиять на имеющуюся в геноме информацию о видовой принадлежности особи при том условии, что он происходит в видоопределяющей совокупности генов принципиально не может ничего изменить в факте принадлежности данной особи к конкретному виду вследствие моноинформативности этой совокупности. Неравный кроссинговер в этом блоке наследственной информации в лучшем случае может лишь исказить затронутый им видовой признак или элементарную его составляющую, но никак не вызвать появление нового видового признака. (Напрашивающаяся в данном случае аналогия: случающееся повторение страниц в книжном тексте ничего не добавляет к его содержанию.)
Эти же соображения относятся и к любым другим процессам, происходящим внутри генома, поскольку эти процессы также происходят в рамках уже имеющейся в геноме информации и в лучшем случае могут только произвести рекомбинацию этой информации.
Геном особи в данной работе рассматривается, как нетрудно заметить, в первую очередь, как информационная система. И в этом плане любой ген для меня, как для инженера, это в первую очередь не неделимая часть биологической структуры, оформленной в виде хромосом, а пакет информации, которой надлежит быть реализованной в процессе развития и жизнедеятельности живого организма.
И еще раз следует сказать, что не всякое воздействие на носитель информации является информационным воздействием. На мой взгляд понять это может помочь простая аналогия. Если в бензобаке вашего автомобиля кончается бензин, то для того, чтобы восполнить его запас, вы едете на ближайшую бензоколонку, а не принимаетесь стучать молотком по крышке бензобака. Равным образом рекомбинация имеющейся информации не есть внесение новой информации, Вероятнее всего любая рекомбинация – это внесение искажений в информацию, имеющую определенный смысл. Аналогия более широкого плана: удар молотком (неинформационное воздействие) по сложенному в определенном порядке набору детских кубиков на каждой стороне которых изображен фрагмент картинки (набор кубиков здесь – пакет информации) скорее всего не заставит кубики сложиться так, чтобы образовалась новая картинка. Если же добавить к имеющимся кубикам новые кубики с новыми фрагментами рисунка (информационное воздействие), то шансы получить более содержательное изображение существенно возрастут.
Если же все-таки согласиться по методу доказательства от обратного с тем, что изменение условий обитания в совокупности с естественным отбором или работа селекционера способны вызвать появление нового биологического вида, то необходимо признать, что в геноме вида-предшественника уже содержатся все признаки нового вида – и видовые и индивидуальные. В самом деле – если их там нет, то как может привести изменение условий обитания и селекция, не воздействующие на структуру генов и не вносящие в геном новой генетической информации, к их появлению, и откуда тогда взяться новому виду? Ведь из цилиндра можно вынуть кролика только если перед этим его туда посадить, как бы ни клялись зрители, наблюдающие за этим фокусом, что никто кролика в цилиндр не сажал, а появился он там сам собой. Рассматривая же в свете сделанного выше допущения процесс эволюции в ретроспективе, не остается ничего другого, как признать, что ДНК первой на Земле живой клетки уже содержала в себе всю информацию, необходимую для появления «венца творения».
Сказанного достаточно, чтобы сформулировать первый постулат предлагаемой новой теории. видообразования.
Первый постулат: возникновение нового вида возможно только при изменении содержащейся в геноме вида-предшественника информации о видовой принадлежности особей, его составляющих.
Глава 7. Объем видоопределяющей части генома и возникновение нового вида
Как уже было сказано, внешние мутагенные факторы, если мы признаем за ними способность к целенаправленному изменению генетической информации действуют в рамках неизменного объема генетического материала, так как не привносят в геном «строительный материал» для «постройки» новых генов. А из этого следует, что в результате воздействия мутагенных факторов обязательно должно происходить стирание или существенное искажение информации ранее закодированной в мутирующих генах.
При этом становится совершенно непонятным, почему тот же человеческий эмбрион при своем развитии являет в своем строении признаки биологических видов, предшествовавших ему на ступенях эволюционной лестницы, ведь, как только что было сказано, сведения об этих ступенях в ДНК эмбриона должны были или исчезнуть вообще, или оказаться существенно искаженными. А между тем наличие в геноме информации о видовых признаках видов-предшественников принципиально необходимо для развития эмбриона. Как невозможно, снова переходя к аналогиям, построить первый этаж здания, не выстроив предварительно фундамент, а второй этаж – не построив первый, так и эмбрион в процессе своего развития до появления на свет должен повторить эволюционный путь вида, так как каждая предыдущая ступень в процессе развития эмбриона соответствует определенной ступени на пути эволюции вида и является фундаментом для последующей.
В дополнение можно сказать, что если рассмотреть процесс возникновения нового вида в результате генных мутаций в свете эволюционных учений в ретроспективе, то окажется, что он базируется на том условии, что объем генома одинаков у, допустим, человека, и у амебы (если она была эволюционным предшественником человека), что при всем моем уважении к амебе я не могу не считать абсурдом.
Процесс возникновения нового биологического вида под воздействием мутагенных факторов имеет и другие следствия дополнительно обосновывающие его невозможность, но эти следствия будут рассмотрены ниже. Сказанного же достаточно, чтобы сформулировать второй постулат.
Второй постулат: возникновение нового биологического вида возможно только при условии увеличения объема информации, содержащейся в видоопределяющей части генома вида-предшественника и, следовательно, при условии увеличения размеров этой части генома.
Второму постулату можно поставить в соответствие тот факт, что описание более сложного объекта содержит больше информации, чем описание объекта более простого. Но из этого следует, что увеличение размеров видоопределяющей части генома или, что то же самое, количества информации о видовой принадлежности особи ведет к возникновению вида более продвинувшегося по пути эволюции.
Верно и обратное утверждение: для продвижения вида по пути эволюции необходимо увеличение количества информации, содержащейся в блоке информации о видовой принадлежности и, следовательно, размеров этого блока.
Два эти следствия связаны теснейшим образом и, взятые в совокупности, объясняют, почему видообразование движется по пути от простого (клетка) к сложному (допустим, человек). Действительно, возьмем в качестве точки отсчета вид, стоящий на определенной ступени эволюционной лестницы и соответствующий этой ступени объем видоопределяющей совокупности генов, характеризующей этот вид. После этого начнем описание процесса эволюции этого вида с нуля, заполняя этот объем новым содержимым и используя при этом тот же генетический код. В конечном итоге мы, возможно, получим «описание» нового вида, но по всей совокупности признаков – по сложности своей – он окажется на той же ступени эволюции, что и вид, взятый в качестве точки отсчета. Таким образом, сохранение объема видоопределяющей совокупности генов неизменным означает прекращение процесса эволюции. При уменьшении же этого объема, в него возможно будет поместить только описание вида, стоящего на лестнице эволюции ниже исходного, что соответствует обращению процесса эволюции вспять.
Два рассмотренных варианта заполнения видоопределяющей совокупности генов новой информацией о видовой принадлежности возможно рассматривать только чисто теоретически. Невозможно начать процесс эволюции с чистого листа. Можно с помощью мутагенных факторов уничтожить часть генетической информации, сократив тем самым объем информации о видовой принадлежности, но это будет равносильно уничтожению вида. (Позднее будет рассмотрен теоретически возможный вариант возможного сокращения информационного содержимого видоопределяющей совокупности генов, но с указанными уже последствиями). Остается единственный вариант – продвижение вида по лестнице эволюции выше и выше в результате увеличения количества информации о видовой принадлежности и, следовательно, увеличения объема видоопределяющей совокупности генов.
Глава 8. Предположение о существовании признакообразующих вирусов
Новые гены могут появиться в геноме, например, за счет неравного кроссинговера.
Но введя в рассмотрение этот факт необходимо опять же допустить жесткое согласование появления нового гена за счет внутренних процессов в геноме и «перезаписи» его содержимого за счет воздействия факторов внешних, причем «перезаписи» именно в нужном направлении. Рассчитывать вероятность осуществления такого процесса представляется мне делом столь же полезным, как и споры древних теологов о том, сколько ангелов могут поместиться на кончике иглы.
Необходимость для возникновения нового вида внесения в геном вида-предшественника принципиально новой генетической информации напрочь отвергает возможность возникновения нового вида на пути манипуляций с генной информацией, уже имеющейся у особей, образующих вид-предшественник, равно как и с суммарным геномом популяции или вида-предшественника в целом. В подтверждение этого соображения можно привести примеры существования растений и животных (например рыб) с полиплоидным набором хромосом. Эти примеры могут служить лишь иллюстрацией многообразия процессов, происходящих в геноме, но никак не могут приблизить к пониманию того, каким образом возникает новый вид.
В поисках фактора, действие которого могло бы привнести в геном особи новую генетическую информацию, вспомним о вирусах. Факт, что вирусы могут содержать в себе ДНК, сходную по строению с ДНК, находящейся в хромосомах клеток зараженной вирусом особи, известен. Известен и тот факт, что ДНК вируса может встраиваться в ДНК клетки, каковой факт был уже специально подчеркнут выше. Но, вместе с тем, известны и результаты вирусного поражения живых клеток.
Предположим, тем не менее, что существуют вирусы, которые могут встраиваться в ДНК половых клеток без их разрушения. При этом такие вирусы способны нести в своей ДНК ген, встраивание которого в ДНК клетки означает, что отныне ДНК этой половой клетки содержит в себе информацию о новом элементарном признаке, контролируемом этим геном.
Механизм действия таких вирусов, вероятнее всего, должен быть следующим. Они (вирусы) должны или поражать репродуктивные органы, заставляя их продуцировать половые клетки, несущие информацию о новом элементарном признаке, или же, резидентно присутствуя в клетках репродуктивных органов, они должны перманентно поражать созревшие половые клетки без их разрушения. В любом из случаев обретенный половыми клетками в виде нового гена новый элементарный признак проявится в потомстве инфицированных особей.
Однако рассмотрим, к каким следствиям ведет допущение существования признакообразующих вирусов.
Вполне очевидно, что любой видовой признак является сложным, состоящим из множества элементарных, следовательно, его наличие контролируется не одним геном, но только их совокупностью.
Понятно также, что признакообразующие вирусы не могут действовать согласованно, следовательно процесс возникновения нового вида будет под их воздействием происходить ступенчато, причем каждая пройденная ступень соответствует приобретению видом нового элементарного признака.
Пусть однократное воздействие вируса привело к появлению у потомства инфицированной особи появление элемента нового видового признака.
Заражение признакообразующим вирусом происходит в рамках всей популяции, что представляется более вероятным, чем любое другое течение событий, то есть такое заражение имеет характер эпидемии. В этом случае нет трудностей с распространением нового элементарного видового признака, так как составляющие популяцию особи, сохраняя в себе признакообразующий вирус в резидентной форме способны производить только потомство, обладающее новым элементарным видовым признаком.
Но для образования полноценного нового видового признака необходимо последовательное и упорядоченное воздействие на популяцию череды признакообразующих вирусов, ибо только после этого популяция станет новым видом.
Поэтапное формирование нового вида уже рассматривалось в привязке к мутациям. Так что основные черты этого процесса, приводящие к его принципиальной невозможности уже известны.
Но допущение существования признакообразующих вирусов снимает одну из проблем – проблему внедрения в геном новой генетической информации, то есть внедрение в геном признакообразующих вирусов – это информационное воздействие на геном. В связи с этим имеет смысл вновь пройтись тернистым путем поэтапного формирования вида, но с признакообразующим вирусом в качестве поводыря.
Предположение о возможности возникновения нового вида путем последовательного накопления элементарных видовых признаков под воздействием признакообразующих вирусов, влечет за собой по крайней мере три следствия (которые в равной мере относятся и к процессу возникновения нового вида под воздействием мутагенных факторов).
Во-первых, понятие «биологический вид» при таком способе возникновения нового вида теряет всякий смысл, ведь отличие в один элементарный видовой признак между двумя сменяющими друг друга поколениями особей этого вида это даже не отличие между особями, принадлежащими к близкородственным видам, – это отличие неимоверно меньших размеров. Большего же различия между двумя следующими друг за другом, условно говоря, «промежуточными видами» добиться на таком пути возникновения нового вида невозможно. Сам же процесс видообразования при этом становится непрерывным и бесконечным, ведь стоит закончиться формированию одного нового видового признака, как тут же может начаться формирование признака следующего и т.д., и т.д.
Во-вторых, невозможно представить, как будет выглядеть приобретение видом нового видового признака путем накопления элементарных составляющих этого признака.
В-третьих, при поэтапном формировании нового вида не должно быть никаких проблем с обнаружением ископаемых останков «переходных звеньев», собственно, ими должны в таком случае стать все ископаемые останки, что, как известно, в действительности места не имеет.
Но вследствие предположения о существовании признакообразующих вирусов в конце тоннеля появился свет!
Наступило время свести воедино все сказанное выше. Надеюсь достаточно убедительно были доказаны следующие положения:
новый вид не может возникнуть в результате накопления признаков, возникших в результате мутаций в видоопределяющей части генома;
новый вид не может возникнуть в результате воздействия на блок наследственной информации об индивидуальных особенностях особей вида;
для возникновения нового вида генетическая информация о новом видовом признаке (новых видовых признаках) должна быть занесена в блок наследственной информации, хранимый видоопределяющей совокупностью генов вида-предшественника;
занесение информации о новых видовых признаках в блок наследственной информации о видовой принадлежности должно сопровождаться увеличением количества содержащегося в этом блоке информации и связанным с этим увеличением размеров этого блока, что на практике означает рост объема видоопределяющей совокупности генов, характеризующей вид-предшественник;
увеличение объема видоопределяющей совокупности генов за счет мутаций не сопровождается внесением в геном новой генетической информации и к возникновению нового вида привести не может;
возникновение нового вида вследствие увеличения количества информации в блоке наследственной информации о видовой принадлежности, осуществляемого путем последовательного занесения в него извне информации о каждом новом элементарном видовом признаке по отдельности, невозможно.
Из всего вышевыделенного логично вытекает формулировка третьего постулата новой теории.
Третий постулат: изменение информации о видовых и индивидуальных признаках в геноме вида-предшественника для возникновения нового видового признака (признаков) и, следовательно, для возникновения нового вида должно происходить внесением в геном единого блока информации, при взаимодействии которого с наследственной информацией, присущей виду-предшественнику, возникают все видовые и индивидуальные признаки нового вида.
Глава 9. Основы новой теории
Предлагаемая теория видообразования основана на трех постулатах, обоснование и формулировка которых приведены выше, и двух теоремах, которым еще только предстоит быть доказанными единственно приемлемым в данном случае методом – практическим.
Теорема первая. Существуют некие организмы, назовем их видообразующими вирусами, способные нести в себе ДНК, содержащую объем информации достаточный для того, чтобы при соединении с наследственной ДНК пораженной вирусом особи модифицированная ДНК с момента такого соединения несла в себе все видовые и