Сверхмалые дозы - большая загадка природы
По мнению автора, структура воды и водных растворов— основной объект воздействия СМД БАВ и слабых полей. В свою очередь, ее изменение меняет свойства биологических мембран, а стало быть, и активность клеток.
Некоторые исследователи вообще полагают, что вода— единая структура (наподобие кристалла), и при растворении любого вещества в ней возникают своеобразные «дефекты», которые долго сохраняются в растворах сколь угодно малой концентрации. Другие специалисты основным звеном механизма воздействия СМД считают гидратацию белков и изменение водно-белковых взаимодействий, меняющее структуру белков и их активность. По мнению третьих, при воздействии на биологические объекты в растворах БАВ или электромагнитными полями в воде возникают активные формы кислорода, и именно они оказывают такое влияние.
Итак, существует много моделей, пытающихся объяснить реакцию биологических объектов на СМД БАВ изменением структуры воды. Однако экспериментальных доказательств пока недостаточно (главное же в этих доказательствах— убедиться в том, что структурные кластеры в растворах сколь угодно малой концентрации могут сохраняться достаточно долго).
Сейчас наступило время активного изучения структуры воды и ее роли в объяснении эффектов СМД. Определенные надежды связаны с исследованием веществ, близких по структуре и одинаково активных в «нормальных» дозах (10–5–10–4 М), но ведущих себя по-разному в СМД. Квантово-химический анализ этих веществ позволяет обнаружить различие между ними, но имеет ли оно определяющее значение в эффектах СМД, можно ли его связать с особенностями влияния этих веществ на структуру воды — еще не ясно.
Применение эффекта малых доз
В специальной литературе уже появляются сообщения о лекарственных веществах в СМД, которые разрешены для медицинского
применения (адгелон) или переданы на утверждение в Фармакологический комитет (феназепам в СМД).
О преимуществах таких лекарств кратко говорилось выше. Особенно нужны они онкологам. Не секрет, что основная проблема химиотерапии злокачественных
новообразований— токсичность противоопухолевых препаратов. Поэтому подлинной революцией в химиотерапии стало бы создание средств, «избирательно»
действующих на опухоль и не повреждающих другие органы и ткани.
Исследования показали, что цитостатики, в частности адриамицин в СМД (10–10–10–20
М), обладают противоопухолевой активностью, близкой к той, что характерна для этих препаратов в обычных терапевтических дозах (10–2–10–3 М). В
перспективе— клинические испытания адриамицина в СМД при лечении рака. Есть также данные об антиметастатическом действии ряда лекарственных препаратов
в СМД.
Таким образом, уже сегодня можно говорить о применении результатов этих исследований. Что же касается механизмов действия СМД, то над этой загадкой
природы ученым еще предстоит поломать голову.
Влияние СМД на биосферу
Биосфера— это гигантская многомерная нелинейная система. С точки зрения экологии, особенно важно знать, как влияют
на биосферу различные возмущающие факторы, насколько она стабильна, как приспосабливается к этим воздействиям, возвращаясь в свое исходное состояние
квазиравновесия.
В 1970-х годах в Академии наук СССР под руководством академика Н.Н. Моисеева
началось систематическое изучение биосферы как единой комплексной системы. В компьютерных модельных экспериментах анализировались квазиравновесные
состояния, которыми могло бы завершиться крупномасштабное воздействие человека на биосферу, в частности война с применением атомного оружия.
Было установлено, что если интенсивность воздействия достигает некоторого порога (энергия воздействия порядка 2–3 тыс. Мт тротилового эквивалента),
биосфера уже не возвращается в исходное состояние. Менялись циркуляция атмосферы, структура океанических течений, распределение осадков и температуры,
а значит — и биота. По выводам группы ученых, представивших первые количественные оценки подобного катаклизма, получившего название «ядерной
зимы», биота если и сохранится, то в весьма обедненном виде и, вполне возможно,— без человека.
Однако, как справедливо подчеркивает один из авторов концепции «ядерной зимы» Н.Н. Моисеев, подобная качественная перестройка биосферы возможна не только в
результате ядерной войны. Переход в новое качественное состояние возможен и за счет незначительных, но постоянно действующих возмущений, что особенно важно и
особенно опасно, ибо на начальных этапах он незаметен. Таким образом, биосфера может адаптироваться к самым разнообразным внешним и внутренним стимулам
средней силы, пока они не достигают порога, при котором адаптация уже невозможна. В то же время низкоинтенсивные, но длительно действующие факторы,
не запуская адаптационные механизмы, могут активно влиять на состояние биосферы через бифуркационные процессы. В какое состояние перейдет при этом система,
будет зависеть от громадного количества слабых взаимосвязанных изменений, которые мы пока не в силах по-настоящему учитывать.
Большие последствия малых доз заставляют пересмотреть многие привычные представления и требуют новых подходов. Но прежде всего— самого
серьезного отношения. Малым дозам необходимо большое внимание.
Список использованной литературы:
Журнал "Экология и жизнь". Статья Е.Б. Бурлаковой.