Xreferat.com » Рефераты по науке и технике » Наука после Сталина: реформа Академии 1954–1961 гг.

Наука после Сталина: реформа Академии 1954–1961 гг.

научное сотрудничество считалось уже одной из неотъемлемых задач Академии. На волне реорганизации был создан Институт научно-технической информации, главной целью которого было реферирование научных статей, изданных за границей; было основано издательство «Мир», публиковавшее переводы зарубежных научных книг. Цели международного сотрудничества стали явно формулироваться в планах Академии. Они все еще содержали идеологические оттенки, но эта идеология не запрещала, а, наоборот, поощряла международное сотрудничество. Например, в докладе от 21 апреля 1965 г. нового президента академии М.В. Келдыша, отмечалось, что целями сотрудничества являются:  

1. Ознакомление с достижениями высокоразвитых капиталистических стран и использование их в СССР.

2. Сотрудничество с учеными социалистических стран.

3. Контакты с учеными развивающихся стран.

4. Укрепление влияния в международных научных организациях.

5. Пропаганда достижений советской науки и успехов коммунистического строительства [33].  

Динамика роста числа международных научных организаций, куда входила Академия наук СССР в 1955-1964 гг. [33] видна из таблицы.

Таблица. Рост числа международных научных организаций, в которые входила

АН СССР (1955–1964 гг.)

Год 1955 1956 1957 1958 1959 1960 1961 1962 1963 1964
Число 18 42 61 72 82 89 90 95 100 108

7. Активы 

Стратегия, сформулированная в секретных записках, нуждалась в легализации. Поводом для начала открытого обсуждения предложений, высказанных Несмеяновым, Малышевым и Елютиным, стали собрания активов Академии, посвященные обсуждению результатов работы ХХ съезда КПСС8. На этом съезде Н.С. Хрущев во время одного из своих выступлений произнес несколько фраз, прозвучавших как официальное приглашение к началу реорганизации Академии. В словах Хрущева не было ничего, что могло бы как-то охарактеризовать его индивидуальную позицию в этом вопросе [34]. Скорее, это был абстрактный призыв к тому, чтобы изменить систему организации науки к лучшему. Тем не менее в планах А.Н. Несмеянова это выступление сыграло очень важную роль. Сразу же после ХХ съезда в Академии было проведено три собрания активов, которые позволили Несмеянову окончательно сформулировать главные принципы научной политики Академии после Сталина.

Согласно архивным источникам, активы готовились президиумом Академии в тесном сотрудничестве с отделом науки и вузов ЦК. Сохранилась объемистая переписка между этими подразделениями о том, где и когда должны состояться собрания, каков должен быть состав участников, какие вопросы должны обсуждаться и т.д. [35] Списки предполагаемых участников составлялись таким образом, чтобы максимально широко охватить все подразделения Академии как по специализации, так и по географическому положению. Собрания были проведены в Ленинграде (16–17 апреля 1956 г.), Новосибирске (24–25 апреля) и в Москве (7–8 мая). Среди участников собраний были не только Академии. Например, согласно отчетам о проведении активов, которые также были поданы в ЦК, на Ленинградском собрании присутствовали 84 академика и члена-корреспондента, 375 сотрудников ленинградских учреждений АН СССР, 52 сотрудника филиалов АН СССР, 62 представителя предприятий, научно-исследовательских учреждений и вузов г. Ленинграда, 72 представителя партийных, советских и общественных организаций [35, л. 146].

Активы проходили под лозунгом «В целях привлечения широких кругов ученых к обсуждению мероприятий по улучшению деятельности научных учреждений Академии наук СССР». Повестка дня была построена таким образом, что президент Академии А.Н. Несмеянов (в Новосибирске и Москве) и ученый секретарь А.В. Топчиев (в Ленинграде) обращались к собранию со вступительным словом и докладом «Задачи Академии наук СССР в свете решений ХХ съезда КПСС». После чего на трибуну приглашались участники, чтобы выступить со своими замечаниями и предложениями по поводу недостатков в работе Академии [35, л. 146].

Активы проходили непосредственно после ХХ съезда КПСС, который вошел в историю в связи с резким поворотом СССР в области внешней политики (от конфронтации с капиталистическими странами к мирному сосуществованию) и докладом Н.С. Хрущева по поводу преступлений Сталина. Этим объяснялся их особый реформаторский дух. Несмотря на все принятые меры предосторожности, активы спровоцировали взрыв в академической среде. Несмеянову с трудом удалось удержать ситуацию под контролем. Обсуждение проблем советской науки носило спонтанный, эмоционально окрашенный характер и с трудом поддается адекватной передаче. Импровизированные выступления на активах, характеризующие те или иные мнения ученых, впоследствии подвергались доработке. Для более отчетливой характеристики позиций различных ученых мы будем цитировать их выступления не только на активах, но и на последующих собраниях Академии, используя те фрагменты, в которых их взгляды и мнения по поводу организации работы в Академии передавались наиболее ярко.

В процессе обсуждения выяснилось, что практически все участники активов были согласны в том, что президиум должен передать часть своих управленческих полномочий в пользу бюро Отделений. Все считали, что полномочия директоров институтов должны быть расширены. За исключением лысенковцев и некоторых представителей Отделения общественных наук, все допускали, что международное научное сотрудничество нужно развивать [35, л. 166–167. Разногласия возникали по трем пунктам: в вопросах, связанных с соотношением в Академии фундаментальных и прикладных исследований; со сложившимися отношениями между наукой и идеологией; и со степенью административных свобод, которые должны получить академические институты.

Наиболее радикальные предложения звучали со стороны физиков и противников мичуринской биологии из Отделения биологических наук. Объектом их критики стали Лысенко и философы из Отделения общественных наук. Особой остротой отличались выступления Л.А. Арцимовича. Например, на декабрьском общем собрании Академии 1956 г. он говорил:  

У наших философов в их… философском реквизите имеются… давно заготовленные философские костюмы для каждой отрасли науки, причем сшитые по одной и той же мерке, из одних и тех же цитат. По этой причине, когда на какую-нибудь отрасль науки этот костюм почему-то не лезет, то появляется тенденция подогнать путем хирургической операции эту отрасль науки под заготовленное для нее философское одеяние… Надо учесть, что новое научное содержание расширяет саму философию, а раз расширяет, следовательно, и изменяет… На основе любого сочетания имеющихся цитат невозможно ничего сделать в современной науке, и деятельность философии в отношении философии естествознания окажется бесполезной [7, с. 238–239].  

Д.Н. Насонов и В.Н. Тихомиров использовали родившуюся на ХХ съезде идеологему культа личности для предъявления серьезных обвинений Т.Д. Лысенко и его сторонникам. На ленинградском активе член-корреспондент АН СССР Д.Н. Насонов сказал, что причиной отставания отечественной цитологии является «водворение насильственно созданных авторитетов – икон, которые своим словом, своим мнением подменяют истинные критерии научно-исследовательской работы каждого ученого-материалиста, эксперимента и наблюдения». Такую роль, говорил Насонов, сыграли у нас академик Лысенко и Лепешинская. Авторитет Лысенко создавался им самим и его сотрудниками «методами запугивания, благодаря чему целая биологическая область науки пришла в упадок». Профессор В.Н. Тихомиров, добавляя выступление Насонова, сказал, что сессия ВАСХНИЛ 1948 г. «открыла неограниченные возможности для аракчеевской обстановки, которая создалась в биологии» [35].

Физики и противники Лысенко из Отделения биологических наук требовали отменить сталинский «идеологического стандарт» в науке и признать ошибочность решений августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 г. В вопросе предоставления административных свобод подразделениям Академии они также заходили дальше других. Помимо изменения положений о НИИ и Отделении Академии, они предлагали увеличить демократические права Общего собрания академии и дать академикам возможность самим переизбирать президиум. Давая оценку активу как организационному мероприятию, И.Е. Тамм сказал, что собрания активов, конечно, необходимы, но они отнюдь не компенсируют того влияния, которое Отделения должны, но, в соответствии с существующей процедурой, не могут оказывать на выработку решений в Академии. Тамм призвал собрание к тому, чтобы существенно усилить роль Отделений в процедуре принятия решений по общим вопросам, касающимся организации работы в Академии [18, p. 144].

В вопросе о соотношении фундаментальных и прикладных исследований, Тамм и Арцимович настойчиво рекомендовали бросить все силы на разработку фундаментальных проблем, особенно в области ядерной физики и применения физических и химических методов в биологии9. Ни на активах, ни на последующих собраниях академии до 1959 г. со стороны физиков не прозвучало требования о полном выводе из Академии подразделений прикладного профиля. Однако мысль о приоритетном развитии фундаментальных направлений науки постоянно подчеркивалась ими. Определеннее всех высказался по этому вопросу опять П.Л. Капица, хотя его высказывание звучало не как предложение, а как предположение, нуждающееся в обсуждении. Капица говорил, например: «Может быть, в дальнейшем, по мере роста нашей промышленности, нужно вообще упразднить в Академии целый ряд областей науки и передать их в разные отрасли промышленности? Тогда лет через 20-30 вообще от Академии мало что останется… и критиковать Академию за плохое внедрение не будут… Конечно, такая ситуация нереальна … Весь вопрос в том, что нужно четко определить главные задачи Академии: что должны делать коллективы ученых в Академии и что не может выполняться научными учреждениями в промышленности… При этом все, что можно передать в промышленность, нужно изъять из Академии наук» [4, с. 166].

Сотрудники Отделения технических наук были настроены консервативно. Цитируя директивы ХХ съезда в своем выступлении на московском активе, Несмеянов намеренно или случайно опустил фразу, в которой говорилось о «концентрации усилий научных и материальных ресурсов научно-исследовательских институтов главным образом на научных проблемах, имеющих наибольшее хозяйственное значение», но подчеркнул, что «необходимо обратить особое внимание на тот факт, что директивы призывают нас к тому, чтобы расширить теоретические исследования во всех областях знания» [18, с. 141]. Эта «ошибка» была встречена резкой критикой со стороны Отделения технических наук. Директор Института механизации А.А. Благонравов напомнил Несмеянову, что в директивах съезда обращалось внимание не только на важность теоретических исследований, но и на необходимость приблизить науку к конкретным нуждам народного хозяйства. Принимая во внимание эти требования, утверждал Благонравов, мы должны понимать, что роль Отделения технических наук приобретает особое значение. Отделение должно принять участие в решении множества наиболее важных задач, стоящих перед народным хозяйством страны10. Благонравова поддержали такие видные сотрудники Академии, как директор Электрофизической лаборатории Института металлургии П.К. Ощепков, заведующий лабораторией Института минеральных топлив Л.М. Сапожников и директор Института комплексных транспортных проблем Т.С. Хачатуров.

Руководство Академии в лице президента Несмеянова и ученого секретаря Топчиева заняло компромиссную позицию, пытаясь примирить сторонников «фундаментализации» Академии с Отделением технических наук и сгладить реакцию на отголоски идеологических конфликтов. Отчетливее всего позиция А.Н. Несмеянова была выражена им в тексте выступления на Общем собрании Академии наук СССР 28 декабря 1956 г. В самом начале своего выступления Несмеянов отметил, что борьба за научный уровень, за качество науки – это главное в том, что предстоит сделать Академии. Несмеянов старался тщательно избегать употребления терминов «прикладное» и «фундаментальное». В его довольно долгом выступлении (около 20 страниц машинописного текста) эти два слова ни разу (!) не были произнесены. Доклад был насыщен метафорами, сравнениями, рассуждениями о «великой практической силе абстракции», об «интегрирующей роли Академии наук» и конкретными примерами того, как результаты отвлеченных исследований могут эффективно использоваться в практике народного хозяйства. Например, Несмеянов предлагал рассматривать развитие науки по аналогии с ростом растения, применяя сравнение с точками роста. В развитии науки, писал Несмеянов, «есть… то главное, что представляет суть данной области науки… Если, пользуясь образом точек роста, растение должно расти именно в этих точках, то у нас оно большей частью развивается целиком. Я думаю, что наша задача – суметь концентрировать наши усилия, внимание, средства, ресурсы на этих областях» [7, с. 180–181].

Такая интерпретация «качественного изменения работы Академии», не отождествляющая актуальные проблемы по принципу фундаментальное = передовое, по всей видимости, вполне устраивала инженеров, но совершенно не удовлетворяла радикально настроенных физиков и биологов. В прениях по докладу они упрекали Несмеянова в «свойственной ему мягкости» (Арцимович) и отсутствии «конкретной действенной программы устранения серьезных недостатков» (Тамм). Разногласия между Несмеяновым и физиками были довольно существенными и могли иметь серьезные последствия. Давая характеристику настроениям внутри Академии в период избрания на второй президентский срок (декабрь 1956 г.), Несмеянов пишет в своих мемуарах: «Результат был такой, что я был переизбран подавляющим большинством голосов, хотя и не единогласно. Насколько я помню, 17 академиков из 88 голосовали на этот раз против моего переизбрания. По общему мнению, в основном это были голоса физиков» [7, с. 176].

В идеологических вопросах президиум продолжал оставаться на традиционных позициях, предпочитая не будить спящую собаку и одновременно пытаясь защитить чересчур разговорившихся физиков от возможных идеологических атак со стороны Отделения общественных наук. В заключительном слове по прениям на том же собрании Несмеянов так прокомментировал пассаж Арцимовича о философии: «Я бы не согласился с К.В. Островитяновым в той его оценке выступления Л.А. Арцимовича, когда он с некоторым подозрением отнесся к нему: не собирается ли он, дескать, пересматривать основы нашей диалектико-материалистической философии, говоря, что каждое новое крупное физическое открытие должно менять философию. Конечно, я понимаю это так, что не философию оно должно менять, а должно обогащать философию. Я не сомневаюсь, что именно это он хотел выразить, вложить в свои слова» [7, с. 249]. Ответ президиума на требование пересмотреть решения сессии ВАСХНИЛ был категорично негативным: «На сессии ВАСХНИЛ стоял вопрос о борьбе материализма с идеализмом, сессия обеспечила победу марксистско-ленинской методологии в биологической науке, нельзя сводить все огромное значение сессии к деятельности отдельных лиц. У нас нет оснований отрицать научные заслуги академика Т.Д. Лысенко» [35, л. 151].

Собрания активов были замечательным средством для того, чтобы вынести на широкое обсуждение проблемы реорганизации Академии и, не подвергая большому риску осуществление предполагаемых изменений, представить возможные варианты развития событий. С одной стороны, резолюции активов могли быть использованы президиумом для обоснования тех или иных организационных решений, с другой – они не имели статуса административного предписания и давали возможность президиуму действовать относительно свободно, принимая в расчет расстановку сил на внутриполитической арене и борьбу интересов в самой Академии.

После активов Несмеянов уверенно пошел по пути «последовательного приближения» работы Академии к идеалу, который мог бы исключить наиболее существенные противоречия между различными подразделениями академии. Он шаг за шагом добивался организационных изменений, пытаясь уходить от острых идеологических вопросов, ведя переговоры с ЦК и Советом Министров и совершенствуя организацию Академии в русле тех предложений, которые были сформулированы на

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: