Исламофобия

военных группировках. А узбекские лидеры в ИДУ, по признанию многочисленных экспертов, мыслят категориями всего Центральноевразийского региона, а отнюдь не масштабом Узбекистана. Соответственно, геополитические проекты населенных мусульманами Татарстана и Узбекистана входят в противоречие с реальным исламом, что выразилось в преследованиях мусульманских лидеров в Ферганской долине в середине 1990-х годов, в закрытии некоторых медресе и в войне муфтиев за мечети в Татарстане.

Гораздо более широкий масштаб приобрела практика утилитарного использования исламофобии для преследования политических оппонентов. Проявления этого феномена можно наблюдать во всех республиках Центральной Азии, на Кавказе, в России. Правящие властные политические группировки и официальные религиозные круги вовсю используют против оппонентов обвинения в приверженности к ваххабизму и в симпатиях другим нетрадиционным религиозным течениям в исламе. Уже существует прецедент законодательного оформления права на исламофобию (Дагестан). Борьба с ваххабизмом была вызвана военным вторжением чеченских боевиков в Дагестан, а в реальной практике давно уже используется как средство внутриреспубликанской политической борьбы и борьбы группировок различных дагестанских этносов за властные посты.

Так, журналист Фарид Нугманов из Оренбургской области (Россия) попал под подозрение ФСБ за то, что опубликовал статью, где критиковал строительство церкви рядом с мусульманским кладбищем. Его обвиняли якобы за «ваххабитские симпатии». Между тем, в реальности это лишь эпизод вмешательства администрации Оренбургской области и лояльных ей местных официальных структур и СМИ в противостояние различных мусульманских объединений на территории области.

Два российских мусульманских лидера, соперничающие между собой, – глава Центрального духовного управления мусульман России Талгат Таджуддин и глава Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин – время от времени обвиняют друг друга в симпатиях к ваххабистскому течению и в самом ваххабизме, чтобы завоевать доверие и расположение Кремля. Дело зашло так далеко, что 14 апреля 2003 года Совет муфтиев России принял фетву (богословское заключение) по «призывам Таджуддина втянуть Россию в ядерный конфликт с США и по попытке присвоения им себе статуса пророка».

Как в России теракт на Дубровке, так и в странах региона теракты служат спусковым крючком для взвинчивания антимусульманской истерии и проявлений исламофобии. Так, после терактов в Ташкенте и в Оше Духовное управление мусульман Кыргызстана (ДУМК) в неофициальной форме попросило имамов мечети следить за теми, кто просит приюта в мечетях и медресе. Также ДУМК, отрицая формальную связь с предстоящими в начале 2005 года парламентскими выборами, приняло постановление «О запрете политизации ислама». Официальные служители ислама считают, что «никто не имеет права использовать религиозные ценности мусульман в предвыборной гонке или любой другой светской агитации». Официальные духовные управления мусульман в странах Центральной Азии, несмотря на формальную независимость, находятся под контролем соответствующих государственных органов, которые время от времени могут влиять на их политику. Этим можно объяснить появление такого рода постановлений и распоряжений.

Администрация президента Кыргызской Республики в конце мая 2004 года спустила сверху распоряжение о проведении мероприятий, запланированных на два года и посвященных борьбе с религиозным экстремизмом в региональных библиотеках страны. Примечательно, что при разговоре с нами сотрудники Ошской областной библиотеки первым делом решили пригласить мусульманских деятелей, четко «уяснив, что религиозный экстремизм есть исламский экстремизм».

На этом же акцентируется внимание в региональном обзоре за 2003 год Международной Амнистии, где сказано: «Правительства европейских и среднеазиатских государств по-прежнему использовали так называемую “борьбу с терроризмом” для ограничения прав человека во имя безопасности. Среди предпринятых ими шагов – принятие регрессивного антитеррористического законодательства, меры по ослаблению защиты прав беженцев, а также наложение ограничений на свободу мирного собрания и слова…

Власти Узбекистана воспользовались «борьбой с терроризмом» как предлогом для продолжения преследования верующих и политических оппозиционеров. В тюрьмах все еще находилось не менее шести тысяч политических заключенных, а представители независимых мусульманских течений, среди прочих, подвергались запугиванию и арестам…

Серьезной проблемой в регионе по-прежнему является расизм, дискриминация и нетерпимость, в том числе антисемитизм и исламофобия…

В Туркменистане и Узбекистане систематически и жестко подавлялись любые проявления инакомыслия в гражданской, религиозной и политической сферах…».

Война цивилизаций?..

Рассуждая о проблеме исламофобии, часто говорят о столкновении христианской и исламской цивилизаций, соответственно цивилизации «светлой», западнохристианской, и цивилизации «темной», исламской. Президент США George W. Bush заявил после теракта 11 сентября, что объявляет крестовый поход против ислама. Примерно в таком же духе высказался и премьер-министр Италии Silvio Berlusconi, практически назвав ислам «темной религией», ничего хорошего не предлагающей.

Лидеры католической церкви в Европе стараются избегать ярлыков и журналистских штампов типа «война цивилизаций», призывая своих прихожан терпимо относиться к мусульманам. Например, в Польше в католической среде действует День ислама, когда в костелах устраиваются встречи с мусульманскими лидерами, которые рассказывают об исламе всем желающим.

В России руководство Русской Православной Церкви крайне негативно относится к термину «война цивилизаций». Патриарх Алексий II заявил, что категорически против использования термина «исламский экстремизм», потому что это равнозначно тому, если бы мы говорили «православный» или «христианский экстремизм». В то же самое время православные радикалы (телепередача «Русский дом») говорят: «За разрывами снарядов в Афганистане почти не слышно, как под мечетью Аль-Акса (Иерусалим) с муравьиной кропотливостью идут работы по воссозданию третьего храма, где должен воссесть антихрист».

В докладе Александра Верховского «Кто же теперь враг? Исламофобия и антисемитизм православных национал-радикалов до и после 11 сентября», прочитанном в университете Сассекса в январе 2003 года, говорится, что «иммиграция мусульман (Средняя Азия, Азербайджан) как часть экспансии “мира ислама”. Для большинства российских граждан представления о религиозной и этнической идентичности теснейшим образом связаны. Церковь, политики, чиновники, общественные деятели легко употребляют термины «этнические мусульмане», «исторически православные» (это про всех русских и украинцев). Нисколько не отрицая реальной связи между религиозной и этнической самоидентификацией, нельзя не заметить, как эта связь абсолютизируется, в сущности – агрессивно навязывается людям».

Но, еще раз повторим, в целом РПЦ настроена придерживаться мирного диалога с исламом, искать новые пути межконфессионального терпимого общения в условиях эмансипирующегося ислама. Митрополит Бишкекский и Среднеазиатский Владимир (в миру Василий Захарович Иким) и в Ташкенте, и в Бишкеке неоднократно подчеркивал благое, терпимое и по большей части доброжелательное отношение среднеазиатских мусульман к христианам. Указывая на особое значение региона для православного мира, поскольку в районе озера Иссык-Куль покоятся останки одного из двенадцати учеников Иисуса Христа Апостола Матфея, митрополит Владимир в книгах и официальных выступлениях подчеркивает взаимопонимание двух конфессий и необходимость различать политическую злобу дня и межконфессиональный диалог.

Мусульманские лидеры также отрицают какую-либо войну цивилизаций, резонно полагая, что такие настроения и мнения идут в обществе из-за мощной волны исламофобии. Представитель турецкого фонда Дианет Вакфы во время международной конференции «Ислам в Центральной Азии» в мае 2004 года, в Оше, также отрицал существование «войны цивилизаций», заявив, что все идет от незнания.

Исследования причин исламофобии занимаются также в мусульманских странах Юго-Восточной Азии. По мнению профессора политологии Международного Малазийского исламского университета доктора Лоуей Сафи, существуют четыре тенденции развития исламофобии в СМИ:

1) искажение представлений об исламском мировоззрении и обычаях;

2) связь ислама с радикальными мусульманскими лидерами и группировками;

3) мнение об исламе как об источнике беспокойства и опасности для западного общества;

4) оправдание ожесточения и агрессии по отношению к мусульманам.

К концу 1980-х восприятие ислама современным обществом приняло абсолютно иную форму. С распространением исламского послания на восток и на запад, в пределах и за пределы мусульманского общества – этот феномен часто упоминается как «Исламское возрождение» – большинство выдающихся западных ученых стали рассматривать ислам не как увядающее мировоззрение, имеющее исключительно историческое значение, но как влиятельную силу, потенциально угрожающую западной гегемонии. Очевидно, открытые нападения на ислам представляют собой реакцию западных властей на всплеск исламской культуры, который они посчитали угрожающим установленному мировому порядку. Наступление на ислам и его атрибуты происходит на двух фронтах.

Во внешней политике, считает Лоуйя Сафи, западные руководители сошлись на том, что влияние ислама в мусульманском мире должно быть ограничено, во что бы то ни стало. Поэтому в странах, где исламские объединения преуспели в политическом влиянии на государственную политику, западные силы приняли стратегию окружения, стремящуюся к режиму изоляции (ориентируясь, в основном, на ислам). Со стороны СМИ нападение принимает более изощренные формы, поскольку западные СМИ пытаются связать толерантное и гуманистическое мировоззрение ислама с религиозным фанатизмом, сведя широкий круг интересов и деятельности исламских объединений и организаций до рамок религиозного насилия. Победа в борьбе по восстановлению репутации ислама - задача отнюдь не из легких. Она требует полной консолидации научных, религиозных мусульманских организаций и высших учебных заведений для разработки продуктивной системы сотрудничества с немусульманскими СМИ. Для этого мусульманам необходимо пересмотреть доминирующее в исламском обществе снисходительное отношение к использованию техники и искусства для распространения ислама и разработки эффективной стратегии противостояния его противникам.

Все это позволяет сделать вывод, что война конфессий, которую отрицает большинство лидеров самих конфессий, есть дело в немалой степени искусственное, виртуальное, с информационным переносом вполне реальных международных или внутристрановых политических конфликтов на уровень религии.

Вот здесь средства массовой информации могут сыграть свою роль в уменьшении исламофобии, в снижении накала общественных страстей, в непредвзятом отражении жизни.

Цензура в умах журналистов

Подчеркнуто лояльная политика виртуальной терпимости не всегда может быть предсказуемой, если правящие власти и дальше будут вести политику вполне реальной исламофобии по отношению к мусульманам. Весь мир пришел в движение, идут межгосударственные войны, в западных и восточных странах нарастают общественные социальные конфликты, ксенофобия, и набирает обороты все большее разделение на «своих» и «чужих». То, что общественные элиты и СМИ не могут вовремя остановиться, приводит к тому, что конфликты идут дальше и глубже, сегодня обвинение в ваххабизме или антигосударственной деятельности лишь потому, что мусульманин носит бороду, мусульманка головной платок, оборачивается в дальнейшем закрытием мечетей, преследованиями мусульманских лидеров, милицейским произволом в отношении простых граждан. Необходимо четко понимать, что сжатая пружина необоснованных преследований и унижений неминуемо распрямится с очень и очень жесткими последствиями для тех, кто в этом участвует. Исламофобия приведет к более агрессивной позиции мусульманской уммы в мире, к еще большему распространению террористических и военизированных исламистских группировок. Часть вины за это, безусловно, ляжет на нынешние правящие элиты и масс-медиа.

В мае 2002 года председатель Государственного комитета по печати, член Межведомственной координационной комиссии по совершенствованию и повышению эффективности информационной деятельности и передаче данных Рустам Шогуломов ответил одному из авторов данного материала, что руководство Узбекистана понимает все негативные последствия политической цензуры, которая в свое время была введена по вполне понятным причинам и в опасной для государства ситуации. Полностью закрытая для своих проявлений жизнь все равно находит пути существования, но уже с плохо прогнозируемыми последствиями. Именно поэтому, сказал Рустам Шогуломов, Узбекистан и отменил официальную цензуру в СМИ. Сейчас Госкомпечати РУ преобразовано в Узбекское агентство по печати и информации, но раскрепощения журналистов за прошедшие два года так и не произошло. Они либо продолжают старый стиль журналистики, либо быстро скатываются к радикальной правозащитной риторике и оппозиционным настроениям. А радикализм правозащитников есть та же раскачка общественной стабильности, что и исламофобия на другом конце качелей. Нам важна также другая мысль опытного чиновника Рустама Шогуломова. Он сказал, что главная цензура сейчас сидит не в чиновничьих креслах, а в головах самих журналистов. Узбекское агентство по печати и информации заинтересовано в том, чтобы журналисты приняли участие в решении общественных проблем, проводит учебные семинары и т.д., однако журналисты по-прежнему не хотят проявлять инициативы.

Возможно, что страхи, сидящие в головах и умах узбекских, таджикских, киргизских журналистов СМИ, нельзя снять какими-то официальными правительственными решениями. Но нужно чаще проводить подобные этому общие мероприятия, подробнее рассказывая о необходимости новых подходов. И наиболее важным направлением среди новых для СМИ Ферганской долины мы считаем борьбу с исламофобией. Такую борьбу работников информационных структур, которая бы велась ответственно, без нагнетания антиправительственных или антигосударственных истерик, с пониманием, что каждая сторона по-своему права. Но всем нам жить в одном обществе, поэтому нужно находить общий язык с «чужими» по духу, по конфессии, по этнической принадлежности. Исламофобия среди ксенофобий на сегодня самая опасная по своим последствиям, борьба с исламофобией должна стать приоритетом журналистов, пишущих на политические или социальные темы.

Список литературы

1. Крымин А.В., Энгельгард Г.Н. Исламофобия // Отечественные записки. – 2003. – № 5 (14).

2. Ислам.Ру islam.

3. Александр Верховский. Кто же теперь враг? Исламофобия и антисемитизм православных национал-радикалов до и после 11 сентября. – Университет Сассекс. – Январь, 2003 г.

4. Лоуей Сафи (доктор профессор политологии Международного Малазийского исламского университета). Как бороться со СМИ, излагающими об исламе неверную информацию?

5. Печатные издания России, США, Западной Европы и стран Центральной Азии.

Приложения

Выдержки из итогов социологических опросов Фонда «Общественное мнение», Москва, Россия (опрос проводился 19 июня 2003 года).

1. Каждая религия по-своему воспитывает своих приверженцев. Чему, по вашему мнению, учит, как воспитывает ислам?

16 % ответили: нетерпимости, 12 % – агрессивности и жесткостям, 11 % – нравственности, 6 % – уважению к старшим, 5 % – вере в Бога, 47 % затруднились ответить.

2.Если говорить в целом, то ислам в мире играет положительную или отрицательную роль?

49 % – отрицательную, 37 % затруднились ответить, 14 % – положительную.

3. Если бы ваша дочь вышла замуж за мусульманина, вы бы возражали бы?

44 % были против такого брака, 39 % не возражали бы, 17 % затруднились ответить.

4. Какая религия вам кажется наиболее чуждой?

26 % – ислам, 21 % – буддизм, 18 % – иудаизм, 1 % – православие, 13 % – протестантизм, 9 % – католицизм, 29 % затруднились ответить, 20 % – ни одна религия.

Глоссарий

Агрессия (от лат. Agressio – нападение) – понятие современного международного права, которое охватывает любое незаконное, с точки зрения Устава ООН, применение вооруженной силы одним государством против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства или народа (нации). Считается тягчайшим международным преступлением против мира и безопасности человечества. Понятие агрессия включает в качестве обязательного признак первенства или инициативы (применение каким-либо государством вооруженной силы первым).

Ваххабиты – приверженцы религиозно-политического течения в исламе, возникшего в Центральной Аравии (Неджде), основатель Мухаммед ибн Абдаль-Ваххаб (1703-1787). Ратуя за очищение ислама ваххабиты проповедовали простоту нравов, боролись за объединение Аравии. Ваххабизм – официальная идеология в Саудовской Аравии.

Геополитика (гео – от греч. Ge – Земля) – понятие, характеризующее теорию и практику международных отношений, основанных на взаимоувязывании географических, геостратегических, социально-политических, военных, демографических, экономических и других факторов.

Глобальный (от франц. Global – всеобщий, от лат. Globus – шар) – 1. Охватывающий весь земной шар; всемирный. 2. Всесторонний, полный, всеобщий, универсальный.

Государственная территория (юрид.) – определенная часть земной поверхности, находящаяся под суверенитетом данного государства. Отделяется от территории другого государства границей. Включает сушу, внутренние воды, недра, территориальные

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: