Xreferat.com » Рефераты по банковскому делу » Договор банковского вклада

Договор банковского вклада

ответчиком договора целевого вклада на детей законодательство наделяло банки правом самостоятельно устанавливать процентные ставки по операциям банков, а также определять условия, на которых они осуществляют операции по приему вкладов от населения.

Право Сберегательного банка Российской Федерации самостоятельно определять размер процентов по вкладам, в том числе и по целевым вкладам на детей, было также закреплено в пункте 1.6 Инструкции Сбербанка РФ от 30 июня 1992 года N 1-Р "О порядке совершения учреждениями Сберегательного банка Российской Федерации операций по вкладам населения". В соответствии с этим же пунктом названной Инструкции Сбербанк РФ имел право в зависимости от уровня инфляции и дохода Сбербанка РФ увеличивать или уменьшать процентные ставки по вкладам в одностороннем порядке. Положения раздела 6 "Операции по целевым вкладам на детей" Инструкции Сбербанка РФ от 30 июня 1992 года N 1-Р "О порядке совершения учреждениями Сберегательного банка Российской Федерации операций по вкладам населения" определяли условия данного вида банковского вклада.

Согласно п. 2 ст. 57 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение условий договора не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных договором или законодательством. Судебная коллегия не усматривает, что со стороны Сбербанка РФ имело место нарушение вышеприведенных норм Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, поскольку статьи 28 и 38 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 года "О банках и банковской деятельности в РСФСР", регулирующие спорные отношения сторон, предусматривали право банка в одностороннем порядке изменять условие договора о размере процентной ставки по вкладу.

Не основан на нормах гражданского законодательства и не подтверждается материалами дела вывод суда надзорной инстанции о том, что истец не был ознакомлен с условием договора целевого вклада на детей о праве банка в одностороннем порядке изменять размер процентной ставки по вкладу в сторону уменьшения. Данный вывод сделан судом без учета норм статьи 59 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик и статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации о буквальном толковании договора, в силу которых при толковании договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Из материалов дела видно, что с условиями вклада М. был ознакомлен. При буквальном толковании собственноручной записи вкладчика М.: "С условиями вклада ознакомлен" - с проставлением подписи и даты, совершенной в день открытия вклада на извещении по лицевому счету N Н-689, можно сделать вывод о его согласии с предлагаемыми Сбербанком России условиями указанных вкладов, в том числе и с условием о праве банка на одностороннее изменение, включая уменьшение, процентной ставки по вкладам в зависимости от уровня инфляции и доходов банка (л.д. 10).

При этом Судебная коллегия считает необходимым указать на следующие обстоятельства: заключенный между истцом и ответчиком договор детского целевого вклада является договором присоединения, имеющим публичный характер, заключить его на одинаковых для всех условиях предлагалось неопределенному кругу лиц. Для всех вкладчиков условия таких договоров, в том числе и условие о праве Сбербанка России увеличивать или уменьшать в зависимости от уровня инфляции и дохода банка процентные ставки по вкладам, были заранее определены в стандартной форме в Инструкции от 30 июня 1992 года N 1-Р. Соответственно, вкладчик мог либо принять такие условия размещения вклада без каких-либо оговорок, присоединившись к предложенному Сбербанком РФ договору в целом, либо отклонить условия договора в полном объеме. Согласие на заключение договора на иных, чем было предложено, условиях признавалось отказом от заключения договора.

Доказательств заключения договора целевого вклада на детей на иных условиях истцом не представлено, а судом иных условий договора, отличных от общих, действовавших на момент его заключения, не установлено.

Таким образом, приведенная выше запись истца на извещении по лицевому счету является безусловным и достаточным доказательством его согласия на заключение договора целевого вклада на детей на условиях, определенных Сбербанком России в Инструкции от 30 июня 1992 года N 1-Р, и не допускает исключений, позволяющих предположить, что договор был заключен с ним на иных условиях.

В соответствии со статьей 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила, иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенного договора.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 26 января 1996 года N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" часть вторая Кодекса применяется к обязательственным отношениям, возникшим после введения ее в действие.

По обязательственным отношениям, возникшим до 1 марта 1996 года, часть вторая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

В силу части 3 статьи 6 указанного Закона нормы части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие содержание договоров отдельных видов, применяются к договорам, заключенным после введения ее в действие.

Запрет на одностороннее изменение банком процентных ставок введен пунктом 3 статьи 838 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, вступившей в силу после заключения договора между истцом и ответчиком. Обратной силы данное положение Закона не имеет. Поэтому применение судами к рассматриваемому спору положений п. 3 ст. 838 Гражданского кодекса Российской Федерации неправомерно.

Права истца и обязанности банка по договору целевого вклада на детей, заключенному 12 мая 1994 года, возникли сразу после его заключения, а не после введения в действие части второй Гражданского кодекса РФ.

Согласно пункту 3 статьи 838 Гражданского кодекса Российской Федерации определенный договором банковского вклада размер процентов на вклад, внесенный гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока либо по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, не может быть односторонне уменьшен банком, если иное не предусмотрено законом.

Из содержания данной нормы следует, что по договорам целевого вклада на детей, заключенным с гражданином после 1 марта 1996 года, банки не вправе уменьшать размер процентов на вклад даже в тех случаях, когда условие об одностороннем уменьшении банком размера процентов включено в договор банка с гражданином-вкладчиком.

В то же время по договорам целевого вклада на детей, заключенным до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, изменение банком процентной ставки является возможным и после 1 марта 1996 года, если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору детского целевого вклада содержалось в конкретном договоре и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке, поскольку на период заключения этих договоров действовавшим законодательством банку предоставлялась возможность устанавливать в договоре условие о понижении процентной ставки, и это условие на основании статьи 422 ГК РФ сохраняет свою силу после установления законодателем иных правил, обязательных для сторон.

В договоре, заключенном между вкладчиком М. и отделением Сбербанка России, содержалось условие о возможности изменения банком процентной ставки по детскому целевому вкладу, и с этим условием он был ознакомлен, что подтверждается его личной подписью на извещении по лицевому счету.

Несостоятельной является ссылка суда на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23 февраля 1999 года N 4-П "По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 года "О банках и банковской деятельности" в связи с жалобами граждан О.Ю. Веселяшкиной, А.Ю. Веселяшкина и Н.П. Лазаренко" в обоснование вывода об отсутствии у банка права снижать размер процентной ставки по договору целевого вклада на детей, заключенному между М. и ответчиком. Правоотношения между М. и Сбербанком РФ по договору целевого вклада на детей возникли в мае 1994 года, то есть в период действия иных положений указанного Закона, а именно: статей 28 и 38, которые в редакции Закона РСФСР от 2 декабря 1990 года N 395-1 наделяли банк правом в одностороннем порядке изменять размер процентной ставки по вкладу.

С учетом изложенного состоявшиеся по делу судебные постановления Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации признает незаконными и подлежащими отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь ст. ст. 387, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации


определила:


решение Сызранского городского суда Самарской области от 23 апреля 2003 г., определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 26 мая 2003 г., определение президиума Самарского областного суда от 13 ноября 2003 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

II. Содержание, формы и виды банковского вклада.


2.1. Стороны договора банковского вклада.


В соответствии со ст. 834 ГК РФ раздела VIII Основных положений о регулировании валютных операций на территории СССР. Письмо Государственного банка СССР от 24 мая 1991 г. № 352). Юридические лица — резиденты Российской Федерации могут открывать вклады в иностранных банках только по разрешению Банка России. Юридические и физические лица — нерезиденты вправе открывать валютные вклады в уполномоченных банках Российской Федерации. Нерезиденты могут открывать рублевые вклады в уполномоченных банках, правовой режим которых императивно определен нормативными актами Банка России. Другой стороной договора банковского вклада является банк. Хотя п. 4 ст. 834 ГК РФ допускает возможность заключения договоров банковского вклада не только банками, но и другими кредитными организациями, однако правила выдачи лицензии на привлечение вкладов таковы, что на сегодняшний день исключают выдачу указанной лицензии небанковским кредитным организациям.[1]

Таким образом, решение Совета директоров Центрального банка России от 1 сентября 1998 г. «О мерах по защите вкладов населения в банках» предусмотрело перевод банковских вкладов из некоторых банков в Сберегательный банк РФ. Однако Верховный Суд РФ признал это решение незаконным в связи с несоблюдением ряда требований формального характера (регистрации акта в Министерстве юстиции РФ). Это решение Верховного Суда РФ снижает регулятивный потенциал решения Банка России. Но представляется, что проблема в данном случае не только и не столько в соблюдении формальных требований.

Сторонами депозитного договора являются банк и вкладчик. Вкладчиком может быть любое юридическое или физическое лицо. Банк должен иметь право на привлечение денежных средств во вклады в соответствии с полученной им лицензией. Вкладчик вправе не только сам внести вклад, но и, если не предусмотрено депозитным договором, получить на свой счет денежные средства, поступившие от третьих лиц, указавших данные о счете вкладчика.

ГК РФ допускает возможность заключения договоров банковского вклада не только банками, но и другими кредитными организациями. Но ст. 1 и 13 Закона «О банках и банковской деятельности» предусматривают, что для этого необходимо иметь соответствующую лицензию ЦБ РФ. Однако правила выдачи лицензии на привлечение вкладов, как от физических, так и от юридических лиц таковы, что исключают выдачу такой лицензии небанковским кредитным организациям (банкам с ограниченным кругом операций). Таким образом, в настоящее время небанковские кредитные организации вообще не имеют возможности привлекать вклады.

Законодательство иногда предусматривает возможность замены стороны в договоре банковского вклада. Это может произойти по правилам уступки права требования или перевода долга. При этом представляется, что перевод долга на стороне банка может проводиться только в том случае, когда новый должник также является банком.[1]

Кроме того, в сложных финансовых ситуациях могут быть преду­смотрены иные меры замены лиц в договоре банковского вклада. Так, решение Совета директоров Центрального банка России от 1 сентября 1998 г. «О мерах по защите вкладов населения в банках» предусмотрело перевод банковских вкладов из некоторых банков в Сберегательный банк РФ. Однако Верховный Суд РФ признал это решение незаконным в связи с несоблюдением ряда требований формального характера (регистрации акта в Министерстве юстиции РФ). Это решение Верховного Суда РФ снижает регулятивный потенциал решения Банка России. Но представляется, что проблема в данном случае не только и не столько в соблюдении формальных требований.2

Первое, на что необходимо обратить внимание, — круг и субъектив­ный состав правоотношений. Совет директоров ЦБ РФ издал предписание, затрагивающее права и интересы на двух уровнях: правоотношения между банками и Банком России и правоотношения между коммерческими банками и их вкладчиками. Выделение этих двух видов правоотношений необходимо, так как их правовая природа совершенно разная: межбанковские правоотношения можно считать публичными и регулируемыми банковским законодательством, а отношения по договору банковского вклада являются частноправовыми и регулируемыми гражданским законодательством.[1]

В плане взаимодействия с коммерческими банками Банк России сослался на ст. 75 Федерального закона о Центральном банке Российской Федерации (Банке России), которая дает ему право вводить запрет на осуществление кредитной организацией отдельных банковских операций, предусмотренных выданной лицензией, на срок до одного года (п.4).

Есть только одна чисто юридическая проблема. Она состоит в том, что п. 4 ст. 75 упомянутого Закона находится во второй части указанной статьи, которая рассчитана на случай невыполнения в установленный Банком России срок предписаний об устранении нарушения, а также, если эти нарушения или совершаемые кредитной организацией операции создали реальную угрозу интересам кредиторов (вкладчиков). Говоря другими словами, Банк России должен был установить определенные нарушения либо обосновать вредоносность осуществляемых операций и только после этого применять соответствующие санкции.2

Обратимся теперь к правоотношениям между коммерческими банками и их вкладчиками. Следует иметь в виду, что к данным правоотношениям как гражданско-правовым применяются все нормы части первой ГК РФ.

В случае принятия вклада от гражданина лицом, не имеющим на это права, или с нарушением порядка, установленного законом или принятыми в соответствии с ним банковскими правилами, вкладчик может потребовать немедленного возврата суммы вклада, а также уплаты на нее процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, и возмещения сверх суммы процентов всех причиненных вкладчику убытков.[1]

Если таким лицом приняты на условиях договора банковского вклада денежные средства юридического лица, такой договор недействителен (ст.168 ГК РФ).

В первом случае вкладчик вправе (но не обязан) потребовать немедленного досрочного возврата суммы вклада, а также уплаты процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, и возмещения сверх суммы процентов всех причиненных ему убытков. Проценты, обусловленные договором, в этом случае не выплачиваются. Во втором случае депозитный договор, заключенный с лицом, не имеющим соответствующей лицензии, признается недействительным по ст. 168 ГК РФ (ничтожная сделка) с применением последствий, предусмотренных п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ. Лицо, принявшее депозит, обязано вернуть сумму вклада как неосновательно полученное имущество (ст. 1102 ГК РФ), а также возместить вкладчику неполученные доходы (ст. 1107 ГК РФ), в том числе проценты, установленные ст. 395 ГК РФ.

Закон допускает внесение денежных средств на счета вкладчика третьими лицами (ст. 841 ГК РФ). Если договором банковского вклада не предусмотрено иное, на счет по вкладу зачисляются денежные средства, поступившие в банк на имя вкладчика от третьих лиц с указанием необходимых данных о его счете по вкладу. При этом предполагается, что вкладчик выразил согласие на получение денежных средств от таких лиц, предоставив им необходимые данные о счете по вкладу.

Сделку, заключенную лицом, внесшим средства, и банком, следует рассматривать как договор в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ). Учитывая, что в ст. 841 ГК РФ содержится презумпция согласия вкладчика на получение денег от лица, внесшего средства, последний не вправе без согласия вкладчика расторгать свой договор с банком.

Вклад может быть внесен в банк на имя определенного третьего лица. Если иное не предусмотрено договором банковского вклада, такое лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования, основанного на этих правах, либо выражения им банку иным способом намерения воспользоваться такими правами.[1]

Указание имени гражданина (ст. 19 ГК РФ) или наименования юриди­ческого лица (ст. 54 ГК РФ), в пользу которого вносится вклад, является существенным условием соответствующего договора банковского вклада. Договор банковского вклада в пользу третьего лица, в котором отсутствует имя (наименование) выгодоприобретателя, является ничтожным. Частным случаем рассматриваемой ситуации является смерть выгодоприобретателя-гражданина (или прекращение выгодоприобретателя-юридического лица) ранее заключения в их пользу договора банковского вклада.

До выражения третьим лицом намерения воспользоваться правами вкладчика лицо, заключившее договор банковского вклада, может воспользоваться правами вкладчика в отношении внесенных им на счет по вкладу денежных средств. Договор банковского вклада в пользу третьего лица может быть, досрочно расторгнут или изменен по соглашению банка с лицом, внесшим средства, но лишь до того момента, пока выгодоприобретатель не пожелал воспользоваться правами вкладчика, обусловленными в его пользу. До указанного времени вкладчиком является вноситель средств, и он может в полном объеме распоряжаться суммой вклада.[2]

Согласие выгодоприобретателя воспользоваться правами вкладчика считается выраженным в тот момент, когда он предъявил к банку первое требование, основанное на этих правах, либо иным образом выразил свое намерение. Это может быть требование о выдаче вклада или его части, внесение нового вклада на открытый в его пользу депозитный счет, оформление завещания на вклад, выдача доверенности на право распоряжения вкладом и т.п.1

Сделку по внесению средств на имя другого лица, заключенную лицом, внесшим средства, с банком, следует рассматривать как договор в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ), особенности которого установлены ст. 842 ГК РФ. В результате действий выгодоприобретателя, выражающих его намерение воспользоваться правами вкладчика, происходит перемена лиц в обязательстве: вместо вносителя средств вкладчиком становится третье лицо, в пользу которого вклад был внесен.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 февраля 1999 г. N ГКПИ99-125


Судья Верховного Суда Российской Федерации В.П. Кнышев, ознакомившись с заявлением Л. к Центральному банку России,


установил:


Л. обратился в Верховный Суд России с заявлением к Банку России о признании недействительным решения совета директоров Банка России от 1 сентября 1998 г. "О мерах по защите вкладов населения в банках", о возмещении убытков, а также просил изменить порядок исполнения решения Нижегородского районного суда от 31 октября 1998 г., которым в его пользу с Нижегородского филиала Инкомбанка взыскано 7548 долларов США, обратив данное решение к немедленному исполнению.

Нахожу, что заявление Л. не подлежит принятию к производству Верховного Суда Российской Федерации.

Заявление в части оспаривания решения совета директоров Центрального банка России от 1 сентября 1998 г. не подлежит принятию в связи с тем, что имеется вступившее в законную силу, вынесенное по спору между теми же сторонами (с одной стороны - гражданин, с другой - Центробанк России), о том же предмете (оспорено решение совета директоров Центробанка РФ от 1 сентября 1998 г.) и по тем же основаниям (по мотиву несоответствия нормативного акта закону и нарушения прав вкладчиков) решение Верховного Суда России от 17 ноября 1998 г. по жалобе Черкунова А.Л. о признании не действительным данного нормативного акта. Этим решением суда обжалованный нормативный акт признан недействующим со дня его принятия.

В связи с этим отсутствует предмет обжалования.

По изложенным основаниям и Л. в принятии заявления в указанной части в соответствии с п. 3 ст. 129 ГПК РСФСР должно быть отказано.

Что касается вопросов, связанных с исполнением решения Нижегородского районного суда от 31 октября 1998 г., в том числе об изменении способа и порядка его исполнения, то эти вопросы в соответствии со ст. 207 ГПК РСФСР разрешает суд, постановивший решение по делу.

Районному суду в соответствии со ст. 113 ГПК РСФСР подсудны и требования заявителя о возмещении с Центробанка России убытков.

К подсудности Верховного Суда России эти требования законом не отнесены.

В соответствии с п. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Руководствуясь п. п. 3 и 7 ст. 129 ГПК РСФСР,


определил:


отказать Л. в принятии к производству Верховного Суда России по первой инстанции заявления к Центральному банку РФ о признании недействительным решения совета директоров Банка России от 1 сентября 1998 г. "О мерах по защите вкладов населения в банках", о возмещении убытков и изменении способа и порядка исполнения решения районного суда.

Разъяснить Л., что с заявлением о возмещении убытков, об изменении способа и порядка исполнения решения суда первой инстанции он вправе обратиться в районный суд в соответствии с установленной подсудностью.

Направить заявителю копию решения Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 1998 г. по делу ГКПИ98-648.

Настоящее определение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней.


Судья Верховного Суда

Российской Федерации

В.П.КНЫШЕВ


2.2. Форма договора банковского вклада.


Договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме. Не соблюдение формы депозитного договора влечёт его ничтожность с последствиями, установленными ст. 167, 168 ГК. Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота.[1]

Договор может быть оформлен путем составления единого документа в двух экземплярах, один из которых выдается вкладчику (ст. 36 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»), а также другими способами, перечисленными в ст. 434 ГК РФ. Кроме того, договор банковского вклада может быть заключен путем выдачи вкладчику сберегательной книжки, сберегательного или депозитного сертификата либо иного документа, отвечающего требованиям законодательства, банковских правил и обычаев делового оборота.[2]

Если соглашением сторон не предусмотрено иное, заключение договора банковского вклада с гражданином и внесение денежных средств на его счет по вкладу удостоверяются сберегательной книжкой (именной или на предъявителя).

В сберегательной книжке должны быть указаны и удостоверены банком наименование и место нахождения банка (ст. 54 ГК РФ), а если вклад внесен в филиал, также место нахождения его соответствующего филиала, номер счета по вкладу, все суммы денежных средств, зачисленных на счет, все суммы денежных средств, списанных со счета, и остаток денежных средств на счете на момент предъявления сберегательной книжки в банк. Если не доказано иное состояние вклада, данные о вкладе, указанные в сберегательной книжке, являются основанием для расчетов по вкладу между банком и вкладчиком.

Выдача вклада, выплата процентов по нему и исполнение распоряжений вкладчика о перечислении денежных средств со счета по вкладу другим лицам осуществляются банком при предъявлении сберегательной книжки.

Именная сберегательная книжка служит письменным доказательством заключения договора банковского вклада с гражданином и внесения денежных средств на его счет. Она не является ценной бумагой и может существовать как наряду с договором банковского вклада, оформленным в виде единого документа, так и без него. Если же договор банковского вклада был совершен в виде единого документа, а сберегательная книжка по каким-либо причинам не была оформлена, внесение денег во вклад может быть удостоверено, например, квитанцией к приходному кассовому ордеру, подписанной кассиром банка.[1]

Сберегательная книжка на предъявителя является ценной бумагой. Поэтому она имеет значение не только письменного доказательства заключения договора банковского вклада и внесения денежных средств на счет гражданина, но и правообразующее (конститутивное) значение. Отсутствие сберегательной книжки не может быть восполнено наличием договора банковского вклада в виде документа, подписанного вкладчиком и банком.2

Для случаев, когда сберегательная книжка утрачена или повреждена, установлены специальные правила. Если сберегательная книжка является именной, банк не освобождается от своих договорных обязательств и по заявлению вкладчика должен выдать ему новую сберегательную книжку. Отсутствие у вкладчика сберегательной книжки на предъявителя освобождает банк от обязательств до восстановления вкладчиком своих прав по утраченной ценной бумаге. Если незаконный владелец сберкнижки известен вкладчику, он может предъявить к нему иск.

Сберегательный (депозитный) сертификат является ценной бумагой, удостоверяющей сумму вклада, внесенного в банк, и права вкладчика (держателя сертификата) на получение по истечении установленного срока суммы вклада и обусловленных в сертификате процентов в банке, выдавшем сертификат, или в любом филиале этого банка.

Сберегательные (депозитные) сертификаты могут быть предъяви­тельскими или именными. Держателем сберегательного сертификата может быть только гражданин. Депозитный сертификат — ценная бумага, аналогичная сберегательному сертификату, однако его держателем может быть только юридическое лицо.1

Правила по выпуску и обращению депозитных и сберегательных сертификатов сообщены письмом ЦБ РФ от 10 февраля 1992 г. № 14—3—20 «О депозитных и сберегательных сертификатах банков», а также Указанием ЦБ РФ от 31 августа 1998 г. № 333-У. В соответствии с этими документами сберегательный (депозитный) сертификат является ценной бумагой, удостоверяющей сумму вклада, внесенного в кредитную организацию, и права вкладчика (держателя сертификата) на получение по истечении установленного срока суммы вклада и обусловленных в сертификате процентов в кредитной орга­низации, выдавшей сертификат, или в любом ее филиале. Исполнение платежа по сертификату обуславливается наступлением указанного в нём срока. Сертификат-вид срочного вклада. В случае досрочного предъявления сертификата к оплате банк обязан выплатить сумму вклада, а проценты-в размере, предусмотренном по вкладам до востребования, если условиями сертификата не установлен иной их размер.2

Сертификаты могут выпускаться как в разовом порядке, так и сериями. Сертификаты могут быть именными или на предъявителя. Сертификат не может служить расчетным или платежным средством за проданные товары или оказанные услуги. Сертификаты выпускаются в валюте Российской Федерации. Выпуск сертификатов в иностранной валюте не допускается. Сертификаты должны быть срочными. Владельцами сертификатов могут быть резиденты и нерезиденты. Процентные ставки по сертификатам устанавливаются уполномоченным органом кредитной организации.

Проценты по первоначально установленной при выдаче сертификата ставке, причитающиеся владельцу по истечении срока обращения (когда владелец сертификата получает право востребования вклада или депозита по сертификату), выплачиваются кредитной организацией независимо от времени его покупки. В случае досрочного предъявления сберегательного (депозитного) сертификата к оплате кредитной организацией выплачиваются сумма вклада и проценты по вкладам до востребования, если условиями сертификата не установлен иной размер процентов.

Для передачи прав другому лицу, удостоверенных сертификатом на предъявителя, достаточно вручения сертификата этому лицу. Права, удостоверенные именным сертификатом, передаются в порядке, установленном для уступки требований (цессии). Уступка требования по именному сертификату оформляется на оборотной стороне такого сер­тификата или на дополнительных листах (приложениях) к именному сертификату двусторонним соглашением лица, уступающего свои права (цедента), и лица, приобретающего эти права (цессионария).[1]

Соглашение об уступке требования по депозитному сертификату подписывается с каждой стороны двумя лицами, уполномоченными соответствующим юридическим лицом на совершение таких сделок, и скрепляется печатью юридического лица. Каждый договор об уступке нумеруется цедентом. Договор об уступке требования по сберегательному сертификату подписывается обеими сторонами лично. Условие непрерывности оформления цессии должно быть обязательным. Уступка требования по сертификату может

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: