Современные модели организации обучения
Постепенно складывается ритм нашей жизни, вырабатываются первые правила: звонит колокольчик - начало уроков. Перемена - можно заняться своим делом (побегать, попрыгать, даже покричать), но не мешать окружающим, полазить на спортивном комплексе, установленном в классе (на нем не должно быть более пяти человек, иначе это опасно, можно упасть, столкнуться, сбить товарища). Во время сна в спальне должна быть тишина, если ты не спишь, то можно притвориться (и многие, притворяясь, засыпали), чтобы не мешать спать товарищу.
Важно, чтобы эти правила складывались совместно детьми и взрослыми, были понятны всем. Одно из правил - жалобы принимаются только в письменном виде. Однако хочется немедленно восстановить справедливость и высказать обиду. Поэтому в своем классе мы повесили почтовый ящик для жалоб. Ребенок мог написать, что случилось, кто его обидел; если он не умеет писать — рисует происшествие. С одной стороны, такой ход позволяет излить свой гнев не на окружающих, а на бумагу. С другой стороны, пока ребенок изображает случившееся, он успокаивается, сосредоточивается не на ссоре, а на письме или рисунке. Когда жалоба оформлена и опущена в почтовый ящик, ребенок спокойно включается в работу класса. В удобное время мы вынимаем все жалобы и разбираем их всем классом. Делается это так: взрослый пытается прочитать написанное или пересказать нарисованное ребенком. Чаще всего (так как дети еще плохо пишут) понять из такого письма мало что возможно. Иногда взрослый притворится, что ничего не понимает. Разыгрывается немое кино. Обидчики не рассказывают, а показывают, не дотрагиваясь друг до друга, как все было. Свидетели (дети из класса), если таковые имеются, поправляют, добавляют, исправляют поступки главных героев, но тоже без слов. Зрители задают вопросы, и герои действия пантомимой пытаются объяснить, почему и из-за чего все произошло. В процессе показа главные герои перебивают, дополняют, исправляют то, что, им кажется, было не так, по ходу придумывают то, чего не было, чтобы выглядеть более благопристойно, но свидетели начеку и немедленно вмешиваются. В итоге такого немого обсуждения и целого действа, которое со стороны выглядит очень забавно, обиды уходят, как бы стираются. На первое место незаметно выходят другие приоритеты - сыграть роль, показать себя публике, расслышать, удивить и удивиться, следить за партнерами и в итоге помириться. При этом зрительный зал покатывается со смеху и, в конце концов, сами исполнители начинают смеяться. Здесь главное - не рассмеяться учителю. Он должен с серьезным лицом досмотреть все до конца, а потом спросить, а как можно было решить проблему, из-за которой весь сыр-бор. Дети начинают показывать, как они любовно и бережно договариваются, мирно решают свои проблемы.
Постепенно жалоб в почтовом ящике становится все меньше, а через некоторое время его можно убрать совсем. Цель такой формы - снять в какой-то мере напряжение в классе, отвлечь ребят от конфликта. Здесь проявляется и другой эффект. Ребенок начинает понимать, что он недостаточно хорошо пишет, не знает некоторых букв (иногда ребенок по нескольку раз подбегает и спрашивает, как пишется та или иная буква). Ему хочется быть понятым, а для этого надо научиться писать. Но главное - это научить ребят договариваться, уступать, преодолевать минутный порыв настоять на своем любой ценой, научиться культурной коммуникации. Разумеется, одного почтового ящика здесь недостаточно. Обсуждая с ребятами нашу жизнь в классе (включая и план работы на сегодняшний день, и предстоящую олимпиаду, и поход в лес, и празднование Нового года, и домашние задания, и происшествия в классе, и события в школе и т. д.), мы старались сделать логику нашей жизни понятной ребенку. Здесь важно увидеть, понимают ли нас дети. Вербальный способ общения не органичен для шестилетнего ребенка, для него более понятен язык тела, и на нем дети свободно и адекватно «разговаривают». Поэтому одним из условий жизни шести-, семилетнего ребенка являются занятия музыкальным движением и музыкой. Главное, чтобы ребенок не просто разучивал какие-то движения, а именно разговаривал языком танца, выражал себя, свои чувства.
В своем классе мы решили поставить балет «Ежик в тумане» и показать его на новогоднем празднике. Каждый ребенок выбрал роль, и начались репетиции. Надо сказать, что работа над балетом отличалась с самого начала от репетиций в привычном смысле слова. Ребятам предлагалось под музыку попробовать сыграть образ зайчиков, лошади, ежика, тумана. Для каждого персонажа выбиралось несколько вариантов музыкального сопровождения. Оставался тот музыкальный фрагмент, под который образ получался наиболее выразительным. Эта работа была в самом начале. Мы заметили, что вместо образов из знакомой сказки у ребят начинает получаться что-то совсем другое. Они пытались рассказать языком танца не историю ежика, а свою собственную историю, то, что их волнует сейчас, чем и как они живут, как они строят отношения между собой, с нами, с окружающим миром. Страстно и экспрессивно, эмоционально, с упоением дети рассказывали нам о любви, нежности, самоотверженности, борьбе, жизни и смерти.
Начало балета мы назвали «Зарождение космоса». Под «космическую» музыку по залу проносились кометы (мальчики) и застывали в позе, которую мы назвали «ожидание». Музыка менялась, легкие, воздушные, плывущие по поверхности появлялись феи (девочки) - олицетворение всего живого. В руках фей были белые шелковые платки. Белый платок - символ добра, нежности, чистоты и незащищенности. Подбрасывая платки, кружась с ними, закрываясь ими и показываясь вновь, девочки-феи рассказывали нам о красоте мира, дыхании ветра, шелесте деревьев, кружении листьев и снежинок в воздухе, порхании бабочек. Вдруг мощный музыкальный аккорд вновь изменяет настроение. Кометы, которые застыли в ожидании, разделились на злые и добрые силы. И вот злые силы пытаются разрушить, уничтожить жизнь. В музыке нарастает трагическая тема, и драматические события разворачиваются в спектакле. Злым силам удается отнять белые платки у фей, они погибают, и космические злодеи начинают колдовать над белыми платками, мять их, скручивать, варить непонятное злое варево. Эта часть балета заканчивается победой злых сил. Затем начинает звучать оптимистическая музыкальная тема. Добрые силы вступают в борьбу со злыми, завязывается настоящий бой. Цель победы - воскрешение жизни или уничтожение всего живого. В прыжках, в полете, падая и поднимаясь, добрым силам удается завладеть символом жизни - белыми платками. Музыка начинает звучать светло и грустно, и добрые силы, дотрагиваясь платками до каждой из фей, оживляют их.
В первом варианте балета злые силы погибли. При обсуждении в классе, которое происходило не менее бурно, чем сам балет, мальчики, исполнявшие роль злых сил, наотрез отказались погибнуть злыми. Надо сказать, что исполнители ролей постоянно менялись. Отыграв одну роль (злую), ребенок отыгрывал добрую, и наоборот. Но погибнуть злым не желал никто.
Эмоциональная жизнь в классе шла очень бурно. В какой-то момент обнаружилось, что пропали все белые платки. Мы нигде не могли их найти, а те, кто ими завладел, ни за что не признавались, где пропажа. Мы даже не знали (и не знаем до сих пор), кто виновник похищения. Перевернув вверх дном весь класс, взрослые (дети делали вид, что им ничего не известно) обнаружили платки в спальне, под матрацами. Сила страстей, их накал, важность разговора, который вели с нами дети, были таковы, что все хотели завладеть главным символом жизни -белыми платками.
Детьми предлагались разные варианты окончания спектакля. Кто-то предлагал злым силам опять превратиться в комету и улететь в другую Галактику, кто-то - стать камнем, можно даже драгоценным. Было предложение выпасть космическим дождем. Дети показывали недюжинные познания в астрономии, эмоции накалялись, а решение не приходило. Наконец, по предложению Вани Г. (который, кстати, первым и отказался умирать злым) решено было переколдовать злых в добрых. Под теплым и любовным влиянием фей и добрых сил злые постепенно превращались в добрые силы. В окончательном варианте кто-то превратился, кто-то находился в процессе перевоплощения, а кто-то все-таки погиб.
Чтобы разговор с детьми средствами пластики состоялся, необходим ряд условий. Вначале дети двигаются под музыку, кто как хочет. Когда ребята освоятся, можно выбрать роль, которую хочется исполнить. После того как ребенок исчерпает возможности своего пластического языка, взрослый может показать ему движения, делающие танец более ярким и насыщенным, и таким образом расширить пластическую лексику ребенка. Очень важно в самом начале не сбить детей на готовые, наработанные формы танца, иначе они не смогут выразить свои мысли и чувства, и этот, подчеркиваем еще раз, органичный язык детей шести - восьми лет станет обедненным, скучным и невостребованным.
Желательно сделать соучастниками происходящего родителей. Мы не просто рассказали мамам и папам о том, что надо приготовить костюм к выступлению, мы предложили им вместе с ребенком подумать, как он будет выглядеть. Совместно дети, родители и учителя обсуждали, как лучше одеться фее, исполнителям злых и добрых ролей. Мамы приходили на репетиции, слушали музыку к спектаклю (мелодии менялись, но характер музыки оставался прежним), смотрели, как пытается пластически разговаривать их ребенок. Позже, на импровизированном собрании, мы обсуждали с родителями, что ребята хотели сказать.
Балет, события, которые происходили в нем, стал стержнем, на который нанизывалась остальная жизнь в классе. Постепенно дети стали рассказывать о том, что они чувствуют, когда танцуют. Балет создал ту атмосферу в классе, которая так необходима для написания свободных текстов. Ниже приведены некоторые высказывания детей.
«Мое время сегодня — легкая, воздушная фея, розовый пони, свет лучей солнца» (Настя Б.).
«Когда я танцую, я чувствую, что я как будто бы летаю в облаках, и я фея в космосе и пространстве» (Света К.).
«Зима, снег, вальс снежинок, снежная птица и счастье - это я» (Даша В.).
Все детские тексты обязательно прочитывались в классе. Дети вместе с учителем обсуждали написанное, и выяснялось, что многие устно могут сообщить больше, чем письменно. Тем, кто мог и хотел рассказать о себе письменно, выдавались тетради (до сих пор ребята писали только на альбомных листах). Это послужило мощным стимулом к тому, чтобы скорее научиться писать тем, у кого это плохо получалось. Кроме того, придумывая названия к частям балета, дети произносили: любовь, жизнь, смерть, счастье, свобода. Стало возможным обсудить с детьми, что они понимают под этими словами, когда они чувствуют себя счастливыми, свободными и т. д. Появились целые трактаты о свободе. Егор Ю. всю вторую четверть писал только об этом. Каждый день он добавлял одну фразу к написанному ранее, и в итоге получился объемный текст о том, как он понимает свою свободу. Вот некоторые его высказывания:
«Свобода — это когда можно бежать вприпрыжку»;
«Свобода — это когда можно кататься на велосипеде, сколько хочешь, свобода - это когда можно поваляться на диване, поесть шашлычков в лесу, почитать книжку, посмотреть телевизор».
Аня С. так пишет о свободе и счастье:
«Свобода — когда я нюхаю шиповник и он щекочет нос».
А это высказывания на ту же тему других ребят:
«Я была счастлива, когда смотрела на закат и в сердце чувствовала радость и благодать» (Света К.).
«Я была счастлива, когда я гуляла с мамой на море, я увидела, что море волнуется, много рыбок плавало» (Даша В.).
«Я счастлива, когда я иду и нюхаю махровый шиповник, когда я шлепаюсь в горох, он меня осыпает стручками, как дождем, мне смешно, и я счастлива» (Аня Я.).
Как можно ответить на главный вопрос: для чего нам нужен был балет и зачем такая форма работы?
Суть дела заключается в том, что, как нам кажется, одним из главных, универсальных умений каждого человека является умение задавать и отвечать на вопросы: кто я такой? какой я? зачем я здесь? При помощи балета дети пытались показать себе и нам, что в каждом есть злое и доброе (недаром ребята меняли роли и все сыграли и злые, и добрые силы), что человек рождается для счастья и свободы и что главное в нем - его внутренний мир, каждый хочет быть услышанным и понятым. А это первый шаг к тому, чтобы приблизиться к своему внутреннему «Я», начать осознавать свое место в мире, строить свою внутреннюю жизнь, воспитывать в себе жизненные ценности.
Второй класс
Закончилось лето, пора в школу. Что можно придумать, чтобы, с одной стороны, не потерять так трудно зарождающуюся позицию ученика, а с другой - удержать очень важную для ребят летнюю пору в нашей школьной жизни. Все должно иметь свое продолжение, тема воспоминаний о лете активно жила у нас недель шесть, до середины октября. Вот какие формы вполне успешно использовались в классе в этой связи.
Пресс-конференция
Пресс-конференция позволяет ребятам попробовать себя в двух ролях: я - главный герой, рассказчик о летних путешествиях, и я - корреспондент такой-то газеты или журнала, задающий вопросы герою с тем, чтобы точнее представить, что довелось пережить ему этим летом. Учитель — ведущий конференции следит за тем, чтобы спрашивающий не переходил в позицию рассказчика и удерживал свою задачу - задать толковый вопрос. Очень важно поддерживать хороший темп конференции, помнить о форме обращения к коллегам: «Пожалуйста, журнал «Вокруг света», ваш вопрос». «Журналисты», конечно, заранее готовят визитки, расставляют их на столах. Когда ведущий сообщает о том, что осталось время для последних трех вопросов, активность в зале резко возрастает. В день мы так играли минут 30—35.
Пресс-конференция - хорошая диагностика устной речи ребят. Выяснилось, что рассказать о своей жизни очень непросто, а тем более так рассказать, чтобы удержать внимание своих товарищей, да еще вызвать у них желание задавать про это вопросы.
Карта летних поездок и совместные домашние задания
Какие можно было бы предложить ребятам способы представления самому себе и другим своего летнего отдыха? Как можно взглянуть на себя летнего? Появилась идея - нарисовать карты путешествий, представить свою жизнь как путешествие и через логику понимания и ощущения пространства взглянуть на свою жизнь. Это было домашнее задание на выходные дни.
Очень важно точно донести смысл такой работы. Родители не контролеры и не «толкатели» детей, а равноправные соратники, сотрудники в выполнении домашнего задания. Они вместе с детьми разбираются в том, что требуется сделать, вместе подыскивают нужный материал, вместе оформляют задания. Очень приветствуется, когда часть текстов или рисунков сделана детской рукой, а часть - маминой или папиной. В 1 классе популярной и у ребят, и у мам была серия заданий «Мой первый... седьмой годы жизни». Вся семья вспоминала первые слова, первые игрушки и игры, любимые укромные местечки дома и на даче, первые книги и первые придуманные ребенком смешные истории. Подбирались самые интересные фотографии. В понедельник выполненные задания разглядывались и прочитывались. У каждого из ребят в классе есть папка, которая постепенно превращается в книгу «Я сам», в ней хранятся все задания, они не пропадают, а становятся страницами книги о себе.
Эти задания, которые даются только на выходные, не закрепляют пройденный в классе материал, а предполагают, что совместная деятельность поможет родителям понять, что происходило в школе на текущей неделе, почувствовать затруднения сына или дочери, увидеть их продвижения. Для детей такое задание - возможность ощутить, что их школьная жизнь важна и интересна мамам и папам, что их новая роль — школьник — вызывает уважение взрослых.
Вернемся к летним картам как к возможности увидеть свою жизнь в форме путешествия по неизведанным местам. Появляется необходимость понять, как люди договорились сообщать друг другу о путешествиях, используя только лист бумаги, какие знаки они для этого придумали, понять, как можно соотносить план и реальное пространство, попытаться всем вместе составить план похода в ближайший лес. На основе плана можно придумать множество задач, например определить длину пути от школы до леса, если одна клетка в плане равна одному метру на местности. Затем усложнить - одна клетка равна двум (или трем) метрам. Начертить кратчайший путь, найти его длину.
Можно начертить план пути от нашего кабинета в физкультурный зал, кабинет музыки, столовую, полагая, что одна клетка в тетради - это один, два или три шага в реальности. Или рисовать такие планы, основываясь на интуиции, а потом проверять путем точных измерений. Такая работа дает новый опыт внутреннего ощущения пространства, его освоения и отображения.
Это было актуальным еще и потому, что реальная жизненная ситуация вынуждала поскорее понять, как устроено незнакомое, новое для второклассников трехэтажное здание школы, как в нем организована жизнь людей.
А год назад, в 1 классе, ребята рисовали план классной комнаты, свою парту на ней, места своих друзей. С помощью плана разыскивали клад или помечали на плане свои тайные места.
Пространственный опыт ребята приобретали и когда получали совсем чистый лист бумаги, без линеек и клеток. Как на лесной поляне им нужно было посадить неизвестные науке растения, похожие на буквы А, Б и т. д. Разглядывание этих полянок помогало увидеть, как по-разному можно распорядиться листом бумаги - в одном случае растения равномерно разрослись по всем грядкам рядами, в другом — заполнили поляну большими окружностями, а в центре расположился самый крупный экземпляр, в третьем - все цветки-буквы сосредоточились на нижнем крае листа и выглядели сиротливыми и неуверенными.
Ввели мы и ограничения по времени буквы должны вырасти за одну минуту. Как только садовник поймет по своим «внутренним часам», что время вышло, он поднимет руку, закончит работу, а на ухо учителю прошепчет реальное время в минутах и секундах. Потом результаты отмечаются на числовой оси, и выясняется, у кого «часы» сильно спешат, у кого отстают, да так, что результат не помещается на доске и числовую ось приходится мысленно продлевать, чтобы понять, где будет располагаться время такого запаздывающего «будильника».
Развитие внутреннего ощущения пространства, способности перенести представление о реальном пространстве на план и, наоборот, с плана в реальность естественно продолжить на уроке физкультуры, где ребенок проживает пространство своим телом. Совсем нетрудно в спортивном зале или школьном коридоре, расставить в случайном порядке какие-то предметы. Мы часто используем большой мягкий конструктор. На крупном листе бумаги или на доске мы пытаемся изобразить пространство леса, горной страны. Даем каждому препятствию свое название: Малое ущелье, Бурная река и т. д. Придумываем вместе роли для себя и способы передвижения. Почему-то чаще всего это роли животных.
На плане выбираем и помечаем маршрут. Иногда ребята отправляются на маршрут вдвоем. Очень важно, чтобы ведущий заботился о партнере и не увеличивал расстояние между ними более чем на метр. Обязательна смена ролей: только что был лидером, а теперь подчинись решению своего товарища.
Еще сложнее работа на спортивном комплексе, когда навстречу одной группе идет другая. Как разойтись, чтобы никто не упал, — это сложная задача. Я помню, как одна пара сумела, словно лемуры, повиснуть над доской, над «шумной рекой», а другая пара благодаря этому рискованному трюку легко, без потерь перебралась на противоположную сторону. В такой работе бывает много драматических ситуаций. Мы с ребятами всегда их обсуждаем.
Летние коллекции, или «Летний бутерброд»
Кто-то из ребят, готовясь к пресс-конференции, принес в класс несколько камней и кость неизвестного животного, привезенные с Селигера. Естественно, что рассказ свелся к ответам на вопросы «журналистов» об этих предметах, кость даже пытались прикладывать к себе, разгадывая, что это за часть скелета.
Затем и другие путешественники стали приносить свои летние запасы камней, корней, ракушек, засушенных растений, остатки гранат и гильз, фотографии. Все это порождало много вопросов, не всегда ребята могли на них ответить, мы искали в школе людей, способных нам помочь, постепенно узнавая своих соседей.
Но далеко не у всех сложилась летняя коллекция как материализованная память, разглядывая которую можно погрузиться в свои прежние состояния, наполненные теплом, солнцем, покоем. Ведь это лето непременно надо сберечь «и где-то отложить для себя, чтобы после, в любой час, когда вздумаешь, пробраться на цыпочках во влажный сумрак и протянуть руку» (Р. Брэдбери. «Вино из одуванчиков»).
Мы стали придумывать такую коллективную коллекцию. Несколько дней не снимали со стены лист ватмана, и все в классе - и ребята, и учителя, и родители - записывали на нем то, что каждому хотелось бы запомнить, сохранить как память о лете: кусочек смолы, запах моря, хвои, лаванды, летних яблок, шум корабля, иголку с большого кактуса, велосипед, куст шиповника у дачного окна, ощущения от немного колючей подушки в деревне, баночку клубничного варенья, абрикосовый компот, медузу, белую жемчужину, барашков на море, камень - полосатый, древний и морской и т. д.
В воскресенье ребята со своей семьей придумывали такую домашнюю коллекцию. Однажды, когда мы в классе собирались пить чай и готовили бутерброды, пошутили: а нельзя ли взглянуть на лето и на себя летнего, как на большой такой бутерброд? А что такое бутерброд? Получилось, что это нечто слоеное, сохраняющее форму нижнего, главного слоя - хлеба, дающее новый вкус при одновременном надкусывании всех слоев. Вот такая модель; а если с ее помощью взглянуть на себя, что может получиться?

Кому-то пригодилось строгое слово «коллекция», а кому-то смешной образ - «бутерброд». Ребята очень часто сами находят и подсказывают нам новые способы и формы, с помощью которых им легче выразить себя. Учителю нужно всего-то не проглядеть эту ситуацию, поддержать, усилить ее.
Однажды, когда мы всем классом гуляли в лесу, к учителю подбежал самый молчаливый наш мальчик, раскрыл ладошку, а на ней уютно расположились желудь, маленькая шишка, кусочек бересты и красная ягода рябины. Правда, красиво? Хочется сохранить, а в классе есть целый мешок круглых деревянных подставок, на которых можно все это разместить. Начинается неделя всеобщего увлечения инсталляциями. В ход идет все: листики деревьев, хвоя, шишки, ягоды, ветки, сухая трава, цветы, лепестки лунарии, семена, кусочки ткани, нитки, пуговицы, клей, пластилин. У каждого получилось по 3—4 работы. Неожиданные, интересные работы и названия к ним удивительные!
Свободные тексты
Снова возвращаемся к текстам. Читаем «Вино из одуванчиков» Р. Брэдбери: «Они приходили неслышно. Уходили почти бесшумно. Трава пригибалась и распрямлялась вновь. Они скользили вниз по холмам, точно тени облаков... Это бежали...» О ком это? Ваше продолжение? Горячие споры — это туманы, ветры, насекомые, какие-то таинственные животные, инопланетяне. А у Брэдбери: «Это бежали летние мальчики».
Мир летних мальчишек:
«Одна дорожка ведет от зеленых ворот до красных. Еще одна дорожка ведет на участок Феди. Третья дорога ведет к затерянной дороге» (Егор Ю.).
«Я купался в море и видел морского ежа, селедку, мальков и рыбу-иглу. А еще я катался на яхте, и мы заплывали на вулканический остров, и я собирал камни, и взял кусочек лавы, и заходил в пещеру химеры, и катался на водных горках, и на верблюде, и на лошади» (Дима С.).
Мир летних девчонок:
«Разные фрукты и цветы. Высокие и деревянные дома. Резные окна и крыши. Светлый тоннель, где я с подружкой поклеила обои, и стало еще светлее. Лейка, огород, грядки и много солнца» (Даша В.).
«Это — цветы и танцы, лошади, одуванчики, велосипеды, палатки на траве, теннис, игры в карты и Гарри Поттера» (Настя Б.).
Позже мы писали про осеннее настроение. Сравнивали себя осеннего с летним — что изменилось? Вот я летний, веселый, беззаботный. А вот я осенний.
«Осень за окном, падают желтые листья, скоро будет снег. Я иду по желтым и красным листьям и собираю их в букет. Мне навстречу смотрит конь-единорог. Он лежит на опавших листьях, а я его глажу. У него золотая грива и блестит рог» (Аня Я.).
«Осенние листья, как дождь, летят с неба и сыплются на нос, а мы их не замечаем, потому что мы всегда куда-то спешим. А листья все падают и падают, а мы их все не замечаем» (Люба К.).
Эти тексты всегда читаются вслух, в классе. Особенно понравившееся место читаем еще раз. Мы всегда стараемся найти удачу автора, иногда только одно предложение или словосочетание, понять его настроение. Обсуждаем, вместе радуемся.
Тексты-загадки
В прошлом году, когда ребятам было шесть лет и больше половины класса не умело читать, мы начали работу, которую для себя классифицировали как «работу над пониманием текста».
Ребята доставали чистый лист бумаги, фломастеры и карандаши и готовились слушать историю про одного таинственного зверя. Как только кто-нибудь из слушателей полагал, что ему понятно, о ком идет речь, он начинал рисовать свою отгадку.