Семейная политика: принципы формирования и реализации
*) Здесь и далее показатели помесячной оперативной отчетности приведены в пересчете на год
В январе-сентябре 1996 г. наблюдалось дальнейшее снижение основных показателей, характеризующих процессы естественного воспроизводства населения.
Как и за девять месяцев 1995г. число умерших в целом по России превысил число родившихся в 1,6 раза. Естественная убыль сохранилась в 68 регионах страны. При этом в 25 из них умерших было в 2-3 раза больше, чем родившихся.
Наиболее значительное сокращение численности населения в связи с естественной убылью отмечены в Псковской, Тульской, Тверской, Новгородской, Ивановской. Ярославской и Рязанской областях – 13-10 человек на 1000 населения.
Естественный прирост населения по-прежнему сохранился в республика Калмыкия, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкессия, Алтай, Тыва, Саха (Якутия), Тюменской области и Чукотском автономном округе. Наиболее значительным он был в республиках Ингушетия (14,6 на 1000 населен и Дагестан (12,5).
Число родившихся и умерших в январе-сентябре
тыс.человек

За январь-сентябрь 1996г. по сравнению с соответствующим периодом прошлого года число родившихся сократилось в целом по стране на 5,4%. Уменьшение родившихся зафиксировано во всех субъектах Российской Федерации (кроме Чукотского автономного округа). Наибольшим оно было в Хабаровском и Приморском краях, республиках Северная Осетия-Алания, Калмыкия, Мордовия, Адыгея, Калужской, Ульяновской, Читинской областях и Еврейской автономной области на 12-9%.
В 46 регионах страны общий показатель рождаемости был ниже среднероссийского уровня. В Санкт-Петербурге за девять месяцев 1996 г. на 1000 жителей пришлось 6,6 рождений, в Ивановской области соответственно - 7,0, Ленинградской и Тульской областях - по 7,1, Московской - 7,2, Тверской - 7,3, Калужской области 7,4 (в целом по России - 9,0).
По-прежнему из всех российских регионов лишь в республиках Ингушетия, Дагестан и Тыва уровень рождаемости (22-18 родившихся на 1000 населения) обеспечивает численное замещение поколений родителей их детьми. Заметно выше среднероссийского остаются показатели рождаемости в республиках Кабардино-Балкария, Алтай и Саха (Якутия) -1315 рождений на 1000 населения.
Рассмотрим демографическую ситуацию в Ставропольском крае за последние несколько лет.

Сокращается и приобретает негативный характер миграционная подвижность населения. Увеличивается отток населения из районов Севера, Сибири и Дальнего Востока в регионы европейской части. Растут потоки беженцев и вынужденных переселенцев из стран ближнего зарубежья, из очагов межнациональных, этнических и политических конфликтов на территории России.
В результате естественной убыли населения, несмотря на положительный в целом миграционный прирост, население России уменьшилось за 1992—1994 гг. на 455 тыс. человек.
Современная демографическая обстановка в России сложилась на фоне длительных неблагоприятных тенденций демографического развития 60— 80-х годов:
долговременных и специфичных для России тенденций стагнации и медленного роста смертности, ухудшения здоровья и генофонда населения;
продолжения общемирового снижения уровня рождаемости, происходящего во всех развитых странах мира в послевоенные годы;
происходящих перепадов в численности возрастных когорт наиболее плодовитых возрастов как последствия предшествующих демографических волн.
В 90-е годы эти эволюционные тенденции оказались резко, в кризисной форме, усиленными крайне негативным воздействием на население социально-экономического и политического кризиса в России, падения уровня жизни большинства населения, разрушения отраслей социальной сферы, в том числе здравоохранения, бытового обслуживания, образования, культуры и науки.
Долговременные социальные и экономические последствия демографического кризиса очевидны.
В экономической сфере — это изменение общей численности экономически активного населения, постарение трудовых ресурсов, увеличение иждивенческой нагрузки на трудовые ресурсы пожилыми и престарелыми, а значит, рост доли затрат общества на содержание и социальное обслуживание престарелых и инвалидов; снижение территориальной и профессиональной мобильности трудовых ресурсов (столь необходимой в условиях структурной перестройки народного хозяйства); растущий дефицит трудовых ресурсов для районов нового промышленного развития, для освоения новых промышленных технологий, для непрестижных профессий и работ.
В военной и оборонной сфере неизбежно снижение числа молодежи призывного возраста, сокращение населения и его плотности, что наиболее опасно в приграничных районах Дальнего Востока в условиях сильного иммиграционного давления со стороны сопредельных государств, испытывающих дефицит свободных для освоения территорий и давление избыточного населения.
Связь демографического, социально-экономического и политического кризиса в России бесспорна. Именно население, его демографическое развитие стало жертвой ошибок и просчетов реформирования общества, отразило негативные социальные последствия реформ.
Современные проблемы народонаселения в стране вызывают серьезную озабоченность общества. Это касается многих аспектов демографических процессов, в числе которых естественная убыль населения, вынужденная миграция в связи с социальной экстремальностью в южных районах России, снижение средней продолжительности жизни, негативный характер тенденции воспроизводства поколений.
Создать благоприятный режим воспроизводства поколений — задача весьма актуальная, ибо отвечает требованиям общества, интересам личности и семьи. В условиях реформирования, сопровождающегося социально-экономическим кризисом, проблемы семьи, учитывая ее роль и значение для общества, являются наиболее приоритетными.
На развитие семьи, укрепление ее положения в обществе существенное влияние может оказывать эффективная демографическая политика, продуманная деятельность инфраструктур социальной защиты населения. Особого внимания заслуживает комплекс социально-экономических мероприятий, направленных на обеспечение условий для расширенного воспроизводства поколений.
В России принципы государственной семейной политики трактуют статус семьи как один из основных объектов социальных гарантий и льгот, государственной поддержки, сориентированной на выполнение ее функций по воспитанию детей и обеспечению условий для их полноценного физического и духовного развития.
В числе приоритетов социальной защиты населения семья приобретает все большее значение как структура, обеспечивающая наряду с воспитанием детей заботу о малолетних ее членах, престарелых, инвалидах.
Активизация демографической политики наряду с разнообразием льготных социальных мероприятий по улучшению жизненного уровня семей (особенно многодетных, с одним кормильцем, детьми-инвалидами) предусматривает эффективность системы охраны здоровья, снижение смертности в младенческом и трудоспособных возрастах, что является непременными условиями для формирования прогрессивного типа возрастно-половой структуры населения.
Особая значимость семьи для общества была подчеркнута Генеральной Ассамблеей ООН, провозгласившей 1994 год Международным годом семьи. Его подготовка и проведение в нашей стране предусматривали комплексный подход к решению многочисленных проблем семейной политики.
В этой связи заслуживает внимания Концепция государственной семейной политики Российской Федерации, которая была одобрена решением Национального совета по подготовке и проведению Международного года семьи в России. Первоочередные меры предусматривали проведение социальной политики в интересах семьи, женщины и ребенка, осуществление федеральной программы "Дети России" с дифференцированным подходом к отдельным контингентам ("Дети-инвалиды", "Дети-сироты"), регионам ("Дети Севера", "Дети Чернобыля") и др.
Большое значение имели учреждение специальных территориальных органов по проведению семейной политики на местах, формирование социальной службы семьи.
В Ставропольском крае государственная служба социальной защиты и помощи семье предусматривает осуществление демографической политики, разработку и реализацию мер по экономической, социальной, юридической поддержке и защите прав семьи, материнства и детства. Особое внимание уделено многодетным семьям, семьям с несовершеннолетними детьми и инвалидами.
Актуально изучение социально-демографических аспектов формирования и развития семьи в отдельных территориях, ибо позволяет выявить региональные особенности, которые необходимо учитывать в практической деятельности работникам сферы социальной защиты населения, интересов семьи, прав женщины и ребенка.
Многие демографы (да и политики) в наше время пришли к осознанию неразрешимости проблемы низкой рождаемости. К таким выводам их привели неудачные попытки поднять рождаемость в СССР, странах Восточной Европы, Франции ряде других государств. Хотя на демографическую политику были затрачены немалые средства, ни в одной стране это не привело к длительному подъему суммарного коэффициента рождаемости даже до уровня простого замещения поколении (2,1 ребенка). В итоге во всех странах данный показатель вновь оказался ниже этой черты.
Главная причина создавшегося положения, по мнению многих специалистов, состоит в том, что демографическая политика исходила лишь из интересов государства и противоречила интересам большинства семей. Семья не испытывает неудобств от того, что у нее только двое детей, напротив, неудобства появляются как раз вместе с третьим ребенком.
Семье, как, впрочем, и большинству политиков, нет никакого дела до того, что через тысячу с чем-то лет малодетность приедет к вымиранию человечества. Семья просто не оперирует такими временными категориями, поскольку она не существует 1000 лет, общество же в теории должно бы ими оперировать, но на деле оно смотрит вперед не дальше семьи.
Кросс-культуральный анализ, проведенный ЦИИОМ, показал, что, вопреки распространенному мнению, развод практически всегда допускался почти во всем мире. Однако вплоть до начала XX в. и общественное мнение, и законы разрешали разводы только в случаях явного нежелания или физической неспособности одного из супругов соблюдать элементарные правила семейной жизни, т.е. иметь и воспитывать детей, содержать семью, вести домашнее хозяйство, хранить супружескую верность и т.п.
В разных странах и в разные эпохи перечни законных оснований для развода были различные. Но во всех случаях это были только объективные причины. Если бы разводы не допускались вообще, нельзя было бы заставить людей, не склонных соблюдать правила семейной жизни, им подчиняться. Напротив, они могли бы пользоваться всеми преимуществами брака, ничего не давая взамен своим супругам, которые оказались бы в безвыходном положении. Даже в самых традиционных обществах в определенных ситуациях законы давали право невиновному и здоровому супругу на развод с человеком, либо не желающим соблюдать эти правила, либо неспособным выполнять их по состоянию здоровья, и на вступление в новый брак с другим, более подходящим партнером. При этом виновный (но не больной) супруг подвергался определенным санкциям: например, лишению на долгий срок или даже пожизненно права на другой брак, уплате невиновному супругу, а дети и спорное имущество передавались последнему.
Следует отметить, что традиционные общества, как правило, очень негативно относились к разводам, вызванным чисто субъективными причинами, например тем, что один из супругов просто разлюбил другого, хотя тот не нарушал никаких элементарных правил семейной жизни. Особенно негативной была реакция закона и общественного мнения, если на такие причины ссылалась жена. В подобных случаях развод либо вообще не разрешался, либо к его инициатору применялись вышеупомянутые санкции.
Отношение консервативного общества к разводу способствовало укреплению брака как социального института, хотя и не всегда могло предотвратить случаи распада конкретных семей. Уровень разводимости был очень низким, измерялся долями процента, максимум несколькими процентами от общего числа браков. В частности, в Российской империи, законы которой о разводе в 1913 г. в общем соответствовали вышеописанной схеме, число разводов составляло лишь 0,4% от числа заключенных браков. (В современной же России разводом заканчивается более половины браков). Понятно, что в сохранившихся браках супруги отнюдь не всегда были удовлетворены своей семейной жизнью. Но и в наше время число неблагополучных полных семей вряд ли меньше. При традиционном взгляде на брак такая неудовлетворенность семейной жизнью не признавалась достаточным основанием для развода: интерес семьи как целого стоял выше интересов ее членов, а общественный интерес — выше семейного.
Изменения законов о разводе, которые произошли в нашей стране в советский период (в 1918, 1926, 1936, 1944, 1955, 1965, 1968 гг.), а также во многих европейских государствах главным образом после второй мировой войны, сводились в основном к отказу от признанных кодексами перечней вольных или невольных нарушений правил семейной жизни одним из супругов как оснований для расторжения брака по требованию другого супруга и от применения санкций к виновной стороне. Вместо этого достаточным основанием для развода стало считаться либо само по себе раздельное проживание супругов (независимо от его причин) в течение определенного времени, либо просто категорическое требование одного из супругов расторгнуть брак, даже если другой супруг не соглашался на развод и не нарушал никаких правил семейной жизни. Такие понятия, как "сторона, виновная в разводе" и "санкции по отношению к виновнику развода", вообще исчезли из юридического лексикона многих стран. Если традиционное законодательство исходило из интересов общества, желающего сохранить максимальное число семей, и из интересов самих семей, то в современных законах восторжествовал принцип приоритетности эгоистических интересов индивидов, которые часто строят свое личное счастье (причем сплошь и рядом мнимое и недолговечное) на несчастье своих покинутых супругов и детей.
Последствия подобных изменений правовых и моральных норм очевидны. Это — многократный рост уровня разводимости, который и в России и почти во всех европейских гранах измеряется уже 25—45 и более процентами от общего числа заключенных браков, и далеко не полная компенсация разводов повторными браками, и высокий удельный вес неполных семей и детей, воспитывающихся без одного из родителей, и трудности, которые эти дети испытывают в процессе социализации, и их непропорционально большой вклад в преступность несовершеннолетних. Кроме того, высокий уровень разводимости в обществе влияет и на нераспавшиеся, даже на вполне благополучные семьи. Во многих из них супруги осознают потенциальную возможность развода. Они видят, как многие их знакомые, которые соблюдали все правила семейной жизни: заботились о своих семьях, не пьянствовали, не бездельничали, не нарушали супружеской верности, оказываются брошенными своими мужьями или женами, а нередко еще и теряют жилье, имущество и лишаются возможности общаться со своими детьми (последнее относится почти исключительно к мужчинам). Поэтому немало супругов в вполне благополучных семьях решают, что им лучше, на случай возможного развода (от чего никак нельзя страховаться), ограничиться одним ребенком и вообще строить свои супружеские отношения как временные. В первую очередь это проявляется в ориентации женщин на работу вне дома: они понимают, что могут быть брошены мужьями даже без всякой их вины, и не хотят оказаться в этой ситуации без источника средств существования. Это — одна из самых важных причин вовлечения женщин в общественное производство, что, в свою очередь, ведет к снижению рождаемости и способствует расторжению браков по инициативе самих женщин: экономическая зависимость уже не удерживает их от развода не только с пьяницами и бездельниками, от которых они и прежде материально не зависели, но с более "приличными" мужьями, виновными лишь в том, что их не любят.
Не следует понимать вышесказанное как призыв к восстановлению старых репрессивных законов о расторжении брака. Эти законы были пересмотрены и в тех странах, где не произошло никаких революций. Законы изменились потому, что изменилось общественное мнение, причем во многих странах право отстает в этих вопросах от морали на несколько поколений. Общественное мнение в наше время не осуждает разводы, вызванные не только объективными, но и чисто субъективными причинами. Так, по данным исследования, проведенного в 1994 г. НИИ семьи Минсоцзашиты России и Российского фонда мира, 43% опрошенных считают отсутствие любви к супругу достаточной причиной для развода даже в семье с детьми.
Ситуацию с рождаемостью продолжает усугублять положение с брачностью: число зарегистрированных браков в январе-сентябре 1996 г. снизилось на 129 тыс., или на 16%. Снижение наблюдается повсеместно. Наибольшим оно было в республиках Тыва, Марий Эл, Калмыкия, Удмуртия, Курской и Ростовской областях - на 27-23%.
Число разводов за этот период также сократилось - на 70 тыс., или на 14%. В республиках Ингушетия, Марий Эл, Тыва, Костромской, Ивановской, Псковской, Ярославской и Курганской областях снижение разводов составило - 33-29%.
Ухудшается соотношение браков и разводов. На 1000 образованных пар в России пришлось 642 распавшихся (за девять месяцев прошлого года - 626). От 800 до 900 и немногим более распавшихся браков на 1000 зарегистрированных было в Хабаровском крае, Мурманской, Тюменской, Камчатской, Сахалинской областях, Республике Карелия. Разводов зарегистрировано больше, чем браков в Чукотском автономном округе (1360 разводов на 1000 браков) и Магаданской области (1086).
Число зарегистрированных браков и разводов (тысяч)

Начиная с 1995г. наблюдается постепенное снижение смертности населения. За девять месяцев 1996г. число умерших сократилось на 3,6%. Уменьшение их по сравнению с тем же периодом прошлого года зарегистрировано в 56 регионах страны. Самое существенное сокращение умерших (на 18%) зарегистрировано в Сахалинской области (это связано с гибелью людей в результате землетрясения в Нефтегорске в 1995г.). Заметное (на 12-9%) уменьшение числа умерших зарегистрировано также в Мурманской области, Республике Карелия, Москве, Санкт-Петербурге и Ленинградской области.
В 23 регионах число умерших продолжало расти, причем в Республике Ингушетия - на 16%, в республиках Дагестан, Карачаево-Черкессия и Курской области - на 9-5%.
Наиболее высоким показатель смертности оставался в Псковской, Тверской, Тульской, Новгородской и Ивановской областях, где на 1000 населения приходится 20-18 умерших, что на 40-24% выше, чем в среднем по стране (14,5 умерших на 1000 населения).
Смертность в России снизилась от всех основных причин, за исключением смертности от инфекционных и паразитарных болезней:
| Тысяч человек | На 100000 населения* | Справочно |
| январь- | сентябрь | прирост, снижение | январь-сентябрь | на 100000 населения |
| 1996г. | 1995г. | (-) | 1996г. | 1995г. | 1996г. в % к 1995г. | в целом за 1995г. | |||
| Всего умерших | 1589,7 | 1650,7 | -61,0 | 1446,4 | 1501,9 | 96,3 | 1496,4 | ||
| в том числе от: | |||||||||
|
болезней систе мы кровообра щения |
847,4 | 863,2 | -15,8 | 771,0 | 785,4 | 98,2 | 790,1 | ||
|
несчастных слу чаев, отравлен ий и травм |
233,7 | 264,9 | -31,2 | 212,7 | 241,0 | 88,3 | 236,6 | ||
| из них от: | |||||||||
|
случайных отр авлений алкого лем |
25,8 | 31,9 | -6,1 | 23,5 | 29,0 | 81,0 | 29,5 | ||
| самоубийств | 45,3 | 47,9 | -2,6 | 41,2 | 43,6 | 94,5 | 41,4 | ||
| убийств | 29,8 | 34,3 | -4,5 | 27,1 | 31,2 | 86,9 | 30,7 | ||
|
новообразова ний |
220,8 | 223,9 | -3,1 | 200,9 | 203,7 | 98,6 | 202,8 | ||
|
болезней орган ов дыхания |
78,0 | 81,4 | -3,4 | 71,0 | 74,0 | 96,0 | 73,9 | ||
|
болезни органо в пищеварения |
47,1 | 51,0 | -3,9 | 42,9 | 46,4 | 92,5 | 46,1 | ||
|
инфекционных и паразитарны х болезней |
24,0 | 22,8 | 1,2 | 21,8 | 20,7 | 105,3 | 20,7 | ||
По сравнению с девятью месяцами 1996г. наиболее значительно снизилось число погибших от неестественных причин смерти - всего на 12% (в том числе от случайных отравлений алкоголем - на 19%, от убийств - на 13%, от самоубийств - на 6%) и от болезней органов пищеварения - на 8%.
Продолжалось дальнейшее снижение младенческой смертности - 17,0 умерших в возрасте до 1 года на 1000 родившихся (в январе-сентябре 1995г. - 17,4).
Выше, чем в среднем по России показатель младенческой смертности зафиксирован в Чукотском автономном округе (37,5 умерших на 1000 родившихся), республиках Алтай (35,5), Тыва (35,2), Хакасия (28,1), Ингушетия (23,8), Приморском крае (22,4) и Саратовской области (22,2). Ниже, чем в среднем по России показатель младенческой смертности в Республике Калмыкия (10,5), Санкт-Петербурге и Республике Мордовия (по 11,1), Ленинградской (11,2), Ярославской (12,2) областях. Республике Карелия (12,3), Владимирской и Белгородской областях (по 12,4).
Наиболее заметно младенческая смертность сократилась от состояний, возникающих в перинатальном периоде (на 7%), от несчастных случаев, отравлений и травм (на 7,2%) и от врожденных аномалий (на 3,2%). Возросла при этом смертность младенцев от болезней органов дыхания (на 10%), болезней органов пищеварения (на 9%), а также от инфекционных и паразитарных болезней (на 3,4%).
Ситуация в России требует разработки и реализации специальной политики в области народонаселения. Целью ее первого этапа должна быть минимизация последствий социально-экономического кризиса для семьи и демографических процессов.
Главный приоритет политики населения в ближайшие годы — снижение смертности путем принятия специальных мер по поддержанию жизнедеятельности детей, матерей и всех взрослых, профилактики смертности от неестественных причин, обеспечению населения жизненно необходимыми лекарствами, детским питанием, по ужесточению государственного контроля за качеством продовольствия, включая алкоголь, а также контроля за состоянием окружающей среды и государственного санитарно-эпидемиологического контроля.
В области рождаемости целесообразно освободить демографическую политику от идеологии стимулирования рождаемости, не подкрепленной практическими мерами, и сосредоточить ее на реальной поддержке тех семей, матерей и уже рожденных и рождающихся детей, которые в ней нуждаются.
Необходимо принять меры по обеспечению репродуктивных прав и репродуктивного здоровья населения на основе развития и совершенствования государственной федеральной программы "Планирование семьи".
Помимо неотложных мер собственно демографической политики важно активизировать и продолжить разработку и реализацию специальных программ социальной политики. Необходимо защитить пособия и пенсии на детей от инфляции, увеличить выплаты на детей одиноким матерям, вдовам и вдовцам с детьми, детям, родители которых уклоняются от уплаты алиментов, опекунским семьям, студенческим и молодым семьям с малолетними детьми. Следует обеспечить реализацию "Плана действий по обеспечению выживания, защиты и развития детей в 90-е годы", федеральной программы "Дети России", федеральной программы "Женщины России", мер по обеспечению защиты интересов пожилых людей, беженцев и вынужденных переселенцев, коренных народов, инвалидов, развитию образования и профессиональной подготовки населения.
Все эти направления социальной политики должны быть взаимосвязаны, усилия по их реализации скоординированы на федеральном и региональном уровнях.
Параллельно необходимо ускорить разработку концепции долгосрочного демографического развития России как основы для определения мер демографической политики на перспективу.
§ 9. Принципы семейной политики
Мы далеки от мысли, что сегодня проблемы экономического и нравственного возрождения общества, проблемы современной семьи в принципе неразрешимы. Существуют некоторые фундаментальные принципы, руководствуясь которыми государство и его институты социальной политики могут добиться успеха в этом жизненно важном для общества деле.
Первый из них — реалистичность и прямо зависящая от нее эффективность социальной политики. Из множества факторов, влияющих на стабильность брачно-семейных отношений (выполнение семьей присущих ей функций, повышение качества семейных отношений, эффективная помощь маргинальным семьям и т.д.), важно выбирать те, которые поддаются хотя бы некоторому воздействию уже сегодня или в ближайшем будущем.
Например, если на стабильность брачно-семейных отношений негативно влияет проблема алкоголизма или неблагоприятная демографическая структура населения, то вряд ли эти факторы можно изменить в рамках семейной политики. Они сами по себе являются предметом социальной политики, и изменения их добиться не менее трудно, чем стабилизации брачно-семейных отношений. Наиболее реалистично, на наш взгляд, изменить два макрофактора, которые существенно влияют на функционирование современной семьи. Это материальные условия ее жизнедеятельности и система информирования по наиболее важным вопросам, связанным с выбором супругов, с семейной жизнью, с взаимными отношениями, с отношениями между родителями и детьми. Уже сейчас необходимо спланировать и скрупулезно реализовать пусть не солидную, но четкую систему льгот, пособий, улучшить жилищные условия, начать строительство яслей, детских садов и т.д. Одновременно с этим следует наладить и систему просвещения, помогающую семье построить адекватные модели планирования, выживания, развития, найти наиболее оптимальный для взрослых и детей выход из сложившихся ситуаций.
Второй принцип — дифференцированный подход к различным типам семей. Одним из общих недостатков современной семейной политики является ее абстрактный, обращенный ко всем семьям сразу характер. Назрела необходимость классификации семей и разработки такой социальной политики и работы, которые учитывали бы особенности конкретных типов семей, их специфические нужды и проблемы.
Вот одна из возможных классификаций, которая, может быть, и несовершенна, в силу того что объединяет сразу три признака (уровень дохода, характер брачно-семейных отношений и состояние здоровья членов семьи), но в то же время способна послужить началом к дифференцированному подходу в семейной политике.
Самый трудоемкий для социальной работы тип семьи — семья маргинальная. Генезис семей такого типа может быть связан с самыми разными причинами — болезнями, многодетностью, алкоголизмом, тюремным заключением и т.д., но общим для них является резко сниженные возможности осуществлять нормальное функционирование, эффективно воспитывать детей. Часть маргинальных семей имеет люмпенизированный характер. Их отличают крайне низкие доходы, высокий уровень потребления алкоголя или наркотиков, весьма плохие жилищные условия или вообще отсутствие пригодного для жизни жилья.
Разработка правильной политики в отношении маргинальных, а тем более люмпенизированных семей должна стать одним из важнейших направлений стратегии социальной работы. Недостаточное внимание к такому типу семей приводит к снижению общего морального уровня нашего общества, вступает в противоречие с провозглашенными социальными целями, высокими идеалами гуманизма. В то же время непродуманное раздаривание таким семьям продуктов, денег, жилья без учета социальных характеристик конкретной семьи и причин ее обнищания способствует воссозданию слоев деклассированных иждивенцев, способных принимать активное участие в акциях социального неповиновения, массовых беспорядках, хулиганских выходках и создавать питательную среду для роста преступности.
Другой тип семьи — семья кризисная, находящаяся ниже черты бедности и имеющая в силу этого серьезные проблемы, связанные с физическим выживанием,, супружескими отношениями и воспитанием детей. Такие семьи нуждаются в безусловной помощи, но сложность в том, чтобы правильно определить оптимальные формы ее оказания. Что касается физического выживания, то в первую очередь нужно думать о создании новых рабочих мест, переквалификации и переобучении людей, а не о раздаче им гуманитарной помощи и уравнительных пособий. Если же речь идет о нравственном выживании (сохранение семьи, теплых отношений между супругами, родителями и детьми и т.д.), то, видимо, приходится уповать только на средства массовой информации, в основном на телевидение, радио и книги, ибо индивидуальная помощь — психотерапия, брачные консультации и т.п. — платная, что таким семьям явно не по карману.
Третий тип семьи — благополучная семья, которая многого добилась в жизни сама. Уровень благополучия таких семей средний или на 15—20% выше среднего, и свои проблемы они могут решать, как правило, самостоятельно, без внешней помощи. По своему достатку они еще не могут широко пользоваться индивидуальными средствами решения домашних проблем, например дорогостоящими социальными услугами, но им вполне доступна методическая и иная литература по нравственному совершенствованию семейных отношений, отражающая новые подходы к воспитанию детей, к подготовке подростков к будущей семейной жизни, к психологической адаптации и т.п. Именно такие семьи имеют потенциальные возможности для перехода в новую группу — группу семей процветающих, которые составляют 10% российских семей.
Для четвертого типа семей, с доходами, позволяющими реализовать практически все виды платных услуг, даже весьма дорогостоящих, целесообразно разработать модель идеальной брачно-семейной консультации, организовать различные терапевтические службы, в том числе основанные на психоанализе, открыть частные школы и различного типа платные спортивные и культурные учреждения и т.д. Задача социальных работников состоит в том, чтобы на хорошо оплачиваемой основе создать наиболее эффективные модели работы с семьей и методики, которые затем, по мере повышения уровня жизни в стране, могут получить более широкое распространение.
Суть еще одного важного принципа социальной работы можно выразить старой доброй английской пословицей: "Лучше научить человека ловить рыбу, чем накормить его рыбой". Иначе говоря, необходима переориентация с социальных пособий и гуманитарных акций на работу по активизации жизненного потенциала самой семьи. Помогая ей самой решать собственные проблемы, общество должно выработать для этого определенную систему поддержки. Она могла бы предусматривать и расширение рабочих мест с учетом интересов семей с маленькими детьми, и пропагандирование через средства массовой информации моделей выживания и развития семьи, и обучение ее работающих членов новым профессиям и использованию реальных возможностей вхождения в бизнес, и помощь общественных и благотворительных организаций, и разработку справедливой и одобряемой большинством населения налоговой политики, и создание целевых социальных программ. Впрочем, никакая самая лучшая целевая программа не спасет человека, если он сам не захочет предпринять все необходимые шаги к выживанию. Поэтому многих людей, воспитанных на дрожжах социального иждивенчества, важно привести к мысли, что добиться в своей жизни чего-либо можно только в том случае, если самим работать в меру своих сил и возможностей. Это прежде всего относится к алкоголикам, наркоманам, бомжам и т.д. В то же время даже благополучные семьи должны понимать, что вправе рассчитывать на помощь государства, только если окажутся в беде, но, пока члены семьи работоспособны, они могут полагаться только на свои силы.
О системе иждивенчества стоит сказать особо. Она — плод 75-летнего победного шествия социализма, создавшего действительно новый тип человека — пассивного винтика государственной машины, который во всем полагается на нее и требует в свою очередь лишь одного — пусть небольшой, но гарантированной смазки. Такой "винтик" в то же время был глубоко убежден, что он вправе получить от этой машины столько же благ, сколько и другие "винтики" в соответствии с размерами своих шляпок. В результате этого эксперимента у людей постепенно атрофировались чувства инициативы, ответственности, человеческого достоинства, а зачастую и сама способность к выживанию. Мы должны ясно представлять себе, каковы корни и истоки этой атрофии, а не судить ближнего. Но было бы преступно продолжать тратить средства на здоровых работоспособных граждан, хотя бы потому, что в помощи действительно нуждаются миллионы сирот, больных, стариков, калек.
Таким образом, социальная работа должна быть перестроена так, чтобы каждый тип семьи, в зависимости от здоровья ее членов, уровня доходов, степени образования, места жительства и т.д., получал адекватную помощь и чтобы в этой помощи все больше и больше места занимали модели саморазвития и самовыживания. Необходима также организация имущественного и