Xreferat.com » Рефераты по педагогике » Духовно-нравственное воспитание в семье

Духовно-нравственное воспитание в семье

и плохая организация подготовки педагогических кадров, формализм в проведении массовой образовательной политики и одновременно ориентация именно на массы (элитарность образования чужда далеко не всем педагогическим течениям, но определенно противоречит духу православия). Обращение в основном к прак­тике народной школы можно признать одним из таких просчетов, но можно рассматривать и как один из этапов планировавшегося, скажем, К.П. Победоносцевым практического становле­ния православного духовного воспитания в целом. Можно утверждать, что православная пе­дагогика ХIХ-ХХ веков попыталась соединить в художественном воспитании духовные ценно­сти Древней Руси в характерных для них фор­мах функционирования и новые педагогические идеи. Поскольку для реализации целостного за­мысла была организована церковноприходская школа — весьма жизнеспособная и получившая широкое распространение в России, — то мож­но говорить об особой роли этого типа школ в духовном воспитании русского человека средствами искусства. Занятия искусством в церков­ноприходской школе в минимальной степени преследовали задачи «чисто» эстетического развития, а прямо ставились на службу духов­но-религиозному восхождению личности. Уро­ки церковного пения, имея прямой выход в важ­нейшую для жизни верующего сферу (испол­нение церковных обрядов), не нуждались в до­полнительных обоснованиях. Их воспитатель­ная, социальная значимость была очевидна. В методическом плане уроки церковного пения обеспечивались сложившейся практикой пев­ческой подготовки духовенства. Достоинства и слабости этой системы достаточно хорошо из­вестны и очевидны. Высокохудожественный музыкальный материал, не только способствующий развитию голоса, но прежде всего позво­ляющий обращаться к Богу, несомненно, заслу­живал и охранительного отношения, и пропа­ганды, и надежд на духовное возрождение народа через школу. Но формализм, догматизм, иногда элементарная педагогическая неподго­товленность мешали реализации замысла, а в некоторых случаях и дискредитировали идею.

Серьезную педагогическую проблему представляет соотношение понятий «духов­ное» и «нравственное» воспитание. Нравствен­ное воспитание, ориентированное на сложив­шиеся в культуре образы морали, не равно духовному возрастанию, что признается сегод­няшними философами и теоретиками педагогики, независимо от их философской ори­ентации. С духовным воспитанием нравствен­ное воспитание роднит то, что в нем оценива­ются не только практические действия, но и побуждения, намерения, мотивы. Нравствен­ное воспитание ведет человека к способности относительно самостоятельно определять свою линию поведения без внешнего контро­ля, опираясь на совесть, чувство личного дос­тоинства. Нравственное воспитание служит одним из средств духовного воспитания, но от­нюдь не исчерпывает его. Духовное воспита­ние столь же существенным образом стиму­лируется средствами интеллектуального, эс­тетического, физического воспитания, но не обеспечивается, не гарантируется ни каждым из этих средств, ни всеми ими, вместе взяты­ми. Духовное воспитание не обеспечивается (не гарантируется) в том числе и религиозным образованием, ибо и из него можно вынести различные плоды. Как пишет в журнале «Пе­дагогика» магистр богословия А.Е. Лихачев, «духовный заряд», наличие или отсутствие ко­торого, в конечном итоге, и определяет про­цесс духовного воспитания, можно сравнить с вдохновением. «В его пламени преображаются все прежние движения души, весь накопленный опыт». Вдохновение, духовный заряд — явления, не управляемые ни самим учеником, ни его педагогом. Поэтому процесс духовного воспитания, по сути, не технологизируется.

Однако можно говорить о создании усло­вий, предпосылок для духовного воспитания личности. Они напрямую связаны с ее нрав­ственностью, образованностью, культурой. При этом ребенок не должен быть поставлен в условия так называемой «свободы», а точнее, анархии выбора. Иерархическое строение ду­ховной сферы личности, ясное определение приоритетов может быть достигнуто только в условиях культуросообразного, согласованного с миром, с социальной реальностью образова­ния. При этом, однако, реальность не должна пониматься как сиюминутная данность. Учет глубин исторического опыта, построение (а не сжигание) мостов от прежних поколений к ны­нешним и наличие, пропаганда, проповедь веч­ных ценностей, истин, носителем которых яв­ляется христианство, — необходимые условия, при которых можно ожидать духовного взрос­ления новых поколений. [11]

Семья и брак как залог достойного воспитания в православии

Прочным оплотом для православных мирян в этих условиях является брак и семейная жизнь, установленные благословением Божиим для спасения всех членов семьи. Чтобы лучше разобраться в этом, давайте рассмотрим канонические основы брака, находящиеся в Священном Писании и хранящиеся в Священном Предании, выражающем мировоззрение Церкви.

Взгляды на брак в Ветхом и Новом Завете

Когда мы читаем о браке, семейной жизни и продолжении рода человеческого в Ветхом Завете, сразу же бросается в глаза, что главное здесь - это сохранение еврейского народа, бесконечные родословные, которые находим в Писании. Однако в то время брак не был единственным способом продолжения рода. Дети рождались и от наложниц, кроме того, существовал обычай брать в жены вдову брата, даже если она становилась второй женой (ужичество). Однако целью подобного многоженства являлось вовсе не удовлетворение плотской похоти, а желание иметь наследников. В Ветхом Завете мы не найдем никакого снисхождения Бога к разврату, как нет такого снисхождения и сейчас. Еще в ветхозаветные времена Бог начал открывать человеку Свою волю. Мы видим, что Бог осуждает многоженство, наложниц и закон ужичества. Смыслом брака все больше становится не продолжение рода, а более высокие, духовные ценности. Наконец, Бог ясно изъявил свою волю, карая развратников.

С пришествием Христа главной целью брака перестает быть потомство и продолжение рода, хотя это по прежнему остается его важной составляющей. Но Христос пришел в мир и принес залог воскресения мертвых и вечной жизни, сообщив христианскому браку новую цель - стяжание жизни вечной супругами и детьми.

Чин православного брака начинается словами «Благословенно Царство Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь». Этими словами подчеркивается важность брака и сразу обозначается его цель. Согласно церковным канонам, христиане, вступившие в брак вне Церкви, отлучаются от церковных таинств. Православный брак это скорее создание двумя людьми малой, семейной церкви для поклонения Богу Истинному и во спасение души. Эта семейная церковь подчинена Церкви Христовой. Как говорит св. Василий Великий, жениться естественно, но брак должен быть сверхъестественным, стать игом, которое супруги добровольно несут для Церкви. Отсюда видно, что в Новом Завете главной целью брака становится уже не продолжение рода, а спасение души, и сам чин брака содержит множество символов, разъясняющих эту цель.

О роли фольклорных источников в обучении и воспитании любви и уважения к родителям

Письменными носителями христианских идей были книги Ветхого и Нового заветов, бо­гослужебные книги, Жития святых (особенно любимое на Руси народное чтение), а позднее, в ХIХ-ХХ веках, периодические издания, в пер­вую очередь, церковные календари (например, «Крестовый календарь» А. А. Гатцука).

Однако письменные источники были дос­тупны не всем, и даже грамотные крестьяне не всегда имели в домах необходимые для це­лей воспитания и самовоспитания книги пра­вославной ориентации. Восприятие христианс­ких идей только через устную традицию (на слух) могло приводить к путанице в обстоятель­ствах Священной истории, искажениям смыс­ла, ошибкам в понимании текстов.

Тем не менее, потребность в осмыслении христианского вероучения и приложении его принципов к практике семейного и обществен­ного воспитания всегда была достаточно вели­ка в русской крестьянской среде. Это было свя­зано с глубоко укоренившейся в русском народе традицией почитания предков, и родителей в частности. Поэтому в русской народной традиции сформировался целый комплекс фольклорных произведений, способствовавших обес­печению нравственного отношения к родителям в соответствии с христианским учением.

Облеченные в изящную, часто рифмован­ную, форму, фольклорные средства воспита­ния были широко распространены в русской крестьянской среде и эффективно использова­лись в целях воспитания и обучения подраста­ющего поколения. Применение фольклора было основано на важных психологических осо­бенностях его восприятия воспитуемым. Обра­щаясь к воспитаннику с фольклорными поучениями, воспитатель высказывал не только свое собственное мнение, но выступал от имени целого народа. Безымянные авторы пословиц, поговорок, притч, имевших широкое хождение в русской народной среде, были выдающими­ся педагогами и психологами, тонко понимав­шими мотивы поведения человека в той или иной ситуации.

Фольклорная иллюстрация могла, быть подобрана опытным воспитателем к любому поступку ребенка или взрослого, содержала в себе анализ и оценку происходящего, тонкую иронию по отношению к провинившемуся, де­монстрировала нравственные отклонения в по­ведении человека и способствовала самоанали­зу воспитуемого.

Воспитуемым адресовались не просто уп­реки и замечания, но обличения в форме на­родной мудрости. Совершенные произведения фольклора, выступавшие в качестве универ­сальных средств воспитания, оказывали глубо­кое воздействие на слушателей. Применение для решения воспитательных задач произве­дений фольклора снимало претензии воспитуемого по отношению к воспитателю. Если воз­можно обидеться на строгого воспитателя, то можно ли обижаться на весь народ?

Пословицы и поговорки часто высказыва­лись как бы между прочим, «не в осуждение, а — в рассуждение». При использовании фоль­клорных средств народный педагог использо­вал косвенные приемы воспитательного воздей­ствия: намек, ободрение, подсказку, предосте­режение, совет, увещевание, укоризну, иро­нию, насмешку. Такие косвенные приемы по­зволяли избежать навязывания воспитуемому чужого мнения, что часто вызывает явный или скрытый протест. Поставленный с помощью фольклорного средства в ситуацию самооцен­ки, воспитуемый зачастую вынужден был при­знать справедливость услышанных в свой ад­рес замечаний и принять соответствующие меры к исправлению положения.

Огромные воспитательные возможности русского фольклора охватывали всевозможные отклонения от общепринятых норм поведения. Однако воспитание уважительного отношения к собственным родителям имело определенные трудности. С одной стороны, самим родителям было не очень удобно напрямую требовать от детей уважения к себе. С другой стороны, ро­дители часто допускали следующую ошибку: они полагали, что дети, видя, как много для них делают родителя, легко смогут проник­нуться к ним должным уважением.

Практика русской народной педагогики показывает, что далеко не всегда столь очевид­ные для окружающих родительские доброде­тели становились для детей основанием для по­чтительного отношения к отцу и матери. Очень часто дети рассматривали заботы родителей о себе как нечто само собой разумеющееся и не торопились воздать им должное.

Всякое чувство и знание должны быть воспитаны соответствующими методами, приема­ми и средствами. Древние мудрецы хорошо понимали, что любовь и благодарность по от­ношению к собственным родителями должны быть воспитаны, поэтому в книгах Священно­го Писания и в произведениях русского фольк­лора мы находим так много указаний на веч­ный долг детей по отношению к родителям.

В русской народной педагогике каждой из заповедей ставилось в соответствие значитель­ное количество пословиц и поговорок, которые можно рассматривать в качестве расшифров­ки, толкования, интерпретации. Во многих слу­чаях тексты заповедей дополнялись новыми ас­пектами, которые находились в традиционном русле православного воспитания и способство­вания более глубокому осмыслению и усвое­нию данных постулатов.

Сформировавшись на отечественных ре­алиях, русский фольклор был легко доступен для восприятия воспитуемых, облегчал пони­мание сложных древних текстов. Коллектив­ный разум народа за столетия упорных раз­мышлений над нравственным законом, пред­лагаемым христианством, находил все новые нюансы толкований, расшифровывая, уточняя и углубляя лаконичный текст заповедей.

Главным во взаимодействии с родителями было послушание детей, поскольку послу­шание всегда рассматривалось как главная детская добродетель. Долг родителей — вос­питывать детей в соответствии с нравственны­ми заповедями, содержать их «в послушании со всякою честностью» (I Тим. 3, 4).

В русском фольклоре существует целый ряд пословиц и поговорок, которые подчерки­вают значимость пятой заповеди и направлены на ее твердое усвоение детьми и молодежью.

Расшифровки пословиц и поговорок, свя­занных с пятой заповедью, прежде всего, отве­чают на вопрос: «Почему следует делать имен­но так?». Почему долг ребенка состоит в том, чтобы чтить своих родителей? В древности го­ворили так: «Держи матерь свою во чти и в матерстве». Традиция почитания предков, как уже указывалось, была наиболее глубоко укорене­на в русской народной культуре. Православ­ная церковь установила в течение года особые дни для поминовения умерших предков, ко­торые получили красноречивое название «ро­дительские субботы». Кроме того, каждый христианин должен был включать в свое ежедневное молитвенное правило специаль­ные поминальные молитвы, которые носили наименование «О усопших».

Русская народная педагогика предлагает свои фольклорные варианты, подчеркиваю­щие и расширяющие представления о неза­менимой роли родителей для детей: «Нет та­кого дружка, как родная матушка», «При сол­нце тепло, а при матери добро», «Как Бог до людей, так отец до детей», «Пти­ца радуется весне, а младенец матери», «У кого есть матка, у того голова гладка», «Сле­пой щенок и тот к матери ползет», «У отца-матери за пазушкою (т. е. в родительском доме)» и др.

Благоговейное отношение детей к родите­лям должно строиться на следующих сообра­жениях, касающихся нравственной стороны жизни: «Бойтесь каждый матери своей и отца своего» (Лев. 19, 3). Причем глагол «бояться» в данном случае целесообразно расшифровы­вать следующим образом: «Бойтесь огорчить своих родителей».

Тем не менее, отношения родителей и де­тей не могут складываться только из одних ра­достей. Часто поведение детей заставляет ро­дителей прибегать к наказаниям. Однако это делается не из жестокости, а для блага детей. «Есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?» (Евр. 12, 7). Причем Ветхий Завет сто­ял за применение строгих физических наказа­ний к детям: «Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына; а кто любит, тот с детства наказывает его» (Пр. 13, 24).

Аналогичные изречения находим и в рус­ской народной традиции: «Наказуй детей в юности, упокоят тя на старости». Со своей стороны, дети должны были по­корно сносить любые наказания от своих роди­телей. Детям, огорченным наказанием, получен­ным от родителей, напоминали: «Всякое наказа­ние в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным чрез него достав­ляет мирный плод праведности» (Евр. 12, 11).

Когда же сын продолжал бесчинствовать, нарушать общепринятые нормы и правила поведения и не прислушивался к увещевани­ям своих родителей, то они могли прибегнуть к суду общественности: «Если у кого будет сын буйный и непокорный, неповинующийся голо­су отца своего и голосу матери своей, и они наказывали его, но он не слушает их: То отец его и мать его пусть возьмут его и приведут его к старейшинам города своего и к воротам своего местопребывания, и скажут старейши­нам города своего: «сей сын наш буен и непо­корен, не слушает слов наших, мот и пьяни­ца»; тогда все жители города его пусть побьют: его камнями до смерти; и так истреби зло из среды себя» (Вт. 21, 18-21).

Если же непокорный ребенок осмеливал­ся поднять руку свою на родителей, то совер­шил преступление, которое могло искупиться только смертью: «Кто ударит отца своего или свою мать, того должно предать смерти» (Ис. 21, 15). Такому же наказанию должен был под­вергнуться и человек, бранивший своих роди­телей: «Кто злословит отца своего или свою мать, того должно предать смерти» (Ис. 21, 17). Очень интересно в этой связи отметить от­ношение к нарушителям пягой заповеди, бы­товавшее в среде русских крестьян на рубеже ХIXХХ веков. «Особенно тяжким нарушени­ем Закона Божья считалось оскорбление роди­телей. Если же кто поднимал руку на своих родителей, того общество считало «поганым». С ним не водились. Его принимали с опаской «на улицу», т. е. в собрание молодежи, кото­рая танцевала и пела по вечерам». Таким образом, можно констатировать, что в таких случаях в качестве методов восгштатель-ного воздействия против нарушителя пятой за­поведи использовались общественное мнение, осуждение, порицание.

В Новом завете мы встречаем призыв к родителям «любить детей» (Тит. 2, 4) и знаме­нитое увещевание, адресованное к отцам: «И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но вос­питывайте их в учении и наставлении Господ­нем» (Еф. б, 4). Каждый родитель должен по­мнить о своей ответственности перед детьми, которых ему «дал Бог» (Евр. 2, 13).

Дитя воспринималось в соответствии с эти­ми представлениями как «дар Божий», в рус­ской народной традиции «дети в супружестве именовались Божьим благословением», а также — «благодать Божья». Современный богослов отмечает, что ре­бенок — это «чудо Божие, это величайший дар, которым Бог может наградить человека». Народный опыт воспитания показывает, что не только малые дети нуждаются в помо­щи и совете самых близких людей — родите­лей. Чем старше становится человек, тем на более высокий уровень поднимается его обще­ние с родителями. Священное Писание обра­щает внимание детей на то, что родители пе­редают детям приобретенный ценой собствен­ных ошибок жизненный опыт: «Слушай, сын мой, наставление отца твоего и не отвергай завета матери твоей» (Пр. 1, 8).

В русском фольклоре находим аналогич­ное замечание: «Родительское слово мнмо (на ветер) не молвится».

Причем одновременно предвосхищаются попытки взрослеющих детей пренебречь опы­том родителей и приобрести свой собственный опыт, пусть даже ценой горестей и бед. Важно подчеркнуть педагогическую значимость того, что воспитательное воздействие осуществляет­ся мягко, когда добрые советы подаются роди­телями в форме своеобразных «рассуждений вслух»: «Послушает мудрый, и умножит позна­ния, и разумный найдет мудрые советы» (Пр. 1, 5), «Глупый пренебрегает наставлением отца своего; а кто внимает обличениям, тот благо­разумен» (Пр. 15, 5).

В русском фольклоре встречаем аналогич­ные пословицы и поговорки: «Глупому сыну и родной отец ума не пришьет», «На что отец, коли сам молодец». Хотя в данном случае можно отметить, что в русской народ­ной традиции более заметна насмешка над не­путевыми детьми.

В другом месте Ветхого Завета встречаем прямой призыв к детям: «Слушайте, дети, наставление отца, и внимайте, чтобы научиться разуму» (Пр. 4, 1).

Советы и наставления родителей — драго­ценнейшее наследство, которое могут получить от них дети: «Сын мой! Храни заповедь отца твоего, и не отвергай наставления матери тво­ей; навяжи их навсегда на сердце твое, обвя­жи ими шею твою. Когда ты пойдешь, они бу­дут руководить тебя; когда ляжешь спать, бу­дут охранять тебя; когда пробудишься, будут беседовать с тобою: ибо заповедь есть светиль­ник, и наставление — свет, и назидательные поучения — путь в жизни» (Пр. 6, 20 - 23).

Такое образное сравнение наставлений и заповедей отца и матери с путеводными нитя­ми в русской народной традиции ассоциирует­ся с волшебным клубочком, полученным от мудрого старичка. Этот клубочек ведет юного героя сказки сквозь все препятствия к заветной цели и помогает ему победить всех врагов.

Герой русской народной сказки, только недавно выпорхнувший из-под защиты роди­тельского дома, хорошо помнит отцовские и ма­теринские наставления, поскольку ему совето­вали «зарубить их на носу» (в древности так де­лали зарубки на бирке для памяти). Очевидно, что тот, кто отвергает мудрые советы, никак не может быть назван разум­ным. Русская народная педагогика с мягкой иронией напоминает в этой связи: «Умный учится на чужих ошибках, а все остальные — на своих».

Добронравные и разумные дети и внуки становятся источником счастья для своих ро­дителей: «Торжествует отец праведника, и ро­дивший мудрого радуется о нем» (Пр. 23, 24). Нет большей радости для родителей, чем дож­даться от добрых детей внуков и благословить их. Встретив после долгой разлуки любимого сына, со слезами радости говорит отец: «Не надеялся я видеть твое лице; но вот Бог пока­зал мне и детей твоих» (Быт. 48, 11).

С другой стороны, достойные родители — предмет восхищения и радости детей: «Венец стариков — сыновья сыновей, и слава детей — родители их» (Пр. 17, 6).

Собственный жизненный опыт повзрос­левших детей проверяется и обогащается со­ветами родителей. Русская народная педагоги­ка вторит советам Библии: «Хорошо, как и при старости отец» (2, т. 1, 301). Народная мудрость обращает внимание взрослых детей на выпавшее им счастье — общение с родителями на протяжении долгих лет. Именно такое обще­ние позволяет детям (при сохранении почти­тельности к родителям) с высоты прожитых лет почувствовать себя в роли единомышлен­ников своих родителей, пережить радость об­щения на равных по мудрости и опыту.

Однако не всегда общение с престарелы­ми родителями доставляет детям только радо­сти. Часто это общение омрачено болезнями и немощами родителей, которые требуют тако­го же тщательного ухода, который оказывали много лет назад своим малолетним детям. Ука­зание на это встречаем в книге Притчей Соло­моновых: «Слушайся отца твоего: он родил тебя; и не пренебрегай матери твоей, когда она и состареет» (Пр. 23, 22).

Тем самым, русская народная педагогика не ограничивалась применением в целях воспи­тания самых кратких фольклорных форм — пословиц и поговорок. Очень широко применя­лись в практике народного воспитания и более крупные фольклорные формы. Предоставляе­мые притчей или сказкой возможности исполь­зовались для оказания на слушателей более сильного воздействия. Указанная притча содер­жит многочисленные жизненные реалии, жи­вописует жизнь крестьянской семьи знакомы­ми слушателям красками, делает слушателей почти участниками происходящих событий.

В более доступной форме, с соответству­ющими бытовыми подробностями, такая прит­ча раскрывала смысл употреблявшихся в ана­логичных случаях пословиц и поговорок: «Детиотца бьют, на себя запас пасут», «На лубе отца спустил, и сам того же жди от сына (из сказки: дурачок отца на лубочке под гору в овраг спустил)» и др.

Смерть родителей во всех культурах тради­ционно воспринимается как величайшее горе. Не случайно еще древние говорили, что человек может ощущать себя счастливым только до тех пор, пока живы его родители. Для описания силь­ного горя Псалтирь применяет красноречивое сравнение: «Я ходил скорбный, с поникшей го­ловою, как бы оплакивающий мать» (Пс. 34, 14). Особенно сильно ощущается горе от поте­ри родителей осиротевшими детьми. Русская народная педагогика с горечью констатирует невосполнимость такой утраты: «В сиротстве жить — слезы лить», «Пчелки без матки — про­пащие детки».

Даже став взрослыми, встав на ноги, об­заведясь собственным хозяйством, с грустью го­ворят осиротевшие дети, что «На свете все найдешь, кроме отца и матери», «Птичьего моло­ка хоть в сказке найдешь, а другого отца-мате­ри и в сказке не найдешь», «Все купишь, а отца-матери не купить» и др.

Подводя итоги рассмотрения воспитания уважительного отношения к родителям в русской народной традиции, можно сделать вывод, что и в традициях православной педагогики, и в рус­ской народной педагогике почитание родителей рассматривалось как первостепенный долг детей. При равном уважении обоих родителей тради­ция отдает предпочтение матери, так как узы, связывавшие мать и ребенка, могла разрушить только смерть. Дети обязаны почитать родите­лей не только из благодарности за свое рожде­ние, но и за те бесчисленные хлопоты и заботы, которыми отец и мать окружали детей на про­тяжении всей своей жизни Советы и опыт родителей — бесценный дар детям. Они должны не только принимать его с радостью, но и стараться по мере сил отбла­годарить родителей. Взаимная радость от об­щения добрых детей и родителей продлевает годы тех и других, делает их жизнь счастли­вой и благополучной.

Многочисленные цитаты из книг Священного Писания, а также произведения русского фольклора приводились русскими народными педагогами в целях воспитания у детей должно­го уважения к родителям. Причем в зависимос­ти от обстоятельств, выбирались наиболее под­ходящие методы, приемы и средства воспитания. Если проступок ребенка по отношению к роди­телям был незначителен и объяснялся скорее неопытностью, чем злым умыслом, старались применить мягкие способы воздействия. Если же непослушание и вина ребенка перед родителя­ми была очевидной, применяли достаточно жес­ткие методы, вплоть до изгнания из «общества». Таким образом, одним из существенных на­правлений воспитания в русской народной пе­дагогике было привитие детям почтения к ро­дителям, твердого усвоения пятой заповеди. Для решения этой сложной задачи широко при­влекались как библейская традиция, так и сфор­мированные на ее основе фольклорные произ­ведения русского народа. [9]

Отношение семейного воспитания и православной школы

Новизна и необыкновенность православной школы в том, что эта школа – церковная, то есть имеющая в своем основании те принципы, которые заложены в жизнь самой Церкви, а конкретно – в жизнь прихода. Поэтому та школа, которая выросла из прихода, существует, органично входя в жизнь прихода, а та, которая возникла в стороне, даже если и окормляется сторонним священником, испытывает значительные сложности. Вероятно, дело не только в священническом руководстве, но и в той живой общинной ткани, которая составляется всеми взрослыми и маленькими прихожанами совместно с церковным клиром. Эта общность имеет свое основой Литургическое и молитвенное единение и пронизывает собой весь организм молодой школы.

Очень многие родители желали бы пристроить своих детей в хорошую школу, дать им христианское воспитание и образование, но при этом никак не хотят понять, что христианством нельзя "заниматься", христианством надо жить. Обычный аргумент этих родителей: нам меняться уже поздно, но мы хотим, чтобы у наших детей все было хорошо. И дети, действительно, на первых порах очень восприимчивы к Слову Божию, к богослужению, к молитве. Но если дома в своей семейной реальности дети видят, что их родители не придают никакого значения духовному, а то и открыто живут по-язычески, то рано или поздно такие дети начинают вести двойную жизнь и лицемерить.

Нельзя никогда и никому передать дело воспитания своего ребенка. Даже самой что ни есть православной гимназии. Взять на себя ответственность за воспитание – значит постоянно отдавать самого себя семье, детям, Церкви.

Сейчас в России существует несколько десятков православных школ. Они работают уже пять лет, а ведь такое простое дело не сделано – хотя бы наладить предметные олимпиады между православными школами. Или вечера для старшеклассников. Это очень важно для ребят – ощутить свою школу не одиноким островком, но частью большого единого целого, встретить еще кого-то кроме узкого круга однокашников – других ребят, таких же православных, живущих сходными интересами и проблемами.

Похоже, мы слишком быстро похоронили советскую школу, радостно отряхнули ее прах с наших ног и совершенно не заметили того колоссального положительного учебного, методического, административного и даже воспитательного опыта, которым она обладала. Многим кажется, что у нас все будет хорошо просто оттого, что мы все православные. Но реальность говорит об ином: возникает множество трудностей, специфичных именно для православной школы. Трудным, к примеру, оказывается вопрос поддержания дисциплины. Принцип семейственности, увы, может быть воспринят по-разному. Для одних – это особая ответственность и духовное родство, для других – панибратская вседозволенность. Родительское настроение моментально передается детям. Дело может дойти до того, что на уроке дети перестанут обращать какое-либо внимание на педагогов, ходить по классу и т.д. Ну, а если, преподаватель не имеет особого педагогического опыта или совсем новичок, тогда могут происходить самые невероятные вещи. Ученик что-нибудь сделает, а учитель ему (с истинно православным "смирением"): "Прости меня, Христа ради"! Многие учителя, нужно сказать, стесняются дисциплинарных мер и решают начисто избавиться от таких непопулярных "советских" методов, как двойка за поведение, запись в дневник и вызов родителей, а вместо этого всячески "смиряются" перед детьми.
Дисциплина подрывается еще и тем, что православные родители по-своему понимают взаимосвязь церковной жизни и школьного распорядка, т. е. совершенно произвольно могут устраивать выходные своим детям по случаю того или другого церковного праздника.

Основная идея православной школы – уберечь детей от растлевающей обстановки в школах государственных, но, оказывается, немало опасностей поджидает нас и в церковном кругу. Дети воспринимают православную школу как место, куда их поместили, чтобы избавить от всех проблем, в том числе и от учебы. Приходится преодолевать у детей и у родителей странный стереотип: для православного ребенка главное – читать по-церковнославянски и знать гласы, а что более того, то от лукавого. А если дитя рисует, особенно если не храмы и иконы, а город, еще что-то, тогда точно в прелести. А уж если

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: