Политические партии и общественно-политические движения России (вторая половина XIX - начало XX веков)
В целом по своей социальной природе Союз 17 октября был партией служилого дворянства (еще не полностью порвавшего, однако, с традиционными дворянскими занятиями) и крупной, частично “одворяненной" торгово-промышленной и финансовой буржуазии.
В Москве и Петербурге существовали отделения Центрального комитета партии. Помимо ЦК в обеих столицах были созданы городские советы "Союза 17 Октября", которые направляли деятельность районных партийных организаций. Всего в 1905 - 1907 гг. существовала 260 отделов партии, возникшие в основном в период выборов в I Думу. Всего в период 1905-1907 гг. "Союз 17 октября" насчитывал более 30 тыс. членов.
Географически подавляющее большинство местных отделов Союза 17 октября возникло в земских губерниях Европейской России с относительно развитым дворянским землевладением. В губерниях же неземских и особенно на национальных окраинах империи число октябристских организаций было невелико. Немногим больше было и количество октябристских отделов, созданных в сельской местности, - всего порядка 30. Кроме собственных организаций Союза 17 октября в ряде городов возникли немногочисленные студенческие фракции октябристов, а также их немецкие группы. Наконец, в 1905-1906 гг. к партии на автономных началах присоединились 23 политические организации, родственные ей в программно-тактическом отношении.
Разработка программы Союза 17 октября прошла несколько этапов. Первый из них относится к ноябрю 1905 г., когда были изданы упомянутый и весьма общий ее первый вариант, а затем и программное воззвание, подписанное 33 членами ЦК партии первого состава.
Второй период охватывает 1906 и первую половину 1907 г., когда на I съезде Союза 17 октября (февраль 1906 г) программа была принята в значительно расширенном и доработанном виде, а на II съезде (май 1907 г) - подвергнута некоторой редакционной обработке.
Наконец, третий период включает в себя работу двух партийных конференций (в октябре 1907 и ноябре 1913 г), а также III съезда Союза 17 октября (октябрь 1909 г). Особенностью этого периода было то, что программные положения в это время конкретизировались и дорабатывались с прицелом на их внесение в Думу в качестве законопроектов.
Октябристы ставили своей целью "оказать содействие правительству, идущему по пути спасительных реформ". Они выступали за наследственную конституционную монархию, в которой император, как носитель верховной власти, ограничен постановлениями "Основных законов".
Выступая против неограниченного самодержавия, октябристы были и против установления парламентарного строя, как неприемлемого для России политически и исторически. Они стояли за сохранение конституционным монархом титула "самодержавный"; предусматривали введение двухпалатного "народного представительства" - Государственной думы и Государственного совета, формируемых на основе цензовых выборов прямых в городах и двухстепенных в сельской местности.
Гражданские права в программе октябристов включали свободу совести и вероисповедания, неприкосновенность личности и жилища, свободу слова, собраний, союзов, передвижения. В национальном вопросе октябристы исходили из принципа сохранения "единой и неделимой России", выступая против любой формы "федерализма". Исключение они делали лишь для Финляндии, при условии ее "государственной связи с империей". Допускали культурную автономию для других народов России.
Октябристы признавали свободу рабочих организаций, союзов, собраний и право рабочих на стачки, но только на почве экономических, профессиональных и культурных нужд, при этом на предприятиях, "не имеющих государственного значения". Они выступали за ограничение продолжительности рабочего дня, но не в ущерб промышленникам, введение страхования рабочих, требовали сокращения налогового обложения населения. Они были сторонниками расширения народного образования, декларировали необходимость реформы суда и административного управления.
Государственное устройство октябристы представляли как конституционную монархию с Государственной думой. Они выступали за "сильную монархическую власть", но за необходимость проведения реформ, обеспечивавших свободу буржуазному предпринимательству. Свобода промышленности, торговли, приобретения собственности и охрана ее законом - главные программные требования октябристов.
В 1 Думу партиям “блока” (Союза 17 октября, Партии правового порядка, Прогрессивно-экономической партии и Торгово-промышленного союза) удалось провести лишь 16 своих депутатов, и их голос в российском парламенте почти не был слышан. Не способствовало росту популярности партии и то обстоятельство, что октябристы оказались самой правой фракцией Думы. Из-за своей малочисленности октябристские депутаты серьезного влияния на ход работы I Думы оказать не могли.
Осенью 1906 г. из состава ЦК и партии вышли основатели Союза Д.Н. Шипов и МА. Стахович, с тем чтобы окончательно перейти в Партию мирного обновления (ПМО), которая выполняла роль буфера между кадетами и октябристами.
Во II Думу октябристам удалось провести лишь 43 своих депутата. Рост фракции в два с лишним раза по сравнению с результатами выборов в I Думу если и был успехом, то весьма и весьма скромным. Характер и направленность деятельности октябристов в II Думе мало отличались от их опыта годичной давности. Они настаивали на осуждении Думой революционного террора, резко критиковали аграрные законопроекты трудовиков и кадетов (не выдвигая, впрочем, собственного), поддержали правительственную точку зрения в вопросе об организации помощи голодающим и т.д.
В III Думе октябристам удалось сформировать мощную фракцию в составе 154 депутатов, на 112 больше, чем во II Думе. Это был, безусловно, уже серьезный успех, которым октябристы в известной степени были обязаны поддержке крупной национальной буржуазии. Внушительными были позиции Союза 17 октября и в Госсовете, где октябристская по духу “группа центра” стала преобладающей. Многочисленная думская фракция Союза 17 октября никогда не была монолитным образованием - в ней явно преобладали центробежные тенденции. По этой причине парламентскому курсу партии были свойственны бесконечные колебания, частые перемены принятых на заседаниях бюро и самой фракции решений. Все это в совокупности с действиями правительства в конечном счете привело к провалу тактического плана Союза 17 октября, выработанного в октябре 1907 г. на первой общепартийной конференции.
При проведении своей думской программы октябристы главную ставку делали на правительство Столыпина, с которым, по свидетельству Гучкова, ими был заключен своего рода договор о “взаимной лояльности". Этот договор предусматривал обоюдное обязательство провести через Думу широкую программу реформ, направленных к дальнейшему развитию “начал конституционного строя".
На выборах в IV Думу октябристам удалось получить лишь 98 депутатских мандатов, причем забаллотированным оказался сам лидер Союза 17 октября. Учитывая неудавшийся опыт сотрудничества со Столыпиным в III Думе, октябристское руководство внесло некоторые изменения в политическую линию своей думской фракции. Все еще продолжая надеяться на “здравый смысл" и “нравственный авторитет" власти и ее реформистские потенции, октябристы несколько повысили тон своих думских выступлений и в союзе с прогрессистами стали более настойчиво требовать осуществления “начал” Манифеста 17 октября.
В декабре 1913 г. думская фракция октябристов раскололась на три части: земцев-октябристов (65 человек), собственно Союз 17 октября (22) и группу из 15 бывших членов фракции, объявивших себя беспартийными, а на деле блокировавшихся в Думе с ее правым черносотенным крылом. Раскол фракции, а затем и партии в целом поставил Союз 17 октября на грань полной катастрофы.
Первая мировая война привела к окончательной дезорганизации Союза 17 октября. Фактически Союз 17 октября как партия прекратил свое существование, хотя некоторые крупные партийные деятели (А.И. Гучков, М.В. Родзянко, И.В. Годнев) продолжали играть заметную роль в политической жизни страны вплоть до лета 1917 г.
Партия "мирного обновления". Создана в июне 1906 бывшими левыми октябристами (П.А. Гейден, Д.Н. Шипов, М.А. Стахович и др.) и бывшими правыми кадетами (Н.Н. Львов, Е.Н. Трубецкой и др.) на основе фракции "мирного обновления" в 1-й Государственной думе. Мирнообновленцы занимали промежуточное положение между октябристами и кадетами.
8 июня 1906 г. состоялось заседание группы, на котором было избрано специальное бюро и определено ее название: Партия "мирного обновления"
Задача, прокламировавшаяся Партией мирного обновления (ПМО), - содействовать формированию политического центра, способного нейтрализовать одновременно и силы революции, и силы реакции. Такой центр должен был привести к “мирному берегу” сначала Государственную думу, а затем и все общество. Постепенное реформирование общественной жизни при сохранении преемственности политических институтов и поддержке сильного (но не авторитарного) государства - только такой путь, по убеждению мирнообновленцев, был возможен в крайне неоднородной и взрывоопасной среде, именовавшейся российским обществом.
Партия мирного обновления являлась партией крупной буржуазии и помещиков и занимала промежуточное положение между октябристами и кадетами, отличаясь от них главным образом особенностями своей тактики. Программа Партии мирного обновления была близка к программе октябристов и предусматривала проведение буржуазно-демократических реформ, законодательное решение рабочего вопроса, сохранение помещичьего землевладения, переселение безземельных крестьян в окраинные районы с выкупом части помещичьих земель и расширением малоземельных наделов за счёт государства.
В 3-й Государственной думе (1907) Партия мирного обновления объединилась с партией демократических реформ во фракцию "прогрессистов", ставшую ядром созданной в 1912 году партии прогрессистов (окончательное наименование - Прогрессивная партия мирного обновления).
Органы управления партией - общие собрания членов, местных комитетов или ЦК. Устав партии предусматривал проведение съездов, которые должны проводиться не реже одного раза в год. Съезду принадлежало право определять основные направления деятельности, вносить изменения в устав, избирать ЦК, утверждать его отчеты. ЦК избирался на один год и обязан был выполнять постановления съездов, публиковать от имени партии разные акты, давать руководящие указания местным организациям и др.
Главная задача, ставившейся перед Партией мирного обновления, - содействовать формированию политического центра, способного нейтрализовать одновременно и силы революции, и силы реакции. Такой центр должен был привести к успокоению сначала Государственную думу, а затем и все общество.
Постепенное реформирование общественной жизни при сохранении преемственности политических институтов и поддержке сильного государства - только такой путь, по убеждению мирнообновленцев, был возможен в крайне неоднородной и взрывоопасной среде, именовавшейся российским обществом.
Название партии подчеркивало ее отрицательное отношение к насилию, откуда бы оно ни исходило. Мирнообновленцы порицали правительство за его грубые расправы и кровавые экспедиции. Но еще большее возмущение вызывал у них революционный террор.
Аграрная программа партии предусматривала наделение землей малоземельных и безземельных крестьян. Наряду с использованием для этого казенных, удельных, кабинетских, церковных, монастырских не исключалось и принудительное отчуждение некоторых категорий частновладельческих земель - за выкуп на началах "справедливой оценки".
Большое место уделялось вопросам переселения, организации дешевого кредита, урегулирования арендных отношений и цен, поднятия культуры земледелия. Согласно программе, решение аграрного вопроса передавалось в руки центральных и местных учреждений, организованных на паритетных началах из помещиков, крестьян и представителей исполнительной власти.
Мирнообновленцы высказывались за конституционную монархию.
Программа включала в себя также разделы о народном просвещении, финансовой и экономической политике. Согласно идеям ПМО, понижалось косвенное обложение и постепенно отменялись косвенные налоги, вводилось прогрессивное подоходное и имущественное обложение, понижались таможенные пошлины (если это не мешало развитию народного хозяйства), декларировалась независимость государственного контроля и Государственного банка.
Предусматривался пересмотр всего рабочего законодательства применительно к принципам, обеспечивающим защиту интересов трудящихся. Признавалась свобода стачек, отступление от этого правила допускалось лишь в отношении тех забастовок, которые "грозили правильному течению государственной и общественной жизни". Намечались также меры по сокращению рабочего дня, охране труда, государственному страхованию наемных работников.
Прогрессивная партия (прогрессисты).
К 1908 г. сложились предпосылки для сближения политически активных кругов московской буржуазии и группы интеллектуалов из Партий мирного обновления и кадетов. Часть правых кадетов типа П.Б. Струве, С.А. Котляревского, П.И. Новгородцева, В.А. Маклакова, М.В. Челнокова, А.В. Тырковой выступила с критическим пересмотром идейных, программных и тактических основ собственной партии, стала “наводить мосты" с передовыми представителями московских промышленных кругов.
На протяжении 1905- 1907 гг. прогрессисты так и не смогли создать собственной политической организации. Представители этого идейного течения или входили в самые различные партии либерального толка, или же придерживались внепартийной ориентации. Они не имели никакого влияния ни в I, ни во II Государственных думах.
Ситуация несколько изменилась в третьеиюньский период. На выборах в III Думу им удалось получить 28 депутатских мандатов. Лидером (и соответственно председателем) думской фракции прогрессистов стал крупный донской землевладелец (825 десятин земли) Иван Николаевич Ефремов.
Центристская позиция прогрессистов импонировала определенной части думских депутатов, что и обеспечивало численный рост фракции. Если в I сессию во фракции насчитывалось 28 человек, то во II - 36, в III - 39, в IV - 39, V - 37. Вне Думы прогрессисты группировались вокруг редакций журнала “Московский еженедельнике и газет “Слово” и “Утро России”.
На фоне организационного развала кадетской и особенно октябристской партий, имевшего место в 1908-1911 гг., отчетливо прослеживается процесс организационной консолидации прогрессистски настроенных элементов политически активной части буржуазии и деловой интеллигенции. Прогрессисты, образно говоря, явились своего рода оттяжным пластырем, который притягивал к себе разнородные элементы из октябристской, мирнообновленческой, кадетской и их около партийной среды.
Процесс организационного оформления прогрессистов в самостоятельную политическую организацию усилился во время избирательной кампании в IV Думу. На выборах прогрессисты получили 32 депутатских мандата и вместе с примыкающими их фракция начитывала 48 человек.11-13 ноября 1912 г. в Петербурге состоялся учредительный съезд, на котором были приняты думская программа, тактика, избраны руководящие органы. Основные требования программы сводились к следующим пунктам:
1) отмена положения об усиленной и чрезвычайной охранах, устранение административного произвола;
2) отмена избирательного закона 3 июня 1907 г.,
3) расширение прав народного представительства;
4) реформа Государственного совета;
5) свобода слова, печати, собраний и союзов;
6) неприкосновенность личности, свобода совести;
7) культурно-национальное самоопределение народностей, входящих в состав империи;
8) отмена сословных ограничений и привилегий;
9) реформа городского и земского самоуправления. В заключении программы говорилось о необходимости установления в стране “конституционного монархического строя с ответственностью министров перед народным представительством”.
Съезд прогрессистов, бесспорно, являлся важной вехой на пути политической консолидации деловых кругов русской (прежде всего московской) буржуазии и определенных слоев интеллигенции. Однако замыслы лидеров прогрессистов превратить свою организацию в общероссийскую так и не были реализованы. Во-первых, им не удалось расколоть партию кадетов и привлечь на свою сторону ее правые элементы. Правые кадеты прекрасно осознавали организационную слабость этого течения и предпочитали остаться в рядах своей партии, которая имела достаточно прочный авторитет и влияние в широких общественных кругах. Во-вторых, им не удалось привлечь на свою сторону и левых октябристов, предпочитавших после раскола Союза 17 октября в ноябре-декабре 1913 г. идти за своим лидером А.И. Гучковым. Единственное, что удалось сделать прогрессистам, - это создать в ряде крупных городов комитеты прогрессивных избирателей, поддерживавших связи с думской фракцией. И самое главное. Прогрессисты оказались не в состоянии осуществить “политическое объединение торгово-промышленников даже левого фланга”. Основная масса российской буржуазии отличалась большим недоверием и скептицизмом по отношению к политическим партиям, предпочитая действовать в привычных рамках собственных профессиональных организаций.
Социальная база партии. Известно, что из 39 членов ЦК было: дворян - 29, потомственных почетных граждан - 9, сословная принадлежность одного члена ЦК неизвестна. Из 29 дворян 9 принадлежали к высшей титулованной знати, из них 4 имели придворные звания; 8 были тайными, действительными статскими и статскими советниками, 14 дворян являлись землевладельцами, из них 11 - крупными. Из 9 потомственных граждан было 7 домовладельцев и один крупный землевладелец.12 членов ЦК так или иначе были связаны с различными формами торгово-промышленной и финансовой деятельности. Итак, в ЦК прогрессистов основную роль играли два социальных элемента - крупные помещики и крупные капиталисты. Они и составляли социальную основу прогрессизма.
Что же касается социального состава думских фракций прогрессистов, то из 55 человек (депутаты, избранные в III и IV Думы, учитывались один раз) было: дворян - 27, крестьян - 13, купцов - 9, священников - 4, мещан - 1, казаков - 1 человек. Один из дворян имел графский титул и придворное звание; пятеро являлись тайными, действительными статскими и статскими советниками; шестеро - уездными предводителями дворянства и председателями губернских и уездных земских управ; один - земский начальник; один - городской голова; один - председатель окружного суда. Кроме того, в дворянскую часть думских фракций входили: два профессора, два присяжных поверенных, два военных в чине генерал-майора и полковника, два врача и один инженер.
В IV Думе фракция прогрессистов продолжала занимать центристские позиции. На партийной конференции, состоявшейся в самом начале октября 1913 г., прогрессисты внесли некоторые коррективы в политическую линию, намеченную на ноябрьском съезде 1912 г. В решениях конференции, с одной стороны, отмечалось, что фракция должна “стремиться к реальной законодательной деятельности”, а с другой - подчеркивалось, что она будет активно проводить свою программу, не считаясь с “возможностью роспуска Думы". Конференция указала, что может наступить такой момент, когда единственным реальным средством думской борьбы с правительством должно будет стать “отклонение бюджета в целом".
Благодаря центристской позиции фракции прогрессистов оппозиционное большинство в IV Думе складывалось гораздо чаще, чем это имело место в III Думе. Совместные голосования либеральных партий (октябристов, прогрессистов и кадетов) по целому ряду законопроектов и предложений в той или иной мере способствовали созданию предпосылок для формирования в Думе “Прогрессивного блока", при помощи которого они рассчитывали проводить реформы. Однако организационно сформировать такой блок в 1912-1914 гг. либералам не удалось.
Думская и особенно внедумская деятельность прогрессистов значительно оживилась в годы Первой мировой войны. На заседании IV Думы 26 июля 1914 г. прогрессисты заявили о своей поддержке правительства в доведении войны до победного конца. Они проголосовали за военные кредиты, приняли участие в созданных правительством в 1915 г. особых совещаниях (по обороне, топливу, перевозкам, продовольствию).
Прогрессивный блок. При активном участии прогрессистов в августе 1915 г. в Думе был создан “Прогрессивный блок", в который наряду с представителями либеральных фракций вошли и умеренно-правые. Состоял преимущественно из представителей парламентских партий прогрессистов, кадетов, октябристов и "прогрессивных русских националистов"
Оказавшись на самом левом фланге “Прогрессивного блока", прогрессисты последовательно проводили идею создания ответственного думского министерства, которое, по их мнению, может организовать оборону страны, оперативно провести “мобилизацию промышленности", путем реформ снять социальную напряженность. Позиция фракции прогрессистов получила всестороннюю поддержку со стороны московских промышленников.
Фактический лидер Прогрессивного блока Милюков строил планы оказывать силами депутатов коалиции давление на правительство, понуждать последнее к реформам.
В Блок вошли представители 6 фракций Государственной думы: кадеты (59 депутатов), "прогрессисты" (48), левые октябристы из фракции "Союз 17 октября", часть депутатов из фракций правых октябристов-земцев, группы Центра и правых националистов-прогрессистов во главе с В.В. Шульгиным (в начале 1915 последний основал фракцию "прогрессивных русских националистов" в Думе). Всего 236 думцев из 422 членов Государственной думы.
Также в объединение вошли 3 фракции Госсовета (центр, академическая группа и внепартийные). Всего же в Блок вошло более 300 человек. Вне его пределов остались думские фракции крайне-правых монархистов и националистов, безоговорочно поддерживавшие правительство, а также социал-демократы-меньшевики и трудовики (2 последних фракции левых радикалов, хотя и называли этот парламентский союз "желтым блоком", фактически солидаризировались с его политикой).
Ведущее место в Прогрессивном блоке занимали кадеты. С момента создания Блока в нем выделились 3 крыла: правое (центристы, земцы-октябристы, националисты-прогрессисты), левое (кадеты и левые октябристы) и крайне левое (прогрессисты).
Чувствуя за собой поддержку со стороны общественных организаций, фракция прогрессистов заняла более решительную позицию. На заседании “Прогрессивного блока" 29 августа 1915 г. лидер фракции И.Н. Ефремов заявил, что если Дума будет распущена (это произошло 3 сентября 1915 г), то участники блока должны предварительно договориться о средствах борьбы с правительством Горемыкина.
Программа (Декларация) Прогрессивного блока сводилась к требованиям создания "правительства доверия", проведения политики, направленной на "сохранение внутреннего мира", частичной амнистии осуждённых по политическим и религиозным делам, отмены некоторых ограничений в правах крестьян ("уравнение крестьян в правах") и национальных меньшинств ("вступление на путь отмены ограничительных в отношении евреев законов", "автономия Польши", прекращение репрессий против "малороссийской печати"), предоставление больших возможностей для местного самоуправления ("пересмотр земского положения", "волостное земство"), восстановления деятельности профсоюзов.
Содержание программы определялось стремлением найти почву для соглашения с правительством на основе минимума либеральных реформ и доведения войны до "победного конца". Это была последняя попытка конструктивных сил общества заставить монарха допустить минимум либеральных реформ, чтобы избегнуть широкого недовольства и отторжения от верховной власти даже столичной элиты, - тем самым, предотвратить возможную революцию-катастрофу в условиях мировой войны.
По максимуму депутаты Прогрессивного блока готовы были предложить новый состав правительства. При этом подразумевалась незыблемость Основных Законов Российской империи, по которым новое правительство было бы подотчетно по-прежнему не Думе, а Царю.
Обострение политической обстановки в стране в конце 1916 г. и начале 1917 г. заставило прогрессистов прибегнуть к более решительным методам борьбы. По мнению прогрессистских лидеров, настало время коренным образом изменить “всю нашу политическую систему" и создать ответственное перед Государственной думой министерство, которое “может снять путы с русского народа, привлечь все действенные силы страны и, благодаря созданному этими мерами подъему народного духа, справиться со всеми угнетающими нашу родину невзгодами”.
Февральская революция сняла многие программные и тактические различия и разногласия между либеральными партиями. На первый план выдвинулась партия кадетов, вокруг которой и развернулся процесс консолидации всех либеральных сил. К кадетам перешла часть левых октябристов и прогрессистов, в том числе и один из их лидеров - А.И. Коновалов. Однако некоторые прогрессисты предприняли попытку сохранить свою партию в качестве самостоятельной организации. В марте-апреле 1917 г. прогрессисты переименовали свою партию в радикально-демократическую и объявили себя сторонниками установления федеративной демократической республики с президентской формой правления.
Партия социалистов-революционеров. Партия социалистов-революционеров началась с саратовского кружка, возникшего в 1894 и состоявшего в связи с группой народовольцев "Летучего листка". Когда народовольческую группу разогнали, саратовский кружок обособился и стал действовать самостоятельно.
Во второй половине 1890-х небольшие народническо-социалистические группы и кружки существовали в Петербурге, Пензе, Полтаве, Воронеже, Харькове, Одессе. Часть их объединилась в 1900 в Южную партию социалистов-революционеров, другая в 1901 - в "Союз эсеров". В конце 1901 "Южная партия эсеров" и "Союз эсеров" соединились, и в январе 1902 газета "Революционная Россия" объявила о создании партии. В неё влилась женевская "Аграрно-Социалистическая лига". Название партии "социалисты-революционеры" не было случайным. Оно происходило оттого, что эсеры ставили своей задачей преобразование общества на социалистических началах.
Хотя партия эсеров формально и заявила о своем возникновении в 1902 г., но организационно оформилась на ее 1-м учредительном съезде, состоявшемся в конце декабря 1905 г. - начале января 1906 г., на котором были приняты ее программа и Временный организационный устав. Дополнения к уставу были внесены только в 1917 году. Лидеры партии: В.М. Чернов, М.Р. Гоц, Н.Д. Авксентьев.
Историко-философское миросозерцание партии обосновывалось трудами Н.Г. Чернышевского, П.Л. Лаврова, Н.К. Михайловского.
Проект программы партии был опубликован в мае 1904 г. в № 46 "Революционной России". Проект с незначительными изменениями был утвержден в качестве программы партии на её первом съезде в начале января 1906 года. Эта программа оставалась главным документом партии на протяжении всего её существования. Основным автором программы был главный теоретик партии В.М. Чернов.
Эсеры являлись прямыми наследниками старого народничества, сущность которого составляла идея о возможности перехода России к социализму некапиталистическим путём. Но эсеры были сторонниками демократического социализма, то есть хозяйственной и политической демократии, которая должна была выражаться через представительство организованных производителей (профсоюзы), организованных потребителей (кооперативные союзы) и организованных граждан (демократическое государство в лице парламента и органов самоуправления).
Оригинальность эсеровского социализма заключалась в теории социализации земледелия. Эта теория составляла национальную особенность эсеровского демократического социализма и являлась вкладом в сокровищницу мировой социалистической мысли. Исходная идея этой теории заключалась в том, что социализм в России должен начать произрастать раньше всего в деревне. Почвой для него, его предварительной стадией, должна была стать социализация земли.
Важнейшей предпосылкой для социализма и органической его формой эсеры считали политическую свободу и демократию. Политическая демократия и социализация земли были основными требованиями эсеровской программы-минимум. Они должны были обеспечить мирный, эволюционный, без особой, социалистической, революции переход России к социализму. В программе, в частности, говорилось об установлении демократической республики с неотъемлемыми правами человека и гражданина: свобода совести, слова, печати, собраний, союзов, стачек, неприкосновенность личности и жилища, всеобщее и равное избирательное право для всякого гражданина с 20 лет, без различия пола, религии и национальности, при условии прямой системы выборов и закрытой подачи голосов.
Требовались также широкая автономия для областей и общин как городских, так и сельских и возможно более широкое применение федеративных отношений между отдельными национальными регионами при признании за ними безусловного права на самоопределение. Эсеры раньше, чем социал-демократы, выдвинули требование федеративного устройства Российского государства. Смелее и демократичнее они были и в постановке таких требований, как пропорциональное представительство в выборных органах и прямое народное законодательство (референдум и инициатива).
Перед Первой российской революцией в партии было свыше 40 комитетов и групп, объединявших приблизительно 2-2,5 тыс. человек. Но уже в конце 1906 начале 1907 гг. в партии состояло более 65 тыс. человек. По своему социальному составу партия была преимущественно интеллигентской. Учащиеся, студенты, интеллигенция и служащие составляли в ней более 70%, а рабочие и крестьяне - около 28%.
Высшим органом партии являлся съезд, который должен был созываться не реже одного раза в год. Но за все время существования партии состоялось всего лишь четыре съезда - два в период первой революции и два в 1917 г. Непосредственное руководство партией осуществлял Центральный комитет, в количестве 5 человек. ЦК назначал ответственного редактора Центрального печатного органа и её представителя в Международное социалистическое бюро.
Тактика эсеров предусматривала пропаганду и агитацию, организацию стачек, бойкота и вооруженных акций - вплоть до организации вооруженных восстаний и применения индивидуального политического террора. Впрочем, террор они рассматривали как "крайнее" средство. Им занималась небольшая "Боевая группа", которая вначале насчитывала 10-15, а в ходе революции 1905 - 1907 гг. - 25-30 человек. Руководили "Боевой группой" Евно Азеф и Борис Савинков. Они организовали убийства ряда крупных государственных лиц - министра народного просвещения Н.П. Боголепова (1901), министров внутренних дел Д.С. Сипягина (1902) и В.Я. Плеве (1904), генерал-губернатора Москвы великого князя Сергея Александровича (1905).
Боевая группа являлась самой законспирированной частью партии, ее устав был написан М. Гоцем. За всю историю её существования (1901-1908) в ней работали свыше 80 человек. Организация была в партии на автономном положении, ЦК лишь давал ей задание на совершение очередного террористического акта и указывал желательный срок его исполнения.
Руководители группы Гершуни (1901-1903) и Азеф (1903-1908) (являющийся тайным агентом полиции) были организаторами партии эсеров и самыми влиятельными членами её ЦК.
В октябре 1906 г. из эсеровской партии выделилось левое крыло "Союз социалистов-революционеров максималистов". Идеологами и теоретиками этого направления были А. Троицкий, М. Энгельгарт, С. Светлов, Г. Нестроев и другие. Эсеры-максималисты представляли революцию как процесс дезорганизации власти и всех сторон государственной жизни путем захвата и экспроприации земли, предприятий, орудий производства. По их мнению, любая партия, поскольку она основана на централизме, подавляет инициативу своих членов и тем сковывает революционную энергию. Максималисты требовали немедленной социализации не только земли, но и фабрик и заводов. Средством борьбы для них был подрыв политической и экономической силы старой власти через террор и частные экспроприации.
Другая часть эсеровской партии, правое крыло (А.В. Пешехонов, В.А. Мякотин, Н.Ф. Анненский, С.Я. Елпатьевский) основали "Трудовую народно-социалистическую партию" (энесов). Энесы отрицательно относились к разгрому помещичьих усадеб и "захватным" действиям крестьян. Пролетариат же, по их мнению, переоценивал свои силы, чему способствовала социалистическая интеллигенция. Правонароднический взгляд на революцию 1905-1907 гг. базировался на том, что социалистические партии делают ошибку, отталкивая от себя кадетов, поскольку их программа содержит много необуржуазных черт. Именно в результате ошибочной тактики революционных партий после октября 1905 г. пролетариат без активной поддержки "буржуазии, либералов и внеклассовой интеллигенции был