Xreferat.com » Рефераты по политологии » Крупная российская корпорация в системе власти

Крупная российская корпорация в системе власти

системе.

Пример с нефтяниками показывает, сколь сильно выросла роль «коллективного» лоббирования. Несмотря на некоторые заминки в функционировании созданного осенью 2000 г. при правительстве Совета по предпринимательству, в который вошли главным образом представители бизнес-элиты, совершенно очевидно, что и здесь “индивидуальный” лоббизм если и не отступает на задний план, то существенно дополняется взаимодействием, имеющим общественно-значимый характер.

Правда, пока еще трудно сказать, насколько далеко зайдет процесс институционализации отношений бизнеса и власти на данном уровне и как он скажется на системе функционального представительства в целом. Однако, судя по заявлениям компетентных лиц, правительство заинтересовано в том, чтобы знать и учитывать “консолидированную позицию” крупного бизнеса как по “ключевым направлениям экономической реформы”, так и по “прикладным вопросам”. Именно так сформулировал позицию правительства руководитель аппарата при премьере, координатор Совета по предпринимательству И.Шувалов. Одновременно он подчеркнул, что “ведет практически ежедневно диалог с предпринимателями”, и докладывает о результатах своих консультаций премьеру и другим членам кабинета, которые “по своим направлениям... также входят в контакт с предпринимателями” [Ведомости 04.12.2000].

Иначе говоря, с конца 2000 г. диалог корпоративной элиты с правительством приобрел постоянный, систематический характер, и есть основания полагать, что значение формализованных встреч и процедур будет возрастать.

Крупный бизнес в Государственной Думе

Как известно, Государственная Дума уже давно стала тем полем, где отраслевой и корпоративный капитал ведет активную лоббистскую деятельность. Правда, в отличие от органов исполнительной власти, здесь наблюдается отчетливая тенденция к непосредственному представительству интересов отдельных корпораций. Растет прямое участие крупнейших корпораций и в самом процессе думских выборов, где они выступают в роли своеобразных электоральных машин [см. Перегудов 2000б: 200-207]. Результатом такого рода активности стало, в частности, создание межфракционной группы «Энергия», насчитывающей более 70 членов. В СМИ упоминалось также о планах образования промышленной группы, однако они так и не были реализованы.

Если представители энергетических, прежде всего нефтегазовых, корпораций пошли на создание в Госдуме организованной группы, то депутаты от ОПК, металлургической, пищевой, легкой промышленности и других сфер бизнеса предпочитают неформальные методы взаимодействия. Как бы то ни было, есть основания утверждать, что в главном законодательном органе страны корпорации представлены не только своими сторонниками или “посредниками”. Нередко они выступают и в качестве непосредственных участников законотворческого процесса. Иными словами, в условиях слабости партий и партийного представительства корпорации берут на себя помимо лоббистских и квазипартийные функции.

Было бы, однако, преждевременно утверждать, что данная тенденция обязательно будет укрепляться. Расстановка сил после выборов 1999 г. – это, скорее, временная аномалия, вызванная не только слабостью партий, но и отсутствием четкой вертикали власти. Многое будет зависеть от того, как пойдет “партийное строительство” после принятия нового закона о партиях и какая картина сложится в одномандатных округах, где роль партий еще крайне мала.

Что бы ни говорили у нас и за рубежом об “упадке партий”, замены им пока не придумано. В России именно они вкупе с группами влияния при президенте делают “политическую погоду” и определяют вектор общественно-политического развития страны. Поэтому тенденцию к “корпоративизации” партийно-политического представительства, вероятно, следует рассматривать как временную флуктуацию. Несмотря на гипертрофированную роль крупных компаний в высшем законодательном органе страны, узурпация законодательной власти со стороны корпораций нам явно не грозит.

Корпорации и власть в регионах

Особенно сложны и противоречивы отношения корпораций и власти на региональном и муниципальном уровне. Но при всем многообразии вариантов можно выделить три основные формы взаимодействия крупного бизнеса и местных властей: формально-договорные, неформальные и партийно-политические.

Проще всего идентифицировать формально-договорную систему отношений, которая давно практикуется крупнейшими компаниями общероссийского и регионального масштаба, прежде всего нефтегазовыми и металлургическими. Как правило, они заключают с региональными или городскими и поселковыми администрациями_4_ соглашения, которые определяют условия пользования транспортными и иными средствами и ресурсами данной территории, а также режимы местного налогообложения. В свою очередь, компании обязуются содействовать росту занятости, обеспечивать регионы своей продукцией (иногда на льготных условиях), строить или реставрировать социально-культурные объекты, дороги и т.п. Все большее значение в подобных договорах придается вопросам сохранения окружающей среды. Нередко они подписываются дочерними компаниями, входящими в ту или иную крупную корпорацию.

Вступая в договорные отношения с местными властями, корпорации становятся активными участниками процесса формирования региональной и местной социально-экономической политики. Для целого ряда регионов такие соглашения имеют чрезвычайно важное, а в некоторых случаях и определяющее значение. Однако подобная форма взаимодействия бизнеса и власти не всегда приносит желаемый эффект. К примеру, компания “Сибирский Алюминий”, заключив соглашение с администрацией Самарской области об условиях эксплуатации приобретенного ею авиационного завода “Авиатор” и взяв на себя обязательство “поднять” предприятие и наладить выпуск современных самолетов, не только ничего не сделала для реализации своих обещаний, но и немало содействовала дальнейшей деградации производства. Учитывая этот опыт, администрация Нижегородской области при заключении договора с “Сибирским алюминием” (в связи с приобретением последним контрольного пакета акций ГАЗа) настояла на том, чтобы в нем были определены не просто обязательства сторон, но и санкции на случай их невыполнения.

Нередко договоры используются корпорациями для вытеснения конкурентов и монополизации доступа к тем или иным ресурсам. Тем не менее, учитывая взаимовыгодный характер подобных соглашений, а также традиционную зависимость многих городов и регионов от деятельности нескольких (а иногда и одного) крупных хозяйственных комплексов, их роль в целом следует признать положительной. Позитивным моментом является и то, что они способствуют росту открытости и гласности в отношениях бизнеса и власти, и потому вряд ли правомерно видеть в них “крышу для неформальных согласований” [Российский региональный бюллетень 10.04.2000: 22-23].

Конечно, сам факт тесной взаимозависимости формальных и неформальных отношений не вызывает сомнений: чем выше удельный вес последних, тем сильнее они девальвируют первые. Вместе с тем очевидна и обратная зависимость, а потому формализация отношений власти и корпоративного бизнеса в регионах служит эффективным средством вытеснения клановости (зачастую неотделимой от криминалитета) и замены ее более цивилизованными партнерскими отношениями.

Способствует преодолению клановости и такой путь формализации отношений бизнеса и власти, как организация межрегиональных центров экспертно-консультативного характера при представителях президента в федеральных округах. Принципиально новыми эти структуры назвать нельзя. Ко времени создания округов уже существовали восемь межрегиональных ассоциаций экономического взаимодействия, причем некоторые из них (“Сибирское соглашение”, “Северозапад” и др.) действовали весьма активно и к тому же если не полностью, то в значительной степени совпадали с образованными округами территориально.

Тем не менее речь идет не просто о формальном приспособлении уже сложившихся структур к новой ситуации. Во-первых, в ходе последовавший за созданием округов реорганизации и территориальной передислокации были существенно расширены функции ассоциаций. Согласно “Положению о полномочном представителе…”, назначенные на эти должности лица “разрабатывают совместно с межрегиональными ассоциациями экономического взаимодействия программы социально-экономического развития территорий в пределах федерального округа” [Российский региональный бюллетень 17.07.2000: 38]. Тем самым из чисто вспомогательных, не имеющих четких полномочий форумов ассоциации превращаются в центры стратегического планирования, решения и рекомендации которых обретают обязательный характер. Во-вторых, наиболее авторитетные представители бизнеса превращаются в полноправных членов влиятельных центров разработки и принятия социально-экономических решений федеральных округов.

Судя по всему, процесс формирования данных центров еще не завершен, однако есть все основания полагать, что уже в скором времени полноценное функциональное представительство будет создано. Иначе говоря, почти стихийные процессы в области межрегионального экономического сотрудничества и кооперации обретают, наконец, прочную институциональную и политическую базу.

Надо надеяться, что укрепление центров стратегического развития, если, конечно, оно пойдет по рациональному сценарию, серьезно повлияет на всю систему отношений бизнеса и власти на региональном уровне и будет способствовать ее деперсонификации и институционализации.

Принято считать, что постепенная “коллективизация” корпоративного капитала вызвана его реакцией на действия властных структур, в частности на попытки президента если не покончить, то поставить на место “олигархов”. Представляется, однако, что причина гораздо глубже и происходящие изменения связаны не только с новой ориентацией властей.

После дефолта 1998 г. магистральным направлением корпоративного строительства стало укрепление промышленных, а не финансовых объединений. А это означало, помимо прочего, переориентацию корпораций с присущей “олигархам” погони за государственной собственностью и политической рентой на консолидацию внутренних ресурсов и, соответственно, на преимущественно рыночное поведение.

Все это способствовало изменению характера отношений между корпорациями и государством и уменьшению роли неформальных, межличностных связей. Одновременно сокращалась и зависимость власти (особенно центральной) от поддержки со стороны “олигархов”, поскольку угроза возвращения к доперестроечным временам становилась все более призрачной.

Кроме того, ощутимо возросло значение социальных составляющих “политического ресурса” крупных корпораций, прежде всего наемного персонала и акционеров-собственников. Между тем и те, и другие заинтересованы в укреплении экономической и политической устойчивости корпорации, в установлении более упорядоченных, лишенных элементов случайности отношений с властями. Руководители крупных компаний стали придавать все большее значение созданию благоприятного социального климата как внутри корпораций, так и на прилегающих к предприятиям территориях_5_. Немалое воздействие на этот процесс оказывает концепция социальной ответственности бизнеса, которую все более четко проводят в жизнь соответствующие правительственные ведомства. Находят отклик в органах власти и возросшие требования акционеров к менеджменту компаний. Об этом, в частности, свидетельствуют планы разработки корпоративного кодекса, фиксирующего права и обязанности акционеров и менеджеров компании.

Все вышесказанное свидетельствует о том, что индивидуальный лоббизм постепенно уступает место взаимодействию коллективных интересов большого бизнеса, т.е. в России формируется нормальная система функционального представительства. А это означает, что политическое участие корпоративного капитала может стать существенным позитивным фактором общественно-политического развития страны, что, в свою очередь, позволит создать условия для полноценного участия мелкого и среднего предпринимательства в выработке политического и экономического курса.

Общественная жизнь представлена многочисленными и взаимосвязанными сферами. Крупнейшие из них - экономическая, социальная, политическая, духовная. Данные системы изучаются соответствующими общественными науками.

Предназначением политической сферы (системы) общества в отличие от экономической, социальной и духовной, а также всех других является организация и осуществления государственного управления обществом в целом (от общегосударственного уровня до самых мелких структур в государственном управленческом комплексе). Эта система привлекает в той или иной степени внимание представителей различных общественных наук - экономической теории, права, социологии, психологии и других. Однако специально и комплексно, в составе всех слагаемых политической системы ее изучает только одна наука - политология.

Политология - наука об управлении государством в самом широком смысле, то есть наука о политической системе общества.

Политика - социальная деятельность в политической сфере общества, направленная главным образом на достижение, удержание, укрепление и реализацию власти.

Политическая система - одна из крупнейших сфер жизни общества. Политика - это деятельность, важная, необходимая, сложнейшая. Ее невозможно понять и осмыслить вне политической системы общества. В определенном смысле политика - функция политической системы, а также средство и механизм ее функционирования. Некоторые специалисты говорят, что политика - это наука, другие утверждают, что это искусство. Правы и те и другие.

2. Понятие политической власти

В своем общем значении понятие “власть” означает право и возможность одних повелевать, распоряжаться и управлять другими; способность и возможность осуществлять свою волю по отношению к другим, оказывать определяющее влияние на их поведение и деятельность, используя при этом авторитет, право, насилие и другие средства.

Политическая власть имеет ряд особенностей. Ее отличительными признаками являются:

· верховенство, обязательность ее решений для всего общества, и всех других видов власти;

· всеобщность, то есть публичность. Это означает, что политическая власть действует на основе права от имени всего общества;

· легальность в использовании силы и других средств властвования в пределах страны;

· моноцентричность, то есть существование общегосударственного центра (системы властных органов) принятия решений;

· широчайший спектр используемых средств для завоевания, удержания и реализации власти.

Существует также понятие легитимности власти - это общественное признание, доверие и поддержка, которые оказывают ей общество, народ.

В науку понятие “легитимность власти” впервые было введено Максом Вебером. Он выделил три основных источника (основания) законности, правомерности политической власти:

· в соответствии с традицией (монархия);

· харизматический тип (в связи с огромной популярностью и культом личности политического деятеля);

· рационально-правовой тип - эта власть признается народом потому, что она опирается на рациональные, признаваемые им законы.

2.1. Структура и ресурсы политической власти.

Как и любое отношение, политическая власть предполагает как минимум две стороны. На одной стороне - властвующие (субъект). На другой стороне - подвластные, подчиненные (объект).

Ресурсы политической власти подразделяются на экономические, социальные, силовые, информационные и др.

Экономические ресурсы - нужны и для завоевания власти, и для реализации ее целей, и для ее поддержания.

Силовые ресурсы - выполняют функцию обеспечения обороны страны, охраны внутреннего порядка, в том числе обеспечения безопасности политической власти, недопущение каких-либо поползновений на власть в целях ее свержения.

Социальные ресурсы - социальная политика в больших современных западных странах строится таким образом, что в сохранении существующей политической власти заинтересовано большинство населения: здесь широкая система страхования, высокий уровень пенсионного обеспечения, широко развита система благотворительных организаций и т д.

Информационные ресурсы - это средства массовой информации.

Происхождение партий

ПАРТИЯ - это политическая общественная организация, которая борется за власть или за участие в осуществлении власти. Этимологически “партия” означает “часть”, “отдельность”, элемент политической системы. Соперничество политических групп, объединенных вокруг влиятельных семей или популярных лидеров, в течение многих веков составляло характерную, существенную черту политической истории. Но такие организации, которые мы называем политическими партиями, возникли в Европе и в США в начале ХIХ в.

Формирование партий было довольно длительным и сложным процессом. Первоначально партии активно действовали только в периоды избирательных компаний, они не имели постоянно действующих местных организаций, не проводили регулярных съездов или конференций, их сторонники не были связаны партийной дисциплиной.

Первой массовой и постоянно действующей партией была либеральная партия в Англии (с 1861 г.). Причинами возникновения массовых политических партий послужило распространение всеобщего избирательного права.

Одним из первых предложил определение политической партии известный английский политический деятель и философ XVIII в. Э. Берк. "Партия, - писал он, - представляет собой организацию людей, объединенных с целью продвижения совместными усилиями национального интереса, руководствуясь некоторым специфическим принципом, относительно которого все они пришли к согласию". Современное понимание партий с соответствующими типологическими признаками начало формироваться в XIX - начале XX в. Интерес представляет позиция немецкого исследователя В. Хасбаха, который рассматривал партию как "союз людей с одинаковыми политическими взглядами и целями, стремящихся к завоеванию политической власти с целью использования ее для реализации собственных интересов". Наиболее интересное определение дал М. Вебер, который считал партии "общественными организациями, опирающимися на добровольный прием членов, ставящих себе целью завоевание власти для своего руководства и обеспечение активным членам соответствующих условий (духовных и материальных) для получения определенных материальных выгод или личных привилегий либо того и другого одновременно".

Очевидно, что партия рассматривается как группа людей, объединившихся для участия в политической жизни и преследующих цель завоевания политической власти. Необходимо учесть, что партии не всегда играли ту роль, которую они играют в настоящее время в политической системе индустриально развитых стран. Симптоматично то, что основатели США, где партии в современном смысле наряду с партиями Великобритании возникли впервые, считали партии в лучшем случае необходимым злом, рассматривая их как источник конфликтов, раздоров и смуты. Но, тем не менее, партии стали важным элементом политической системы сначала стран Запада, а затем и всех других стран, которые пошли по пути капиталистического развития.

Политические партии с привычными для нас признаками (оформленное членство в партии, партийные билеты, взносы, внутрипартийная дисциплина) появились

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: