Территориальные основы местного самоуправления
Что это за общественные отношения? Какова их специфика? Ответ на эти вопросы связан с определением социальной сущности самой конституции как основного, закона, что позволяет, в конечном счете, раскрыть глубинные характеристики и отдельных конституционных институтов демократии и местного самоуправления.
Это объективно возникающие и существующие во всяком государственно организованном обществе общественные отношения между крупнейшими социальными образованиями, в которых находят свое выражение основные характеристики гражданского общества - его социальная структура, характер политической власти и экономической организации общества, а на этой основе - и уровень реально обеспечиваемых индивидуальных и коллективных свобод. Именно данные отношения воплощают в себе, говоря словами Ф. Лассаля, ту реальную "постоянно действующую силу", "которая оказывала бы влияние на все издаваемые в стране законы, влияла бы так, чтобы законы эти в известных границах всегда были таковы, как они есть, и не могли быть иными... И сила эта то фактическое соотношение сил. которое существует в данном обществе."3 Это фактическая конституция общества, а соответствующие отношения можно назвать конституционными в их объективной, т.е. независимой от норм права, форме. При определенных же социально-политических условиях они, равно как и складывающиеся в них реальная власть политических сил и свобода личности, получают государственно-правовое оформление, становятся предметом конституционно-правового регулирования.4
Исходя из сущностных характеристик конституции, понимаемых не в традиционном для советской конституционно-правовой науки гипертрофированно-идеологическом, классовом подходе, а в общедемократическом ее представлении как юридически узаконенный баланс интересов всех классов и социальных слоев общества.5 необходимо раскрывать природу всех социальных явлений, получающих свое конституционное воплощение, в том числе - и свободы личности, прав человека и гражданина. В этом плане Конституция - это обладающий высшей юридической силой основной закон государства и общества, закрепляющий в соответствии с объективно сложившимся соотношением социальных сил согласованную волю всех социальных групп общества и являющийся мерой достигнутой свободы, правовым выражением баланса политических, социально-экономических, национально-этнических, религиозных, личных и общественных, иных интересов в гражданском обществе и правовом государстве. Именно конституционные отношения как выражение фактического соотношения социальных сил могут дать хотя и общую, но наиболее точную характеристику важнейших сторон организации (и самоорганизации) общества, свободы личности. В рамках данных отношений происходит перевод общедемократических начал организации общественной жизни на уровень каждой конкретной личности, утверждение, конституирование основных прав и свобод человека как общесоциальной категории. Материальным содержанием этих отношений предопределяется и конституционный характер соответствующих прав и свобод уже в их фактическом, "до-юридическом" существовании (как выражения фактической конституции общества).
Подобный подход позволяет выявить фактическое конституционное содержание как основных прав гражданина. получающих юридическое закрепление в Конституции, так и прав человека как категории естественного права, отражающей взаимоотношения человека с гражданским обществом на основе принципов автономии, независимости, уважения человеческого достоинства, невмешательства в сферу его частных интересов. Это позволяет, в свою очередь, вскрыть диалектику становления и развития основных прав и свобод человека и гражданина, выявить генетические линии внутригосударственного и международно-правового развития данных институтов, логически вывести их материальное содержание и проследить внутреннюю связь и зависимость конституционных прав личности от социальных прав народа, нации, территориальных общностей (включая местные сообщества) и иных социальных групп, к которым принадлежит личность.6
Вместе с тем в историческом плане в характеристике прав и свобод как нормативно-правовой формы взаимоотношений политической власти и личности можно проследить различные концептуальные подходы к оценке форм такого взаимодействия и, соответственно, к анализу природы основных прав и свобод граждан. Один из них основан.как известно, на характеристике прав и свобод как категории, исходящей от государства и установленной государством. Права и свободы рассматриваются в этом случае не как естественные и неотъемлемые, а как дарованные (октроированные), как результат "отеческой заботы" государства о своих гражданах, о способах и пределах удовлетворения их потребностей, в том числе на местном уровне и даже в личной жизни. Показательным является в этом плане заимствованный у Монтеня следующий исторический факт, характеризующий "безграничность отеческой заботы" верховной государственной власти о своих подданных: некая женщина обратилась к королеве Арагонской с жалобой на своего мужа, что он чрезмерно усерден: королева после рассуждений о том. что и в брачном союзе необходима "сдержанность", предписала категорическое: "число ежедневных сближений между супругами необходимо ограничить шестью". Не менее колоритные примеры "отеческой заботы" государства о своих гражданах можно было бы вспомнить и из недавней истории развития нашего общества с его средневековыми ограничениями для граждан свободы передвижения, обязательной трудовой повинностью, "стимулированием" деторождаемости через налоги на холостяков и т.п.
Российский патернализм имеет глубокие исторические корни. Они уходят в идеи державности, в православные ценности патриархального российского общества. Основные каноны православия определили покорный характер народа, его терпимость к неблагоприятным условиям жизни, примат духовного (божественного) над материальным (земным). Каждый царь, а в последующем - генеральный секретарь, президент неизменно являлись народу как своего рода мессия, спаситель Отечества. Под индивидуальные размеры его политических амбиций спешили перекроить законы и саму конституцию, подогнать "под Самого" огромную систему организации государственной власти, поставить его на вершину государственной пирамиды, наделив неограниченными полномочиями. Только благодаря глубоко укоренившейся (почти на подсознательном уровне) идеологии и психологии патернализма стало возможным закрепление в действующей Конституции РФ положения о том. гарантом естественных, неотчуждаемых прав человека является не система народовластия, основанная на разделении государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную, а единственное, верховное лицо в государстве - Президент (ст. 80).
Под влиянием государственно-патерналистской идеологии мы привыкли рассматривать демократию, права и свободы жителей города и деревни, включая их возможности пользоваться естественными свободами и элементарными благами на труд и отдых, образование и здравоохранение и т.п., в качестве результата "отеческой" заботы государства в лице его верховной власти и высшего политического руководства страны о гражданах, удовлетворении их повседневных материальных и духовных потребностей. Этому в полной мере соответствовала и политико-экономическая концептуальная основа организации экономики как "единой фабрики", централизованное государственное финансирование социальных затрат. Известно, что в странах, которые принято относить к цивилизованным с развитой демократией и местным самоуправлением, за счет местных бюджетов удовлетворяется большая часть социальных потребностей населения, причем не в дотационном варианте, а на конституционно установленной и законодательно оформленной основе формирования местных бюджетов.7 У нас же основная часть финансовых средств всегда была (и остается) в руках государства. Поэтому нет ничего неожиданного в том, что и в практической деятельности органов государственной власти и местного самоуправления возобладала тенденция "опекать" население городов и сел, "отпускать" им тот или иной объем средств по прихоти и усмотрению "верхних" этажей государственной власти.Это в полной мере распространялось и на отдельных граждан, на каждого жителя городского и сельского поселения. Законодатель стремился предрешить все проблемы, расписать все условия его работы и ее результаты, избавить человека от мук поиска альтернатив в процессе принятия решений на местах.
Вторая, принципиально иная концептуальная основа взаимоотношений личности с обществом и государством, базируется как раз на естественно-правовом подходе к правам и свободам. Они. как записано в ст. 17 Конституции РФ, неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Этому подходу в полной мере соответствует и теория фактического конституционного содержания (конституционной природы) основных прав и свобод человека. Ее значение в этом плане заключается в том. что "естественный" потенциал прав человека как бы удваивается: он определяется в этом случае не только теми факторами, которые вытекают из природы самого человека, его физиологических характеристик и естественных человеческих потребностей, но и усиливается ярко выраженными социальными факторами в силу того, что соответствующие возможности (права человека) складываются объективно в результате социально-экономического и политического развития общества и не зависят от государственного признания.
Данному подходу не противоречит и тот общепризнанный в современном мире факт. что права человека являются универсальной категорией, отражающей наднациональные, общечеловеческие требования и стандарты в области свободы личности. Следует лишь учитывать, что в этом качестве права человека являются не национально-государственной, конкретно-исторической категорией, а общесоциальным понятием. Их основные характеристики определяются тем, что права человека в данном плане являются показателем уровня развития человеческой цивилизации в целом, признанием общегуманистических идей и ценностей современной демократии. При этом права человека принадлежат индивиду от рождения, для обладания ими не требуется ни гражданство, ни наступление каких-либо иных юридических фактов.
Таким образом, права человека как общесоциальная категория представляют собой объективно складывающиеся в результате закономерного развития человеческой цивилизации и вытекающие из самой природы человека возможности пользоваться элементарными, наиболее важными благами и условиями безопасного, свободного существования человеческой личности в гражданском обществе.
Права человека носят универсальный и интернациональный характер. Их признание на международном уровне и закрепление в нормах международного права усиливает всеобщность и обязательность заложенных в правах человека требований в масштабах всего мирового сообщества применительно ко всем народам и государствам мира. С момента их международно-правового признания права человека как общесоциальная категория приобретают новое, дополнительное качество: они становятся международными правами человека. Это означает, что соответствующие права как общссоциальная, "до-юридическая" категория приобретают четко выраженные нормативно-правовые начала, но не внутригосударственного, а международно-правового характера. Значение норм международного права в области прав человека состоит в том. что они, с одной стороны, обязывают государства мирового сообщества обеспечивать личности закрепленные в международно-правовых актах права Человека; с другой стороны, эти документы предоставляют индивиду право требовать от государства выполнения его международных обязательств.
Тем самым международно-правовое признание прав человека напрямую влияет на характер взаимоотношений общества и личности, на процесс обеспечения прав человека в каждом конкретном государстве. Тем более важно иметь в виду это обстоятельство с учетом особенностей соотношения международного и внутригосударственного права в Российской Федерации, где "общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы" (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ).
Отмечая важное значение международно-правового признания прав человека, следует в то же время иметь в виду, что эффективная государственная защита и охрана прав с использованием всех тех средств, которые имеются в распоряжении государственного аппарата и его органов, становится возможной лишь после государственного признания этих прав. Это происходит путем их юридического закрепления в национальном законодательстве (и прежде всего в конституциях), что порождает юридическую категорию основных прав и свобод гражданина. В этом плане основные права и свободы гражданина - это юридическая форма взаимоотношений государства и личности в рамках определенной социально-экономической и политической системы по обеспечению общепризнанных прав человека и гражданина. Закрепляя международно-правовые стандарты в соответствующей области, законодатель придает фактическому конституционному содержанию соответствующих институтов юридический характер и определяет конкретных субъектов -граждан Российской Федерации. В данном случае происходит. своего рода. встречный процесс правообразования. Который предполагает издание законодательного акта, конституирующим фактором которого являются объективно сложившиеся общепризнанные социальные нормы (возможности поведения).
Конституционная природа прав человека и гражданина, равно как и процесс их становления, носит, таким образом. весьма сложный характер. Здесь находят свое отражение как объективные, независимые от законодателя моменты, которые связаны с содержанием фактических отношений, определяющих реальное положение личности в гражданском обществе (права человека) и государстве (права гражданина), так и их международно-правовое признание, а также государственно-правовое регулирование соответствующих отношений, юридическое закрепление объективно складывающихся прав человека и гражданина (рис. 3).
Конституционное содержание основных прав и свобод человека и гражданина предопределяет существенную специфику и их юридической природы. В литературе по этому вопросу имеются, как известно, различные точки зрения, что нашло свое отражение в исследованиях таких ученых, как Н.В.Витрук, Л.Д.Воеводин, Е.А.Лукашева. Г.В.Мальцев. Н.И.Матузов. В.А.Патюлин, Ф.М.Рудинский. Б.С.Эбзеев и др. При этом общепризнанным является тот факт. что основные права и свободы обладают всеми необходимыми качествами субъективных прав, являются непосредственно действующими правами и свободами (ст. 18 Конституции РФ). Следует вместе с тем признать, что особенности их юридической природы не могут быть раскрыты в рамках традиционного понимания субъективных прав личности как элемента конкретных правоотношений. Основные права, свободы и обязанности составляют в своей совокупности конституционный статус гражданина РФ.
В юридической литературе это понятие используется достаточно широко, предпринимаются попытки обосновать его универсальность и, соответственно, возможность использовать в различных институтах конституционного права. Однако применительно к правовому положению личности характеристики конституционного статуса чаще всего ограничиваются лишь сравнением со смежными категориями - с точки зрения объемного содержания, например, в соотношении с понятием правового статуса как более широкой категорией, включающей не только конституционные, но и частно-отраслевые права и свободы, а также (в зависимости от имеющихся подходов и точек зрения) и другие правовые явления, характеризующие положение гражданина в обществе и государстве. Если согласиться с таким подходом, тогда, возможно, следовало бы просто ограничиться использованием самого понятия правового статуса в двух смыслах, как это и предлагалось в свое время. - в узком и широком смысле.10
Думается.однако.основные характеристики и отличительные черты конституционного статуса определяются не объемными его параметрами (включением в это понятие большего или меньшего количества правовых явлений и категорий), а качественными характеристиками. Конституционный статус является самостоятельной и весьма специфической государственно-правовой категорией. В этом качестве он призван отражать не только внешние характеристики института конституционных прав и свобод, но и их социально-политическую и юридическую природу. Он выступает конституционным выражением реально существующей в обществе свободы граждан РФ, их положения на высшем уровне своего бытия - во взаимоотношениях с обществом и государством в целом.
Законодательным оформлением конституционного статуса как раз и обеспечивается правовое закрепление общесоциальной категории прав человека, ее превращение в юридическую категорию прав гражданина. Тем самым на уровне конституционного статуса гражданина достигается синтез объективного права, выражающего государственную волю народа, направленную на удовлетворение притязаний человека к обществу по поводу свободы поведения и возможностей пользования социальными благами, и субъективного права как волевого отражения в индивидуальном сознании человека экономических и политических условий жизни общества, порождающих эти притязания и гарантирующих возможность их реализации. Иными словами, конституционный статус представляет собой, с точки зрения юридической природы, диалектическое единство объективного и субъективного права."
В этом находит свое отражение тот факт, что основные права и свободы как элемент конституционного статуса и в генетическом, и в функциональном отношениях не являются простым результатом норм объективного права, его "субъективным придатком". Ни по основаниям возникновения. ни по характеру нормативного действия они не могут быть "отделены" от объективного права. И это вполне понятно, так как Конституция закрепляет права человека и гражданина. которые уже проявляют себя в качестве общезначимой (в социальном, а не юридическом плане) меры свободы. Такого рода права, как справедливо отмечал С. С. Алексеев, "представляют собой социально оправданную, нормальную и в этом смысле нормативную свободу поведения субъектов общественной жизни, выражающую прямое действие объективных социальных закономерностей...