Xreferat.com » Рефераты по праву » Уголовное право в России в X-XVIII веках

Уголовное право в России в X-XVIII веках

поборов и налогов «все люди» попросту обнищали»14. После Смуты, в первой половине XVH в. государство пыталось откровенно репрессивными методами защитить личность, поскольку в Смуте убийства стали явлением обыденным. Хотя в XVII в. продолжали действовать два аспекта защиты личности — религиозный и социальный, примат явно переходил к последнему. В Уложении 1649 г. сословная дифференциация достигла высших для средневековья значений, но принцип всеобщей защиты личности продолжает действовать. Крепостническая политика не рассматривалась государством как средство преднамеренного унижения личности. Но, пытаясь защитить крестьян, государство совершенно запутывалось в отношении к жизни, имуществу сословий и крестьянской собственности. Законодательство ХVII в. предписывало феодалам нести материальную ответственность за ущерб от уголовных преступлений, совершенных зависимыми людьми. Крестьяне в XVII в. сами становились «средством расплаты» за неосторожные убийства (феодалу выдавался виновной стороной лучший крестьянин в компенсацию). В крепостнической политике феодалы рассматривались государством как гаранты правопорядка и, при сохранении традиционной идеологии, но в противоречии с ней, защита личности низших сословий во многом стала зависеть именно от феодалов. Законодательство первой половины XVII в. говорит о дворянах и детях боярских, которые совершили убийства крестьян и холопов, а после этого относительно спокойно «ныне живут на государевой службе». Привлечение их к следствию зависело не столько от челобитных крестьян, сколько от исков владельцев убитых. Подобные факты могли вызвать недовольства и волнения, и государство искренне стремилось привлечь к ответственности всех виновных в убийствах. Действовал даже принцип, согласно которому при отсутствии челобитчиков в смертном деле, таковым выступал сам царь. Однако торжество сословности в защите личности «работало» на феодалов.

Соборное Уложение 1649 г. закрепило довольно сложный подход к защите жизни личности, в нем появлялись и традиционно-религиозные, и сословно-материальные основы. Но в целом традиционная религиозная доктрина отношения к личности в Уложении ощутимо поколеблена.

Разбойные убийства в кодексе карались безусловной смертью. Но и бытовые убийства также карались смертью и конфискацией имущества. Даже обыкновенная угроза убийством в «поместной», «вотчинной» и «прожиточного человека всякого чину» среде влекла внесение залога в 5-7 тыс. рублей для предотвращения реализации угрозы. Для простонародья такие суммы недоступны, и источники не раскрывают практику действий в случае угрозы убийства в социальных низах. Общий принцип защиты жизни личности провозглашен в XXII главе Уложения. Смертью каралось любое убийство, кроме «бесхитростного», совершенного по независящим от человека обстоятельствам (лошадь понесла, ошибка на охоте, по пьяному делу и т. д.). Освобождался от ответственности за убийство защищавший своего господина. В особо тяжкую группу выделены статьи об убийстве родителей детьми, убийство братьев, сестер. Они приравниваются к убийству господина. Смерть без «пощады» ожидала за убийство в суде (или в той же ситуации за смерть от ран). В главе о разбоях и грабежах (гл. ХХI) защита жизни выступала в традиционно-бессословных формах, обязательная казнь следовала без всякого учета сословности.

До бунта Разина значение сословного фактора в проблеме убийств занимало государство меньше, нежели идеологические аспекты так называемых «родственных» убийств. В специальной главе Уложения «сословные» убийства представлены в виде посягательства на жизнь господина и госпожи. Но значительно больше занимают законодателя убийства «родственные» и начинается глава XXII с многочисленных ситуаций по убийствам родителей. В основе этого лежит целиком религиозно-нравственный подход. После Смуты расшатывание бытовых и семейно-религиозных устоев было наиболее опасным и прямо вело к «шатости» всех сословий. Поэтому-то в XVII в. в государственной политике охраняются правила домостроя и семейного повиновения.

Таким образом, при укреплении сословных подходов, Уложение 1649 г. сохранило принцип всеобщности защиты личности и даже крепостническая политика не разрушила религиозных основ карательной доктрины. Жизнь принадлежала Богу, изменить это правило светская власть не могла.

В ином ключе развивалась правовая защита других компонентов личности — чести и телесной неприкосновенности. Конечно, учитывая меньшую тяжесть этих посягательств в сравнении с убийствами, законодатель назначил менее тяжкие кары, но суть дела в другом. Здесь главенствующее место занимают чисто сословные принципы защиты личности, без всякой религиозной подоплеки. Честь и телесное здоровье — принадлежность тварного мира. Щепетильное отношение к чести прямо ведет к гордыне, к эгоцентризму, к греху, чем и отличались, например, местнические родовые споры. Имело место господство чисто прагматических штрафных кар, которые в конце концов и представляют собой модифицированный эквивалент собственности. В XV — ХУП вв. побои, увечья, оскорбления постепенно эволюционизировали к множественности наказаний: тюремному заключению, телесным карам, штрафам. Но торжествовал в этом многообразии открыто сословный подход и штрафы, которые зависели только от сословной принадлежности, получив окончательное закрепление в Уложении 1649 г. В системе штрафов за бесчестье и телесные повреждения проявлялась связь собственности с материальным бытием, связь личности через денежный эквивалент и тварное существование с огромным значением собственности. Важнейший принцип русского права XV — XVII вв. заключался во взаимосвязи ценности личности через ее сословное выражение в собственности.

Рассматриваемые кодексы карают посягательства на собственность денежными эквивалентами. Но церковные кражи (святотатство) наказывались смертью, поскольку собственность выступала не в качестве самой себя, а в идеологизированной форме. Равным образом, смертью каралось посягательство на собственность со стороны «лихих людей», поскольку законодателя интересовала здесь повышенная опасность самой личности преступника. Если посягательства на собственность были связаны с обычными хищениями, нарушениями земельных границ и т. д., материальные взыскания продолжали играть огромную роль. Если в этих случаях применялись тюрьма и телесные кары, то денежные взыскания над ними превалировали. Уже Судебник 1497 г. устанавливает, что при отсутствии денежных средств вор должен отработать убытки. В русском праве было распространенным правило, согласно которому неправомерное обогащение влекло за собой троекратную регрессную выплату. Судебник 1550 г. сохраняет эти принципы, ужесточая выплаты посредством правежей и поручительств. Санкции за имущественные преступления «лихих» всегда предусматривали имущественно-финансовые взыскания. Ни опричная политика, ни Смута не поколебали сословно-имущественных принципов защиты собственности, в Уложении 1649 г. они еще более укрепились. Кодекс усложнил защиту личности и собственности посредством расширения тюремного заключения и телесных кар, но штрафы, конфискации, материальные взыскания с учетом сословного статуса лица были очень часты.

Интересный аспект защиты частной собственности предусматривало Уложение 1649 г. впервые допускается убийство вора не только в момент совершения кражи, но и во время погони за ним, а также в случае оказания сопротивления при поимке.

Право собственности трактуется широко: кража – это и ловля рыбы в чужом пруду, и расхищение имущества во время стихийных бедствий.

В рассматриваемый период получают дальнейшее развитие понятия субъективной стороны преступлений. Закон разделяет преступников на главных и второстепенных (соучастников). Отдельно квалифицировались пособники, попустители и укрыватели.

Уложение 1649 г. знает деление преступлений на умышленные, неосторожные и случайные. За неосторожные действия совершивший их наказывается так же, как и за умышленные действия. Здесь сохраняется архаический принцип объективного вменения: наказание следует не за мотив преступления, а за его результат.

Итак, общей особенностью развития уголовного права для указанного периода явилось, во-первых, смещение акцентов в сторону ужесточения наказания, а во-вторых – дальнейшая регламентация государственных преступлений. В вышеперечисленных законодательных актах как нигде более ярко виден основной принцип феодального права – существенная дифференциация применимости права для представителей разных сословий.

Глава III. Усиление уголовной репрессии абсолютистского государства в начале XVIII в.


В период реформ Петра I и последующего их развития были сделаны попытки кодификации военно-уголовных норм. Прежде всего, они представляли собой желание законодателя перенести в российское право иностранные законы, согласованные с реальностями жизни русской армии. 30 марта 1716 г. Петром I был утвержден первый военно-уголовный закон. Артикул воинский был заимствован из иностранных источников, а именно в основу его были положены шведские артикулы Густава Адольфа. В артикуле содержались толкования каждой статьи.

Артикул представлял собой своеобразный комплексный боевой, военно-административный, военно-уголовный и уголовно исполнительный кодекс России. Кроме того, Устав Воинский был законодательным актом, который включал в себя независимые друг от друга наказания различных видов. Ввиду очевидного совершенства и большей полноты артикулов по сравнению с Уложением царя Алексея Михайловича (1649 г.), Петр I приказал руководствоваться артикулами во всех судах.

В данном юридическом документе основные воззрения на наказание и преступление существенно изменяются, в связи с постепенным усилением государственной власти, берущей в свои руки как оценку преступных деяний, так и определение за них наказания. На этой почве она медленно, путем практики, проводит мысль, которую духовенство неоднократно выражало еще в первом периоде: что власти установлены Богом "в отмщение злодеям и в похвалу благотворящим, чтобы люди, если презрят страх Божий, вспомнили бы страх властителей земных"15.

Исключительное внимание было уделено законодателем институту наказания. Впервые были определены цели и задачи наказания, которые заключались в возмездии за содеянное, устрашении правонарушителя и народа, ограждении общества от преступника, предупреждении преступлений путем ликвидации субъекта, приведения его в физическую непригодность или возникновение у него страха перед наказанием.

Эта новая точка зрения на наказание не вытесняет вполне старого начала возмездия или воздаяния злом за зло, свойственного мести. На эту почву прежде всего становится и государственный суд: "кто кого убьет, онаго кровь паки отмстить".

Цели, намечаемые наказанием, определяются исключительно государственными и общественными интересами, в угоду которым преступник всецело приносится в жертву. Они могут быть сведены к следующим: 1) ограждение общества от преступников полным их истреблением ("чтобы лихих людей извести"), или изувечением их, чтобы предупредить возможность совершения новых преступлений (например, виновным в подделках подьячим отсекали пальцы, "чтобы впредь к письму были непотребны"), или, наконец, изъятием преступников из среды общества в тюрьму или в ссылку. 2) Устрашение преступников и всех граждан от совершения преступных деяний тяжестью и жестокостью наказаний: "да и прочие страх примут таковая не творити", "чтобы на то смотря другим неповадно было так чинить". 3) Извлечение материальных выгод из имущества и личных сил преступника - конфискации, денежные пени и эксплуатация труда преступников со времени введения каторжных работ при Петре. Первые две цели по существу требовали самых жестоких наказаний, которые и процветали в Петровском законодательстве. Воинский устав в 122 статьях назначает смертную казнь; отдельные указы угрожают смертною казнью за самые ничтожные поступки, например, за хитрость и нераденье, за поклепные иски и пр. Несомненно, что во многих указанных случаях имелась в виду только угроза. Кроме того, следует учесть, что сама по себе строгость уголовного закона в силу исторических причин не повлекла массовых казней после принятия Устава. В то время шло интенсивное строительство городов, страна участвовала в нескольких войнах, а смертные приговоры зачастую заменялись принудительным трудом на возведении всякого рода фортификационных сооружений и гражданских объектах («извлечение выгод из преступника»). Нельзя не отметить и того факта, что нередко назначенные при Петре I наказания отменялись актами о помиловании по случаю военных побед, заключения мира со Швецией в 1722 г. и т.д. Устанавливая наказания, законодательство петровского периода, преследовало цели привлечение осужденных на многочисленные государственные стройки и т.д.

Кроме смертной казни, ряд изувечивающих наказаний и наказание кнутом (так называемая торговая казнь) и равносильное нередко квалифицированной смертной казни, достаточно обрисовывают, какими способами предполагалось достигнуть цели устрашения.

Особенности карательной системы Петровского законодательства обнаруживаются еще и в формах уголовной санкции. Господствующей была неопределенная санкция: не определяется вид наказания, или указывается вид , но не определяется размер наказания. Например: "учинить наказание, что государь укажет", или "учинить наказанье, смотря по вине"; или же: "взять пеню, что государь укажет", "посадить в тюрьму до государева указа". Рядом с этим существовали санкции по форме безусловно определенные, но в практическом применении столь же неопределенные, как и вышеуказанные, и имевшие лишь характер угрозы (например, в целом ряде случаев относительно смертной казни). Вследствие этого, участь преступника нередко совершенно зависела от произвола правительства. Происходившая отсюда неравномерность наказаний еще более усиливалась вследствие все более упрочившегося начала сословности. Наконец, к числу особенностей карательной системы в рассматриваемую эпоху следует отнести отсутствие принципа индивидуальности наказаний. Как в эпоху мести нередко страдали невинные родственники, так и позже подвергались наказанию невинные члены семьи: жена при муже, дети при отце.

Однако уже в то время в законе появляются такие виды наказаний, которые в общих чертах напоминают цивилизованные формы уголовной репрессии (ссылка, изгнание со службы, публичное извинение, политическая смерть, тюремное заключение). Это в основном связано с главенством введенной Петром I сословной и персональной подсудности, последняя из которых существовала до недавнего времени.

Понятие о преступлении тоже постепенно изменяется. Оно начинает считаться деянием, не только причиняющим вред отдельным лицам, но грозящим опасностью государству и обществу, а потому перестает быть делом личным или семейно-родовым и становится делом государевым и земским. Преследование преступлений, зависевшее раньше от инициативы частных лиц, теперь становится обязанностью органов государства. Сначала государство преследует небольшой круг деяний, признаваемых более важными; это "лихие дела" - душегубство, разбой, кража с поличным, - совершаемые "лихими людьми" или профессиональными преступниками. В этих названиях сказывается еще материальный взгляд на преступление и преступника; но затем все более и более преобладающее значение получает чисто формальный взгляд на преступление, возникший и упрочившийся под влиянием церковных учений. В преступлении церковь видела прежде всего грех, нарушение божественного закона, и называла преступников "забывателями страха Божия". Отсюда естественно вытекало понятие о преступлении как о нарушении закона светского, который, прежде всего, должен служить поддержкой церковного учения церкви. Вина преступника оказывалась, таким образом, двойственной: перед Богом и перед властью.

Воинский устав весьма мало привносит в субъективную сторону преступления. Вопрос о вменении стоит в зависимости еще от некоторых специальных условий, внешних и субъективных. К числу первых относятся необходимая оборона и крайняя необходимость. В Воинском уставе оборона значительно ограничивается. Им впервые вводится понятие о крайней необходимости, применительно к незначительным кражам "из крайней голодной нужды"; наказание в таких случаях или совсем не применяется, или умаляется. К числу субъективных условий вменения, известных московскому праву из Градских законов, относятся малолетство (аще 7 лет отрок) и явно болезненное психическое состояние (бесные), устраняющие наказание даже при убийстве. Воинский устав упоминает еще о состоянии аффекта и служебной ревности, как об обстоятельствах, смягчающих наказание.

Умысел на государево здоровье наказуется наравне с оконченным деянием, умысел на жизнь господина - наравне с покушением. Воинский устав расширяет наказание за умысел в преступлениях против Величества; Морской устав распространяет это правило и на общие преступления: "все убийцы и намеренные к тому будут казнены смертью". Покушение на госуд. преступление наказуется по Уложению как совершение, при некоторых общих преступлениях - снисходительнее. Воинский устав различает покушения оконченные и неоконченные, смягчая наказания за последние, если деяние доведено до конца по желанию самого преступника. Что касается до соучастия в преступлении, то Уложение различает: 1) главных виновников, интеллектуальных и физических, причем последние наказывались иногда легче (холопы, действовавшие по научению господ), иногда строже (подьячий - строже дьяка за составление неверного судного списка), иногда одинаково; 2) пособников - "товарищей", которым назначается то меньшее наказание, то одинаковое с главными виновниками ("подвод" и "поноровка"), и 3) прикосновенных лиц, которые подлежат также весьма различным наказаниям: пристанодержательство ("стан" и "приезд") наказуется как разбой; покупка и хранение краденого ("поклажея") - тюрьмой или только отдачей на поруки; неоказание помощи в случае опасности от преступников - кнутом; отказ от ловли преступников - пеней; недонесение играет важную роль при государственных преступлениях, все соучастники подлежат наказанию наравне с главными виновниками, причем не только не проводится различия между посторонними и членами семьи, но последние даже предполагаются соучастниками, если не докажут противного. Воинский устав также знает все эти формы участия, но в большинстве случаев устанавливает одинаковые наказания для разных соучастников. В связи с изменением общих воззрений на наказание и преступление, иное значение получают и отдельные виды преступлений Постепенно выдвигаются на первый план деяния, направленные против церкви и государства.

Воинский устав ставят на первое место преступления против веры и церкви. В законе предусмотрены такие преступления, как чародейство, идолопоклонничество, богохульство, непосещение церкви и т.д. Многие преступления против веры вели к смертной казни и телесным наказаниям.

Далее следуют преступления политические, особенно подробно перечисленные в Воинском уставе, преступления по службе, против порядка управления, против общественного порядка и спокойствия и т. д. На первое место среди них было поставлено всякое выступление против жизни, здоровья, чести государя. Подробно говорилось об измене (вооруженное выступление против государя, тайная переписка и тайные переговоры с неприятелем, открытие пароля и т.д.) Специальная глава (17) посвящена такому преступлению, как возмущение и бунт. За политические преступления была установлена, как правило, смертная казнь.

Преступления против частных лиц стоят на самом последнем месте.

Имущественные преступления предусмотрены в гл. 21 Артикула. К ним относятся, в частности, кража, грабеж – явное похищение чужого имущества, совершенное путем вооруженного насилия или без него. Определены такие составы, как утайка чужого имущества, отданного на сохранения, присвоение находки, повреждение и истребление чужой собственности. Имущественные преступления наказывались чрезвычайно жестоко (колесование, сожжение, повешение, отсечение головы, шпицрутены, отсечение носа и ушей, каторга).

Воинский устав был прогрессивным шагом в процессе кодификации и унификации как уголовного права России в целом, так и военно-уголовного наказания в частности. Однако он имел ряд существенных недостатков, поскольку отличительными свойствами наказания в петровскую эпоху были:

а) отсутствие индивидуализации наказания, в силу чего нередко карались близкие родственники преступника;

б) крайняя неопределенность законодательных формулировок, в результате чего невозможно было определить вид наказания (например: «под опасением жестокого наказания», «под опасением государева гнева и жестокого истязания», «быть в казни», - Устав воинский, артикул 78);

в) отсутствие равенства всех перед законом, что объяснялось сословным духом эпохи (нижние чины могли быть подвергнуты любому наказанию, а в отношении высших чинов телесные наказания не применялись);

г) мучительность уголовных наказаний (законодательство Петра I абсолютизировало и исключительную меру наказания - смертную казнь). Так, из 209 артикулов Устава воинского смертную казнь предусматривал - 101. В них были определены совершенно мучительные виды смертной казни: четвертование, колесование, заливание горла расплавленным металлом, сожжение. Кроме того, суд мог установить форму наказания по своему усмотрению. В практике было членовредительство: отсечение рук, ушей, пальцев, вырывание ноздрей, клеймение. Все это приносило не только страшные физические страдания, но и делало осужденных изгоями общества.


Заключение


Самым известным памятником древнерусского права, содержащим нормы уголовных наказаний и порядок их исполнения, является "Русская Правда". Ее предписания основывались на обычаях и сложившейся практике наказания за совершенные преступления. В ней упоминается о смертной казни как о мере наказания. В то же время этот свод законов исключает физическое воздействие на людей в качестве меры наказания.

В Псковской судной грамоте смертная казнь предусматривалась как мера наказания по пяти видам преступлений: за воровство в церкви, конокрадство, государственную измену, поджог, кражу, совершенную в третий раз.

Судебники 1497 и 1550 гг. предусматривали применение смертной казни уже по 10 видам преступлений. Таким образом, система наказаний в процессе их исполнения по судебнику стала приобретать более суровый характер, направленный прежде всего на устрашение населения. Судебник 1550 г. впервые регламентировал пытку.

Соборное Уложение 1649 г пошло по пути дальнейшего наращивания устрашающего начала наказания и процесса его исполнения, ярко выраженной мести преступнику за совершенное деяние. Ведущими видами наказания являлись смертная казнь, телесные наказания, в том числе членовредительские, тюремное заключение и ссылка.

Артикул Воинский Петра I содержал перечень воинских преступлений и устанавливал меры наказания за эти преступления. За многие виды преступлений предусматривались жестокие наказания - битьё кнутом, шпицрутенами, ссылка на каторгу или смертная казнь.

В общем развитие уголовного права указанного периода характеризовалось процессом закрепления привилегий феодалов. В рассматриваемых юридических документах открыто провозглашался принцип неравноправия различных классов феодального общества.

Библиографический список


  1. Российское законодательство X-XX веков. В девяти томах. Т. 1-4. – М.: Юрид. литер., 1985.

  2. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов н/Д, «Феникс», 1995. – 524 с.

  3. Исаев И.А. История государства и права России. – М.: Юрист, 1993. – 272 с.

  4. История СССР с древнейших времен до конца XVIII в. / Под ред. Б.А. Рыбакова. – М.: Высш. школа, 1983. – 415 с.

  5. Памятники русского права. Вып. 6. Соборное уложение царя Алексея Михайловича 1649 г. М., 1957. –182 с.

  6. Подвигина Н.Л. Очерки социально-экономической и политической истории Новгорода Великого в XII-XIII вв. – М., Высш. школа, 1977. – 384 с.

  7. Развитие русского права в XV – первой половине XVI в. – М., Юрид. лит., 1988. – 465 с.

  8. Рогов В.А. История уголовного права, террора и репрессий в Русском государстве XV-XVII вв. М.: Юрист, 1995. – 488 с.

  9. Сизиков М.И. История государства и права России с конца XVII до начала XIX века: Учеб. пособие, М.: Юрист, 1998. – 360 с.

  10. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть общая. Т.1. М.: Юрист, 1994. 457 с.

  11. Чистяков Н.О. История отечественного государства и права. – М.: Юрист, 1996. – 442 с.

  12. Штамм С.Ю. Судебник 1497 г. М., 1955. – 232 с.

1 Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть общая. Т.1. М., 1994. С.57.

2 Российское законодательство X-ХХ веков. Т.4. С.320.

3 Российское законодательство X-XX веков. В девяти томах. Т. 1. – М.: Юрид. литер., 1985. С. 27.

4 Там же, с. 28.

5 Там же, с. 28.

6 Цит. по: Подвигина Н.Л. Очерки социально-экономической и политической истории Новгорода Великого в XII-XIII вв. – М., 1977. С. 284.

7 См. Подвигина Н.Л. Очерки социально-экономической и политической истории Новгорода Великого в XII-XIII вв. – М., 1977. С. 289.

8 См. Развитие русского права в XV – первой половине XVI в. – М., 1988. С. 165.

9 Там же, с. 180.

10 Цит. по: Рогов В.А. Уголовное право и карательная политика в Русском государстве XV-XVIII веков. – М., 1990. С. 93.

11 См. Рогов В.А. Уголовное право и карательная политика в Русском государстве XV-XVIII веков. – М., 1990. С. 95.

12 См. Рогов В.А. Уголовное право и карательная политика в Русском государстве XV-XVIII веков. – М., 1990. С. 96.

13 Памятники русского права. Вып. 6. Соборное уложение царя Алексея Михайловича 1649 г. М., 1957. С. 22.

14 Цит. по: Рогов В.А. Уголовное право и карательная политика в Русском государстве XV-XVIII веков. – М., 1990. С. 100.

15 Российское законодательство X-XX веков. В девяти томах. Т. 4. – М., 1985. С. 363.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: