Cущность и некоторые проблемы конкурсного права
С деятельностью временного (а в какой-то степени и внешнего, и конкурсного) управляющего связан очень интересный вопрос: каков характер ограничений, налагаемых на должника в течение конкурсного процесса?
Дело в том, что в течение наблюдения определенные виды сделок (они перечислены в п.2 ст.58 закона "О несостоятельности (банкротстве)") должник может совершать только с согласия временного управляющего. На мой взгляд, это дает основание говорить об ограничении дееспособности должника в конкурсном процессе. Более того, в п.3 ст.58 того же закона указаны решения, которые не вправе принимать органы управления предприятия-должника. Не может принимать такие решения и временный управляющий, поскольку он не обладает функциями руководителя. Сказанное позволяет сделать вывод о том, что данные ограничения являются ограничениями правоспособности должника в конкурсном процессе. Ограничения правоспособности в отличие от ограничений дееспособности возникают только в период наблюдения, поскольку уже в период внешнего управления управляющий может осуществлять любые действия (некоторые с согласия кредиторов).
Вопросы о характере ограничений для должника и статусе управляющих в конкурсном процессе являются одними из самых спорных и интересных в конкурсном праве.
Временный управляющий обязан, как было отмечено, проанализировать финансовое положение должника с тем, чтобы ответить на вопрос о целесообразности введения реабилитационных процедур. С этой целью необходимо определить количество и характер требований кредиторов.
Процесс признания требований является очень сложным, порождающим на практике множество проблем. Следует отметить, что конкурсное право оперирует понятиями "установленное требование" и "неустановленное требование". Установленными являются две категории требований: те, в отношении которых имеется вступившее в законную силу решение суда, и те, которые признаны должником (соответственно имеются доказательства такого признания). Установленные требования предъявляются в течение наблюдения должнику. Остальные требования не являются установленными и должны предъявляться временному управляющему, который занимается их установлением.
По сути, процесс установления требований представляет собой заявление управляющего о том, в каком размере требование признается. Причем это заявление не обязательно должно содержать какую-либо аргументацию. Следовательно, действуя не вполне добросовестно, управляющий может отклонять требования без всяких на то оснований.
Кредитор, не согласный с решением управляющего, вправе обратиться в суд; в этом случае именно судья своим определением решит вопрос об установленности требования.
Очень серьезная проблема заключается в том, что данное определение суда не может быть обжаловано. Между тем вопрос о размере требований один из ключевых вопросов конкурсного права, от решения которого зависит и порядок голосования кредитора на собраниях кредиторов, и величина суммы, которую он сможет получить при удовлетворении требований кредиторов.
На мой взгляд, запрет на обжалование таких определений недопустим. На практике он уже привел к многочисленным злоупотреблениям со стороны судей, которые нередко не признают требования без всяких обоснований либо ссылаются на нормы закона, не подлежащие применению в конкретной ситуации. Поскольку обжаловать такое определение нельзя, единственное, что может сделать кредитор, это подать жалобу на действия судьи председателю суда. Известны случаи, когда после этого судья отменял собственное определение и выносил новое.
Считаю, что в закон необходимо внести изменения, в соответствии с которыми определение суда о признании требования установленным может быть обжаловано, поскольку невозможность обжалования нарушает конституционное право на защиту (так как после принятия судом заявления о банкротстве должника иначе чем в рамках конкурсного процесса кредитор свое требование предъявить не может).
Наблюдение процедура, действующая до первого заседания арбитражного суда, на котором решается судьба должника.
Изложить свое мнение относительно возможности реабилитации должника кредиторы могут на собрании, которое должно состояться не более чем за десять дней до даты проведения заседания арбитражного суда (п.1 ст.64 закона "О несостоятельности (банкротстве)"). В собрании с правом голоса участвуют кредиторы, чьи требования признаны установленными.
Проблема состоит в том, что на данной стадии (как и на последующих) не учитываются интересы тех кредиторов (а их может быть немало), срок исполнения требований которых еще не наступил. Предположим, конкурсный процесс возбужден по инициативе кредитора с требованиями в размере 600 минимальных размеров оплаты труда (МРОТ). В течение наблюдения заявили свои требования в размере 400 и 500 МРОТ еще два кредитора. Они втроем и будут решать судьбу должника. Между тем у последнего есть еще один кредитор, его требования составляют 5000 МРОТ, но срок их исполнения наступит лишь через 10 месяцев после введения наблюдения. Безусловно, интересы подобных кредиторов также должны учитываться, но в настоящее время до наступления срока исполнения требования это невозможно.
На мой взгляд, кредиторы, срок исполнения требований которых не наступил, должны участвовать во всех мероприятиях конкурсного процесса, поскольку они не меньше (а нередко и больше) других заинтересованы в наиболее адекватном решении вопроса о судьбе должника.
Итак, на стадии наблюдения кредиторы выносят решение о введении внешнего управления либо о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства. Возможно также заключение мирового соглашения.
В соответствии со ст.67 закона "О несостоятельности (банкротстве)" арбитражный суд на основании решения первого собрания кредиторов принимает решение о признании должника банкротом или выносит определение о введении внешнего управления, или утверждает мировое соглашение. Таким образом, по сути, суд утверждает решение кредиторов. Но так происходит не во всех случаях, точнее, не во всех случаях, когда кредиторы вынесли решение о ликвидации должника (если кредиторы проголосовали за введение внешнего управления, суд не может признать должника банкротом).
Пункт 3 ст.67 закона "О несостоятельности (банкротстве)" содержит перечень условий, при наличии которых арбитражный суд может ввести внешнее управление по своему усмотрению, несмотря на желание кредиторов признать должника банкротом. Вопреки воле кредиторов внешнее управление вводится в следующих случаях:
а)если при наличии реальной возможности восстановления платежеспособности должника (что может следовать из анализа, проведенного временным управляющим) решение об открытии конкурсного производства принято меньшинством кредиторов, имеющим большее количество голосов, в ущерб интересам большинства кредиторов (это может произойти, если, например, меньшинство составляют кредиторы более высокой очереди);
б)если обстоятельства, дающие основание полагать, что платежеспособность должника может быть восстановлена, появились после проведения первого собрания кредиторов, принявшего решение о признании должника банкротом.
Иные случаи могут быть указаны только законом "О несостоятельности (банкротстве)".
Следует отметить, что указанные положения п.3 ст.67 закона "О несостоятельности (банкротстве)" хотя, с одной стороны, направлены на защиту интересов должника, предотвращая его ликвидацию, но с другой, к сожалению, носят ярко выраженный прокредиторский характер. Обратим внимание на то, что суд может назначить внешнее управление, проигнорировав решение первого собрания кредиторов, если это решение принято большинством кредиторов в ущерб меньшинству. А если решение кредиторов принято в ущерб интересам должника? На мой взгляд, необходимо внести в закон такие изменения, которые позволили бы суду назначать внешнее управление и тогда, когда это соответствует интересам должника, т.е. если будет доказано, что внешнее управление позволит полностью восстановить его платежеспособность (что, в свою очередь, приведет к полному погашению требований кредиторов). Внесение в закон указанных изменений позволило бы придать данным нормам нейтральный (не прокредиторский) характер.
Кроме того, закон не учитывает еще один немаловажный момент. Суд может ввести внешнее управление вопреки желанию кредиторов, если после проведения первого собрания кредиторов возникли обстоятельства, позволяющие сделать вывод о возможности восстановления платежеспособности должника. А если эти обстоятельства возникли раньше, но кредиторы либо не смогли должным образом их оценить, либо действовали в ущерб интересам должника? В этих случаях суд не сможет ввести внешнее управление, что опять-таки говорит о прокредиторской направленности рассматриваемых норм.
Внешнее управление может вводиться в отношении всех категорий должников за исключением указанных в законе "О несостоятельности (банкротстве)". Не может вводиться внешнее управление в отношении должника-гражданина, ликвидируемого должника, отсутствующего должника, должника кредитной организации.
Особенности банкротства кредитных организаций определяются специальным законом. Вводить внешнее управление имуществом отсутствующего должника, безусловно, нецелесообразно. Что касается должников-граждан и должников, находящихся в процессе ликвидации, то в отношении них могут возникать некоторые проблемы. Так, порой целесообразно ввести внешнее управление имуществом должника-гражданина (в частности, когда индивидуальный предприниматель имеет в собственности имущественный комплекс (предприятие)). Поскольку сейчас внешнее управление в отношении граждан не вводится, восстановить платежеспособность такого предприятия невозможно.
Введение внешнего управления имуществом ликвидируемого должника может быть полезно, если доказано, что после осуществления внешнего управления должник сможет расплатиться со всеми кредиторами. К примеру, должник ООО принял решение о добровольной ликвидации. При осуществлении ликвидации выяснилось, что средств должника недостаточно для полного удовлетворения всех требований, в связи с чем в соответствии с п.2 ст.8 закона "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель ООО обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО. На заседании арбитражного суда руководитель представил расчеты, из которых следовало, что, если ввести внешнее управление, в течение шести восьми месяцев должник сможет заработать достаточно средств для полного расчета со всеми кредиторами.
В таких ситуациях целесообразность введения внешнего управления очевидна, но суд не имеет права принять соответствующее определение в силу императивной нормы закона о том, что внешнее управление в отношении ликвидируемого должника не вводится.
На мой взгляд, необходимо внести в закон изменения, в соответствии с которыми внешнее управление в отношении гражданина и ликвидируемого должника вводится, если кредиторы квалифицированным большинством примут соответствующее решение.
Обращает на себя внимание некоторая непоследовательность закона "О несостоятельности (банкротстве)" в части регулирования правового положения должника главы крестьянского (фермерского) хозяйства. В _3 гл. 9 названного акта неоднократно говорится о банкротстве крестьянского (фермерского) хозяйства, о внешнем управлении таким хозяйством, о его конкурсной массе, о продаже имущества крестьянского (фермерского) хозяйства и т.п. Между тем, как известно, крестьянское (фермерское) хозяйство не является юридическим лицом, т.е. субъектом гражданского права. Субъектом является его глава, индивидуальный предприниматель, о банкротстве которого, собственно, и идет речь.
Указанное положение закона позволяет сделать вывод о том, что субъекты конкурсного права не обязательно должны быть субъектами гражданского права, примером чему служит крестьянское (фермерское) хозяйство.
При введении внешнего управления руководитель должника юридического лица всегда отстраняется от исполнения своих обязанностей. На мой взгляд, отстранять руководителя не всегда разумно, так как к банкротству могли привести не его действия, а, например, падение цен на продукцию предприятия, стихийные явления и т.п. К тому же руководитель, безусловно, лучше любого управляющего знает особенности своего бизнеса и, следовательно, мог бы восстановить предприятие в течение внешнего управления.
Полагаю, что следует ввести дифференцированный режим независимого управления, при котором руководитель не отстраняется от исполнения обязанностей, если представит доказательства отсутствия своей вины в неплатежеспособности предприятия, после чего собрание кредиторов вынесет соответствующее решение. При этом внешний управляющий должен быть наделен контрольными функциями, сходными с функциями временного управляющего.
Внешнее управление является реабилитационной процедурой, которая вводится, если будет доказана возможность восстановления платежеспособности должника. Одним из важнейших средств для достижения этой цели является мораторий на удовлетворение требований кредиторов.
Мораторий вводится с момента введения внешнего управления и распространяется на все требования, срок исполнения которых наступил до введения внешнего управления.
Действующий закон предполагает некоторые исключения из принципа моратория: допускается удовлетворение требований кредиторов о взыскании задолженностей по заработной плате; выплате вознаграждений по авторским договорам; алиментов; о возмещении вреда жизни и здоровью. Кроме того, не подпадают под действие моратория требования по возмещению морального вреда, в отношении которых существует вступившее в законную силу решение суда.
Следует отметить некоторую непоследовательность закона в установлении указанных исключений. Так, к ним относятся все требования первой и второй очереди кроме требований работников по выплате выходных пособий, которые, на мой взгляд, также должны быть включены в перечень исключений.
Итак, в течение внешнего управления предприятие может функционировать, не выплачивая своих долгов, т.е. получая длительную отсрочку исполнения обязательств. Внешний управляющий обязан удовлетворять требования кредиторов, исключенных из принципа моратория, а также так называемые текущие требования.
По смыслу закона, текущими являются требования, возникающие в течение внешнего управления. Это, как правило, требования из обязательств, связанных с функционированием предприятия. Безусловно, такие требования должны исполняться по мере их поступления, поскольку иной порядок поставил бы под угрозу деятельность должника контрагенты просто не пожелали бы иметь с ним дела.
На практике нередко возникают проблемы, связанные с тем, что внешний управляющий включает текущие требования в реестр требований кредиторов, сообщая "текущему" кредитору, что его требования будут удовлетворяться во внеочередном порядке после того, как управляющий приступит к расчетам с кредиторами. Такие действия управляющего, с одной стороны, невыгодны "текущим" добросовестным кредиторам, с другой открывают возможность для злоупотреблений со стороны внешнего управляющего, который может заключить с любым лицом договор на большую сумму и внести указанное требование в реестр, что даст возможность такому заимодавцу голосовать на собраниях кредиторов.
На мой взгляд, в законе необходимо указать, что требования "текущих" кредиторов должны удовлетворяться по мере их поступления внешнему управляющему без включения в реестр.
Если управляющий отказывается удовлетворять текущие требования, то представляется, что кредитор может требовать либо прекращения внешнего управления (для чего необходимо решение собрания кредиторов), либо обращения взыскания на имущество должника.
Положение "текущих" кредиторов в конкурсном процессе является несколько привилегированным, и это правильно, потому что нередко от них зависит продолжение функционирования должника и, следовательно, возможность спасения его бизнеса. Очевидно, что субъекты, вступающие в договорные отношения с должником, находящимся в конкурсном процессе, идут на определенный риск. Поэтому значительные льготы, предоставленные законом "текущим" кредиторам, вполне обоснованны.
Но существует еще одна категория кредиторов, статус которых сходен со статусом "текущих", однако оснований распространять на них сходный правовой режим значительно меньше. Речь идет о кредиторах, обязательства перед которыми возникли до введения внешнего управления (а чаще до возбуждения конкурсного процесса), но срок исполнения их требований наступил после введения этой процедуры.
Следует отметить, что положение данной группы кредиторов является наиболее сложным и спорным вследствие того, что закон не содержит специальных норм, посвященных им.
Кредиторов, срок исполнения обязательств перед которыми еще не наступил (их можно назвать "досрочными" кредиторами), можно разделить на две группы. Первую составят кредиторы, договор должника с которыми предполагает конкретную дату его исполнения должником (эта дата может приходиться на период как наблюдения, так и внешнего управления или конкурсного производства). Вторую те кредиторы, которые в соответствии с договором имеют право при наличии некоторых обстоятельств отказаться от его исполнения и потребовать от должника возмещения убытков (например, таким обстоятельством может быть возбуждение конкурсного процесса).
Положение "досрочных" кредиторов характеризуется тем, что, во-первых, они лишены возможности участвовать в собраниях кредиторов (хотя, как правило, заинтересованы в восстановлении платежеспособности должника больше, чем кредиторы, срок исполнения требований которых наступил); во-вторых, их требования не могут быть удовлетворены на стадии внешнего управления, кроме ситуации, когда срок исполнения наступает в этот период.
Очевидно, положение "досрочных" кредиторов второй группы является более выгодным, так как именно от кредитора зависит момент предъявления требования. Следует отметить, что некоторые кредиторы нередко используют эту ситуацию в своих интересах в ущерб интересам должника, причем действуя совершенно законно (вследствие того, что специального регулирования закон не содержит). Так, один из кредиторов должника, в отношении которого было возбуждено производство по делу о банкротстве, в соответствии с договором имел возможность отказаться от договора и потребовать возмещения убытков, если должник окажется неплатежеспособным. Но кредитор (АО) не предъявил своих требований в течение наблюдения и, следовательно, не участвовал в первом собрании кредиторов, принявшем решение о проведении внешнего управления. После начала внешнего управления АО предъявило свои требования, которые должны были быть удовлетворены немедленно, так как являлись текущими, но они оказались настолько значительными, что немедленное удовлетворение