Xreferat.com » Рефераты по праву » Третейские суды в Российской Федерации

Третейские суды в Российской Федерации

при определении места проведения арбитражного разбирательства является участие государств в Нью-йоркской конвенции.

Место проведения арбитража может повлиять и на выбор материального права, применимого к контракту, если такой выбор не был сделан сторонами.

Третейский суд может применить право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он счел применимыми. Данный метод закреплен в Регламенте МКАС (§ 13 п.1), Законе РФ 1993г. (п.2 ст.28). Так, в своем решении от 22.01.96 по делу № 407/1994 при отсутствии в договоре сторон условия о применимом праве на основании п.2 ст.28 Закона РФ «О Международном коммерческом арбитраже», МКАС счел применимым с учетом условий договора российские коллизионные нормы. В силу ч.5 ст.166 Основ гражданского законодательства 1991г., действующих на момент заключения договора и возникновения отношений между сторонами, МКАС признал применимым к отношениям сторон по договору право страны, где учрежден и имеет место основной деятельности сторона, осуществляющая исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора.1

Закон предоставляет сторонам широкую свободу при согласовании содержания арбитражного соглашения. Важно только, чтобы оно было «работающим», чтобы его можно было реализовать, чтобы оно было достаточно определенным, и прежде всего по вопросу о месте арбитража – о том, в какой стране имеется рассмотрение уже возникшего или возможного в будущем спора. Выбор места арбитража означает и согласие сторон на применение при рассмотрении спора арбитражного законодательства определенной страны. Это может быть страна одной из сторон соглашения или страна стороны, которая окажется ответчиком, или третья страна. Каждый из этих вариантов имеет свои преимущества и недостатки, которые следует учитывать при переговорах. Возможны и другие варианты, например, если указано, что споры в связи с количеством товара решаются в стране продавца, а споры по качеству – в стране покупателя.

Другой вопрос, который должен получить отражение в арбитражном соглашении, - вопрос о том, какой арбитраж имеют в виду – арбитраж «ad hoc» или институционный. Если арбитраж институционный, то должно быть указано, о каком именно арбитражном учреждении (третейском суде) идет речь. Это особенно важно в связи с тем, что международные коммерческие споры могут передаваться в настоящее время не только в МКАС и МАК, но и в другие учреждения, которые именуются арбитражными (третейскими) судами.

Если стороны избирают арбитраж «ad hoc» и местом арбитража определена территория России, то и формирование состава арбитража, и арбитражное разбирательство осуществляются по правилам Закона 1993г. (ст. 10-15, 18-25). При этом надо принять во внимание, что большинство норм этого закона – диспозитивны. Стороны поэтому имеют возможность включать в арбитражное соглашение условия, которые отличаются от таких норм.

Каждое арбитражное учреждение имеет свою собственную арбитражную оговорку, рекомендуемую для использования в контракте.

Так, МКАС рекомендует сторонам следующую арбитражную оговорку: «Все споры, разногласия или требования, возникающие из настоящего договора или в связи с ним, в т.ч. касающиеся его исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, подлежат разрешению в МКАС при ТПП РФ в соответствии с его Регламентом».

Сторона, желающая передать спор в арбитраж, должна известить об этом другую сторону заказным письмом, указав в нем фамилию и адрес выбранного ею арбитра, а также предмет спора, дату и номер контракта, из которого или в связи с которым возникли спор, разногласия или требования.

Другая сторона в течение 30 дней по получении такого письма должна избрать второго арбитра и уведомить об этом первую сторону заказным письмом, указав в нем имя, фамилию и адрес выбранного ею арбитра.

Если сторона, получившая извещение о передаче спора на рассмотрение арбитража, не изберет в указанный срок второго арбитра, то по просьбе другой стороны он назначается … (указывается кем назначается, например, президентом определенной торговой палаты страны стороны, получившей извещение). Такое назначение должно состояться не позднее 30 дней с даты поступления заявления заинтересованной стороны.

Оба арбитра в течение 30 дней после избрания (назначения) второго арбитра должны избрать третьего арбитра. Если арбитры не достигнут соглашения в отношении третьего арбитра, то по просьбе любой из сторон он назначается … (указывается, кем назначается)».

Такая оговорка вполне приемлема независимо от того, какая страна избирается сторонами местом проведения арбитража.

Оговорка может быть дополнена рядом других условий: о применимом праве, о том, что решение арбитража будет окончательным и т.д. указанные и другие дополнительные условия следует признать вполне уместными, если местом арбитража стороны определяют не Россию, а иную страну. Если же таким местом избрана территория Российской Федерации, то стороны могут не затруднять себя согласованием таких условий: все условия, необходимые для эффективного и приемлемого для обеих спорящих сторон порядка рассмотрения споров содержит Закон РФ «О международном коммерческом арбитраже».

Если иностранный контрагент не соглашается на передачу спора на территории России, можно предложить передачу его в стране ответчика, предпочтительнее – в институционном арбитраже. Многие действующие контракты содержат оговорку, согласно которой спор рассматривается в Международном коммерческом арбитражном суде при ТПП РФ, если ответчиком окажется российская организация, и в иностранном центре, если российская организация выступает истцом.

Можно считать достаточно часто применяемой, особенно в крупномасштабных и долгосрочных контрактах, оговорку о передаче споров в арбитражный центр третьей страны и о рассмотрении споров в соответствии с правилами этого центра.

§ 1. Автономность арбитражного соглашения. Еще одной характерной чертой арбитражного соглашения является его автономность или отделимость от основного контракта. Это означает, что действительность арбитражного соглашения не зависит от действительности основного контракта.

Теория отделимости (автономности) арбитражной оговорки признается большинством стран мира. Так, в ст.16 Закона РФ 1993г. предусмотрено, что «арбитражная оговорка являющаяся частью договора, должна трактоваться как соглашение, не зависящее от других условий договора. Решение третейского суда о том, что договор ничтожен, не влечет за собой в силу закона недействительность арбитражной оговорки».1

В качестве примера из арбитражной практики можно привести решение МКАС по делу № 162/1994. в рамках указанного дела контракт, подписанный от имени ответчика неуполномоченным лицом был признан недействительным. Однако МКАС счел, что это не влияет на его компетенцию рассматривать спор по существу и удовлетворил требования истца о возврате ему суммы предоплаты за товар, поставленный по недействительному контракту и проценты.1

С другой стороны, стороны могут сами прекратить действие арбитражного соглашения путем заключения нового соглашения об арбитраже, отменяющего прежнее. Соглашение об арбитраже прекращает свое действие также в том случае, если одна из сторон в нарушение арбитражного соглашения обратилась с иском в суд, а другая сторона представила возражения по существу дела.

Вполне естественным следствием признания принципа самостоятельности арбитражной оговорки можно рассматривать доктрину «компетенция компетенции», смысл которой сводится к тому, что тот факт, что договор признается недействительным, или то, что арбитражная оговорка по мнению одной из сторон является недействительной (а последнее, в случае подтверждения подразумевает отсутствие у арбитров компетенции рассматривать спор), не лишает арбитров права решать вопрос о действительности или недействительности этой оговорки, а также рассматривать спор, включая все вопросы, связанные с недействительностью договора и вытекающими из этого последствиями

Признание доктрины «компетенция компетенции» также законодательно закреплено во многих странах. В Законе РФ 1993г. п.1 ст.16.

Предположим, что две стороны заключили арбитражную оговорку. Однако после возникновения спора одна из сторон заявила, что арбитраж некомпетентен рассматривать спор, а компетентным является другой орган. Возникает вопрос, вправе ли арбитры самостоятельно, не обращаясь к суду вынести решение о своей компетенции?

Закон 1993г. дает на этот вопрос ответ, устанавливая, что третейский суд может сам вынести постановление о своей компетенции, в том числе по любому возражению относительно наличия или действительности арбитражного соглашения.

Заинтересованная сторона может обжаловать постановление третейского суда по вопросу о своей компетенции, которое выносится в качестве предварительного вопроса в 30-дневной срок после получения уведомления об этом акте в Верховный Суд субъекта РФ по месту проведения арбитража. Решение указанных судов обжалованию не подлежит.

Практике отечественных органов международного коммерческого арбитража широко известны случаи, когда МКАС признавал и признает себя компетентным рассматривать тот или иной спор. Примером может служить решение по делу: российской организацией был предъявлен иск к белорусской организации в связи с частичной оплатой товаров, которые были поставлены по контракту. Признавая задолженность ответчик ее не погасил. Арбитражная оговорка, содержащаяся в контракте, была сформулирована сторонами не достаточно точно. Рассмотрев обстоятельства дела, МКАС установил, что согл. п.3 §1 регламента МКАС он рассматривает споры при наличии письменного согласия между сторонами о передаче на его разрешение уже возникшего или могущего возникнуть спора. В соответствии с п. 2 ст.7 Закона «соглашение считается заключенным в письменной форме, если оно заключено путем ….обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в которых одна из сторон утверждает о наличии соглашения, а другая против этого не возражает». Поскольку в МКАС поступил отзыв ответчика на иск и ответчик избрал арбитра для рассмотрения данного дела, арбитражное соглашение считается между истцом и ответчиком заключенным в письменной форме. Поэтому МКАС признал компетентным рассматривать этот спор.1

Желательно также осуществить выбор языка арбитражного разбирательства. Если стороны такого выбора не сделали, то соответствующее решение принимается арбитрами. Обычно в таком случае разбирательство ведется на национальном языке той страны, где оно проводится или на языке, на котором составлен контракт. При этом возможен перевод на другой язык. Однако это увеличивает расходы стороны, так как существует правило: если сторона не владеет языком, на котором осуществляется арбитражное разбирательство, то она пользуется услугами переводчика за свой счет.


§ 2. Право, применимое к процедуре арбитражного разбирательства.


Стороны, вынужденные прибегать к услугам международного коммерческого арбитража, стремятся к тому, чтобы правила, которые регулируют процедуру арбитражного разбирательства, обеспечивали им достаточно широкую свободу в ходе проведения арбитражного разбирательства. Кроме того, если стороны-участники международного коммерческого арбитраж представляют различные правовые системы, то в этом случае правила проведения арбитражного разбирательства должны позволять находить компромисс между этими системами.

Существует три подхода к выбору законодательства, удовлетворяющего потребности участников международного коммерческого оборота.

Первый – так называемый международный – предполагает, что международный коммерческий арбитраж никак не связан с законодательством страны проведения арбитражного разбирательства, а осуществляется исключительно на основе процедуры, разработанной самими сторонами арбитражного разбирательства.

Смысл второго заключается в том, что законодательство в месте проведения арбитражного разбирательства проводит различие между арбитражем международным и внутренним. Международный арбитраж, как правило меньше связан с местом проведения арбитражного разбирательства, а поэтому законодатель может предусмотреть меньше оснований для судебного вмешательства и меньше императивных норм в законодательстве, регулирующем деятельность международного коммерческого арбитража.

Третий подход предполагает, что существует только единый закон, регулирующий деятельность как международного арбитража, так и внутреннего, но это не мешает проводить модернизацию законодательства к выгоде обоих механизмов разрешения споров.

Но все таки международный коммерческий арбитраж, его эффективность и само существование зависят прежде всего от подготовки правовых систем, и в особенности права места проведения арбитража. Каждое государство имеет свои национальные обычаи, особенности, а также концепцию того, как арбитраж должен проводиться на его территории.

Право места проведения арбитражного разбирательства регулирует процедуру арбитража и может оказать значительное влияние на проведение арбитража. Право места проведения арбитража предусматривает возможность или же отсутствие возможности судов на вмешательство в ход арбитражного разбирательства, определяет какие споры могут быть рассмотрены в порядке арбитража, а какие нет и т.д.

Классическая теория допускает, что стороны в принципе свободны в выборе права, регулирующего процедуру арбитражного разбирательства. Конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958г. предоставляет равный статус арбитражному процессуальному праву как избранному сторонами, так и праву места проведения арбитражного разбирательства в установлении правил процедуры. Однако выбор права государства иного, нежели права государства, которое является местом проведения арбитража, в качестве права, регулирующего процедуру арбитражного разбирательства, является крайне непрактичным.

К процедуре производства дел в МКАС применяется российское право. МКАС осуществляет свою деятельность в соответствии с Законом РФ 1993г., в основу которого положен Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже. Приложением к Закону является Положение о Между­народном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее — Поло­жение), которым на упомянутую пала­ту возложено утверждение Регламента МКАС.

В статье 19 Закона установлено, что стороны могут по своему усмотрению договориться о процедуре ведения раз­бирательства третейским судом. Арбит­ражная оговорка, рекомендуемая для включения во внешнеэкономические до­говоры, предусматривает, что переда­ваемые в МКАС споры должны разре­шаться в соответствии с его Регламен­том.

Такого рода отсылка к Регламенту свидетельствует о договоренности сто­рон относительно арбитражной проце­дуры. Однако и в том случае, когда в арбитражной оговорке, которая пред­полагает рассмотрение споров в МКАС, отсутствует отсылка к его Регламенту, арбитражное разбирательство будет осуществляться на основе указанного Регламента.

Это положение, получившее широкое распространение в междуна­родной практике, нашло свое отражение в Европейской конвенции о внешне­торговом арбитраже 1961 года, участ­ницей которой является и Россия. В п. 1 ст. IV этой Конвенции говорится, что сто­роны арбитражного соглашения могут по своему усмотрению предусматривать передачу споров на разрешение по­стоянного арбитражного органа — в этом случае рассмотрение споров будет производиться в соответствии с регла­ментом такого органа.

Регламент МКАС, утвержденный Торгово-промышленной палатой РФ, вступил в силу с 1 мая 1995 года. Он применяется в отношении споров, разбирательство которых начато с указанной даты, если ни одна из сторон, участвующих в споре, не потребует использования правил арбитражного разбирательства, действовавших на момент заключения арбитражного соглашения. Регламент МКАС разработан на ос­нове Закона и Положения.

Нормы Положения, связанные с деятельностью МКАС, полностью вос­произведены в Регламенте. Что касается Закона, то некоторые его правила оста­лись за пределами Регламента, например предписания раздела II ("Арбитражное соглашение"), включающие, в частности, определение арбитражного соглашения и устанавливающие его форму, раздела VII ("Оспаривание арбитражного реше­ния") и раздела VIII ("Признание и приведение в исполнение арбитражных решений"). Поэтому арбитры при рас­смотрении споров применяют предписа­ния не только Регламента, но и Закона.

Некоторые положения Регламента сформулированы иначе, чем диспозитивные нормы Закона.

Например, в ст. 21 Закона установ­лено: "Если стороны не договорились об ином, арбитражное разбирательство в отношении конкретного спора начина­ется в день, когда просьба о передаче этого спора в арбитраж получена ответ­чиком". А в § 14 Регламента предусмот­рено, что арбитражное разбирательство начинается с подачи искового заявления; датой подачи искового заявления считается день его вручения МКАС, а при отправке по почте — дата штемпеля почтового ведомства места отправле­ния. При рассмотрении в МКАС воп­роса о начале арбитражного разбира­тельства будет применяться указанное положение Регламента как специальная норма.

В Регламент включены достаточно подробные предписания относительно процедуры арбитражного разбиратель­ства: формирование состава арбитража, подготовка дела к разбирательству и его ведение, вынесение решения и другие вопросы. Они носят в основном импера­тивный характер.

Вместе с тем есть и некоторые диспозитивные нормы. Например, в § 23 предусмотрено, что по соглашению сторон может быть сокращен установ­ленный Регламентом срок для направле­ния повесток о времени и месте проведе­ния слушания по делу.

По вопросам, не решенным в Регла­менте, стороны могут согласовать соответствующие положения, которыми будут руководствоваться арбитры. По вопросам, не урегулированным ни Регламентом, ни соглашением сторон, МКАС ведет разбирательство по своему усмотрению

При этом должны соблюдаться нормы российского законодательства о международном коммерческом арбит­раже, а также принцип равного отноше­ния к сторонам. Каждой стороне долж­ны быть предоставлены необходимые возможности для защиты своих интере­сов (§ 13). Например, в Регламенте не определен порядок опроса свидетелей. При отсутствии соглашения сторон по этому вопросу арбитры могут, прини­мая во внимание обстоятельства дела, по своему усмотрению установить, что первоначально свидетелю будут зада­ваться вопросы арбитражным судом, после чего — сторонами, или же опрос свидетеля начнет сторона, его пригла­сившая.

В силу ст. 28 Закона МКАС раз­решает спор в соответствии с такими нормами материального права, которые стороны избрали в качестве примени­мых к существу спора. Таким образом, вопрос о выборе права решается на основе принципа, который в доктрине получил наименование автономии воли сторон. Этот принцип нашел свое выражение и в ст. 166 Основ граждан­ского законодательства 1991 года. В российском законодательстве не пре­дусмотрено прямых ограничений авто­номии воли. Однако есть нормы, ис­пользование которых может привести к ее ограничению. Для некоторых догово­ров вопрос о применимом материаль­ном праве решается императивными нормами российского законодательства, что практически исключает соглашение сторон. Это относится, например, к договору о создании совместного пред­приятия с участием иностранных юри­дических лиц и граждан (п. 2 ст. 166 Основ).

Применению избранного сторонами иностранного права может воспрепят­ствовать его противоречие публичному порядку или императивным нормам российского законодательства.

Стороны могут зафиксировать пись­менно избрание ими применимого права в арбитражном либо в отдельном со­глашении. В практике МКАС встреча­ются случаи, когда согласие сторон относительно применимого права вы­ражается сторонами устно во время слушания дела и заносится в протокол. В одном из решений МКАС арбитры, обосновывая выбор применимого права, ссылались, в частности, на то, что, хотя контракт и не содержит условия о применимом праве, стороны спора, как явствует из исковых заявлений по ос­новному и встречному искам, исходят из применения к их отношениям по кон­тракту российского права.1

Обычно избирается право страны одного из контрагентов. Не исключает­ся также выбор права третьей страны. В п. 1 ст. 28 Закона 1993г. предусмотрено, что любое указание на право или систему какого-либо государства должно толко­ваться как непосредственно отсылающее к материальному праву этого государ­ства, а не к его коллизионным нормам. Тем самым исключаются последующие отсылки к материальному праву другого государства, то есть применение так называемой обратной отсылки или отсылки к праву третьей страны.

Стороны могут договориться о при­менении к их отношениям не только

норм права, содержащихся в законах и подзаконных актах соответствующего государства, но и обычаев. В ст. 9 Конвенции ООН о договорах междуна­родной купли-продажи товаров 1980 года (далее — Венская конвенция) со­держится прямое указание на этот счет: "Стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договори­лись".

О применении торговых обычаев говорится и в ст. 28 Закона 1993г. Разли­чаются два вида применяемых в между­народной торговле обычаев. Условно их можно назвать национальными и меж­дународными.2

Первые входят в правовую систему того или иного государства и применя­ются при соответствующей отсылке к этой системе. Вторые представляют собой правила, сложившиеся в практике международной торговли. Их субсиди­арное применение основывается на отсылке не к национальному праву, а непосредственно к указанным правилам. Наиболее часто встречаются отсылки к сложившимся в международной торго­вой практике базисным условиям (тор­говым терминам) СИФ, ФОБ и др.

Поскольку толкование этих обычаев в различных странах не всегда совпа­дает, Международной торговой палатой разработаны, время от времени обнов­ляются и публикуются Международные правила толкования торговых терминов — ИНКОТЕРМС.


Во избежание споров относительно того или иного торгового термина сторонам целесообразно в своем контракте сделать необходимые оговорки к его содержанию либо вклю­чить отсылку к соответствующей редак­ции ИНКОТЕРМС.

В иностранной доктрине, а также в арбитражной и судебной практике получила определенное распростране­ние позиция, согласно которой приме­нение обычаев международной торговли связывается с воплощением в жизнь теории "lex mercatoria".

В основу этой теории положен тезис о существовании некой автономной, обособленной от национальных систем права совокупности юридических норм, регламентирующих внешнеэкономичес­кие операции. В качестве источников "lex mercatoria" называют международ­ные конвенции, "модельные законы", служащие образцом для национальных систем права, а также международные торговые обычаи. В российской доктри­не высказывается сдержанное отноше­ние к этой теории. Нет ее безоговороч­ного признания и в иностранной лите­ратуре.

Уместно будет отметить, что Между­народным институтом унификации частного права (УНИДРУА) в 1994 году была завершена многолетняя работа над документом, получившим название "Принципы международных коммерчес­ких договоров" (далее — Принципы УНИДРУА).

Этот документ не носит обяза­тельного характера. Как сказано в его преамбуле, Принципы УНИДРУА под­лежат применению, если стороны со­гласились, что их договор будет ре­гулироваться ими.

В Преамбуле предусматривается также возможность их применения, когда стороны согласились, что их договор будет регулироваться "общими принципами права", "lex mercatoria" или аналогичными положениями.

Они могут использоваться и для решения вопроса, возникающего тогда, когда оказывается невозможным установить соответству­ющую норму применимого права, а также для толкования и восполнения международных унифицированных пра­вовых документов.

Как говорится во введении, Прин­ципы УНИДРУА не предполагают правительственного одобрения, они не являются обязательным документом и их применение в конце концов зависит от их убедительной авторитетности.

В практике МКАС неоднократны случаи, когда спорящие стороны дого­варивались о применении к их отноше­ниям положений и других документов, носящих рекомендательный характер. В частности, в контракте, заключенном российской организацией с финской фирмой, было установлено, что во всем, что не предусмотрено контрактом, стороны будут руководствоваться по­ложениями ОУП СЭВ — Финляндия.1

В этом и других аналогичных слу­чаях положения, к которым сделаны отсылки, считаются инкорпорирован­ными в заключенный сторонами дого­вор. Аналогичной может быть ситуация и в том случае, если стороны договора — юридические лица государств, кото­рые не участвуют в какой-либо между­народной конвенции, согласились применять положения этой конвенции к своим отношениям.

На основании Закона МКАС разрешает споры в соответствии с такими нор­мами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора (п. 1 ст. 28). В ст. VII Европейской конвенции о внешнеторговом ар­битраже 1961 года, участницей которой является и Россия, установлено: "Если нет указаний сторон о надлежащем применимом праве, арбитры будут применять закон, установленный в соответствии с коллизионной нормой, которую арбитры сочтут в данном случае применимой". Аналогичное положе­ние содержится в Типовом законе ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже и в российском Законе.

При выборе коллизионной нормы, на основе которой будет определяться применимое материальное право, арбитры МКАС обычно применяют коллизионные нормы Российской Федерации, опира­ясь при этом на доктрину и многолетнюю практику МКАС. Вместе с тем и Конвенция 1961 года, и Закон РФ не исключают использования и других коллизионных норм.

Действующие в России коллизионные нормы, в соответствии с которыми определяются нормы материального права, применимые к внешнеэкономи­ческим сделкам, находятся в разделе VII Основ гражданского законодатель­ства.

В настоящее время действует третья часть Гражданского кодек­са РФ, содержащая раздел "Международное частное право". С принятием законодателем этого раздела и включением его в новый ГК произошли неко­торые изменения российского коллизионного права.

По сравнению с Гражданским кодексом РСФСР 1964 года коллизионные привязки по внешнеэкономическим сделкам, содержащиеся в Основах 1991 года, подверглись изменению. Если, например, по ст. 566 ГК РСФСР права и обязанности сторон определялись по законам места совершения сделки, те­перь эта привязка вообще не зависит от места заключения договора. Кроме того, она подверглась диверсификации. Например, к договору купли-продажи подлежит применению право страны, где учреждена, имеет место жительства или основное место деятельности сторона, являющаяся продавцом, к догово­ру имущественного найма — наймодателем и т. д. (п. I ст. 166 Основ). К договорам о выполнении строительных, монтажных и других работ по капи­тальному строительству применяется другая привязка — к праву страны, где создаются предусмотренные договором результаты (п. 2 ст. 166).

К правам и обязанностям по договорам, не перечисленным в ст. 166, при­меняется право страны, где учреждена, находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания такого договора (п. 5 ст. 166). Руководствуясь этим правилом, МКАС при рассмотрении спора, возникшего в связи с ненадлежащим исполнением бартерного контракта, избрал в каче­стве применимого право по месту нахождения стороны, ненадлежащим обра­зом исполнившей свои обязательства.1

В части третьей ГК РФ содержится новый для российского права коллизионный критерий — право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Этот критерий уже получил определенное распространение в совре­менном мире. Он используется, например, в Конвенции о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров 1986 года, в Римской конвенции 1980 года "О праве, применимом к договорным обязательствам", а также закреплен законодательством ряда государств, в том числе США и Китая.

При применении арбитрами иностранного права встает вопрос о порядке установления его содержания и о его толковании. В силу ст. 157 Основ граж­данского законодательства МКАС устанавливает содержание норм иностран­ного права в соответствии с их официальным толкованием, практикой при­менения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. МКАС в этих целях может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением к Министерству юстиции и иным компетентным органам или учреждениям в Российской Федерации и за границей либо привлечь экспер­тов.

Обычно арбитры опираются на представленные участвующими в деле ли­цами документы, подтверждающие содержание соответствующих норм инос­транного права.

Такое право признается Основами гражданского законодательства за сторонами и они нередко им пользуются. Иногда арбитры самостоятельно устанавливают содержание тех или иных положений иностранного права. Если содержание норм иностранного права, несмотря на все предпринятые меры, установить не удалось, то в силу п. 2 ст. 157 Основ применению подлежит российское право.

Как говорится в ст. 158 Основ гражданского законодательства, иностран­ное право не применяется в случаях, когда его применение противоречило бы публичному порядку. В этих ситуациях применяется российское право. Ого­ворка о публичном порядке имеет довольно давнюю историю, она получила широкое освещение в доктрине, закреплена в законодательстве и судебной практике многих стран. Вместе с тем вряд ли можно сказать, что понятию "публичный порядок" присуща достаточная четкость.

В российском законодательстве термин "публичный порядок" использует­ся как синоним основ российского правопорядка. При этом отказ в примене­нии иностранного права не может быть основан лишь на отличии политичес­кой или экономической системы соответствующего иностранного государства от политической или экономической системы Российской Федерации (ст. 158 Основ). В практики МКАС не было случаев, когда бы арбитры отказывали в применении иностранного права, ссылаясь на оговорку о публичном порядке.

В российской и иностранной литературе обсуждается вопрос о соотноше­нии норм, подлежащих применению в силу соглашения сторон или в силу коллизионных норм, и императивных норм страны, где происходит рассмот­рение спора. При этом отмечается, что в Гаагской конвенции 1986 года и в Римской конвенции 1980 года, а также в праве некоторых государств при­оритет отдается императивным нормам.

В действующем российском законодательстве нет общего правила на этот счет. Однако некоторые конкретные вопросы решены вполне однозначно. Например, в ст. 165 Основ установлено, что форма внешнеэкономических сделок, совершаемых российскими юридическими лицами и гражданами, определяется законодательством Российской Федерации. Поэтому в случае несоблюдения простой письменной формы такой сделки будет применяться императивная норма п. 3 ст. 162 ГК РФ о ее недействительности, независимо от того, что в применимом праве, избранном сторонами, этот вопрос решался бы иначе. Аналогичным образом при разрешении спора, возникшего из дого­вора о создании на территории России совместного предприятия с участием иностранных юридических лиц и граждан, в силу п. 3 ст. 166 Основ также будут применяться императивные нормы российского законодательства.

Таким образом, в соответствии с действующим российским законодатель­ством приоритет российским императивным нормам будет принадлежать лишь в конкретных случаях, прямо предусмотренных законом (помимо ого­ворки о публичном порядке). Это подтверждается и тем, что в практике МКАС были случаи применения сроков исковой давности, установленных иностранным законодательством, которые отличались от срока, определенно­го императивной нормой российского права.

В части третьей ГК РФ содержится общее положение по рассматри­ваемому вопросу, из которого следует, что императивные нормы законода­тельства Российской Федерации регулируют соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права, во-первых, вследствие указа­ния об этом в самой норме или, во-вторых, ввиду их особого значения для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота. Первое условие близко к тому положению, которое соответствует Основам гражданского законодательства. Что же касается второго, то его применение будет складываться, по-видимому, в судебной и арбитражной практике. Западные юристы в качестве примера называют положения зако­нодательства о недобросовестной конкуренции, антитрестовское законода­тельство.

Арбитры МКАС при разрешении споров применяют положения междуна­родных договоров. Чаще всего

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: