Xreferat.com » Рефераты по юриспруденции » Язык и мышление в философии языка И.Г. Гамана

Язык и мышление в философии языка И.Г. Гамана

своих законах, обычаях и т.п., но и в характере, формах, законах и обычаях (под которыми Гаман понимает практику употребления) своего языка. Тем обстоятельством, что язык формируется согласно направлению мысли, объясняются идиоматические особенности, сравнительное богатство и одновременно сравнительная бедность одного и того же языка в той или иной его части, что заставляет расценивать разные языковые явления то как его совершенство, то как несовершенство и т.п. Все это неповторимое своеобразие и составляет, согласно Гаману, то, что понимают под гением языка. При таком рассуждении гений языка и есть, по сути, способ мышления народа, если «направленность внимания и предметы, на которые оно обращено, могут расширять или ограничивать язык народа и придавать ему тот или иной вид» [Hamann, 1821, 125].

Положение 2. «Модные истины, предубеждения внешней видимости и авторитетности, циркулирующие в народе, создают как бы искусственный и случайный способ мышления народа и оказывают особое влияние на его язык» [Hamann, 1821, 125]. Гаман приводит примеры такого рода влияний на немецкий язык и дает прогностическую оценку того развития языка, которое может быть ими обусловлено: «Видимость математической учености и привлекательность французских и английских писателей вызвали у нас большие изменения противоположного характера. Настоящей удачей для нашего языка стало то, что эта мания перевода и мания демонстрирования словно бы ставили преграду друг другу; последняя превратила бы его в венок из роз считанных искусственных слов, а первая – в сеть, которая улавливала бы и удерживала добрых и худых рыб разного рода» [Hamann, 1821, 125].

При исследовании влияния мнений на язык необходимо, по мысли Гамана, принимать во внимание фактор двоякой обусловленности способа мышления: мнения влияют на способ мышления, способ мышления формирует язык. Мнения он подразделяет на два вида. Мнения первого вида составляют неподвижный способ мышления народа, а мнения второго рода – подвижный способ мышления. Неподвижный способ мышления можно считать, с точки зрения Гамана, древнейшим, а подвижный – новейшим. Для иллюстрации этой мысли Гаман приводит историю шляпы в баснях Геллерта, а также учение врачей о теле человека, которое претерпевает определенные изменения в течение короткого цикла в несколько лет и все же остается тем же самым, и так повторяется на протяжении всей земной жизни человека от зачатия до тления. Из рассуждения Гамана остается, правда, непонятным, приравнивает ли он неподвижный способ мышления к коренному, а подвижный – к навеянному духом времени.

Положение 3. «Сфера языка простирается от складывания букв до шедевров поэтического искусства и тончайшей философии, эстетического вкуса и критики; характер языка приходится отчасти на выбор слов, отчасти на образование оборотов речи» [Hamann, 1821, 127]. В силу многозначности слова «язык» Гаман говорит о необходимости дефиниции и предлагает при этом исходить из коммуникативной функции языка и определять его, в зависимости от цели коммуникации, как средство сообщения наших мыслей и как средство понимания мыслей других. Коммуникативной функции языка Гаман придавал большое значение, считая общительность сущностным признаком языка и разума. В письме Якоби из Кенигберга он пишет 25 апреля 1787: «Разум невидим, [он] без языка; но, конечно, язык есть единственное выражение души и сердца для раскрытия и сообщения нашего сокровенного» [Hamann, 1819, 349], и добавляет спустя пять дней: «Общительность есть истинный принцип разума и языка, посредством которых модифицируются наши ощущения и представления» [Hamann, 1819, 356].

Эту двоякую направленность коммуникации, сообщение своих мыслей и понимание мыслей других, Гаман называет «двойным намерением» и кладет ее в основу понимания задачи, поставленной Академией наук: «Отношение языка к этому двойному намерению стало бы, таким образом, основной теорией, из которой явления взаимовлияния мнений и языка можно было бы как объяснить, так и считать заранее заданными» [Hamann, 1821, 127].

Вводя понятие «отношение языка к двойному намерению», Гаман считает, что он дает тем самым ключ к решению задачи. Он не берется сам разрешить этот вопрос, поскольку, во-первых, сомневается в наличии читательского интереса к разработке проблемы отношения языка к двойному намерению, а во-вторых, не ожидает от суждения читателей ничего «ни для своего имени, ни для своего кошелька». Вместе с тем он высказывает уверенность в возможности дать ответ на поставленный Академией вопрос, исходя из этого понятия. Со ссылкой на Аристотеля (Республика, кн.2, гл.10) он пишет: «У нас нет недостатка в наблюдениях, с помощью которых можно довольно точно определить отношение языка к его попеременному употреблению. Уразумение этого отношения и умение применять его имеет также касательство к духу законов и к тайнам правительства» [Hamann, 1821, 129].

Продолжая рассуждать о роли этого отношения в общественной жизни, Гаманн причисляет его изучение к задачам государственной важности в условиях развития немецкого языка его времени. «Бесчинство смешения языков», под которым он подразумевает все еще характерную для тогдашней Германии франкофонию в научной речи, употребление многочисленных заимствований в немецком языке и отсутствие осмысленной языковой политики в отношении родного языка, является «делом государственным, которое в царстве истины имеет бόльшее значение, чем самый сочный свежевырытый корень какого-либо слова или бесконечная генеалогия какого-либо понятия» [Hamann, 1821, 130].

В интересах развития и совершенствования не только языка, но и мышления необходимо переходить к употреблению немецкого языка во всех сферах жизни, считает Гаман, и поясняет это следующим образом: «Каждый язык требует способа мышления и вкуса, составляющих его своеобразие: поэтому хвастался Энний, что имеет тройное сердце, почти как Монтень, который хвастался своей душой в три этажа. <...> Кто пишет на иностранном языке, тот должен уметь, как любовник, приноравливать свой способ мышления. Кто пишет на своем родном языке, тот имеет домашнее право супруга, если он им владеет. Голова, которая думает за свой счет, всегда будет совершать вмешательства в язык; автор же, пишущий на счет товарищества, довольствуется предписанными ему словами, как поэт по найму – конечными рифмами (bouts-rimйs), вводящими его в колею тех мыслей и мнений, которые приходятся кстати» [Hamann, 1821, 130-131].

Убежденность Гамана в том, что критика языка является метакритикой разума, или, в иной формулировке, критикой знания, – это тот аспект его философии языка, который представляет большой интерес для современной науки. При этом следует признать, что для Гамана характерно специфическое сочетание религиозной мысли и аналитического подхода в методологии, как, впрочем, и для всех мыслителей, которые рассматривали философию как критику языка. Гаманн никогда не исследует никакую проблему философии языка изолированно от контекста своей религиозной мысли, которая у него и сама по себе есть языковое мышление. Это в полной мере относится и к позиции Гамана в развернувшейся в середине XVIII в. дискуссии вокруг вопроса о происхождении языка.

В 1746 г. Этьен Бонно де Кондильяк дал на него свой ответ, выдвинув естественную теорию в «Опыте о происхождении человеческих знаний», который он рассматривал как дополнение к «Опыту о человеческом разумении» Дж. Локка (1690). Пьер Луи Моро де Мопертюи, который был по назначению Фридриха II президентом Берлинской академии наук с 1746 по 1759 гг., опубликовал два сочинения – в 1748 г. «Философские рассуждения о происхождении языка и значениях слов» [Maupertuis, 1768, 259-285], а в 1754 г. «Рассуждение о различных средствах, которыми пользуются люди для выражения мыслей» [Maupertuis, 1756, 349-364], в которых опровергал теории Божественного происхождения языка, выдвинув гипотезу, что язык был изобретен человеком. С критикой трактата Мопертюи «Философские рассуждения о происхождении языка и значениях слов» выступил Иоганн Петер Зюсмильх. В докладе под названием «Попытка доказательства, что первый язык получил свое происхождение не от человека, но единственно от Творца», прочитанном в Берлинской академии наук в 1756 г. и опубликованном лишь спустя десять лет [Sьssmilch, 1856], Зюсмильх утверждает, что для успешной дифференциации феноменов окружающего мира мышление нуждается в языке. Без языковых обозначений умственные понятия словно сливались бы друг с другом, и ни одно понятие невозможно было бы помыслить хоть сколько-нибудь ясно, «не мысля одновременно и все другие, с ним связанные» [Sьssmilch, 1866, 68]. В его понимании язык предшествует мышлению и является условием мышления. Если бы человек сам себя обучил языку, то для этого – и в этом заключен парадокс – он должен был бы уже обладать разумом, а этот разум возможен только благодаря языку и т.д. Выход из этого заколдованного круга Зюсмильх видит в Божественном происхождении языка.

Эти дискуссии о происхождении языка не носили характера исторического исследования, они затрагивали, скорее, вопрос о сущности языка и исходили, собственно, из независимости мышления от языка. Интерес философов Просвещения к философии языка имел столь ярко выраженную практическую направленность, что они фактически игнорировали вопросы более фундаментального характера, касающиеся отношения языка и мышления. Можно думать, что обсуждение вопроса о происхождении языка скорее просто подтолкнуло Гамана к рассмотрению трансцендентальной функции языка, ничего не добавив к его концепции. Гаманн, по сути, не участвовал в рассмотрении происхождения языка в смысле его самого раннего появления в истории человечества. В «Двух рецензиях касательно происхождения языка» [Hamann, 1823, 1-11], представлявших собой краткий обзор трактата Гердера о происхождении языка, а также в иронично-пренебрежительном ответе на рецензию, опубликованную в 26-м номере «Кенигсбергской ученой и политической газеты» за 1772 г. [Hamann, 1823, 12-21], Гаман не занимает ни одну из сторон. Он не согласен с теорией Божественного происхождения языка Зюсмильха, согласно которой Бог дал человеку язык в готовом виде и научил его пользоваться им. В то же время он отвергает рациональные и эмпирические теории, которые сводят происхождение языка к договоренности между людьми.

Теории, предполагавшие, что мышление предшествует языку, для Гамана неприемлемы. Он подвергает критике даже более умеренный тезис своего друга Гердера, согласно которому язык мог быть изобретен и даже должен был быть изобретен, поскольку сама эта возможность заключена в природе человека. Хотя сам Гаман не представил полностью разработанной теории языка, его взгляд на происхождение языка вполне понятен. Он считает, что язык имеет нераздельную Божественную и человеческую природу одновременно, и убежден в том, что Бог создал человека вместе с языком. Это означает, что в теологически-логоцентрическом понимании Гамана язык есть первичный принцип: «генеалогический приоритет языка» уже содержит в себе разум, всякое говорение – уже мышление и наоборот. Очень важным здесь представляется изучение переписки Гамана и Якоби, которая может и дополнить, и прояснить мысли Гамана о языке, в частности, его утверждение, что разум есть язык, т.е. логос.

Список литературы

1. Гете И.В. Из моей жизни. Поэзия и правда // Гете И.В. Собр. соч. в 10 томах. Т. 3. – М.: Художественная литература, 1976.

2. Briefe, die neueste Litteratur betreffend. Vierter Theil. – Berlin und Stettin: bei Friedrich Nikolai, 1779.

3. Hamann J.G. Beylage zum 37sten Stьck der Kцnigsbergschen gelehrten und politischen Zeitung. 1772. Abfertigung der im sechs und zwanzigsten Stьck enthaltenen Recension // Hamann’ Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Vierter Theil. – Berlin, G. Reimer, 1823.

4. Hamann J.G. Briefe von 1779 bis 1784 // Hamanns Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Sechster Theil. – Berlin: G. Reimer, 1824.

5. Hamann J.G. Briefe von 1784 bis 1788 // Hamanns Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Siebenter Theil. – Berlin: G. Reimer, 1825.

6. Hamann J.G. Briefwechsel mit F. H. Jacobi. Hrsg. von Friedrich Roth // Friedrich Heinrich Jacobi’s Werke. Vierter Band. Dritte Abtheilung. – Leipzig: Gerhard Fleischer, 1819.

7. Hamann J.G. Briefwechsel mit Friedrich Heinrich Jacobi // Johann Georg Hamann’s, des Magus im Norden, Leben und Schriften. Von C.H. Gildemeister. Fьnfter Band. – Gotha: Perthes, 1868.

8. Hamann J.G. Fauete linguis! // Hamann’ Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Vierter Theil. – Berlin, G. Reimer, 1823.

9. Hamann J.G. Metakritik ьber den Purismus der reinen Vernunft // Hamanns Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Siebenter Theil. – Berlin: G. Reimer, 1825.

10. Hamann J.G. Sokratische Denkwьrdigkeiten // Hamanns Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Zweiter Theil. – Berlin: G. Reimer, 1821.

11. Hamann J.G. Versuch ьber eine akademische Frage // Hamann’s Schriften. Hrsg. von F. Roth. Zweiter Theil. – Berlin: G. Reimer, 1821.

12. Hamann J.G. Zwei Scherzlein zur neuesten Deutschen Literatur // Hamanns Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Sechster Theil. – Berlin: G. Reimer, 1824.

13. Hamann J.G. Zwo Recensionen betreffend den Ursprung der Sprache // Hamann’ Schriften. Hrsg. von Friedrich Roth. Vierter Theil. – Berlin, G. Reimer, 1823.

14. Hegel, G. W. F. Ьber Hamann’s Schriften // Hegel, G. W. F. Vermischte Schriften. Zweiter Band. Hrsg. Friedrich Fцrster und Ludwig Boumann. – Berlin: Verlag von Duncker und Humblot, 1835.

15. Humboldt W. von. Ьber das vergleichende Sprachstudium in Beziehung auf die verschiedenen Epochen der Sprachentwicklung // Wilhelm von Humboldt. Werke in fьnf Bдnden. Hrsg. von Andreas Flitner und Klaus Giel. Band 3. – Darmstadt: Wissenschaftliche Buchgesellschaft, 1963.

16. Maupertuis, Pierre Louis Moreau de. Dissertation sur les diffйrents moyens dont les hommes se sont servis pour exprimer leurs idйes. Berlin // Histoire de l'Academie Royale des Sciences et Belles-Lettres. 1754. – Berlin, 1756. – S.349-364.

17. Maupertuis, Pierre Louis Moreau de. Rйflexions philosophiques sur l'origine des langues et la signification des mots // Oevres de Maupertuis. Nouvelle Йdition corrigйe & augmentйe. Tome Premier. – A Lyon, chez Jean-Marie Bruyset, Imprimeur-Libraire, rue S. Dominique, 1768. – P. 259-285.

18. Michaelis J.D. Beantwortung der Frage von dem EinfluЯ der Meinungen eines Volcks in seine Sprache und der Sprache in die Meinungen. – Berlin, 1760.

19. Monboddo, James Burnett (Lord). Of the Origin and Progress of Language. 6 vols. Printed for J. Balfour, Edinburgh; and T. Cadell, in the Strand, London, 1774.

20. SьЯmilch, Johann Peter. Versuch eines Beweises, daЯ die erste Sprache ihren Ursprung nicht vom Menschen, sondern allein vom Schцpfer erhalten habe. – Berlin, 1756.

21. Trier J. Das sprachliche Feld. / Neue Jahrbьcher fьr Wissenschaft und Jugendbildung, 1934, Nr.10, S.428-449.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: