Xreferat.com » Рефераты по психологии » Возраст ребёнка и тип воспитания отца

Возраст ребёнка и тип воспитания отца

г. американский психолог Дж. Уотсон опубликовал работу, положившую начало новому направлению в психологии и педагоги­ке — науке о поведении, или бихевиоризму (англ. behavior — поведение). Бихевиористы сосредоточились на строго объективном подхо­де, придавая особое значение стимульно-реактивному научению, как главному объяснению человеческого поведения. Личность, с точки зре­ния Дж. Уотсона, это сумма деятельностей, ко­нечный продукт системы усвоенных навыков.

Интерес американских психологов Э. Торндайка, Дж. Уотсона, К. Халла, К. Спенса, Б. Скиннера (30—40-е годы XX в.), позднее Дж. Долларда и Н. Миллера (50-е годы XX в.), А. Бандуры (60—70-е годы XX в.) был направ­лен на наблюдаемые параметры поведения, на внешние действия. В обиход психологии были введены понятия «положительное и отрицательное подкрепление», «научение через подража­ние». К. Халл ввел в формулу «стимул — реак­ция» в качестве промежуточного звена потреб­ность организма, которая придает поведению энергию. Главный принцип воспитания, с его точки зрения: чем чаще и интенсивнее редуци­руется потребность, тем больше сила навыка. Мотивирующим фактором при этом выступает подкрепление каждой правильной реакции. В работах Б. Скиннера предложена программа модификации поведения личности.

В практике воспитания широко использу­ются идеи бихевиоризма. Воспитывая ребенка, взрослые используют систему поощрений и на­казаний. Причем чем более разнообразна эта система, тем более эффективно воспитание. Отказ ребенку во внимании, улыбка родителя или учителя, подарок за те или иные достиже­ния — лишь некоторые методы, поощряющие желательное поведение ребенка или останавли­вающие его. Значительное место в воспитании имеет механизм подражания. Именно бихевиористы обратили внимание на то, что взрослый выступает по отношению к ребенку как объект для подражания. Дети быстро усваивают от взрослого демонстрируемые образцы поведения. Важное значение для воспитания имеют идеи об операционализации поведения, предполага­ющие обозначение конкретных, достижимых, привлекательных для ребенка целей и опреде­ление методов их достижения. После того как цели и методы их достижения выявлены, со­здаются условия для тренировки поведения. Так, если ребенок застенчив, смущается в раз­говоре с незнакомыми людьми, взрослый вме­сте с ним формулирует цели (хочу быть уверенным, а это значит — умею проявлять ини­циативу, это значит — не боюсь первым всту­пать в контакт и т. д.). После этого осуществ­ляется репетиция и отработка навыка уверен­ного поведения.

В то же время необходимо отметить, что для бихевиористов характерен «взгляд на человека как на обучаемый, программируемый компонент социальной системы, как на объект самых раз­личных манипуляций, а не как на личность, для которой характерны не только самодеятельность, но и свобода по отношению к возможному про­странству деятельности» (В. П. Зинченко).


Экзистенциально-гуманистический подход к воспитанию личности

В основе антропологических идей лежат представления экзистенциальных философов о сущности человеческого бытия. С. Кьеркегор выделяет собственное развитие человека как его главную задачу, отводя ему роль субъекта в воспитании и совершенствовании своей лич­ности. Для воспитания личности важно, чтобы человек не выступал как вещь, формирующая­ся по принципам полезности или необходимо­сти.

Один из основополагающих принципов эк­зистенциализма: «Человек есть то, что он из себя делает».

В семье важно создать условия для того, чтобы ребенок сосредото­чился на себе, своих мыслях, желаниях. Таким образом, процесс воспитания сводится к формированию у человека интереса к себе, как следствие — появление интереса к окру­жающим людям.

Основным методом воспитания представите­ли данной концепции считают метод свободно­го диалога, главным содержанием которого слу­жат вопросы, поставленные воспитателем, с тем чтобы развивать у ребенка критический ум, способность обосновывать свой выбор. Этот метод известен еще со времен Сократа, который на­зывал себя повивальной бабкой, присутствую­щей при рождении мысли.

Гуманистический подход, как направление в современной теории и практике воспитания и обучения, был сформирован в конце 50-х—на­чале 60-х годов в США. Психологическое обо­снование этому направлению было дано в тру­дах А. Маслоу, К. Роджерса, Ш. Бюлер, Р. Бер-нса. Основная задача семьи, с их точки зрения, — формирование человека как уникаль­ной личности, в которой главное — устремлен­ность в будущее, способность ребенка быть сво­бодным и ответственным за себя и окружаю­щий мир.

Родители, разделяющие ценности гуманис­тического воспитания, принимают ребенка та­ким, какой он есть (безусловное положительное отношение к ребенку), эмпатичны и искренни в проявлении своих чувств.


Субъектный подход к воспитанию

Центральным понятием субъектного подхо­да к развитию личности является понятие субъектности как интегрирующей человеческую психику функции, обеспечивающей адаптацию человека к окружающей среде и преобразова­ние собственной психики и окружающего мира на основе согласования эмоциональных, реф­лексивных и действенных компонентов образа «Я». Развитие человека осуществляется на двух уровнях становления его субъектности.

1) Адаптация, или приспособление человека к условиям окружающей среды, осуществля­ется за счет интеграции всего арсенала психических свойств и средств, которыми человек располагает в данный момент. С одной стороны, с возрастом расширяется и структурируется запас психических свойств и механизмов. С другой стороны, чем более субъектен человек, тем большими возмож­ностями актуализировать необходимые ему психические функции и выйти из ситуации с наилучшим результатом он обладает.

2) Преобразование собственной психики и ок­ружающего мира — этот процесс будет иметь субъектный характер в том случае, когда развитие человека происходит по следую­щим направлениям.

— От детерминации к свободе (от генотипических предпосылок развития к цен­ностно-смысловым механизмам саморегуляции, от объективных предпосылок, предопределяющих деятельность, к сво­бодному выбору целей своего развития, ценностей своей уникальной жизни и смысла индивидуального бытия).

— От неосознанности к осознанности (от ир­рационального способа принятия реше­ний к рациональному, приводящему в соответствие внутренние ценности и ре­альное поведение человека).

— От диффузности к целостности (от хао­тического способа существования, детер­минирующегося в основном требования­ми ситуации, к холистическому способу жизнедеятельности, объединяющему по­ведение человека в различных ситуаци­ях на основе внутренних ценностей).

— От значения (культура) к смыслу (субъективная реальность) (от заимство­ванных из культуры значений, трансли­руемых ребенку в актах взаимодействия с другими людьми или предметами куль­туры, к поиску «смысла для себя»).


ЗАДАЧИ СТАНОВЛЕНИЯ СУБЪЕКТНОСТИ

НА РАЗНЫХ ЭТАПАХ ОНТОГЕНЕЗА


Возрастной этап


Ведущая деятельность (по Д. Б. Эльконину)


Общность


Ведущая сфера, в рамках которой

происходит

развитие субъекта

Опыт субъектнос-ти


0—1 год


Непосредственно эмоциональное общение


Ребенок - взрослый


Общение


Субъект эмоцио­-

нального контакта


1—3 года


Предмет­но-орудий­ная дея-­

тельность


Ребенок— действие — взрослый


Деятель­ность


Субъект предметно­го дей­ствия


3—7 лет


Ролевая

игра


Ребенок—

соци­альные

нормы —

сверстник


Самосозна­ние


Субъект

самосозна­ния


7—13 лет


Учебная деятель­ность


Ребенок- реактивное обучение —

социально

значимый взрослый

Деятель­ность + самосозна­ние


Субъект саморазви­тия


13—17 лет


Общение


Подрос­ток—подросток


Общение


Субъект общения


17 лет и

старше


Самоопре­деление и профессио­-

нальная деятель-­

ность


Человек— общество


Деятель­ность


Субъект жизнедея­тельности





Основным преимуществом субъектного под­хода является предоставление ребенку возмож­ности осмысленно строить свое поведение на основе согласования индивидуальных ценнос­тей и социальных требований. Таким образом, снимается опасность как чрезмерной индиви­дуализации ребенка (которая присуща систе­мам свободного воспитания), так и безоговороч­ного, некритичного следования социальным нормам (недостаток традиционного обучения). Ребенок рассматривается как самостоятельный, уникальный человек, который строит собственную систему знаний и ценностей на основе опыта событийных встреч с окружающими людьми и культурой.

Таким образом, мы рассмотрели некоторые теоретические подходы, позволяющие осмыслить феномен семейного воспитания.


II. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ СЕМЬИ И РЕБЕНКА


Любить — значит ут­верждать неповторимое существование другого человека (С. Л. Рубинштейн).

Отечественных и зарубежных исследователей, занимающихся изучением влияния семьи на ребёнка, достаточно много. Среди отечественных психологов: А. Я. Варга, Ю. Б. Гиппенрейтер, А. Б. Добрович, А. И. Захаров, С. В. Ковалев, В. Леви, А. М. Прихожан, А. С. Спиваковская, Н. Н. Толстых, А. Г. Шмелев, Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкий и др. Зарубежные исследователи: Р. Бернс, Р. Бэндлер, Д. Гриндер, Н. Пезешкиан, В. Сатир, Р. Скиннер, Г. Навайтис, Р. Хоментаускас, Ю. Хямяляйнен и др.

Охарактеризуем некоторые механизмы влияния семьи на формирование личности.

2.1. РОЛЬ МАТЕРИ И ОТЦА В ВОСПИТАНИИ РЕБЕНКА


Появление ребенка в семье является серьёзным испытанием для родителей. Освоение и формирование роли отца или матери — важнейшая задача личностного развития в период взросления и проверка на прочность семейных отношений.

Освоение женщиной роли матери осложнено тем, что именно в этот период ставятся задачи профессионального роста и карьеры. Осознание своих возможностей и приоритетных задач мо­жет способствовать более благоприятному про­живанию конфликта между этими сторонами жизни женщины. На женщину могут влиять родительские установки. Среди типичных уста­новок, которые будущая мать усваивает от сво­их родителей, В. К. Лосева выделяет:

- «Прежде чем заводить детей, надо прочно стоять на ногах в материальном и профес­сиональном отношении». Культивирование такой установки позволяет родителям про­длевать у дочери ощущение собственной незрелости и нереализованности. Дочь на долгое время оказывается привязанной и зависимой от родителей.

- «Появление ребенка приносит очень много хлопот и переживаний». Родители формируют у дочери представление о том, что роль матери связана, прежде всего, с трудностями и не приносит радости. Тем самым формируется негативное восприятие материнской роли.

- «Ты еще сама ребенок». Данная установка связана с желанием родителей демонстри- ровать свое превосходство над дочерью.

- «Ты — эгоистка, а мать должна жертвовать всем ради детей». Скрытый смысл этой установки — мать должна полностью отказаться от своих желаний.

Подготовка к материнству состоит не в том, чтобы следовать зачастую нереалистичным требованиям родителей, а в том, чтобы переосмыслить свой жизненный опыт, осознать чувства, которые возникают в период подготовки к материнству.

Социальная роль отца трудна тем, что ее очевидность создает множество ловушек при ее освоении. Г. С. Абрамова выделяет некоторые из них.

- Ловушка простой цели — отказ от осозна­ния экзистенциальной цели в роли отца («Кормлю, пою, одеваю, что еще надо?»).

- Ловушка ожидаемого долженствования («Я тебе отец, поэтому ты должен меня любить и уважать»).

- Ловушка нормальности, или «все как у людей» — отказ от понимания и принятие уникальности своей жизни и жизней членов своей семьи.


— Ловушка правоты силы, или «против лома нет приема» — ориентация на силовые спо­собы разрешения конфликтов, связанных с демонстрацией силы.

— Ловушка возраста («Я еще молодой, погу­лять хочется», «Он еще ребенок, пусть с ним возится мама»).

— Ловушка подарка («Я ему все покупаю, что захочет») — игнорирование личностного об­щения.

— Ловушка превосходства пола — отказ от дру­гих, отличных от мужских способов реше­ния жизненных задач.

— Ловушка социальной ценности пола («Меня любая подберет», «Мужчина везде нужен») приводит к отказу от глубинных пережива­ний.

— Ловушка ревности к детям — нежелание

считаться с тем, что жена принадлежит детям, старикам и вообще другим людям.

Отец и мать по-разному проявляют любовь по отношению к детям. Материнская любовь чаще всего носит безусловный характер:

«Я люблю тебя потому, что ты ость». Отцов­ская любовь, особенно по отношению к сыну, порой носит условный характер: «Я люблю тебя тогда, когда ты оправдываешь мои ожидания, выполняешь мои требования».

Идеальный вариант — когда мать в своем поведении демонстрирует чисто женские чер­ты — мягкость, терпимость, доброту, способ­ность к эмоциональной поддержке и сопережи­ванию, а отец — такие черты, как энергич­ность, уверенность в себе, силу, ум, деловитость. Дети в такой семье легко осваивают модели мужского и женского поведения, безболезнен­но проходят кризисы психосексуального раз­вития.

«Первый мужчина» в жизни девочки — ее отец. Именно с ним она будет сравнивать по­ведение своих друзей, жениха, мужа. Для мальчика «первая женщина» — его мать. Мать, которая позволяет себе физически наказывать ребенка, подавляя его эмоционально, жестко указывая, что и как надо делать, формирует у ребенка искаженное представление о женщи­нах вообще. В будущем ему будет трудно найти спутницу жизни. В его поведении будут при­сутствовать зависимость, стремление подчинять­ся, неинициативность.

Первые пять лет жизни играют определяю­щую роль в развитии черт мужественности у мальчика и черт женственности у девочки. У мальчиков, воспитанных одной матерью, можно наблюдать либо развитие «женских» черт характера, таких, как большая зависимость, предпочтение игр и занятий, традиционно свой­ственных девочкам, либо, напротив, развитие «компенсаторной мужественности», для которой характерно сочетание преувеличенно «муж­ского» поведения с зависимым характером, часто наблюдаемое у молодых преступников. Девочки, лишившиеся отца в детские годы, проявляют неуверенность в общении с мужчинами, у них не сформированы модели «женского» поведения.

Психоаналитики также описали важность чувства любви и ненависти по отношению к родителям для общего развития ребенка. Дети в возрасте 3—5 лет начинают испытывать сексуальную привязанность к взрослым людям, прежде всего к родителям. Причем ребенок стре­мится к родителю противоположного пола. 3. Фрейд описал эту привязанность и назвал ее Эдипов комплекс (у мальчиков) и комплекс Электры (у девочек). В греческом мифе о царе Эдипе, убившем своего отца и женившемся на матери, скрыт, по мнению 3. Фрейда, ключ к сексуальному комплексу. Мальчик испытывает влечение к матери, воспринимая отца как со­перника, вызывающего одновременно и нена­висть, и страх. Девочка испытывает влечение к отцу, видя в матери свою конкурентку. В мифе Электра решает убить мать, мстя ей за измену и смерть отца. Эти комплексы, таким образом, характеризуются нежной привязанно­стью ребенка к родителю пpoтивоположного пола и агрессивностью по отношению к родителю того же пола, которого ребёнок хочет «устра­нить». Конфликт разрешается отказом ребенка от нежных чувств к родителю другого пола и отождествлением себя с родителем одного с ним пола. В результате ребенок приобщается к ценностям, ролям и установкам свойственным его полу.

Р. Хоментаускас считает, что при воспита­нии детей в семье необходимо учитывать сле­дующие моменты.

— Ребенок — не просто продукт воспитатель­ных воздействий родителей. Он активен, сам осмысляет семью и себя в ней, определяет свое поведение, отношение к семье и к себе самому. В определенной мере ребенок — воспитатель себя.

— Дети вследствие своего ограниченного опы­та, своеобразного мышления иначе, чем взрослые, воспринимают и оценивают про­исходящее вокруг. Понять их поведение, эмоции, переживания и помочь им можно, лишь взглянув на мир их глазами.

— На детей влияют не только преднамерен­ные воздействия родителей, но даже в боль­шей степени все особенности поведения родителей — в том числе ни взрослым, ни ребенком не осознаваемые.

Осложнить процесс воспитания психологи­чески здоровой личности могут отсутствие в семье одного из родителей (по данным статис­тики, неполные семьи составляют 14% среди всех семей); наличие у членов семьи психоло­гически асоциальных зависимостей; прожива­ние в семье тяжело больного человека.

Психологические критерии, по которым можно судить о психологическом благополучии ребенка в семье:

— выраженное переживание удовольствия от общения с близкими людьми;

— ощущение свободы, автономности при обще­нии с родителями;

—уверенность в своих силах и самодостаточность;

—умение видеть свои недостатки и способ­ность просить помощь у окружающих;

— способность разграничить ошибку и свою личность.


Прояснение установок и ожиданий молодых родителей относительно роли матери и отца яв­ляется одной из задач психолога при оказании психологической поддержки семье.


2.1.1.СТИЛЬ СЕМЕЙНОГО ВОСПИТАНИЯ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА РАЗВИТИЕ РЕБЕНКА

В эмпирическом исследовании Дж. Болдуина выделено два стиля родительского воспита­ния — демократический и контролирующий. Де­мократический определяется следующими па­раметрами: высоким уровнем вербального общения между детьми и родителями, включен­ностью детей в обсуждение семейных проблем, учетом их мнения, готовностью родителей прийти на помощь, если это требуется; одновременно с этим — верой в успех самостоятельной деятель­ности ребенка и ограничением собственной субъективности в видении ребенка.

Контролирующий стиль предполагает значи­тельные ограничения в поведении детей, четкое и ясное объяснение ребенку смысла ограниче­ний, отсутствие разногласий между родителями и детьми по поводу дисциплинарных мер.

Дж. Болдуин исследовал детей обеих групп и детей со смешанным стилем воспитания. Дети в семьях с демократическим стилем характери­зовались умеренно выраженной способностью к лидерству, хорошим психическим развитием, со­циальной активностью, легкостью вступления в контакты со сверстниками. Но им не был при­сущ альтруизм, сензитивность и эмпатия. Сами дети с трудом поддавались внешнему контролю.

Дети родителей с контролирующим стилем воспитания более послушны, внушаемы, бояз­ливы, не слишком настойчивы в достижении собственных целей, неагрессивны.

При смешанном стиле воспитания ребенку присущи внушаемость, послушание, эмоциональ­ная чувствительность, неагрессивность, отсутствие любознательности, оригинальности мыш­ления, бедная фантазия.

Дж. Болдуин выделил также четыре пара­метра измерения родительского поведения:

— родительский контроль, то есть предпочита­ют ли родители оказывать большое влияние на детей, способны ли настаивать на выпол­нении своих требований, последовательны ли в них;

— родительские требования, побуждающие к развитию у детей зрелости, способностей в интеллектуальной, эмоциональной и комму­никативной сферах;

— способы общения с детьми в ходе воспита­тельных воздействий;

— эмоциональная поддержка — способность ро­дителей выражать сочувствие, любовь и теп­лые отношения, испытывать любовь, удов­летворение и гордость от успехов детей.

При анализе данных оказалось, что комп­лекс черт компетентных детей соответствует наличию в родительском отношении всех четы­рех измерений: контроля, требовательности к социальной зрелости, общения и эмоциональ­ной поддержки — то есть оптимальным усло­вием воспитания является сочетание высокой требовательности и контроля с демократичнос­тью и принятием.

Родители избегающих и незрелых детей име­ют более низкий уровень всех параметров, чем родители компетентных детей. Кроме того, для родителей избегающих детей характерны более контролирующее и требовательное отношение, но менее теплое, чем для родителей незрелых де­тей. Родители последних оказались абсолютно неспособны к контролю детского поведения в силу собственной эмоциональной незрелости.

Японский психолог Масару Ибука считает, что как повышенная уверенность, так и излиш­няя тревожность не содействуют успешному родительству. В первом случае они вряд ли смогут воспитать в ребенке потребность к самостоятель­ному поиску, к познанию нового. Чем более «свободно» родители воспитывают своего ребенка, тем более неуверенным в себе он вырастает. Под «свободой воспитания» Масару Ибука понимает не регулярный уход за ребенком, обилие игрушек и в то же время отсутствие внимания. Таким детям не хватает любви, они все время ищут внимания взрослых, в то время как ребенок, выросший в любви, скорее адаптируется к обществу, он более уравновешен и добр.

Рассмотрим связь между стилем родитель­ского воспитания и особенностями ребенка.


Традиционно в психологической литературе выделяют следующие стили семейного воспитания — авторитарный, демократический, ли­беральный. Еще в работах А. С. Макаренко было выделено несколько типов так называемого ложного родительского авторитета: авторитет подавления, расстояния, педантизма, резонерства, подкупа. В качестве благоприятных описаны авторитет любви, доброты, уважения.

Г. Крайг предлагает следующую классифика­цию стилей родительского воспитания, выделен­ных на основании соотношения двух параметров: родительского контроля и теплоты. Авто­ритетный стиль предполагает высокий уровень контроля, когда родители признают и поощря­ют растущую автономию своих детей, а также теплые отношения (родители открыты для общения, допускают изменения своих требований). Как результат — дети социально адаптированы, уверены в себе, способны к самоконтролю, об­ладают высокой самооценкой. Авторитарный стиль характеризуется высоким контролем, ро­дители ждут неукоснительного выполнения сво­их требований; отношения холодные, отстранен­ные. Дети замкнуты, боязливы и угрюмы, не­притязательны и раздражительны. Девочки в большинстве своем — пассивны и зависимы, мальчики — неуправляемы и агрессивны. Ли­беральный стиль предполагает низкий уровень контроля и теплые отношения. Родителями слабо или совсем не регламентируются поведение ре­бенка. Хотя родители открыты для общения с детьми, доминирующее направление коммуни­кации — от ребенка к родителям, детям предо­ставлен избыток свободы, родители не устанав­ливают каких-либо ограничений. Дети склонны к непослушанию и агрессивности, ведут себя неадекватно и импульсивно, нетребовательны к себе. В некоторых случаях дети становятся ак­тивными, решительными и творческими людь­ми. Индифферентный стиль — с низким уров­нем контроля и холодными отношениями. Ро­дители не устанавливают для детей никаких ограничений, безразличны к детям, закрыты для общения. Из-за обремененности собственными проблемами не остается сил на воспитание де­тей. Если безразличие сочетается с враждебнос­тью, ребенок проявляет разрушительные импуль­сы и склонность к отклоняющемуся поведению.

Т. М. Мишина и А. Б. Добрович описывают наиболее часто встречающиеся неблагополучные формы родительско-детских отношений. Сопер­ничество предполагает стремление отдельных членов семьи обеспечить себе главенствующее положение в доме. Мнимое сотрудничество: кон­фликты между членами семьи «спрятаны» от посторонних глаз. Семья как бы демонстриру­ет образ хороших, правильных отношений. Изо­ляция в наиболее явном виде проявляется в отчуждении одного из членов семьи от воспи­тания ребенка. Дети, растущие в подобных семьях, неизбежно вовлекаются в межличнос­тные конфликты взрослых, их используют как средство манипулирования.

Три типа неправильного воспитания выде­лены В. И. Гарбузовым, А. И. Захаровым и Д. Н. Исаевым:

— отвергающий (чрезмерная требовательность, жесткая регламентация, контроль либо не­достаток контроля на почве попуститель­ства);

— гиперсоциализирующий (чрезмерная озабо­ченность и тревожность родителей будущим ребенка, его статусом, успехами и неудача­ми);

— эгоцентрический (наблюдается в семьях с низким уровнем ответственности, когда ре­бенку навязывается представление «Я — большой» в качестве самодовлеющей ценно­сти).

По нашим исследованиям, характер отно­шения родителей и детей может быть проана­лизирован по следующим трем параметрам:

- поддержка автономности — контроль;

- вовлечённость родителей в жизнь ребенка — равнодушие;

- структурированность – аморфность отношений.

Чем более ориентированы родители на пре­доставление возможности выбора ребенку, по­нимают и чувствуют, чего хочет ребенок (под­держка автономности), чем больше они уделя­ют ему внимания и ребенок занимает важное место в их жизни (вовлеченность), а также, чем более четко описывают свои требования, сдерживают обещания (структурированность отношений), тем более психологически благо­получен ребенок (Клюева Н. В., 1998).

Подводя итоги описанию стилевых особен­ностей семейного воспитания, обратим внима­ние на то, что в работе с семьей психолог должен быть открытым (то есть способным к обсуждению различных, даже интимных про­блем, к доверию), эмпатичным, конструктив­ным (уметь находить взаимоприемлемые реше­ния, оставаясь защитником прав ребенка) и рефлексивным (умеющим проанализировать ситуацию с различных точек зрения, избегая оценочных суждений).


2.2. ТИП ВОСПИТАНИЯ ОТЦА

Учёные, исследующие проблемы воспитания детей в семье, уделяют огромное внимание отношениям ребёнка и матери, сплошь и рядом забывая о существовании отца. Недоверие к мужчине-воспитателю проявляется не только на уровне семье. Показатель этого недоверия – обилие женщин педагогов всюду от детского сада до университета.

Стоит обратить внимание на то, что как ни странно более мягкие, чувствительные мужчины воспитываются в культурах, где важную роль в воспитании играет отец. И наоборот, у народов, где сыновья растут в условиях преобладающего или даже исключительного женского воздействия мужчины воинственны и агрессивны. Дальше мы увидим, что эта парадоксальная на первый взгляд закономерность имеет место отнюдь не только среди примитивных народов. Её действие мы каждый день видим вокруг себя.


2.2.1. ПАТРИАРХАТ


Патриарх — глава рода, отец семейства, выполня­ющий по совместительству функции вождя. Слияние ро­лей Отца и Вождя (как и Отца и Учителя) — харак­тернейшая черта патриархальной культуры. В примитив­ном, дописьменном обществе, где нет сильной государ­ственной власти, отец может быть (а может и не быть) главой семьи — не более. Государство, будь то монар­хия или тирания, делает главу семьи опорой власти, формируя в семье сколок общественных отношений. Члены семьи повинуются отцу, как подданные монарху или диктатору и, далее, как все люди — единому Богу, Отцу небесному. Триада Отец — Правитель — Бог — основа патриархальной идеологии. Отношения их взаим­ны. С одной стороны, на отца (реального отца семьи) возлагаются функции монарха в миниатюре, с другой — правителю, а далее и Богу приписываются отцовские качества: сочетание строгости и справедливости, умение разрешить все конфликты «по-семейному».

До сих пор даже в такой «непатриархальной» стра­не, как США, дети склонны описывать обобщенный образ отца примерно в тех же словах, что и президента стра­ны. В протестантской культуре, где преобладал образ сурового Бога-отца, он вкладывался в головы реальных отцов, формируя идеал отношения к жене и детям. По­добно тому как маленький обрывок голографического снимка содержит в себе все изображение, так и патри­архальная семья несет свойства патриархального госу­дарства и космоса. Общество, семья и Вселенная взаим­но моделируют друг друга.

В традиционной китайской семье почтение к отцу распространяется и на сына, особенно старшего; уже с четырехлетнего возраста он пользуется большим уваже­нием женщин. Недаром в Китае выражение «старший брат» может служить в качестве почтительного обраще­ния к любому мужчине.

В традиционной японской семье отец еще более от­дален от детей. Он, как пишет один исследователь, по­четный гость в своей собственной семье. Через отца идет духовная нить, связывающая человека с Импера­тором, носителем божественной сущности.

Контраст традиционной восточной семье, где преоб­ладают почтительность и поклонение, представляет тра­диционная латиноамериканская семья, в которой доми­нирование властного, грубого, жестокого отца основано на специфическом культе мужественной силы (machis­mo) Отец с презрением относится к «возне с деть­ми», считая это занятие недостойным настоящего муж­чины

Отец в патриархальной немецкой семье проводит с детьми (особенно с сыновьями) много времени, отды­хает, играет с ними, постоянно заботится о них. Это не мешает ему не упускать из виду строгость и дисципли­ну. Даже в середине 70-х годов нашего века, когда о патриархальной немецкой семье можно было говорить только в прошедшем времени, дети из ФРГ оценивали своих отцов как значительно более авторитарных (но за­то и более заботливых), чем дети из США. Отношение к отцу в традиционной германской семье характери­зуется словом Ehrfurcht — «честь и страх». Отец не мо­жет быть не прав, и его слово является законом («не­погрешимость папы»). Мать также подчиняется ему бес­прекословно, в его присутствии одобряя его дисципли­нарные меры, хотя в отсутствие отца она добра и лас­кова с детьми.

По-разному относятся отцы к своим детям в этих семьях. Роль наказания, особенно физического, значи­тельно выше в западных патриархальных семьях, чем в восточных. Связь с детьми — от почти полного пре­небрежения ими, как в традиционной мексиканской семье, до внимания и постоянной заботы — в герман­ской. Однако во всех случаях есть одна общая черта: отец находится на недосягаемой высоте для ребенка, их отношения строго вертикальны, отец — прежде всего авторитет, прообраз и олицетворение той власти, кото­рой ребенок беспрекословно будет подчиняться, когда вырастет и сам станет отцом.

Переход к капиталистическому способу производства ознаменовал собой первый удар по традиционной семье. Юридическое выражение это получило, в част­ности, в законодательстве Великой французской рево­люции, которое освободило отца от всякой ответствен­ности за содержание семьи (в этот период, между про­чим, резко повысилась детская преступность). На раннекапиталистических фабриках и заводах женщины подвергались изнурительной эксплуатации наравне с мужчинами; широко использовался и детский труд. Это делало разделение семейных ролей на мужскую и жен­скую формальным и в какой-то мере приближало ре­бенка к отцу. Однако это своеобразное равенство поло­жения мужа и жены в пролетарской семье было равен­ством в горе и нищете и вело в конечном счете к рас­паду семьи. Разложение родительско-детских отношений в условиях развивающегося буржуазного общества луч­ше всего, пожалуй, было показано великим Золя в его романах «Жерминаль», «Западня».

По мере улучшения материальной стороны жизни ра­бочих индустриальных стран, развития законодательст­ва, запрещающего детский и ограничивающего женский труд, положение отца и матери в отношении детей вновь стало асимметричным. Традиции патриархальности, под­черкивающие значение отца как главы семьи, кормиль­ца и защитника, и матери как хранительницы очага и воспитательницы детей, за это время не были забыты. Они сохранялись в первую очередь в крестьянской сре­де и в какой-то степени могли быть восстановлены. При этом, с одной стороны, отец получил возможность об­щаться с детьми вне работы: играть с малышом, во­зиться с дочерью — тогда как раньше отец был глав­ным образом воспитателем сына и то лишь с того мо­мента, когда сын становился достаточно взрослым, что­бы продолжать отцовское дело. С другой стороны, именно эта функция отца в воспитании мальчика, функ­ция, выражающаяся словами «делай, как я» (вспомним единство ролей Отца и Учителя в патриархальной культуре), — эта функция в развитых обществах XX века явно утеряна.

Отец уже не является наставником сына, бережно направляющим его еще нетвердые шаги по пути своего ремесла — будь то охота (в примитивном обществе), крестьянское дело (в «классической» патриархальной культуре) или рабочая профессия (в обществе разви­вающейся индустрии). Сейчас отец (рабочий или служа­щий) отделен от ребенка. Он целые дни проводит «где-то там», на работе, причем эта работа — какая-то ми­стика, что-то для ребенка совершенно непонятное, не имеющее ни цвета, ни запаха. В школе ребенок учится совсем не

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: