Подростки из неполных семей в МЛС
Некоторые исследователи подчеркивают, что потеря отца как личности, представляющего для сына модель идентификации мужской роли, а для дочери — модель комплементарности, неблагоприятно проявляется в некоторых адаптационных затруднениях в подростковом возрасте и позднее в собственном браке и в психосексуальном развитии.
Девушки-подростки, лишившиеся в детские годы отца в связи с его уходом из семьи, сохраняли к нему критическое отношение: либо они чувствовали, что он их бросил, либо переняли отрицательное отношение к нему от матери. Поэтому особенности их адаптации во многом зависели от того, каким в их представлении остался отец. Неудовлетворенность и тревоги матери по поводу своей неудавшейся жизни могут вызвать у них желание искать безопасность рядом с мужчиной или же, наоборот, они будут искать возможность привлечь внимание и вызвать восхищение мужчин, с тем, чтобы потом демонстративно отвернуться от них. Подобными действиями девушки подсознательно мстят мужчинам за свое обездоленное из-за ухода отца детство.
Еще сложнее процесс социальной адаптации происходит у тех детей, чьи родители после развода настойчиво пытаются устроить свою судьбу, забыв о чувствах и привязанностях ребенка. Например, у мамы, с которой живет ребенок, часто появляются новые претенденты на роль мужа. Некоторые из них поселяются в квартире, перестраивают на свой лад их семейный быт, требуют от ребенка определенного отношения к себе, а потом уходят. Их место занимают другие, и все начинается сначала. Ребенок заброшен. Он чувствует себя никому не нужным. В таких условиях не исключено формирование личности человеконенавистника, для которого не существует ни этических, ни нравственных правил в отношениях с другими людьми. Именно в детстве формируется либо исходно доверчивое отношение к миру и людям, либо ожидание неприятных переживаний, угрозы со стороны окружающего мира и других людей. Исследования свидетельствуют о том, что чувства, которые сформировались в детстве, впоследствии нередко сопровождают человека в течение всей жизни, придавая его отношениям с другими людьми особый стиль и особую эмоциональную тональность.
По данным медиков, ситуация развода родителей даже спустя 1—2 года может вызвать у подростка тяжелую форму невроза. Особенно драматичной эта ситуация может быть для девочек, если они привязаны к отцам и имеют много общего с ними. Возникающие реактивные наслоения нередко усугубляются беспокойством по поводу возможной потери матери, т. е. тревожным ожиданием одиночества и социальной изоляции. Нередко девочки (и мальчики, похожие на отца) не отпускают мать от себя, испытывая каждый раз острое чувство беспокойства при ее уходе. Им кажется, что мать может не вернуться, что с ней может что-либо случиться. Нарастает общая боязливость, усиливаются страхи, идущие из более раннего возраста, и возможными диагнозами в этом случае станут невроз страха и истерический невроз, нередко перерастающие в старшем подростковом возрасте в невроз навязчивых состояний. При этом возникают различного рода ритуальные предохранения от несчастья, навязчивые мысли о своей неспособности ни к чему, неуверенность в себе и постоянные страхи (фобии). К концу подросткового — началу юношеского возраста начинает отчетливо проявляться депрессивная невротическая симптоматика по типу сниженного фона настроения, чувства подавленности и безысходности, неверия в свои силы и возможности, мучительных переживаний по поводу кажущихся неудач, проблем общения со сверстниками, разочарований в любви. Типично и нарастание тревожной мнительности в виде постоянных опасений и сомнений, колебаний в принятии решения. В юношеском возрасте характерны навязчивые мысли и страхи, тревожно-депримированный фон настроения и характерологические изменения тормозного круга [19,c.241].
Если для родителей развод зачастую является закономерным следствием нарушения семейных отношений, то для детей он чаще всего неожиданность, приводящая к затяжному стрессу. Развод для взрослых — это болезненное, малоприятное, порой драматическое переживание, на которое они идут по собственной воле и из лучших побуждений. Для ребенка расставание родителей — это трагедия, связанная с разрушением привычной среды обитания. И даже если они осознают, что папа и мама недовольны друг другом, им трудно это понять и принять, потому что они привыкли оценивать их со своей, детской позиции. Поэтому переживание детьми разрыва родителей изменяется в диапазоне от вялой депрессии, апатии до резкого негативизма и демонстрирования несогласия с мнением, решением родителей. Есть некоторые различия в эмоциональных и поведенческих реакциях девочек и мальчиков, связанных с их переживаниями ситуации развода родителей. Так, девочки чаще держат переживания в себе, и внешнее поведение их почти не меняется. Однако при этом могут проявиться такие признаки нарушения адаптации, как пониженная работоспособность, утомляемость, депрессия, отказ от общения, слезливость, раздражительность. Иногда подобные реакции направлены на то, чтобы привлечь к себе внимание расстающихся родителей и, если не скрепить их узы, то хотя бы убедиться в том, что ее они не разлюбили. Одной из форм манипуляции родителями могут быть жалобы на нездоровье. В то же время, отвлекаясь, девочка может спокойно играть во дворе с другими детьми, не испытывая каких-либо неудобств, забыв о том, что совсем недавно она жаловалась родителям на боль в ноге или животе. Это не что иное, как стремление компенсировать недостаток родительского внимания и любви любыми возможными средствами.
Для мальчиков характерны более очевидные нарушения поведения, носящие иногда явно провокационный характер. Это может быть воровство, сквернословие, побеги из дома. Если основные переживания девочек в ситуации развода родителей — грусть и обида, то у мальчиков — гнев и агрессивность. Переживания девочек доставляют беспокойство в первую очередь им самим, а проблемы мальчиков быстро начинают сказываться на окружающих.
Свою агрессивность мальчики могут выражать по-разному, выбирая ее объект в зависимости от условий: демонстративно отказываются говорить с отцом, повышают голос на мать, уходят из дому, не поставив никого в известность, переходят жить к друзьям или родственникам.
Чем старше ребенок, тем сильнее проявляются в нем признаки пола и тем серьезнее могут быть нарушения поведения, которые становятся заметными не только в семье, но и вне ее. Это может быть выражение агрессии в школе, на улице, неожиданные слезы, конфликты, полная рассредоточенность внимания. Но чаще всего средствами проработки семейных стрессов для девочек выступают нарушения здоровья (экземы, гастриты, заикания, навязчивые движения), для мальчиков — асоциальные формы поведения.
Несомненно, отсутствие мужчины в окружении ребенка является важным фактором, определяющим особенности процесса воспитания в разведенной семье. По мнению психологов, это значимый, но не определяющий фактор. Чаще всего причиной отклонений в психическом и личностном развитии ребенка является ошибочное поведение матери, поставленной в трудные условия и не сумевшей выбрать нужный курс. Поэтому отсутствие отца является не столько причиной, сколько предпосылкой нарушений развития.
Таким образом, распад семьи всегда болезненно переживается и взрослыми, и детьми. Будучи не в состоянии контролировать собственные переживания, взрослые меняют отношение к ребенку: кто-то видит в нем причину развала семьи и не стесняясь говорит об этом, кто-то (чаще всего мать) настраивает себя на то, чтобы всецело посвятить свою жизнь воспитанию ребенка, кто-то узнает в нем ненавистные черты бывшего супруга или, напротив, радуется их отсутствию. В любом из этих случаев внутренняя дисгармония взрослого в послеразводном кризисе накладывает отпечаток на формирование личности ребенка, потому что дети во многом воспринимают события, ориентируясь на реакцию взрослых. Нередко взрослые используют детей в качестве объекта разрядки своих отрицательных эмоций, распространяя на них негативные аспекты переживаемой ситуации. При этом родители упускают из виду, что ребенок всегда глубоко страдает, если рушится семейный очаг. Развод неизменно вызывает у детей психический надлом и сильные переживания. Поэтому взрослым необходимо учитывать те обстоятельства, которые сказываются на психическом развитии ребенка в подобной ситуации.
Отсутствие в семье не просто отца, а прежде всего мужчины является важной предпосылкой отклонений в психическом развитии ребенка. Как считают психологи, дефицит мужского влияния в неполных семьях проявляется в следующем:
■ нарушается гармоничное развитие интеллектуальной сферы, страдают математические, пространственные, аналитические способности ребенка за счет развития способностей вербальных;
■ менее четким делается процесс половой идентификации мальчиков и девочек;
■ затрудняется обучение подростков навыкам общения с представителями противоположного пола;
■ становится возможным формирование избыточной привязанности к матери, поскольку отсутствует член семьи, который мог бы "оторвать" ребенка от матери, вывести его в более широкий мир.
По мнению специалистов, отличительные особенности в развитии интеллектуальной сферы ребенка из неполной семьи наиболее отчетливо начинают проявляться в школьном возрасте, когда умственная деятельность становится наиболее интенсивной. Успеваемость во многом зависит от способностей ребенка, его желания учиться, интереса к учебе. Мужчины, как правило, имеют более высокие математические способности, более развитые способности к пространственной ориентации, более склонны, размышляя над проблемой, раскладывать все по полочкам, часто имеют умелые руки, и вообще их ум направлен больше на вещи, чем на людей.
Женщины же часто превосходят мужчин в том, что касается речевых навыков, у них больший словарный запас по сравнению с мужчинами, они умеют оперировать понятиями, способны к быстрому интуитивному схватыванию ситуации в целом. Они обычно лучше разбираются в людях, более тонко чувствуют нюансы межличностных отношений. Конечно, есть множество исключений, но это хотя и самые общие, но тем не менее реальные тенденции.
Для полноценного развития интеллекта ребенка очень важно, чтобы в его окружении начиная с раннего детства встречались оба типа мышления: и мужской, и женский. Отсутствие отца в семье, с чем бы оно ни было связано: с разводом, смертью, раздельным проживанием или частыми и длительными командировками, — отрицательно сказывается на развитии математических способностей как мальчиков, так и девочек. По данным многочисленных исследований, способности к математике, особенно к геометрии, — качество, в наибольшей степени страдающее при дефиците мужского влияния. Математические способности — едва ли не самый чувствительный "орган" по отношению к дефициту мужского воспитания. Недоразвитость этих способностей не связана ни с материальными трудностями "безотцовой" семьи, ни с конфликтами, сопровождающими уход отца. В ее основе — отсутствие специфики интеллектуальной среды, создаваемой мужчиной. Женщины, чье детство прошло без мужского влияния, испытавшие в этот период дефицит мужского общения, часто всю жизнь страдают страхом перед математикой, необходимость произвести самые простые математические действия (например, подсчитать сдачу в магазине) приводит их в замешательство.
Дети вдов, лишенные контакта с мужчиной в семье, склонны испытывать страх перед незнакомым мужчиной и любое общение с ним рассматривают как потенциально угрожающее. В ситуации развода эти дети в большинстве случаев продолжают встречаться с отцом хотя бы изредка, поддерживая в сознании его образ. Разведенная женщина (в отличие от вдовы) часто стремится сформировать у дочери отрицательное отношение к отцу, имеющееся у нее самой, а это может вызвать компенсаторную реакцию противодействия, следствием чего и является чрезмерная раскованность в общении с мужчинами.
Подобной точки зрения придерживаются и другие психологи. Исследуя особенности полоролевого поведения детей из неполных семей, они отмечают чрезмерную закомплексованность тех из них, кто воспитывался либо овдовевшей матерью, либо матерью-одиночкой.
Итак, отсутствие в семье не просто отца, а прежде всего мужчины является важной предпосылкой отклонений в психическом развитии ребенка. Ситуация развода в семье наносит большой вред психическому здоровью ребенка, для которого нет и не может быть развода ни с отцом, ни с матерью.
Таким образом, дефицит мужского влияния в ходе взросления подростка существенно затрудняет его развитие, социальную адаптацию, осложняет формирование у него навыков межполового общения, что впоследствии негативно отразится на его социальной и семейной жизни.
2.2 Особенности организации социальной работы с осужденными из неполных семей и сирот в воспитательной колонии
Профилактика в педагогике рассматривается как особый вид социально-педагогической деятельности по предупреждению проблем в развитии и социальном становлении ребёнка. В зависимости от причин, нарушающих развитие ребёнка, выделяют несколько типов профилактических мероприятий: "нейтрализующие, компенсирующие, предупреждающие возникновение обстоятельств, способствующих социальным отклонениям, устраняющие эти обстоятельства, контролирующие проводимую профилактическую работу и её результаты". Основная цель профилактической работы — защита ребёнка, его жизни, достоинства, права на развитие в меняющихся условиях социальной реальности.
В 1999 году в России был принят Федеральный закон № 120 "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений", регламентирующий вопросы помощи и поддержки детей, фактически формирующий общегосударственную технологию работы с детьми группы риска. Именно в правовой сфере утверждена совокупность правовых норм и процедур, определяющих возможности работы с детьми, оказавшимися в трудной жизненной ситуации. Закон спроектирован с учётом принципов системности и представляет собой общегосударственную модель и технологию профилактической работы с несовершеннолетними [14,c.145].
Одно из основных противоречий в организации социально-педагогической поддержки детей — несовпадение проблемных полей социальной педагогики, её правовых норм с существующими технологиями. Утверждённые законодательством приоритеты профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних не используются в педагогике в качестве легитимных инструментов. Это выражается в противоречиях:
- между масштабностью профилактической работы с детьми группы риска и отсутствием сбалансированного научно-педагогического обоснования и педагогического инструментария профилактической работы;
- между большим количеством исследований и размытостью содержания профилактики в проблемных полях медицины, педагогики, права и т.д.;
- между доминированием в законе и практике социально-правового адресного подхода и технологической непроработанностью педагогически выверенного индивидуального подхода в разрешении проблем ребёнка, оказавшегося в социально опасном положении, общей типизацией технологий профилактической работы с детьми.
Выявленные противоречия демонстрируют незавершённость педагогического обоснования правовых норм, действующих в отношении детей (и молодёжи), находящихся в социально опасном положении. В связи с этим мы попробуем соотнести нормы, утверждённые ФЗ № 120, с целями и приоритетами социально-педагогической технологии работы с детьми группы риска.
Принципиальными характеристиками этого закона являются его идейная, выраженная в социально-педагогических категориях, функциональная направленность и точность в распределении полномочий и обязанностей субъектов системы профилактики.
Пожалуй, впервые после принятия в 1992 году ФЗ "Об образовании", поддержка ребёнка заняла доминирующее положение в сложной палитре государственных задач, представлена в виде спроектированной технологии индивидуальной профилактической работы.
Собственно, изменился и сам баланс целей профилактики. Карательные, надзирающие функции уступили место задачам защиты и восстановления прав и интересов детей и семей, оказавшихся в социально опасной ситуации. В качестве цели и результата государство и законодатель рассматривают формирование общегосударственной системы защиты прав и интересов несовершеннолетних, предупреждения их противоправного поведения. В соответствии со ст. 2 п. 1 основные задачи профилактики сформулированы как:
- предупреждение безнадзорности, беспризорности, правонарушений и антиобщественных действий несовершеннолетних, выявление и устранение причин и условий, способствующих этому;
- обеспечение защиты прав и законных интересов несовершеннолетних;
- социально-педагогическая реабилитация несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении;
- выявление и пресечение случаев вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий.
Для того чтобы решить вопрос: является ли государственный подход в организации профилактической работы с детьми группы риска завершённой социально-педагогической технологией, необходимо выявить её ключевые компоненты, представленные в российском социальном законодательстве, а именно: определить объект применения технологии; вычленить реальные субъекты процесса применения технологии; выделить алгоритм, реализация которого обеспечивает достижение запланированного результата; определить параметры оценки ожидаемого результата.
Закон № 120 в качестве объекта системы профилактики определяет несовершеннолетнего безотносительно к его образовательному или социальному статусу. Закон также провозглашает идеологию защиты прав несовершеннолетнего в контексте задач профилактической работы. Именно поэтому законодателем определены специфические признаки групп детей — объектов профилактической работы, а именно:
- безнадзорный-несовершеннолетний, контроль за поведением которого отсутствует вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанностей по его воспитанию, обучению и (или) содержанию со стороны родителей или законных представителей либо должностных лиц;
- беспризорный-безнадзорный, не имеющий места жительства и (или) места пребывания;
- несовершеннолетний, находящийся в социально опасном положении, — лицо в возрасте до восемнадцати лет, которое вследствие безнадзорности или беспризорности находится в обстановке, представляющей опасность для его жизни или здоровья либо не отвечающей требованиям к его воспитанию или содержанию, либо совершает правонарушение или антиобщественные действия;
- семья, находящаяся в социально опасном положении, — семья, имеющая детей, находящихся в социально опасном положении, а также семья, где родители или законные представители несовершеннолетних не исполняют своих обязанностей по их воспитанию, обучению и (или) содержанию и (или) отрицательно влияют на их поведение либо жестоко обращаются с ними.
Таким образом, на законодательном уровне педагогические понятия "группа риска", "дети, склонные к ПАВ", "несовершеннолетние правонарушители" и т.д. конкретизируются определениями "беспризорный", "безнадзорный", "социально опасное положение". Эти определения становятся критериальными признаками для включения ребёнка и его семьи в систему защиты прав.
Основной инструмент системы профилактики безнадзорности и правонарушений — индивидуальная профилактическая работа. Технология индивидуальной профилактической работы, которая может быть рассмотрена как социально-педагогическая технология, направлена на выведение несовершеннолетних из социально опасного положения.
Индивидуальная профилактическая работа — деятельность по своевременному выявлению несовершеннолетних и семей, находящихся в социально опасном положении, а также по их социально-педагогической реабилитации и (или) предупреждению совершения ими правонарушений и антиобщественных действий. При этом профилактика безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних рассматривается как система социальных, правовых, педагогических и иных мер, направленных на выявление и устранение причин и условий, способствующих безнадзорности, беспризорности, правонарушениям и антиобщественным действиям несовершеннолетних, осуществляемых в совокупности с индивидуальной профилактической работой с несовершеннолетними и семьями, находящимися в социально опасном положении.
Введение института индивидуальной профилактической работы — явление весьма актуальное и своевременное, так как она однозначно защищает принципы индивидуального подхода в решении проблем детей как компонент общегосударственной технологии [45,c.163].
Таким образом, в профилактической работе произошла смена приоритетов. Наказание и ответственное воздействие на несовершеннолетнего, совершившего противоправные действия, уступили место социально-педагогической работе по выявлению и предвосхищению причин и действий, которые могли бы квалифицироваться как противоправные, антиобщественные.
Индивидуальная профилактическая работа как социально-педагогическая технология может быть реализована только профессионалом, чаще всего социальным педагогом, который владеет функциональным алгоритмом и на основании этого алгоритма может оказать адресную помощь конкретному ребёнку. Его деятельность является движущей силой всей системы индивидуальной профилактической работы с ребёнком, оказавшимся в социально опасном положении.
Такая роль социального педагога не случайна. Институт социальных педагогов формируется преимущественно при учреждениях образования — школах и др. Система образования — единственная из всех структур профилактики, которая охватывает всех детей в возрасте от 7 до 18 лет, осуществляет в отношении них педагогическую работу и функцию педагогического призора, имеет локальное территориальное закрепление, что позволяет осуществлять работу со всеми детьми на конкретной территории.
Цель деятельности социального педагога — оказание своевременной и квалифицированной помощи детям и подросткам, попавшим в сложные социально-педагогические, семейные и прочие ситуации.
Деятельность социального педагога направлена на решение двух главных задач:
- организация конструктивного результативного сотрудничества, взаимодействия различных социальных институтов и структур общества в решении проблем несовершеннолетних;
- создание локальных (индивидуальных и с учётом условий микросоциума), максимально возможных для каждого ребёнка условий его успешной социальной адаптации, раскрытия творческого потенциала и успешного жизненного самоопределения.
В деятельности специалиста можно выделить следующий функциональный алгоритм:
1. Выявление детей и подростков, находящихся в социально опасном положении и формирование банка данных. Эта функция выделяется в профилактической деятельности как ключевая, так как позволяет решить задачу по организации взаимодействия различных структур, решающих проблемы несовершеннолетних.
Инициатива создания целостного банка данных принадлежит социальному педагогу и осуществляется им совместно с инспекторами отделения предупреждения правонарушений несовершеннолетних, участковыми инспекторами, с представителями органов опеки и попечительства управления образования, социальной защиты, управления по делам ветеранов, пожилых людей и малоимущих граждан, здравоохранения и комиссиями по делам несовершеннолетних.
При формировании банка данных уточняются такие позиции:
- каковы основания постановки ребёнка на учёт;
- какие структуры работают с несовершеннолетним;
- какая работа проводится для разрешения проблемы;
- что ещё можно предпринять для разрешения данной проблемы.
2. Диагностика проблем личностного и социального развития детей и подростков, включённых в банк данных и попадающих в сферу деятельности системы профилактики. Данная функция необходима для уточнения социально-психологических особенностей ребёнка и параметров его проблемной ситуации. Специалист изучает индивидуальные особенности ребёнка и выявляет его интересы и потребности, трудности и проблемы, конфликтные ситуации, отклонения в поведении, определяет их причины, отслеживает истоки возникновения конфликтных ситуаций; исследует условия и особенности отношений микросреды жизнедеятельности ребёнка.
3. Разработка индивидуальной программы улучшения жизненной ситуации ребёнка. По результатам диагностики социальный педагог определяет суть проблемы или совокупности проблем и, опираясь на банк технологических подходов, подбирает психолого-педагогические, социальные средства для их эффективного разрешения как индивидуально, так и в группах.
Индивидуальные социально-педагогические программы разрабатываются для оказания своевременной социально-педагогической помощи и поддержки ребёнку, находящемуся в социально опасном положении. Групповые программы — для решения проблем определённой группы подростков, выявленных в ходе диагностики.
Индивидуальные программы должны предусматривать вовлечение ребёнка и его окружения в процесс преодоления проблемной ситуации, создание условий для освоения ребёнком позитивного опыта разрешения проблем.
Реализация индивидуальных программ по улучшению жизненных ситуаций несовершеннолетних. Данная функция предполагает, что специалист как посредник между учащимся и образовательным учреждением, семьёй, средой, специалистами различных социальных служб, ведомств и административных органов выступает одновременно в нескольких ролях:
- распределяет (сообразно целям и задачам программы) участие
и ответственность всех привлечённых к реализации программы сторон;
- способствует активизации и развитию личностных ресурсов ребёнка и его семьи, формирует и поддерживает мотивацию на преодоление возникших трудностей;
- организует и исполняет индивидуальные социально-педагогические программы, методы и формы работы с ребёнком и его окружением по улучшению трудной жизненной ситуации;
- осуществляет представительство и защиту прав ребёнка и семьи в учреждениях системы профилактики;
- содействует в получении ребёнком необходимых видов помощи и поддержки в разрешении трудной жизненной ситуации;
- отслеживает результаты и вносит корректировку в реализацию программы.
Ведущие методы реализации индивидуальных программ: социальный патронат, метод биографии, консультирование и т.д.
Основной критерий оценки эффективности индивидуальной профилактической работы — улучшение положения и качества жизни ребёнка, устранение источников неблагополучия, расширение возможностей защиты права на жизнь, на достойную жизнь, на здоровье и образование.
Представленные выдержки из текстов закона, анализ закона в целостности позволяют сказать, что общегосударственный подход не только не противоречит, но и совпадает с ключевыми категориями и понятиями современной социально-педагогической науки как области знания и сферы практики. С одной стороны, направления профилактики, выделенные законодателем, очень точно описывают содержание ведущей категории социальной педагогики — "социального воспитания".
Социальное воспитание определяется М.А. Галагузовой как "педагогически ориентированная и целесообразная система помощи в образовании и воспитании детей, нуждающихся в ней в период их включения в социальную жизнь" [25,c.145].
С другой стороны, законодатель ввёл в употребление профессиональные понятия и термины педагогики, социальной педагогики и социальной работы в качестве рабочего инструментария разрешения проблем детей и семей, оказавшихся в социально-опасной ситуации. Индивидуальная профилактическая работа как разновидность профессиональной деятельности/направленной на оказание адресной помощи человеку в процессе выведения его из трудной жизненной ситуации и дальнейшей социализации и самореализации в обществе, является разновидностью социально-педагогических технологий.
У специалистов сферы профилактики появился легитимный инструмент организации индивидуального взаимодействия с несовершеннолетним, оказавшимся в проблемном поле.
Подтверждение единства правового и социально-педагогического полей профилактики свидетельствует о необходимости пересмотра стандарта подготовки специалиста — социального педагога в области право-обеспечения применяемых им технологий, приведения его функционала в соответствие с нормативными актами и положениями. Именно за счёт этого возможно целостное, педагогически обоснованное развитие системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.
Таким образом, на законодательном уровне педагогические понятия "группа риска", "дети, склонные к ПАВ", "несовершеннолетние правонарушители" и т.д. конкретизируются определениями "беспризорный", "безнадзорный", "социально опасное положение". Эти определения становятся критериальными признаками для включения ребёнка и его семьи в систему защиты прав. В профилактической работе произошла смена приоритетов. Наказание и ответственное воздействие на несовершеннолетнего, совершившего противоправные действия, уступили место социально-педагогической работе по выявлению и предвосхищению причин и действий, которые могли бы квалифицироваться как противоправные, антиобщественные.
2.3 Психокоррекция нарушений социальной адаптации осужденных из неполных семей и сирот
В России на протяжении последних 10-15 лет отмечается тенденция к социальной и нравственной деградации молодого поколения — рост подростковой и молодёжной преступности, наркозависимости, алкоголизма, проституции, заболеваний СПИДом и др. Чтобы преодолеть эту негативную тенденцию, важно определить первопричину асоциальных проявлений, создать перспективную концепцию воспитания и социализации человека, разработать и реализовать с учётом этой концепции систему социально-педагогической реабилитации несовершеннолетних правонарушителей.
В результате проведённых в последние годы исследований определён основной личностно-психологический фактор, обусловливающий предрасположенность людей к асоциальному поведению, — это деформации в их мотивационной и смысловой сфере. Они выражаются в том, что у человека вытесняются базовые потребности в саморазвитии, самопознании, самоопределении и доминирующими становятся ложные — потребности в "острых ощущениях негативного свойства". А деформации в смысловой сфере проявляются в противопоставлении ценностей (познания, творчества, здоровья, счастья и др.), которые у воспитанного человека гармонично связаны между собой. Деформации в побудительной (мотивационной и смысловой) сфере, в свою очередь, отрицательно сказываются на личностном развитии; социальном поведении, отношении к собственному здоровью и часто выражаются в самовредительстве и вредительстве другим людям.
Полученные данные дают основания считать, что предрасположенность людей к асоциальному поведению обусловлена главным образом их недостаточным или неправильным воспитанием в детстве, отрочестве и юности. В значительной мере это относится к традиционной школе, где, как правило, не занимаются воспитанием детей, а продолжают настойчиво формировать знания, умения и навыки. Такой подход противоречит базовым потребностям человека, поэтому деформирует его мотивационную, а затем и смысловую сферу. Важно также отметить, что в школе не мотивируют детей вести культурный (здоровый) образ жизни. В содержании школьного образования нет, по существу, самого главного предмета — "Культуры здоровья" [16,c.56].
Не лучше обстоит дело с воспитанием детей в современной семье. В так называемых благополучных семьях (где есть папа и мама, и ребёнок не испытывает ощутимых материальных трудностей) родители, как правило, стремятся воспитать своё чадо с заранее заданными качествами — "подогнать его под собственные желания". Поэтому воспитание в такой семье мало чем отличается от традиционного обучения в школе, а значит, только усугубляет положение. О качестве же воспитания детей в неблагополучных (в том числе неполных) семьях вообще говорить не приходится. Даже если мать (как единственный родитель) будет "очень стараться", у неё мало что получится, так как основополагающая роль в воспитании ребёнка в семье принадлежит вовсе не женщине, а мужчине (отцу), о чём, к сожалению, знают немногие родители.
Таким образом, процесс воспитания (социализации) личности человека (особенно в детстве и отрочестве) часто не соответствует его потребностям, что приводит к формированию психопатологических наклонностей, вредных привычек, которые становятся причиной асоциальных поступков. Соответственно, встаёт педагогическая задача перевоспитания и социализации личностей с отклоняющимся поведением.
О сложности такой задачи свидетельствуют результаты проведённого нами обследования несовершеннолетних правонарушителей, отбывающих наказание в подростковой воспитательно-трудовой колонии. Среди них встречаются четыре личностно-психологических стереотипа:
♦ стереотип преступника-рецидивиста (с выраженными психопатологическими чертами), склонного к продолжению преступной деятельности даже в условиях колонии (данный стереотип обнаружен примерно у 20% несовершеннолетних правонарушителей, реабилитация которых практически невозможна);
♦ стереотип усугубляющейся психической деградации личности (30%, реабилитация сильно затруднена);
♦ приспособленческий стереотип личности, направленный на поддержание любыми путями благоприятного для себя психоэмоционального настроя, в том числе в колонии (40%, реабилитация затруднена);
♦ стереотип личности, ориентированный преимущественно на творческое самовыражение и семейные ценности (10%, возможна полная реабилитация).
Эти данные свидетельствуют о том, что у абсолютного большинства молодых людей, отбывающих наказание в колонии, проявляются неблагоприятные для их личностного развития наклонности, которые в будущем, к сожалению, могут только усугубляться. Соответственно, актуальной становится задача реабилитации тех из них, кто ещё не достиг "стадии преступника-рецидивиста" и способен (с помощью эффективной воспитательной программы) вернуться к нормальной жизни.
В настоящее время складывается новый "потребностно-информационный" подход к воспитанию (социализации) личности. На этой новой педагогической основе, по нашему мнению, можно строить реабилитацию несовершеннолетних правонарушителей, а в более широком плане — перевоспитание и социализацию подростков с отклоняющимся поведением, что даёт возможность сохранить и развить их позитивные качества, а значит, приостановить рост преступлений рецидивов.
Потребностно-информационная концепция воспитания (социализации) личности
В рамках "потребностно-информационного" подхода воспитание рассматривается как процесс формирования побудительных (мотивационных и смысловых) основ исполняемой деятельности, что невозможно без учёта и удовлетворения актуализирующихся (доминирующих) у детей потребностей.
Четыре этапа воспитания (социализации) личности соответствуют четырём видам потребностей, актуализирующимся в процессе роста и развития человека.
Первый этап — младенческий и преддошкольный возраст (от рождения до 3 лет). В этом возрасте у детей доминируют витальные биологические (или соматические) потребности в самосохранении (в пище, сне, тепле и др.), в физическом (на уровне органов чувств) ощущении себя и окружающего мира. Их удовлетворение в значительной степени зависит от того, как в этот период жизни ребёнка за ним ухаживает мать. Забота о маленьком беспомощном ребёнке носит преимущественно гигиенический характер.
Второй этап — дошкольный и младший школьный возраст (3-10 лет). В этот период жизни актуализируются (становятся доминирующими) биологические (более высокого порядка, чем витальные) потребности в игре и подражании (они составляют основу другой, ещё более сложной биологической потребности в физическом и психическом саморазвитии), а также дополнительные потребности в свободе (автономии) и вооружённости (опытности, компетентности). Соответственно, основные средства воспитания в этом возрастном периоде — примеры положительного поведения людей (или сказочных героев), вызывающие у них подражательные действия, а также игры и творческие акты. Причём непременным условием правильного воспитания ребёнка должна быть свобода выбора