Восприятие и познание человека человеком
В своей крайней форме увеличение социальной дистанции приводит к выводу, что представители другой группы не люди. В лекциях по этнопсихологии Б.Ф. Поршнев однажды утверждал, что в истории человечества никогда не было людоедства. И пояснял: съедаемые существа никогда не воспринимались как люди; люди, по первобытным представлениям, - это только члены собственного племени, собственной социальной группы.
Увеличение социальной дистанции затрудняет восприятие человека как человека, препятствует формированию конъюнктивных, объединяющих людей чувств.
Наиболее распространенный способ поддержания и увеличения социальной дистанции связан с навязыванием определенных социальных стереотипов, а величина социальной дистанции между людьми обусловлена в конечном счете социально – экономическим строем общества. Так как способность видеть человека в другом человеке зависит не только от индивидуальных качеств, но и от социальных обстоятельств.
Психологически в определенных обстоятельствах существование некоторой дистанции между людьми функционально необходимо. Она нужна для сохранения отношений ответственной взаимозависимости, для исключения самовольства и панибратства. В воспоминаниях руководителя подпольного обкома партии А. Ф. Федорова рассказывается, как он прибыл в партизанский отряд, был очень тепло, дружеские встречен, но, когда пошли «чарка за чаркой и тост за тостом», в душе у него зародилось беспокойство. Возникли ощущение неправомерности такого положения и понимания необходимости установить определенную дистанцию, покончить с панибратством, чтобы превратить этот отряд в боеспособную, дисциплинированную часть. «Совсем не просто в таких вот условиях, - пишет Федоров, - вовремя установить черту и меру. Я не искал подобострастия и чинопочитания, не мог и не хотел в первый день кого бы то ни было обрывать и от себя отталкивать, но чувствовал : в какой – то момент надо начать то, что я про себя называл исключением панибратства”. Федоров прекратил застолье, пригласил членов обкома в штабную землянку и повел деловой взыскательный разговор. Так была установлена необходимая дистанция, правильные взаимоотношения между руководителями и подчиненными.
Однако чрезмерная дистанция затрудняет понимание подчиненными поступков руководителя и создает возможность возникновения у них негативных чувств. В равной мере она затрудняет понимание руководителем поступков подчиненных. В процессе стирания социальных различий дистанция между людьми становится подвижной, в значительной степени изменяющейся в зависимости от ситуации и индивидуальных качеств участников. Каждый человек «равен в правах с другими членами общества, всегда может рассчитывать на справедливое, уважительное к себе отношение, на заботу государства, на помощь и поддержку коллектива».
Воспринимая другого человека, невозможно его не оценивать Восприятие всегда неразрывно связано с определенным отношением к воспринимаемому – положительным или отрицательным, с эмоциональным переживанием складывающихся взаимоотношений. Оттенки переживаний бесконечно разнообразны, но в принципе все их можно разделить на две группы: чувства конъюнктивные, т.е. способствующие сближению людей, облегчающие сотрудничество, и чувства дизъюнктивные, разъединяющие людей, затрудняющие совместные действия.
То, что субъект осознает как близкое ему, с чем он соотносит конъюнктивные чувства, обычно воспринимается в положительном свете. «Приятное – это соответствующее «нашему» ( наличному или потенциальному), неприятное – «чужому».. Выходит, эти явления не в том смысле «чужие», что они неприятны, а в том смысле неприятны, что «чужие».
В обыденной жизни взаимодействие с другим человеком строится на более или менее достоверных предположениях о его личности. Они возникают путем синтезирования собственных отрывочных наблюдений и каких – то сведений, полученных из других источников. Такой гипотетический образ, которому приданы человеческие черты, называется персонификацией. Построение той или иной конкретной персонификации основывается на еще не дифференцированном, общем отношении к данному человеку как к «симпатичному» или «антипатичному», «приятному» или «противному», «своему» или «чужому».
Проведенное в США изучение отношения к лидерам различных группировок показало: собственный лидер обычно персонифицируется как человек честный, искренний, мужественный и т.д., тогда как лидеру враждебной партии приписываются прямо противоположные качества. Один и тот же пропагандистский материал может быть воспринят по – разному, может вызвать совершенно различные реакции в зависимости от того, как персонифицируется источник информации. Одно дело, если сообщение исходит явно от врага, совершенно другое - если от беспристрастного наблюдателя или друга.
2.3. Поскольку человек вступает в общение всегда как личность, постольку он воспринимается и другим человеком – партнером по общению – также как личность. На основе внешней стороны поведения мы как бы « читаем» другого человека, расшифровываем значение его внешних данных. Впечатления, которые возникают при этом, играют важную регулятивную роль в процессе общения. Во-первых, потому, что от меры точности «прочтения» другого человека зависит успех организации с ним согласованных действий.
Представление о другом человеке тесно связано с уровнем собственного самосознания. Связь эта двояка: с одной стороны, богатство представлений о другом человеке, с другой стороны, чем более полно раскрывается другой человек (в большем количестве и более глубоких характеристиках), тем более полным становится и представление о самом себе. Этот вопрос в свое время на философском уровне был поставлен Марксом, когда он писал: «Человек сначала смотрится, как в зеркало, в другого человека. Лишь, отнесясь к человеку Павлу как к себе подобному, человек Петр начинает относиться к самому себе как к человеку»[8] .
Б.Ф.Поршнев тоже имел мнение на этот счет: «Петр познает свою натуру через Павла только благодаря тому, что за спиной Павла стоит общество, огромное множество людей, связанных в целое сложной системой отношений» [17]. Если применить это рассуждение к конкретной ситуации общения, то можно сказать, что представление о себе через представление о другом формируется обязательно при условии, что этот « другой» дан не абстрактно, а в рамках достаточно широкой социальной деятельности, в которую включено взаимодействие с ним. Индивид « соотносит» себя с другим не вообще, а прежде всего, переломя это соотнесение в разработке совместных решений. В ходе познания другого человека одновременно осуществляется несколько процессов: и эмоциональная оценка этого другого, и попытка понять строй его поступков, и основанная на этом стратегия изменения его поведения и построения стратегии своего собственного поведения.
Однако в эти процессы включены как минимум два человека и каждый из них является активным субъектом. Следовательно, сопоставление себя с другим осуществляется как бы с двух сторон: каждый из партнеров уподобляет себя другому. Значит, при строении стратегии взаимодействия каждому приходится принимать в расчет не только потребности, мотивы, установки другого, но и то, как этот другой понимает мои потребности, мотивы, установки. Все это приводит к тому, что анализ сознания себя через другого включает две стороны: идентификацию и рефлексию.
Термин «идентификация» буквально означающий отождествление себя с другим, выражает установленный эмпирический факт, что одним из самых простых способов понимания другого человека является уподобление себя ему. Это, разумеется, не единственный способ, но в реальных ситуациях взаимодействия люди часто пользуются таким приемом, когда предположение о внешнем состоянии партнера строится на основе попытки поставить себе на его место. В этом плане идентификация выступает в качестве одного из механизмов познания и понимания другого человека. Существует много экспериментальных исследований процесса идентификации и выяснения его роли в процессе общении. В частности, установлена тесная связь между идентификацией и другим близким по содержанию явлением – эмпатией.
Описательно эмпатия определяется как особый способ понимания другого человека. Только здесь имеется в виду не рациональное осмысление проблем другого человека, а скорее стремление эмоционально откликнуться на его проблемы. Эмпатия противостоит пониманию в строгом смысле этого слова. Термин используется в данном случае лишь метафорически: эмпатия есть аффективное « понимание». Эмоциональная ее природа проявляется как раз в том, что ситуация другого человека, партнера по общению, не столько «продумывается», сколько, «прочувствывается» Механизм эмпатии в определенных чертах сходен с механизмом идентификации: и там, и здесь присутствует умение поставить себя на место другого, взглянуть на вещи с его точки зрения. Однако взглянуть на вещи с чьей – то точки зрения не обязательно означает отождествить себя с этим человеком. Если я отождествляю себя с кем-то, это значит, что я строю свое поведение так, как строит его этот «другой». Если же я проявляю к нему эмпатию, я просто принимаю во внимание линию его поведения (отношусь к ней сочувственно), но свою собственную могу строить совсем по – иному. И в том, и в другом случаях на лицо будет « принятие в расчет» поведение другого человека, но результат наших совместных действий будет различным: одно дело – понять партнера по общению, встав на его позицию , другое – понять его, приняв в расчет его точку зрения, даже «сочувствуя ей», но действуя по-своему. Оба случая требуют решения еще одного вопроса: как будет тот, «другой» т.е. партнер по общению, понимать меня. От этого будет зависеть наше взаимодействие. Иными словами, процесс понимания друг друга осложняется явлением рефлексии. В отличие от философского употребления термина, в социальной психологии под рефлексией понимается осознание действующим индивидом того, как он воспринимается партнером по отношению. Это уже не просто знание или понимание другого, но знание того, как другой понимает меня, своеобразный удвоенный процесс зеркальных отражений друг друга, и глубокое, последовательное взаимоотражение содержанием которого является воспроизведение внутреннего мира партнера по взаимодействию, причем в этом внешнем мире в свою очередь отражается внешний мир первого исследователя»[11].
В практическом и теоретическом плане представляется важным построение моделей, отражающих возможные направления стратегии и тактики взаимодействия партнеров. Для этой цели используется аппарат математической теории игр. Все большее значение в настоящее время приобретает анализ рефлексивных структур группы, объединенной общей деятельностью. Тогда схема – модель возникающих рефлексий получает объяснение не из самой себя, а из общего контекста как этой деятельности, так и опосредованных ею межличностных отношений.
Таким образом, мы убедились, что восприятие – это действительно активный творческий процесс. Важное влияние на точность восприятия и глубину понимания другого человека имеет жизненный опыт. Значительное влияние на восприятие другого человека оказывает также самооценка воспринимающего.
Кроме того, процесс понимания друг друга осложняется явлением рефлексии, а идентификация выступает в качестве одного из механизмов познания и понимания другого человека.
РАЗДЕЛ 3
3. 1. В настоящее время концепция личности как субъект жизненного пути позволяет нам представить конкретную исследовательскую – во многом еще гипотетическую – модель изучения реального сознания. Эта модель охватывает функциональный механизм сознания, сознания в его функционировании, и условно названа « социальное мышление личности: функционирование сознания определяется не только его структурой, « строением», проанализированными вслед за Л.С.Выготским, А.Н. Леонтьевым, а затем В.П. Зинченко, но и способом жизни личности, который определяет функциональные возможности и ограничения сознания ( и его уже сугубо функциональные пожизненные структуры). Самые отдаленные аналоги вскрывают существо этого различия: мощности завода нормативно закладываются при его планировании, но и радикально отличаются от реального функционирования, связанного с отсутствием либо сырья, либо рабочих, либо комплектующих.
Однако психологические исследование социального мышления личности не сводится к раскрытию социальных условий этого мышления (поэтому и отличается от социалистического). Мы рассматриваем сознание и мышление как обобщение личностью того способа жизни, которого она сама сумела достичь в конкретных условиях. Речь идет о том, насколько субъект пользуется своим мышлением «загружает» его, о регулярности интеллектуальных занятий (конечно, определяемых физическим или умственным характером труда, но в первую очередь – самой личностью).
Определив сознание как жизненную способность личности, мы полагаем, что можно говорить не только о способности к социальному мышлению, но и о потребности в нем. Так, Д.Дьюн указал на любознательность как форму выражения этой потребности, однако сегодня в нашем обществе теоретики обошли эту проблему, а практики образования, как справедливо заметил Я.А. Пономарев, всей системой его реализации постаралась убить в ребенке данную потребность.
Выявленная прямая зависимость социального мышления от способа жизни определенной личности в конкретных условиях открывает перед нами перспективную цель – найти и убранную зависимость, которую всегда подчеркивал С.Л. Рубенштейн, - регуляторную роль, или функцию мышления в этом способе жизни.
Предметом мышления личности является вся социалистическая действительность в совокупности феноменологическом и сущностных характеристик ( социальных процессов, событий, ситуаций, отношений и поведение людей, их личностей), а также ее собственная жизнь. Личность как субъект жизни имеет способность к такому мышлению и потребность в нем.
„ У здравого смысла прекрасный нюх, но зато старческие тупые зубы” – так охарактеризовал значение мышления один из его наиболее интересных исследователей К.Дрункер, очевидным образом противопоставляя его здравому смыслу [10]. С этим трудно не соглашаться, имея в виду, что мышления в его высших творческих человеческих формах не сводится ни к интуиции, ни к жизненному опыту, составляющим основу так называемого „здравого смысла”.
Мышление – это движение идей, раскрывающее суть вещей, это особого рода теоретическая и практическая деятельность, предполагающая систему включенных в нее действий и операций ориентировано – исследовательского, преобразовательного и познавательного характера. Мышление бывает теоретическое (понятное , образное) и практическое (ненагляднообразное, нагляднообразное).
Кроме обычных, нормальных видов мышления, приводящих к правильным выводам, есть особые мыслительные процессы, дающие ложное представление о действительности. Они обнаруживаются у больных людей (например, у шизофреников), а также у тех., кто занимает пограничное положение между нормой и патологией или находится в состоянии так называемого замутненного сознания (галлюцинации, бред, гипнотическое состояние).
Один из видов необычного мышления получил название аутизма. Известный исследователь этого вида мышления Э. Блейер писал по поводу этого: „ Шизофренический мир сновидений наяву имеет свою форму мышления, … свои особые законы мышления... Мы наблюдаем действие этих механизмов… и в обычном сновидении.., в грезах наяву как у истеричных, так и у здоровых людей, в мифологии, в народных суевериях и в других случаях, где мышление отклоняется от реального мира”[6].
Мысли человека при аттическом мышлении подчиняются не логике и разуму, а эффективным потребностям, следуют за ними, отражают их силу, динамику.
Существенное отличие человека как вида от животных состоит в его способности рассуждать и мыслить абстрактно, размышлять о своем прошлом, критически оценивая его, и думать о будущем, разрабатывая и реализуя рассчитанные на него планы, программы. Все это вместе взятое связано со сферой человеческого сознания. Особо важное значение для развития человеческого сознания имеет продуктивный, творческий характер человеческой деятельности. Сознание предполагает осознание человеком не только внешнего мира, но и самого себя, своих ощущений, образов, представлений и чувств. Иного пути осознания этого, кроме получения возможности «видения» собственной психологии, опредмеченном в творениях, для человека нет. Образы, мысли, представления и чувства людей материально воплощаются в предметах их творческого труда и при последующем восприятии этих предметов именно как воплотивших в себе психологию их творцов становятся осознанными. Поэтому творчество есть путь и средство самопознания и развития сознания человека через восприятие им своих собственных творений.
3. 2. Каждому человеку присуще такое явление как эмоции. Эмоции- особый класс субъективных психологических состояний, отражающих в форме непосредственных переживаний, ощущения приятного или неприятного, отношения человека к миру и людям, процесс и результаты его практической деятельности.
«То, что радует человека, что его интересует, повергает в уныние, волнует, что представляется ему смешным, более всего характеризует его сущность, его характер, индивидуальность»[12].
Люди как личность в эмоциональном плане отличаются друг от друга по многим параметрам: эмоциональной возбудимости, длительности и устойчивости возникающих у них эмоциональных переживаний, доминированию положительных или отрицательных эмоций. Но более всего эмоциональная сфера развитых личностей различается по силе и глубине чувств, а также по их содержанию и предметной отнесенности. По характеру эмоции, которые у человека вызывать представленные в тестах ситуации и предметы события и люди, судят об их личностных качествах. Экспериментальным путем было установлено, что на возникающие эмоции большое влияние оказывают не только сопровождающие их вегетативные реакции, но и внутренние - пристрастная, субъективная интерпретация вероятных последствий воздействия на эмоции данного стимула. Через психологический настрой, когнитивный фактор оказалось возможным в широких пределах манипулировать эмоциональными состояниями людей. Это лежит в основе разнообразных систем психотерапевтических воздействий, распространившихся в нашей стране за последние годы.
Эмоция, выраженная в чувстве, желании, влечении или страсти, несомненно, содержит в себе побуждение к деятельности. Чувства одновременно содержат в себе и выражают отношение и побуждение человека, причем и то и другое в глубоком человеческом чувстве обычно слито. Высшие чувства, кроме того, несут в себе нравственное начало.
Одним из таких чувств является совесть. Она связана с нравственной устойчивостью человека, его принятием на себе моральных обязательств перед другими людьми и неукоснительным следованием им.
Эмоции входят во многие психологически сложные состояния человека, выступая, как их органическая часть. Такими комплексными состояниями, включающими мышление, отношение и эмоции, являются юмор, ирония, сатира и сарказм, которые также можно трактовать как виды творчества, если они приобретают художественную форму.
Юмор – это эмоциональное проявление такого отношения к чему-либо или к кому-либо, которое несет в себе сочетание смешного и доброго. Это смех над тем, что любишь, способ проявления симпатии, привлечения внимания, создания хорошего настроения.
Ирония – это сочетания смеха и неуважительного отношения, чаще всего пренебрежительного. Такое отношение, однако, еще нельзя назвать недобрым или злым.
Сатира представляет собой обличение, определенно содержащее осуждение объекта. В сатире он, как правило, представляется в неприглядном виде.
Трагизм – это эмоциональное состояние, возникающее при столкновении сил добра и зла и победе зла над добром.
Много интересных наблюдений, красочно и жизненно правдиво раскрывающих роль эмоций в человеческих личных взаимоотношениях, сделал известный философ Б.Спиноза.
«Природа людей по большей части такова, что к тем, кому худо, они чувствуют сострадание, а кому хорошо, тому завидуют и … относятся с тем большей ненавистью, чем больше они любят что-либо, что воображают во владении другого».
«Если кто воображает, что тот, кого он любит, питает к нему ненависть, тот будет в одно и то же время и ненавидеть, и любить его».
«Ненависть увеличивается вследствие взаимной ненависти и, наоборот, может быть уничтожена любовью» [22].
Особое человеческое чувство, которое характеризует его как личность, - это любовь. О смысле этого чувства в его высшем, духовном понимании хорошо сказал Ф. Франкл. Настоящая любовь, по его мнению, и представляет собой вступление во взаимоотношения с другим человеком как духовным существом. Любовь является вхождением в непосредственные отношения с личностью любимого, с его своеобразием и неповторимостью»[23]. Человек, который любит по – настоящему, меньше всего задумывается о каких-то психических или физических характеристиках любимого. Он задумывается в основном о том, чем данный человек является для него в своей индивидуальной неповторимости. Этот человек для любящего никем не может быть замещен, каким бы совершенным сам по себе этот «дубликат» не был. Настоящая любовь представляет собой духовную связь одного человека с другим подобным ему существом.
3. 3. Тут же можно порассуждать на тему вражды между людьми. Во-первых, потому, что эти отношения – антиподы, во-вторых, вражда нередко возникает на основе выражения дружеских и других несложившихся интимных отношений, в-третьих, дружба, любовь и вражда находятся на различных точках одного и того же континуума человеческих межличностных отношений. Но вместе с тем вражда не зависима от остальных отношений и может возникнуть самостоятельно, из индифферентных поначалу отношений.
Отношения типа вражды можно определить как проникнутые взаимной неприязнью и ненавистью людей. Следует признать, что в обществе в периоды революционных преобразований такие отношения проявляются не реже, чем дружеские и любовные.
Люди, обладающие разным жизненным опытом, естественно, не понимают друг друга, и чем больше эти различия, тем глубже может стать недопонимание между ними. Само по себе оно, конечно, еще не ведет к вражде. Но, усугубляясь желанием во что бы то ни стало обратить другого в свою веру, оно может породить взаимную неприязнь людей.
Потенциально конфликтной является ситуация в которой два или несколько индивидов имеют противоречивые, несовместимые друг с другом мотивы поведения. Каждый из них, преследуя свои личные цели, основанные на этих мотивах, невольно препятствует достижению целей других индивидов, и чем значительнее мотивационные различия, чем весомое соответствующие мотивы для людей, вовлеченных в данную конфликтную ситуацию, тем большее чувство неприязни у них возникает в отношении друг друга.
Возникшая вражда всякий раз вызывает у одного из общающихся скрытую или открытую неприязнь, бессознательную установку на противодействие. В результате все его поведение в отношении другого человека с самого начала оказывается направленным на то, чтобы доставить ему неприятности.
Вражда между людьми, когда она уже возникла, становится трудно устранимой, так же связанные с ней отрицательные эмоциональные и мотивационные установки являются весьма устойчивыми, возникают автоматически и с трудом контролируются сознанием. Это не значит, что враждебные отношения между людьми невозможно исключить; это лишь означает, что их легче предупредить, чем изменить тогда, когда они уже возникли.
Следовательно, сознание и мышление – это своеобразное обобщение личностью того способа жизни, которого она сумела достичь в конкретных условиях. Именно в способности человека рассуждать и мыслить абстрактно, размышлять о своем прошлом, критически оценивая его, строить планы на будущее и состоит существенное отличие человека как вида. Кроме того, каждому человеку присуще такое явление как эмоции, отражающие отношения человека к миру и людям, процесс и результаты его практической деятельности.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Познание и взаимное воздействие людей друг на друга – обязательный элемент любой совместной деятельности, даже если ее целью не является прямое решение задач воспитания и она всецело направлена на достижение какого – то материального результата. От того, как люди отражают и интерпретируют облик и поведение и оценивают возможности друг друга, во многом зависят характер их взаимодействия и результаты, к которым они приходят в совместной деятельности.
Главными видами деятельности, в которых люди выступают субъектами познания других людей, являются общение и труд.
В процессе общения достигается взаимопонимание, слаженность при выполнении работы, растет способность прогнозировать поведение друг друга в тех или иных обстоятельствах или, наоборот, возникают конфликты и моральные противоречия, разлад в работе, проявляется неспособность предугадать поведение партнера по общению. Достижения положительного результата в общении, как правило, связано с адекватным чувственным отражением друг друга общающимися субъектами, накоплением и правильным обобщением ими информации друг о друге. Отрицательный результат в общении часто оказывается следствием неадекватностью отражения общающимися друг друга, недостаточностью и неправильного истолкования информации, которой каждый из них располагает.
Место человека в обществе, его классовая принадлежность, роль в процессе создания материальных ценностей и усваиваемые им в связи с этим морально - эстетические нормы всегда сказываются на объективности восприятия и понимания этим человеком других людей, на том отношении, которое у него к каждому из этих людей складывается.
Отражение человеком других людей нельзя рассматривать как нечто статичное, раз и навсегда данное. Развитие индивида как субъекта познания других людей проходит много фаз и этапов, которым соответствуют и глубокие изменения в структуре индивидуального сознания. Мысли, чувства и поведение человека по отношению к другим людям свидетельствуют об общем развитии личности.
Особенности, образующие внешний облик и поведение человека, многообразны, и все они для других людей могут выступать носителями определенной информации и играть роль сигналов. По одним признакам, входящим во внешний облик человека, люди судят о его расовой и национальной принадлежности, по другим – о поле и возрасте, по третьим – о социальной принадлежности и уровне культурного развития. Во внешнем облике и поведение каждого человека имеются признаки, наблюдая которые люди выводят заключение о характерологических особенностях другого человека, его способностях, испытываемом им состоянии.
Анализ показывает, что признаки – сигналы, из которых слагаются внешний облик и поведение человека, могут иметь для других людей осведомительное значение и выполнять регулятивную, или прагматическую функцию. Будучи отраженными, признаки - сигналы актуализируют в сознании воспринимающего субъекта большую или меньшую систему знаний, которую он привык связывать с каждым из этих сигналов, и предупреждают его о необходимости определенного поведения по отношению к тому человеку, которому этот признак – сигнал присущ.
Осведомительная и регулятивная функции сигнала тесно связаны, но полностью не покрывают друг друга. При богатстве связей с другим человеком и при наличии сравнительно высокого уровня психологической и гражданской зрелости взаимодействующий субъект может воспринять в другом человеке значительное число признаков – сигналов. Но, как правило, лишь часть этих сигналов становится регулятором поведения познающего субъекта при взаимодействии с воспринимаемым человеком.
Чем ограниченнее опыт общения индивида, тем меньше его способность (возможность) воспринять сигналы, которые несут только осведомительную, но не регулятивную информацию о взаимодействующем с ним человеке. С другой стороны, смысловая наполненность сигнализации о другом человеке может возрастать при отражении его познающим субъектом в процессе совместной деятельности, но она может не использоваться при организации взаимодействия с этим человеком некоторое время или же не использоваться вообще.
Таким образом, можно сказать, что, познавая окружающий нас мир и его социальные стороны, мы отражаем и воспроизводим этот мир в своем мышлении. Поскольку человек – существо социальное, то и его познавательную деятельность надо рассматривать в определенном социальном контексте. В соответствии с когнитивным подходом поведение человека обусловлено тем, как он воспринимает ту или иную конкретную социальную ситуацию. Как правило, любой из нас, прежде всего, стремится понять данную ситуацию, объяснять ее для себя и оценить соответствующим образом, с тем, чтобы определить свои последующие действия.
Таким образом, мы видим, что восприятие и познание человека человеком - это многогранный и длительный процесс, о котором можно долго говорить и анализировать, привлекая экспериментальные данные, профессиональные и индивидуальные особенности людей.
ЛИТЕРАТУРА
Андреева Г.М. Соц.псих. Учеб. Для высш. Учебн. Заведений .- М.: Аспект Пресса., 2001. – С. 117 – 120.
Андреева Г.М. Социальная психология.- М. : Аспект Пресс, 2002.
Андриенко Е.В. Социальная психология. М. 2001.- С. 141
Бандурка А.М. Психология управления. / А.М. Бандурка, С.П. Бочарова, Е.В. Землянская.- Х.: Фортуна - Пресс, 1998. - 464с
Баталов А.В. О заманчивой и каверзной профессии. В кн. «Эстетическое воспитание в семье». М., 1966, С. 91
Блейер Э. Аутическое мышление // Хрестоматия по общей психологии: Психология мышления. – М., 1981. – С.113
Бодалев А.А. Формирование понятия о другом человеке как личности. Л., 1970, С. 54-55
Выготский Л.С. История развития высших психологических функций. Собр. соч.- М., 1983, т.2 С. 196.
Головнева И.В. Особенности межличностного восприятия / И.В. Головнева, И.В. Ламаш, С.А. Константинова; Нар. Укр. Акад. Кафедра социальной работы и психологии- , 2001.- 48 с. – ( Советы психолога) С.123
Дрункер К. Подходы к исследованию продуктивного мышления // Хрестоматия по общ. психологии. Психология мышления.- М., 1981. –С .37
Кон И.С. Открытие «Я». - М., 1978 -С.110
. Крюгер Ф. Сущность эмоциональных переживаний // Психология эмоций: Тексты. –М., 1984. –С.108
Немов Р.С. Психология. Учебн. для студентов высш. пед. учебн.заведений. В 3 кн. Кн.1.Общие основы психологии. – 2 –е изд. –М.: Просвещение: ВЛАДОС, 1995 – 576с.
Панферов В.М. Восприятие и интерпретация внешности людей «Вопросы психологии», 1974, № 2. С. 59
Парыгин Б.Д. Основы соц.- псих. теорий. – М., 1971
16.Парыгин Б.Д. Руководство и лидерство //