Xreferat.com » Рефераты по психологии » Электоральная интеграция

Электоральная интеграция

которой «можно обратиться», «пойти поплакаться», получить помощь в решении своих проблем.

Ожидание большей социальной защищенности как мотивация выбора наиболее характерна для пенсионеров и низкооплачиваемых категорий работающих, независимо от возраста. Однако, важно отметить, что в иерархии мотивов относительно обеспеченных избирателей проблема незащищенности и назревших социальных перемен звучала также достаточно убедительно.

Обращают на себя внимание влияющие на выбор и работавшие в позитиве корпоративные мотивы избирателей. Людям хотелось выбрать «действительно свойского», «профессионала» в ожидании лоббирования интересов этой группы, с надеждой, что «например, армия поднимется», или голосуя из чувства солидарности - «за врачей и учителей обидно».

Работа на позитив касается и мотива присоединения к авторитетному мнению в процессе голосования, когда выбор падает на человека, «который пользуется авторитетом у большинства представителей партий, министров».

Кроме того, можно назвать целый ряд факторов, усиливающих эти тенденции в общественных настроениях и являющихся для отдельных категорий населения инструментальными мотивами для голосования.

Так, именно для социально незащищенных категорий в выборе при голосовании имеют существенное влияние ностальгические мотивы, связанные с прошлым. Подавляющее большинство голосующих за КПРФ голосуют за «светлое прошлое». «В основе решения, за какую партию голосовать – собственные воспоминания», «ведь раньше я же помню, как это было», «в годы застоя у меня было счастливое детство», «при коммунистах кушала конфетки», «народ перепробовал буквально все – опять возвращается к старому», «коммунисты – это последняя надежда, надежда, что будет стабильнее», «может, они вернут что-то». Можно отметить еще две темы мотивации голосования за КПРФ: тема детей, «беспокойства об их будущем» («вот у меня ребенок заходит сейчас в магазин, и хоть глаза закрывай ей», «и я думаю, как мой ребенок будет учиться»); тема загнанной в подполье и задавленной властью КПРФ - мученический ореол компартии как оппозиции уже сложился в сознании населения к 2000 году (использовали «деньги в коробке из-под ксерокса, чтобы не прошел Зюганов», «коммунисты прошли везде, а «Единство» в зале»).

Анализ мотивации голосования сторонников КПРФ показывает исключительно эмоциональную основу позитивного образа прошлого (естественные положительные воспоминания о молодости). Участники исследования реально оценивали невозможность возврата старого, понимали, что политика нынешних коммунистов будет иной.

Однако, в высказываниях избирателей обращала на себя внимания еще одна тенденция - актуализированная потребность в понятном для каждом образе будущего. Конкретные названия перспективы пути при социализме («развитой социализм», «социализм с человеческим лицом» и т.д.) создавали иллюзию ясности и достижимости цели, знания властями, «куда мы идем», упорядоченности движения. Причем неконкретность названия, затрагивающего в то же время важнейшие установки, позволяла людям быть свободными в своих фантазиях, а придуманный ими позитивный образ будущего делало их жизнь осмысленной, трудности - временными, снимало напряжение и страх перед неопределенностью, позволяло не думать и не беспокоиться о завтрашнем дне.

Для многих опрошенных в основе ностальгических мотивов лежала размытость перспективы, блокированная потребность в безопасности, удовлетворяющаяся, в том числе, и благодаря наличию ясного, позитивного, а, значит, защищенного будущего. Обращало на себя внимание преобладание образности в представлениях людей о будущем.

Выявленная в ходе обработки материалов тенденция персонификации выбора создавала основу для предпочтения стратегии с опорой на личность, а не идеи.

Обилие жалоб на плохую агитационную работу и недостаток информации («агитация у нас нулевая», «никто ничего толком не сказал», «голосовали вслепую»). При этом из беседы выяснялось, что «листовки были», «газетами завалили», приносили календари, видели фото. Но, вопреки многочисленным печатным агитационным материалам, складывалось впечатление о нулевой агитационной работе. На вопрос, что же было не так, люди отвечали всегда одно и то же - «не было личных встреч».

Личные встречи, беседы с кандидатами или с официальными представителями избирательных комиссий отмечались практически всеми опрошенными как наиболее предпочитаемая форма агитации, вызывающая наибольшее доверие («нужно воочию его увидеть, поговорить с ним», «мне хотелось на него посмотреть, услышать, что он говорит», «по одномандатным легче, потому что можно пообщаться с этим человеком», «у многих какие-то вопросы, сомнения, при личном общении это проще»).

«Живое» общение (не обязательно с самим кандидатом), судя по реакциям участников исследования, служило мощным ресурсом для завоевания голосов избирателей. Однако агитационная работа в виде открытой пропаганды и призывов вызывает у населения недоверие в связи с информированностью о небескорыстном участии агитирующих в этой работе. Большее доверие, по словам участников опроса, будет вызывать встреча с человеком, который имеет официальные полномочия, не агитирует ни за кого, цель которого - проинформировать обо всех кандидатах и помочь людям разобраться. Таким образом, наиболее действенным методом работы агитаторов могла быть в сложившихся на тот период условиях косвенная, завуалированная реклама под прикрытием правдоподобной «легенды», грамотно построенного политического мифа.

Как особенность формирования впечатления о политиках в условиях обилия противоречивой информации, создающего дефицит возможности использования логики и здравого смысла, нужно отметить усиление тенденции связывать кандидата ассоциативно по отдельным совпадающим характеристикам с образом известного исторического лица или политического деятеля. В этом случае образ кандидата идентифицируется с узнаваемым образом, и происходит автоматический перенос личностных качеств, заслуг, авторитета.

В практике бесед с участниками исследования неоднократно встречались сравнения политиков, относительно которых еще не сложились однозначные оценки, с политиками, имеющими яркий узнаваемый образ: люди готовы видеть сходство Путина со Сталиным и Андроповым, оценивая это в позитиве; в ходе исследования зафиксирован факт, когда приписанное сходство кандидата с генералом А.Лебедем в какой-то степени послужило толчком для голосования за него.

Отметим, что тенденция влияния образных ассоциаций на мотив голосования за того или иного кандидата может быть использована как в агитации «за», так и «против».

Таковы в основном итоги изучения мотивации голосования «За».

При изучении мотивов протестного голосования удалось выявить следующее.

Мотив голосования «против» из-за недоверия к власти: «доверия абсолютно никакого нет», «я вот обманута на каждом шагу, для народа ничего не делают», «я ни во что не верю», «для людей ничего не делают», «администрация не чешется», «что ходить, все равно без нас выберут, без нас сделают», «читаю ответы на письма той, которая сейчас вроде бы оседлала Медведя – кроме отписки ничего не содержат», «нас убеждают, что руководители высокопрофессиональные – значит, если дела идут плохо, значит, не хотят», «заставят проголосовать».

Мотив голосования «против» усиливающегося социального неравенства: «такой разницы между нищими и богатыми не было, все-таки люди могли себе позволить что-то», «раньше не было такого ярко выраженного: богатый и нищий, богатые даже жили скромненько», «не было такой границы между бедными и богатыми», «вот они делят портфели – побольше, получше урвать, нажились, а мы на себе ничего не ощущаем», «детей своих отправили за границу учиться», «какой же он народный президент, если народ его не может убрать», «у нас только народ наказывают, больше никого», «вот реально взял бы он депутатам сделал бы нашу зарплату или нам их, почему бы не убрать у них немножко», «неприкосновенность – это воры в законе просто, он по закону ворует, а если я что-то украду, меня в тюрьму» «они в открытую говорят – вы быдло», я «за отмену льгот, неприкосновенности».

Протест против «агитационной вакханалии» («отталкивает, потому что у всех одно и то же», «ну, и кому верить, друг друга грязью поливают», «одни говорят так, другие совершенно иначе», «информация об этих кандидатах в основном на уровне сплетен, сплетни ходили одни страшнее других, поэтому я сделала выбор против всех», «мы голосовали, чтобы хотя бы наши бюллетени не использовали, а не для того, чтобы выбрать», «голосуем для галочки, для отвода глаз», «хоть душу отвести»).

Протест обиды из-за испытанного неуважительного отношения к себе со стороны власти, уязвленного самолюбия. В этой связи необходимо сказать об обостренной в данных условиях чувствительности людей к любого рода пренебрежительному отношению сверху, обману, невысокой оценки их самолюбия, гордости, интеллекта и т.д. («над народом смеются в открытую – дурака валяют в пыли – точно Ванька-дурак», «просто обидно за врачей, учителей», « как про нас сказали - на минимальной зарплате работают те, кто работать не хочет, тунеядцы», «люди, которые в школе работают, которые детьми занимаются – это тунеядцы, это сверху идет такое», «он вон уже пенсионерам прибавил 20%, он их уже купил», «обе встречи не состоялись, и я сразу решила, что за него я голосовать не буду»). Обостренная чувствительность провоцирует парадоксальные, на первый взгляд неадекватные реакции (возмущение 20%-ой надбавкой к пенсии - «купил»).

В подобных условиях любая прямая агитация «за», акцент только на позитивном в деятельности, запоздалое выполнение обещаний, административный нажим влечет рост протестных настроений: («прошедшие выборы опровергли представление о нашей администрации: кого-то хотят продвинуть – начинают его хвалить», «администрация района его пропагандировала, они упирались на это и говорили, что нужно бы за него голосовать»). Снижению негативного влияния данного фактора может способствовать использования косвенной политической рекламы (например, «рядовые», без предвыборного ажиотажа и пафосности, публикации в СМИ материалов о плановой деятельности властных структур, строгое дозирование «заказных» статей).


Избирательные технологии - средство электоральной интеграции


Регулярное проведение свободных выборных кампаний - один из характерных признаков гражданского общества. Результаты выборов при этом являются более или менее точным отражением степени интеграции социума на основе какой-либо политической идеи или же отсутствия таковой, то есть социальной дезинтеграции. Нужно отметить, что формирование представительной власти как результат выборов в демократическом обществе является прямым следствием электоральной интеграции.

Сближение отношений и мнений избирателей происходит на основе какого - либо фактора, оказывающего влияние на их политическую позицию. В качестве такового могут выступать не только традиционные по форме управления и источнику происхождения (призывы, программы, лозунги и проч.) но и нетрадиционные, нередко остающиеся за пределами внимания, информационные воздействия. Последние не имеют непосредственного отношения к целенаправленному влиянию на население (к ним можно отнести слухи, события, в том числе случайные, стечение различных обстоятельств, природные явления, события местного характера и проч.).

Введение термина «электоральная интеграция» позволяет отнестись к результатам выборов в традициях синергетики. Это означает не только констатацию факта возникновения порядка (доминирующего выбора) из видимого исходного хаоса мнений, но и признание отсутствия линейной зависимости между интенсивностью усилий по сближению позиций избирателей и реальными результатами этого процесса.

Традиционно сложившаяся точка зрения в отношении избирательных технологий связана с их манипулятивным характером и может быть сведена к следующему. Любая избирательная технология направлена не только и не столько на актуализацию элементов гражданского сознания избирателя, сколько на актуализацию положительного отношения к какой либо из предлагаемых для выбора партий или кандидатур. Мнения и оценки избирателей даже при одном и том же результате голосования в целом различны. Целью избирательной технологии является электоральная интеграция, то есть достижение большего или меньшего сходства в различных оценках избирателей существующей ситуации, кандидата или партии и других факторов предвыборной кампании. Электоральная интеграция динамична, ее основания имеют выраженные временные ограничения существования.

Наблюдения за ходом выборных кампаний на выборах президента РФ, в Государственную Думу, органы местного самоуправления показывают, что за последние 4-5 лет у избирателей заметно снизился интерес к политическим программам как повода для электоральной интеграции. Достаточно заметить практически полное отсутствие предвыборной программы у В.В.Путина на последних выборах президента Российской Федерации. Подобное произошло и на состоявшихся в 2002 году выборах в Саратовскую областную Думу.

Наличие какой – либо программы депутата отнюдь не означало, что избиратели имели желание с ней ознакомиться. По данным многочисленных социологических опросов, проведенных накануне выборов, программа кандидата оказывается в лучшем случае на третьем-четвертом местах после личностных характеристик кандидата, его биографических данных, степени доверия ему. Место предвыборной программы заняла некоторая совокупность эмоционально привлекательных идей, что значительно отличается от избирательных кампаний начала девяностых годов прошлого столетия, когда программа была в числе значимых факторов выбора.

В последние 5-6 лет произошло качественное изменение основы для выбора. Один цикл политического развития явно сменился другим.

Циклические процессы в развитии общества лежат в основе изменений в политике и политической жизни. Эти процессы затрагивают все стороны жизни – и экономику, и политику, и строительство, и многое другое.

Политико - деловой цикл, по Ю.Плотинскому, составляет по продолжительности примерно 4 – 6 лет, что вполне согласуется со сложившейся избирательной системой.

Повторение цикла не может быть по понятным соображениям представлено как возврат к исходной точке. Суть перемены по отношению к проблеме электоральной интеграции, по-видимому, в том, что на передовые позиции в рамках одной и той же общественно-политической формации вместо одних национальных макроценностей как основы консолидации выходят другие. В последние годы постепенно отошли в сторону такие ценности как державность, мировое превосходство, мировое лидерство по конкретным позициям (космос, спорт, социальная защищенность и др.), соборность, им на смену пришли ценности потребительского общества, прагматизм, индивидуализм и др.

Повторение политико-делового цикла в рамках одной и той же общественно-политической формации происходит за счет закономерного насыщения привлекательности предложенной идеологии как основы для объединения. Старые политические мифы и система их презентации морально устаревают, что собственно и инициирует радикальное изменение содержания избирательных технологий в целях захвата или удержания власти.

Циклический характер электоральной интеграции хорошо известен на феноменологическом уровне. Достаточно напомнить слова, сказанные одним из самых уважаемых политиков Ш. де Голлем «…я надоел французам».

Циклы электоральной интеграции являются вторичными по отношению к циклам политико - деловой активности и, особенно, к экономическим циклам Н.Кондратьева. В интерпретации Ю.Плотинского каждая из четырех фаз цикла Н.Кондратьева (процветание, спад, депрессия, восстановление) имеет конкретные макропсихологические черты. В частности, космополитические ценности сменяются в определенной последовательности на консервативные, экономические и конфликтные. Привлекает внимание то, что депрессивной фазе цикла свойственны экономические ценности, что, собственно, и наблюдается в России в настоящее время.


Психолого-экономические факторы электоральной интеграции


Величина прожиточного минимума относится к одному из критериев, характеризующих экономическое неравенство людей. К бедным относятся те, чьи доходы ниже уровня бедности, определенного экономистами на основе расчетов. Однако наряду с объективными есть и субъективные оценки бедности. В последнем случае - это проявления отношения людей к собственному материальному положению. Отнюдь не случайно В.И. Ленин утверждал, что политика есть концентрированное выражение экономики.

Начало рыночных реформ в России сопровождалось не только падением реальных доходов населения, но и нарастанием масштабов в распределении материальных благ. В экономической психологии выделены три группы причин бедности: индивидуалистические (ответственность за бедность возлагается на поведение и черты личности самих бедных), структуральные (в бедности обвиняются экстремистское общество (вспомните «шоковую терапию!) и экономические силы), фаталистические (удача и судьба).

Источники бедности различны, однако бедность определяется как неспособность человека поддерживать минимальный уровень жизни.

Проведенные исследования личности бедных позволили выявить ряд устойчивых характеристик. К ним относятся и следующие.

Временная константа – кратковременные виды на будущее, «короткая перспектива», удовлетворение тех желаний, которые требуют времени, откладывается на неопределенное время, невозможно отложить менее ценные для будущего, но сиюминутные желания.

Пространственная константа – с бедностью чаще сочетается внешний локус контроля, человек считает, что события его жизни управляются другими людьми, лидерами, властью, случаем, богом и т.п., находящимися за пределами его возможностей к изменению.

Энергетическая константа – слабо выражено стремление к успеху, мотив достижения ослаблен, силен мотив избегания неудачи, люди боятся потерять то, что имеют.

Информационная константа – заниженная самооценка, снижена уверенность в своих силах, чувство собственного достоинства находится на заднем плане, «спрятано», низкая готовность отвечать за результаты своей работы.

Анализ психологии богатства гораздо реже встречается в литературе. Отмечается различие ценностей, норм поведения, морали богатых и бедных. Исследованию в основном подвергается отношение к богатым. Интересны исследования случаев внезапного обогащения (выигрыш в лотерею, получение наследства и т.п.). В последнем случае возникают серьезные проблемы с идентификацией самого себя в новом качестве (О.Дейнека), вплоть до разрушения системы отношений и ценностей.

В анализе бедности и богатства привлекает внимание момент аутоиндентификации, то есть причисление человеком самого себя к той или иной категории материального благополучия. Сам факт маркировки человеком себя как отнесенного к конкретной социальной группе служит основой не только для аутоидентификации, но и для отнесения себя к конкретной группе, групповой идентификации, («мы –бедные», или «мы –богатые») что само по себе в ситуации политического выбора стимулирует электоральную интеграцию. Классическим проявлением подобной электоральной интеграции служит так называемая «пролетарская классовая солидарность», злейшим врагом которой является экономическое благополучие населения.


Роль квазиидеалов в электоральной интеграции


Независимо от вида влияния на поступки и действия, направление активности во многом зависит от предшествующей готовности субъекта совершить поступки и действия именно так, как он это делает. Не обсуждая подробно проблему готовности, отметим, что любая готовность существует до того, как человек начал действовать.

Типичной разновидностью готовности служат стандарты личности, то есть представления человека о приемлемом для него способе удовлетворения потребностей. В этом плане возникновение у человека желания участвовать в выборах само по себе актуализирует некоторые стандарты не только того, как нужно организовать голосование и за какого из кандидатов предпочтительно отдать голос, но и определить диапазон отклонений от стандартов. В реальных предвыборных социологических исследованиях обычно ставится вопрос, за кого избиратель проголосует в первую очередь, во вторую и т.д.

В качестве одного из проявлений стандартов в отечественной психологии традиционно выступают идеалы.

Идеал – образ, основной характеристикой которого служит безусловная приемлемость для человека результата его действий в ситуации достижения определенной цели. Не нуждается в обосновании тот факт, что идеал относится к виртуальной реальности. В обычных условиях отношение субъекта к результату собственных действий - компромисс между наилучшим (и чаще всего недостижимым) и реальным (в той или иной мере устраивающим). Именно изначальная открытость субъекта для подобного компромисса, неизбежность рождения компромиссного идеала, является основой для социального управления. Можно догадываться о том, что послужило причиной компромисса, однако источник компромисса – сам субъект.

По иному обстоит дело в ситуации социального управления. На место компромиссных идеалов в данной ситуации становятся идеалы, названные нами квазиидеалами. Отличие квазиидеалов от компромиссных идеалов, принимаемых самой личностью, состоит в том, что для ситуации возникновения квазиидеалов неизбежно прямое вмешательство второй стороны, более или менее дистанцированной от субъекта. В случае положительного результата подобного вмешательства также достигается компромисс, при этом субъект вынужден вполне осознанно учитывать позицию второй стороны.

Возможны различные комбинации участников рождения квазиидеала: личность плюс государство, личность плюс политическая организация, личность плюс семья и т.п.).

Примером возникновения квазиидеала служат выборы в ситуации практического отсутствия выбора.

Включенные в избирательный бюллетень кандидаты не устраивают избирателя, однако один в чем-то лучше остальных, хотя и характеристики данного кандидата также далеки от желаемых избирателями. Принятие решения может пойти как по линии протестного голосования (отвержение компромисса), так и по линии голосования за того, который чуть лучше. Налицо вынужденный компромисс, выбор объективно худшего среди еще более худших. В основе действий вторых избирателей лежал именно квазиидеал.

Квазиидеал навязывается субъекту извне, в этом состоит одна из его основных особенностей. Компромисс при возникновении компромиссного идеала идет как бы от личности к ситуации, в случае возникновения квазиидеала – от ситуации к личности.

Мотивация электорального выбора


Принятие избирателем на выборах политически значимого решения, происходящее под влиянием определенных стандартов чаще всего не является следствием и результатом постановки соответствующей цели и более или менее развернутого мыслительного действия (цепи мыслительных действий).

Многочисленные наблюдения на выборах показывают, что для случаев принятия решения о результате личного голосования типична такая ситуация: значительная часть электората принимает решение о голосовании за того или иного кандидата непосредственно в кабине для голосования. Мотивация при этом имеет выраженный эмоциональный характер, люди не задумываются о функциональных возможностях кандидата как политика, отстаивающего их интересы на государственном или региональном уровне. Непосредственная причина исхода голосования, результирующая мотивация, включает в свою структуру ряд элементов, нередко не имеющих прямого отношения к сути происходящего, в их числе - оценок, стандартов, интересов и ряд других.

Результирующая мотивация чаще всего складывается ситуативно, в особенности у тех избирателей, которых при социологических опросах обычно относят к группе неопределившихся. Эти избиратели отмечают в вопроснике ответ «Не знаю» (варианты: «Пока что не решил», «Решу в кабине для голосования» и т.п.). Эта ситуативность, на наш взгляд, объясняет некоторые значительные, а порой и парадоксальные, различия реальных результатов голосования и прогнозируемых. Подобный путь окончательного оформления мотивации приводит к тому, что избирателями, к примеру, в расчет не берется компрометирующее уголовное прошлое кандидата, или скупка голосов избирателей по очень скромной цене, и это оказывает решающее воздействие на итоги голосования.

Не выдерживают критики представление результатов голосования как имеющих спонтанный характер. Основной вопрос состоит в причинах, по которым избиратели не определяются со своим выбором заранее. Если оставить в стороне оценочное мнение о пассивности избирателей или о непонимании ими происходящего в политической жизни, то в первую очередь нужно принять во внимание тот факт, что люди пришли на выборы, получили бюллетень и произвели с ним необходимые действия. Не исключено, что кто-то сделал это по привычке, сложившейся в течение многих лет, однако опросы на выходе из помещения избирательного участка после голосования показывают, что «случайный» выбор не коррелирует с возрастом избирателей, решение о том, за кого голосовать принимается непосредственно в кабине для голосования и молодыми, и пожилыми избирателями.

Отвечая на вопрос – «А почему люди приходят на избирательные участки и голосуют?» можно предположить, что причина состоит в том, что в основе принятия решения о голосовании лежит актуализированная по данному поводу потребность во власти. Актуализирует данную потребность не столько политическая ситуация, сколько сам факт подготовки к выборам, предвыборная агитация и политическая реклама. Именно эта потребность в итоге служит основой возникновения мотивации для постановки цели и задачи политического выбора. Ярким подтверждением данного предположения служит феномен протестного голосования, когда люди целенаправленно приходят на выборы не для того, чтобы проголосовать за кого-либо, а чтобы поставить в бюллетене для голосования отметку в строке «Против всех». В пользу высказанного положения служит известный факт значительного расхождения рейтингов популярности политиков до объявления выборов и в ходе самой избирательной кампании. Например, рейтинг губернатора Саратовской области Д.Ф.Аяцкова до начала избирательной кампании был гораздо ниже, чем в период ее завершения. Можно, разумеется, утверждать, что рейтинг возрос вследствие агитации за данного кандидата, однако, не преуменьшая роль агитации, нужно отметить, что избиратели должны быть готовы к восприятию агитационных материалов. Эта готовность возникает за счет изменения политической ситуации в связи с предстоящими выборами и возрастает вследствие изменения ситуации в целом. Малозаметное течение кампании не привлекает внимания избирателей и не повышает их готовность к восприятию политической рекламы.

«Случайный» по форме и внешнему выражению выбор также является политическим, как и «неслучайный», которому предшествовали размышления и, возможно, борьба мотивов.

Иллюстрацией к сказанному может послужить отчетливая и постепенно нараставшая в период с 1990 года тенденция в оценке избирателем самого факта его голосования за кого-либо на выборах. Вначале, при первых попытках организации выборов в России по демократическому принципу, голос как единица счета в пользу кого-либо из кандидатов или партий не имел для избирателя особой ценности, голосование носило привычно ритуальный характер.

Впоследствии, по мере накопления опыта участия в выборах «по-демократически», голос стал превращаться в своего рода товар, который приобрел конкретную стоимость, человек стал выступать в роли хозяина своего голоса и стремиться продать его как можно дороже. Голосование, участие в выборах постепенно приобрело характер политико-экономической сделки. Например, на муниципальных выборах в г. Энгельсе в 1999 г. проведенные в различных селах Энгельсского района фокус-группы позволили установить, что избиратели с смущением вспоминают о том, что на более ранних выборах их голоса кандидат в депутаты Ч. скупил за килограмм манной крупы и килограмм сахара. Общей характеристикой в оценках высказываний участников фокус-групп послужило то, что голос стоит дороже, в качестве условий голосования за конкретного кандидата нужно выдвигать другие, экономически более мощные, условия, как значимые лично для кого-то из избирателей, так и для микрорайона или села. Сам факт сознательной оценки избирателями ценности их голоса на выборах означает, что избиратели получили инструмент воздействия на происходящее в стране и тем самым приобщились к власти. По существу это и представляет собой актуализацию потребности во власти.


Проблема избыточной политизации


Потребность во власти не относится к категории базовых потребностей, хотя и может стать главенствующей в иерархии потребностей личности в определенных случаях.

Потребность во власти лежит в основе избыточной политизации общества. Избыточная политизация представляет собой случай преобразования привычной иерархии потребностей, при которой в основе лежат потребности органического ряда, потребности в продолжении рода, познавательные и другие.

Примером избыточной политизации применительно к конкретной личности может послужить следующий случай из практики личностного консультирования на базе Саратовского городского «Телефона доверия» 1993 года, в период ГКЧП, защиты в Москве «Белого дома». На прием пришла женщина с детьми младшего школьного возраста и рассказала о безвыходной ситуации, в которой она оказалась. После пожара семья осталась без крова над головой, власти одного из районов г.Саратова поселили семью в общежитие. Стены комнаты промерзали насквозь, дети стали часто болеть, и отец принял решение - самовольно занять незаселенную квартиру в поселке «Юбилейный» Саратова. Через некоторое время пришли законные владельцы квартиры и потребовали ее освободить. В это время начались известные события вокруг «Белого дома» и отец семейства направился из Саратова в Москву, защищать демократию. Семья оказалась в критической ситуации, без средств к существованию.

Подобные изменения при избыточной политизации общества приобретают массовый характер и служат отражением факта массовой актуализации потребности во власти. Достаточно вспомнить поэзию М.Светлова «… Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю крестьянам в Гренаде отдать…»

Нужно отметить, что при значительном разнообразии форм актуализации данной потребности, общим для ее динамики моментом при избыточной политизации служит то, что растет ее амплитуда, что она поднимается на несоразмерно высокий уровень. Возможным и нередко наблюдаемым следствием подобного роста амплитуды потребности во власти служит угроза стабильности социума. Трагизм гражданской войны состоит именно в резко выраженной и избыточной политизации социума, при которой брат идет войной на брата, а отец – на сына.

Поддержание стабильности социума в годы сталинских репрессий осуществлялось за счет страха перед властью. Наказание было неотвратимым и неожиданным, никто не мог чувствовать себя в безопасности. Этот принцип доведенного до совершенства коммунистического управления живет и по настоящее время у значительной части чиновников, особенно пришедших во власть из партийных и комсомольских органов. Тем не менее, в годы сталинизма народ в своем большинстве поддерживал власть, явка на выборы была чрезвычайно высокой и без дополнительный усилий со стороны организаторов.

Д. Гранин так описывает свои переживания по поводу известия о смерти И.В.Сталина: «…Я тут же отправился на Дворцовую площадь Ленинграда… Все огромное пространство было заполнено рыдающим, растерянным, потрясенным народом. Никто не проводил митингов, не произносил речей - нет. Люди интуитивно собрались вместе, чтобы заслониться, спрятаться от горя. Слишком страшно, жутко остаться в такую минуту одному». (Российская газета, 19.03.2003 г., № 51(3165))

Доказательством взаимосвязи избыточной политизации и потребности во власти служит и тот факт, что люди сравнительно легко переживают фрустрацию базовых потребностей, если есть прямая угроза смены власти, которую они поддерживают. Более того – выраженная в той или иной мере фрустрация закрепляется в сознании как необходимый параметр приемлемого стиля жизни. Люди довольствуются в этом случае малым и это считается нормой. Д.Гранин по этому поводу высказался так: « Как и миллионы других, мы верили в светлое будущее, во имя которого терпели коммуналки, голод, бытовые неудобства, идеологическую жандармерию и много еще чего…» ( там же).

В качестве меры для поддержания у населения принятия подобной нормы жизни в коммунистический период развития России использовалась тактика «железного занавеса», ограничения контактов с иностранными гражданами, зарубежных туристических поездок, помехи для работы радиостанций «Свобода», «Голос Америки», «Би-би-си» и других.


Объединяющий образ врага


В качестве другой меры служило и служит типичное для тоталитарных режимов состояние власти, постоянно ищущей врага и пропагандирующей образ этого врага. Сама власть при этом нередко

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: