Психологические особенности подростковой агрессивности
Еще одна из причин агрессивного поведения детей - влияние уровня агрессивности учителя на эмоциональное состояние класса. Учитель как бы индуцирует агрессивный фон поведения учащихся своей раздражительностью и подозрительностью по отношению к детям. Учитель подает пример агрессивного поведения детям, привыкающим к тому, что агрессия есть нормальный путь преодоления фрустрации.
Но причины агрессии не могут быть только вовне, во взаимоотношениях с другими людьми. Характерологические особенности самого ребенка, имея подчас биологическую детерминацию, также обусловливают его агрессивность [30, с. 24-25].
Гипервозбудимость, склонность к аффективным вспышкам, возникающим по ничтожному поводу, раздражение, зачастую изливаемое на случайно попавшихся под руку, эгоцентризм, упрямство - вот те черты характера, которые провоцируют акты агрессии.
Подводя итог вышесказанному, можно сделать следующие выводы:
- Становление агрессивного поведения – сложный и многогранный процесс, в котором действуют множество факторов.
- Основным фактором формирования агрессивного поведения, на наш взгляд, является семья и семейное воспитание. Немаловажным фактором становления агрессивного поведения является положение ребенка в кругу своих сверстников.
- Влияние каждого из них на становление агрессивного поведения различно и до сих пор изучено недостаточно.
Выводы по первой главе
Анализ психолого-педагогической литературы позволяет нам сделать определенные выводы.
Агрессивное поведение детей станет понятнее, если разобраться в сущности феномена человеческой агрессии. Обычно под агрессией понимают действие или только намерения действия, имеющие целью причинение вреда другому человеку. Это, конечно, узкая трактовка агрессии и агрессивности как свойства личности, в которой делается акцент на наличие разрушительных тенденций. Ведь человек не может в своей жизни что-либо созидать, не имея способности к устранению и разрушению препятствий, мешающих удовлетворению его потребностей.
Агрессия в человеческом обществе имеет специфические функции. Во-первых, она выступает средством достижения какой-нибудь значимой цели. Во-вторых, часто агрессия является способом замещения блокированной потребности и переключения деятельности. В-третьих, агрессия используется некоторыми людьми как способ удовлетворения потребности в самоутверждении и как защитное поведение.
Рассмотрев феномен агрессии, есть смысл обратиться к пониманию ее причин в разные возрастные периоды. Обычно говорят об агрессивности подростков. Но ничто не появляется на пустом месте. Уже в возрасте 2-3 лет возможны проявления настоящей агрессии, с угрожающими действиями, жестами, звуками, причинами которой чаще всего являются конфликты с родителями, в 4-6 лет причиной агрессии детей чаще выступают ссоры с братьями, сестрами или партнерами по игре. А после 8 лет на ребенка начинают оказывать влияние передачи телевидения, кино, детективы, наполненные различными проявлениями агрессии. За все школьные годы дети проводят у телевизора почти 15 тыс. часов. За это время они видят в среднем около 13 тыс. случаев насильственной смерти. Еще в исследованиях 70-х годов было установлено, что дети, видевшие по телевизору множество актов насилия, более склонны к агрессивным действиям, чем дети, не видевшие их.
Есть и другая позиция ученых, которые считают, что переживание своих чувств у экрана дает детям возможность тут же "разрядиться" и тем самым уменьшается их агрессивность. Полемика, развернувшаяся вокруг данного вопроса, показывает большую роль телевизионного насилия в становлении личности ребенка.
ГЛАВА II. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПОДРОСТКОВОЙ АГРЕССИВНОСТИ
2.1 Особенности проявления агрессивности у подростков
Исследования показывают, что агрессивные и неагрессивные подростки имеют различную степень привязанности к родителям и близости с ними. Предметом одного такого исследования [2, с. 89] было изучение особенностей идентификации с родителями агрессивных и неагрессивных мальчиков-подростков. В целом было установлено, что у неагрессивных подростков идентификация с собственными родителями выражена сильнее, чем у агрессивных. Однако степень различия между этими двумя группами подростков по идентификации с матерью и отцом оказалась неодинаковой. Наиболее сильные различия между агрессивными и неагрессивными подростками обнаруживаются по степени идентификации с отцом. Соответствующие различия по степени идентификации с матерью оказались менее выраженными. То есть идентификация с матерью, как у неагрессивных, так и у агрессивных подростков оказалась высокой и достаточно близкой по среднегрупповому показателю.
Последний факт, по нашему мнению, может быть проинтерпретирован как еще одно проявление особого значения матери в системе привязанностей и социальных отношений подростка. Очевидно, нарушения идентификации с матерью могут быть обнаружены не при любых, а только при очень серьезных нарушениях развития личности. Так, в одном исследовании [23, с. 48] было показано, что в системе отношений подростка к социальному окружению (в том числе определялось и отношение к отцу, а также к сверстникам) именно отношение к матери оказалось наиболее положительным. Было установлено, что снижение положительного отношения к матери, увеличение негативных дескрипторов (характеристик) при описании матери коррелирует с общим ростом негативизации всех социальных отношений личности. Можно полагать, что за этим фактом стоит фундаментальный феномен проявления тотального негативизма (негативизма ко всем социальным объектам, явлениям и нормам) у тех личностей, для которых характерно негативное отношение к собственной матери. В целом, как установлено в исследовании, негативное отношение к матери является важным показателем общего неблагополучного развития личности.
Формирование просоциального, неагрессивного поведения личности связано не только с механизмами отсутствия подкрепления или активного наказания, но и обязательно (и может быть, даже в первую очередь) с активным социальным научением неагрессивным формам поведения, конструктивным способам разрешения противоречий и реализации различных мотиваций личности. Ведь как установлено, наиболее выраженные различия между агрессивными и неагрессивными детьми обнаруживаются не в личностном предпочтении агрессивных альтернатив, а в незнании конструктивных решений. Таким образом, процесс социализации неагрессивного поведения включает приобретение системы знаний и социальных навыков, а также воспитание системы личностных диспозиций, установок, на основе которых формируется способность реагировать на фрустрацию относительно приемлемым образом.
Большинству существующих в современной психологии теорий агрессии не противоречит идея о взаимосвязи агрессии с теми или иными конкретными устойчивыми поведенческими паттернами. Или в других терминах — идея о взаимосвязи агрессии с определенными характерологическими типами. Такую связь допускает логика инстинктивистской и психоаналитической теорий агрессии. Эта связь не просто допускается, но, по существу, постулируется как обязательная в теории социального научения агрессии. Пожалуй, идея о взаимосвязи агрессии с теми или иными конкретными индивидуальными характерологическими особенностями менее характерна лишь для фрустрационной теории агрессии (да и то только для ее классического, первоначального варианта).
Констатация логичности взаимосвязи агрессии с определенными характерологическими типами не является еще, однако, решением проблемы по существу. Значительный теоретический и, может быть особенно, практический интерес представляет выявление конкретного типа связи между агрессией и вполне определенными (конкретными) характерологическими особенностями.
Предметом одного исследования было выявление взаимосвязи уровня агрессии с определенными характерологическими особенностями подростков 14-17 лет [22, с. 56].
Ожидаемыми и прогнозируемыми оказались полученные результаты, из которых следует вполне конкретная, четкая и сильная связь между возбудимой характерологией и различными проявлениями агрессии. «Возбудимость» положительно коррелирует с вербальной агрессией, раздражительностью, спонтанной агрессией, а также с косвенной агрессией.
Как известно, центральной особенностью возбудимой личности является импульсивность поведения. Вся манера общения и поведения у них в значительной мере обусловлена не логикой, не рациональным оцениванием своих поступков, а импульсом, влечением, инстинктом или неконтролируемыми побуждениями. В области социального взаимодействия, общения для них характерна крайне низкая терпимость. На этом фоне выявленная система корреляционных зависимостей представляется неслучайной и вполне логичной.
Гораздо более неожиданными оказались результаты, которые устанавливают недвусмысленную и вполне определенную связь между демонстративной характерологией и агрессивностью личности. Более того, оказалось, что структура связей в диаде «демонстративность— агрессия» практически полностью идентична структуре связей в паре «возбудимость—агрессия». Разница состоит не в структуре связей, а лишь в их силе. «Демонстративность» положительно коррелирует с вербальной агрессией, раздражительностью, спонтанной агрессией, с косвенной агрессией. Такая четкая и многоканальная связь демонстративности личности с агрессией действительно представляется неожиданной и странной, так как центральными, сущностными особенностями демонстративного поведенческого паттерна являются, как известно, вовсе не агрессия, а другие поведенческие особенности. К таким особенностям демонстративной личности традиционно относятся потребность и постоянное стремление произвести впечатление, привлечь к себе внимание, быть в центре внимания. Это проявляется в тщеславном поведении, часто нарочито демонстративном. Элементом этого поведения является самовосхваление, рассказы о себе или событиях, в которых эта личность занимала центральное место. Полученные данные о связи «демонстративность — агрессия» расширяют традиционные представления о демонстративной личности и позволяют взглянуть на проблему демонстративного поведения под иным углом зрения. С другой стороны, мы видим в этих данных еще одно подтверждение того, что агрессия и агрессивность представляют собой сложный личностный и поведенческий феномен, каузальную природу которого вряд ли когда-либо удастся описать какой-то единственной, одномерной, хотя бы и внутренне непротиворечивой моделью.
Внутри подросткового возраста, как у мальчиков, так и у девочек существуют возрастные периоды с более высоким и более низким уровнем проявления агрессивного поведения. Также психологами установлено, что у мальчиков имеются два пика проявления агрессии: 12 лет и 14-15 лет. У девочек тоже обнаруживаются два пика: наибольший уровень проявления агрессивного поведения отмечается в 11 лет и в 13 лет [11, с. 87].
Сравнение степени выраженности различных компонентов агрессивного поведения у мальчиков и девочек показало, что у мальчиков наиболее выражена склонность к прямой физической и прямой вербальной агрессии, а у девочек — к прямой вербальной и к косвенной вербальной. Таким образом, для мальчиков наиболее характерно не столько предпочтение агрессии по критерию «вербальная—физическая», сколько выражение ее в прямой, открытой форме и непосредственно с конфликтующим. Для девочек же характерно предпочтение именно вербальной агрессии в любых ее формах — прямой или косвенной, хотя косвенная форма оказывается все-таки более распространенной. Тенденция большей выраженности у мальчиков прямой агрессии (часто физической), а у девочек — косвенной вербальной, очевидно, является кросскультуральной, характерной для подростков различных этносов [10].
В исследовании Семенюк Л. М. (26) было показано, что если у 10-11-летних подростков преобладают проявления физической агрессии, то по мере взросления у подростков 14-15 лет на первый план выходит вербальная агрессия. Это, однако, не связано со снижением проявления физической агрессии с возрастом. Максимальные показатели проявления всех форм агрессии (как физической, так и вербальной) обнаруживаются именно в 14-15 лет. Но динамика роста физической и вербальной агрессии по мере взросления неодинакова: проявления физической агрессии хотя и увеличиваются, но незначительно. А вот проявления вербальной агрессии растут существенно более быстрыми темпами.
Можно отметить также, что в более младшем возрасте (10—11 лет) между разными формами агрессии существует достаточно слабая дифференциация. То есть, хотя они и выражены неодинаково, но различия между ними по частоте встречаемости невелики. В возрасте же 14-15 лет между различными формами агрессии обнаруживаются более четкие и явные различия по частоте встречаемости.
Структура проявления различных форм агрессии обусловлена одновременно как возрастными, так и половыми особенностями. В раннем подростковом возрасте у мальчиков доминирует физическая агрессия, а у девочек она выражена незначительно — они отдают предпочтение вербальной форме проявления агрессии.
Однако, как показывают исследования, уже в возрасте 12—13 лет как у мальчиков, так и у девочек наиболее выраженной оказывается такая форма проявления агрессии, как негативизм [16, с. 44]. Напомним, что под негативизмом в концепции агрессии/враждебности Басса-Дарки понимается оппозиционная манера поведения, обычно направленная против авторитета, которая может проявляться как в форме пассивного сопротивления, так и в форме активной борьбы против действующих правил, норм, обычаев.
Второе место по частоте встречаемости в указанный возрастной период у мальчиков занимает физическая агрессия, а у девочек — вербальная.
В более старшем возрасте (подростки 14—15 лет) у мальчиков доминируют негативизм и вербальная агрессия (которые представлены практически одинаково), а у девочек — вербальная агрессия. Физическая агрессия в этом возрасте не является доминантной формой проявления агрессии уже и у мальчиков. Следует отметить также, что, независимо от возраста, у мальчиков все формы агрессивного поведения выражены больше, чем у девочек.
В исследовании Реан А.А. (22) было показано, что уровень физической агрессии подростков 14—17 лет коррелирует с уровнем общей самооценки личности. Чем выше была самооценка, тем больше была выражена и склонность к проявлению физической агрессии.
Оказалось, кроме того, что парциальные самооценки, такие, как самооценка способности к лидерству и самооценка своего «физического Я», коррелируют с такой формой агрессии, как негативизм. Таким образом, оппозиционная манера поведения, направленная против авторитетов и установившихся правил, в большей степени характерна именно для подростков с высокой самооценкой своих лидерских потенций, а также для подростков, высоко оценивающих свою физическую привлекательность и телесное совершенство. Очевидно, в наибольшей степени подростковый негативизм выражен в том случае, когда обе эти парциальные самооценки «сходятся» в одной личности.
В том же исследовании было показано, что вербальная агрессия коррелирует с различными аспектами самооценки подростков. Так же как и в случае с негативизмом, уровень проявления вербальной агрессии выше у тех, для кого характерна высокая самооценка способности к лидерству. Кроме того, вербальная агрессия оказалась связанной с уровнем самооценки собственной самостоятельности, автономности и с самооценкой интеллекта. Таким образом, наибольшая вероятность проявления высокой вербальной агрессии также связана с высокой самооценкой личности, особенно если для этого подростка характерны представления о себе как о высокоавтономной, самостоятельной личности, отличающейся выраженной способностью к лидерству и высоким интеллектом.
Еще одна тенденция, которая обнаруживается в этих исследованиях, состоит в том, что более агрессивные подростки чаще имеют крайнюю, экстремальную самооценку — либо чрезвычайно высокую, либо крайне низкую. Для неагрессивных подростков более характерной тенденцией является распространенность средней по уровню самооценки. Так, если в группе высокоагрессивных подростков высокую самооценку имеют 31% испытуемых, то в группе неагрессивных такую самооценку имеют в два раза меньше подростков — 15%. Соответственно, низкую самооценку в группе высокоагрессивных имеют 25%, а в группе неагрессивных — только 15% [23].
Для понимания подростковой агрессии важное значение имеет не только рассмотрение самой по себе самооценки личности, но и анализ соотношения самооценки и внешней оценки, которая дается референтными лицами, например учителями или сверстниками. Если самооценка не находит должной опоры во внешнем социальном пространстве, если оценка подростка значимыми лицами из ближайшего окружения всегда (или преимущественно) ниже его самооценки, то эта ситуация, несомненно, должна рассматриваться как фрустрирующая. При этом здесь фрустрация касается не чего-то второстепенного, так как блокируется одна из базовых, фундаментальных потребностей личности, каковой, несомненно, является потребность в признании, уважении и самоуважении. И как любой фрустратор, эта ситуация может провоцировать проявление агрессии. Хотя ортодоксальные сторонники фрустрационной теории агрессии сказали бы в этом случае более категорично: такая ситуация не просто может, но явно будет приводить к агрессии.
Специальные исследования, проведенные по этому поводу, показали, что действительно подростки, чья самооценка находится в конфликте с внешней оценкой социума (оценка ниже и не соответствует самооценке), значимо отличаются от своих сверстников более высокими показателями агрессии. Наиболее существенные различия обнаруживаются по уровню выраженности косвенной агрессии и негативизма. Однако, кроме того, подростки с конфликтным соотношением самооценки и внешней оценки имеют также и более высокий уровень таких форм агрессии, как раздражительность, физическая агрессия и обида [4].
Одной из форм агрессивного поведения вообще, и у подростков в частности, является аутоагрессивное поведение, то есть агрессия, направленная на самого себя. Аутоагрессия, по существу, представляет собой деструктивное, саморазрушающее поведение. Феномен аутоагрессии представляется наиболее загадочным и, конечно не должен сводиться лишь к клинической мазохистской интерпретации. Понятно, что аутоагрессия, так же как и агрессии вообще, представляет значительный интерес именно для «нормальной» психологии личности.
Результаты одного большого и многоаспектного исследования подростковой агрессии, подтверждая сложность феномена аутоагрессии, позволяют нам ввести понятие «аутоагрессивный паттерн личности». Таким образом, аутоагрессия представляет собой не просто изолированную личностную черту, конкретную особенность, но является сложным личностным комплексом, функционирующим и проявляющимся на различных уровнях [24, с. 87-88].
В структуре аутоагрессивного паттерна личности, как показывают результаты этого исследования, могут быть выделены следующие субблоки: характерологический субблок аутоагрессивного паттерна, самооценочный субблок, интерактивный субблок, социально-перцептивный субблок.
Характерологический субблок аутоагрессивного паттерна. Как оказалось, аутоагрессия имеет множественную систему достоверных связей с целым рядом характерологических особенностей личности. Так, уровень аутоагрессии положительно коррелирует с интроверсией, педантичностью, а также с депрессивностью, невротичностью, и отрицательно связан с демонстративностью личности.
Самооценочный субблок аутоагрессивного паттерна. Самооценке и самоотношению принадлежит центральное место в структуре личности. Поэтому, на наш взгляд, не вызывает удивления то, что в аутоагрессивном паттерне личности выделяется самостоятельный самооценочный блок. Уровень аутоагрессии, как нами установлено, отрицательно коррелирует как с уровнем общей самооценки личности, так и с отдельными ее парциальными составляющими. Так, чем выше аутоагрессия личности, тем ниже самооценка собственных когнитивных способностей (память, мышление), ниже самооценка тела («физическое Я»), ниже самооценка собственной способности к самостоятельности, автономности поведения и деятельности.
Интерактивный субблок аутоагрессивного паттерна. Аутоагрессия связана со способностью/неспособностью к успешной социальной адаптации личности, с успешностью/неуспешностью межличностного взаимодействия в микросоциуме. Уровень аутоагрессии личности, по нашим данным, отрицательно коррелирует с общительностью и положительно — с застенчивостью. Аутоагрессия, как мы могли убедиться выше,— это, как правило, низкая самооценка и неприятие себя. Уже это вполне достаточные основания для появления трудностей социально-психологического характера, связанных с установлением контактов и осуществлением продуктивного общения. Что, собственно, и фиксируется на поведенческом уровне в высоких показателях застенчивости и низких показателях общительности.
Социально-перцептивный субблок аутоагрессивного паттерна личности. Наличие аутоагрессии связано с особенностями восприятия других людей. Однако связи эти являются далеко не тривиальными, а, на первый взгляд, даже и парадоксальными. Аутоагрессия, по нашим данным, практически не связана с негативизацией восприятия других. Напротив, уровень аутоагрессии коррелирует с позитивностью восприятия значимых других. Наиболее сильно эта тенденция позитивного восприятия других с ростом уровня аутоагрессии проявляется у подростков и юношей в отношении учителей и в отношении собственных родителей (дифференцирование изучалось отношение к отцу и к матери — тенденция оказалась общей). Уровень аутоагрессии оказался отрицательно связанным лишь с представлением о том, «каким меня видят другие» (двойная рефлексия). Чем выше уровень аутоагрессии субъекта, тем более негативными являются представления об оценке другими его личности. Необходимо заметить, что данный социально-перцептивный феномен прямо связан с зафиксированными выше особенностями самооценочного субблока аутоагрессивного паттерна личности.
В заключение отметим, что аутоагрессия не коррелирует ни с какими другими шкалами агрессии (всего в исследовании использовалось 10 таких субшкал), за исключением положительной корреляции со шкалой «обида». Это еще раз подчеркивает особенность феномена аутоагрессии внутри общей проблематики психологии агрессии. Мы предполагаем, кроме того, определенную недостаточность методической концепции Басса-Дарки именно относительно феномена аутоагрессии. Кратко эта недостаточность связывается нами с доминантой указанной концепции на «чувстве вины», при недостатке внимания к общему «неприятию самого себя». Неприятие самого себя является, очевидно, стержневой и наиболее общей характеристикой аутоагрессивной личности, в то время как чувство вины отражает лишь один из аспектов аутоагрессии. По крайней мере, ясно, что аутоагрессия в целом не сводится лишь к чувству вины.
Таким образом, в подростковом возрасте может проявляться агрессивное поведение. Проявления агрессивности у мальчиков и девочек-подростков различно. Подростки, чья самооценка находится в конфликте с внешней оценкой социума (оценка ниже и не соответствует самооценке), значимо отличаются от своих сверстников более высокими показателями агрессии. Одной из форм агрессивного поведения является аутоагрессивное поведение, которое представляет собой деструктивное, саморазрушающее поведение.
2.2 Воспроизводство агрессивности в подростковых сообществах
Иногда понятие «агрессивность» употребляется как синонимичное с понятием «конфликтность». Такое смешение понятий осуществляется как бы не случайно, а на том основании, что в исследованиях выявляются корреляционные связи между агрессивностью и конфликтностью, а также однотипные корреляции обоих этих понятий с рядом других личностных свойств (наступательность, вспыльчивость, обидчивость, нетерпимость и др.) [20].
Однако наличие таких корреляционных связей на самом деле еще не дает оснований для отождествления понятий. Необоснованность такой логики видна хотя бы из следующей простой аналогии. Рост и вес человека коррелируют между собой, также обе эти характеристики имеют однотипные корреляции с рядом других параметров (например, с качеством питания ребенка). Но все это не дает нам оснований считать, что рост и вес — это одно и то же, что эти понятия синонимичны.
С содержательно-психологической точки зрения понятия «агрессивность» и «конфликтность» обозначают различные психологические феномены, что находит отражение как на уровне современных теорий агрессивности и конфликтности, так и на уровне методов их диагностики. А, кроме того, на поведенческом уровне конфликтность вряд ли может коррелировать с популярностью, а вот агрессия, как было показано на эмпирическом уровне, не исключает такой взаимосвязи и при определенных условиях коррелирует с социометрическим статусом, эмоциональной предпочитаемостью личности.
Уровень выраженности агрессивных реакций коррелирует с самооценкой подростка. Общая тенденция здесь заключается в наличии прямой связи: чем выше уровень самооценки, тем выше показатели общей агрессии и различных ее составляющих. Такая взаимосвязь характерна как для инструментальной агрессии, так и для другой формы агрессии — враждебности.
Социальная среда ребенка постоянно расширяется и меняется. Не только классный коллектив, семья, ближайшее окружение составляют его социальный мир. Особенно существенно меняются социальные сети в подростковом возрасте. В них он может проявлять себя в разнообразных ролях, позициях и условиях, как позитивных, так и негативных. Подростки, неудовлетворенные межличностными отношениями в семье и школе, отвергаемые по причине своей несостоятельности в социально одобряемых видах деятельности, склонны к группообразованию по месту жительства, где удовлетворяется большая часть их интересов и находит выражение нереализованная в школе социальная активность. Однако в этой неформальной среде они не только усваивают, асоциальный опыт, деформируют свои ценностные ориентации, но и подвергаются еще большим репрессиям со стороны примитивной группы [25, с.198].
Подростковая и юношеская группа — это своеобразный социальный «полигон», на котором отрабатываются и усваиваются мужские и женские роли, устанавливаются более зрелые отношения со сверстниками, формируется социально ответственное поведение [27, с. 12-14]. В группах подростками отрабатывается также и умение разрешать конфликтные ситуации, при этом часто или постоянно со сверстниками конфликтует только 7,5% подростков, иногда — 31% [19]. Конфликты с ровесниками в основном являются проявлением борьбы: у мальчиков — за лидерство, за успехи в физической или интеллектуальной областях или за чью-то дружбу, у девочек — за представителя противоположного пола [17, с. 24].
Специфической особенностью агрессивного поведения в подростковом возрасте является его зависимость от группы сверстников на фоне крушения авторитета взрослых. В данном возрасте быть агрессивным часто означает «казаться или быть сильным». Любая подростковая группа имеет свои ритуалы и мифы, поддерживаемые лидером. Например, широко распространены ритуалы посвящения в члены группы (или испытания новичков). Шокирующая глаз «униформа» группы (как и подростковая мода в целом) также носит ритуальный характер. Ритуалы усиливают чувство принадлежности к группе и дают подросткам ощущение безопасности, а мифы становятся идейной основой ее жизнедеятельности. Мифы широко используются группой для оправдания ее внутригрупповой и внешней агрессии. Так, например, любое проявление насилия по отношению к «не членам группы» оправдывается заверениями типа — «они предатели... мы должны защищать своих... мы должны заставить всех уважать нас». Насилие, «одухотворенное» групповым мифом, переживается подростками как утверждение своей силы, как героизм и преданность группе. В то же время в отдельных случаях инициаторами агрессивного поведения могут быть отдельные подростки-аутсайдеры, дезадаптированные в силу различных причин и предпринимающие попытки самоутвердиться с помощью агрессии.
Меньшей сформированности, диффузности и неустойчивости «особого Я» соответствуют: пассивность (реактивность) поведения ребенка, «потребительский» характер его интересов (насыщение, комфорт, развлечения и т. п.), отсутствие избирательности побуждений, ожидание инициативы и помощи со стороны других» [17, с. 29].
Учеными выделено несколько групп факторов агрессивного поведения человека в частности, биолого-генетические, индивидуально-психологические особенности личности, специфика воспитания, влияние субкультуры, роль средств массовой коммуникации и т.д. Одну из групп таких факторов составляют ситуативные детерминанты - конкретные социальные ситуации, возникающие в процессе межличностного (межгруппового) общения. Их изучение является необходимым условием анализа причин агрессивного поведения человека. Эти факторы провоцируют агрессивное поведение даже у неагрессивных по характеру людей.
Результаты ряда исследований определили круг ситуаций, которые прямо или косвенно могут вызвать агрессивное поведение большинства людей. Ими выступают: физическая или словесная (вербальная) агрессия других лиц (особенно, если она воспринимается как намеренная), ситуация невозможности реализовать свои актуальные потребности, условия жесткой конкуренции между взаимодействующими сторонами, присутствие лиц, провоцирующих конфликт и т.п. [4]. В основе этих ситуаций лежит межличностный (иногда - межгрупповой) конфликт - провокация, которая часто заканчивается вербальными или физическими выпадами. Следует отметить, что психологические особенности подростков способствуют появлению конфликтных ситуаций практически па всех уровнях социальных связей: в семье (вследствие реакции эмансипации), школе/училище (по аналогичной причине), с ровесниками (из-за эмоциональной неустойчивости, импульсивности поведения). Ряд социально-психологических экспериментов подтверждает большое влияние разного рода провокаций на степень агрессивности [6, с. 136-138]. Большинство людей в межличностных отношениях использует принцип "око за око, зуб за зуб", отвечая агрессией на агрессию.
Для выявления взаимосвязи между разными типами социальных ситуаций, провоцирующими агрессию, и личностными характеристиками индивидов в 2001 г. Дроздовым А.Ю. проведено социально-психологическое исследование [9, с. 95-98]. Опрошены 166 человек (83 мужчины) в возрасте 14-20 лет, проживающие в г. Чернигове, - учащиеся старших классов средних школ, студенты педагогического университета, военнослужащие срочной службы. Им предлагалась анкета с описанием нескольких ситуаций и типов агрессивных поступков, которые нужно было соотнести между собой. В исследовании использована типология агрессивного поведения А. Басса [6, с. 29] (таблица 1).
Таблица 1
Типология форм агрессивного поведения (по А. Бассу)
| Типы |
Пример |
|
Физическая-активная-прямая Физическая-активная-косвенная Физическая-пассивная-прямая Физическая-пассивная-косвенная Вербальная-активная-прямая Вербальная-активная-косвенная Вербальная-пассивная-прямая Вербальная-пассивная-косвенная |
Нанесение побоев человеку Сговор с наемным убийцей, закладка мин Сидячая забастовка Отказ выполнить приказ Словесное оскорбление человека Распространение клеветы, сплетен Отказ разговаривать с человеком Отказ защитить человека, которого незаслуженно критикуют |
Полученные результаты в обобщенной форме приведены в таблице 2.
Таблица 2
Социальные ситуации и соответствующие им типы агрессивного поведения (в % от общего числа опрошенного)
Тип агрессии ("Мне доводилось...") |
Тип ситуации (%) | |||||||||||
|
Я никогда так не поступал |
Антипатия к человеку | Плохое настроение | Нетрезвое состояние | Когда человек случайно обругал меня | Когда человек намеренно обругал меня | Когда человек случайно толкнул/ударил меня | Когда человек намеренно толкнул/ударил меня | Когда человек чем-то мешал мне/моим друзьям | В компании друзей | Когда мне приказывали так поступить | Какая-то другая ситуация | |
| Обругать (оскорбить) | 4 | 16 | 34 | 6 | 8 | 67 | 9 | 48 | 17 | 3 | 4 | 15 |
| Распространять сплетни, слухи | 49 | 27 | 4 | 4 | 2 | 8 | 1 | 2 | 9 | 14 | 1 | 17 |
| Отказываться от общения с кем-то (демонстративно не разговаривать с ним) | 10 | 36 | 23 | 1 | 7 | 27 | 2 | 16 | 12 | 2 | 2 | 27 |
| Молча наблюдать за тем, как знакомого мне человека незаслуженно ругают, оскорбляют | 59 | 13 | 1 | 1 | 1 | 6 | 1 | 4 | 5 | 4 | 2 | 20 |
| Специально толкнуть или ударить кого-то, причинив ему физическую боль | 43 | 7 | 5 | 7 | 2 | 11 | 5 | 39 | 8 | 1 | 0 | 13 |
| Подговорить другого толкнуть или ударить кого-то третьего | 81 | 7 | 1 | 1 | 1 | 4 | 1 | 6 | 3 | 2 | 0 | 7 |
|
Вести себя так, чтобы физически помешать другому человеку достичь своих целей |
54 | 17 | 3 | 2 | 1 | 4 | 0 | 3 | 13 | 2 | 0 | 19 |
| Отказываться выполнять просьбу или указание другого человека | 7 | 50 | 37 | 5 | 9 | 22 | 4 | 16 | 17 | 2 | 18 | 31 |
| Нет агрессии | 19 | 36 | 87 | 80 | 19 | 84 | 27 | 52 | 79 | 75 | 34 | |
В ходе исследования не выявлено ни одной ситуации, вызвавшей одинаковую реакцию всех респондентов, независимо от их пола и возраста. Ряд социальных ситуаций действительно провоцирует агрессию у большинства испытуемых, но ни одна из них не стала универсальной, что опровергает теорию некоторых западных специалистов о существовании феномена "власти ситуации" (power of situation) [6, с. 193].
Наиболее распространенной оказалась вербальная-активная-прямая и физическая-пассивная-косвенная агрессия: только 4 и 7% респондентов "никогда так не поступали". Популярность первой закономерна, ибо такое поведение в большей степени "социализировано", соответствует современным субкультурным нормативам. Распространенность второго типа поведения (месть через неповиновение "агрессору") может быть объяснена возрастными особенностями опрошенных. 81% респондентов никогда не проявляли физической-активной-косвенной агрессии.
Можно выделить ситуации, в большей степени, провоцирующие агрессивное поведение молодежи: антипатия к человеку (81% опрошенных), намеренная вербальная агрессия (столько же) и намеренная физическая агрессия со стороны другого человека (73%). Менее провокационны ситуации нахождения в нетрезвом состоянии и ненамеренного словесного оскорбления или толчка. Таким образом, подтверждается точка зрения ряда исследователей о том, что люди отвечают агрессией, преимущественно, на намеренную агрессию других лиц, редко реагируя, таким образом, на случайные [6, с. 140], и о том, что само по себе употребление алкоголя не является непосредственной причиной агрессии.
Антипатия к человеку у большей части (примерно 80%) как несовершеннолетних, так и совершеннолетних вызывает агрессию. В данной ситуации поведут себя агрессивно 75% респондентов мужского и 87 % - женского пола. Для первых предпочтительней оказывается физическая-пассивная-косвенная форма, для вторых – вербальная - активная косвенная и физическая-пассивная-косвенная.
Плохое настроение также провоцирует агрессию приблизительно у двух третей опрошенных всех категорий. Несовершеннолетние и респонденты мужского пола чаще выбирали физическую-пассивную-косвенную, а опрошенные постарше и девушки - вербальную-активную-прямую формы агрессии.
Нахождение в нетрезвом состоянии способствует проявлениям агрессии только у 11-16% молодых людей. Соотношение типов реакций у разных возрастных групп примерно равное. Однако девушки реже выбирают прямые формы агрессии.
Ненамеренное словесное оскорбление не провоцирует агрессии у большинства (около 80%) респондентов всех подгрупп. Остальные выбирают вербальную-активную-прямую форму (подростки), физическую-пассивную-косвенную (совершеннолетние), вербальную-пассивную-прямую (девушки).
Намеренное словесное оскорбление большинство всех групп опрошенных соотносит с вербальной-активной-прямой формой агрессии ("дурак - сам дурак"). И все же ответная агрессия чаще проявляется у подростков и девушек.
На ненамеренный толчок большинство (82-87%) респондентов во всех подгруппах реагирует неагрессивно. В случае агрессивной реакции подростки и девушки чаще выбирают вербальную-активную-прямую форму, а юноши - еще и физическую-активную-прямую [3].
Намеренная физическая агрессия с высокой степенью вероятности вызовет ответную агрессию. Такая реакция наблюдается у 82% подростков, 66% совершеннолетних респондентов, у 69% юношей и 78% девушек. Юноши в основном прибегают к активным и прямым формам физической (41%) и вербальной (столько же) агрессии, девушки предпочитают последнюю (55%). Эти типы реагирования, дополненные физической-пассивной-косвенной формой, чаще используются подростками, нежели