Xreferat.com » Рефераты по психологии » Взаимосвязъ детско-родительских отношений и суицидальной актвности у подростков

Взаимосвязъ детско-родительских отношений и суицидальной актвности у подростков

привлечении внимания к себе.

В подростковой среде данная мотивировка имеет лишь шантажно-манипулятивную природу и когда подросток заведомо точно знает что тот или иной способ невреден, он прибегает к действиям. Опаснее, когда человек выбирая данный способ привлечения внимания, из-за отсутствия точных знаний летальности, может предпринять угрожающие жизнью методы, не желая смертельных исходов. Если шантаж проходит удачно, то при другой сложной ситуации индивид будет шаблонно выбирать данные способы для достижения своих целей. Ходя по «лезвию ножа», т. к. человек ни знает толком, что его может убить, подвергает себя смертельному риску.

Вагин Ю.В. и другие исследователи (Лазарашвили И.С., Ковалёв В.В.) заметили, что возможна трансформация от истинных попыток к демонстративно-шантажным, и не исключают повторных истинных попыток. Лазарашвили замечал, что здесь существует сложность определения, истины ли или лишь демонстративны действия суицидента, т. к. при разных обстоятельствах и в разное время индивид может как истинно, так и демонстративно пытаться покончить с собой.

Вагин подчеркивает важности детской инструментальной мотивации, т.к. дети до 14 лет не воспринимают смерть в реальном свете. Для детей смерть не имеет своего полного значения, а лишь принимает форму избавления от сложных проблем. Они считают, что после смерти вновь возродиться и уже не будет тех проблем, которые толкнули ребенка на лишение себя жизни.

  • Аутопунитические мотивы показывают желание наказать себя, не допуская продолжения собственного существования.

В истории культуры человечества, имея на то веские основания, считались и возможно сейчас считаются нормой этики. Возможность искупления своей вины дала человеку закрепленную психическую установку, которая не осознается самими носителями культуры. Возможно и сейчас, находят больше понимания со стороны окружающих те самоубийства, которые основываются на истинном искуплении вины.

Подростки, под влиянием гипертрофированности чувств, максимализма и «чёрно-белого» подхода к жизни, способны подвергать себя опасности под воздействием менее серьезных ситуаций.

Депрессия в данной мотивационно-когнитивной среде (и вообще по своей природе) является извращением конфликтной ситуации. Причем, в данной ситуации самообвинение и саморазложение вытекают из болезненного состояния личности. В депрессии человек сам не способен критически оценить свое состояние. Вагин Ю. считает, что суицидальные мысли присутствуют у любого пациента, находящегося в депрессии. Чем сильнее скрывая от окружающих свои мысли, тем закономерно повышается риск реализации самоубийства.

Когда аутопунитическая мотивация соеденяется с альтруистической, срывается важный противосуицидальный защитный механизм – «необходимость жить ради других» [29, с. 148]. В итоге личность считает, что всем близким будет лучше, если ее не станет. Вагин подчеркивает, что данное сочетание является опасным в плане суицидальной активности.

  • Гетеропунитическая мотивация показывает желание отомстить, причинить боль, быть палачом кому-то, быть проблемой для окружающих, вызвать муки совести.

В подростковой среде данная мотивация типична и носит защитный и компенсаторный непатологический характер, не выходя за границы мыслительной активности. Свойственно данное поведение младшему и средне подростковому возрасту. Однако для старшего подросткового возраста данное поведение может перейти на уровень поведенческой активности, чаще всего являясь с присутствием инструментальной мотивацией.

  • Поставительная мотивация выражает мысли о смерти индивида как о дороге к новой жизни, уйти к тому, кого нет в живых, надежда на хороший исход после смерти для себя.

В данном мотивационно-когнитивном комплексе религия играет противосуицидальную роль, т. к. в истории религии была введена догма, что самоубийц на том свете ждут вечные муки. Поэтому наличие стойких религиозных убеждений (христианской или исламской) является наиболее эффективным «блокадным» свойством суицидальной активности.

Как мы уже написали, что противосуицидальная мотивировка имеет тот же уровень силы что и суицидальные мотивы, следовательно по подробнее изучим противосуицидальные мотивы.

Вагин Ю.В. выделил девять таких мотивов [29, с 152]: витальную мотивацию; религиозную мотивацию; этические мотивы; моральные мотивы; эстетические мотивы; нарциссическую мотивацию; когнитивную надежду; временную инфляцию; финальную неопределенность. Рассмотрим их вкратце.

Витальные (или провитальные) мотивы отображают естественный страх перед смертью. Основную роль в этом играет инстинкт самосохранения.

Религиозные мотивы отображают страх обречь свою душу на вечные страдания. Данная мотивировка образована религиозными взглядами о грехе самоубийства.

Этические мотивы отображают нежелание делать больно близким и окружающим людям, жить ради тех, кто рядом. В подростковой среде данный вид противосуицидальной мотивации неэффективен и даже опасен, т. к. ценность собственной личности выше.

Моральные мотивы отображают слабость и трусость самоубийства. Убежденность, что человек идя на такой поступок абсолютно безволен. Нежелание осуждения. Желание сохранить чистую душу и светлую историю. Однако самоубийство вряд ли можно назвать трусостью и слабостью, оно наоборот требует усилий над витальными мотивами. Но, то, что подростки, уходя из жизни, обесценивают смысл бытия родителей и прародителей, это следует помнить и воспринимать как норму. В случаях подросткового поведения следует соблюдать осторожность при беседе с подростком, т. к. в данном возрасте является характерное отрицательное восприятие норм и стандартов.

Эстетические мотивы являются отображением не красивого поступка самоубийства, страх перед последствиями обезображивания своего тела. Человека останавливает тот или иной способ самоубийство из-за его эстетической причины.

Нарциссические мотивы отображает нежелание бросать дела на полпути, надежда на светлое будущее. Основывается мотивировка на любви и жалости к себе. Для избавления суицидальной активности Вагин предлагает способ «психотерапевтической метафоры» [29, с. 159].

Мотивы когнитивной надежды отображают желание суицидента найти другой способ решения проблемы. Надежда на другое решение проблемы. И если сам суицидент не знает решения, он уверен, что кто-нибудь другой сталкивался, либо знает выход из сложившейся ситуации.

Мотивы временной инфляции отображают надежду на время. Уверенность что время излечивает самые тяжелые раны. Пережить сложный период жизни, если проблема не решается.

Мотивы финальной неопределённости отображает неуверенность в фатальности попытки, незнание надежных способов самоубийства. Страх быть калекой всю жизнь могут остановить желание умереть.

Как уже было сказано выше, преобладание суицидальных мотивов порождают суицидальные тенденции, в это время появляется суицидальная готовность.

  1. Суицидальная готовность, так или иначе, будет обнаружена окружающими. Проявляться она будет внезапным изменением поведения, которое направленно на «прощание» со всем тем, что связывало его в жизни. Неожиданные подарки, «прощальные» речи. Человек, находясь в той же конфликтной ситуации внезапно успокаивается.

Другая форма суицидальной готовности проявляется как суицидальная угроза (словесное обозначение суицидальных мыслей, тенденций и готовности) [29, с. 163]. Интересный факт, что в пресуицидальный период суициденты имели мотивировку сообщить о своих мыслях окружающим, но на них, по тем или иным причинам, окружающие не обратили должного внимания.

Суицидальное поведение, как считает Вагин Ю.Р., начинается с суицидальных попыток и завершенного самоубийства.

  1. Суицидальные попытки могут быть как истинными, так и демонстративными. Истинные попытки являются собственно покушением на свою жизнь. Демонстративные попытки (суицид-игра) не несут фатальной направленности, а лишь имитацией суицидального поведения для достижения определенного результата в жизни.

Как отмечает Вагин Ю.Р., в подростковом возрасте сложно отличить эти два вида попыток, следовательно, подходящим решением принято считать все суицидальные попытки подростков как истинные. В детском возрасте очевидные формы суицидальной активности принято считать за несчастный случай, т. к. уже отмечалось, что дети до 14 лет воспринимают смерть как состояние, после которого жизнь будет продолжаться без былых проблем.

При неудачи или незавершенного самоубийства на смену суицидального периода приходит постсуицидальный период. На этой стадии суицидальный период теряет свою актуальность.

Далее изучению подвергнется детско-родительские отношения как среда, которая взаимосвязана с суицидальной активностью.


2. Суицидальная активность в связи с детско-родительскими отношениями


2.1 Определение детско-родительских отношений


Детско-родительские отношения – «это система разнообразных чувств родителей по отношению к ребенку, а также ребенка по отношению к родителям, особенностей восприятия, понимания характера личности и поступков друг друга» [31].

Конфликт (проблема отцов и детей) между поколениями вполне нормален и неизбежен, т. к. причина тому различие поколения. И эта различие не несет ни зла ни добра, и, следовательно, не могут быть абсолютно гармоничны. Весь вопрос, в какой форме проходит этот конфликт [16, с. 105]. Благоприятным исходом для семей будет умно взвешенные отношения, в основе которых будет разделение каждого члена друг от друга в систему, где у каждого будет свое место роль и направления. По мнению автора, негативный исход возможен, если, в семье будут преобладать раздражительность, авторитарность, неспособность принять или понять другого человека [16, с. 105].

Оптимальная родительская позиция работает на главных трех требованиях: адекватность, гибкость и прогностичность [16, с. 106].

Адекватность родителей базируется на реальной и точной оценке особенностей своего ребенка. Умение взрослых видеть, понимать и уважать индивидуальность своего чада. Если родители концентрируются на желании добиться от своих детей, какого-то определенного результата, не учтив его знания возможности и склонности, то возможны негативные последствия такой установки.

Гибкость убеждений родителей состоит в готовности и способности видоизменения стиля общения, способов воздействия на ребенка, т. к. он взрослеет, а так же условия жизни семьи подвластны временным изменениям. При условии отсутствия подобных позиций, неспособность родителей приводит к препятствиям для общения, бунта, непослушания на все нормы и требования.

Прогностичность позиции взрослых заключается в умении предвидеть будущие шаги и предпринимать своевременные меры (а именно изменение общего подхода к ребенку) для оптимального развития ребенка.

Также типы семейного отношения (тактики воспитания) влияют на развитие ребенка, его личностные особенности. Прохорова О.Г. выделяет четыре типа: «диктат, опека, невмешательство и сотрудничество» [16, с. 110].

Диктат в семьях несет смысл подавления одного члена семьи всех остальных. Нормой такого отношения является предьявление норм морали, нормы поведения в обществе. Однако если диктат исходит из цели самого процесса подавления, насилия, желание утвердить собственное превосходство над более слабым, то мы получим лицемерного, грубого подростка. А если данные защитные механизмы не помогут и диктат «задавит» эту подростковую защиту, то и сломается личностная самостоятельность, инициативность, не будет должного чувства собственного достоинства и веры в себя. И такому подростку будет очень сложно возвратить свои потерянные качества, будет сложно развиваться.

Опека в семьях воздействуя на подростков (детей) несет смысл ограждения вторых от внешней среды. Все силы родителей направлены на удовлетворение всех потребностей ребенка. Формирование личности является в такой ситуации незначительной. Таким детям, как и при остром диктате, сложно будет адаптироваться к коллективам и вообще во внешней среде. У таких детей отсутствует самостоятельность, инициативность. Такие дети, в будущем взрослые являются отстраненными от решения личных вопросов, в том числе проблемы семьи.

Невмешательство в семьях рассчитано на разделение родительского поколения от детского. Таким образом, обеспечивая ту самую самостоятельность для дальнейшей жизни. Преувеличение данной тактики является родительская холодность, безразличие к ребенку. Нежелание родителей быть воспитателями своих детей. Возможно, при определенных обстоятельствах, холодность может послужить травмирующим воздействием на ребенка. Он будет считать что он никому не нужен, в последствии возможно будет предпринимать попытки «заработать» любовь (родителей, окружающих, друзей).

Сотрудничество – система взаимоотношений в семье, которая располагает «опосредованность межличностных отношений в семье общими целями и задачами совместной деятельности, ее организацией и высокими нравственными ценностями» [16, с. 112]. При данном типе взаимоотношений, ребенок способен преодолевать свой эгоистичный индивидуализм. И на фоне дружеской обстановки, где каждый может обратиться за помощью к другому, где родители общаются на равных с детьми, возможен благоприятный исход.

Однако взаимоотношение в каждой семье абсолютно индивидуальны [17, с. 51–52] и ситуации впоследствии являются не одинаковыми, поэтому нельзя считать данные типы отношений как нечто догматичное и должное по которым люди могут, смело «надевать» маски и выполнять свои роли по книгам. Об этом не нужно забывать.

Большее значение на самооценку влияние стиль семейного воспитания. Таких стилей автор выявил три: «демократический, авторитарный, попустительский» [16, с. 113]. При демократическом (стиль согласия) стиле учитывается интерес ребенка. Авторитарный (стиль подавления) стиль несет смысл навязывания ребенку мнения родителей. Попустительский стиль предоставляет ребенка самому себе.

Тип воспитания так же влияет на ребенка. По поведению ребенка (адекватный – неадекватный) можно понять какие именно условия преобладают в семье. Заниженная самооценка может говорить о том, что в семье родители либо постоянно порицают ребенка, либо ставят перед ним завышенные задачи. Неадекватность есть результат завышенной самооценки. В таких семьях обстановка очень мягкая для воспитания ребенка. Его вознаграждают за мелкие достижения и очень редко наказывают. Причем материальное вознаграждения для ребенка становится на первый план как смысл поощрение. Адекватное поведение предполагает гибкой системы похвалы и наказаний. Опускаются похвалы и восхищения, редко дарят подарки за поступки, жесткие наказания исключены. Высокая самооценка (но не завышенная) предполагает что в семье обращают внимание к личности (интересам, вкусам, отношениям с друзьями) ребенка, плюс родители остаются достаточно требовательными. Унизительные наказания также исключены, а похвала предоставляется только за заслуженные поступки. Пониженная самооценка (не обязательно сильно низкая) есть следствие большей свободы в семье. Она несет смысл родительской бесконтрольности, которая не исключено есть результат равнодушия к ребенку и среди членов семьи.

Также в становлении личности и в эмоциональной среде ребенка имеет значение уровень притязаний, как уже было замечено самооценка и достойная мотивация. Успех индивидом вполне достижим, если будут присутствовать такие свойства: «высокий уровень притязаний, завышенная самооценка и престижная мотивация» [16, с. 116]. Противоположно успеху возможен исход неуспеха, свойства личности, которые в будущем и настоящем не сулят ничего многообещающего: «низкий уровень притязаний и низкая самооценка» [16, с. 116].

Также, есть отклонения в поведении ребенка, которые могут стать личностными особенностями. А именно: тревожность, демонстративность и «уход от реальности» [16, с. 117].

Высокая тревожность приобретает личностный характер, если родители постоянно недовольны учебной деятельностью ребенка. В последствии такая личность будет ожидать неуспех в учебе, будет еще сильней занижена самооценка. Из-за усугубления проявления самостоятельности ребенок начинает следовать всем указаниям взрослых. Боязнь проявить инициативу. Эффективный способ разорвать такую взаимозависимость, по мнению автора, «изменить установки и оценки родителей» [16, с. 117]. Концентрация внимания взрослых на малейших достижениях, не порицая за мелкие ошибки, способствуют снижению уровня тревожности, следовательно, повышению успеваемости.

Демонстративность показывает повышенную потребность ребенка в успехах и внимании окружающих. Причиной такого поведения является недостаточности внимании взрослых. Ребенок впоследствии чувствует свою заброшенность в семье, никому ненужность. Но бывают ситуации, когда у ребенка присутствует гипертрофированная потребность в эмоциональном контакте. Такое поведения, как не парадоксально бы звучало, является избытком избалованности детей. В этих ситуациях, когда ребенок добивается любым способом внимания взрослых, мы можем наблюдать отклонение в поведении (например, Лучше пусть будут обращать внимание, ругают, чем не замечают, что у них есть ребенок со своими интересами, вкусами, отношениями). Исправить положения смогут взрослые, такими действиями как: обходиться без нотаций и назиданий, как можно меньше делать эмоциональных замечаний, не обращать внимание на легкие проступки и наказывать за крупные [16, с. 118].

«Уход от реальности» встречается в тех случаях, если у ребенка присутствуют два прошлых свойства личности: демонстративность и тревожность. Имея сильную потребность во внимании реализовать эту потребность очень сложно из-за наличия тревожности. Подобных подростков можно распознать по наличию таких внешних личностных проявлениях как: стремление быть незамеченными, опасение неодобрения своим поведением, стремление выполнить требования взрослых. Неудовлетворение потребности во внимании обостряет данное поведение. Коррекция такой ситуации возможна, если будет исходить поощрение активности детей взрослыми.

Был рассмотрен феномен детско-родительских отношений как самостоятельный фактор. Далее будет рассматриваться фактор дисгармоничной семьи как фактор, связанный с суицидальной активностью.


2.2 Дисгармоничность семьи как фактор, провоцирующий суицидальную активность


По Платонову, можно выделить пять социально-психологических типов семей, в которых вполне возможно появления суицидальной активности:

1. «Дезинтегрированная семья, характерными особенностями которой являются обособленность ее членов, формальность отношений, отсутствие эмоциональных связей между ними. Особенно опасная ситуация может сложиться в частично дезинтегрированной семье, в которой кто-то оказался в одиночестве перед объединившимися против него родственниками» [15, с. 190–191].

Здесь, по-видимому, идет речь о том, как человек воспринимает данную ситуацию. Если он смирился с такой участью (либо дистанцировался от негативных эмоций) то в таком случае не возникнет суицидальной опасности, потому что человек просто не будет воспринимать данную эмоциональную связь, либо найдет себе замену (например, понимание очень близкого друга, прародителя или другого родственника). Но придав вес (сознательно или бессознательно) формальности отношений возникают переживания и в неразрешимой ситуации человек склонен к самоубийству. Таким «бедным родственникам» остается лишь смириться со своей участью либо совершить самоубийство.

2. «Суперинтегрированная семья, где нарушается чувство личной автономности ее членов, которые настолько «вжились» друг в друга, что не мыслят жить врозь, отдельно. В такой семье смерть одного обнажает абсолютную беспомощность другого» [15, с. 191].

Вообще смыслом для существования родителей есть дети, уже отсюда вытекает вывод, что подобная интеграция является нормой [29, с. 155–156]. В меньшей или в большей степени это выражено, но смысл остается тот же. Однако если дети вживаются в родителей (растворяя себя в родителях), то данный факт носит предостерегающий характер. Возможно, здесь можно сказать о невозможности ребенка существовать во взрослом мире самостоятельно, т. к. ребенок не повзрослел, не может нести за себя ответственность. Под действием родительской позиции, придание несовместимой роли ребенку [16, с. 107–108], последний остается неспособным к будущей интеграции в обществе. Из сложившейся ситуации у такого индивида остается два выбора: либо смириться с участью и ждать своей гибели, либо бороться с конфликтной ситуацией.

3. «Дисгармоничная семья, характеризующаяся рассогласованием целей, потребностей ее членов, отсутствием взаимной ориентации на общность и согласие, нежеланием поступиться собственными интересами и привычками. В таких семьях лидирующий член семьи постоянно навязывает остальным свои привычки, требует изменить поведение, стремится заставить всех членов семьи вести себя в соответствии с неприемлемыми для них ценностными ориентациями» [15, с. 191].

Возможно, диктат, который проявляет «глава» семьи вытекает из раздутого эгоизма, преувеличение собственной персоны. Это походит на подростковую поведенческую среду, где значимость подростка выше остальных окружающих. Вероятно, не перейдя во взрослую жизнь, по Кьеркегору не перейдя от эстетического в этический тип [29, с. 47–48], хотя внешне возможно виден переход, но по сути человек продолжает относиться негативно к реальности, остается быть выше, значимее остальных. Возможно имея врожденную приспособляемость к сложным условиям жизни, данный диктат не будет сильно влиять на людей. Но если человек не способен совладать с суровым внешним воздействием, то остается лишь включить защитные механизмы. Может быть при тупиковой нерешенности конфликта и возникает суицидальную активность.

4. «Закрытая самодостаточная семья, для членов которой семья является основной сферой приложения сил, единственным смыслом жизни; все остальное – работа, внесемейные отношения и пр. – рассматривается лишь как средство для поддержания и обеспечения семейного благополучия. Какой-либо кризис в главной сфере жизнедеятельности – семье – грозит обернуться для ее членов суицидоопасной ситуацией» [15, с. 191].

Такое поведение достаточно близко и схоже с таким аддиктивным поведением как лэрнинг и трудоголизм [29, с. 59]. Полное растворения себя в семье. Это может быть вызвано чувством несоответствия к требованиям окружающей среды и комплексом неполноценности. Личность сужает и ограничивает себя, т. к. испытывает трудности формирования групповой идентичности, способность брать на себя ответственность. Возможно и воздействие такого факта, как становления единственным смыслом жизни родителей воспитание ребенка [16, с. 119]. Либо потребность родителей в достижении своей цели. Ребенок выполняет функцию продолжения начатого дела, и индивидуальность в этом случае не берется в расчет [16, с. 119]. В итоге, потеря независимости, искажение природных возможностей ребенка, неприспособленность к кризисам, которая в свою очередь включает механизмы защиты. Что в дальнейшем оправдывает суицидальную активность как защитную реакцию на неразрешимую, душевно раздирающую безвыходную ситуацию.

5. «Консервативная семья, основной особенностью которой является неспособность адаптироваться к изменчивым внешним условиям. Если один из членов такой семьи оказывается вовлеченным в конфликт, развернувшийся вне семьи, другие члены семьи в силу своих консервативных установок не могут прийти ему на помощь и дистанцируются от конфликта или принимают сторону противника. Подобная ситуация может восприниматься как предательство и привести к самоубийству» [15, с. 191].

Все вышеперечисленные социально-психологические типы семей могут быть внешне благополучны либо не благополучны. «Характеристика неблагополучных семей, т. е. семей, где ребенку плохо, очень разнообразна – это могут быть семьи, где родители жестоко обращаются с детьми, не занимаются их воспитанием, где родители ведут аморальный образ жизни, занимаются эксплуатацией детей, бросают детей, запугивают их «для их же блага», не создают условий для нормального развития и т. д. Семейное неблагополучие порождает массу проблем в поведении детей, их развитии, образе жизни и приводит к нарушению ценностных ориентации» [26]. Но может быть и так что ребенок из неблагополучной семьи поняв что от него не будет толку может проявить суицидальную активность. Осознание своей ненужности всегда порождало занижение самооценки, чувство одиночества, чувство неудачи. Причем, кризис аутентичности (эффект мрачного и безрадостного будущего) может сыграть закрепляющую роль в формировании суицидальной активности.

Попытка понять подростком свое Я, свое место в жизни проходит через взаимодействие между личностью и окружающими его людьми. Самые близкие кто может помочь своему ребенку освоиться в обществе это родители. Однако родители, если они не являются лучшими друзьями подростка, косвенно влияют на него, а именно как наставники, как носители психологической информации, опытные люди, которые уже интегрировались в обществе. Обязательный факт, если человек не может себя защитить, способствует заниженной самооценки. Среди сверстников не знание как защищаться, может породить унижающую роль и в последствии обстоятельства, требующие адекватных защитных механизмов будут давить на неокрепшую личность. «Общеизвестно, что отец в семье символизирует силу и защиту, и, когда отца нет, ребенок этой защиты лишается. «Нет отца» – это еще не значит, что семья неполная и мать воспитывает ребенка одна. Дело в том, что отец может «присутствовать» в семье физически, а психологически быть ребенком и как значимое лицо не восприниматься. Вот и получается, что вроде и есть отец, и нет его. И не к кому ребенку идти, когда ему страшно. Мама – это ласка, доброта, нежность, но мама не защитник и никогда им не будет. Или папа будет для ребенка защитой, или защитника у ребенка не будет никакого. Особенно неблагоприятным психологическое отсутствие отца в семье бывает для мальчиков. В психологии есть такое понятие- идентификация, то есть восприятие себя подобным другому. Иными словами, с кого бы ребенок хотел брать пример, кому бы хотел подражать – отцу или матери» [25].

«Наиболее универсальной и тяжелой реакцией на любое, а не только на сексуально насилие, является низкая самооценка, которая способствует сохранению и закреплена психологических нарушений, связанных с насилием. Личность с низкой самооценке переживает чувство вины, стыда, для нее характерны постоянная убежденность собственной неполноценности, в том, что «ты хуже всех». Вследствие этого ребенку трудно добиться успеха, уважения окружающих, общение их со сверстниками взрослыми затруднено» [26].

«Среди этих детей, даже во взрослом состоянии, отмечается высокая частота депрессий. Это проявляется в приступах беспокойства, безотчетной тоски, чувств одиночества, в нарушениях сна – последнее очень характерно для большинства детей живущих в неблагополучных семьях. В более старшем возрасте у подростков могут наблюдаться попытки покончить с собой» [26].

«Чувствуя себя несчастным, обделенным, приспосабливаясь к ненормальным условиям существования, пытаясь найти выход из создавшегося положения, они и сами могут стать шантажистами. Это, в частности, относится к сексуальному насилию, когда в обмен на обещание хранить секрет и не ломать привычной семейной жизни, дети вымогают у взрослых насильников деньги, подарки. Можно выделить два проявляющихся одновременно аспекта этих последствий: – вред для жертвы; – вред для общества» [26].

«Дети, пережившие любой вид насилия, испытывают трудности социализации: у них нарушены связи с взрослыми, нет соответствующих навыков общения со сверстниками, они не обладают достаточным уровнем знаний и эрудицией, чтобы завоевать авторитет в школе» [26].

Место родителей в подростковом возрасте занимают косвенное положение. Однако сформированность у подростка чувства доверия, самостоятельности, защищенности, предприимчивости, умелости до подросткового возраста способствует облегчению идентификации [24]. Если это не выработано, то подросток обладает такими свойствами как: недоверчивость, неуверенность, чувство вины и сознания своей неполноценности. Спутанность ролей (спутанности идентичности) также возникает при трудностях самоидентификации. Жизнь подростка, в нездоровой среде, усугубляя временным фактором и изменениями в собственной личности, давят на неопытную подрастающую личность. Суицидальная активность рассматривается в таком случае ребенком как «сладкое» избавление от нависшей тяжести, снижая риск неудач в будущем. Теряется индивидуальность, теряется и смысл жизни.

Какие же особенности подросткового возраста подвергают личность суицидальному риску? Не только социальная сторона жизни детей способна подвергнуть опасности их жизни, но и сами специфические свойства подросткового возраста способны усугубить ситуацию до суицидальной активности. В следующем параграфе попытаемся понять взаимосвязь детско-родительских отношений и суицидальной активности подростков через призму личностной особенности самого подросткового возраста.


2.3 Особенности подросткового возраста в связи с суицидальной активностью


Подростковый возраст начинается примерно в 12–14 до 17–18. Основная грань личности, на которую опирается данный период, является формирование чувства идентичности (Эриксон, Вагин, и т. д.). Также данный возраст, с психологической точки зрения, объясняется как «период взросления, характеризующийся интенсивными психологическими и физическими изменениями: половым созреванием и развитием, бурной физиологической перестройкой организма» [11].

Данная возрастная группа ставит перед собой цели, основанные на трех элементах внутренней части индивида: первая – «это процесс отождествления себя с другим индивидом или группой, принятия существующих внешних норм, ценностей, стилей поведения как «своих»», вторая – это возможность переноса своих чувств, желаний, фантазий, черт на другого человека – и как бы продолжение себя в другом», третья – «под идентификацией понимают процесс постановки субъектом себя на место другого с целью моделирования смыслового поля другого, взаимопонимания и взаимообщения» [29, с. 59–60].

В этом периоде кризис идентичности становится актуальной проблемой личности. Если раньше данный факт рассматривался косвенно и не так ярко, то в подростковом возрасте, в связи с «физиологической революцией» и другими внутренними изменениями, в коллективе происходит смена ролей, что часто приводит к спутанности идентичности. Личность пытается осознать свое место в мире, отыскать свое место в обществе, значимость своей индивидуальности, и в данном периоде подросток обращен на себя в большей степени, чем на внешнюю среду, поэтому относится отрицательно к нормам и стандартом.

Желания взрослых помочь подростку в этих проблемах (либо других целях) порождает жесткое навязывание неприемлемых для него ролей. Результатом является яростный протест, сопротивление со всплесками агрессивного поведения (которое в свою очередь вполне легко может обратиться против самого подростка).

Симптомами неудачной идентификации являются: Побеги из школы, бродяжничество, делинквентное, аддиктивное и суицидальное поведение.

На данном этапе развития индивида не стоит забывать и факт эмоциональной сферы подростка. Ведь данная личностная характеристика имеет свойство к «самоподкреплению» у подростков. Это значит, что они неосознанно желают сохранить ту или иную позитивную либо негативную эмоцию, что в итоге придает подростковому возрасту особую ригидность эмоциональной сферы (негибкость, косность, инертность, тенденция к самоподдержанию). Подросток, под влиянием «самоподкрепления» эмоций, может «купаться» в собственных эмоциях печали, гнева, чувстве вины, горя. «Эти переживания могут вызвать у него удовольствие, а избавление от отрицательных эмоций может стать неприятным и даже вызвать отвержение» [11].

Абрамова Г.С. Утверждает, что настоящая дружба (будет называться далее дружба), а именно встречи с настоящим другом могут дать человеку вопрос о сущности его жизни, «о цели существования» [1, с. 513]. Пока человек ощущает такую дружбу, понимание со стороны, принятия таким как есть без критики в ущерб, нотаций, учений, он не теряет своей идентификации, своего Я, и с готовностью и теплом отдает такой же энергетический заряд своему настоящему другу. По Э. Берн изучая отношения настоящих друзей выделил три составляющие, которые могут определить настоящую дружбу. Так, друзья не могут быть друг другу «родителями», они могут быть либо оба взрослыми (или ребенка), либо взрослый и ребенком (или ребенок-взрослый). Друзья могут проявлять сочувствие и заботу (свойственному родительскому эго-состоянию), но, не разрушая дружбу. Однако когда сочувствия и заботы не просят, это нельзя назвать дружбой. Однако сложно определить какой-то определенный тип отношений, т. к. люди разные и впоследствии отношения таковы. Простое присутствие друга все же не делает дружбу настоящей дружбой. Только встречи несут реальный экзистенциональный смысл. «Во встречах всегда заложена готовность к продолжению, к возобновлению, если же с ней не связано это переживание, то, значит, дружбе пришел конец» [1, с. 513].

Подростковому возрасту, в отличие от других возрастных форм появляется способность переживания одиночества. Подросткам впервые за время жизни представился шанс взглянуть на себя со стороны, остановиться и задуматься. Подростки дистанцируются от взрослости (во что они могут уже перейти) и смотрят на себя со стороны детства. «Эта дистанция – удаленность от взрослой жизни, позволяет им сблизиться со сверстниками, так как одиночество подростков – это не пустота, это энергетический источник, который требует направленного выхода энергии» [1, с. 495]. В противном случае, если энергия не задействуется в нужном

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: