Xreferat.com » Рефераты по психологии » История психологии

История психологии

объединения в VII в. арабских племен воз­никло государство, имевшее своим идеологическим оп­лотом новую религию - ислам. Под эгидой этой рели­гии началось завоевательное движение арабов, завер­шившееся образованием Халифата, на территориях ко­торого жили народы с древними культурными тради­циями

Государственным языком Халифата стал арабский, хотя культура этого огромного государства восприняла достижения многих населявших его народов, а также эллинов, народов Индии В культурные центры Хали­фата прибывали караваны верблюдов, навьюченных книгами чуть ли не на всех известных тогда языках

В то время, когда в Западной Европе, распавшейся на замкнутые феодальные мирки, были начисто забыты достижения европейской и александрийской науки,. на арабском Востоке кипела интеллектуальная жизнь Сочинения Платона и Аристотеля, других античных мыслителей переводились на арабский язык, переписывались и распространялись по всей огромной арабской державе.

Именно это стимулировало развитие науки, прежде всего физико-математической и медицинской Появившиеся во множестве астрономы, математики, химики,. географы, ботаники, врачи создавали мощный культур но научный слой, из которого выделились крупнейшие умы Они обогатили достижения своих древних пред­шественников и создали предпосылки для последующе­го подъема философской и научной мысли на Западе, в том числе и психологической Среди них следует вы­делить прежде всего среднеазиатского ученого Ибн-Сину (XI в) (в латинской транскрипции - Авиценну).

С точки зрения развития естественнонаучных знаний о душе, особый интерес представляет его медицинская психология. В ней важное место отводилось учению о роли аффектов в регуляции и развитии поведения организма Созданный Ибн-Синой “Канон медицинской науки” обеспечил ему “самодержавную власть во всех медицинских школах средних веков”

Ибн-Сина был также одним из первых исследовате­лей в области возрастной психологии Он изучал связь между физическим развитием организма и его психоло­гическими особенностями в различные возрастные периоды, придавая при этом важное значение воспитанию Именно посредством воспитания осуществляется, по Ибн-Сине, воздействие психического на устойчивую структуру организма Чувства, изменяющие течение физиологических процессов, возникают у ребенка в ре­зультате воздействия на него окружающих людей, вызывая у ребенка те или другие аффекты, взрослые фор­мируют его натуру.

Физиологическая психология Ибн-Сины включала, таким образом, предположения о возможности управлять процессами в организме и даже придавать организму определенный устойчивый склад путем воздействия на его чувственную, аффективную жизнь, зависящую от поведения других людей Идея взаимосвязи психического и физиологического - не только зависимость психики от телесных состояний, но и ее способность (при аффектах, психических травмах, деятельности воображения) глубоко влиять на них - разрабаты­валась Ибн-Синой на основе его обширного медицинского опыта.

Имеются сведения о том, что, не ограничиваясь на­блюдениями, он предпринял попытку изучить этот вопрос экспериментально

Особый интерес арабские натуралисты и математики, и Ибн-Сина в том числе, проявляли к органу зрения. Среди исследований в этой области выделяются открытия Ибн-аль-Хайсама (XI в), в латинской транскрипции Альгазена. В каждом зрительном акте он различал, с одной стороны, непосредственный эффект запечатления внешнего воздействия, с другой - при­соединяющуюся к этому эффекту работу ума, благодаря которой устанавливается сходство и различие видимых объектов

Ибн-аль-Хайсам изучил такие важные феномены, как бинокулярное зрение, смешение цветов, контраст и т д. Он указывал, что для полного восприятия объ­ектов необходимо движение глаз - перемещение зри тельных осей Ибн-аль-Хайсам подверг анализу зависимость зрительного восприятия от его длительности, еде лав акцент на факторе времени. Подметив, что при кратковременном предъявлении могут быть правильно восприняты лишь знакомые объекты, он сделал вывод условием возникновения зрительного образа служат не только непосредственные воздействия световых раздражителей, но и сохраняющиеся в нервной системе следы прежних впечатлений.

Параллельно, продолжался, хотя и более медленно процесс исследования психики человека и в Европе, хотя оно испытывало сильнейшее давление средневековой католической церкви, и как следствие, рассматривало все с точки зрения религии (достаточно лишь обратиться к схоластике средневековья и ее взглядам на систему психики человека).

Понятие об интроспекции, зародившееся у Плотина, превратилось в важнейший источник религиозного са­моуглубления у Августина и вновь выступило как опо­ра модернизированной и теологической психологии у Фомы Аквинского. Работу души последний представил в виде следующей схемы сначала она совершает акт познания - ей является образ объекта (ощущение или понятие), затем осознает, что ею произведен этот акт, и, наконец, проделав обе операции, душа “возвращает­ся” к себе, познавая уже не образ и не акт, а самое себя как уникальную сущность Перед нами - замкну­тое сознание, из которого нет выхода ни к организму, ни к внешнему миру.

В Англии, где социальные устои феодализма подры­вались наиболее энергично, появляется номинализм (от лат “номен”— имя) Он возник в связи со спором о природе общих понятий, или универсалий, суть которого состояла в том, существуют ли эти общие понятия сами по себе, самостоятельно и независимо от нашего мышления, либо представляют собой только имена, реально же познаются лишь конкретные явления.

Самым энергичным проповедником номинализма был профессор Оксфордского университета Уильям Оккам (ок. 1285—1349). Отстаивая учение о “двойственной истине” (из которого явствова­ло, что религиозные догматы не могут быть основаны на разуме), он призывал опираться на чувственный опыт; при этом следовало ориентироваться на термины, обозначающие либо классы предметов, либо классы имен, знаков.

Номинализм способствовал развитию естественно­научных взглядов на познавательные возможности че­ловека К знакам как главным регуляторам душевной активности неоднократно обращались многие мыслите­ли последующих веков. Так, в психологии утвердилось правило (известное под названием “бритвы Оккама”), согласно которому “не следует умножать сущности без надобности” Иначе говоря, нет смысла прибегать к объяснению каких-либо явлений многими силами или факторами, когда можно обойтись их меньшим числом:

“Бесполезно делать посредством многого то, что мож­но сделать посредством меньшего”. Это стало основой своего рода “закона экономии” в психологии, проиллюстрировать который можно таким примером:

Итак, в раннем средневековье под пластом чисто рассудочных построений, чуждых реальным особенно­стям психической деятельности, пробивался родник но­вых идей, связанных с опытным познанием души и ее проявлений. В противовес принятым схоластикой прие­мам выведения отдельных психических явлений из сущ­ности души и ее сил, для действия которых нет дру­гих оснований, кроме воли божьей, складывалась ме­тодология, основанная на опытном, детерминистском подходе. Своего расцвета этот подход достиг в следу­ющую историческую эпоху.

Переходный период от феодальной культуры к бур­жуазной получил имя эпохи Возрождения. Его главной особенностью стало возрождение античных ценностей” без которых едва ли бы смогли существовать и арабо-язычная, и латино-язычная (в Западной Европе, как известно, языком образованности была латынь) куль­туры.

Мыслители Возрождения полагали, что они очища­ют античную картину мира от “средневековых варва­ров”. Восстановление античных памятников культуры в их подлинном виде действительно стало признаком нового идейного климата, хотя их восприятие, разу­меется, было созвучно новому образу жизни, обуслов­ленной им интеллектуальной ориентации. Возникнове­ние мануфактурного производства, усложнение и со­вершенствование орудий труда, великие географические открытия, возвышение бюргерства (среднего слоя го­рожан), отстаивавшего свои права в ожесточенной по­литической борьбе,— все эти процессы изменили поло­жение человека в мире и обществе, а следовательно - и его представления о мире и самом себе

Новые философы вновь обращаются к Аристотелю, который теперь из идола скованной церковными догма­ми схоластики превращается в символ свободомыслия, спасения от этих догм В главном очаге Возрожде­ния -Италии - разгораются споры между спасшимися от инквизиции сторонниками Ибн-Рошда (аверроистами) и еще более радикально настроенными александристами.

Последний термин происходит от имени древнегре­ческого философа Александра Афродисийского, живше­го в Афинах в конце II в. н. э., который прокомменти­ровал трактат Аристотеля “О душе” иначе, чем Ибн-Рошд. Коренное различие касалось вопроса о бессмер­тии души - главного вопроса в церковном вероучении. Если Ибн-Рошд, разделяя разум (ум) и душу, считал разум, как высшую часть души, бессмертным, то Алек­сандр настаивал на целостности аристотелевского уче­ния и его тезисе о том, что все способности души начи­сто исчезают вместе с телом.

У александристов антиклерикальные мотивы звуча­ли резче н последовательнее, чем у аверроистов. Оба направления сыграли важную роль в создании новой идейной атмосферы, проложив путь к естественнонауч­ному изучению организма человека .и его психических функций. По этому пути пошли многие философы, на­туралисты, врачи, которых отличал интерес к изучению природы. Их творчество пронизывала вера во всемо­гущество опыта, в преимущество наблюдений, прямых контактов с реальностью, в независимость подлинного знания от схоластической мудрости.

Одним из титанов Возрождения был Леонардо да Винчи (1452—1519). Он представлял новую науку, ко­торая родилась не в университетах, где по-прежнему изощрялись в комментариях к текстам древних, а в мастерских художников и строителей, инженеров и изобретателей. В своей практике они были преобразо­вателями мира, их опыт радикально менял культуру л строй мышления. Высшей ценностью становился не божественный разум, а, говоря языком Леонардо, - “божественная наука живописи”. При этом под живо­писью понималось не только искусство отражения ми­ра в художественных образах.

Изменения в реальном бытии личности коренным образом изменяли ее самосознание. Субъект осознавал себя центром направленных вовне духовных сил, которые воплощаются в реальные, чувственные ценности; он желал подражать природе, на деле преобразуя ее своим твор­чеством, практическими деяниями.

Наряду с Италией возрождение новых гуманистиче­ских взглядов на индивидуальную психическую жизнь достигло высокого уровня в других странах, где подры­вались устои прежних социально-экономических отно­шений. В Испании возникли направленные против схо­ластики учения, устремленные к поискам реального знания о психике. Так, Хуан Луис Вивес (1492-1540) в ставшей знаменитой в Европе книге “О душе и жиз­ни” доказывал, что природа человека познается не из книг, а путем наблюдения и опыта, позволяющих, опи­раясь на теорию, правильно воспитывать ребенка.

Другой врач Хуан Уарте (ок. 1530 - 1592), также отвергая умозрение и схоластику, требовал применить индуктивный метод “Исследования способностей к на­укам” (так называлась его книга). Это была первая в истории психологии работа, в которой ставилась задача изучить индивидуальные различия между людьми для определения их пригодности к различным профессиям.

Дальнейшее свое развитие учение о психике человека приобретает уже в 17 веке.


Психологическая мысль в XVII в.

XVII век стал эпохой коренных изменений в социаль­ной жизни Западной Европы, веком научной револю­ции и торжества нового мировоззрения. Его предве­стником был итальянский ученый Галилео Галилей (1564 - 1642), учивший, что природа есть система дви­жущихся тел, не обладающих никакими свойствами, кроме геометрических и механических. Все, что проис­ходит в мире, следует объяснять только этими материальными свойствами, только законами механики. Гос­подствовавшее веками убеждение в том, что движения­ми природных тел правят бестелесные души, цели и формы, было ниспровергнуто. Этот новый взгляд на мироздание произвел полный переворот в объясне­нии причин поведения живых существ.

Первый набросок психологической теории, использо­вавшей достижения геометрии и новой механики, при­надлежал французскому математику, естествоиспыта­телю и философу Рене Декарту (1596 - 1650). Он ори­ентировался на модель организма как механически ра­ботающей системы. Тем самым, живое тело, которое во всей прежней истории знаний рассматривалось как оду­шевленное, т. е. одаренное и управляемое Душой, осво­бождалось от ее влияния и вмешательства. Отныне различие между неорганическими и органическими те­лами объяснялось по критерию отнесенности последних к объектам, действующим по типу простых технических устройства В век, когда эти устройства со все большей определенностью утверждались в общественном произ­водстве, далекая от производства научная мысль объ­ясняла по их образу и подобию функции организма. Первым большим достижением в этом плане стало от­крытие Уильямом Гарвеем (1578—1657) кровообраще­ния: сердце предстало своего рода помпой, перекачива­ющей жидкость. Участия души в этом не требовалось.

Второе достижение принадлежало Декарту. Он ввел понятие рефлекса (сам термин появился позже), став­шее фундаментальным для физиологии и психологии.

Если Гарвей устранил душу из круга регуляторов внут­ренних органов, то Декарт отважился покончить с ней на уровне внешней, обращенной к окружающей среде работы всего организма. Три столетия спустя И. П. Пав­лов, следуя этой стратегии, распорядился поставить бюст Декарта у дверей своей лаборатории.

Здесь мы вновь сталкиваемся с принципиальным для понимания прогресса научного знания вопросом о соотношении теории и опыта (эмпирии). Достоверное знание об устройстве нервной системы и ее функциях было в те времена ничтожно. Декарту эта система ви­делась в форме “трубок”, по которым проносятся лег­кие воздухообразные частицы (он называл их “живот­ными духам””). По декартовой схеме внешний импульс приводит эти “духи” в движение и заносит в мозг, от­куда они автоматически отражаются к мышцам. Когда горячий предмет обжигает руку, это побуждает челове­ка ее отдернуть: происходит реакция, подобная отра­жению светового луча от поверхности. Термин “реф­лекс” и означал отражение.

Реакция мышц - неотъемлемый компонент поведе­ния. Поэтому декартова схема, несмотря на ее умозри­тельный характер, стала великим открытием в психо­логии. Она объяснила рефлекторную природу поведе­ния без обращения к душе, как движущей телом силе.

Декарт надеялся, что со временем не только про­стые движения (такие, как защитная реакция руки на огонь или зрачка на свет), но и самые сложные удаст­ся объяснить открытой им физиологической механикой. “Когда собака видит куропатку, она, естественно, бро­сается к ней, а когда слышит ружейный выстрел, звук его, естественно побуждает ее убегать. Но тем не ме­нее, легавых собак обыкновенно приучают к тому, что вид куропатки заставляет их остановиться, а звук вы­стрела подбегать к куропатке”. Такую перестройку по­ведения Декарт предусмотрел в своей схеме устройства телесного механизма, который, в отличие от обычных автоматов, выступил как обучающаяся система.

Она действует по своим законам и “механическим” причинам; их знание позволяет людям властвовать над собой.

Этот вывод противостоял декартовой идее разделе­ния чувств на коренящиеся в жизни организма и чи­сто интеллектуальные В качестве примера Декарт в своем последнем сочинении—письме шведской короле­ве Христине—объяснил сущность любви как чувства, имеющего две формы: телесную страсть без любви и интеллектуальную любовь без страсти. Причинному объяснению поддается только первая, поскольку она зависит от организма и биологической механики. Вто­рую можно только понять и описать.

Однако, Декарта и его воззрения начинают подвергать критике, и одним из, тех, кто не согласен с Декартом является Томас Гоббс (1588 - 1679). Он начисто отверг душу как осо­бую сущность. В мире нет ничего, утверждал Гоббс, кроме материальных тел, которые движутся по законам механики, открытым Галилеем. Соответственно и все психические явления подчиняются этим глобальным за­конам. Материальные вещи, воздействуя на организм, вызывают ощущения. По закону инерции из ощущений возникают представления (в виде их ослабленного сле­да), образующие цепи мыслей, которые следуют друг за другом в том же порядке, в каком сменялись ощу­щения.

Такая связь получила впоследствии название ассо­циации. Об ассоциации как факторе, объясняющем, почему данный психический образ оставляет у челове­ка именно такой, а не другой след, было известно со времен Платона и Аристотеля.

Для великих ученых XVII века научное познание психики как причин явлений имело в качестве непре­ложной предпосылки обращение к телесному устрой­ству. Но эмпирические знания о нем были, как показа­ло время, столь фантастичны, что прежние свидетель­ства следовало игнорировать. На этот путь стали при­верженцы эмпирической психологии, понимавшие под опытом обработку субъектом содержания своего созна­ния. Они использовали понятия об ощущениях, ассо­циациях и т. д. как фактах внутреннего опыта. Гене­алогия этих понятий восходила к открытому свобод­ной мыслью объяснению психической реальности, от­крытому благодаря тому, что было отринуто веками царившее убеждение, будто эта реальность произво­дится особой сущностью—душой. Отныне активность души выводилась из законов и причин, действующих в телесном, земном мире. Знание же законов природы рождалось не из внутреннего опыта наблюдающего за собой сознания, но из общественно-исторического опы­та” обобщенного в научных теориях Нового времени.

Психологическая мысль и развитие взглядов на систему психики человека в XVIII в.

В этом веке, как и в предшествующем, в Западной Европе происходило дальнейшее укрепление капитали­стических отношений. Индустриальная революция пре­вратила Англию в могущественную державу. Глубо­кие политико-экономические изменения привели к ре­волюции во Франции. Расшатывались феодальные устои в Германии. Расширялось и крепло движение, названное Просвещением.

Мыслители, представлявшие это тече­ние, считали главной причиной всех человеческих бед невежество, религиозный фанатизм, требовали вер­нуться к естественной неиспорченной природе челове­ка, покончить с суевериями, со слепой религиозной ве­рой, утвердить в умах людей взамен ложного знание научное, проверенное опытом и разумом. Предполага­лось, что, следуя этим путем, удастся избавиться от со­циальных бедствий и пороков с тем, чтобы повсемест­но воцарились добро и справедливость. Эти идеи при­обретали в различных странах различную тональность соответственно своеобразию их общественно-историче­ского развития.

Наиболее ярко идеи Просвещения исповедовались на французской почве в преддверии революции, покон­чившей с феодально-абсолютистским строем. В Англии, где 'буржуазные отношения утвердились раньше, чем во Франции, главным идеологом Просвещения стал Дж. Локк. Его соотечественник физик и математик И. Ньютон (1643—1727) создал новую механику, по­всеместно воспринятую как образец и идеал точного знания, как великое торжество разума. В новом свете представления о психике человека были освещены в трудах Юма.

Мнение Юма о том, что понятие о субъекте может быть сведено к пучку ассоциаций, было направлено своим критическим острием против представления о ду­ше как особой, дарованной Всевышним сущности, ко­торая порождает и связывает между собой отдельные психические феномены. Предположение о такой спиритуальной субстанции защищал, в частности, Беркли, отвергавший субстанцию материальную. Согласно же Юму, душа есть нечто вроде театральных подмостков, где проходят чередой сцепленные между собой сиены.

Учения об ассоциациях английских мыслителей XVIII века, как в материалистическом, так и идеали­стическом вариантах, направляли научные поиски мно­гих западных психологов двух последующих веков.

Самыми радикальными критиками любых учений, допускающих влияние на природу и человека сил, ус­кользающих от опыта и разума, выступили французские мыслители. Они объединились вокруг 35-томной “Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусств и ремесел” (1751—1780), освещавшей новейшие дости­жения человеческого знания (поэтому их принято на­зывать энциклопедистами). В энциклопедии с материа­листических позиций излагались и вопросы психологии.

Крайним сенсуалистом зарекомендовал себя фило­соф Этьен Бонно де Кондильяк (1715—1780). Для на­глядности он предложил образ “статуи”, которая по­началу не обладает ничем, кроме способности ощу­щать. Стоит ей, однако, получить извне первое ощуще­ние, хотя бы самое примитивное (например, обоня­тельное), как начинает действовать вся психическая механика. Как только один запах сменяется другим, сознание готово получить все то, что Декарт относил на счет врожденных идей, а Локк - рефлексии. Силь-яое ощущение порождает внимание; сравнение одного ощущения с другим становится функциональным актом, который определяет дальнейшую умственную работу и т. д.

В отличие от “статуи” Кондильяка, Жюльен-Ламет-ри (1709 - 1751), предложил образ “человека - маши­ны”. Именно так он озаглавил свой выпущенный под чужим именем трактат. Из него явствовало, что наде­лять организм человека душой столь же бессмыслен­но, как искать ее в дейсвиях машины. Ламетри счи­тал, что выделение Декартом двух субстанций - не более, чем “стилистическая хитрость”, придуманная для обмана теологов. Декарт устранил душу из организма животных Ламетри доказывал, что не нуждает­ся в ней и человеческий организм, с которым сопряже­ны психические способности; они—продукт его машиноподобных действий.

Другими лидерами движения за новое мировоззрение выступили К. Гельвеций (1715 - 1771), П Гольбах (1723 - 1789) и Д. Дидро (1713 - 1784). Отстаивая принцип возникновения мира духовного из мира физического, они трактовали наделенного психикой “челове­ка - машину” как продукт внешних воздействий и есте­ственной истории.

Завершающий период в развитии французского ма­териализма представлен врачом-философом Пьером Кабанисом (1757—1808). Ему принадлежит формула, согласно которой мышление - это функция мозга. Свой вывод Кабанис подкреплял наблюдениями, подсказан­ными кровавым опытом революции. Ему было поруче­но выяснить, осознает ли казнимый на гильотине чело­век свои страдания (о чем могут свидетельствовать, например, конвульсии). Кабанис ответил на этот во­прос отрицательно; движения же обезглавленного тела имеют, по его мнению, рефлекторный характер и не осознаются, ибо сознание - функция мозга. Понятие о функции, выработанное физиологией применительно к различным органам, распространялось, таким образом, и на работу головного мозга

Впрочем, формула Кабаниса была использована для вульгаризации философии материализма ее против­никами. Кабанису приписали мнение о том, что мозг выделяет мысль, подобно тому как печень - желчь, а почки - мочу. На деле же, говоря о сознании как фун­кции головного мозга, Кабанис имел в виду совершен­но иное. К внешним продуктам мозговой деятельности он относил выражение мысли словами и жестами; за самой же мыслью, подчеркивал он, скрыт неизвестный нервный процесс.

Французские материалисты эпохи Просвещения сы­грали позитивную роль в интеллектуальной жизни Европы. Они отстаивали идею целостности человека, нераздельной связи его телесно-духовного бытия с окружающей средой—природной и социальной, куль­тивировали веру и способность чувственного опыта служить единственным гарантом рационального знания о неисчерпаемом внешнем мире, в нераздельность пси­хических явлений и нервного субстрата, который их производит. Доказывая необходимость перехода от умозрительного изучения этой нераздельности к ее эм­пирическому исследованию, призывая искать корни яв­лений, считавшихся порождением бестелесной, соеди­няющей человека с Богом души, в доступной для скальпеля и микроскопа нервной ткани, энциклопеди­сты подготовили почву для движения научной мысли следующего столетия в новом направлении.


Завершающий этап развития представлений

о природе психики XIX - XX вв.

В начале XIX века стали складываться новые подходы к психике. Отныне не механика, а физиология стимулировала рост психологического знания. Имея своим предметом особое природное тело, физиология превратила его в объект экспериментального изучения. На первых порах руководящим принципом физиологии было “анатомическое начало”. Функции (в том числе психические) исследовались под углом зрения их зависимости от строения органа, его анатомии. Умозрительные, порой фантастические воззрения прежней эпохи физиология переводила на язык опыта.

Так, фантастическая по своей эмпирической фактуре рефлекторная схема Декарта оказалась правдоподобной благодаря обнаружению различий между чувствительными (сенсорными и двигательными (моторными) нервными путями, ведущими в спинной мозг. Открытие принадлежало врачам и натуралистам чеху И. Прахазке, французу Ф. Мажанди и англичанину Ч. Беллу, ]0по позволило объяснить механизм связи нервов через так называемую рефлекторную дугу, возбуждение одного плеча которой закономерно и неотвратимо приводит в действие другое плечо, порождая мышечную реакцию. Наряду с научным (для физиологии) и практическим (для медицины) это открытие имело важное методологическое значение. Оно опытным путем доказывало зависимость функций организма, касающихся его поведения во внешней среде, от телесного субстрата, а не сознания (или души) как особой бестелесной сущности.

Второе открытие, которое подрывало версию о существовании этой сущности, было сделано при изучении органов чувств, их нервных окончании. Оказалось, что какими бы стимулами на эти нервы ни воздействовать, результатом будет один и тот же специфический для каждого из них эффект, например, любое раздражение зрительного нерва вызывает у субъекта ощущение вспышек света. На этом основании немецкий физиолог Иоганнес Мюллер (1801—1858) сформулировал “закон специфической энергии органов чувств”: никакой иной энергией, кроме известной физике, нервная ткань, не обладает.

Выводы Мюллера укрепляли научное воззрение на психику, показывая причинную зависимость ее чувственных элементов (ощущений) от объективных материальных факторов: внешнего раздражителя и свойства нервного субстрата.

Наконец, еще одно открытие подтвердило зависимость психики от анатомии центральной нервной системы и легло в основу приобретшей огромную популярность френологии. Его автор - австрийский анатом Франц Галль (1758-1828) - предложил “карту головного мозга”, согласно которой различные способности “размещены” в определенных участках, мозга. Это, по мнению Галля, влияет на форму черепа и позволяет, ощупывая его, определять по “шишкам”, насколько развиты у данного индивида ум, память и другие функции. Френология, при всей ее фантастичности, побудила к экспериментальному изучению размещения (локализации) - психических функций в головном мозге.

В своей лабораторной экспериментальной работе физиологи - люди естественнонаучного склада ума - вторгались в область, которая издавна считалась заповедной для философов как “специалистов по душе”. В итоге психические процессы перемещались в тот же ряд, что и видимая под микроскопом и, препарируемая скальпелем нервная ткань, их порождающая. Оставалось, правда, неясным, каким образом совершается чудо порождения психических продуктов, которые человек не может увидеть, собрать в пробирку и т. д. Тем не менее, выснялось, что эти продукты даны в пространстве. Подрывался постулат, считавшийся со времен Декарта самоочевидным: душевные явления отличаются от всех остальных своей непространственностью.

К новым открытиям пришел другой - исследователь органов чувств, физиолог Эрнст Вебер (1795 - 1878). Он задался вопросом: насколько следует изменять силу раздражения, чтобы субъект уловил едва заметное различие в ощущении. Таким образом, акцент сместился: предшественников Вебера занимала зависимость ощущении от нервного субстрата, его самого— зависимость между континуумом ощущений и континуумом вызывающих их физических стимулов. Обнаружилось, что между первоначальным раздражителем и последующими существует вполне определенное (разное для различных органов чувств) отношение, при .котором субъект начинает замечать, что ощущение стало уже другим. Для слуховой чувствительности, например, это отношение составляет 1/160, для ощущений веса - 1/30 и т. д.

Опыты и математические выкладки стали истоком течения, влившегося в современную науку под именем психофизики. Ее основоположником выступил немецкий ученый Густав Фехнер (1801 - 1887). Развитие психофизики начиналось с представлений о, казалось бы, локальных психических феноменах, которые имели огромный методологический и методический резонанс во всем корпусе психологического знания. В, него внедрялись эксперимент, число, мера. Таблица логарифмов оказалась приложимой к явлениям душевной жизни, к поведению субъекта, когда ему приходится определять едва заметные различия между внешними (объективными) явлениями.

Прорыв от психофизиологии к психофизике был знаменателен и в том отношении, что разделил принципы причинности и закономерности. Ведь психофизиология была сильна выяснением причинной зависимости субъективного факта (ощущения) от строения органа (нервных волокон), как этого требовало “анатомическое начало”. Психофизика же доказала, что в психологии и при отсутствии знаний о телесном субстрате, строго эмпирически, могут быть открыты законы, которым подвластны ее явления.

Старая психофизиология с ее анатомическим началом расшатывалась самими физиологами еще с одной стороны. Голландский физиолог Франц Дондерс (1818 - 1889) занялся экспериментами по изучению скорости протекания психических процессов. Несколько раньше Г. Гельмгольц открыл скорость прохождения импульса по нерву; это открытие относилось к процессу в организме. Дондерс же обратился к измерению скорости реакции субъекта на воспринимаемые им объекты. Испытуемый выполнял задания, требовавшие от него возможно более быстрой реакции на один из нескольких раздражителей, выбора различных ответов на разные раздражители и т. д. Эти опыты разрушали веру в мгновенно действующую душу, доказывали, что психический процесс, подобно физиологическому, можно измерить. При этом считалось само собой разумеющимся, что психические процессы совершаются именно в нервной системе.

Позже Сеченов, ссылаясь на изучение времени реакции как процесса, требующего целостности головного мозга, подчеркивал: “Психическая деятельность как всякое земное явление происходит во времени и пространстве”.

Центральной фигурой в создании основ психологии как науки, имеющей собственный предмет, был Герман Людвиг Гельмгольц (1821—1894). Его разносторонний гений преобразовал многие науки о природе, в том числе науку о природе психического. Гельмгольц открыл закон сохранения энергии. “Мы все дети Солнца,— говорил он,— ибо живой организм, с позиций физики, это система, в которой нет ничего кроме преобразований различных видов энергии”. Тем самым из науки изгонялось представление об особых витальных силах, отличающих поведение в органических и неорганических телах.

Занимаясь изучением органов чувств, Гельмгольц принял за объяснительный принцип не энергическое (молекулярное), а анатомическое начало. Именно на последнее он опирался в своей концепции цветного зрения. Гельмгольц исходил из гипотезы о том, что имеется три нервных волокна, возбуждение которых волнами различной длины создает ощущения основных цветов: красного, зеленого и фиолетового.

Такой способ объяснения . оказался непригодным, когда Гельмгольц от ощущений перешел к анализу восприятия целостных объектов в окружающем пространстве. Это побудило его ввести два новых фактора: а) движения глазных мышц; б) подчиненность этих движений особым правилам, подобным тем, по которым строятся логические умозаключения. Поскольку эти правила действуют независимо от сознания, Гельмгольц назвал их “бессознательными умозаключениями”. Таким образом, экспериментальная работа столкнула Гельмгольца с необходимостью ввести новые причинные факторы. До того он относил к ним либо превращения физической энергии, либо зависимость ощущения от устройства органа. Теперь к этим двум причинным “сеткам”, которыми наука улавливает жизненные процессы, присоединялась третья. Последующее исследования стали основой психологии, развившейся и достигшей расцвета уже в двадцатом веке.


Заключение.

Дальнейшие исследования в области психики и психологии, проводились уже многочисленными учеными, было открыто

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: