Xreferat.com » Рефераты по психологии » Проблема понимания в современной психологии

Проблема понимания в современной психологии

из типов текстов, к тому же менее исследованного). Надо отметить, что сама методика, как мне представляется, во многих вопросах является небесспорной, причем основными из них являются вопросы о нормативах развития, на которые ориентировались авторы при построении методики, и сама связь понимания текстов, предлагаемых средствами  массовой информации с умственным развитием школьников.

Еще одним исследованием в области проблематики понимания является работа Н.Т. Ерчак (1994) об особенностях понимания художественного текста взрослыми и детьми.

В качестве базовых представлений о понимании автор использует определение понимания Н.А. Менчинской (1962) и объяснительный принцип процесса понимания, автором которого является А.Р. Лурия. В этих представлениях для нас наиболее интересны два аспекта. Во-первых, по определению, понимание рассматривается как аналитико-синтетическая деятельность, направленная на раскрытие существенного в предметах и явлениях. Во-вторых, при рассмотрении процесса понимания основными процедурами оказываются расчленение развернутого речевого потока на значащие единицы и складывание затем целостной структуры, выявление смысла, т.е. по сути дела те же анализ и синтез. Таким образом, читатель и слушатель, работая с текстом, осуществляют его «смысловое сжатие», говорящий же разворачивает сжатый смысл. Механизмом, обеспечивающим этот процесс, является внутренняя речь. Она представляет собой центральное речевое звено и образует неразрывное единство знакового, образного и эмоционального компонентов (см. также Выготский, 1996). Результатом смыслового сжатия является получение «смысловых вех (или ядер)», состоящих из элементов этих сфер в их своеобразном сочетании.

Гипотезой исследования явилось представление о сходстве возникновения «смысловых вех» в сознании взрослых и детей при условии правильного понимания текста.

Методика была направлена на анализ образов и эмоций, возникающих при чтении и понимании художественно-описательного текста.

В результате была выявлена зависимость между количеством сигналов, отмечающих возникновение образов и эмоций, и появлением в тексте «ключевых» слов и словосочетаний. Причем частота появления образов возрастала в местах, отражающих новизну, действие, ситуацию выбора. Эмоции же возникают реже в силу большей трудности осознания и выражения переживаний словами.

При сравнении результатов взрослых и детей оказалось, что и те, и другие при понимании текста опираются на сходные элементы образной, эмоциональной и знаковой сфер, индивидуально-своеобразные сочетания которых могут рассматриваться в качестве «смысловой единицы». Однако смысловые единицы взрослых и детей не тождественны друг другу. Авторы выделяют две характеристики смысловых единиц, позволяющих описывать и анализировать уровень понимания: уровень обобщенности и степень емкости.

Уровень обобщенности определяется в динамике, то есть при повышении обобщенности осуществляется переход от частного к общему. Это происходит во всех сферах: знаковой, образной, эмоциональной. Степень емкости понимается как количество охватываемых единицей знаков, образов, эмоций в разнообразных взаимосвязях и взаимозависимостях.

Однако авторы отмечают, что смысловая единица является динамичной целостностью, структура которой может меняться с возрастом, или с переходом от одного типа текста к другому. Так, с возрастом смысловые единицы становятся более дифференцированными и обобщенными по своему знаковому компоненту, а эмоциональный и образный — как бы отходят на второй план.

Кроме уже перечисленных закономерностей, авторы выделили три основных типа смысловых единиц, которые определяются через сочетание характеристик емкости и обобщенности. Первый тип — сочетание высокого уровня обобщенности и высокой степени емкости смысловых единиц — характеризует людей хорошо понимающих обсуждаемую проблему; эти люди обладают высокой степенью освоения материала. Второй тип — высокий уровень обобщенности и низкая степень емкости — отличает формальное освоение с недостаточной проработкой связей и фактологической наполненностью. Третий тип — сочетание низкого уровня обобщенности и (обычно) низкой степени емкости единицы — является показателем неосведомленности человека в обсуждаемой тематике.

Однако, такая классификация смысловых единиц еще не дает права подразделять людей на «умных» и «не очень умных», поскольку каждый человек в процессе понимания использует различные сочетания смысловых единиц для достижения лучшего результата. Хотя вопрос о причинах выбора того или иного типа единицы (как и процесс смыслового сжатия текста) авторами, к сожалению, не рассматривается.

Также особенностям понимания художественного  текста посвящена работа Граник и Концевой (1996). Это исследование было направлено на изучение проблем обучения, связанных с трудностями понимания  текстов,  и поиск  средств их решения.

В работе  понимание предложений анализировалось, исходя из ряда способностей. В их числе оказалось и   умение расставлять знаки препинания, но основной способностью  авторы считали умение «расшифровать» предложение, изспользуя всю возможную информацию (конкретные слова и словосочетания текста, а также свой жизненный опыт)  для построения тех или иных выводов.

Результатом этого исследования явилось признание того, что  число неподготовленных к этому учащихся, способных справиться с этим заданием, очень не велико (от 3  до 11%  в каждом из классов 15 обследованных школ). Учащиеся, у которых это умение не было сформировано, чаще пересказывали предложения,  заменяя одни слова другими (синонимичными) или начинали фантазировать, не основываясь на информации, содержащейся в предложении.

Анализируя ситуацию, авторы пришли к выводу,  что правильному пониманию необходимо обучать,  поскольку «сбои» в понимании, по их мнению,  связаны с двумя причинами: отсутствием задачи понять текст, извлечь всю информацию,  а также  несформированностью умения работать с текстом  «в диалоговой форме»  — ставя вопросы, формулируя гипотезы, отыскивая  подтверждение или опровержение своим вопросам и предположениям.

Далее авторы провели еще две серии  эксперимента (кроме описанной выше — диагностической): индивидуальную  и обучающую. В индивидуальной серии выяснилось, что учащиеся при пересказе и ответах на вопросы руководствуются готовым стереотипом, даже не пытаясь проверять адекватность собственных версий  той информации, которая представлена в тексте.  Результатом  обучающего эксперимента стало последующее планомерное использование этого метода большинством учащихся  при работе  с различными видами текстов.  То есть гипотеза  авторов о том, что понимание как способность должно и может быть сформировано в совместной работе учащегося с взрослым,  подтвердилась.

Таким образом, представленный обзор работ показывает, что экспериментальные исследования в области проблем понимания охватывают  разнообразный  контингент испытуемых, различный материал — тексты разной направленности: пословицы, художественные тексты, сообщения средств массовой информации. Но при рассмотрении целевого плана исследований оказывается, что  основными  направлениями являются диагностика  уровня развития тех или иных способностей  и  обучение   несформированным  приемам и техникам.  Оба направления, если рассматривать их в системе, — понимающий  во взаимодействии с текстом, — где существует понимание, занимаются изучением одной стороны — особенностей субъекта, понимающего текст,  не рассматривая  несомненно существующее влияние  самого текста (Круглый стол по проблемам создания и использования учебников, 1983).

В качестве подтверждения существования этой проблемы приведем примеры работ, проведенных в этой области. К работам, посвященным анализу влияния текста на понимание можно отнести работы Г. Кларка  и П. Люси (Величковский, 1982),  занимавшихся изучением разницы во времени обработки отрицательных и утвердительных предложений  и выявивших зависимости, связанные  не только с поверхностной структурой текста, но и с его глубинной репрезентацией. Также к вопросу о влиянии различных характеристик текста на процессы понимания относится исследование степени связи различных слов и пар в предложении В. Левельт и Д. Макнил, семантических связей ближайших предложений  текста (Доблаев, 1983).

Экспериментальная часть нашей  работы, представленная далее, была посвящена исследованию влияния эксплицитно представленного в тексте вывода  на понимание,  которое оценивалось по сложности воспроизведения текста, правильности ответов на вопросы, касающиеся содержания, уверенности в своих ответах и др. показателям.

При этом процесс понимания рассматривался как особая аналитико-синтетическая деятельность, направленная на реконструкцию понимаемого объекта. Результатом понимания текста является выделение смыслов, заложенных  автором, и построение  «сжатой»  версии, включающей в себя  опорные фрагменты содержания и способ их взаимосвязи, — сходные представления изложены в работах Л.П. Доблаева (1983) и Н.Т. Ерчака (1994).  Однако «понимание очень редко восстанавливает именно тот смысл и то содержание, которые закладывались в текст его создателями. В зависимости от принятого «способа деятельности» (а во многих случаях этот «способ» выбирается из ряда возможных) понимание выявляет в одном и том же тексте разные смыслы и соответственно этому строит поля и разные структуры содержания. Таким образом, понимание оказывается зависящим не только от текста и производящего  его мышления, сколько от еще более широкого контекста деятельности, в которую оно включено» (Щедровицкий, 1995, с.483). И тем не менее, целью понимания является восстановление авторского смысла, а не придумывание собственного, так как для этого  не требуется  тратить усилия на чтение  книг. 

Рассматривая существующие теоретические концепции и экспериментальные направления, мы одновременно пытались определить для себя свое место в поле проблематики понимания.  И пришли к выводу, что в  рамках концепции В.В. Знакова наиболее соответствующим нашим представлениям о понимании и его механизмах является когнитивный подход.  поэтому для обоснования нашей гипотезы мы использовали концепцию Т.А. ван  Дейка  и  У. Кинча (1988). Этими авторами была предложена стратегическую модель понимания  дискурса, т.е. понимания  вербальных текстов в ситуации непосредственного общения. Однако  объектом нашего исследования является письменный текст  — «общение» с автором посредством написанного им текста, специфика которого состоит в  том, что  читателю приходится  восстанавливать намерения автора, исходя из контекстуальной информации и собственных обширных знаний о мире (Солсо, 1996). Это обуславливает специфику применения модели. Из двух основных оснований модели: когнитивного и контекстуального, второе приобретает несколько умозрительный характер. Когнитивное  же основание предстает  во всей широте своих проявлений.

Результатом понимания является построение ситуативной (ван Дейк, Кинч, 1988), или ментальной (Джонсон-Лэрд, 1988), модели понимаемого объекта. Представление строится как  на основе поступающей информации, так и некоторых предварительных знаний об объекте, а также  другой внутренней когнитивной информации: убеждений, установок, мотивов, целей и задач, связанных с обработкой данной информации.  Способом построения ментальной модели объекта является  построение рабочих гипотез  относительно значения фрагмента в структуре текста, называемое  авторами  стратегией.  Т.А. ван Дейк и У. Кинч  в своей модели выделяют три основные разновидности стратегий: пропозиционные, макропропозиционные и стратегии локальной когерентности (связности). Их можно представить в виде этапов понимания, хотя сами авторы считают основным принципом своей модели комплексность,  понимаемую как переход  от  слов и предложений и их последовательностей к высшим структурам текста с постоянной обратной связью между более и менее сложными единицами. На основе значений слов и синтаксических структур предложений выстраиваются пропозиции и пропозиционные схемы,  обеспечивающие быстрый анализ поверхностных структур и выстраивание первичной семантической конструкции. Выстраивание с помощью стратегий локальной связности значимых  связей между предложениями  текста, а затем организация (с использованием макростратегий) макропропозиций и их уровней, образующих макроструктуру текста (суть, основную тему). Действие самих стратегий организуется управляющей системой, контролирующей обработку в кратковременной памяти, актуализирующей необходимое эпизодическое и общее семантическое знание. Она согласует использование стратегий, создающих семантическое представление и целей понимания. Таким образом,  на одном полюсе схемы понимания находится  текст, а на другом — управляющая система, определяющая существенность материала, с точки зрения целей и задач  деятельности, в которую включен понимающий субъект.

Исследуемая нами далее характеристика текста — наличие явно представленного вывода — в рамках  стратегической модели понимания может быть в процессе понимания преобразована в одну из центральных макропропозиций, являясь результатом разворачивания информации, представленной в тексте. Если рассматривать механизмы  влияния вывода  на результат понимания, можно отметить, что  в контексте использования пропозиционных стратегий  явно присутствующий в тексте вывод позволяет выделить наиболее значимые фрагменты текста (пропозиции и пропозиционные схемы), а в контексте стратегий локальной связности  — задать точки их соединения. Во взаимодействии с управляющей системой  вывод в тексте осуществляет контрольную функцию. Понимающий субъект через сопоставление  авторского вывода и представления возникшего в процессе понимания у него самого  получает информацию о полноте и правильности  своих выводов. При неудовлетворительном результате  возможен возврат к  фрагментам текста,  затруднившим понимание, для их повторной проработки.

Список литературы

Брудный А.А. Понимание и текст. / Загадка человеческого понимания. М.: «Политиздат», 1991.

Брудный А.А. Понимание как философско-психологическая проблема. / Вопросы психологии   № 10. 1975

Величковский Б.М. Современная когнитивная психология. М. МГУ, 1982

Виноград Т., Флорес Ф. О понимании компьютеров и познания. / Язык и интеллект. Под ред. В.В. Петрова. М.: «Прогресс», 1996. С. 185-229.

Выготский Л.С. Мышление и речь. М.: «Лабиринт», 1996.

Габитова Р.М. Универсальная герменевтика Фридриха Шлейермахера. / Герменевтика: история и современность. М.: «Мысль», 1985.

Гадамер Х.-Г. Истина и метод. М.: «Прогресс», 1988.

Горбачева Е.И. Предметная ориентация мышления и понимание. / Вопросы психологии. № 5,1994.

Граник Г.Г., Концевая Л.А. Восприятие школьниками художественных текстов. / Вопросы психологии  № 3, 1996

Граник Г.Г, Бондаренко С.М., Концевая Л.А.  Как учить школьников работать с учебником. М.: «Знание», 1987.

Граник Г.Г, Бондаренко С.М., Концевая Л.А.  Как учить  работать с книгой. М.: НПО «Образование», 1995.

Гурова Л.А. Процесс понимания в мышлении, общении и практической деятельности. / Мышление, общение, практика. Ярославль,1986.

Гусев С.С., Тульчинский Г.Л. Проблема понимания  в  философии.  М.: Политиздат, 1985.

ван Дейк  Т.А., Кинч У. Стратегии понимания связного текста. / Новое в зарубежной лингвистике. М.: «Прогресс», 1988  вып. XXIII.

Доблаев Л.П. К вопросу о семантических связях ближайших предложений текста. / Вопросы психологии. № 3, 1983.

Доблаев Л.П. Анализ и понимание текстов. Саратов: Саратовский Ун-т.,1987

Ерчак Н.Т. Особенности понимания художественного текста взрослыми и детьми. / Вопросы психологии. № 3, 1994.

Знаков В.В. Понимание в познании и общении. М., 1994.

Карамзин Н.М. История государства российского. т.1, Ростов на Дону.: «Феникс». 1992.

Клацки Р. Память человека структуры и процессы. М.: «Мир», 1978.

Ключевский В.О. Краткое пособие по русской истории. М.: «Рассвет», 1992. 

Корнилов Ю.К. Психологические проблемы понимания. Ярославль, 1979.

Менчинская А.Н. Понимание. / Психология. Учебник для пед. институтов. Под ред. Смирнова А.А. М.: Учпедгиз, 1962.

Никифоров А.Л. Семантическая концепция понимания. / Загадка человеческого понимания. М.: Политиздат, 1991.

Одуев С.Ф.  Герменевтика и описательная психология в «Философии жизни» Вильгельма Дильтея. / Герменевтика: история и современность. М.: «Мысль»,1985

Психолого-педагогические проблемы создания и использования учебников. (круглый стол). / Вопросы психологии. № 4, 1983.

Соболева О.С. О понимании мини-текстов, или пословица век не сломится. / Вопросы психологии.  № 1, 1995.

Солсо Р.Л. Когнитивная психология. М.: «Тривола», 1996.

Сороко-Цюпа О.С., Смирнов В.П., Посконин В.С. Мир в начале ХХ века. 1898-1918 гг. — Материалы к курсу    «Новая история» для 10 класса средней школы. М.: «Просвещение», 1992.

Харитонов А.Н. Переопосредование как аспект понимания в диалоге. / Познание и общение. М.: Наука, 1988.

Шуварикова Е.В. Исследование понимания  текстов средств массовой информации учащимися старших классов. / Вопросы психологии. № 2, 1995.

Щедровицкий Г.П.   Избранные труды. М., 1995.

Шенк Р. Обработка концептуальной информации. М.: «Энергия», 1980.

Johnson-Laird, P.N. Mental models: Toward a psychological model of language and comprehension. Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1983.

Schank, R. C. Explanation patterns: Understanding mechanically and creatively. Hillsdale, N.J.: Erlbaum, 1986.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: