Психосоциальная работа с пациентами психиатрической больницы
Пресенильная меланхолия является более распространённой. Специфичным образом отмечаются бредовые идеи гибели, голода, кражи или иногда – необъятности, трагического бессмертия. Эти идеи приводят к двигательному тревожному возбуждению, бегству или инертности, отказу от пищи, даже к суициду.
Бред инволюции также достаточно редко встречается. Темы поставляются возможными жизненными событиями старости. Описаны: бред разорения/обнищания, бред ревности, бред упрёков. Формирование дементности наблюдается позднее.
Б) Деменциальные синдромы. Деменции инволюции встречаются трёх типов: атеросклеротическая деменция, простая старческая деменция, деменция Пика и Альцгеймера.
Простая старческая деменция проявляется поздно, через постепенное физическое ослабление, при котором преобладает то амнезия, то афазия, то дезориентация, то бред. Деменция Пика и Альцгеймера отличается относительно ранним наступлением и существованием специальных расстройств речи. Интересно отметить, что термин деменция не имеет того же смысла в психиатрии, что в повседневном языке или в судебной медицине. В психиатрии деменция характеризуется «ослаблением чувствительности, умственных способностей и воли; бессвязностью идей и ошибкой спонтанности» [14, с. 29-30].
Органические психозы.
А) Общий паралич (болезнь Бейля). Различают три периода: начальный период, период стабильного состояния и период окончательного маразма.
Общий паралич чаще всего начинается в возрасте 40-50 лет. Он может начаться скрытым образом: негативные изменения личности, действия, относящиеся к компетенции судебной медицины, необдуманные покупки, отсутствие стыдливости. В других случаях паралич начинается с приступа маниакального возбуждения. Но в этом приступе присутствует что-то детское. Например, при общем параличе идеи величия принимают гигантские размеры, абсурдные и инфантильные. С другой стороны, интеллектуальное ослабление существует с начала болезни. Наконец, соматические симптомы (провалы памяти, эпилептические проявления, вспышка апоплексических и эпилептических приступов, головная боль и в особенности расстройство артикуляции) и гуморальные симптомы, позволяющие подтвердить диагноз [14, с. 30].
В течение периода стабильного состояния предшествующие синдромы обостряются. Деменция и интеллектуальное ослабление проявляются всё больше. Наблюдаются многочисленные бредовые идеи, мобильные, абсурдные, противоречивые без систематизации и интерпретации. Расстройство произношения становится значительным. Лицо приобретает характерные черты.
В конечной стадии, если болезнь была пущена на самотёк, наступает полный маразм.
Б) Психотические расстройства при церебральных опухолях.
В) Острые токсико-инфекционные психозы. На любые инфекционные заболевания, грубые интоксикации психика реагирует неясными синдромами, в основном состоящими из психической спутанности или оцепенения, к которым может добавиться связанный с галлюцинациями бред.
При психической спутанности субъект дезориентирован во времени и пространстве, внимание непостоянно, отмечается глубокая амнезия, нарушенное течение мыслей.
Онирический бред – это бред сновидений. Образы меняются, как в фильме, но без связи между собой. К этим визуальным галлюцинациям добавляются иллюзии. Больной может реагировать на эти галлюцинации, например обратиться в бегство от ужасающих видений.
Описаны простые формы спутанности, с ониризмом, тревожные, нелепые, с возбуждением или без него [14, с. 31].
Эпилепсия. Чаще всего она рассматривается как особое заболевание органического происхождения, связанное с церебральными повреждениями. Но эпилепсия может быть также типом церебральной реакции, определяемой разнообразными факторами. Эпилептические проявления бывают следующих типов: конвульсивный припадок, эпилептические автоматизмы, абсансы и галлюцинации, психовисцеральные расстройства.
Конвульсивный эпилептический припадок грубый и короткий. Помрачнение сознания при этом полное. Больной падает как подкошенный. Бывают также остановка контроля сфинктера, укусы языка во время конвульсий. Наблюдается цианоз губ и сильная бледность лица.
При эпилептическом автоматизме больной может выполнять более или менее сложные действия, в противном случае мы сталкиваемся просто со стереотипами. Сознание глубоко помрачнено. Создаётся впечатление присутствия чего-то вроде автомата. Переход от нормального состояния к состоянию автоматизма очень быстрый.
Эпилептические абсансы – второстепенные проявления. Внезапно субъект бледнеет и прекращает свою деятельность на несколько секунд. Затем он возобновляет её, не зная, что произошло. Галлюцинации наблюдаются особенно при эпилептической ауре. В некоторых случаях предвестником эпилептического приступа в действительности выступает внезапное сознательное предупреждение. Ауры могут быть сенсорными, чувствительными, двигательными, психическими, даже висцеральными [14, с. 32-33].
Можно ещё привести нескончаемое количество классификаций психических расстройств (как характеристику группы людей, являющихся психически больными, т.е. «носителями» этих расстройств), но мы, пожалуй, остановимся на этой и далее начнём рассматривать то непосредственное окружение и ту среду, где эта специфическая группа (психически больные) осуществляет свою жизнедеятельность.
Психиатрическая помощь взрослым психически больным осуществляется в психиатрических стационарах и во внебольничных условиях [19].
Психиатрическая больница (стационар) — учреждение здравоохранения, осуществляющее лечение психических расстройств и также выполняющее экспертные функции, занимаясь судебной-психиатрической, военной и трудовой экспертизой [20]. Сама структура психиатрической службы (в которой психиатрические больницы являются одной из составляющих) заслуживает отдельного внимания, поэтому мы вернёмся к ней, но немного позже.
Для оказания помощи психически больным детям в детских поликлиниках работают детские психиатры, которые выполняют функции, аналогичные функциям психиатров, работающих в общих поликлиниках. Всех детей с психическими расстройствами, независимо от степени выраженности, они берут под наблюдение и проводят необходимую внебольничную терапию. Детей, достигших 15-летнего возраста, если их психическое состояние требует специализированной помощи, переводят для дальнейшего наблюдения и лечения в психоневрологический диспансер или детский психиатрический стационар, особенность работы которого состоит в сочетании лечебного и педагогического процессов. Эффективным методом лечения психически больных является трудовая терапия, создание условий для вовлечения их в общественно полезную деятельность [19].
Юридической основой, регламентирующей различные правовые аспекты проведения социально-трудовой реабилитации психически больных, служат специальные постановления Правительства. В 1988 г. Президиум Верховного Совета СССР утвердил Положение об условиях и порядке оказания психиатрической помощи, которое предусматривает правовые гарантии от возможных ошибок и злоупотреблений при оказании психиатрической помощи. Основными показаниями для госпитализации психически больных являются: необходимость лечения, которое может быть проведено только в условиях больницы; необходимость установления диагноза, систематическое наблюдение или проведение таких методов исследования, которые невозможно или трудно осуществить вне стен больницы; болезненные проявления, делающие больного опасным для самого себя или окружающих (стремление к самоубийству или агрессивным действиям); беспомощность больного при невозможности обеспечить за ним уход в домашней обстановке; некоторые специальные показания — судебно-психиатрическая, трудовая или военная экспертиза [19].
Решение гражданских правовых вопросов психически больных рассматривается с учетом их дееспособности и недееспособности. Наличие психической болезни не всегда ведет к изменению правового положения больного; оно зависит от особенностей и степени расстройства психической деятельности. В тех случаях, когда психически больные вследствие болезни или слабоумия не могут оценивать свои действия или руководить ими, они могут быть признаны судом недееспособными. Над ними устанавливается опека, которая утверждается комиссией по опеке и попечительству при районном исполнительном комитете народных депутатов. Действия опекуна в отношении подопечного контролируются Советом по опеке. Все дела больного, признанного недееспособным, ведутся опекуном. Степень тяжести психического нарушения определяет судебно-психиатрическая комиссия. На основании ее решения суд выносит свое определение. При значительном улучшении состояния больного или выздоровлении лица, признанного недееспособным, суд признает его дееспособным, установленная опека отменяется, и гражданин полностью восстанавливается в юридических правах [19].
В новом гражданском законодательстве введено положение об ограниченной дееспособности лиц, злоупотребляющих спиртными напитками и наркотиками. Это относится главным образом к их имущественным сделкам и распоряжениям. По определению суда этим лицам назначается попечитель, и без его согласия они не могут совершать имущественные сделки. После прекращения злоупотребления алкоголем, наркотиками эти лица восстанавливаются судом в своих правах.
Оценка дееспособности больных при рассмотрении их возможности пользоваться избирательным правом и воспитывать детей производится при учете их настоящей психической болезни и возможного прогноза [19].
Если психически больные совершают уголовно наказуемые поступки, то в отношении их проводится судебно-психиатрическая экспертиза, назначаемая следствием, судом и прокуратурой в связи с сомнением в полноценности психического состояния обвиняемого. Так, в статье 11 УК РСФСР (и соответствующих статьях уголовных кодексов других союзных республик) указано, что лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т. е. не могло отдавать себе отчета и своих действиях или руководить ими вследствие хронической душевной болезни, временного расстройства душевной деятельности, слабоумия или иного болезненного состояния, не подлежит уголовной ответственности. К такому лицу по назначению суда могут быть применены принудительные меры медицинского характера. Не подлежат наказанию также лица, совершившие преступление в состоянии вменяемости, но до вынесения судом приговора заболевшие психической болезнью, лишившей их возможности отдавать отчет в своих действиях или руководить ими. Признание больного невменяемым исключает его виновность в содеянном, и его действие квалифицируется не как преступление, а как общественно опасное деяние. По решению суда к таким больным применяются меры медицинского характера — принудительное лечение в психиатрических больницах. Характер принудительного лечения и формы его проведения определяются судом с учетом рекомендации судебно-психиатрической экспертизы. Некоторые лица, совершившие общественно опасное деяние в период кратковременного болезненного расстройства психической деятельности и признаваемые невменяемыми, не нуждаются в принудительном лечении в психиатрических больницах. Их направляют на попечение родственников и под наблюдение участкового психиатра [19].
Психиатрическая помощь в России бесплатна, общедоступна (т.к. не один потенциальный пациент оплачивать эти услуги не станет), организованна по территориальному принципу, обеспечивая преемственность в её оказании, больные получают постоянную помощь после выписки из стационара в психоневрологическом диспансере и социо-реабилитационную помощь в зависимости от сохранности трудоспособности. С 1975 года наркологическая служба выделена в отдельную структуру [20].
Итак, перейдём далее к изучению структуры психиатрической службы, предусмотренной в России.
Помимо психиатрических больниц (стационаров) к психиатрическим службам относят:
психоневрологические диспансеры;
скорую психиатрическую помощь;
учреждения полустационарного профиля;
психиатрические отделения и кабинеты в общесоматической сети;
лечебно-производственные мастерские;
психоневрологические интернаты;
дома-интернаты;
детские дошкольные и школьные учреждения, профессионально-технические училища;
центры реабилитации [9].
Психиатрическая больница как вид психиатрической службы имеет довольно объёмную структуру:
Приемное отделение.
Лечебные отделения:
общепсихиатрические (разделение по гендерному признаку);
соматогериатрические;
психотерапевтические;
экспертные (для лиц, проходящих трудовую, судебную или военную экспертизу);
судебно-психиатрические;
для лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание;
для лиц, содержащихся без стражи;
для принудительного лечения (с обычным, усиленным или строгим наблюдением);
туберкулезное;
детские;
подростковое;
наркологические отделения (для лиц, страдающих алкоголизмом, наркоманиями);
инфекционное (изолятор);
лечебно-реабилитационные;
реанимационное (блок интенсивной терапии).
Лечебно-диагностические отделения:
функциональной диагностики;
физиотерапевтическое с кабинетом лечебной физкультуры;
рентгенологическое;
патологоанатомическое с цитологической лабораторией;
специализированные кабинеты (стоматологический, хирургический, гинекологический, офтальмологический, отоларингологический);
лаборатории (патопсихологическая, электрофизиологическая, биохимическая, клиническая, бактериологическая, серологическая);
диспансерное отделение;
дневной стационар;
ночной стационар;
помещения Управления больницы;
вспомогательные отделения и службы: центральная стерилизационная, аптека, клуб для больных и помещения для проведения культтерапии, диктофонный центр, вычислительный центр;
административно-хозяйственные помещения: пищеблок, прачечная с дезинфекционной камерой, технические мастерские, склады, гараж, дезинфекционное отделение [20].
Приёмное отделение осуществляет госпитализацию на стационарное лечение в плановом порядке при наличии направления от врача-психиатра из психоневрологического диспансера или других учреждений здравоохранения, а также лиц направленных судом для проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Для госпитализации необходимо наличие направление врача-психиатра, паспорт, страховой полис или постановление суда. Осуществляет госпитализацию в экстренном порядке по направлению скорой помощи.
В приемном отделении больного осматривает врач-психиатр, уточняет диагноз и показания для госпитализации. Оформляется медицинская документация (заведение истории болезни), проводятся санитарно-гигиенические мероприятия (при необходимости). Комнаты в приемном отделении располагаются по принципу санитарного пропускника, смотровая комната, уборная, ванна. После всех необходимых мероприятий, больной больше не возвращается в приемное отделение, а поступает в соответствующее отделение [20].
Общие отделения служат для стационарного лечения больных. Чаще всего распределяются по территориальному признаку (каждому отделению соответствует определенная территория на карте), также отдельно выделено отделение неврозов, для больных с непсихотическими заболеваниями. Существуют мужские и женские отделения.
Специализированные отделения. С учетом возраста — детское и геронтологическое отделение. С учетом сопутствующей патологии, требующей особых условий лечения — инфекционное и туберкулезное. Отделение реанимации — при угрожающих жизни состояниях, также в отделении реанимации проводится электросудорожная терапия. Отдельно выделяют отделение первого психотического эпизода, куда направляют больных с социально сохранными установками и положительным отношением к лечению, при отсутствии выраженной психотической симптоматики, отсутствием социально-опасных установок у больного. Судебно-психиатрическое отделение - занимается проведением стационарной судебно-психиатрической экспертизы. В данное отделение больные направляются по решению суда или с санкции прокурора. Срок стационарной судебно-психиатрической экспертизы не должен превышать 30 дней [20].
Наблюдательная палата – специальная палата для больных с выраженными суицидальными, агрессивными тенденциями или нуждающиеся в дополнительном уходе. В наблюдательной палате имеется постоянный санитарский пост [20].
Современная психиатрическая больница мало чем отличается от соматических. Давно уже ушли в прошлое решётки на окнах, огромные палаты, «тюремные» коридоры. В большинстве новых психиатрических больниц учтены все возможные удобства, чтобы больные чувствовали себя не хуже, чем в других лечебных учреждениях. В палатах создаётся уют, для больных организуются просторные и светлые комнаты отдыха, где к их услугам радио, телевизор, настольные игры. Больные привлекаются к различным видам трудотерапии (картонажные работы, вышивание, резьба по дереву) [12, с. 143].
Таким образом, пациенты психиатрической больницы (психически больные, душевнобольные) – это особая категория клиентов психосоциальной работы. Для этих людей лечение лишь медицинскими препаратами является недостаточным. Здесь необходим комплексный подход, включающий и социальные, и психологические аспекты. Большие проблемы в лечении душевнобольных связаны с отношением к ним общества, людей «непосвящённых». Ведь во многих случаях именно лечение через общение, взаимодействие, трудовую деятельность и творчество является самым действенным, а без окружения людей, готовых предоставить данные услуги, это становится просто невозможным.
1.3 Психосоциальная работа с пациентами психиатрической больницы
В современном обществе актуальными являются проблемы реабилитации и интеграции психически больных людей в общество, в связи с чем повышается значимость социальных аспектов оказания психиатрической помощи. Говоря об общем подходе к охране психического здоровья, оказанию психиатрической помощи, нужно отметить, что использование только одной медицинской модели психических расстройств означает лишь одностороннюю оценку явления. Постепенно эта модель уступила место более свободному подходу к проблеме, который включает психосоциальную ориентацию. Объединение медицинской, психологической и социальной моделей в системной биопсихосоциальной модели является особой методологической установкой, дающей возможность избежать альтернативности в подходе к человеку (биологическое и социальное), страдающему тем или иным недугом, и открывающей большую возможность правильного понимания целей и задач профилактики и лечения [11, с. 57].
Социальная работа в психиатрии имеет следующие специфические черты. Во-первых, социальная работа тесно связана с клиническими показаниями, поэтому ее содержание различно на различных стадиях заболевания. При этом учитывают обусловленные нозологией и возрастом психологические аспекты, личностные характеристики, реакции личности на болезнь. Эта особенность определяет участие специалистов по социальной работе в полипрофессиональных бригадах. Во-вторых, социальная работа всегда несет в себе определенный социотерапевтический эффект. Лечебно-реабилитационные цели преследуются всеми видами психосоциального вмешательства. Социотерапевтическое вмешательство, направленное непосредственно на самого больного, является существенной частью терапии. Социальные и семейно-терапевтические методы лечения являются равноправными с лекарственными и должны использоваться наряду с ними, причем в некоторых случаях могут их полностью заменить. И наконец, социальная работа в тех случаях, когда это возможно, должна способствовать активации автономии больного, улучшению его социального функционирования и, в конечном итоге, повышению его социальной компетентности [22].
В соответствии с поставленными целями выявления основных направлений социальной работы в психиатрии, можно выделить следующие. Первое направление – социотерапевтическое вмешательство, ориентированное на пациента, целями которого являются организация медицинской помощи и наблюдения, ограничение и смягчение последствий заболевания, повышение качества его жизни, укрепление связей больного с окружающим миром, повышение адаптации и социализации, повышение социальной компетентности пациента, обеспечение максимально высокого уровня личностного и социального функционирования, преодоление социального дефицита. Диапазон этих форм вмешательства варьирует от восстановления навыков независимого проживания (элементарные навыки гигиены и самообслуживания, более сложные навыки повседневной жизни – ведение домашнего хозяйства, пользование транспортом, распределение бюджета, структурирование деятельности в течение дня и т.п.) до преодоления дефицита социальных навыков, важных для успешного социального функционирования (улучшение социального взаимодействия, общения, социально приемлемого поведения; обучение навыкам уверенного поведения и самопредъявления). Формы вмешательства, направленные на восстановление трудовой занятости (трудовая терапия), по существу, также относятся к этой группе социотерапевтического воздействия [22].
К наиболее распространенным формам психосоциальной реабилитации относят психообразование пациентов и тренинг социальных навыков. Психообразование пациентов – это процесс обучения, направленный на обеспечение больных необходимыми знаниями в отношении собственного здоровья, влияющими на их установки и поведение [7, с. 63]. Образование пациентов осуществляется междисциплинарной бригадой профессионалов, в задачи которой входит повышение комплаентности пациентов, возможности своевременного распознавания начинающегося обострения; обучение стратегии совладания с остаточной психопатологической симптоматикой и обеспечение психосоциальной поддержки. Тренинг социальных навыков представляет собой структурированный образовательный подход к психосоциальной терапии психических расстройств и направлен на повышение устойчивости уязвимых в психобиологическом отношении хронически психически больных к стрессовым воздействиям(требованиям общества, семейным конфликтам и т.д.), способствует формированию различных навыков [22].
Второе направление – психосоциальное вмешательство. Оно может проводиться на микросоциальном уровне и быть направлено на работу с ближайшим окружением больного, включая как семейные формы вмешательства, в том числе и с применением психообразовательного подхода, так и воздействие на другие компоненты естественной сети социальной поддержки, а также ее замещение, осуществляемое путем создания искусственной социотерапевтической среды (различные формы защищенного жилья и вовлечение пациентов в групповые формы активности, в том числе в группы самопомощи и в психосоциальные клубы). Здесь решаются такие задачи, как создание благоприятной атмосферы проживания и труда больного вне стен психиатрического окружения, укрепление социальных связей; научение родных правилам общения и навыкам ухода за больным; решение проблем семей, имеющих психически больных [22].
Третье направление – социальное вмешательство на макросоциальном уровне. Этот уровень относится к сфере влияния общественно-ориентированной психиатрии как концепции, способствующей повышению толерантности населения к психически больным, преодолению проблемы стигматизации, совершенствованию законодательства в области охраны психического здоровья и в социальной сфере, профилактике психических и психосоциальных расстройств, привлечению внимания как государственных, так и частных, благотворительных, общественных организаций, средств массовой информации к проблемам психического здоровья и психосоциальной реабилитации лиц с психическими проблемами и хронически психических больных [22].
Совершенствование структуры психиатрических служб, переход к биопсихосоциальной модели и введение полипрофессионального бригадного метода создают предпосылки формирования системы обоснованной дифференцированной социальной работы как важной составной части помощи психически больным [22].
Итак, для нас наиболее предпочтительным направлением социальной работы в психиатрии является психосоциальное, основные аспекты которого были рассмотрены нами ранее. Именно в рамках этого направления будет осуществляться наша дальшейшая работа.
Каким же образом мы можем представить психосоциальную работу с психически больными людьми в действительности? Это можно сделать, рассматривая конкретные примеры. Одним из таких примеров является внедрение новых форм оказания практической социально-психологической помощи психически больным людям на опыте работы общественной организации «Мост» (г. Архангельск).
Исходя из убеждений, что все люди на земле рождаются с равными правами на жизнь и любые виды человеческой деятельности, инициативная группа врачей-психиатров Архангельской областной клинической психиатрической больницы учредила в 2000 году Архангельскую региональную общественную организацию «Мост».
Основными целями организации являются:
- привлечение внимания общественности и специалистов к проблемам психически больных людей;
- создание условий, способствующих социальной адаптации (повышению социально-адаптивных функций личности, формированию способности к адекватному общению, совместной деятельности, социальной компетенции) психически больных людей посредством приобщения их к общению, трудовой занятости;
- содействие в оказании практической социально-психологической помощи психически больным людям [23].
Организация осуществляет свою деятельность при поддержке немецкого благотворительного фонда «Акция человек», немецкой общественной организации «Брюкке» (Мост), департамента здравоохранения администрации Архангельской области.
Общественная организация «Мост» развивает связи в области здравоохранения, образования и социальной поддержки лиц, страдающих психическими расстройствами, в г. Архангельске [23].
Практической стороной деятельности организации явилось:
- открытие центра дневного пребывания психически больных людей, где осуществляется комплекс социально-психиатрической работы по программе «место контактных встреч»;
- содействие в открытии швейного цеха, организации трудового обучения и трудовой занятости 25 пациентов психиатрической больницы, находящихся на принудительном лечении в центре судебной психиатрии;
- содействие в организации программы физической, психосоциальной и личностной реабилитации людей с психическими расстройствами, базирующееся на использовании иппотерапии.
Сотрудниками организации, на основе оценки медико-социальных характеристик пациентов, разработаны методические материалы по социальной работе, направленной на дегоспитализацию пациентов, а также их социальную интеграцию [23].
Этот пример полностью отражает главную цель психосоциальной работы с душевнобольными людьми и имеет результативное практическое применение. Но, по мнению И.С. Бердышева, в нашей стране для людей с психической патологией практически отсутствует возможность продолжать квалифицированную работу. Здесь вина работодателей, а не психиатров. Низкоквалифицированный труд в лечебно-трудовых мастерских и мизерная пенсия по инвалидности — вот максимально возможная социальная поддержка психически проблемных членов нашего общества. Отсутствует квотирование рабочих мест, широко распространенное в западных странах. В Дании, например, 25% налогов тратится на социальные нужды. Там создана целая система адаптирования людей с различными интеллектуальными нарушениями. Существуют специальные центры, где основную работу ведут не психологи и не врачи, а педагоги — специалисты по адаптации. Когда, по их мнению, человек готов выйти в жизнь (обычно к 18–19 годам), его устраивают на работу. Корпорациям благодаря государственной финансовой поддержке выгодно получить подобного работника, так что они за него даже борются. Выделяется соответствующее количество рабочих мест, прикрепляются наставники; если что-нибудь не получается, то в любой момент приглашаются специалисты-посредники, если же совсем ничего не получается — такой человек может вернуться в центр, получить психологическую поддержку, соответствующие профессиональные навыки и снова пойти на работу [24
Здесь сопоставляется бездействие российского общества и властей в отношении психически больных и положительный опыт европейского государства. Это естественно, что подобный контраст зрительно усугубляет положение изучаемой нами группы людей в России. Продолжим исследовать практические наблюдения И.С.Бердышева с целью изучения объективного положения душевнобольных в нашей стране.
Сейчас интеграция психически проблемных наших сограждан в здоровый социум, в частности в Санкт-Петербурге, происходит опосредованным образом — за счет того, что специализированная помощь оказывается им на более высоком уровне. Причем все это на фоне крайне усеченного, нищенского бюджета: в Петербурге есть программы по оказанию помощи, в том числе людям с психическими проблемами, но финансируется только зарплата и еще несколько жизненно важных статей расхода, да и то на 70%. Конкретных же программ, направленных непосредственно на интеграцию этой категории жителей нашего города, нет, равно как и специалистов по социализации таких людей. Сейчас социальные педагоги еще более или менее работают с детьми и с так называемым «гериатрическим контингентом», то есть с пожилыми людьми. Социальных работников по обслуживанию людей с теми или иными нечрезвычайными состояниями просто нет. И не будет.
Большинство специалистов, работа которых непосредственно связана с охраной психического здоровья населения России, считают, что общество еще не готово («не созрело») для полноценной интеграции людей, имеющих психические расстройства [24].
Многочисленные общества детей-инвалидов, например ассоциация «Даун-синдром», ведут преимущественно замкнутый образ жизни, не пытаясь активно сотрудничать с коллективами здоровых и благополучных детей. В то же время в УВМ «Детская психиатрия», в течение многих лет осуществляется деятельность, непосредственно связанная с интеграцией детей, имеющих различные психические нарушения, в среду здоровых ровесников. Там есть давно уже сформированное сообщество подростков (часть из них — бывшие пациенты, имевшие какие-то сложности, часть — пришла со стороны), которые объединяются по интересам, по направлениям волонтерства.
И на Западе, в Америке существует много программ: «Подросток, помогающий подростку», «Ребенок, помогающий ребенку». В основе этих программ идея: помочь всем подросткам осознать необходимость человеческого отношения к инаким, воспитать милосердие. И.С.Бердышев считает, что будущее за теми школами, коллективами, сообществами, которые будут сознательно осуществлять программы интеграции [24].
Продолжая рассматривать опыт по адаптации и интеграции психически больных людей в г. Санкт-Петербурге, приведём пример создания театральной студии как центра психосоциальной реабилитации в психиатрическом стационаре.
Снижение уровня социального функционирования психически больных, в первую очередь больных шизофренией, во многом обусловлено так называемым социально-когнитивным дефектом, включающим недостаточную способность к эмоциональному и вербальному самовыражению и тонкой оценке ситуации, трудности коммуникации.
Психосоциальная работа, направленная на стимулирование личной творческой активности, самовыражения, навыков общения, в последние годы все более активно включается в программы реабилитации психически больных [25].
С этой целью в конце 2001 года в СППБ №1 им.П.П.Кащенко была создана театральная студия. Помещение площадью около 60 квадратных метров после косметического ремонта было переоборудовано в небольшой театральный зал на 30 мест с примыкающей к нему костюмерной, оснащено необходимым реквизитом – театральными креслами, софитами, осветительными приборами (“пистолет”), ширмами, задником, небольшим музыкальным центром и пианино.
Студию, названную “Артишок” (“Арт и шок”), возглавил социальный работник - профессиональный театральный режиссер.
Первой формой работы стали тренинги, проводившиеся с использованием методов психодрамы, (Морено, Киппер) и “Системы” Станиславского, поскольку элементы “Системы”, направленные на развитие сценического общения, одновременно стимулируют умения межличностной коммуникации, научают моделям поведения в различных предполагаемых обстоятельствах [25].
Группы пациентов, которых направляли в студию врачи отделений, были гетерогенны (по полу, возрасту, нозологии, длительности нахождения в больнице); противопоказанием являлись “острые” состояния или глубоко выраженный психический дефект. Включение в студийную работу каждого пациента происходило постепенно: предварительные (тестирующие) беседы с режиссером; посещение занятий в качестве наблюдателя, участие в технической работе (с осветительной и музыкальной аппаратурой, реквизитом и костюмами) и, наконец, непосредственное участие в тренингах, включавших сценическое чтение, пантомиму, танец и т.д.
Тренинги, в которых приняли участие более 100 пациентов, позволили их участникам улучшить навыки общения, повысить чувство уверенности в себе, возможности эмоционального и вербального самовыражения.
Следующим шагом стала постановка спектакля, участниками которого были пациенты относительно стабильной группы (около 30 человек). Постановка "Здорово" была построена в форме коротких интермедий с песнями, играми, “рекламой”, парафразами на темы больничной жизни, и представляла собой пародию на телевизионную передачу “Здоровье”. Кроме пациентов (спектакль посмотрели около тысячи больных), зрителями постановки были многочисленные гости больницы, ученые, врачи, журналисты. Следующим шагом стали выездные спектакли – в ряде психиатрических больниц С-Петербург и Ленинградской области [25].
Желание иметь постоянную труппу уже “опытных” актеров вступает в противоречие с тенденцией максимально скорой выписки больных из стационара. Это приводит к постоянной смене состава пациентов отделений и заставляет начинать работу “заново”.
Этот непродолжительный опыт свидетельствует о перспективности использования эстетически ориентированных методов работы в системе психосоциальной реабилитации психически больных [25].
Итак, мы видим, что в работе с психически больными людьми положительные результаты имеют творческие методы. Но здесь нужно оговориться: подобную работу должен выполнять опытный специалист по социальной работе, прошедший подготовку.
Далее обратимся к примерам социально-трудовой реабилитации как возвращении больному способности к участию в общественно полезном труде, самостоятельному жизнеобеспечению.
В Калужской областной психиатрической больнице № 1 в 1973 г. на базе лечебно-трудовых мастерских был открыт специальный цех турбинного завода, который стал не только центром трудовой и социальной реабилитации, но и местом производственного обучения больных в условиях промышленного предприятия. В цехе работали инвалиды I и II групп по психическому заболеванию, а также больные, которые не имели инвалидности, но не могли по своему состоянию работать в условиях обычного производства. Больные зачислялись в штат спеццеха и выполняли соответствующие производственные операции. Соблюдение условий труда, правильность использования труда больных, выполнение санитарно-гигиени-ческих мероприятий и наблюдение за психическим состоянием пациентов осуществлялись специалистами психиатрической больницы. Все это позволяло во многих случаях достичь повышения уровня социальной адаптации. Производственные задания подбирались для больных в строгом соответствии с задачами реабилитации. Администрация завода предоставляла больным одноразовое питание и оплату лечения, обеспечивала их различными по сложности видами труда от простых картонажных работ до сборки электросхем радиоаппаратуры. Поскольку цех располагался на территории больницы, возможность работать в нем больные получали еще будучи в стационаре. В свою очередь больные, занятые в цехе, при ухудшении состояния или временной нетрудоспособности могли быть переведены в больницу на режим дневного или полного стационирования. Трудоустроенные в цехе больные приравнивались в своих правах к рабочим завода (получали зарплату, надбавки за выполнение плана, имели весь комплекс социальных услуг, предоставляемых заводом). Более того, входя в состав профсоюзной организации, больные иногда активно привлекались к общественной работе, что способствовало восстановлению реальных социальных навыков и связей. При отсутствии необходимости в повседневном психиатрическом наблюдении больные могли переводиться на обычное производство [26].
Подобная организация промышленной реабилитации, но в большем объеме была осуществлена в Томском регионе при активном участии сотрудников кафедры психиатрии Томского медицинского института и Томской областной психиатрической больницы. В специальных помещениях были развернуты цеха некоторых томских промышленных предприятий, где больным предоставлялись различные по своей сложности виды труда (вплоть до работы на станках). Это позволяло пациентам не только получать достаточно хорошую оплату за произведенную продукцию, но и вносить существенный вклад в общую эффективность работы соответствующего производства. Последнее имело огромное психотерапевтическое значение для больных, не говоря уже о том, что длительно болевшие, с выраженным психическим дефектом пациенты, многие годы являвшиеся "обузой" для семьи, превращались в активных ее членов и в какой-то мере в "кормильцев". Некоторые больные трудоустраивались в индивидуально созданных условиях непосредственно на промышленных предприятиях Томска или в пригородных совхозах. Промышленная реабилитация осуществлялась в несколько этапов. Первый из них длительностью от 2 месяцев до 2 лет был периодом временного трудоустройства, когда больные, находясь на режиме частичной госпитализации, имели возможность постепенно расширять свою социальную и профессиональную активность. Им оказывалась систематическая комплексная помощь медицинскими и социальными работниками, психологами специальных реабилитационных бригад. Общий благоприятный эффект реабилитации достигался у 70 % больных, которые до этого были почти полностью социально и профессионально дезадаптированы [26].
Большой опыт реабилитации психически больных имелся в Санкт-Петербурге, где организаторами этого дела выступили специалисты Психоневрологического института им. В.М.Бехтерева МЗ РФ [Кабанов М.М., 1978].
Развитие реабилитационных программ сделало необходимым и создание некоторых новых организационных структур. Так, для больных, не имевших семьи или утративших ее, организовывались специальные общежития, уклад жизни в которых максимально приближался к обычному. Здесь больные, находившиеся ранее длительное время в условиях психиатрического стационара для хроников, могли постепенно восстанавливать утраченные навыки повседневной жизни. Такие общежития играли роль промежуточного звена между больницей и реальной жизнью и нередко организовывались при психиатрической больнице. Пребывание в таких общежитиях являлось одним из важнейших этапов в процессе ресоциализации больных. Однако эта форма пока не получила адекватного ее значению развития [26].
Несмотря на то что промышленная реабилитация представляла собой оптимальную форму возвращения больных к общественно полезному труду, она не получила повсеместного распространения в стране. Даже в период 70—80-х годов ею была охвачена только незначительная часть нуждавшихся (около 8—10 % от общего числа инвалидов). В спеццехах не хватало мест. Предлагаемые в них виды труда, в основном малоквалифицированного, далеко не всегда учитывали прежнюю профессиональную занятость и практически исключали участие в реабилитационных программах лиц, в прошлом занимавшихся умственной деятельностью. Показатели снятия группы инвалидности и возвращения на обычное производство оставались невысокими. Большая часть больных имели инвалидность пожизненно и в лучшем случае могли работать лишь в специально созданных производственных условиях и под медицинским наблюдением. Учитывая нестабильную работоспособность психически больных, необходимость щадящего индивидуального к ним подхода, предубежденное отношение трудовых коллективов, администрация предприятий в свою очередь не проявляла заинтересованности в расширении сети специальных цехов или приеме психически больных на обычное производство.
В зарубежных странах проблема ресоциализации психически больных, также вставшая остро в конце 70-х — начале 80-х годов, была в определенной степени связана с антипсихиатрическим движением, когда начался процесс так называемой деинституционализации — выведения пациентов за стены психиатрических стационаров с их закрытием. Выписанные больные, будучи неспособными вести самостоятельную жизнь и обеспечивать себя экономически, пополнили ряды бездомных и безработных. Они нуждались не только в психиатрической помощи, но и в социальной защите и финансовой поддержке, тренинге утраченных трудовых и коммуникативных навыков [26].
При тесном сотрудничестве психиатрических и социальных служб, существующих за счет государственного финансирования, общественных и благотворительных фондов, во многих европейских странах сформировалась разветвленная социореабилитационная система, нацеленная на поэтапную реинтеграцию психически больных в общество. Задачами входящих в нее учреждений являются предоставление психически больным временного места проживания, обучение и привитие им навыков, необходимых в повседневной жизни, улучшение их социальной и трудовой приспособляемости. С этой целью были созданы специальные общежития, гостиницы, так называемые дома на полпути, в которых больные не только проживают, обеспечиваются психиатрическим наблюдением, но и получают помощь в профессионально-трудовом продвижении.
Выписанные из стационара пациенты в некоторых странах имеют возможность поступать во внебольничные учреждения и реабилитационные центры с ограниченным сроком пребывания в них. Так, во Франции он не превышает 18 мес. К концу этого периода оцениваются полученные больным навыки и определяется его возможность вернуться к работе на общих основаниях или же ограничиться уровнем лечебно-трудовых учреждений. Все большее распространение получает трудоустройство больных в обычных условиях производства, но при сохранении постоянного наблюдения психиатров и социальных работников. К сожалению, эта форма во многом зависит от работодателей [26].
По единодушному мнению психиатров, подавляющее большинство пациентов, нуждающихся в реабилитации, составляют больные щизофренией. Для них использовались специальные тренинговые программы, направленные на достижение автономности в стиле жизни больного, улучшение его социальных связей и профилактику полной изоляции (что наиболее важно для больных шизофренией). В реабилитации особенное значение имеет индивидуализированный подход, учитывающий вид и степень выраженности имеющейся у больного дисфункции (недостаточность инициативы и