Взаимосвязь детско-родительских и сиблинговых взаимоотношений при повторном браке родителей
Определению места ребенка в новом составе семьи в значительной мере способствует распределение детей по разным возрастам. На этой основе ребенок естественным образом становится старшим среди детей, средним по возрасту или самым младшим из них. Помимо возрастных различий дети идентифицируются по физическим характеристикам и уровню развития своих способностей [11, с.211].
Однако отношения между сводными детьми могут быть очень даже доброжелательными. Отношения могут быть не хуже, чем отношения родных братьев и сестер.
Причин тому, что между сводными братьями и сестрами обычно складываются отношения такие же, как между родными, несколько. Само появление в семье сводного брата или сестры иное, чем неродного родителя. Новые дети рождаются в семье, их появления ждут, к нему готовятся, в то время как отчим или мачеха вторгаются в семью со стороны, как бы внезапно. А главное – дети легко вступают между собой в контакт, у них свой особый детский мир, общие интересы, общие игры и занятия. Чем ближе возраст детей, тем лучше и легче складываются их взаимоотношения. Есть лишь одна опасность. В любой семье появление следующего ребенка, если предыдущий уже достаточно подрос к этому времени, может вызвать ревность старшего, обиду за то, что малышу уделяется больше внимания, чем ему. Если это случается в повторном браке, по подобные чувства старший ребенок может связывать с тем, что один из родителей у него неродной. Чтобы избежать подобных оценок своего места в семье, необходимо старшего ребенка приобщать к уходу за младшим, дать ему почувствовать, что наравне со взрослыми на него ложится забота и ответственность за малыша. Таким образом, ребенок от первого брака, будучи старшим, обретает так необходимую ему возможность самоутверждения, приобщения ко «взрослой» деятельности, получает право на уважение и одобрение со стороны родителей. Самоотверженное, покровительственное, заботливое отношение к малышу становится психологически более значимым для него, чем ревнивое опасение, чем младшего в семье любят больше. Важно только без особой нужды не нарушать главное правило – одинаковое и равное отношение ко всем детям, независимо от того, родные они для супругов или неродные [19, с. 246].
1.3 Проблемы детей в повторном браке
«Весь мир для ребенка заключается в его семье. Когда она распадается, у ребенка разрушается восприятие себя как единого целого с окружающим миром и пропадает ощущение безопасности. Большинство детей так или иначе воспитываются двумя родителями. Мать и отец, поддерживая ребенка за руки с обеих сторон, переносили его через оставшиеся после дождя лужи или высокую бровку тротуара. Когда один из родителей уходит, у ребенка нарушается пропорциональное развитие. Теперь его держат только за одну руку, а вторая болтается сама по себе».
«Повторный брак» McGrow Hill, 1977.
В настоящее время происходит увеличение числа детей, воспитывающихся уже с дошкольного возраста в повторнобрачных семьях. В детских садах обнаруживается в среднем от 5% до 20% детей из таких семей.
Многие дети в условиях повторного брака ведут себя совершенно не так, как повел бы себя ребенок, воспитывающийся в семье с родными отцом и матерью. Когда семья распадается или один из родителей умирает, ребенок воспринимает это как событие, несущее с собой ничем невосполнимую утрату. При этом поведение ребенка может казаться вызывающе дерзким или совершенно неуправляемым, но на самом деле он чувствует себя напуганным. Он выплескивает свои эмоции в несдержанном поведении, но не знает, почему у него возникает такая потребность. Он не может найти слов для обозначения своих страхов.
Чем большее потрясение испытывает ребенок, тем сильнее в нем говорит потребность заставить страдать окружающих его взрослых людей. Он ведет себя плохо потому, что плохо себя чувствует. Ребенок (и люди взрослые также) стремится обрести внешний контроль, потому что он чувствует, что теряет его. Многих детей преследует чувство, что, если они «сделают что-то такое», утраченная ими семья снова соберется вся вместе. Едва лишь в орбите его внимания оказывается кто-либо для него незнакомый, ребенок немедленно превращается в маленького неуправляемого монстра, на которого не действуют ни какие увещевания [11, с.200-201].
Так ребенок реагирует на появление «чужого» папы или «чужой мамы. Но в начале ребенок переживает развод родителей или, что еще хуже, смерть одного из них, что является для него огромным стрессом.
Конечно, ребенок перенес тяжелейшую душевную травму: расстались два любимых им человека. Он помнит только хорошее о том, кого нет рядом. Всегда оказывается преувеличенной оценка отца, ушедшего в другую семью, или матери, даже если она была лишена родительских прав за алкоголизм или безнравственное поведение.
Оставшись с одним из родителей, ребенок невольно требует от одного все, что получал раньше от двоих. Да и одинокие отец или мать, сами обделенные супружеской лаской, болезненно переживают вину перед ребенком, свое родительское чувство.
Это сильнее привязывает родителя и ребенка друг к другу, и нового человека встречает ревностное отношение к нему. Дочь заявляет матери: "Нам другой отец не нужен". Сын говорит, обращаясь к мужчине, полюбившему его мать: "Вы здесь не нужны, мы без вас хорошо живем. И мне второго отца не надо, у меня есть один". Это невосприятие ребенком будущего отчима или мачехи естественно [21].
Положение ребенка в семье, складывающейся на основе второго брака матери, по–своему, исключительное и трудное. Во вновь созданной семье ухудшаются условия для эмоционального и нравственного развития ребенка из-за сложностей в отношениях “отчим-ребенок”. Часто это происходит из-за неумения, а порой нежелания мужчины осознать свою роль мужа и отца. Взрослые и дети вносят в новую семью свои воспоминания, страхи и фантазии.
Ожидания от второго брака порой бывают грандиозными: “Ты должен быть лучше, чем тот, кто был до тебя”. Происходит сравнение первого и повторного брака.
В повторном браке супруги адаптируются друг к другу, а также к воспитательным ролям. В первом браке эти стадии были разделены во времени, следовали друг за другом, во втором они накладываются друг на друга, что усиливает напряженность в семье.
В ситуации распада семьи мать становится для ребенка главной, а иногда и единственной опорой и источником психологической защиты. При повторном замужестве она, поглощенная личным эмоциональным состоянием, не всегда способна осознать необходимость эмоциональных контактов ребенка с матерью, увидеть душевные переживания ребенка, понять их причину. В жизни немало случаев, когда с повторным замужеством внимание матери переключается на второго супруга. Вследствие этого резко сокращается и обедняется ее эмоциональное отношение к ребенку. Чем дольше мать и ребенок жили в условиях неполной семьи, тем ощутимее для ребенка оказывается смещение внимания матери к новому супругу, а затем к ребенку от второго брака. Можно предположить, что обеднение и формализация контактов матери с сыном или дочерью от первого брака провоцируют разные формы нарушений поведения детей, их глубокие эмоциональные переживания [2].
Например, по мере взросления юноши мать неизбежно утрачивает способность привить своему возмужавшему ребенку навыки поведения, принятого в обществе мужчин. Мать не способна на собственном примере научить ребенка умению правильно воспринимать распоряжения вышестоящего начальства и привить ему стремление, как бы трудна ни казалась задача, без хныканья довести начатое до конца
Многое из мужского подхода к решению жизненных проблем неплохо усвоить и девочкам. Им также придется пробивать себе дорогу в жизни, идя по ней не только в окружении женщин, но и, естественно, мужчин. Здоровые взаимоотношения дочери с отцом в дальнейшем помогут ей при общении с мужчинами [11, с.21].
И, конечно, огромную и незаменимую роль в воспитании детей несет все же мать. Ребенок, чувствующий за спиной материнскую опору и любовь, оказывается более способным преодолевать негативные чувства, связанные с семейной напряженностью.
Итак, характер детских переживаний в условиях повторного брака матери опосредован качеством эмоциональной связи в диаде “мать-ребенок”. Чем менее выражена эмоциональная связь матери с ребенком, тем ощутимей у детей чувство неуверенности в любви к ним со стороны близких [2].
Когда брак распадается, отец и мать, каждый по отдельности, ищут свой язык общения с ребёнком.
Если раньше в отношениях было три участника, теперь их двое: ребёнок и отец или ребёнок и мать. Отношения с каждым из родителей приобретают свои отличительные черты и наделяются некими обязательствами. Дети привыкают к новым отношениям тет-а-тет довольно быстро и, следовательно, эти «пары» создаются раньше, чем у папы или мамы появляется следующий спутник жизни.
Создаётся ситуация, неестественная для обычной семьи, в которой отношения между родителями предшествуют появлению на свет ребёнка. При повторном браке любимый человек матери или отца приходит третьим, когда связь родителей с ребёнком уже сформировалась, и это создаёт определенные трудности. Об этом неплохо было бы знать семьям, в которых супруги приводят с собой детей [4].
Будем честными: вновь прибывшие «родители» не могут одинаково относиться к своим родным детям и детям своего супруга и, естественно, любовь, которую испытывают дети к своим биологическим родителям, отличается от привязанности к «пришельцам».
Конечно, это знание причиняет боль, потому что «новые» - как дети, так и родители чувствуют себя отвергнутыми. Львиная доля проблем связана с тем, что люди вступают в очередной брак, мечтая вновь обрести семью, которая однажды распалась. Конфликты возникают тогда, когда они начинают замечать разницу между своими ожиданиями и действительностью. А дальше как всегда, насколько мы способны принять ситуацию такой, какая она есть, настолько эффективно мы сможем выстроить отношения как с чужими, так и с родными детьми.
Другими словами, если в совместном быту вновь прибывшие мужчина или женщина занимают место папы или мамы, выполняя практические функции, но не значит, что они стали настоящими родителями ребёнку.
Зачастую дети и даже их непосредственный родитель отказываются наделить вновь прибывших необходимыми полномочиями, и это создаёт основную проблему. Поэтому своевременный разговор с партнёром на эти темы имеет первостепенное значение, так как вопросы, связанные со структурой семьи, только на первый взгляд кажутся проблемами общежития, где ни одна из сторон толком не понимает, из-за чего происходят ссоры. Поэтому нужно с самого начала чётко определить место, занимаемое каждым, и тип отношений, который вы собираетесь установить с остальными, а главное, добиться того, чтобы это стало понятным всем, избежав путаницы и недопонимания.
И потом, повторный брак для взрослого человека означает окончание периода одиночества, значит, является поводом для радости. Для детей же это событие предполагает начало тяжёлого этапа, к которому следует добавить боль потери, пережитую при разводе родителей или смерти одного из них.
Для многих детей такая перемена создаёт огромную проблему, связанную с чувством верности: «Если я люблю нового спутника моей мамы, я предаю своего папу».
Со всеми трудностями можно справиться, если их не замалчивать. Чаще всего об этом стараются не говорить, чтобы «не ворошить угли», и конфликты остаются неразрешёнными и напоминают о себе при совместной жизни…
И ещё - надо принять тот факт, что есть невосполнимые потери, что у наших детей есть нужды, которые появившийся в семье новый человек не сможет удовлетворить.
Мудрость отношений в паре состоит в том, чтобы наслаждаться тем, что мы имеем, и не ссориться, пытаясь добиться невозможного [4].
Глава 2. Эмпирическое исследование взаимосвязи особенностей детско-родительских взаимоотношений при различных сиблинговых позициях детей в семье
Эмпирическое исследование особенностей детско-родительских взаимоотношений и особенностей сиблингового взаимодействия в семьях, воспитывающих детей от разных браков, их взаимосвязи, происходило в три этапа, на каждом из которых решались следующие задачи:
Первый этап -диагностическое исследование особенностей взаимодействия родителей и детей в семьях, воспитывающих двух сиблингов от разных браков.
Второй этап - диагностическое исследование сиблинговых взаимоотношений в семьях, воспитывающих двух сиблингов от разных браков.
Третий этап - корелляционный анализ полученных на предыдущих этапах исследования данных. Проверка гипотезы о наличии значимой связи между исследованными параметрами.
Базой исследовательской работы явилась средняя общеобразовательная школа №30. В исследовании приняли участие учащиеся 40 семей, воспитывающих двух сиблингов от разных браков.
2.1 Исследование взаимосвязи особенностей детско-родительских и сиблинговых взаимоотношений в семьях, воспитывающих двух сиблингов от разных браков
На данном этапе исследования выявлялась связь между особенностей детско-родительских и сиблинговых взаимоотношений в семьях, воспитывающих двух сиблингов от разных браков.
Статистическая проверка эмпирической гипотезы осуществлялась с помощью метода ранговой корреляции Спирмена, позволяющего определить тесноту (силу) и направленность корреляционной связи между двумя признаками. Коэффициент rs вычисляют по формуле

где d — разность между рангами сопряженных значений признаков (независимо от ее знака), а — число пар. В нашей работе вычисления были произведены с использованием программного пакета Statistica 7.0.
Результаты корреляционного анализа, позволяющие оценить взаимосвязь между исследуемыми параметрами представлены в Приложении 3, Таблице 5,6. Из таблиц 5 и 6 видно, что у первых сиблингов сильная связь (Р<0.01) существует между следующими параметрами:
Доверительностью общения и требовательность родителей (0.7). Вероятно, это объясняется тем, что чем больше требований предъявляют родители к сиблингам, тем больше возникает у последних потребность искать поддержки, доверия друг у друга.
Доверительностью общения и контролем отца (0.58)и матери (0.86). Такая взаимосвязь также, вероятно, может быть объяснена взрастающей сплоченностью внутри сиблинговой подсистемы при высокой степени контроля со стороны родителей.
Доверительностью общения и строгостью отца (0.83), что говорит о том, что чем больше строгости проявляет отец по отношению к детям, тем больше сиблинги стремятся к согласию по поводу верований и ценностей внутри своей подсистемы.
Доверительностью общения и эмоциональной дистанцией отца (-0.59, -0.63). То есть чем более дистанцирован отец в отношениях с детьми, тем меньше у сиблингов стремление доверить друг другу свои тайны, свои дела, положиться на брата (сестру) в полной мере. Вероятно, дети усваивают родительскую модель «холодных» взаимоотношений.
Доверительностью общения и отвержением отца (-0.71) и матери (-0.52). Что говорит о том, что отвержение родителей, вероятно, способствует формированию недоверия в отношениях с окружающими, в том числе и в сиблинговой подсистеме.
Доверительностью общения и сотрудничеством с отцом (0.52) и с матерью (0.55). Вероятно, проявляя отношения сотрудничества в детско-родительских взаимоотношениях, родители транслируют детям необходимые умения для построения отношений, позволяющих достигать общих целей.
Доверительностью общения и непоследовательностью отца (-0.52). Вероятно, непоследовательные воспитательные воздействия отца в семье препятствуют построению доверительных отношений, формированию согласованной системы верований и ценностей у сиблингов.
Доверительностью общения и авторитетностью отца (0.62). Вероятно, авторитетность отца в семье привносит в отношения сиблингов умения уважать друг друга, относиться к общению как к ценности, уметь полагаться друг на друга в решении проблем.
Взаимопонимание между сиблингами связано со строгостью отца (0.56, 0.81), с контролем матери (0.84) и отца (0.92). Вероятно, при строгом отце в семье у сиблингов возникает дополнительная мотивация искать взаимопониминие друг у друга в сиблинговой подсистеме.
Взаимопонимание между сиблингами связано с эмоциональной дистанцией отца (-0.67), с отвержением матери (-0.61) и отца (-0.74). Очевидно, эмоционально дистанцированные отношения с родителями транслируются в сиблинговую подсистему. И такие дети не понимают друг друга, не стремятся узнать интересы, настроения другого.
Взаимопонимание между сиблингами связано с сотрудничеством с матерью (0.66). Возможно, такая материнская позиция учит детей проявлению мягкости в отношениях, возможности предсказать и понять поведение брата/сестры в определенных ситуациях реакции на те или иные события.
Взаимопонимание между сиблингами связано с несогласием - с матерью (-0.54) и отцом (-0.56): чем более дети «отделены» от родителей, тем более стремятся к взаимопониманию друг с другом.
Доверительность и взаимопонимание в общении тесно связаны между собой. Неудивительно, что эти параметры имеют много похожих взаимосвязей с особенностями детско-родительских взаимоотношений.
Сходство взглядов связано обратной связью с принятием отца (-0.56) и сотрудничеством (-0.57), с согласием матери (-0.76) и отца (-0.81). Вероятно, при отсутствии поддержки в этой сфере со стороны отца, дети вынуждены формировать свою, общую для них систему интересов, взглядов, мировоззрения.
Сходство взглядов связано авторитетностью отца (-0.63). Возможно, чем более поддержан авторитет отца в семье, тем более согласованы позиции членов семьи в различных вопросах.
Прямой связью сходство взглядов связано с последовательностью матери (0.51) и отца (0.69). Вероятно, это можно объяснить простым утверждением: чем более последовательны родители, тем более понятно детям как воспринимать мир. С другой стороны, чем более несогласованны родители, тем больше причин у сиблингов искать понимания друг у друга.
Общие символы семьи связаны прямой связью с требовательностью матери (0.51) и отца (0.56), строгостью отца (0.85), контролем матери (0.80) и отца (0.86). Вероятно, такая система воспитания и общения с детьми в семье способствует созданию у сиблингов системы объектов, высказываний, имеющих для них одно и то же значение, вызывающих одно и то же чувство, воспоминание, отношение. В общении может выражаться в существовании «своего языка», чувства единства, сплоченности, так называемого «мы».
Общие символы семьи связаны с эмоциональной дистанцией отца (-0.70), отвержением матери (-0.65), неудовлетворенностью отношениями с отцом (-0.57). Понятно, что такие характеристики общения с детьми не способствуют развитию у сиблингов чувства единства, сплоченности, так называемого «мы».
У вторых сиблингов сильная связь (Р<0.01) существует между следующими параметрами:
Доверительностью общения и требовательность отца (0.79), контролем матери (0.52), строгостью отца (0.55) и матери (0.67). Что, вероятно, как и у первых сиблингов, объясняется теми же причинами: при требовательных, контролирующих, строгих родителях дети вынуждены искать поддержку внутри своей подсистемы.
Доверительностью общения и непоследовательностью отца (-0.78), эмоциональной дистанцией матери (-0.58), несогласием отца (-0.83) и матери (-0.91). То есть чем более конфликтны, дистантны и несогласованны позиции родителей по отношению к детям, тем меньше доверия внутри сиблинговой подсистемы.
Доверительностью общения и с сотрудничеством с отцом (0.55): в таких семьях, где родитель демонстрирует конструктивные способы разрешения противоречий, достижения взаимопонимания, дети выстраивают отношения доверия между собой.
Эти результаты во многом схожи с результатами исследования первых сиблингов и. вероятно, во многих случаях могут быть объяснены теми же причинами.
Взаимопонимание между вторыми сиблингами связано с требовательностью отца (0.74), со строгостью отца (0.61) и матери (0.69, 0.61), с контролем матери (0.72, 0.56) и отца (0.56), с несогласием - с матерью (-0.93, -0.85) и отцом (-0.72, -0.67), с непоследовательностью отца (-0.75, -0.72); и, вероятно, объясняется теми же причинами, как и связи при исследовании первой сиблинговой позиции: чем более строгие и контролирующие родители, тем больше близости, доверия и понимания между сиблингами.
Сходство взглядов, в отличие от первых сиблингов, не имеет сильных взаимосвязей с параметрами родительского отношения. Возможно, потому что младшие сиблинги часто ориентируются на старших, играя «ведомую» роль.
Общие символы семьи связаны с требовательностью отца (0.87), со строгостью отца (0.73)и матери (0.57), с контролем матери (0.65) и отца (0.60), с принятием матери (0.54), с несогласием отца (-0.82) и матери (-0.89), с непоследовательностью отца (-0.68). Эти связи, вероятно, объясняются теми же причинами, что и в отношении первых сиблингов.
Легкость общения у вторых сиблингов связана с автономностью матери (-0.52). Эта связь характерна только для второй сиблинговой позиции. Вероятно, это объясняется склонностью многих мам к выстраиванию очень тесных отношений с младшими детьми, что препятствует развитию навыков общения со сверстниками, может способствовать сиблинговой конкуренции.
Легкость общения связана с отсутствием сотрудничества с матерью (-0.68), неавторитетностью матери (-0.70) и отца (-0.69). Эти связи также, вероятно, объясняются необходимостью «верной» дистанции в отношениях с родителями для развития навыков общения у детей.
Легкость общения связана с неудовлетворенностью взаимоотношениями с матерью (-0.67) и отцом (-0.68). Возможно, это объясняется той же закономерностью: чем более ребенок привязан к матери, тем сложнее ему отделиться и выстраивать эффективные взаимоотношения с другими персонами.
Наконец, психотерапевтичность общения связана с отсутствием сотрудничества с матерью (-0.52), с неавторитетностью отца (-0.55), с неудовлетворенностью отношениями с отцом (-0.53). Что также возможно объяснить сплочением сиблингов за счет дистанцирования с родителями.
Таким образом, гипотеза, подлежавшая проверке в нашем исследовании, нашла свое подтверждение, что позволило констатировать существование достоверной взаимосвязи между исследуемыми признаками.
Заключение
В связи с этим возникает необходимость всестороннего изучения очерченной проблемы.
Наше исследование было направлено на изучение взаимосвязи между особенностями детско-родительских и сиблинговых взаимоотношений в семьях, воспитывающих двух сиблингов от разных браков.
При этом исследование проводилось в несколько этапов. На первом этапе осуществлен анализ основных теоретических подходов к исследуемой проблеме. Рассматриваемой проблеме посвящено большое количество исследований, однако, несмотря на значительное количество работ, исследования в этой сфере остаются достаточно актуальными.
Задачами второго и третьего этапов исследования являлось диагностика детско-родительских и сиблинговых взаимоотношений. Полученные в результате реализованного диагностического обследования данные позволили охарактеризовать выборку испытуемых исходя из рассматриваемых диагностических параметров.
На последнем этапе исследования решалась задача исследования взаимосвязи особенностей детско-родительских и сиблинговых взаимоотношений.
Статистическая проверка эмпирической гипотезы осуществлялась с помощью метода ранговой корреляции Спирмена, позволяющего определить тесноту и направленность корреляционной связи между двумя признаками. Гипотеза, подлежавшая проверке в нашем исследовании, нашла свое подтверждение, что позволило констатировать существование достоверной взаимосвязи между исследуемыми признаками.
Практический аспект результатов нашего исследования представляется в применении полученных результатов практическими психологами учреждений, консультирующих по вопросам брака и семьи.
Итак, есть множество вопросов, на которые мы не знаем ответов, а значит, перед нами открыты новые горизонты исследований в области семейной психодиагностики.
Психологи считают семейную психологию и исследования в этой области наиболее сложными, но, надо заметить, что это и наиболее интересная область психологии, наиболее жизненная область.
Список используемых источников
1. Алешина Ю.Е. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование / Ю.Е. Алешина – М.: Ост, 1993.– 175 с.
2.Баранова Е.В. Повторный брак матери и эмоциональное самочувствие ребенка / Е.В. Баранова – М.: Медицинский центр, 2007г.– 58 с.
3. Бейкер К. Теория семейных систем М. Боуена / К.Бейкер // Вопросы психологии. – №6. – 1991г.
4. Букай Х. Любить с открытыми глазами / Х. Букай, С. Салинас.– Пер. с исп. Н. Черепковой.– М.: Изд.дом Мещерякова, 2007 г. – 285 с.
5. Думитрашку Т.А. Влияние внутрисемейных факторов на формирование индивидуальности / Т.А. Думитрашку //Вопросы психологии.– №1. – 1991.
6. Корепанова И.А. Опыт психологического анализа отношения младшего школьника к сиблингу / И.А. Корепанова, Е.И. Карпунина //Материалы второй всероссийской научной конференции «Психологические проблемы современной российской семьи» (25 — 27 октября 2005 г.), часть 2. – М., 2005. – стр. 119-125.
7. Кравцова М.В. Братско-сестринские отношения в ситуациях травматического опыта / М.В. Кравцова // Псiхалогiя.– №3. – 2004.
8. Кратохвил С. Психотерапия семейно-сексуальных дисгармоний /С. Кратохвил – М.: Медицина, 1991. – 344 с.
9. Крайг Г. Психология развития. / Г. Крайг – 7-е международное издание. –СПб.: Питер, 2002.– 183 с.
10. Куровская С. Брак и семья / С. Куровская // Планета-семья.– 2005г. –№2, с.3-9.
11. Лофас Ж. Повторный брак: дети и родители / Ж. Лофас, Д. Сова – СПб.: Питер Пресс, 1996. – 320 с.
12. Райе Ф. Психология подросткового и юношеского возраста / Ф. Райе – СПб.: Питер, 2000. – 656 с.
13. Синарева Ю.Н. Любовь и сиблинги. Сестры и братья. Как им жить мирно / Ю.Н. Синарева // Домовой №4. – 2003 г.
14. Слепкова В.И. Психологическая диагностика семейных отношений / В.И. Слепкова, Т.А. Заеко – Мозырь: Содействие, 2006. –196 с.
15. Современный ребенок. Энциклопедия взаимопонимания" / А.Я.Варга. – М.: ОГИ, 2006, – 135 с.
16. Томан У. Семейное созвездие: её влияние на личностное и социальное поведение / У. Томан – N.Y.: Springer, 1976.
17. Хьелл Л. Теории личности / Л. Хьелл, Д. Зиглер Д. – 3-е изд. – СПб.: Питер, 2005.– 607 с.: ил.– (Серия «Мастера психологии).
18. Целуйко В.М. Психологические проблемы современной семьи / В.М. Целуйко – М.: ВЛАДОС, 2008 г.– 496 с.
19. Целуйко В.М. Психология современной семьи / В.М. Целуйко – М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2004 г.–288 с.
20. Шейнов В.П. Превратности семейной жизни. Повторный брак / Шейнов В.П. – М.: РИПОЛ, 2003 г. – 64 с.
21. Шнейдер Л. Б. Психология семейных отношений. Курс лекций / Л. Б. Шнейдер – М.: Эксмо-Пресс, 2000г. – 512 с.
ПРИЛОЖЕНИЕ 1
ОПРОСНИК «ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ РОДИТЕЛЬ — РЕБЕНОК»
(автор Марковская И. М.)
Назначение методики. Методика предназначена для диагностики особенностей взаимодействия родителей и детей. Опросник позволяет выяснить не только оценку одной стороны — родителей, — но и видение взаимодействия с другой стороны - с позиции детей.
Описание методики. Опросник «Взаимодействие родитель— ребенок» является «зеркальным» и содержит две параллельных формы: для родителей и для детей. Кроме того, имеется два варианта опросника:
Вариант для подростков и их родителей.
Вариант для родителей дошкольников и младших школьников.
Таким образом, опросник имеет три формы: одну детскую и две взрослые, по 60 вопросов в каждой. В нашей работе использован вариант для подростков.
Текст опросника включает 10 шкал— критериев для оценки взаимодействия родителей с детьми. На каждую шкалу варианта опросника для подростков приходится равное количество вопросов, кроме двух, которые выделяет большинство исследователей и которые могут считаться базовыми в родительско-детских отношениях. Это шкалы «Автономия - контроль» и «Отвержение - принятие», в них вошло по 10 утверждений, а в остальные шкалы — по 5 утверждений.
При заполнении опросника детям предлагается оценить степень согласия с каждым утверждением по 5-балльной системе:
1 балл — «совершенно не согласен, это утверждение совсем не подходит»;
5 баллов — «совершенно согласен, это утверждение абсолютно подходит».
Шкалы опросника «Взаимодействие родитель — ребенок» (ВРР)
В опроснике «Взаимодействие «родитель — ребенок» для подростков и их родителей представлены следующие 10 шкал.
1шкала — «Нетребовательность — требовательность родителя». Данные этой шкалы показывают тот уровень требовательности родителя, который проявляется во взаимодействии родителя с ребенком. Чем выше показания по этой шкале, тем более требователен родитель, тем больше ожидает он высокого уровня ответственности от ребенка.
2шкала — «Мягкость — строгость родителя». По результатам этой шкалы можно судить о суровости, строгости мер, применяемых к ребенку, о жесткости правил, устанавливаемых во взаимоотношениях между родителями и детьми, о степени принуждения детей к чему-либо.
3шкала
—