Современные нейролептики: взаимодействие с системами нейротрансмиттеров мозга
Развитие нейрохимического и молекулярного направлений исследований в 60-70-х годах и особенно в последнее десятилетие определило существенный прогресс в понимании тонких механизмов действия нейролептиков, арсенал которых к этому времени значительно возрос. Появились новые нейролептики не только фенотиазинового ряда (трифтазин, фторфеназин, левомепромазин, тиоридазин и др.), но также представители других химических рядов - производные тиоксантена, структурно близкие к фенотиазинам (хлорпротиксен, флуанксол и их аналоги). Несомненным достижением явилось создание нового класса нейролептических препаратов - производных бутирофенона, к которым относятся галоперидол, спиперон, дроперидол и ряд других препаратов.
Согласно современной классификации все эти вещества могут быть отнесены к классическим нейролептикам, так как в целом для них характерны фармакологические и клинические свойства, присущие аминазину, а именно: психоседативное действие, антипсихотический эффект, выраженное влияние на вегетативные функции (артериальное давление, гладкую мускулатуру, терморегуляцию), способность вызывать экстрапирамидные расстройства у больных. Фармакологический спектр классических нейролептиков включает в себя такие свойства, как угнетающее влияние на поведение и условные рефлексы, антагонизм по отношению к эффектам фенамина и апоморфина, способность вызывать каталепсию (эквивалент экстрапирамидного синдрома), выраженное противорвотное действие, влияние на эндокринные функции и ряд других эффектов. Перечисленные свойства в той или иной степени отражают отдельные проявления классического нейролептического синдрома, наблюдаемого в клинике и описанного основателями клинической психофармакологии. Однако важно отметить, что ни одно из фармакологических свойств, присущих нейролептикам, не может рассматриваться в качестве эквивалента собственно антипсихотического действия, поскольку до настоящего времени не существует адекватной экспериментальной модели психоза.
Таблица 1. Гипотеза дофаминергической рецепторной блокады (A.Carlsson, 1963-1987 )
Основные положения
Нейролептики - блокаторы дофаминовых рецепторов Д2 типа в стриатуме, прилежащем ядре, коре мозга. Блокада этих рецепторов подавляет центральную дофаминергическую нейропередачу. Развивается компенсаторное увеличение скорости биосинтеза и метаболизма дофамина в соответствующих структурах мозга.Фармакология
Подавление возбуждающих эффектов агонистов дофаминовых рецепторов - апоморфина, амфетамина и др. Снижение двигательной гиперактивности, подавление стереотипного поведения, развитие каталепсии, угнетение условных рефлексов. Компенсаторное усиление импульсной активности дофаминовых нейронов группы А9, локализованных в черной субстанции.Нейрохимия
Блокада пост- и пресинаптических дофаминовых рецепторов. Активация тирозингидроксилазы, ускорение синтеза и оборота дофамина. Хроническое введение сопровождается развитием рецепторной гиперчувствительности, увеличением числа дофаминовых рецепторов. Взаимодействие с рецепторами других нейротрансмиттеров (норадреналина, серотонина, гистамина, ацетилхолина).Таблица 2. Основные свойства атипичных нейролептиков
Фармакология
Избирательность действия по отношению к мезолимбической и мезокортикальной дофаминергическим системам мозга (в поведен- ческих тестах - избирательная блокада апоморфиновой стереотипии лимбического генеза). Менее выраженное влияние на нигростриатную дофаминергическую систему. Отсутствие каталептогенного действия, слабое влияние на апоморфиновую стереотипию стриатного происхождения.Нейрохимия
Избирательная блокада дофаминергических и серотонинергических рецепторов лимбических и корковых структур мозга (высокое сродство к этим рецепторам). Увеличение скорости синтеза и оборота дофамина преимущественно в лимбических и корковых структурах мозга (прилежащее ядро, префронтальная кора). Блокада пресинаптических ауторецепторов дофамина и серотонина, т.е. ослабление ингибиторного контроля процесса высвобождения дофамина, облегчение дофаминергической передачи. Усиление дофаминергической активности в лимбических структурах и префронтальной коре, коррекция дисбаланса нейротрансмиттеров: а) на уровне взаимодействия дофамин/серотонин; б) на уровне глутамат/дофаминергического взаимодействия в подкорковых структурах мозга, коррекция глутаматергического дефицита.Данные ПЭТ исследований
Классические нейролептикиНа уровне клинически эффективных доз 70-80 % “занятости” Д2
дофаминовых рецепторов базальных ганглиев (как следствие - высокий риск развития ЭПС)
Атипичные нейролептикиНа уровне терапевтических доз “занятость” 80-90 % серотониновых рецепторов 5-НТ2 типа в корково-лимбической области (уменьшение риска развития ЭПС, благоприятный эффект на негативную
симптоматику психоза).
Клинические данные
Эффективность в отношении негативной симптоматики психоза. Слабая выраженность или отсутствие экстрапирамидных расстройств. Положительное влияние на когнитивные расстройства.Отсутствие гиперпролактинемии.
Таблица 3. Характеристики рецепторного аффинитета атипичных нейролептиков и галоперидола
|
Тип рецептора |
Клозапин |
Оланзапин |
Ремоксиприд |
Рисперидон |
Галоперидол |
| Дофаминовый | |||||
| D1 |
85 |
31 |
нет |
75 |
10 |
| D2L |
60 |
11 |
125 |
1,5 |
0,5 |
| D2S |
35 |
11 |
54 |
1,5 |
0,5 |
| D3 |
300 |
- |
нет |
6,7 |
2,0 |
| D4 |
9 |
27 |
нет |
- |
2,0 |
| D5 |
35 |
- |
- |
- |
27 |
| Серотониновый | |||||
| 5-HT1A |
875 |
нет |
нет |
16 |
нет |
| 5-HT2A |
8 |
5 |
нет |
0,6 |
74 |
| 5-HT2C |
12 |
23 |
нет |
16 |
нет |
| 5-HT3 |
170 |
140 |
нет |
нет |
нет |
| 5-HT6 |
4 |
2,5 |
нет |
425 |
нет |
| 5-HT7 |
6,3 |
104 |
нет |
1,4 |
263 |
| Холинергический | |||||
| M1 |
1,8 |
1,9 |
нет |
нет |
нет |
| M2 |
21 |
18 |
нет |
нет |
нет |
| M3 |
13 |
25 |
нет |
нет |
нет |
| M4 |
12 |
13 |
нет |
нет |
нет |
| M5 |
3,7 |
- |
нет |
нет |
нет |
| Адренергический | |||||
| a1 |
7 |
19 |
нет |
2 |
46 |
| a2 |
8 |
280 |
нет |
3 |
360 |
| b1 |
нет |
нет |
нет |
нет |
нет |
| Прочие | |||||
| Гистаминовый1 |
6 |
7 |
нет |
155 |
нет |
| Сигма |
нет |
- |
60 |
- |
5 |
В связи с этим предпринимались неоднократные попытки найти корреляционные зависимости между активностью нейролептиков, оцениваемую в тех или иных экспериментальных тестах, и средними клинически эффективными дозами. Высокая степень корреляции была обнаружена в наших исследованиях, где большой ряд нейролептиков оценивался по их антагонизму с возбуждающим эффектом фенамина (К.С.Раевский, 1976). Позднее с использованием методологии радиолигандного связывания in vitro была найдена хорошая корреляция между величиной Кi (константа ингибирования, отражающая способность вещества конкурировать с селективным для данного рецептора меченым лигандом, обычно 3Н-спипероном, за связывание со специфическими участками нейрональных