Xreferat.com » Рефераты по психологии » Гендерные особенности взаимоотношений родителей и детей младшего школьного возраста со старшими и младшими сиблингами

Гендерные особенности взаимоотношений родителей и детей младшего школьного возраста со старшими и младшими сиблингами

менее, для младшего школьника характерна неустойчивость нравственного облика, а также непостоянство переживаний и отношений.

Наряду с этим происходят и существенные изменения в эмоционально-мотивационной сфере. Впервые возникает обобщение переживаний. Череда успехов или неудач, каждый раз переживаемых ребенком в каких-либо ситуациях (учеба, продуктивные виды деятельности, общение), приводят к формированию устойчивых аффективных комплексов чувства неполноценности, ущемленного самолюбия или, напротив, чувства собственной значимости, умелости, и компетентности [40]. Эти и другие возрастные особенности младших школьников определяют особенности формирования представления о себе, о том, что думают о нем другие. Это так называемая «скрытая программа социалицации», складывающаяся в процессе межличностных отношений [5, 33, 40] и проявляющаяся в восприятии других людей, прежде всего сверстников, в качестве которых в семье выступают сиблинги.

Одной из центральных проблем межличностного общения является восприятие и понимание людьми друг друга или “социальная перцепция”. Социальная перцепция – процесс, несомненно, более активный, чем восприятие объектов окружающего мира. Второй отличительной стороной данного процесса являются межличностные взаимодействия, что подразумевает разностороннюю обратную связь и непременное включение понимания.

В отечественной науке первым стал разрабатывать эту проблему и накопил большое количество эмпирических данных и закономерностей А. А. Бодалев.

Общение является наблюдаемым процессом, где актуализируется и развивается личностно значимое образное, эмоциональное и интеллектуальное отражение людьми друг друга, представляющее их внутреннее состояние. Таким образом, общение в данном случае, это такое поведение людей, в процессе которого развиваются, проявляются и формируются их межличностные отношения [34].

Внутренней основой личных взаимоотношений является потребность в общении. Л. С. Выготский говорит о том, что любая потребность младенца есть потребность в другом человеке. Ребенок не просто хочет спать и засыпает, он требует внимания к себе в виде поглаживаний и покачивания не любого, а хорошо знакомого ему человека. Таким образом, избирательность данной потребности реализуется в “комлексе оживления” (на 2-ом месяце жизни) и является психологической сущностью данной потребности.

По мнению Л. И. Рюмшиной, образ другого человека формируется на аффективной основе и зависит от социального опыта[37]. В основу ее анализа легли идей В. А. Лабунской относительно невербального поведения и экспериментальные исследования раннего генезиса общения Н. Н. Авдеевой, М. И. Лисиной и С. Ю. Мещеряковой. Было установлено, что невербальное поведение взрослых с первых дней жизни младенца выступает в роли средств социального контакта, подготавливая само общение, а “комплекс оживления” и есть начало формирование образа другого человека.

С возникновением речи чувственный образ человека соединяется со смысловым содержанием [37]. Складываются первые, еще элементарные обобщенные представления о других людях, которые в старшем дошкольном возрасте конкретизируются и обобщаются. Образ другого человека приобретает точность, дифференцированность и константность. Наиболее раннее его содержание, формирующее на аффективной основе в процессе невербального взаимодействия с окружающими взрослыми, сохраняется во всех возрастах и определяет восприятие ситуации в целом, ее смысловую направленность.

На основе теоретических положений и эмпирических данных, Рюмшиной Л. И. были проанализированы возрастные особенности при восприятии невербального поведения. Результаты исследований показали, что детям дошкольного возраста свойственна при понимании и интерпретации невербального поведения характеристика действий человека и его состояний. Содержание образа при восприятии другого человека в школьном возрасте усложняется. Появляется информация не только о внешней активности человека и его эмоциональных состояниях, но и о качествах личности и социально-психологических особенностях, т.е., как субъекта общения и взаимодействия с другими людьми. Это подтверждает и наличие у детей дошкольного возраста затруднений в понимании и интерпретации диадного и группового общения.

Школа – это новый этап развития потребности в общении: новые дети, ограничение во времени (лишь перемены), появление общественно значимой деятельности (учение), где возникает система новых, а главное сложных деловых отношений. Овладение данными формами отношений является совместное выполнение группой одного задания. В этом случае приобретается опыт распределения обязанностей между собой и действия производятся с учетом того, что и как делают твои товарищи, а коэффициентом благополучия взаимоотношений является положение ученика в классе.

Исследования А. Б. Широковой выявило набор качеств или независимых характеристик у младших школьников с “высоким” положением в классе и так называемых “непринятых”. При оценивании детей, занимающих “завидное” положение в классе были названы следующие характеристики: красивая внешность, принадлежность к активу класса, готовность поделиться вещами и сладостями, успехи в учебе и отношения со сверстниками. Мальчики ценят физическую силу. Значительным отличием в оценке детей 7,8-ми и 9,10-ти лет является наличие содержательной стороны выполняемой работы или занимаемой позиции (статуса) у детей 3-х классов: организационные способности, общественная активность, отношение к труду и личностные качества (самостоятельность, уверенность, честность). Непринятые же характеризуются как общественно пассивные, т.е., не избираются в актив класса, а также неопрятные, плаксивые, непостоянны в дружбе и плохо учатся.

Межличностное оценивание, как частный случай психического отражения, рождает психический образ [35]. Таким образом, подводя итог выше сказанного, можно сказать, что младшие школьники в результате социальной перцепции оценивают другого человека по внешним характеристикам, эмоциональным состояниям и вниманию учителя по отношению к оцениваемому субъекту.

Восприятию образа другого человека характерен динамизм и постоянное развитие. Он не сводится к сумме отдельных компонентов, а носит интегральный характер. Поэтому изучение психологического содержания уместно лишь во взаимосвязи и динамики развития. Взаимоотношения между детьми необходимо рассматривать как целостную систему отношений детских и детско-родительских в их взаимосвязи и динамики развития (отношение каждого члена группы ко всем остальным и всех к каждому).

В ситуации же сиблинговых отношений вопрос о желании, как о критерии выбора партнера взаимодействия, опущен и есть лишь данность факта наличия брата или сестры.

Результатом межличностного общения или взаимодействия между людьми являются определенные отношения. Многие авторы рассматривают соперничество между сиблингами, как результат взаимодействия и положительной стимулирующей стороной их общения, и негативной.


2.2 Общие характеристики основных сиблинговых позиций


Проблема взаимоотношений детей в семье имеет глубокие корни. Уже в библейских легендах упоминаются истории о весьма драматичных отношениях между родными братьями. И хотя развитие отношений Каина и Авеля, Исава и Иакова во многом различно, в их основе лежит сходный мотив — борьба за первенство.

При этом в обыденном сознании бытует миф об абсолютной любви, не омраченной никакими ссорами, раздорами, негативными эмоциями. Любви как априорной данности, гарантом которой является тесная кровная, родственная связь между детьми. Идеализируя реальность, мифология обладает рядом привлекательных черт, но имеет один существенный недостаток: слабую связь с этой самой реальность.

Как складывается жизнь детей из-за того, что их родители в какой-то момент приняли решение обзавестись вторым, третьим, ребенком?

Последователь Фрейда, Альфред Адлер первым выделил "порядковые позиции" ребенка в семье: единственный ребенок, старший ребенок в семье, средний ребенок, младший из двух детей, младший из трех и большего числа детей. Адлер показал, что дети различаются по своему характеру, в зависимости от порядка рождения. Основываясь на этой классификации и используя собственные наблюдения, мы попытаемся проанализировать, как порядок рождения и сиблинговая позиция влияет на человека.

По Адлеру, порядок рождения (позиция) ребенка в семье имеет решающее значение. То есть от того, какое значение придает ребенок сложившейся ситуации, зависит, как повлияет порядок его рождения на стиль жизни. Более того, поскольку это восприятие субъективно, у детей, находящихся в любой позиции, могут вырабатываться любые стили жизни. Однако в целом определенные психологические особенности оказались характерными именно для конкретной позиции ребенка в семье [1].

В первую очередь, важны «производные» от нее — восприятие себя самого, окружающих и мира, свойственные каждой из позиций. Ведь эти детские решения в подавляющем большинстве случаев становятся моделями, которые мы используем для решения взрослых проблем [19].

Любая классификация порядка рождения, весьма относительна. Например: на первенца можно положиться, он трудолюбив и организован, требователен, серьезен, придерживается буквы закона, верен своему слову, полагается на себя, но хочет угодить всем. Или о средних детях: они спокойные и приземленные, благодарные слушатели. Комплексно подходят к решению проблем, стремятся, чтобы всем вокруг было хорошо и радостно. Из них получаются отличные дипломаты.

Действительно, порядок рождения важен не сам по себе, а в контексте конкретной семейной ситуации. Добавим сюда еще и природные задатки и получим известное, «сколько людей, столько судеб». Однако существует предрасположенность, связанная именно с порядком.

Первенец (старший ребенок). Положение первенца можно считать завидным, пока он – единственный ребенок в семье. Родители обычно сильно переживают по поводу появления первого ребенка и поэтому всецело отдают себя ему, стремясь, чтобы все было "как полагается". Первенец получает безграничную любовь и заботу от родителей. Он, как правило, наслаждается своим безопасным и безмятежным существованием. Но это продолжается до тех пор, пока следующий ребенок не лишит его своим появлением привилегированного положения. Это событие драматическим образом меняет положение ребенка и его взгляд на мир [1].

Первый ребенок — это нечто новое, непознанное и интересное для родителей. Родители чувствуют себя создателями, людьми, переступившими, расширившими собственное бытие, поэтому первый ребенок часто воспринимает со стороны родителей трепетную любовь и восхищение.

Первое дитя, в отличие от других, получает с самого начала своего существования громадную заботу и внимание со стороны взрослых, его самочувствие и поведение постоянно волнуют окружающих. Немудрено, что первые дети часто подсознательно занимают позицию: «Я счастлив только тогда, когда другие обращают внимание на меня и заботятся обо мне», которая делает их зависимыми от других людей, нуждающимися во внимании, требующими гарантий любви и уважения [24].

Кроме того, первый ребенок появляется в семье, еще недостаточно готовой к детям. Как и все, с чем мы встречаемся в первый раз, появление ребенка и уход за ним в первые месяцы сопряжены с определенной долей неуверенности, тревожности. Часто молодая мать то и дело звонит подругам или доктору, чтобы узнать, нормально ли, что ее ребенок ночью не просыпается и не хочет есть, что, покушав немного, засыпает, а потом сразу же просыпается и снова просит есть, что двухмесячное дитя улыбается не только маме, но и постороннему, — мало ли вопросов возникает в голове матери малыша! Постепенно родители начинают понимать реакции ребенка на их поведение, начинают верить в «мудрость» развивающегося человека и не боятся собственных ошибок.

В результате родители несколько успокаиваются и ведут себя более уверенно. Шнейдер отмечает, что в некоторых семьях первенцы являются осью, вокруг которой концентрируются все остальные члены семьи [27]. В таких случаях старшие дети чувствуют себя удовлетворенными, если им уделяют основную часть внимания и заботы в семье. По мнению А. Адлера, данная позиция делает их зависимыми от других людей, нуждающимися во внимании, требующими гарантий любви и уважения. Многие исследователи отмечают также, что первенцы более агрессивны и эгоистичны. Особенно эти черты проявляются с появлением второго ребенка, который забирает часть внимания родителей, принадлежавшего изначально старшему ребенку.

Наличие сиблинга в семье является важным фактором психического развития ребенка [30]. А.Адлер часто описывал положение первенца при рождении второго ребенка, как положение "монарха, лишенного трона", и отмечал, что этот опыт может быть очень травматичным. Когда старший ребенок наблюдает, как его младший брат или сестра побеждает в соревновании за родительское внимание и нежность, он, естественно, будет склонен отвоевывать свое верховенство в семье. Однако это сражение за возвращение прежней центральной позиции в семейной системе с самого начала обречено на неудачу – прежнего не вернуть, как бы первенец не старался. Со временем ребенок сознает, что родители слишком заняты, озабоченны или слишком равнодушны, чтобы терпеть его инфантильные требования. Кроме того, у родителей гораздо больше власти, чем у ребенка, и они отвечают на его трудное поведение (требование к себе внимания) наказанием. В результате подобной семейной борьбы первенец "приучает себя к изоляции" и осваивает стратегию выживания в одиночку, не нуждаясь в чьей-либо привязанности или одобрении.

А. Адлер также полагал, что самый старший ребенок в семье, скорее всего, консервативен, стремится к власти и предрасположен к лидерству. Поэтому он часто становится хранителем семейных установок и моральных стандартов.

Громадное влияние на развитие личности первого ребенка имеет рождение второго. Для большинства первенцев рождение второго ребенка не полная неожиданность. Дети любопытны, и их внимание привлекают изменившиеся очертания фигуры матери; они слышат разговоры взрослых о намечающейся «покупке», наблюдают за приготовлениями к появлению-малыша, удивляются приобретению, по их мнению, «слишком маленьких» ползунков, новой и «уже не нужной» коляски и т. д. Раньше или позже их вопросы принуждают родителей раскрыть суть происходящего, и правильно поступают те родители, которые уделяют объяснению того, что в семье появится еще один маленький человечек, большое внимание [20].

Дети, как правило, хотят, чтобы в их семье был малыш. Часто первенцы прямо просят «купить» братика или сестричку. Их желание понятно — в семье им нужен не только авторитет, покровительствующий, заботящийся, руководящий человек, но и равноправный друг для игр, спутник, компаньон. Более того, дети мечтают быть такими же, как их родители, поэтому рождение малыша сулит приятную перспективу попробовать себя в роли отца или матери, в роли опекуна и учителя. Эти две внутренние позиции создают эмоционально положительное отношение первенца к будущему новорожденному, и родителям следовало бы стремиться их поддержать [24].

Второй (средний) ребенок. Появление на свет второго ребенка вызывает гораздо меньше тревоги родителей. После рождения вокруг второго ребенка родители меньше создают атмосферу эмоционального напряжения, неуверенности. Родители не так его опекают, суетятся вокруг его самочувствия, правильности развития, «нормальности» и т. д. Мать по отношению ко второму ребенку, как правило, последовательнее, нежнее, ласковее. Поэтому второй и следующий дети, сами, будучи более уравновешенными, к тому же оказываются и в более спокойной, стабильной атмосфере семьи. Можно сказать, что они имеют лучшую «стартовую площадку» для развития, чем первенец, но... Каждая позиция ребенка в семье имеет свои положительные и свои отрицательные стороны. Второй ребенок сталкивается с иными, но не менее сложными обстоятельствами семейных отношений, чем старший [24].

Второй ребенок в семье, по мнению А. Фромма, никогда не переживает ситуации единственного ребенка, которому отданы все внимание, любовь, безоговорочное восхищение. Исследования показывают, что со вторым ребенком мать меньше разговаривает, меньше им занимается. Частично это восполняет старший ребенок — по собственной инициативе или по настоянию родителей.

С точки зрения Р. Ричардсона, родители, независимо от мотивации, ожидают от второго ребенка гораздо меньше, чем от старшего, поэтому он меньшего достигает. Он обычно предъявляет к жизни меньше требований и может оказаться последним, кто будет соблюдать традиции семьи, даже если старшие откажутся от них. При решении своей судьбы склоняются к художественному творчеству. С другой стороны, младший ребенок также может оказаться бунтарем, если ему потакают или руководят им. Он занят низвержением общественных установок и борьбой с иерархией, но без прямой конфронтации. Обычно младший ребенок имеет «приключенческий» подход к жизни и легко берется за новое. Опираясь на свой опыт, он знает, что быть агрессивным бесполезно и вырабатывает манипулятивный путь достижения желаемого: демонстративно обижаясь, либо пытается очаровать. «Обычно он тем или иным способом старается догнать старших, но это ему не удается, если только он не изберет абсолютно другое поле деятельности и жизненный стиль, в котором может преуспеть благодаря своим собственным способностям. Несмотря на свою склонность к бунту против авторитетов, младший скорее будет последователем, чем лидером, и сможет с легкостью угождать лидеру, который ему понравиться».

Второму ребенку с самого начала задает темп его старший брат или старшая сестра: ситуация стимулирует его побивать рекорды старшего сиблинга. Благодаря этому нередко темп его развития оказывается более высоким, чем у старшего ребенка. Например, второй ребенок может раньше, чем первый, начать разговаривать или ходить. В результате второй ребенок вырастает соперничающим и честолюбивым. Его стиль жизни определяет постоянное стремление доказать, что он лучше своего старшего брата или сестры. Итак, для среднего ребенка характерна ориентация на достижения. Чтобы добиться превосходства, он использует как прямые, так и окольные методы. А. Адлер также полагал, что средний ребенок может ставить перед собой непомерно высокие цели, что фактически повышает вероятность возможных неудач. Интересно отметить, что Адлер сам был средним ребенком в семье.

Развитие второго ребенка, как мы видим, во многом зависит от личности старшего и от отношения родителей к детям. Ориентируясь на эти два и другие обстоятельства, ребенок выбирает свой путь, который становится стержнем его личности. Второй или третий ребенок, в зависимости от дальнейшего развития семьи, может оказаться младшим ребенком или стать средним. В первом случае его первичные установки приобретают постоянство.

Младший ребенок дольше, чем первый или средний ребенок, испытывает к себе снисходительное отношение взрослых и продолжительное время остается «малышом». Ему не выдвигаются жесткие требования, ему больше помогают даже тогда, когда он может справиться с возникшими трудностями сам. Снисходительное отношение приводит к тому, что он мало включается в обычную жизнь семьи. «Ты еще маленький — погоди. Это еще тебе не по силам». Видя перед собой более умелых, «взрослых» старших братьев и сестер, он стремится их достичь, обогнать. Однако это сильное желание в то же время непоследовательно. Привыкнув к помощи окружающих и принимая ее как «должное», встретившись с более серьезными препятствиями, он ожидает и требует их поддержки [24].

На личность младшего ребенка оказывает большое влияние и то обстоятельство, что отношение родителей к нему по сравнению с первенцем резко не менялось. Не испытав, как старшие его братья или сестры, «свержения с престола», он более уверен в постоянстве эмоционального отношения родителей к себе и растет более самоуверенным и оптимистичным.

В семьях с большим количеством детей второй (третий, четвертый и т. д.) ребенок сталкивается с изменением семейной структуры в связи с появлением малыша. Это накладывает определенный отпечаток на средних детей.

Смена позиций для среднего ребенка осложнена тем, что он как бы ограничен сверху первым ребенком — в семье уже есть сильный и способный. В то же время он чувствует, что не может конкурировать с малышом, так как не обладает его непосредственностью, очаровательностью. Оказавшись между этих двух позиций, средние дети чаще, чем другие, чувствуют несправедливость, считают себя обиженными, отвергнутыми. Такое внутреннее состояние вынуждает их добиваться «доказательств», что родители их любят [20]. Они спрашивают об этом, им особенно хочется ласки, физического контакта с матерью или отцом. Это необходимо им для поддержания внутреннего равновесия, нахождения новых способов включения в жизнь семьи. Они бывают разными. Ребенок может стать по отношению к родителям очень покладистым, послушным, соблюдать везде порядок, оказывать родителям разные услуги, принять по отношению к младшему роль няни, проявить интерес к определенным сферам занятий или наукам и т. п. Если ему это не удается, он начинает воспринимать этот мир несправедливым, что вызывает у него агрессивные мысли и действия. Для того чтобы конкурировать со старшим и младшим, он использует все возможные средства — интриги, ябедничество, средство физической борьбы. Родителям — это первый сигнал, что ребенок не находит себе места в новой структуре семьи и нуждается в помощи. Если он ее не получает, установка, что свой путь в этом мире можно пробить и удержать только локтями, закрепляется, становится его характерной чертой [23].

Последний ребенок (самый младший). Положение последнего ребенка уникально во многих отношениях. Во-первых, он никогда не испытывает шока "лишения трона" другим сиблингом и, будучи "малышом" или баловнем семьи, может быть окружен заботой и вниманием со стороны не только родителей, но, как это бывает в больших семьях, старших братьев и сестер. Во-вторых, если родители ограничены в средствах, у него практически нет ничего своего, и ему приходится пользоваться вещами других членов семьи. В-третьих, положение старших детей позволяет им задавать тон; у них больше привилегий, чем у него, и поэтому он испытывает сильное чувство неполноценности, наряду с отсутствием чувства независимости [24].

Несмотря на это, младший ребенок обладает одним преимуществом: у него высокая мотивация превзойти старших сиблингов. В результате он часто становится самым быстрым пловцом, лучшим музыкантом, наиболее честолюбивым студентом.

Каждый из вышеприведенных примеров представляет собой стереотипное описание "типичного" старшего, среднего и самого младшего ребенка. Как отмечалось ранее, не у каждого ребенка стиль жизни полностью совпадает с общими описаниями, данными А. Адлером, А. Фроммом, Л. Шнейдером и Г. Хоментаускасом.

Так А. Бардиан, М. Руфо, И. Никольская, Е. Карпунина и И. Карепанова утверждали лишь то, что позиция каждого ребенка в семье предполагает наличие определенных проблем (например, необходимость уступать центральное положение в семье после того, как был объектом всеобщего внимания, конкурировать с теми, у кого больше опыта и знаний и тому подобное). Интерес к взаимоотношениям в контексте порядка рождения являлся, таким образом, ничем иным, чем попыткой исследовать типы проблем, с которыми сталкиваются дети, а также решения, которые они могут принимать, чтобы совладать с этими проблемами [3, 18, 19, 20, 30, 31].


2.3 Особенности сиблинговых отношений и роль родителей в их формировании


Наличие сиблинга, как такового, уже само по себе является важным фактором, влияющим на психическое развитие ребенка.

Отношениям братьев и сестер в большей или меньшей степени свойственна конкуренция. Сиблинги могут бороться друг с другом за родительское внимание, любовь, за территорию, за обладание чем-либо. В их отношениях практически всегда присутствует соревновательность (кто лучше, сильнее, умнее, красивее?).

Семья переживает очередной кризис отношений, когда появляется еще один ребенок. В это время происходит перестройка эмоциональных связей не только у родителей, но и у старших детей, и формируются сиблинговые отношения, то есть эмоциональные отношения между детьми. И здесь может быть место и радости, и любви, и любопытству, и ревности, и соперничеству.

Соперничество среди братьев и сестер проявляется менее чем у половины всех первенцев. «Соперничать – бороться с кем-либо, добиваться той же цели, и быть равного достоинства и равных свойств» (Ожегов С.И. «Толковый словарь»).

По мнению Г. Хоментаускаса и В. Холта, «…соперничество – естественная реакция самоутверждения детей. Оно исчезает лишь в том случае, когда один ребенок приказывает, а прочие подчиняются» [24].

Соперничество, конкуренция старшего и младшего ребенка, явление настолько распространенное, что большинством психологами и психиатрами считается неизбежным.

Некоторые психологи считают оптимальной разницу между детьми в 4-5 лет. Данное явление объясняется таким образом: «Если второй ребенок младше первого на четыре и более лет, первенец для него представляется недостижимым идеалом, малыш даже представить себе не может, как можно стать сильнее его, знать, уметь больше, чем старший, и т.д.. [24]. Вследствие этого он и не стремиться прямо конкурировать со старшим» [26]. Но и в этом случае возможно возникновение детской ревности.

Однако, когда различие в возрасте один – два года, между детьми разыгрывается острая конкурентная борьба. Старший стремиться показать родителям, малышу и самому себе превосходство в одной из значимых для него сфер: в силе, опрятности, знаниях, творчестве и т.д.. Такие устремления первенца часто обуславливают чувство неполноценности второго ребенка и вместе с тем, определяют интенсивное стремление превзойти старшего. Соперничество младшего становится очевидным для первенца и тот еще больше старается показать свое превосходство. Почувствовав нарастающую конкуренцию со стороны младшего, старший устремляется к новым достижениям. Иначе говоря, начинается гонка с преследованием, так как оба участника хотят быть первыми и недосягаемыми. Но гонка изнуряет их – ведь она не имеет финиша [24].

Рассуждая о любви между родителями и детьми, А. Фромм отмечает особую связь с матерью. Ее любовь – это блаженство, покой и дом, это состояние удовлетворения и безопасности. Тогда как отец – это тот, кто учит ребенка, как узнавать дорогу в мир: мысли, вещей, приключений, закона и дисциплины.

А. Фромм определяет возрастные рамки появления способности любить – это 8-10 лет. Ребенок младше этого возраста доволен тем, что он любим. С указанной поры, ребенок переходит от желания быть любимым в сотворение любви посредством собственной активности (желание нарисовать рисунок маме, сделать что-нибудь отцу и т.д.).

Таким образом, появление младшего брата или сестры всегда является стрессом для ребенка. Первенец, после появления брата или сестры будет сомневаться, а по-прежнему ли любят его родители, будут ли они о нем заботиться, уделять внимание так же, как раньше [6].

Определенным образом первенец реагирует на появление «конкурента». Часто он действует по принципу регресса, то есть, как бы возвращается на более раннюю стадию развития. Продолжительное время он остается плаксивым, постоянно требует заботы, просит соску, начинает мочиться или даже хочет вернуться к кормлению грудью. Такими своеобразными действиями он хочет возвратить себе позицию малыша [26].

Но Г. Хоментаускас такое «ненормальное», с точки зрения родителей, поведение ребенка, интерпретирует, как часто простое проявление общей психологической особенности: например у детей дошкольного возраста – стремлением осмыслить происходящее вокруг, путем ролевой игры [24].

Родители часто заставляют детей соперничать в борьбе за их любовь и внимание. Можно сказать, что соперничество – это, по существу, попытка найти замену родительской любви [23]. Часто родительская любовь оказывается на первом месте в детской конкуренции. От ощущения победы или поражения, которое испытывают дети в подобном соревновании за львиную долю родительской любви, зависит направленность и интенсивность духа соперничества, которую они проявят затем в других сферах. К тому же одним из факторов является то, что соперничество обнаруживается преимущественно среди детей, родители которых непоследовательны в применении дисциплинарных мер, независимо от характера этих мер. Кроме того, поведение родителей может усиливать ощущение ребенком утраты своих позиций, побуждать к соперничеству и, взаимодействуя с индивидуальными особенностями ребенка, приводить к различной скорости и степени приспособления сиблингов [26].

По всей видимости, при оценке главных эффектов порядка рождения или пола, следует проявлять осторожность, т. к. разница в возрасте и родительское поведение явно сказываются на динамике взаимодействия сиблингов.

Самые первые дети в семье (те, кому от 9 мес. до 3 лет) склонны больше командовать младшими сиблингами, чаще мешать им или игнорировать их, подстрекать к нарушению установленных правил или применять к ним физ. силу, по сравнению с детьми, родившимися вторыми или имеющими большую разницу в возрасте. Впрочем, младшие сиблинги, вероятно, являются более толерантными при всех условиях. Матери, поощряющие детей брать на себя часть родительской заботы о младших сиблингах, способствуют повышению частоты и качества интеракций между детьми в семье. Имеющиеся данные показывают, что матери первенцев-сыновей вообще склонны подробнее разъяснять детям нормы и мотивы поведения и больше общаться с ними, чем матери первенцев-девочек, и эта их склонность, по-видимому, воспроизводится старшими детьми в отношениях с младшими сиблингами. В некоторых случаях старшие дети служат фигурами привязанности для своих младших братьев и сестер даже в большей степени, чем родители.

Самый

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: