Взаимосвязь идентичности и поведения в Интернете пользователей юношеского возраста
Еще одна особенность самосознания "неактивных" респондентов - оценка "реального Я" как откровенного в сочетании с оценкой себя в ситуациях общения как скрытных. В сочетании с низкой активностью этой группы респондентов (которая проявляется в отсутствии активного поиска информации и инициативы в общении) эти результаты можно интерпретировать как своеобразное табу на любое самораскрытие. Традиционно такая структура самосознания интерпретируется как страх быть объективированным, потерять себя в объекте, проявив к нему интерес (Лэнг, 1995). Эта тенденция специфична для "неактивных" пользователей и может служить дополнительным объяснением их низкой активности.
Основная особенность структуры идентичности "активных" - стремление ограничить собственную активность (любознательность, общительность и раскованность) в Интернете. В частности, данные, полученные с помощью семантического дифференциала, показывают, что "активные" респонденты, во-первых, хотели бы быть менее любознательными, несмотря на то, что любознательность - социально желательное качество, оцениваемое ими как "хорошее". Во-вторых, "активные" оценивают "Я в Интернете" как менее любознательное, чем "реальное Я", хотя Интернет - информационно насыщенная среда - казалось бы, располагает к проявлению большей любознательности. Можно предположить, что эти особенности "активных" представляют собой их способ защиты от информационной безграничности среды. Кроме того, "активные" хотели бы быть менее раскованными и общительными, чем они есть, а также оценивают "Я в Интернете" как менее раскованное и общительное, чем "реальное Я". Меньшая раскованность и общительность "активных" респондентов в Интернете, а также их стремление стать менее раскованными и общительными вообще, аналогично стремлению стать менее любознательными, могут быть защитой от коммуникативной безграничности среды, проявлением избирательности по отношению к знакомствам в Интернете.
Кроме того, в отличие от "неактивных" респондентов, для "активных" взрослые не являются наиболее референтным источником информации. Напротив, "активные" предпочиают искать информацию самостоятельно, что абсолютно нехарактерно для "неактивных" респондентов.
Итак, полученные результаты о различиях в самокатегоризации "активных" и "неактивных" респондентов подтверждают гипотезу 2а: чем больше в идентичности социально-ролевых характеристик, тем ниже активность в действии. Также из полученных нами данных следует, что "идеальное Я" играет, в целом, сходную роль в регуляции поведения "активных" и "неактивных" пользователей, а стремление реализовать идеал "Я" не обладает сверхзначимостью для "неактивных" пользователей. Таким образом, гипотеза 2б о том, что чем большую роль в регуляции поведения в Интернете играет "идеальное Я", тем ниже активность в действии, не подтвердилась.
§ 3.2.3. Изучение взаимосвязи особенностей идентичности и Интернет-зависимости.
С помощью опроса было установлено, что упоминаемые аддиктами в качестве наиболее частых цели использования Интернета не ограничиваются общением и включают не связанные с ним цели (игры и скачивание программ), что согласуется с данными других исследований Интернет-зависимости (Young, 1997, 1998; Holmes, 1998). Таким образом, возможность общения через Интернет не является единственным фактором формирования Интернет-зависимости.
Анализ результатов, полученных с помощью методики "Кто Я", показал, что различия в количестве социально-ролевых и персональных самоописаний аддиктов и неаддиктов не значимы. То есть, Интернет-зависимость не связана с особенностями самокатегоризации.
Анализ результатов, полученных с помощью семантического дифференциала, показал, что "Я в Интернете" не является реализацией идеала "Я" аддиктов. Это заставляет предположить другой механизм Интернет-зависимости, чем реализация идеала "Я" в Интернете.
Исходя из полученных результатов, можно выделить, по крайней мере, две причины, лежащие в основе Интернет-зависимости. Первая основывается на тех качествах, которыми наделяется "Я в Интернете" по сравнению с "реальным Я" (раскованность, бестактность, пассивное восприятие и простота), в целом означающих возможность избавиться от каких-либо ограничений и действовать, не прилагая усилий. Поэтому представляется, что Интернет привлекателен для аддиктов благодаря возможности избавиться от требований социального окружения. Полученные результаты позволяют сделать вывод о субъективном значении для аддиктов такого свойства Интернета, как неопределенность. Вопреки имеющимся в литературе данным (Young, 1997, 1998; Suler, 1996a), неопределенность Интернета не используется аддиктами для реализации идеала "Я". Их потребность в использовании Интернета приобретает сверхзначимый, патологический характер вследствие повышенной чувствительности аддиктов к ограничениям.
Вторая причина Интернет-зависимости - потребность Интернет-зависимых в эмоциональной поддержке и восприятие Интернета как такой среды, которая может предоставить эту поддержку, в отличие от реального социального окружения, где получить такую поддержку менее вероятно. Эти результаты согласуются с имеющимися в литературе данными о компенсаторном характере общения аддиктов в Интернете (Young, 1997, 1998).
Структура самосознания неаддиктов позволяет сделать вывод о причинах непривлекательности для них Интернета. Выделение личностных конструктов "конформизм-нонконформизм" и "ребенок-взрослый" свидетельствует о важности для неаддиктов принадлежности к группе, как к конкретной социальной группе, так и к поколению "отцов" или "детей", т.е. взрослых или сверстников. При этом положение "реального Я" между полюсами в одном случае ("ребенок-взрослый") и на полюсе нонконформизма - в другом свидетельствует об отсутствии реальной идентификации с группой.
Интернет не может обеспечить социальную принадлежность, поскольку в нем нет явно выраженных границ, отделяющих одну группу от другой, а также нет жестких правил взаимодействия. Поэтому Интернет не вызывает у неаддиктов сильной эмоциональной вовлеченности. Предположительно, Интернет-неаддикты могут демонстрировать аддиктивное поведение в тех ситуациях, в которых есть жесткие правила взаимодействия, ритуалы, явно эксплицированные нормы поведения.
Таким образом, и для аддиктов, и для неаддиктов характерна повышенная чувствительность к ограничениям. Однако аддикты стремятся избежать ограничений, а неаддикты, напротив, предпочитают ситуации, в которых присутствует та или иная регламентация поведения.
Итак, третья гипотеза нашего исследования о том, что структура и содержание идентичности Интернет-зависимых обладают особенностями по сравнению со структурой и содержанием идентичности тех испытуемых, которые не склонны к Интернет-зависимости, подтвердилась. Конкретизируя полученные данные, необходимо отметить, что полученные различия касаются только глубинной структуры идентичности, но не касаются особенностей самокатегоризации аддиктов и неаддиктов.
ВЫВОДЫ.
1. На основе анализа литературы представляется возможным выделить детерминанты снижения надситуативной активности. Первой такой детерминантой можно считать преобладание социальной идентичности в идентичности в целом или, аналогично, наличие "взаимозависимого Я", обладатели которого склонны определять себя в большей степени как исполнителей социальных ролей. Второй детерминантой снижения надситуативной активности можно считать гипертрофированную тенденцию соответствовать собственному "Я"-идеалу. Роль "Я"-идеала в отношении регуляции активности представляется сходной с ролью идентификации с социальными группами - сверхзначимость реализации "Я"-идеала также приводит к снижению надситуативной активности. Выделенные виды идентичности, равно как и виды активности, не существуют в чистом виде. Есть некоторый континуум, в котором различная регулятивная роль идентификации с группой и различная значимость соответствия "Я"-идеалу соответствует большей или меньшей выраженности надситуативной активности.
2. Данные психологических исследований Интернет-коммуникации позволяют рассматривать Интернет как среду скорее социальную, чем безлично-информационную. Особенности Интернет-коммуникации (неопределенность, анонимность, безопасность, невидимость субъекта, значительное разнообразие сред общения и деятельности) позволяют говорить об Интернете как о среде, в которой большинство социальных ситуаций являются "слабыми" - такими, в которых поведение определяется в большей степени личностными, чем ситуационными переменными. Эти особенности Интернета делают его благоприятной средой для исследования личностных детерминант поведения в неопределенной среде.
3. Выраженность того или иного типа поведения в Интернете (активности в восприятии альтернатив, активности в действии, Интернет-зависимости) связана с особенностями идентичности пользователей и с целями использования Интернета. В ситуации неопределенности основную роль в регуляции поведения играет идентичность пользователя. Рассмотренные в данном исследовании типы поведения не связаны с объективными параметрами использования Интернета (стажем использования Интернета, доступностью Интернета, необходимостью использовать Интернет для работы или учебы).
4. Активность в восприятии альтернатив в неопределенной среде связана со структурой идентичности. Низкая активность в восприятии альтернатив характерна для тех, кто в ситуации неопределенности стремится реализовать совершенное во всех отношениях "идеальное Я". Высокая активность в восприятии альтернатив характерна для тех пользователей, у которых стремление реализовать идеал "Я" не является единственным регулятором поведения в неопределенной среде. Другим, не менее важным стремлением для них является поиск идентичности, стремление испытать новый опыт, который невозможно испытать в реальном общении. Также результаты данного исследования показали, что активность в восприятии альтернатив в Интернет-коммуникации не связана с особенностями самокатегоризации пользователей Интернета.
5. Активность в действии в неопределенной среде связана с особенностями самокатегоризации пользователей: чем больше в идентичности пользователей выражена социально-ролевая составляющая, тем ниже активность в действии в Интернет-коммуникации. Идентичность пользователей с низкими показателями активности в действии обладает чертами предрешенной идентичности: эти пользователи чаще описывают себя в терминах семейных и гендерных ролей. Пользователи с низкими показателями активности в действии более склонны вести себя в соответствии с требованиями социальных ролей, а поскольку требования социальных ролей не включают предписаний относительно активности в неопределенной среде, то сильная выраженность социально-ролевого аспекта идентичности препятствует этой активности.
6. Интернет-зависимое поведение не связано с особенностями самокатегоризации пользователей. Представляется возможным выделить ряд особенностей структуры идентичности Интернет-зависимых пользователей. Первая особенность - это повышенная чувствительность к ограничениям, и одновременно стремление избавиться от требований социального окружения. Вторая - это потребность Интернет-зависимых в эмоциональной поддержке и восприятие Интернета как такой среды, которая может предоставить эту поддержку, а реального общения - как среды, в которой такую поддержку получить менее вероятно.
В заключении кратко обсуждаются научная значимость работы, основные итоги и возможные направления дальнейших исследований.
Список литературы
1. Пространство, населенное Другими // Интернет. 1999. № 16 (июнь-август). С. 76-81 (в соавторстве с Е.П. Белинской).
2. Особенности социальной перцепции в Интернете // Мир психологии. 1999. № 3 (19) (июль-сентябрь). С. 72-80.
3. Социально-психологические особенности населения Сети // Планета Интернет. 1999. № 30 (ноябрь). С. 18-21 (в соавторстве с К.Ю. Ефимовым).
4. Особенности проведения психологических исследований через Интернет: проблемы достоверности данных // 2-ая Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. М., 2000. С. 254-255 (в соавторстве с К.Ю. Ефимовым).
5. Современные исследования виртуальной коммуникации: проблемы, гипотезы, результаты // Образование и информационная культура: Социологические аспекты. Труды по социологии образования. Том V. Выпуск VII /под ред. В.С. Собкина. М.: Центр социологии образования РАО, 2000. С. 395-430 (в соавторстве с Е.П. Белинской).
6. Самопрезентация в виртуальной коммуникации и особенности идентичности подростков-пользователей Интернета // Образование и информационная культура: Социологические аспекты. Труды по социологии образования. Том V. Выпуск VII /под редакцией В.С. Собкина. М.: Центр социологии образования РАО, 2000. С. 431-460 (в соавторстве с Е.П. Белинской).
7. О возможностях психологических исследований в сети Интернет // Психологический журнал. № 2. 2000. С. 75-78.
8. Фриндте В., Келер Т. Публичное конструирование Я в опосредованном компьютером общении // Гуманитарные исследования Интернета / под редакцией А.Е. Войскунского. М.: "Можайск-Терра", 2000. С. 40-54. - Перевод с англ.
9. Исследование особенностей "компьютерной" субкультуры // Социологический сборник. Выпуск 7 / Институт молодежи. Кафедра социологии; под общей редакцией В.А. Лукова. М.: Социум, 2000. С. 204-218 (в соавторстве с В. Э. Меламудом, К.Ю. Ефимовым).
10. Психологические особенности баннерной рекламы и способы повышения ее эффективности // iBusiness. 2001. (в соавторстве с К.Ю. Ефимовым, в печати).
11. Особенности "Я"-концепции и представлений о виртуальном общении подростков // Тезисы международной научно-практической конференции "Социальное познание в эпоху быстрых политических и экономических перемен". М., 2001 (в печати).
12. Анастасия Жичкина. Взаимосвязь идентичности и поведения в Интернете пользователей юношеского возраста.
***
1 Сходство гипотез 1а и 2а, а также гипотез 1б и 2б связано с недостаточной изученностью взаимосвязи идентичности и активности поведения в неопределенной среде. В литературе рассматривается активность личности в целом, без разделения ее на активность в восприятии альтернатив и активность в действии. Поэтому на основании данных, существующих в литературе, сформулировать более частные гипотезы не представляется возможным.
2 Термин "Интернет-зависимость" был предложен И. Голдбергом (Goldberg, 1996) для описания патологической, непреодолимой тяги к использованию Интернета.
3 В качестве неопределенной среды в данном исследовании выступает Интернет.
4 В данном разделе в целях удобства изложения активность в восприятии альтернатив будет обозначаться как "открытость". Соответственно, пользователи с высокими показателями активности в восприятии альтернатив будут названы "открытыми", а пользователи с низкими показателями активности в восприятии альтернатив - "закрытыми". Термин "открытость" будет употребляться без кавычек.
5 В данном разделе для удобства изложения активность в действии будет обозначаться нами как "активность". Соответственно, пользователи с высокими показателями активности в действии будут названы "активными", а пользователи с низкими показателями активности в действии - "неактивными". Термин "активность" (в значении "активность в действии") будет употребляться без кавычек.