Экологическое обучение и воспитание в системе школьного географического образования
Новый подход к школьному краеведению нашел свое отражение в работе 2-ой Всесоюзной (1924) и 3-й Всероссийской (1927) конференций по краеведению. В решении конференции 1924 г. отмечалось, что одним из основных направлений школьно-краеведческой работы является «общественно-прикладное, когда изучение вопросов должно перейти в посильные детям работы по подъему производственных сил местного края» [209, с. 205. Эта же мысль содержалась в резолюции, принятой секцией школьного краеведения на конференции 1927 г.
Ряд интересных, оригинальных мыслей по вопросам связи краеведения с общественно-полезной деятельностью школьников высказал С.Т. Шацкий. Именно ему принадлежала наиболее удачная формулировка, отражавшая сущность нового подхода к школьному краеведению и общественно-полезному труду школьников: «изучение жизни и участие в ней» 258.
Участие в местной жизни С.Т. Шацкий рассматривал как один из важных путей воспитания такого ценного качества личности, как способность преодолевать любые жизненные невзгоды и трудности. Педагог-исследователь отмечал, что успешное проведение краеведческой и общественно-полезной работы зависит от соизмерения с силами ребят, особенностями их возраста. Свои идеи он осуществлял на практике в работе Первой опытно-показательной станции Наркомпроса.
Общественно-полезная направленность школьного краеведения, связь краеведческого поиска ребят с посильным участием в местной жизни нашли свое отражение также в выступлениях и работах П.П. Блонского, М.Я. Феноменова, Н.Н. Иорданского, А.П. Пинкевича 258.
Новый подход к школьному краеведению утверждался в процессе преодоления недостатков прошлого, а порой, и ошибок. В практике применения краеведческого принципа в школе 20-х гг., особенно после введения программ ГУСа, допускались серьезные перегибы, когда местный элемент привлекался в чрезмерных «дозах» и заслонял собой материал общего характера: школьная работа замыкалась в узких границах местного края.
Следует подчеркнуть, что в отечественной педагогической литературе не выдвигался тезис о примате местного материала над общим. Наоборот, в выступлениях Н.К. Крупской, П.П. Блонского, С.Т. Шацкого, а также других педагогов и методистов, в документах Наркомпроса и его органов всегда подчеркивалось, что местное – это часть целого, что краеведческий материал и краеведение в школе – это, в первую очередь, одно из средств познания мира и его закономерностей, средство повышения уровня общего образования и воспитания учащихся.
Школьное краеведение того времени имело еще ряд недостатков. В практике работы школы 20-х гг. заметное распространение получило «описательное краеведение», когда учащиеся лишь фиксировали, описывали явления и факты местной жизни, не пытаясь проникнуть в их сущность, установить причинную связь явлений, историческую последовательность, перспективу дальнейшего развития [258, 268.
Односторонностью страдало также «словесно-книжное» краеведение, получившее известное распространение в школе тех лет. Учитель массовой школы, не имея достаточной краеведческой и общепедагогической подготовки, подчас плохо зная свой край или совершенно не зная его, не владея методикой использования его в обучении, сводил краеведение к устной передаче ученикам готовых знаний о местном крае на уроках, реже – во время «иллюстративных» экскурсий или же рекомендовал ребятам «вычитывать» сведения о родном крае из учебника, книги, газеты. Сами по себе эти методы и приемы вполне приемлемы и необходимы в школьном краеведении, но лишь при условии, что они не занимают доминирующего положения и применяются наряду с другими методами – исследовательским, экскурсионным, наблюдением, опытничеством.
В 20-х гг. в школьном краеведении, как и в научном, пришлось преодолевать чрезмерное увлечение «производственным» краеведением, когда все внимание сосредоточивалось на изучении естественных производительных сил края и местной экономики, а работа в области истории, археологии, искусства фактически не проводилась. Это в определенной степени диктовалось и учебными программами ГУСа, уделявшими много внимания изучению исторического прошлого страны и края. Перегиб с «производственным» краеведением в школьной практике приводил к существенным пробелам в знаниях учащихся по истории, литературе, языку, искусству, не говоря уже о том, что он вообще сдерживал развитие краеведческой работы.
Увлечение «производственным» краеведением в научном (общем) и школьном краеведении встретило отрицательное отношение со стороны большинства советских краеведов и педагогов. Оно было подвержено критике на 2-й Всесоюзной (1924) и 3-й Всероссийской конференциях по краеведению 267.
Таким образом, в 20-е гг. краеведение занимало значительное место в школьном образовании, несмотря на все перечисленные недостатки. Положение школьного краеведения стало резко меняться в 30-е гг.
Демократическая самодеятельность краеведческих обществ, которая создавала возможность нестереотипной, неодинаковой жизни в разных городах и краях, не вписывалась в начавшуюся бюрократическую регламентацию общественной жизни. К 1929 г. фактически прекратилась работа по охране памятников, закрывались краеведческие музеи. В 1930 г. упразднен отдел по охране памятников при Наркомпросе (создан в мае 1918 г.), в ведении которого находились все краеведческие музеи. Пленум ЦБК (1931) принял резолюцию, постановляющую изъять всю выпущенную к этому времени литературу по краеведению. Историческое краеведение заменялось производственным: изучение деревень и городов трансформировалось в изучение фабрик и заводов. В середине 30-х гг. все краеведческие организации были ликвидированы 258, с. 475.
Позднее, к началу сороковых годов элементы краеведения вводились в программы школы по географии, обществоведению, литературе, истории и языкам.
В годы Великой Отечественной войны краеведческая работа в школе активизировалась. Учащиеся вели поиск документального материала о героизме своих земляков на фронте и в тылу врага, формировались поисковые группы, возникло движение красных следопытов. В сложнейших условиях военного времени была развернута работа по выявлению и сбору вещественных и письменных источников об участии населения края в борьбе против захватчиков.
Значительно активизировалась краеведческая работа в послевоенное время.
В 50-е гг. большую роль в повышении качества краеведческой работы стали играть музейно-краеведческие советы, созданные при областных музеях, которые координировали различные направления изучения родного края, оказывали научно-педагогическую помощь народным, школьным музеям и краеведческим кружкам.
Введение в 60-х гг. новых учебных программ по истории, географии и другим предметам, в которых значительное внимание уделялось краеведению, стимулировало дальнейшее развитие всех его видов. Были разработаны факультативные курсы по истории края 258.
В связи с принятием в 60-х гг. ХХ в. республиканских законов по охране природы в краеведческой работе нашли отражение природоохранные мотивы.
В школьном краеведении это выразилось в организации кружковой работы природоохранного содержания, создавались дружины «зеленых» и «голубых» патрулей, школьные лесничества. Несмотря на активное участие краеведов-энтузиастов в организации природоохранной работы, массового, широкомасштабного размаха в школах это движение не получило. В основном все усилия педагогов сводились к проведению разовых мероприятий, таких как «День птиц», «День леса», сбор макулатуры и металлолома. Постоянная работа в этом направлении велась во внешкольных образовательных учреждениях в рамках натуралистических отделов домов пионеров и юннатских станций90.
Таким образом, краеведение всегда откликалось на насущные проблемы взаимоотношения человека и природы.
Существенные изменения во всех сферах жизни современной России, в том числе и в области образования, способствовали возрождению краеведения и выявлению новой роли этой дисциплины.
В настоящее время выделяют два направления краеведческой работы в школе. Первое отражает структуру научного краеведения и изучает его в виде «вкраплений» в школьных курсах истории, литературы, биологии, географии и других дисциплин. Второе направление базируется на подходе к краеведению как самостоятельной учебной дисциплине. Наиболее целостным и в большей степени ориентированным на современного школьника является именно второе направление.
Единый курс комплексного краеведения знакомит учащихся с природой, историей, населением, культурой родного края во взаимосвязи и взаимообусловленности. Именно он создает наилучшие предпосылки для формирования мировоззрения подрастающего поколения. Следовательно, необходимо ставить вопрос о придании комплексному краеведению статуса базового общеобразовательного предмета 49.
Как считает В.П. Соломин, «… особый интерес вызывает восстановление школьного краеведения в «законных» правах общепедагогического принципа…» 286, с. 12.
Убежденность и готовность действовать в этом направлении должны подкрепляться реальными поступками. Организация экологической деятельности осуществляется, как правило, в условиях ближайшего окружения (на территориях по месту жительства, учебы), т.е. своей местности в рамках так называемой «малой родины». Поэтому в данном исследовании, во главу угла экологического обучения и воспитания в системе школьного географического образования положен краеведческий принцип, то есть всестороннее комплексное изучение «малой родины» 47, 49.
В целом региональная направленность образования определяется особенностями конкретного географического пространства и социокультурной сферы.
Уникальные особенности Санкт-Петербурга позволяют говорить об особом региональном (Санкт-Петербургском) стандарте образования. Не претендуя на полноту раскрытия природных и социально-культурных особенностей, можно выделить следующие:
а) природные
Регион характеризуется длительной и сложной геологической историей.
Территория города и окрестностей формировалась в условиях неоднократных трансгрессий и оледенений.
Местность расположена на побережье моря, вблизи от крупнейших озер Европы (Ладожского и Онежского), в бассейне Невы - протоки, не имеющей мировых аналогов.
б) социокультурные
Регион с давних пор осваивался человеком (стоянки древнего человека).
Местность неоднократно становилась ареной борьбы Руси (России) и Западной Европы.
Город возник на месте первого российского аванпорта на внешнем море.
Город выходил на первое место по объему промышленной продукции в дореволюционное время.
Понимание специфики города – мегаполиса, одного из центров Российской и мировой культуры, необходимо каждому петербуржцу для того, чтобы грамотно использовать богатейший потенциал Петербурга и области, а также сохранять и приумножать его.
В ходе исследования, мы опирались на богатые традиции петербургского краеведения, подкрепленного научными основами (И.М. Гревс, Н.П. Анциферов и др.).
Резюмируя выше изложенное, можно утверждать, что рассматриваемый регион представляет собой уникальное в природном и культурном отношении явление, которое само создает предпосылки для его комплексного изучения. Современное толкование понятия «окружающая среда» позволяет утверждать, что краеведение обладает мощным экологическим потенциалом, комплексно по своему характеру, поэтому эколого-краеведческое направление в образовании является важным фактором его развития. Специфическая направленность петербургской школы существует со времен Петровских реформ до наших дней. Она не исчезла даже в годы жесткого регламентирования единых по всей стране школьных программ и учебников. В настоящее время разработаны стандарты образования и учебные программы петербургской школы. В Санкт-Петербурге накоплен немалый опыт, как в реализации краеведческого принципа обучения, так и в деле экологического просвещения.
Новизна данного направления заключается в том, что впервые был поставлен вопрос о целесообразности единой комплексной эколого-краеведческой подготовки учащихся в рамках общеобразовательной школы.
Кроме того, указанное направление экспериментальной работы впервые дало возможность разработать в системе и апробировать учебные дисциплины эколого-краеведческой направленности, скорректировать в соответствии с этим воспитательные планы, выявить и установить соответствующие межпредметные связи по горизонтали и вертикали.
Значимость данного подхода заключается и в том, что познание окружающего мира становится во главу духовно-ценностной и практической ориентации учащихся. В настоящее время происходит возрождение школьного краеведения как на концептуальном, так и на понятийном, фактологическом уровне.
Таким образом, на современном этапе в условиях общеобразовательной школы складывается система экологического обучения и воспитания на краеведческой основе. Краеведческий принцип, положенный в основу учебно-воспитательного процесса, позволяет осуществить комплексное развивающее обучение школьников, что в итоге должно определить мировоззрение потенциальных природопользователей, сформировать убеждения в необходимости бережного отношения к окружающей среде.
Комплексное географическое краеведение, таким образом, вносило и вносит существенный вклад в совершенствование экологической подготовки учащихся. В данном исследовании эти положения были воплощены в созданных эколого-краеведческих комплексах (см. главу 4).
3.2. Отражение национальных особенностей природопользования в школьном географическом краеведении
Как утверждал Л.Н. Гумилев, разрушение природы с гибельными последствиями для людей – беда не только нашего времени [87]. Взаимодействие природы с человеком постоянно, но крайне вариабельно и в пространстве и во времени. «Между закономерностями природы и социальной формой движения материи, - подчеркивал Л.Н. Гумилев, - существует постоянная корреляция» [87, с. 19]. Потому-то изучение этносов немыслимо без учета географической среды. Этносы во все времена были связаны с природным окружением благодаря активной хозяйственной деятельности, которая проявляется в двух направлениях: приспособления себя к ландшафту и ландшафта к себе. Каждый этнос имеет свой неповторимый стереотип поведения, хотя этот стереотип может трансформироваться во времени. Говоря о стереотипе поведения этноса, следует всегда указывать эпоху, о которой идет речь, поскольку и ландшафты не остаются неизменными. «Таким образом, – утверждал Л.Н. Гумилев, – реальную этническую целостность мы можем определить как динамическую систему, включающую в себя не только людей, но и элементы ландшафта, культурную традицию …» [87, с. 103].
Обращение к этнографическому, историческому, культурологическому знанию позволяет увидеть, что причины обострения взаимодействия общества с природой лишь частично лежат в плоскости современного производства [87]. Предпосылки наблюдаемых сегодня нарушений природной среды следует связывать с чередованием хозяйственно-культурных систем [243].
Этническая национальная специфика пронизывает все уровни взаимодействия общества с природой. Этот факт является следствием полиморфизма культур, повышающего общие адаптивные свойства культуры как особого надбиологического способа человеческой деятельности. Поэтому одним из ведущих факторов гармонизации отношений общества с природой является этно-культурные традиции природопользования. По словам Б.М. Фирсова, в них аккумулируется многовековой опыт отношений с природой [243, с.42-43]. Разумеется, этнические различия в современную эпоху сглаживаются. Но даже «нивелирующее» влияние научно-технической революции и процессов урбанизации не отменит этнические особенности характера природопользования и особенностей национальных вариантов взаимоотношений с природой [243].
Всё это вызывает необходимость предусмотреть изучение этнокультурного социального опыта в школьном экологическом образовании.
По словам Ю.Н. Куражсковского, «особенности взаимоотношений человека с природой зависят как от характера природной среды, так и от степени культуры и социального развития человеческого общества 166, с. 5.
С.Н. Глазачев считает, что в экологическом образовании трудно переоценить значимость опыта народной экологической культуры 73.
«Весь уклад жизни, - говорит он, - был экологичным. Поэтому назрела острая необходимость возвратиться к истокам народного экологического опыта» 73, с. 17.
Складывающийся на протяжении многих исторических эпох, приспособленный к конкретным условиям среды традиционный экологический опыт в наше время является полезным для оптимизации природопользования 305. «Как совокупность эмпирических знаний об окружающем мире и разнообразных приемах природопользования экологический опыт – это огромный пласт человеческой культуры, его основание, ибо в глубинной своей сущности культура является специфическим человеческим средством адаптации к окружающей среде и приспособлением среды к приспособлениям общества» 305, с. 4.
Как считает Ю.Н. Куражсковский, «высокое развитие интеллекта позволило первобытному человеку в его материальных взаимоотношениях с природой выработать и обобщить опыт многих поколений в деле использования природных ресурсов» 166, с. 20. «Во многих случаях, - отмечает он, - выбор места древних народных заповедников был настолько удачным, что и в наше время они использованы для создания государственных заповедников, отвечающих современным научным и практическим целям» 166, с. 21.
Информация о способах природопользования прошлых стадий, уяснение механизма, посредством которого происходила смена форм обмена между обществом и окружающей средой, проливает свет на изменение типов культуры и цивилизации, эволюцию социальных отношений 73, 299. «Ценность традиционного опыта для современного природопользования заключается в его природообусловленности» 305, с. 4.
«Каждой стадии исторического развития были характерны разные соотношения собственной экосистемы человека и природных экосистем, разные формы преобразования среды и восстановления нарушенного естественного равновесия» 305, с. 5.
Опыт в области природопользования передавался преимущественно неформальным путем, хотя существуют и специально организованные формы передачи знаний и навыков. Из исследования Д.М. Полторацкого известно, что помещики присылали своих крестьян для обучения передовым агротехническим приемам 305, с. 239.
Во второй половине ХVIII в. в России были организованы конюшенные школы. В эпоху Павла I в д. Тярлево близ Павловска была учреждена «Практическая школа Земледелия».
«…Неудивительно, - считает Ю.Н. Куражсковский, - что и теперь при совершено ином характере хозяйственной деятельности в отдельных случаях бывает целесообразным использование некоторых принципов природопользования, найденных нашими далекими предками» 166, с.