Эстетика и удобочитаемость шрифта
Например, в русских книгах XIV века мы находим следующую систему: начало смыслового фрагмента (абзаца в современном понимании) обозначается буквицей, в конце часто ставится значок из четырех точек, точками (но не обязательно на базовой линии шрифта) отделяются предложения (прописных букв нет) и иногда некоторые слова. Межсловных пробелов и запятых тоже нет. Читать трудно, но можно.
Если обобщить современные представления о гармоничном и удобочитаемом наборе, то это прямоугольник, воспринимаемый на некотором отдалении по тону ровно-серым. Абзацные, межстрочные и межбуквенные пробелы не настолько малы, чтобы не выполнять свою функцию, и не настолько велики, чтобы останавливать на себе внимание. В очень мелких кеглях пробелы должны увеличиваться.
Вот мнение Джамбаттисты Бодони, высказанное в 1818 году: «...Литера окажется тем прекраснее, чем отчетливее выразятся в ней упорядоченность, тщательность, хороший вкус и изящество. Но для того, чтобы она отчетливо и ясно выглядела на странице, необходимо, кроме того, поместить ее в безукоризненно выровненную строку, не слишком плотную, но и не слишком разреженную (здесь необходимо учитывать соотношение с высотою строки); более того, в каждой строке необходимо оставлять между отдельными словами, так же как между эскадронами в полку, одинаковые интервалы, в которые нельзя было бы втиснуть какой-либо из знаков, входящих в состав алфавита».
В акцидентной (рекламной) эстетике иногда ставится задача, прямо противоположная вышеперечисленному.
В современном наборе можно выделить разнообразные виды пробелов. Это: спуск — отступ сверху в начале большого смыслового куска; пробел, обозначающий абзац — обычно отступ; пробел между строчками — интерлиньяж; межсловные пробелы; межбуквенные пробелы — апроши.
Абзац
О появлении абзацных отступов повествует Ян Чихольд (в 20-30-е годы он был известным конструктивистом и революционером (в типографике), а в пятидесятые годы безапелляционно требовал вернуться к эстетике средневековых и первопечатных книг). Вначале текст набирался последовательно без всяких отступов. Но существовали и сложноструктурные тексты. В юридической литературе существовало деление на параграфы, знак которого вписывали другой краской, и, соответственно, оставляли для него пустое место. Однажды по какой-то случайности это не было сделано, что послужило толчком к осознанию удобства смыслового членения напечатанного текста незапечатанным пространством. С тех пор не было изобретено другого такого столь явного и, одновременно, ненавязчивого приема. В первопечатных книгах абзацы редки. В современных изданиях, соответственно ритму жизни, едва ли не каждое предложение стремится стать абзацем.
Существует большое количество вариаций абзацного отступа (выступа, пробела...), и большинство из них можно встретить уже в инкунабулах. В рекламных изданиях и экспериментальной типографике нередки попытки придумать что-либо новое и эффектное. Спецификой книги является то, что абзацный отступ встречается в ней тысячи раз. Поэтому его главным качеством становится сдержанность и неагрессивность. В большинстве современных изданий мы встретим абзацный отступ, более или менее приближающийся к величине под названием «пробел в 1 круглую» (Em space), который равен кеглю. Об отступе в одну круглую Ян Чихольд писал как о «величайшем богатстве», доставшемся нам от эпохи Возрождения.
Спуск полос
Так же, как в случае с абзацем, спусковые полосы раньше содержали в себе заставки (гравюры или рисунки). Сейчас они по разным причинам почти исчезли. Но пробел перед началом новой части прочно вошел в современную типографику.
Большое незапечатанное пространство на титульной полосе в современных книгах — пробел между названием (сверху) и годом издания (внизу) — раньше традиционно украшался гербом издательства. Современный аскетизм дизайнеры успешно используют в своих целях. В современной книге количество белого указывает на иерархию внутри текста. Еще в 70-е годы прозвучало предложение все научные журналы обозначить с помощью дизайна, а именно — набирать в них все тексты и заголовки одним кеглем. Если бы этот утопический проект осуществился, то ясно, что основную роль в иерархическом членении текста (заголовки, подзаголовки, примечания и т.д.) играло бы положение колонки или строчки на странице и количество белого вокруг нее.
Интерлиньяж
«Набор без шпон есть преступное легкомыслие по отношению к зрительной силе народа».
Пауль Реннер, Германия, 1940
В металлическом наборе минимальный пробел между строчками не мог быть меньше кегля, то есть металлической литеры. В цифровую эпоху понятие кегля приобрело весьма абстрактный смысл. Интерлиньяж в современном наборе можно измерить только как расстояние между базовыми линиями двух соседних строчек. А именно это расстояние компьютерные программы позволяют делать любым, в том числе и близким нулю. К уменьшению интерлиньяжа подталкивает отсутствие в кириллическом алфавите достаточного количества выносных элементов в строчных буквах. Такое решение повышает емкость полосы набора, но с точки зрения удобства чтения является крайней мерой. В целом можно сформулировать прямо пропорциональную зависимость интерлиньяжа от ширины строки. Гармоничный интерлиньяж для каждого конкретного случая лучше определять визуально, так как шрифт воспринимается в наборе из строчных букв, а их пропорции весьма различны даже в наборных (текстовых, хлебных, body type) гарнитурах, что можно увидеть при сравнении гарнитур Прагматика и Академическая.
Понятие автоматического интерлиньяжа (interleading/auto) различно в программах верстки PageMaker и QuarkXpress. В первом случае интерлиньяж по умолчанию равен 120% кегля. То есть для 10 кегля он равен 12 пунктам, что традиционно принято, а для 72-го — 86,4 пунктам, что явно чрезмерно. В QuarkXpress автоинтерлиньяж может быть равен кеглю +n пунктов, что в общем-то более соответствует традиции и эстетике набора.
Межсловные пробелы
В доцифровую эру представление о величине правильного и прекрасного межсловного пробела различалось в Советском Союзе и на Западе. В СССР пробел был равен полукруглой шпации (1/2 кегля) , что усиливало проблему вертикальных коридоров в наборе, но было удобно людям с ухудшенным зрением. Западная традиция употребляет более тонкий пробел, близкий к третной шпации (1/3 кегля). Эстетика тонких пробелов вытеснила в начале века прежнюю эстетику, при которой пробелы образовывали обширные вертикальные коридоры в наборе. Проявлением хорошего вкуса считается использование в наборе более тонких пробелов (thin space) между инициалами и фамилией, между порядками цифр (3 000 000) и в сокращениях типа «и т.д.», «и т.п.». В технических моноширинных шрифтах межсловный пробел равен соответственно ширине всех остальных знаков.
Межбуквенные пробелы
Алфавит состоит из знаков, каждый из которых выполняет ассимилятивную и диссимилятивную функцию. То есть каждый знак отличается от другого, но вместе они составляют единое целое. В разных условиях трансформируются правила создания и восприятия этого целого. Например экранные шрифты рассчитаны на сетку с крупным шагом, а в банковских отчетах принципиально, чтобы все десять цифр размещались на литерах одной ширины. Решая подобные проблемы проектировщики гарнитур создают ту или иную эстетику шрифта и, в частности, пробелов, даже если и не ставят перед собой художественных задач. Можно вспомнить столь популярные сегодня шрифты, созданные для специфических требований пишущих машинок, дорожной разметки, диапозитивов и т.д.
Межбуквенные пробелы называются по традиции апрошами (от французского approche — подход, приближение). В металлическом наборе они были фиксированы — от крайней боковой стенки литеры до крайней боковой точки ее очка. Каждый апрош состоит из двух таких расстояний — полуапрошей — стоящих рядом знаков.
Из огромного количества современных гарнитур можно вычленить всего 3 основных и еще 2 редко встречающихся «типа» эстетики апрошей. Под эстетикой апрошей в данном случае имеется в виду определенное мировоззрение или принцип устроения мира букв и, соответственно, пробелов между ними. Различают «классическую» и «техническую» эстетики апрошей; «акцидентную» эстетику пробелов; эстетику «грязных» апрошей и сверхразрядку.
«Классическая» эстетика апрошей. Эстетический принцип большей части шрифтов — пробелы между буквами гармонично чередуются с внутрибуквенными пробелами и соразмеримы с ними. Шрифты подобной эстетики апрошей обеспечивают наилучший комфорт чтения и применяются в наборе большинства современных изданий, а в художественной литературе почти всегда.
Подобной эстетике соответствует также традиция набора прописными с небольшой разрядкой и разноширинные минускульные (строчные) цифры. К сожалению, в кириллическом алфавите при минимальном количестве выносных элементов в строчных буквах минускульные цифры выглядят слишком навязчиво.
«Акцидентная» эстетика пробелов. Эстетический принцип — из набора заголовков. В больших кеглях буквы естественно ставить теснее друг к другу. Смешивать гарнитуры и начертания в эстетических целях стали не так давно. То есть для заголовков и для набора использовались буквы одной гарнитуры, но разных кеглей. В металлическом наборе пластика букв и апроши определялись отдельно для каждого кегля. В фотонаборе возникла дилемма — или шрифт наборный, соответственно, с более грубыми формами и большими апрошами, или акцидентный, где и пластику, и пробелы можно делать более утонченными. Акцидентная эстетика заметна в таких, на первый взгляд вполне наборных гарнитурах, как ITC Kabel или ITC Garamond, особенно в сравнении с «наборной» вариацией гарнитуры Клода Гарамона. Эта эстетика доведена до логического конца в гарнитуре Херба Любалина ITC Avangard и его шрифтовых работах в 70-е годы, С точки зрения апрошей мы имеем принципиально подчеркнутый контраст меж- и внутрибуквенных пробелов (см. рис. 2.3).
Во всех учебниках говорится, что в мелких кеглях желательно для улучшения удобочитаемости увеличивать межсловные и межбуквенные пробелы, а также очко знака. Этот принцип был частично осуществлен в технологии Multiply Master и в кривых трекинга (tracking curve). Однако в некоторых руководствах по разработке шрифтов можно встретить такие сообщения: «В 8 кегле и ниже делаем трекинг теснее». Поначалу это удивляет, поскольку противоречит традиционным взглядам на удобочитаемость, но заставляет задуматься.
Появление подобных взглядов в конце XX века свидетельствует о том, что акцидентная эстетика апрошей повлияла на эстетику книжного набора. Как замечают специалисты, современный набор значительно плотнее металлического. Это связано с отсутствием физической (металлической) ширины буквы, поэтому есть возможность задавать отрицательные полуапроши в нужных случаях. Второй причиной является широкое распространение ярко-белых, глянцевых бумаг. В современной офсетной печати на гладкой хорошо проклеенной бумаге с форм, выведенных с разрешением 2400 dрi, рисунок знака практически не растискивается и буквы можно ставить теснее друг к другу, что экономит место, которое в рекламных изданиях к тому же и дорого стоит. Читать такой текст менее комфортно, но никто и не набирает 8 или 6 кеглем длинные тексты.
Еще в металлическом наборе появилась проблема визуального выравнивания апрошей между такими парами букв, как VА, LV, LT, Та, ГА и др. Выравнивание осуществлялось через впиливание одной буквы в другую, что могло естественно применяться только в особо важных случаях, а также через отливку лигатур. В цифровых технологиях аналог этого процесса получил название кернинга.
Кернингом называется изменение величины пробела (апроша) между двумя знаками по сравнению со стандартными установками, что необходимо, когда полуапроши двух знаков складываются в пробел, явно отличающийся визуально от большинства других. Кернинг называется ручным (manual kerning), когда вы ставите курсор между двумя знаками и вводите отрицательное или положительное значение кернинга. Кернинг измеряется менее чем в сотых долях от пробела в 1 круглую (em space), который в стандартном значении равен кеглю, а в альтернативном (alternate em space) — ширине двух нолей.
В PostScript-гарнитуры при проектировании можно встроить кернинг между сложными парами знаков — так называемая таблица кернинговых пар (kerning tables). Кернинговые пары включаются по умолчанию для акцидентных (больше 12-го) кеглей, но это значение можно изменить. В QuarkXpress'е можно создать собственную таблицу с подкорректированными значениями кернинга для каждого конкретного начертания (font face).
Tracking manually. То же самое, что и ручной кернинг, но только не для двух знаков, а для нескольких селектированных. В AdobeIllustrator как только вы селектируете хотя бы две буквы, опция кернинга меняет название на трекинг.
Custom tracking tables. В QuarkXpress для каждого начертания по умолчанию существует таблица трекинга, в которой стоят регулируемые установки, уменьшающие апроши в акцидентных кеглях и увеличивающие их в очень мелких.
В PageMaker трекинг также можно присвоить селектированному тексту или стилю. Существуют пять стандартных типов трекинга — от очень тесного до очень светлого (very tight — tight — normal — loose — very loose), кривизну которых также можно регулировать.
В большинство современных шрифтов встроено от нескольких десятков до тысяч кернинговых пар в зависимости от фирмы-изготовителя. В принципе возможно (но не нужно) кернить каждый знак с каждым. Верстальные программы включают кернинг по стандартным установкам только для акцидентных кеглей (в PageMaker — больше 12-го). Это связано с тем, что психология восприятия равномерности апрошей разнится в акцидентных и наборных кеглях, и в маленьких кеглях более важно отделить одну букву от другой, а правильно «откерненные» буквы в данном случае визуально слипаются.
Интересна система определения апрошей, предложенная фирмой В&Р — Incremental spacing. Большинство гарнитур в ее библиотеке имеют по 7 градаций жирности. Они предложили уменьшать апроши в процессе увеличения жирности. То есть при нарастании толщины штрихов и уменьшении внутрибуквенных пробелов происходит параллельное уменьшение апрошей, что создает более гармоничное впечатление. С точки зрения удобочитаемости происходит нарастание акцидентных признаков. Но ведь жирные начертания и предназначены для акциденции.
«Техническая» эстетика апрошей. Принципы подобной эстетики возникли при решении чисто технических задач. В пишущих машинках из-за технического несовершенства все — и широкие, и узкие — буквы должны были уместиться на площадке одной ширины. Похожие требования предъявляются к экранным и другим шрифтам, работающим в сложных или экстремальных условиях.
Проявлением подобной эстетики является тот факт, что в большинстве современных гарнитур цифры отвечают требованию моноширинности. Это связано с необходимостью вертикального выравнивания столбцов цифр, что крайне необходимо для нужд современной цивилизации. Естественно, что, несмотря на все ухищрения проектировщиков, о равновеликости полуапрошей у 1 и 8 не может быть и речи, и наивно звучат жалобы, что «единица в 1997 году отваливается». В наборных кеглях этот недостаток можно и не заметить, а в крупных можно применять ручной кернинг. Тотальное решение этой проблемы предложено в гарнитуре Thesis. Каждое начертание в ней имеет 4 варианта цифр: моноширинные маюскульные (прописные) и моноширинные минускульные (строчные) — для набора таблиц и тому подобного, и минускульные цифры с визуально гармоничными равновеликими апрошами и, соответственно, разной шириной — для употребления в наборе текста, и еще одно с цифрами, имеющими небольшие выносные элементы, как в ITC Garamond, но более низкие, чем прописные.
В 60-70 гг. специалисты писали об однозначно безобразных апрошах и пропорциях в гарнитурах для пишущих машинок. Современная популярность таких гарнитур, как Courier или Letter Gothik для решения акцидентных задач говорит об изменении вместе со сменой поколений чувства эстетики шрифта на прямо противоположное. И действительно, когда перед мысленным взором встает 100-этажный небоскреб с 5000 одинаковых окон или просто типовая застройка новых микрорайонов, рука сама тянется выбрать в меню Font что-нибудь моноширинное.
В книжном оформлении шрифты «технической» эстетики применяются только в технических целях — для набора учебной и научной литературы, инструкций, руководств и т.д., и обычно небольшим тиражом.
Можно упомянуть еще 2 типа эстетики апрошей, которые встречаются достаточно редко и очень редко, и только в акцидентных целях.
Сверхразрядка. Некоторые дизайнеры-изверги находят особое удовольствие в том, чтобы слово разогнать на формат полосы набора. Эстетическим принципом здесь является сверхконтраст огромных пробелов (не поворачивается язык назвать их апрошами) между