Xreferat.com » Рефераты по религии и мифологии » Характеристика античного релігійного світогляду на прикладі стародавньої Греціх і стародавнього Риму

Характеристика античного релігійного світогляду на прикладі стародавньої Греціх і стародавнього Риму

говорится о свободе, даже в Христьянстве, которое столь многие критики, начиная с Ницше, пытались представить “религией рабов”. Св. Павел говорит: “Свободно мы служим, ибо свободно любим…”, - и это не дает согласиться с такими исказителями. Достоевский в “Братьях Карамазовых” (гл. Великий Инквизитор) подчеркивает именно идею свободы человеческого духа, как основу того, чему учил Христос. Свобода кайвалья в Буддизме является основополагающей. Цель Восьмиричного Благородного Пути есть свобода. Она достигается через реализацию состояния нирваны, к которой и ведет тот метод, описанный Буддой. “Кайвалья и нирвана – одно и то же” – утверждает Йогасутра (гл. IV). Из последней цитаты мы видим, что одна из шести ортодоксальных (базирующихся на Ведах, т.е. индуистских) школ мысли, также трансцендирует внешние и несущностные (условные) религиозные границы и приравнивает сущностный Буддизм с Индуизмом. К таким полетам способна только философия. Их невозможно осуществить в рамках какой-либо одной религии, поэтому религиоведение, пытающееся рассматривать религии сравнительно, должна использовать именно философский подход и критерий философии - логику.

Понимание логики трансформировалось со времен древнегреческих философов, предложивших термин. Многими современными людьми логика понимается формально, как механическое средство выстраивания смысловых фраз. Однако для греков в понятие логики входило и понятие интуиции (интеллектуального видения, или интеллектуальной перцепции) наряду с правильным построением концепций. В таком понимании логического мышления, его нельзя считать механическим или одномерным. Оно должно включать в себя “интуицию правды”, о которой писал Св. Августин, а такая интуиция, по мнению последнего, приходит не от самого ума, но свыше, через Божественное озарение. Эту идею позже использовал Св. Бонавентура для построения своей эпистемологической теориии Озарения*.


Всем понятно, что если А=В, и В=С, то А=С. При философском анализе мы устанавливаем, что Буддизм (А) и Христянство (С) содержит одинаковый элемент (В), значит логически насколько мы сосредоточены на этом общем (В), эти религии тождественны (А=С).

Остается решить является ли этот общий элемент основным или сущностным для обоих религий, или может быть основным является то, что Буддийское учение излагалось на пали и санскрите, а Христьянское на арамейском и греческом языках, или что одно

высказывал человек по имени Гаутама Будда, а другое Иисус Христос? Если верно последнее то, конечно, мы не сможем говорить об универсальности религиозной мудрости, а поневоле погрузимся в теорию относительности культур и религий, популярную уже пару веков. Однако для философии, как и для науки вообще, не важно кто

_______________________________________________

*См. “Озарение в эпистемоглогии Бонавентуры” Александра Кудлая.

говорит нечто, а важно что говорится. И если что (содержание) тождественно другому что, они признаются одинаковыми по сути, независимо от внешних различий или от разных носителей правды. Правда есть правда, и все тут.

Как же тогда Будде за полтысячелетия было известно тоже, что и Христу? Очевидно, к сожалению и сопротивлению ортодоксов, что истина не принадлежит личностям, а личности либо сонастроены с ней либо нет. В случае Будды и Христа, кажется было такое согласование с истиной, а значит и друг с другом. Сам Христос говорил об ошибочности мнения о том, что если соблюдать “верность ритуальной форме”, человек может считаться праведным: “Не говорящий Мне Господи, Господи, а живующий по слову Моему…” Если Будда (даже еще и до исторического Иисуса Христа, жил в слове Христа, т.е. был добрым, просветленным и знал то же самое, он является Христианином, по слову самого Христа. С другой стороны, если какой-то фанатик от Христьянства гневно ругает, пытает, сжигает человеческие существа, называя себя Христьянином, говоря при этом Господи, Господи, Иисус скажет ему: “Отойдите от меня – не знаю я вас”. Правильное понимание очень существенно, а обрести такое в случае двух религий можно только с помощью философского рассмотрения*.


_____________________________________________________

* См. “Проблемы религии” Александра Кудлая.


VI Тотальность понятия Бога


Возможно, наиболее сильным оружием для доказательства единства всех развитых религий мира, является идея тотальности Бога. Конечно, идея эта не принадлежит ритуальной составляющей многих религий. В последней всегда присутсвует двойственность: Бог и вселенная; Бог и человек; Возлюбленный и любящий; Творец и его творение; Законодатель и исполнители закона; Господин и раб; и т.д.

Однако многие верующие философы при рассмотрении самой идеи Всевышнего приходили к идее тотальности Бога и единства Его со свем творением. Спиноза знаменито предложил идею Бога существующего в двух модальностях: собственно Абсолютного Бога и Природы. В некотором аспекте, аналогично звучали и более ранние утверждения христьянских мыслителей, вроде Экхарта о Христе, как о сущности человеческого духа на глубочайшем уровне его природы. Здесь Бог не противопоставляется человеку, а является самой его сокровенной сущностью, обычно неосознанной, но нуждающейся в осознании и реализации последним. Согласно Бонавентуре, человек

(как и все творение) имеет свою реальность именно благодаря реальности Бога, как любили говорить в те времена: “участвуя в Боге человек разделяет с Ним абсолютную реальность необусловленного существования”. Именно на этом базируется христьянская вера в Беатическое видение , как получаемый от Бога высший дар Вечной Благодати, составляющий подлинную аксиологию

христьянства. Согласно Аристотелю, это следует называть христьянской телеологией (греч. Тилос – цель). Именно в этом раскрывается значение единения с Богом или Богопознания. Онтологически человек уже неотделим от Бога и реален именно потому что Бог в нем реален, но эпистемологически ему надледжит осознать эту его высшую реальность взамен обычно осознаваемой иллюзорной реальности его природного, или воспринимаемого чувствами и чувственным умом, существования. В Буддизме такой переворот сознания называется “Единственной Революцией” (именно этот термин замствован Кришнамурти из Буддизма для названия его знаменитой книги). Новое восприятие своей природы происходит в состоянии тотального духовного сосредоточения наз. самадхи в Индуизме. Самадхи ведет к самбодхи (просветленного разума) состоянию осознания правды о своей природе. Это приводит к Праджня Парамите (Высочайшему Знанию). Таким образом Праджня Парамита Буддизма не отличается от Беатического Видения Христьянства. Оба термина описывают одно и то же состояние реализованного человеческого духа, осознавшего свое Абсолютное измерение. Человеком тогда (на опыте) познается тотальность всего бытия. Йогананда в своих комментраиях к Бхагавад Гите описывал это образом океана и его волн, где океан представляет собою Абсолют, а человеческие души – волны этого океана, никогда не имеющие, строго говоря, отдельного существования*. Волна, видящая свою сущность

в океане, и отождествляющая свое бытие с бытием океана, является бесконечной (не ограниченной своими внешними параметрами, которые воспринимаются обычно другими волнами, и благодаря чему последние осознают себя ограниченными и относительными во _____________________________________________________________* См. Парамаханса Йогананда, Бхагавад Гита в переводе А. Л. Кудлая. времени и пространстве). В модусе относительного видения человек относителен в своем сознании, а модусе абсолютного видения – абсолютен. Будуче абсолютен, он не подвержен всем ограничениям и несчастьям относительного ограниченного существования, ограниченности сил и возможностей, как и самой идее, называемой авидья (“невежество”). Патанджали (в своей Йога-Сутре) определяет Авидью как восприятие невечного и неистинного как истинное и вечное… или иными словами, человек, дуающий, что он ограничен и именно в этой форме существует, ошибается, не ведая о реальной основе своего бытия. Когда же истинное знание реализовано, он выходит из рабства и страдания и становится блаженным, всемогущим и всеведающим, единым с Богом, от которого он никогда и не был отделен полностью, кроме как в поддерджании иллюзии относительности в своем еще неразвитом уме, находясь под гипнотическим воздействием силы Космической Иллюзии Майи. Пройдя очищение истинным знанием, и не теряя уже его, он находится в состоянии нирваны (без дуновения) и кайвальи (свободы). Если такой человек условно возвращается и к относительному сознанию своего существования, он становится обычно Великим Учителем, Буддой (просветленным или пробужденным), Христом (помазанником или мессией), Аватаром (божественным воплощением), Дживанмуктой (свободным при жизни) и т.д. Иногда эти термины варьируют и им придаются технические значения, более ограниченного приложения (например: Дживанмукту иногда описывают как форму освобождения при некотором недостатке знания, тогда как Паранмукта – то же самое, но без недостатка).

О философском же объяснение невозможности понимания Бога, как противопоставленного человеку, можно сказать следующее:

Если Бог Вездесущ, то существует и в каждом человеке, и каждой части его природы – в противном случае было бы нечто, где Он не существует, а следовательно Он не был бы вездесущим, что противоречит начальносму определению Бога как Вездесущего.

Если Бог есть Истина, то человек имеющий какое-то существование кроме Бога, выходил бы за пределы определения истины и просто бы не существовал.

Здесь все дело в реализации правильного понимания, принадлежаещего развитому уму и не принадлежащего уму неразвитому. Поэтому практический метод всякой истинной религии и состоит в развитии человеческого ума и приведению последнего к полноценности, совершенству для реализации той фундаментальной идеи тотальности Бога и следовательно неразрывности твари и ее Творца. Религия ведет к этому практическим методом, а философия дает возможность сформулировать и метод, и цель его, а также необходимость всего этого.


VII Ограничивает ли религиозное мировоззрение развитие духа?


Есть ли у религиозного мировоззрения рамки? Формально да, и это определяется уже самим словом религиозное, которое отличается например от слова научное. У каждого из этих слов есть свое специфическое содержание, т.е. они не описывают одно и то же, т.е. не накладываются по смыслу, и значит имеют границы. Как уже было сказано вкратце, к понятию религия относятся: элемент ритуальный, иерархический, политический, эпистемологический и методологический. Люди, сосредоточенные на одном из этих элементов, естественно своим же сосредоточением в границах оного не дают себе возможности одновременно созерцать и другой аспект даже самой религии, не говоря уже о других сферах человеческой деятельности. Однако, эпистемологический элемент сам по себе обладает особенностью открытости. Это подобно хрустальной прозрачной сфере, и свет подлинного знания эпистемоники, неизбежно врывается в эту сферу со всех сторон. Эта особенность эпистемологической составляющей религии, которая неразрывна с философией по своей сущности, не позволяет считать ее ограниченной или ограничивающей дух.

В ритуальной части религии активность духа ограничена физической процедурой, предписанной человеку для исполнения, например: поклоны, наложение креста, простирание, возжигание свеч, и т.д. Если человек прилежно следит за исполнением ритуала, он может не замечать всего прочего, включая сюда и приходящих в его голову мыслей и беспокойств. Все же не является ли такое отвлечение своего рода стимулирующим возможность мысли его сосредоточиться на значении исполняемого действия? Священник должен объяснить прихожанину, что значит горящий огонь свечи для души послушника. И в этом-то сразу же просматривается эпистемологический элемент. Просветляемая внутренним светом душа приобретает способность понимать то, что раньше не понимала, а это скорее преодолевает рамки чем накладывает их на дух. Наложение святого креста очищает сердце человека даже уже и самим энергетическим излучением из пальцев его правой руки, как бы устраняя накопившуюся в сердечной области энергию привычных ощущений, а настрой на святость и воспроминания о пречистом Христе помогают новой духовной энергии влиться на место старой, и это тоже скорее раздвигает духовные рамки, чем сжимает их. Аналагично, поклон устраняет эгоистические мысли и самомнение человека, создавая потенциальную возможность ворваться в его душу мыслям о Боге и о других людях и их нуждах. Мысль о ближних расширяет сознание от индивидуального до общественного, а мысль о Боге расширяет сознание от мирского до духовного. В этом случае мы тоже наблюдаем скорее устранение обычных рамок, чем установление оных. Ритуальное пение и религиозная музыка тоже помогают настроить душу, выводя ее за рамки обычных ее занятий хотя бы на время церемонии, и это скорее привносит нечто новое и большое в человеческую жизнь.

В Буддийской традиции ритуально применяются также и особые дыхательные техники, тоже способствующие успокоению телесных энергий и очищению умственных восприятий. Такие практики особенно эффективны в развитии например ясновидения, т.е. расширяют познавательные способности души, а не сужают оные. В результате таких ритуальных усилий, у многих открывается прямое восприятие духовного света и нефизических измерений с их обитателями. В предельном варианте это устанавливает контакт и единство с Богом или Высшей Единой Духовной Сущностью, не скованной никакими пределами. Осознанный верно ритуал, таким образом, понимается как метод духовного развития и совершенствования от ограниченного изначально человеческого сознания к Безграничному Божественному Сознанию. Это не раз было описано Святыми разных религий.

Иерархический элемент религии состоит в объяснении последователям факта существования разных степеней приобщения к Высочайшему, через которые проходит душа человека. Последнему дается знание о том, что разные существа уже обладают разными знаниями и разными степенями реализованной духовности, при том, что потенциально каждая душа, будучи “создана по образу и подобию Бога” пройдет через все, недостающие сегодня ее развитию, степени. Более развитые существа и люди могут помочь менее развитым лучше понять, что именно им следует делать для наилучшего прогресса в духовности. И, понимаемая так, идея иерархии скорее освобождает душу, чем сковывает ее. Следует однако заметить, что неправильное понимание и использование идеи иерархии, ведет к самомнению священослужителей, к гордыне, эксплуатации и манипулированию рядовыми прихожанами. То, что это является грехом не самой религии, и даже не идеи иерархии в церкви, подтверждают слова высшего иерарха Христьянства Иисуса Христа: “Послужить Я пришел, а не господствовать! . . . Не зовите никого из вас отцом, ибо один у вас Отец, Который на Небесах. Не зовите никого учителем, ибо один у вас Учитель Христос. Будьте друг другу как братья. ”

Описывается история, когда Будда пришел с Анандой в монастырь, где больной дизентерией монах был брошен всеми умирать в своих собственных испражнениях. Будда самолично омыл тело монаха и вычистил его келью, а после укорил прочих и наставил, как следует себя вести по отношению к больным и несчастным. Великий Учитель и Принц по рождению поместил себя в положение слуги, выполняющего самую грязную работу, ибо основным содержанием его иерархического положения являлась именно помощь менее развитым людям, а не эгоистическое господство над ними. Когда нужно было помогать действием, он помогал действием, включая сюда и чудесные действия, как например мгновенный перенос огромной группы монахов с одного берега реки на другой во время наводнения (Описано в Палийском Каноне). Когда монахам нужно было объяснение Дхармы, Будда читал им свои проповеди, которые приходили послушать даже боги и демоны (Bhikkhu Nanamoli, The Life of the Buddha, Buddhist Publication Society, 1972, 1992).

Политический элемент религии состоял в установлении религии относительно государственного устройства страны, в которой она развивалась как форма общественного сознания и идеологии. Священники часто пытались организовать государство так, чтобы в нем возможно было процветать именно их форме образования общества и практики в последнем моральных принципов их религии. Чтобы действовать продуктивно, они часто становились политическими деятелями, обладавшими колоссальной властью, нередко превышающей даже власть монархов, как например в Западной Еврропе в случае Папы Римского, перед которым склонялись даже самые буйные цари-завоеватели, как например Император Шарломэ, спасший Европу от мусульманского насшествия. Однако и здесь искушение властью часто было непосильным бременем для душ церковных иерархов, и тогда религия в этой своей политической эпостаси становилась орудием порабощения человека, даже и в его духовном аспекте. Устрашения, пытки и сожжение ученых инквизицией в разных странах Европы в средние века, являются печальным примером такого извращения религии священниками, не выдержавшими искушения властью. Однако тут же и подчеркнем, что выводом Европы из гражданских войн начальных столетий средневековья и возрождению школьного образования, а после и созданием университетов, Европа обязана именно политике Церкви.

Эта же политика способствовала установлению правления закона и развитию искусств, как музыки, живописи, скульптуры и архитектуры, на протяжении многих веков.

В древней Индии Буддийские монастыри тоже становились центрами образования и развития наук и искусств, и позже приобретали статус университетов, учиться в которых приезжали даже из-за границы. Все перечисленное скорее расширяло границы человеческого познания, чем сжимала оные.

В подтверждение сказанному, хорошо вспомнить известную христьянскую идею, популярную в средние века, о том, что Бог имеет план устроения мира, а долг христьянина состоит в том чтобы всеми доступными ему средствами стремиться понять этот план (наука) и соответсвовать ему, сознательно помогая его исполнению (мораль).

Св. Августин писал: “Правда не может противоречить правде” – говоря о высшем знании и знаниях наук и искусств. Св. Бонавентура, имея это ввиду, написал свой трактат О сведении наук к Богословию (St. Bonaveture, “On the Reduction of the Arts to Theology”, Franciscan Institute, St. Bonaveture University, 1996.) Приведу здесь ключевой отрывок английского первода латинского оригинала De Reductione Artium ad Theologiam:


Every good gift and every perfect gift is from above, coming down from the God of Lights, writes James in the first chapter of his epistle. This text speaks of the source of all illumination; but at the same time, it suggests that there are many lights which flow generously from that fontal source of light. Even though every illuminaton of knowledge is internal, still we can reasonably distinguish what may be called an exterior light, or the light of mechanical art; an inferior light, or the light of sense perception; an interior light, or the light of philosophical knowledge; and a superior light, or the light of grace and of Sacred Scripture. The first light illumines with respect to the forms of artifacts; the second, with respect to natural forms; the third, with respect to intellectual truth; the forth and last, with respect to saving truth. (p. 37)


И затем русский перевод, сделанный Александром Кудлаем:


Всякий добрый дар и всякий дар совершенный приходит свыше, от Бога Огней, пишет Джеймс в первой главе своего послания. Этот текст говорит об источнике всякого просветления; но в то же время он утверждает, что существуют много огней, истекающих щедро из того первоначального фонтана света. Хотя каждое просветление знанием по сути является внутренним, всеже, на разумном основании, мы можем выделить то, что можно назвать внешним светом, или светом механической науки; несовершенным светом, или светом чувственного восприятия (эмпирического наблюдения); внутренним светом, или светом философского знания; и совершенным (высшим) светом, или светом благодати и Святого Писания. Первый свет просвещает относительно форм (назначения) механических изобретений; второй – относительно естественных форм (вещей, предметов); третий – в отношении интеллектуальной правды (истины, устанавливаемой интеллектуально, т.е. интуитивно и логически); четвертый и последний – относительно спасающей правды.


Отсюда мы видим, что богослов и философ Бонавентура не только не придерживается позиции анти-интеллектуализма и антинаучности, ограничивающией развитие человеческого интеллекта и популярной среди лишь некоторых священников, замкнувшихся в свое слепой вере, но и утверждает, что все виды знания, просвещающего человека, включая сюда и эмпирическое наблюдение и знание механических присполоблений и инструментов, и философское знание, а также и сокровенное знание непосредственного духовного опыта и Священного Писания, происходят от Единого Бога (Источника Всех Огней), и потому не могут противоречить друг другу, как и самому Источнику.

В следующей главе мы рассмотрим более подробно вид знания собственно принадлежащий религиозному методу, или лучше сказать знания, ради которого и существует этот метод.


VIII Метод религии


Идея ограниченности религиозного знания и рамок, якобы накладываемых религией на душу человека, принадлежит научной традиции нового времени после формулирования Ф. Бейконом его Нового Органанона (1620 г.). Развившаяся к тому времени в Западной Европе давлеющая догматичность религиозной идеологии действительно сковывала развитие науки, накопление новых данных наблюдения, особенно при использовании новых инструментов (вроде телескопа), и применение нового теоретического подхода Галелея, основанного на количественном (математическом) принципе в описании вселенной, в отличии от качественного (предложенного давно Аристотелем, и принятого церковью). Многие церковные ученые того времени предпочитали не смотреть на новое, придерживаясь старого, интерпретированного ими с сомнительной ясностью. Почитание авторитетов, вроде Аристотеля, приобрело гипертрофированный характер, и когда некоторые ошибочные выводы последнего противоречили новым наблюдениям и выводам Галелея (еще не успевшего тогда стать авторитетом!), церковь посчитала новую науку опасной ересью, сама допустив ошибку. Умнейшим современникам (не атеистам) Галелея (который сам тоже никогда не был атеистом) была ясна проблема: христьянская религия того времени, скорее всего по политическим причинам, исторически

объяснимым*, пошла путем, как раз противоречащим своей же

________________________________________________

*XV и XVI века были отмечены политической борьбой внутри церкви, вызванной изначально приходом к власти нового Папы Лео Х (Giovanni de Medici, 1475) из рода купцов Медичей, давно стремившихся к власти. Экономически и политически ориентированный новый глава церкви неспособен был охватить эпистемологического элемента Христьянства, а также интеллектуальных и моральных последствий своей политики. Жизнь беспрецедентной роскоши высшего духовенства, сделало последнее должником европейских банков, и Папа-купец решил продавать индульгенции, что и привело к знаменитому протесту Мартина Лютера и расколу церкви, со многочисленными и кровавыми войнами между католиками и протестантами. Это привело к ожесточению политизированной церковной мысли и идеологическим чисткам с усилением догматизма, искореняющего всякие опасные мысли, могущие нарушить политическую стабильность. К великому огорчению, ученые и философы стали жертвами купцов-политиканов от церкви.


традиции, новая идеология католической (преимущественно) церкви

приобрела характер анти-интеллектуализма во время, когда интеллект Европейского научного мира был соориентирован на новые наблюдения и новые идеи. Диспропорциональный размер политического, ритуалистического и моралистического мышления и забот этого рода в среде церковников не способствовали гибкости их ума в эпистемологическом измерении. Так постепенно начался раскол между естественной философией (наукой) и Богословием, что явилось по сути печальнейшим недоразумением, принявшим грандиозные размеры и имевшим колоссальные последствия.

Давайте же вернемся к идеям христьянской религии века XIII-го, позднее столь искаженным, к великому огорчению, в слепоте

политических противостояний. Ведь именно этот век стал пиковым в

развитий Христьянской мысли, навсегда вырвавший ее из под влияния арабских мыслителей Алфараби, Авиценны, Алгазали, и особенно Аверроиса, которого Аквинский звал Коментатором . Именно в этом веке Христьянская культура достигла такого уровня самостоятельной зрелости, с которого и возможны стали все независимые достижения современной западной науки и философии, сделавшие ее на многие века доминирующей технической цивилизацией на земном шаре, что еще и сегодня не пришло к концу. Однако в описании этой мысли ограничимся рассмотрением собственно метода религии. Параллельно рассмотрим и Буддийский метод (сформировавшийся в VI и V веках до Р.Х.)

Когда речь идет о методе, всегда возникают вопросы: что именно этот метод позволяет достигнуть? Возможно ли такое достижение? Почему это надо достигать? Как?

Взлянем на минуту на Буддизм. Будда сначала предлагает вниманию Четыре Благородные Истины:


Жизни, как мы ее знаем, фундаментально присуще страдание.

Есть причина этого страдания (т.е. то от чего оно зависит)

Есть состояние свободы от страдания (Нирвана)

Есть Путь (метод) освобождения от страдания.


Весь Восьмиричный Благородный Путь Буддизма по сути является практической реализацией эпистемологической идеи, лежащей в его основе. Это становится очевидным в самом начале ознакомления с ним:

Начальным принципом объявлено Правильное мышление (правильная идея, которая изначально принадлежит учителю, т.е. является внешней для ума ученика );

Вторым – Правильная речь, т.е. логическое (понятное каждому разумному существу) словестное выражение изначальной правильной идеи. На этой стадии внешняя идея постепенно становится более внутренней, то есть осознается учеником.

Вспомним Тютчева: “Слов не нашлось, и мысль в чертог теней сокрылась!” Если чуждую человеку мысль не удается выразить понятно (логически), она превращается для него в бесплотный призрак, и функционально непригодна в его жизни;

Третьим - Правильное поведение, т.е. практическая реализация в повседневности уже понятой человеком идеи.

В результате такого поведения сначала призрачная для ученика идея, ставшая реальной для его ума на второй стадии, становится действенной и живой на третьей стадии, доказывая свою практическую мощь уму ученика.

К сожалению, для многих, говорящих о религии, этим религия и ограничивается, при том часто в лучшем общем (вульгарном) случае.

Тогда о религии говорят: Это принцип, доктрина и моральное поведение (воплощение доктрины в практической жизни человека). В Буддизме тоже есть образ этой тройки: риторика-логика-мораль, однако ей только все начинается. Благодаря исполнению этих трех начальных усилий ознакомления с учением, ум ученика развивается до уровня более углубленной реализации и понимания своей природы за пределами физической формы, номинально логической активности и активности концептуальной. Начинается практика Буддийской медитации, которая уже не принадлежит всецело сфере физической активности и ее морали, т.е. трансцендирует эту сферу. Здесь начинается аскетическая жизнь собственно медитации (Дхьяны). В той прослеживается своя структура и своя техника продвижения. Та внутренняя техника и приводит ученика когда-то к сверхсосредоточению (самадхи). Практикование этого сверхсосредоточения, т.е. еще более внутренней техники, и выводит ум из иллюзий его обычных, и даже прогрессивных, активностей и ложных отождествлений (мыслей о себе), возникающих на их базе. “Сама реализация принадлежит внутреннему сознанию” (Ланкаватара-Сутра, Буддийская Библия, стр. 319.) Тогда наступает состояние безмятежности при интенсивнейшей умственной сосредоточенности и пробужденности, при котором ум и понимает (реализует) свою истинную, фундаментальную, необусловленную (ни материальным, ни ограниченно-искусственно-умственным) природу. Это в Буддизме называют разными именами: самореализация Благородной Мудрости (311), Трансцендентальный Интеллект (309), Первое проявление собственно ума (316), Праджня Парамита (где ум перестает различать, т.е. дробиться и впадать в иллюзию множественности) (331), Источник (матрица) Татхагатовости (339), Унивесальный Разум (там же) и т.п.


Подчеркивается принципиальная отличность этого состояния по отношению к прочим, привычным всем, состояниям ума:


…(прогрессивное) удержание ума на Нирване составляет Парамиту Нераздельной Внимательности. Что о Праджня-Парамите, т.е. Благородной Мудрости, то кто может определить это (опосредственно)? Пребывая в Самадхи, ум перестает различать, и наблюдается только совершенное и любвиобильное отсутсвие образности, затем происходит непостижимая “революция” (“поворот на 180° ”) в самом сокровенном сознании, и человек достигает самореализации Благородной Мудрости, - это есть высочайшая Праджня-Парамита (331).

(Перевод с английского А.Кудлая)

Даже при рассмотрении выше сказанного становится очевидно, что метод совершенствования в Буддизме является эпистемологическим вначале, в середине и в конце. Латинское изречение: “Познай Истину, и Истина освободит тебя”, - совершенно соответствует такому пониманию. Вернемся теперь к Св. Бонавентуре и его описанию метода в трактате Itinerarium Mentis in Deium (Восхождение человеческого ума в Божественный), первод которого на английский сделан Францисканским Институтом в 1956 г., и недавно переведен с английского на русский Александром Кудлаем.


Эта работа описыват метод как мистический, следуя по стопам Святого Франциска Асизского, при посещении мест жизни которого у

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: