Xreferat.com » Рефераты по религии и мифологии » Учение об обожении преподобного Симеона Нового Богослова

Учение об обожении преподобного Симеона Нового Богослова

высшем уровне последнего — на уровне чистой молитвы, как естественного состояния ума, этого приятелища Божественного света, то у св. Максима обожение — высшая цель, к которой устремляется человеческая воля, — определяет собой все остальное.

Богословие прп. Максима глубоко христологично. Соединение тварных существ с Богом по благодати суть аналогия ипостасному соединению двух природ во Христе, защите и раскрытию которого он посвятил всю жизнь. Божественная природа пронизывает своими энергиями человечество Христа – точно также Его ум, как и Его душу и Его тело. Прп. Максим ясно говорит об участии всего человека в обожении. Оно относится ко всей полноте человеческой сущности. Во всем и всецело — и по душе и по телу — сохраняя свою человеческую природу, человек столь же всецело — так же и по своей душе и по своему телу—становится богом по благодати и по тому божественному великолепию обоживающей славы, что ему всецело и подобает106.

Путь к обожению прп. Максим сравнивает с путем, который прошел Спаситель при совершении дела искупления. Однажды совершив этот путь спасения, продолжает и теперь совершать его в каждом верующем, усвояя в нем Себе все, что Сам усвоил в Своей земной жизни и делая его, таким образом, подражателем Бога (Себя) и богом. В учении об этих таинственных воплощениях Бога обнаруживает христоцентрический характер аскетики прп. Максима. По его мысли, каждый подвижник как бы представляет собой Христа, божественную сторону которого образует благодать таинств, а человеческую – подражание жизни Спасителя107. Понимание обожения прп. Максимом исходит из учения о действиях, или энергиях Божиих, которое, в частности, было развито Ареопагитом. «Спасение спасаемых происходит по благодати, а не по естеству»108 и, если «во Христе по существу обитала телесно вся полнота Божества, то в нас по благодати не полнота Божества». Становясь причастником Божественной жизни, всецело и целостно сопроникаясь с Богом, усваивая всё Божественное, тварь остается вне существа Божия. Грядущее «обожение» есть, таким образом, уподобление по благодати, уподобление по благодати, — действием обожающей благодати мы оказываемся подобными Ему.

Далее, среди святых Отцов, развивавших учение об обожении, следует упомянуть прп. Иоанна Дамаскина (VIIIв.). С его именем Церковь связывает первую попытку догматического синтеза, обобщения учения предшествующих Отцов, в том числе и учения об обожении. Основание обожения он видит в самом человеке, который изначально сотворено так, что он есть существо, «делающееся Богом: однако, делающееся Богом в смысле участия в Божественном Свете, а не потому, что оно переходит в Божественную сущность»109. Здесь преподобный ясно выражает идею, что обожение происходит в силу причастия Божественному Свету, или, что то же, божественным энергиям.

После Боговоплощения основание обожения лежит, с одной стороны, в обожествлении нашего естества в сложной Ипостаси Иисуса Христа, осуществившегося по причине взаимного проникновения Божественного и человеческого естеств друг в друга110, а с другой – в личном произволении каждого человека: святые суть боги, потому что «соединились с Богом по собственной воле и приняли Его обитателем их сердца»111.

Произведенный нами обзор того, как развивалось христианское учение об обожении, доведенное нами до VIIIв., не может, конечно, претендовать на полноту. Тем не менее, он дает нам представление о том, как понимался святыми Отцами сам термин «иещуйт», в чем они видели основания обожения и как объясняли саму его природу. что необходимо для должного понимания столь развитого и оригинального по сравнению с предшествующими Отцами, учения об обожении прп. Симеона Нового Богослова.

Для прп. Симеона Нового Богослова едва ли возможно найти место среди различных направлений православного духовного Предания. В его творениях мы находим чрезвычайно мало ссылок на святоотеческие авторитеты. Можно отметить, что единственным автором, который оказал существенное влияние на преподобного, был свт. Григорий Богослов. Многие богословские и мистические темы последнего были разработаны прп. Симеоном, в частности, темы непостижимости Божией, Божественного Света112. Можно также говорить о некотором влиянии на него прп. Макария Египетского и прп. Исаака Сирина. Тем не менее, гораздо чаще преподобный основывается непосредственно на Священном Писании, толкуемом очень личным (хотя и не чуждым Преданию), духовным образом, а также на своем личном мистическом и сакраментальном опыте113. Как отмечает игум. Иларион (Алфеев), отличительной чертой преподобного в сравнении с прочими Отцами Церкви является его автобиографический подход к мистическим темам и та необычайная открытость, с которой он говорит о своих видениях Божественного Света, о своем опыте обожения, что делает его одним из самых оригинальных и самобытных писателей, которых когда-либо знала Восточная Церковь. Его учение об обожении носит поэтому глубоко личный характер.

Личность великого святого которая находит такое яркое выражение в его писаниях, его литературный талант (вспомним хотя бы единственные в своем роде гимны пр. Симеона), который дает ему возможность дать столь живое описание своего мистического опыта, откровенное повествование о нем, высокие мистические состояния и его высочайшие духовные постижения, — все это ставит его в преобладающее и в известном смысле исключительное положение во всей православной духовности в ее целом114.


Глава 2. Учение прп. Симеона о человеке как образе и подобии Божии и домостроительстве его спасения


Цель нашей работы состоит в исследовании учения прп. Симеона об обожении. Однако было бы неверным начинать сразу же с того, как прп. Симеон видит это состояние, не рассмотрев его взгляды по поводу того, на чем же оно созидается. А это основание состоит в том, что человек с самого начала, с самого своего сотворения был призван «стать богом».


§1. Человек как образ и подобие Божие. Его предназначение


Подобно большинству святых Отцов, прп. Симеон не дает в своих творениях всестороннего разъяснения понятия об образе и подобии Божии в человеке. Почти всегда он говорит об образе и подобии не специально, но в связи с темой обожения. Преподобный в своем учении об образе Божием в человеке, следует в основном свт. Григорию Богослову, который говорит о том, что то, что именуется в Писании образом Божиим, есть разумная душа человека.115 Подобно свт. Григорию, и большинству других Отцов, прп. Симеон усматривает образ Божий в уме (разуме) человека, составляющем исключительную принадлежность только его. Поскольку Бог по своей природе есть чистейший Ум, то и образ Божий может заключаться в бессмертной душе человека. «Ты почтен от Бога паче всех других тварей достоинством разума,… почему надлежит тебе то, что выше тебя, уразумевать из того, что есть в тебе образ Божий, коим был ты удостоен» - пишет прп. Симеон116. В другом месте он говорит, что Адам «приял духа жизни, именуемого мысленною душой и образом Божиим»117.

Образ Божий он также видит в трехчастном составе человеческой души, которая являет в себе отображение Божественных свойств:

«Итак, по образу Слова нам дано слово (т. е. разум), ибо словесные – от Слова, безначального, несозданного, неуловимого и Бога моего. Поистине по образу (Его) душа всякого человека – словесный образ Слова… Бог Слово от Бога и совечен Отцу и Духу. Таким же образом и душа моя является по образу Его. Ибо, обладая умом и словом, она имеет их по существу нераздельными и неслиянными, равно и единосущными. Эти три суть одно в соединении, но вместе и в разделении, будучи всегда соединены и разделены»118. И в другом месте прп. Симеон говорит: «собственный твой дух, или душа твоя есть во всем уме твоем, и весь ум твой – во всем слове твоем, и все слово твое во всем духе твоем.… Сие есть образ Божий и сим обогащены мы свыше, то есть, чтоб быть нам подобными Богу и Отцу, и иметь в себе образ Того, Кто создал нас»119.

В творениях прп. Симеона мы обнаруживаем идею человека, созидаемого Богом «как второй мир, большой внутри малого сего видимого мира»120, которую он заимствует у свт. Григория Богослова. Человек – большой мир именно потому, что он соединяет в себе и материальную и духовную реальности, тогда как мир (видимый) обладает лишь материальным бытием. Подобно Каппадокийскому святителю, прп. Симеон постоянно говорит о двусоставности человека – его душе и теле. По прп. Симеону, то, что человек создан Богом двояким, дает ему власть над миром видимым « как имеющему в себе характерные черты обоих миров – как в своем видимом (облике), так и в том, что умопостигаемо»121. С другой стороны, имея в себе образ Божий - ум, человек является единственным из видимых творений, который может познавать Творца и тем самым быть «существом, которое мнится быть богом всего видимого, в силу разумности, его отличающей»122. Здесь можно привести параллель с «Духовными беседами» прп. Макария Великого: «Создал Он (Бог) небо и землю, и всякую тварь, но ни в одной из них не почивает Господь…, но благоволил лишь одному человеку, общаясь с ним и в нем почивая»123.

Прп. Симеон усматривает образ Божий в господственном положении человека во вселенной. То есть сама человеческая природа имеет некоторый царственный характер, и приближается в известном отношении к природе Божией. Потому она способна возвышаться и царить над всем земным. Он говорит, что «все видимое, что есть на земле, и что есть в море, все то отдал Бог во власть Адаму и потомкам Его»124. И в этом он видит образ Божий: «…Человека, которого Сам Он сотворил по образу Своему и по подобию, мы называем миром, потому что он украшается добродетелями, господствует над земными (тварями), подобно тому, как и (Сам) имеет власть над вселенной и царствует над страстями – это и есть то, что по образу…»125. В 90-м слове прп. Симеон прямо говорит, что сама тварь приведена от небытия в бытие «не для чего-нибудь другого», но для человека, созданного по образу и подобию Бога и сделанного «царем всех земных»126. До прп. Симеона эта идея об образе Божием, заключающемся в царственном положении человека во вселенной была также выражена многими св. Отцами, в частности, свт. Григорием Нисским., который говорит, что человеческое естество называется царем «поелику приуготовлялось для начальствования над другими, по причине подобия Царю вселенной»127.

Итак, образ Божий в человеке прп. Симеон усматривает, во-первых, в разуме человека, во-вторых, в душе человека, которая в своем трехчастном составе представляет собой отображение Божественных свойств, и, наконец, в господственном положении человека во вселенной.

Но в чем же тогда заключается по прп. Симеону подобие Божие в человеке? Сравним его некоторые высказывания по этому вопросу. Так, в 58-м гимне прп. Симеон говорит: « мы делаемся по благодати Твоей сынами, подобными Тебе, и богами, видящими Бога»128. Также в гимне 34-м Симеон, говорит о том, что вселение Духа Святаго соделывает человека «богом по благодати, подобным Первообразу»129. В слове 83-м прп. Симеон связывает образ и подобие Божие в человеке с состоянием его обожения: « …Как во Отце, Сыне и Святом Духе покланяется единый Бог, без слияния Трех Лиц и без разделения единого существа и естества, так… и человек бывает по благодати богом в Боге, и по душе и по телу, без слияния и разделения…Сам Бог, Который дивно связал сии два,- душу и тело… соединяется с сими двумя без слияния, - и я человек бываю по образу и подобию Божию…»130.

Главная идея, которую можно вывести из приведенных отрывков, заключается в том, что богоподобие человека – это ничто иное, как состояние его обожения, которое производится в человеке благодатью Духа Святаго. Следовательно, подобие Божие в человеке – это то, к чему он предназначен, конечная цель его бытия. В этом прп. Симеон всецело находится в рамках святоотеческой традиции, выраженной, в частности, такими Отцами, как свт. Василий Великий: «уподобление Богу и крайний предел желаемого есть обожение»131, св. Дионисий Ареопагит: «обожение есть, насколько возможно, уподобление Богу и единение с Ним»132. и свт. Григорий Богослов, который также ясно отождествляет богоподобие с обожением: «когда мы соделаемся такими (т. е. богоподобными)» с нами можно уже «беседовать Богу, вступившему в единение с богами и познанному ими»133. Подобно древним Отцам, Симеон отождествляет развитие в человеке образа и подобия с процессом обожения, - ибо обожение есть развитие в человеке той Божественной природы, которая скрыта в нем, будучи переданной при сотворении Богом человека134.

Каким же видит прп. Симеон путь к достижению богоподобия? Подробно мы рассмотрим этот вопрос, когда будем говорить о пути к обожению по прп. Симеону. А здесь отметим только то, что прп. Симеон говорит о том, что человек восходит к богоподобию через аскетический подвиг очищения своего «образа» от скверны страстей и подражанием Богу в добродетели135.

В целом, к учению прп. Симеона о том, что служит основанием для обожения, применима схема, которую применил свящ. Сергиевский для свт. Григория Богослова. С одной стороны, это субъективные основания: необходимо врачевание души, исхищение ее из мира и предание ее Богу. Иная сторона – это такие условия, которые имеют трансцендентный характер: прежде всего это природа человеческая, созданная способной и предназначенной к обожению136.

Итак, мы видим, что прп. Симеон начинает говорить об обожении уже тогда, когда рассуждает о первоначальном устроении человека как образа Божия. Образ Божий есть как бы некий залог, данный ему в момент сотворения, благодаря которому человек постепенно должен был возвыситься до состояния богоподобия, которое и есть обожение. И только достигнув этого состояния человек станет истинным образом Создателя137.


§2. Грехопадение и его последствия


Рассмотрим теперь, какого взгляда придерживается прп. Симеон на грехопадение, которое в корне изменило всю жизнь человека. Человек не смог удержаться на высоте своего положения и пал.

Человек был создан со свободной волей, в которой заложена возможность не только послушания Богу, но и отпадения от Него. Как пишет прп. Симеон, «Бог… даровал прародителям нашим самовластие (а через них и всем нам), чтоб они исполняли заповеди Божии не с печалию, или по необходимости, но по охотному произволению, с радостию и усердием, от любви к Богу»138. Бог не восхотел, чтобы человек исполнял заповедь Его по необходимости, но по любви. И сама свобода дана человеку по любви Божией к нему139. Бог хотел, чтобы человек достигал обожения, к которому он предназначен через свободно избираемую добродетельную жизнь, жизнь «по Богу».

Итак, с одной стороны, грехопадение стало возможным благодаря свободной воле людей. Но с другой стороны, оно явилось следствием диавольского прельщения ложной надеждой на обожение (Бт.3,5). Человек, «надеясь, что действительно станет богом, вкусил от древа познания»140. Согласно Божественному изволению о человеке, он, созданный по образу Божию, должен был постепенно через исполнение заповеди Божией, восходить к богоподобию, к обожению. Но он, «почтенный достоинством разумности и самовластием, не как должно употребил свое достоинство, не познал немощности своей, не пребыл в благах, дарованных от Бога естеству его, и не устоял в пределах своих, не познал меры своей. Как денница, или после него и Адам, вышли из пределов своих и, возгордившись пред Творцом Своим Богом, восхотели и сами стать богами: так, - увы! – поступил и он, вышел из пределов естества своего, возжелал того, что выше меры его, не захотел восходить на высоту духовного ведения путем смирения и христоподражательного жития…»141. В приведенном отрывке содержатся несколько важных идей. Во-первых, причиной падения явилась то, что человек «не познал меры своей», то есть поддался диавольскому искушению обожения «уже сейчас», тогда как согласно Божию плану, возможность обожения человека была при сотворении заложена в нем только в потенции – «меры» обожения он должен был достигнуть через преуспеяние в свободном послушании воле Божией, смиренном исполнении заповеди.

Во-вторых, мы встречаем здесь мысль, свойственную всему Священному Преданию в целом – что причиной грехопадения сначала Денницы, а затем Адама, послужила гордость. Гордость же и есть то, в частности, когда человек берется за что-то, превышающее его меру. В другом месте прп. Симеон ясно говорит, что Адам пал «не от другого какого греха, а от одной гордости»142.

Последствия грехопадения прп. Симеон изображает очень живо и реалистично. Самое главное следствие – это удаление от Бога вследствие нераскаянности человека143. Люди, сделавшись « преступниками заповеди Бога», лишились возможности «приблизиться к самому неприступному и немерцающему Свету»144, потеряли данную им славу, совлеклись «светлой и божественной одежды»145. Они по «причине греха подпали тлению и смерти, впали в мрачнейший мрак и сделались рабами князя тьмы, диавола»146. Человек отпал от «ведения и созерцания Бога» и вместо этого «воспринял знание плотское и страстное»147. Он стал «глух, слеп, наг, нечувственен к тем благам, от которых ниспал,… смертен, тленен и несмыслен подобно неразумным животным»148.

Подобно своему праотцу, все люди также рождаются грешниками, преступниками, рабами греха, подклятвенными и (духовно) мертвыми, подлежащими действию и властному господству диавола149. Люди «бывают причастны прародительского греха от самого зачатия и рождения своего»150. В то же время прп. Симеон не учит тому, что первородный грех, передающийся по наследству как-то «насилует» природу человека. Воззрениям Симеона было чуждо учение блж. Августина о наследственности греха Адама как такового. Пришествие Господа создало возможность спасения, но само спасение человека – в его руках151. Человек сам выбирает себе путь – путь добра или путь зла и во втором случае подчиняется греху добровольным актом: «мы, рожденные от них (прародителей), волею подчинившись, этому мучителю (диаволу) поработились, а не насилием, потому что это ясно показали те, кто до закона и в законе благоугодили и возложили свою волю Владыке Богу, а не диаволу»152. Это означает, что по прп. Симеону, человек все же не утратил своей свободы и мог благоугодить Богу, как ветхозаветные праведники. Этот момент очень важен для понимания всего учения прп. Симеона о домостроительстве спасения человека: спасение было даровано в силу искупительных заслуг Иисуса Христа – но это не означает, что человек спасается ими без всякого своего личного участия. Все учение прп. Симеона проникнуто идеей личного участия каждого человека в деле своего спасения, своего обожения, которое является целью спасения.

Перейдем же теперь к рассмотрению учения прп. Симеона о домостроительстве нашего спасения Господом Иисусом Христом, о том, какую роль для человека и его обожения сыграло Воплощение Единородного Сына Божия.


§3. Боговоплощение. Его значение для спасения человека и его обожения по прп. Симеону


Мы уже много говорили о том, в насколько тесную зависимость поставляли святые Отцы достижение человеком своего конечного предназначения, то есть обожение и Воплощение Сына Божия. И, конечно, прп. Симеон здесь не является исключением. Напротив, Воплощение Бога занимает даже основное место в богословском видении прп. Симеона. Оно является главным источником обожения человека, оно есть также и основа Евхаристии, которой преподобный отводил также первенствующую роль на пути к обожению153.

Учение о Боговоплощении как поворотной точке в истории человечества занимает в творениях прп. Симеона одно из центральных мест, и неразрывно связано, как мы это увидим ниже, с его учением об обожении: саму возможность того, что человек может «стать богом» преподобный ставит в зависимость оттого, что Бог стал человеком. В этом Симеон всецело находится в рамках святоотеческой традиции учения об обожении, которая, в частности, была выражена в словах свт. Иринея Лионского, которые буквально повторяет прп. Симеон: «Сын Божий для того стал сыном человеческим, чтобы нас соделать сынами Божиими»154.

Согласно прп. Симеону, человека, отпавшего от Бога в результате грехопадения, мог спасти только Сам Бог. «Человеколюбивый Господь, пожелав избавить вечной тьмы благоугодивших ему до закона и в законе, а тем, кто после закона, даровать свободу в благодати, и всех, так сказать, вместе угодивших Ему до закона и в законе и после закона освободить от насилия диавола, Сам, всемогущий и незлобивый, согласился все это сделать Самим Собою». Причиной такого снисхождения Бога для спасения мира, как видно, является Божия любовь к человеку: «О неизреченное человеколюбие и благость! Он не только не покарал нас, нарушителей и грешников, но, каковыми мы стали из-за преступления, таковым Он согласился стать…Чего ради? Потому что Он не пришел судить мир, но спасти мир»155. Именно ради любви «Слово стало плотью и вселилось в нас, из-за нее, вочеловечившись, Оно претерпело добровольно животворные страдания, чтобы освободить от уз ада Свое собственное создание, человека, и, восприняв, вознести на небеса»156. Само то обстоятельство, что Бог «избрал в невесту Сыну Своему» (Мф.22:2), дочь человека «согрешившего пред Ним», «дочь блудника и убийцы», являет «предельное человеколюбие» и «море любви и благостыни» Бога к человеку157.

После грехопадения план Божий в отношении человека не изменился. Человек по-прежнему призван к богоподобию, обожению. Однако, как пишет прп. Симеон, после грехопадения, в Ветхом Завете, Бог ни с кем из людей «существенно никоим образом не соединился, прежде чем Христос Бог не сделался человеком»158. Но теперь для того, чтобы человек мог осуществить это свое предназначение, нужно было особое к тому средство, средство, которое освободило бы его от порабощения греху, воссоздало бы в нем первозданного человека, и сущностно соединило бы его с Богом. Все это осуществил в своем лице Господь Иисус Христос, будучи совершенным Богом и совершенным человеком.

В своих творениях прп. Симеон близок к так называемой «естественной» точке зрения на обожение, согласно которой соединение Бога и человека стало возможным только благодаря тому, что во Христе произошло сущностное соединение человеческой природы с воплощенным Словом. Такой точки зрения придерживались большинство святых Отцов: Ириней Лионский, Афанасий Великий, Григорий Нисский, Кирилл Александрийский, Максим Исповедник, Иоанн Дамаскин, и она стала общим достоянием православного предания159. Как говорит прп. Симеон, Бог взял «от Богородицы и Приснодевы Марии плоть, как бы закваску некую и некий начаток от замеси естества нашего, и соединив ее со Своим Божеством, непостижимым и неприступным или, лучше сказать, всю Божественную Ипостась Свою соединил существенно с нашим естеством, и это человеческое естество несмесно сочетал со Своим существом, и сделал его Своим собственным, так что Сам Творец Адама непреложно и неизменно стал совершенным человеком»160. При этом прп. Симеон подчеркивает, что «посланное от Отца Слово», вселившись во утробу Девы «все было во Отце и все во чреве», нисколько не сократившись, не умалившись, но пребыв неизменным161. Господь Иисус Христос таким образом есть «Бог совершенный и человек, всевовершенный, всецелый: плоть, душа, ум и Слово, весь человек и Бог в двух сущностях, двух также естествах, двух действованиях и двух волях, и в единой ипостаси»162. Будучи «по природе Богом несозданным», Слово «неизреченным образом сделалось сотворенным» и обожило воспринятую тварную человеческую природу. Восприняв же тварь, Оно возвело ее на высоту в славу Свою163. Для прп. Симеона, таким образом, доктринальные основания обожения ясно обретаются в ипостасном единстве природ во Христе. И здесь он целиком в рамках святоотеческого предания. Так, прп. Максим Исповедник говорит, что человек обожается «благодатью Бога, ставшего человеком, становясь полным, целостным человеком, душою и телом, по природе, и становясь всем и во всем богом, душою и телом по благодати»164.

Само Воплощение прп. Симеон называет «таинством воссоздания рода человеческого и спасения всего мира»165, ибо во Христе осуществилось во всей полноте то, чего должен был постепенно достигнуть Адам - совершенного единения человеческого естества с Богом, то есть обожения. Воплотившись, Бог «соединил растоящиеся естества – Бога и человека»166.

Бог сделался человеком, совершенным по телу и душе167. Прп. Симеон учит, что, будучи таковым, Христос не сразу исцелил всего человека, но сделал это постепенно. Сойдя на землю и сделавшись человеком, Господь Иисус Христос, «во-первых оживотворил воспринятую им душу, и обожил ее, пречистое же и божественное тело Свое, хотя и соделал божеским, но носил его тленным и грубо вещественным…,почему оно и умерло и положено во гробе мертвым; после же тридневного воскресения Господня, и тело Его воскресло нетленным и божественным»168. То есть Господь не сделал вместе с душою тотчас и свое тело нетленным и духовным. «Как Адам, - разъясняет причину этого преподобный Симеон, - преступив заповедь Божию, душою тотчас умер, а телом умер уже спустя столько лет, то и Спаситель прежде воскресил, оживотворил и обожил душу, которая тотчас по преступлении заповеди понесла епитимию смерти, а после благоволил Бог устроить, чтоб и тело Его восприняло нетление воскресения, как и во Адаме оно спустя много лет понесло епитимию смерти»169.

Во всех цитируемых нами местах из творений прп. Симеона, мы можем заметить, что везде прп. Симеон говорит о Боговоплощении в контексте именно обожения человеческой природы. Христос для него – прежде всего Тот, благодаря которому эта падшая природа получила возможность воссоздания, причастности Божественному естеству. (2Пет 1,4) И преподобный прямо говорит об этом. «Для того принял Он плоть, чтоб ты мог сделаться причастником божества Его»170. «Ты,

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: