Возрождение русской святости
Ставшие центром духовной жизни России, оптинские старцы притягивали к себе выдающихся деятелей русской культуры, науки и философии и простых мирян. В разное время в обитель за духовным советом приезжали, а то и подолгу жили братья И.В. Киреевский и П.В. Киреевский (похоронены на монастырском кладбище), В.А. Жуковский, Н.В. Гоголь, С.П. Шевырев, М.П. Погодин, К.Д. Кавелин, Ф.М. Достоевский, Н.Н. Страхов, И.С. Тургенев, В.С. Соловьев, К.Н. Леонтьев, А.К. Толстой, П.Д. Юркевич, Л.Н. Толстой, С.А. Нилус, В.В. Розанов и др. Нередко писатели, вдохновленные чистотой жизни оптинских старцев, воссоздавали их образы в своих произведениях (старец Зосима в романе Ф.М. Достоевского "Братья Карамазовы", отец Сергий в одноименной повести Л.Н. Толстого).
В 1918 г. Оптину пустынь закрыли и разорили, насельников разогнали или арестовали, многие из них позднее были расстреляны или погибли в лагерях. Возобновление обители состоялось в конце 1987 г. Ныне в монастыре хранятся мощи знаменитых оптинских старцев (перенесены в 1996 и 1998 гг.). А Русская Православная Церковь поминает их память в день Собора преподобных Оптинских старцев 11 (24) октября.
Неизменным почитанием пользовался самый знаменитый оптинский старец — Амвросий Оптинский. Преподобный Амвросий Оптинский (в миру Александр Михайлович Гренков) (1812–1891) родился в селе Большие Липовицы Тамбовской губернии. В 1830–1836 гг. учился в Тамбовской семинарии. В 1835 г. во время тяжелой болезни он дал обет принять иночество — и выздоровел. В 1838 году он начал учительствовать в Липецком духовном училище. Осенью 1839 г. он поступил послушником в Козельскую Введенскую Оптину пустынь и стал учеником знаменитых оптинских старцев. Монашеский постриг он принял в 1842 г. с именем Амвросий. В 1860 г. Амвросий принял на себя трудный подвиг старчества. В 1870 г. в 10 верстах от обители для Амвросия была устроена лесная келья — небольшой одноэтажный домик. Слава о великом старце разнеслась по всей России. За духовной помощью и советом к нему приходили паломники со всей России, в том числе Ф.М. Достоевский, В.С. Соловьев, Л.Н. Толстой, М.П. Погодин, К.Н. Леонтьев. Старец Амвросий обладал даром исцеления недугов и даром провидения, часто рассказывал паломникам, которых видел впервые, о событиях из их жизни. По его благословению было создано несколько женских монастырей, в том числе Шамординский монастырь во имя иконы Казанской Божией Матери. Под его руководством было издано около 20 духовных книг. Именно Амвросий явился прототипом старца Зосимы в романе Ф.М. Достоевского "Братья Карамазовы". Канонизирован в 1988 г. Дни памяти: 27 июня (10 июля) и 10 (23) октября.
Еще одним центром русской святости и старчества в XIX в. стал Спасо-Преображенский Валаамский монастырь. В конце XVI — начале XVII вв. обитель неоднократно разорялась шведами, монахов убивали и разгоняли. В Смутное время, в 1611 г., после очередного шведского разорения, иноки, взяв мощи своих чудотворцев, бежали в Старую Ладогу, где обосновались на целых 100 лет. В 1715 г. Петр I издал указ о возобновлении монастыря. В начале 1719 г. был освящен Спасо-Преображенский собор, в 1721–1729 гг. построена Успенская церковь. Но пожар 1754 г. вновь уничтожил все постройки, в 1765 г. в обители находилось всего 11 монахов.
Новый расцвет монастыря и каменного строительства в нем пришелся на конец XVIII в. Начало этому положил игумен Назарий, вызванный из Саровский пустыни и поставленный во главе Валаамской обители. При нем в 1794 г. был освящен новый двухэтажный Спасо-Преображенский собор, в котором хранились мощи преподобных Сергия и Германа, а также старинная икона Спаса Нерукотворного. Собор окружили двойной линией корпусов келий, образующих квадрат. По углам этого квадрата устроили Успенскую и Никольскую церкви. В 1805 г. была сооружена надвратная Петропавловская церковь. Высота монастырской колокольни составляла 38 м.
Обитель состояла из целой группы больших и малых островов, лежащих в северной части озера. На центральном острове возвышался сам монастырь, а на вокруг него на острове Валаам и других островах архипелага были устроены скиты: Авраамиев, Всехсвятский, Ильинский, Коневский, Никольский, Назарьевская пустынь, Предтеченский, Александро-Свирский, Тихвинский.
В XIX в. на Валааме утвердилась собственная традиция старчества, восходящая к заветам Паисия Величковского. Игумен Назарий, взяв за основу устав Саровского монастыря, в начале XIX в. ввел и на Валааме строгий общежительский устав и установил три рода монашеской жизни: общежительный, скитский и пустынный. В скитах соблюдались самые строгие правила отшельничества — безмолвие, умная молитва, строжайшее соблюдение постов. Например, в Александро-Свирском скиту никогда не вкушалась молочная пища, рыбная употреблялась изредка в определенные дни.
Вот несколько положений устава Валаамского монастыря, утвержденного в 1811 г. и касающегося, в данном случае правил пустынножительства (цитируется по публикации В. Степашкина): "1. Желатель пустыннаго отшельническаго жития должен прежде многия годы прожить с братиею в обществе и всякия послушания нести без роптания. Обучить себя, по возможности, воздержанной жизни. 2. Если кто по вышеописанной главе с одобрением и у духовника будет проситься, и у отца игумена на уединение, то по испытании его намерения, призвать к себе первейших братий и с ними иметь о том совет и по согласию общему таковаго отпущать в пустынь, дав ему свое благословение. 3. Живущему монаху … паче всего потребно совесть иметь ко всему справедливу и чисту, и по Бозе духовному отцу или настоятелю в нуждах смутительных откровенну. Правило молитвенное исправлять ежедневно. 4. Пустынному жителю прилично паче всех сего добродетелию себя украшать, начиная от внешности. Во-первых, иметь все одеяние свое бедности приличное и вещей никаких хороших при себе не иметь, в поступках быть скромну и постоянну, в речах воздержанну и ко всем почтительну, простодушну и любовну, и келия его была б тому соответственна, а по душе мыслить о себе, что он грешнее есть всех человек. 5. Пустнынная келья должна быть сделана деревянная от общества, но по произволу пустынника, на каковом месте пожелает… Содержание им хлеб, овощи огородные, крупа, масло посное, и в платье потребность, белье и обувь в приличность пустынникам все имеют от монастыря. … В монастырь же приход иметь всегда ко всякому воскресению, и должен каждый отшельник в субботу, повечеревавши в келии своей пустынной, приходить в обитель к правилу общему церковному. Где отслушав всенощное бдение и обедню раннюю и взяв что нужное для келии его и братскаго печения поснаго, с благословением от настоятеля отходит в свое уединение. 6. Начиная от святой Пасхи, к которой приход иметь пустынникам в монастырь на страстной в четверток к обедне. А которые желать будут причастия Св. Тайн в четверток, тем оставаться с понедельника и ходить на трапезу братскую и быть до Св. Пасхи в монастыре. 7. Пустыннику потребно иметь варение какое пожелает посное из овощей огородных, и дабы пища была по совести… А на себя ничего не делать, разве без чего обойтись нельзя. 8. Для пользы душевной или большого уединения посещать друг друга пустынникам не возбранно, то ж будет сие в редкость времени…"
Строгость монашеской жизни, нестяжательство и аскетизм валаамской братии привлекали к ним всеобщее внимание православного люда, которые стремились на Валаам за помощью и советом. Монастырь стали посещать множество паломников, для которых в 1843 г. было открыто регулярное пароходное сообщение с Валаамом, выстроена огромная гостиница. Кроме того, иноки монастыря осуществляли широкую миссионерскую деятельность, отправлялись в уссурийские края, на Алеутские острова, на Аляску. После 1917 г. остров отошел к Финляндии, а после окончания советско-финской войны возвращен в СССР. Монастырь был закрыт и только с 1989 г. на Валааме возобновлена монашеская жизнь.
Во второй половине XIX в. сначала в московских землях, а потом и по всей России стал известен Свято-Никольский Угрешский монастырь. Николо-Угрешская обитель была основана в 1380 году святым благоверным князем Димитрием Ивановичем Донским, которому на месте будущего монастыря, перед Куликовской битвой, чудесным образом явилась икона Святителя Николая Чудотворца. С той поры Николо-Угрешский монастырь был очень почитаемой обителью, в котором часто бывали русские великие князья и цари. Особенно часто эти посещения свершались в XVII в., когда в обители подолгу пребывали цари Михаил Федорович и Алексей Михайлович. А главной святыней монастыря оставалась чудотворная икона Святителя Николая Чудотворца, явленная великому князю Дмитрию Донскому. Но в XVIII – начале XIX вв. обитель захудала. И только с 1830-х гг. начинается новый подъем Николо-Угрешского монастыря, связанный с деятельностью сначала игумена Илария, а потом архимандрита Пимена Угрешского (в миру П.Д. Мясников) (1810–1880). Именно при архимандрите Пимене в монастыре велось мощное строительство и сложился замечательный архитектурный ансамбль, украшением которого стала знаменитая колокольня и построенный уже после смерти преподобного Пимена Спасо-Преображенский собор.
Успехи архимандрита Пимена в строительстве монастыря были замечены и высоко оценены. В 1863 году ему было поручено заняться перестройкой Вознесенского монастыря в Московском Кремле, знаменитого тем, что с древних времен этот монастырь служил усыпальнице для русских великих княгинь, цариц и царевен. Позднее, в 1880 году, архимандрит Пимен руководил работами по достройке и приготовлению к открытию московского Ивановского монастыря близ улицы Солянки, закрытого еще в 1813 году. Кроме того, преподобный Пимен был назначен благочинным над общежительными монастырями московской епархии.
Впрочем, главной заботой архимандрита Пимена было все же не только строительство храмов и зданий, а — строение душ иноков, которое преподобный почитал превыше плотницкого или каменщицкого дела. Еще в 1852 году, по благословению митрополита Московского и Коломенского Филарета (Дроздова), преподобный Пимен ввел в Николо-Угрешском монастыре общежительный устав. И затем угрешский архимандрит старался, чтобы всякий, поступающий в монастырь, неуклонно соблюдал возложенные на него послушания, а главным делом почитал церковную службу, молитву. Архимандрит Пимен был вообще озабочен духовной чистотой вводимого в российских монастырях общежития, сердечно переживал за то, чтобы общежительные обители стали источником духовного возрождения России. В 1867 году архимандрит Пимен подготовил записку, в которой составил подробное рассуждение о сути монашеского служения и причинах неустройства российских монастырей. В этой записке он, в частности, писал: "По самому существу своего устава и по многочисленности братства монастыри общежительные долженствовали бы служить рассадниками для других, изобилуя людьми способными, иноками, искусившимися в жизни подвижнической и опытными в деле боговедения, но, к несчастью, мы не всегда это встречаем, ибо и общежития весьма часто ощущают недостаток в подобных людях...
Не во внешнем благоустроении обители, не в их обеспечении средствами и не в многочисленности братии таится та великая сила, которая монашество и укрепляет в истинном разуме людей, добровольно оставивших мир и поревновавших всецело послужить Господу, идя не путем обычным, открытым для всякого православного мирянина...
Никогда самые злейшие враги христианства и заклятые гонители монашества не нанесут столь тяжкого удара и не причинят такого вреда, как нерадение, разленение и беспечность братий, с одной стороны, и самочинение, небрежность, а может быть, даже иногда и недобросовестность и слабость правителей: какой же отдадут они ответ Господу, столь же строго истязующему инока за самые сокровенные помышления и движения и чувствования сердца, как мирянина за произнесенное им слово или совершенные им дела".
Подначальных ему иноков архимандрит Пимен стремился направлять именно по пути "строительства души". И это ему удавалось. Так, большим авторитетом у братии обители и богомольцев, за свое бескорыстие и нестяжание пользовался иеросхимонах Иосиф, обладавший даром утешения и нелишенный дара прозорливости. С 1871 года в Петропавловском скиту Николо-Угрешского монастыря подвизался игумен Антоний Бочков (в миру Алексей Поликарпович Бочков), бывший настоятель Череменецкого монастыря. Отец Антоний являлся одним из ближайших учеников знаменитого Оптинского старца преподобного Льва, состоял в духовной переписке со Святителем Игнатием Брянчаниновым. Когда в 1871 году Москвы коснулась эпидемия холеры, угрешского настоятеля просили прислать иеромонахов в помощь московским священникам для напутствия больных и умирающих и для отпевания умерших. Тогда отец Антоний сам изъявил желание посвятить посвятить себя этому делу человеколюбия. В продолжении двух месяцев семидесятилетний старец-игумен ежедневно в зимнее время, в холодной часовне исповедовал многих больных и приобщал Святых Христовых Таин, отпевал умерших. Исполняя все это, отец Антоний говорил о себе, что во всю свою жизнь никогда не был таким здоровьем и так покоен духом, как в это время. Наконец, 17 марта, в день бывшего своего тезоименитства, на память Алексия человека Божия, он сам заболел тифом. 5 апреля он скончался и был похоронен в Николо-Угрешском монастыре.
Из Николо-Угрешской обители вышли два игумена иных обителей. В 1870 году угрешский казначей Сергий (Свешников) сначала стал строителем Старо-Голутвинского монастыря в Коломне, а затем — настоятелем Троицкого Ново-Голутвина монастыря. В 1870–1880 гг. иеромонах Нил, выходец из Угреши, проведший здесь более 20 лет, был игуменом Николо-Берлюковской пустыни и привел ее в цветущее состояние.
Трудами архимандрита Пимена и братии Николо-Угрешский монастырь превратился в настоящий духовный центр России, в который со всех просторов страны стремился богомольный люд, в надежде на исцеление души и тела. Нередко паломники обращались к Господу, творя молитвы перед монастырскими чудотворными иконами, и действительно получали Вышнюю помощь. Особенно своими чудотворениями славилась древняя икона Святителя Николая Чудотворца, явленная Димитрию Донскому. В 1858 году время молитвы перед иконой Святителя Николая исцеление болезни ног получила молодая крестьянка Матрона из деревни Богданово. В том же году, после соборного молебна с водосвятием перед этой иконой, от тяжелой формы лихорадки исцелился один земский исправник, хотя врачи уже ничем не могли ему помочь. Двумя годами позднее исцеление от золотухи получил сын одного московского купца.
Необходимо сказать, что в жизни Николо-Угрешского монастыря духовное участие принимали знаменитые русские святые – святители Игнатий (Брянчанинов), митрополит Московский и Коломенский Иннокентий (Попов-Вениаминов), а святитель митрополит Филарет (Дроздов) во время своего управления московской епархией принимал самое живейшее участие в жизни обители, обязательно приезжал на освещение вновь устроенных храмов, высоко ценил труды по преобразованию Николо-Угрешского монастыря. А однажды, после архиерейской святитель Филарет сказал, что "Угрешская обитель сделалась второй Лаврой". В 2000 году за свои труды во имя Христово преподобный Пимен Угрешский был прославлен Русской Православной Церковью. День памяти: 17 (30) августа.
А в конце XIX столетия своей подвижнической деятельностью прославился протоиерей Адреевского собора в Кронштадте, духовный писатель и мыслитель Иоанн Кронштадтский (Иван Ильич Сергиев) (1829–1908). Он родился в семье псаломщика в селе Суры Пинежского уезда Архангельской губернии. В 1841–1851 гг. он учился в Архангельском духовном училище и Архангельской Духовной академии. В 1851–1855 гг. продолжил обучение в Санкт-Петербургской Духовной академии, по окончании которой защитил диссертацию и получил степень кандидата богословия. В 1855 г. Иоанн был рукоположен в сан иерея и назначен третьим священником в Андреевский собор г. Кронштадта. В этом храме отец Иоанн прослужил 53 года — до конца жизни (с 1894 г. он был протоиереем Андреевского собора).
Служению в храме отец Иоанн отдавал все свои силы.