Xreferat.com » Рефераты по социологии » Генезис основных форм и направлений благотворительности в Алтайском крае

Генезис основных форм и направлений благотворительности в Алтайском крае

и торговлей.

Основными источниками формирования гильдейского купечества Алтая в пореформенное время стали крестьяне и мещане - как местные, так и из Европейской России. Особенно значительную роль сыграли предприниматели-мигранты, что объяснялось относительной слабостью местного купечества и открывающимися перспективами для коммерческой деятельности на новых, землях.

Не случайно из среды крестьян и мещан, переселившихся из Европейской России, вышли многие крупнейшие купцы Алтая - Морозовы, Бодуновы, Жернаковы, М. С. Сычев, Н. И. Асанов, И. Ф. Смирнов, Вершинины и многие другие.

Таким образом, следует отметить, что алтайские предприниматели принадлежали к разным сословиям, среди них были купцы, дворяне, мещане, крестьяне. Одной из причин такой неоднородности стало Положение 1898 г. «О государственном промысловом налоге», которое утверждало добровольный характер выбора гильдейских свидетельств для предпринимателей. И на рубеже XX в. «хозяйственным мужикам» уже не было необходимости покидать свое сословие и записываться в купцы для продолжения карьеры» [30, с.200.]. Сословная обособленность купечества в значительной мере утратила свое реальное значение. Гильдейские свидетельства часто выдавались в силу традиции, прежде всего потомственными купцами. «Новые» предприниматели, несмотря на большие состояния, оставались в мещанском или крестьянском сословии, как, например, пароходчики Мельниковы, торговец М. Кашин, владельцы пимокатной фабрики Бухаловы, С. И. Зудилов, Корольковы и др.

После проведения Сибирской железной дороги на Алтай усилился приток крупного российского и иностранного капиталов, что было проявлением того же развития капитализма вширь. Крупный капитал из других регионов занял ключевые позиции в таких сферах народного хозяйства, как частное железнодорожное строительство, горное дело, кредит, торговля сельскохозяйственной техникой и нефтепродуктами, скупка экспортного сливочного масла, страховое дело. Не прекращалось перемещение в регион отдельных дельцов, в числе которых были и гильдейские купцы из Центральной России, и иностранные подданные — немцы, датчане, австрийцы и др. Наиболее ярко данный процесс наблюдался в молодых экономических центрах, прежде всего в Новониколаевске (Туркины, Луканины, Каган, Литвинов и др.).

Работая в городском самоуправлении, купечество все более втягивалось в общественную деятельность, а именно: купцы стали принимать активное участие в решении проблем развития народного образования, здравоохранения, санитарного состояния и благоустройства городов, нередко выступая в роли жертвователей на указанные нужды. В этой связи происходят серьезные изменения в социально-психологическом облике и менталитете деловых людей, более отчетливо проявляются тенденции к «окультуриванию» капиталистов, появлению у них новых социальных черт, усложнению культурных и интеллектуальных запросов..

В течение рассматриваемого периода алтайское купечество вырабатывало свои социальные и ценностные ориентиры, нормы поведения и образ жизни, формировало свою субкультуру. Середина XIX в. стала временем становления и развития специфической социальной психологии и менталитета местного купечества, временем оформления его классового самосознания. В конце XIX-начале XX вв. происходит размывание прежних сословных границ, купечество становится ядром складывающейся буржуазии и начинает осознавать свою роль в обществе. В среде деловых людей Алтая наблюдается процесс активного впитывания отечественного и мирового опыта предпринимательства, в основном определяются главные черты психологии и менталитета, происходит становление предпринимательской этики.

Однако консолидация предпринимателей в единую социальную группу с самостоятельной и господствующей в обществе социальной ориентацией, со своими стереотипами общественного поведения протекала замедленно. Большая потенциальная энергия деловых людей, их желание участвовать в политической, общественной и культурной жизни постоянно ограничивались самодержавием и бюрократией. В этих условиях капиталисты стремились найти социальную нишу, которая позволила бы реализовать их имущественные и духовные интересы в соответствии с собственным пониманием насущных задач общества в данный период. В частности, это нашло отражение в активном участии предпринимателей в работе органов городского самоуправления, образовательных и культурно-просветительных организациях, развитии частной благотворительности.

Таким образом, одновременно с ростом экономического могущества предприниматели Алтая стали играть все большую роль в общественной и социальной жизни региона. «Миллионер-промышленник, банкир и хозяин амбара не только занимают общественные места, пробираются в директора, в гласные, в представители разных частных учреждений, в председатели благотворительных обществ, они начинают поддерживать своими деньгами умственные- и художественные, интересы заводят галереи, покупают дорогие произведения искусства для своих кабинетов и салонов, учреждают стипендии, делаются покровителями разных школ, ученых обществ, экспедиций»[35, с.25.].

Многочисленные факты свидетельствуют о том, что для большинства купцов Алтая участие в общественной деятельности находило выражение в филантропии и благотворительности. В этом отношении они ничем не отличались от других сибирских и российских предпринимателей. По мнению ряда исследователей, благотворительность для деловых людей России -являлась определенной исторической традицией и даже типичной классовой чертой. Как отмечает Е. П. Хорькова, «...необходимость благотворения ставилась одним из ценностных и поведенческих стереотипов, постепенно закреплявшихся в пореформенные десятилетия в сознании: российской буржуазии» [162, с.365].

В рассматриваемый период частные пожертвования на общественные нужды, на развитие культуры и образования, на нужды церкви и здравоохранения, забота о сиротах, инвалидах, бездомных, заключенных и других категориях обездоленного населения — все это было обычной статьей расходов как столичных, так и провинциальных предпринимателей. Алтайские купцы вкладывали деньги в строительство учреждений культуры, школ, больниц, богаделен, участвовали в общественных организациях, городских думах, в делах церкви, брали попечительство над учебными заведениями, финансировали научные экспедиции.

Мотивы, которыми руководствовались предприниматели, жертвуя деньги на общественные и культурные нужды, были самыми разнообразными. Исследователи, придерживающиеся материалистических убеждений, объясняют действия; жертвователей и меценатов стремлением получить социальные и налоговые льготы для улучшения своего материального или общественного положения. Ученые, ориентированные на поиск духовных корней социальной активности: предпринимателей,. напротив, подчеркивают религиозные, патриотические, культурно-эстетические причины филантропии и благотворительности. Ряд исследователей считает, что источником благотворительности являлась «социальная неполноценность» купцов и промышленников в России, отсутствие возможности заслужить общественное признание своими деловыми успехами [35, с.53], другие полагают, что «..при крайней поляризации богатства и бедности...» благотворительность являлась «неким «регулятором» социального равновесия, часто неосознанным средством устранения общественного эмоционального дискомфорта, возникавшего в результате несправедливого соотношения труда и присвоения» [35, с.54.]..

Следует отметить, что все попытки определить «главный» стимул благотворительной деятельности — дело малоперспективное, и здесь альтруистические и эгоистические мотивы действовали одновременно. Определенный интерес в этом смысле представляет мнение А. Глаголева, который и выделяет три важнейших стимула благотворительности и, соответственно, три группы русских филантропов и меценатов [35].

Первый тип предпринимателей руководствовался преимущественно религиозными побуждениями, когда источником и побудительным мотивом к занятиям благотворительностью была христианская мораль, стремление обрести благодать в жизни вечной через добродетели в жизни земной. Необходимость делиться своим богатством с нуждающимися внедрялась в сознание людей вместе с основными догматами православия. Поэтому одной из причин благотворительности следует считать народную религиозную традицию, глубокую религиозность купцов. Особенно ярко это проявлялось в среде предпринимателей-старообрядцев, строивших свою жизнь и экономическую деятельность в соответствии с древним уставом благочиния, в духе аскетизма и добролюбия.

Другим важнейшим побудительным мотивом благотворительности, бесспорно, был патриотизм, желание поддержать славу «русского имени». В свою очередь, сибирские купцы, соперничая с капиталистами Европейской России, стремились компенсировать колониальную политику Центра и преодолеть отсталость региона в социально-культурном отношении.

Наконец, к третьей группе благотворителей и меценатов относились те предприниматели, которые действовали из желания получить определенные социальные льготы: и привилегии — чины, звания, ордена, дворянство. П. АБурышкин в своих, мемуарах приводил слова известного московского предпринимателя Кокорева, который говорил, что существует «...особая болезнь некоторых лиц коммерческого сословия, поддерживаемая, к несчастью, так сказать, поблажаемая в смысле удовлетворения болезненных желаний. Эта болезнь — чинобесие»[35, с.77.].

Разумеется, кроме указанных, существовали и другие побудительные мотивы для занятий благотворительностью: реклама, соревнование с дворянством, семейные традиции, сословные амбиции и т.д. Так, в конце 60-х гг. XIX в. бийские предприниматели хлопотали о преобразовании городского одноклассного приходского училища в уездное, и для этой цели один из самых богатых купцов города А. Ф. Морозов обещал за свой счет выстроить для него каменное здание. Весьма интересно обоснование этого достаточно крупного пожертвования. В официальном приговоре городского общества по этому поводу говорилось: «...Многие мещане и купцы г. Бийска по своим торговым занятиям имеют постоянные сношения с инородцами Алтая и подданными Китая на р. Чуе. А чтобы эти сношения могли вносить в жизнь полудиких алтайских инородцев семена христианской религии, гражданственности и русского духа и жизни, и чтобы эти сношения могли показать превосходство русской гражданственности, а с ней и государства пред гордыми философами религии - жителями Китая, необходимо, чтобы торговцы бийские были сами облагорожены и просвещены высшим учением науки, - и то и другое более может дать уездное училище, а не приходское».[4, с.45].

Еще одним существенным мотивом широкой частной благотворительности, на который обращают внимание как отечественные, так и зарубежные исследователи, являлась концепция «общественного служения» предпринимателей. На это прямо указывал и П. А .Бурышкин. «На свою деятельность смотрели не только и не столько как на источник наживы, а как на выполнение задачи, своего рода миссию, возложенную Богом или судьбой, - писал он. — Про богатство говорили, что Бог его дал в пользование и потребует по нему отчета, что выражалось отчасти и в том, что именно в купеческой среде необычайно были развиты и благотворительность, и коллекционерство, на которые смотрели как на выполнение какого-то свыше назначенного долга»[35,с.113.].

Важно отметить, что благотворительность в России считалась не только как служба Богу, но и государству. Место гражданина в обществе, в соответствии с традицией, заложенной еще в эпоху Петра I, определялось его ролью как «слуги» царя (который сам был «первым слугой государства»), что означало подчинение индивидуального поведения и; интересов «высшей», «общественной» цели.

Частные пожертвования на благотворительные цели считались делом государственным. С 1862 г. частная благотворительность находилась под контролем МВД, где нужно было получать разрешения на получение пожертвований, открытие богаделен, сиропитательных домов, больниц и т. п. При этом иногда ставились довольно жесткие условия. Так, при открытии нового богоугодного дела благотворитель должен был полностью обеспечить его капиталом. Учреждающий стипендию или премию был обязан внести сразу в банк на особый счет всю сумму, проценты с которой обеспечивали бы выплату этих стипендий в течение года.

В Сибири и на Алтае значение предпринимательской благотворительности было еще выше, чем в Европейской России, где вопросы социальной защиты неимущих в той или иной степени решались за счет государственного бюджета, земских средств, пожертвований филантропов-дворян.

Виды и размеры благотворительности алтайских купцов были самыми разнообразными. Но, пожалуй, наибольшее число пожертвований шло на нужды просвещения. Как отмечал один из современников, «...в Сибири ни на что так много и обильно не поступают пожертвования, как на всякого рода учебные заведения»[139,с.45].

Это происходило в связи с тем, что во второй половине XIX в. в Сибири в наиболее плачевном состоянии находилось народное образование.

Общеизвестный факт, что большинство населения царской России было неграмотным. К Сибири правительство часто относилось как к месту массовой ссылки, источнику золота и пушнины, в конечном счете как к колонии, поэтому образование здесь находилось в еще худшем положении, чем в Европейской России.

Развитие промышленности, сельского хозяйства, промыслов, торговли на Алтае во второй половине XIX в. создавало необходимость не только в специалистах, но и в элементарно грамотных людях. Государственные расходы на образование были минимальны и не удовлетворяли даже самым скромным требованиям. В 1910 г. в Сибири на нужды просвещения тратилось в на душу населения среднем 15 копеек. Результатом такой политики было то, что большинство населения даже в городах было неграмотно. В конце XIX в. в Барнауле число грамотных мужчин составляло около 45%, женщин — около 24%; в Бийске мужчин — около 40%, женщин — около 16%.

К пониманию нужд народного образования сначала пришли интеллигенция и политссыльные, а купечество в основной массе - немного позже. Причем в научной литературе советского периода заслуга в развитии народного образования на Алтае отводилась преимущественно интеллигенции и политссыльным, вклад которых, действительно, неоспорим. Но инициатива интеллигентов чаще всего подкреплялась деньгами купцов, так как, несмотря на относительную малочисленность купечества пропорционально населению, финансовые его возможности были значительнее, чем любого другого сословия. А нередко инициатива исходила и от самих представителей делового мира.

Любопытно при этом отметить, что сами жертвователи имели порой весьма невысокий образовательный уровень, а некоторые были откровенно малограмотными. Бийская купчиха Е. Г. Морозова, внесшая немалые средства для развития школьной сети города, до конца своих дней не умела ни читать, ни писать, и даже духовное завещание за нее подписал ее доверенный .

Тем не менее, полуграмотные купцы считали своим долгом не только жертвовать на школу крупные суммы, но и принимать участие в деле просвещения. Бийский купец М. С. Сычев, не имевший даже начального образования, в течение 20 лет являлся «почетным блюстителем» городского Форштадтского училища, «почетным смотрителем» Пушкинского трехклассного училища, попечителем Заречных церковно-приходских школ, а в 1901г., будучи городским главой, был избран председателем попечительского совета бийской женской прогимназии.

Эти общественные должности предполагали не только участие в заседаниях или председательство на различного рода торжественных актах, но и материальную поддержку учебных заведений. В 1881г. М. С. Сычев построил на свои средства деревянное на каменном фундаменте с железной крышей здание для Форштадтского училища, рассчитанное на 100 учащихся, а в 1885г. пристроил к нему еще одну классную комнату, что в сумме обошлось ему в 6 тыс. руб. Кроме того, он ежегодно давал деньги на его содержание, что за период его «почетного блюстительства» составило очень солидную сумму в 20 тыс. руб. Он регулярно поддерживал денежными средствами и бийскую прогимназию, и Пушкинское училище, а в 1903г. построил новое здание для Успенской церковно-приходской школы, затратив на это 5 тыс. руб. Во время русско-японской войны он оборудовал вагон-склад Российского Красного Креста, выделил крупную сумму на пособие солдатским женам. Всего с 1376 по 1904 г.г. пожертвовал на нужды церкви, образования и здравоохранения 56,5 тыс. руб. За общественную и благотворительную деятельность М. С. Сычев неоднократно награждался светскими и духовными властями. Он имел грамоту Святейшего Синода, ряд благодарностей за пожертвования от управляющего МВД, попечителя Западно-Сибирского учебного округа. Кроме этого, М._ С. Сычев был награжден 3 медалями «За усердие» на станиславовской и анненской лентах, орденами Станислава 2-й степени, Анны 2-й и 3-й степеней и Владимира 4-й степени.

Н.И .Ассанов также много времени и средств отдавал благотворительной деятельности. С 1896 г. по 1913 г. он состоял членом, а затем и председателем попечительского комитета Бийской Николаевской женской гимназии. За этот период времени его пожертвования в пользу гимназии составили 25 тыс. руб. В 1911г. он был назначен почетным попечителем мужской гимназии. Николай Иванович регулярно жертвовал средства для различных нужд гимназии, финансировал экскурсию гимназистов в Горный Алтай летом 1912 г. Также он организовал в Кобденском округе прививку оспы, что принесло ему большую популярность среди местных жителей. Н. И. Ассанов активно занимался благотворительностью, был членом правления городского Общества попечения о начальном образовании, входил в состав бийского отдела Общества изучения Сибири и улучшения ее быта. За труды на поприще общественной и благотворительной деятельности Н. И. Ассанов неоднократно награждался орденами и медалями. Он имел 5 медалей «за усердие» на станиславовской, владимирской и андреевской лентах, медаль «За участие в деятельности Общества Красного Креста» и другие.

Солидные пожертвования на народное образование вносили и другие бийские капиталисты. Купец А. Ф. Морозов в начале 70-х гг. XIX в. построил здание для приходского училища, которое, по словам Г. Н. Потанина, явилось одним из первых пяти каменных зданий Бийска. Имея крупные деловые интересы в Барнауле, он оказывал существенную помощь образованному здесь в 1884 г. Обществу попечения о начальном образовании. Как отмечалось в отчете Общества за 1886 г., А. Ф. Морозов «...несмотря на его солидную постоянную поддержку, оказываемую им учебным заведениям г. Бийска...первым внес видный вклад в кассу нашего общества для организации школы в предместье города.[116, с.П.]. А. Ф. Морозов был почетным блюстителем мужского и женского городских училищ, ежегодно жертвовал на их содержание денежные средства. В 1875 г. он построил каменное здание для городского мужского училища, затратив- на это 12 тыс. руб., в 1880 г. пожертвовал 20 тыс. руб. на открытие женской прогимназии, на его деньги содержалась Николаевская мужская богадельня в Бийске. Совместно с купцом А. В. Соколовым им было выстроено каменное здание для катехизаторского училища.

Позже А. Ф. Морозов выделял деньги на покупку одежды для неимущих учеников Нагорной школы, на рождественские подарки, а в начале 90-х гг. пожертвовал 2 тыс. руб. на строительство в Барнауле здания Народного дома, уступив по размеру взноса только известному в России меценату И. М. Сибирякову

В 1884-1884 гт. А. Ф. Морозов занимал пост бийского городского головы и внес немалый вклад в развитие городского хозяйства. За свои труды он был награжден несколькими медалями «За усердие», орденами Станислава 2-й степени, Анны 2-й степени, Владимира 4-й степени.

В деле содействия просвещению от бийских капиталистов не отставали и предприниматели Барнаула. Живейшее участие в деятельности городского Общества попечения о начальном образовании принял купец В* Н. Сухов. Войдя в состав правления Общества, он пожертвовал необходимое количество кирпича и извести для строительства Нагорной школы, выделил 400 руб. для публичной библиотеки. В 1887 г. он приобрел более двухсот аршин трико и ситца для пошива одежды бедным ученикам. К сожалению, его деятельность оказалась недолгой, в конце 1888 г.. он умер. Но и после его смерти пожертвования купеческой династии Суховых на образование не прекратились. Племянники В.Н.Сухова - Василий и Прокопий — в 1899 г. построили здание для Николаевской школы, затратив на это 10 тыс. руб., а Василий Дмитриевич дополнительно пожертвовал деньги на учебные пособия для учеников этой школы и в течение полугода фактически содержал её на свои средства. В 1907 г. он стал почетным попечителем открывшегося в Барнауле шестиклассного торгового училища, которое было учреждено местным Обществом взаимопомощи приказчиков. Он пожертвовал в пользу училища наглядные пособия и оборудование, внес деньги на покупку мебели и книг и, кроме того, взял на себя содержание семи беднейших учащихся, объявив их своими стипендиатами до конца обучения.

Пожертвования В. Д. Сухова Обществу попечения о начальном образовании составили в целом 5 тыс. руб. В 1909 г. жители города Барнаула «наградили» В. Д. Сухова званием почетного гражданина города Барнаула за бескорыстную благотворительную деятельность.

Другой барнаульский предприниматель, владелец винокуренного и пивоваренного заводов И. Ф. Ворсин, потратил 10 тыс. руб. на постройку второго этажа здания барнаульской женской гимназии, почетным попечителем которой он являлся. За свой счет содержал ремесленные классы при городском училище виноторговец и заводчик И. К. Платонов. На своем винокуренном заводе, расположенном неподалеку от Бийска, он открыл в 1895г. бесплатную школу для детей рабочих. При школе имелись ученическая и учительская библиотеки, на пополнение которых хозяином выделялись значительные средства. За общественную и благотворительную деятельность И.Ф.Ворсин был награжден орденом Анны 3-й степени.

Постоянный рост населения Алтая, и в частности городского, требовал неотложных мер по решению вопросов народного образования. Проблемы образования постоянно находились в центре внимания местной интеллигенции и городских дум, созданных в соответствии с городской реформой 1870 г. Купцы активно участвовали в органах городского самоуправления — думах и управах. В первую Барнаульскую городскую Думу, избранную в 1877 г., входило 26% купцов. Но постепенно число купцов росло, и они стали составлять наиболее инициативную часть гласных думы.

В должности: городского головы побывали многие купцы: В. Д. Сухов, И. И. Поляков, М. И. Страхов и др. В Барнаульской городской Думе проблемы народного образования с 1877 г. по 1902 г. ставились на обсуждение 183 раза, а в последующие годы еще чаще. Для более глубокого изучения этих вопросов в составе Думы работала училищная комиссия. Большинство ее членов были предпринимателями:. П. В, Орнатский, П. Д. Сухов, Г. В. Грязнов, И. Ф. Смирнов, И. К. Платонов, С. И. Зудилов.

Существовала и форма попечительства гласных над отдельными учебными заведениями. Попечителями и блюстителями являлись, как правило, купцы. Они были в курсе дел «своего» учебного заведения, принимали участие в заседаниях педсовета, вручали учащимся похвальные грамоты и прочие поощрения, информировали городскую Думу о нуждах учебного заведения, нередко давали деньги на ремонт, приобретение мебели, книг, на оказание материальной помощи учащимся, на проведение праздников и торжеств. Барнаульская городская Дума всячески стремилась развивать в городе ступени образования. Благодаря деятельности гласных открывались школы, гимназии, воскресные школы, вечерние курсы, профессиональные учебные заведения. Показательным фактом является принятие 11-12 ноября 1909 г. плана введения в Барнауле в течение 1910-1919 гг. всеобщего начального образования.

Безусловно, гласные Барнаульской и Бийской городских дум сделали очень много для развития народного образования. Но огромное значение имела деятельность В. К. Штильке и его сподвижников, основавших в 1884 г. в Барнауле Общество попечения о начальном образовании. Многие начинания Общества попечения находили поддержку в среде купечества. С помощью частных пожертвований купцов Общество попечения о начальном образовании смогло построить две бесплатные школы для неимущих и малоимущих слоев и Народный дом.

К сожалению, обобщающих данных о пожертвованиях капиталистов Алтая на нужды народного образования не имеется. Однако факты регулярного финансирования учебных заведений местными предпринимателями позволяют говорить об этом как об устойчивой тенденции..Являясь хозяевами промышленных и торговых предприятий, они объективно были заинтересованы в том, чтобы. иметь грамотный и квалифицированный персонал, способный овладеть усложнявшейся техникой и новейшими приемами организации и ведения хозяйства. Отсюда их заинтересованность в образовании, в первую очередь профессиональном: отчисления на школы, училища, институты, университеты. Так, бийский купец М. С. Сычев за период с 1876 по 1885 г.г. пожертвовал на нужды просвещения 6965 руб., в 1886 - 1895гг. - 8040 руб., а в 1896 - 1904 гг. - уже 15620 руб.

Кроме того, с течением времени пожертвования капиталистов на образование приобретают целевой характер. Купцы - «чуйцы», например, испытывая потребность в квалифицированных кадрах для, торговли в Монголии, в течение долгого времени добивались права открытия в Бийске коммерческого училища с обязательным изучением монгольского языка и особенностей заграничной торговли. Купец А. Д. Васенев с этой целью встречался в Петербурге с высшими чинами министерства торговли и промышленности, добивался приема у тогдашнего премьер-министра П. А. Столыпина. Купец Н. И. Ассанов выражал готовность пожертвовать несколько тысяч рублей для открытия кафедры монгольского языка при одном из учебных заведений Бийска.

Таким образом, можно констатировать, что купечество играло весьма важную роль в развитии народного образования на Алтае в конце Х1Х-начала XX в. через работу в городском самоуправлении, в Обществе попечения о начальном образовании, путем постоянных пожертвований.

Весьма значительные пожертвования алтайскими предпринимателями делались на церковные нужды. Хотя меркантильные интересы купцов не всегда совпадали с догматами православия, которые не препятствовали, но и не приветствовали обогащения, купцы охотно шли на обильные и частые пожертвования в пользу церкви.

Церковная благотворительность являлась традиционной. Она стимулировалась желанием обрести благодать в жизни вечной через добродетели в жизни земной. Поэтому предприниматели, большинство из которых было людьми глубоко религиозными, не только жертвовали церквам немалые средства, но и принимали деятельное участие в организации церковных служб, пели в церковном хоре. Например, бийский купец М.! С. Сычев в течение 18 лет подряд избирался церковным старостой Успенской церкви и считался одним из наиболее уважаемых членов прихода. Он ежегодно выделял деньги на содержание церковного хора, приобретал иконы и расшитые серебром парчовые ризы для священников, жертвовал необходимые суммы на ремонт и содержание храма. В 1900 г. он принял самое деятельное участие в постройке нового каменного здания церкви, истратив для этой цели более 5 тыс. руб. Кроме пожертвований Успенской церкви, М. С. Сычев внес значительные суммы на постройку в Бийске архиерейского дома и церкви при нем, а в 1889 г. пожертвовал 5 тыс. руб. на строительство церкви в Томске.

О неустанном активном участии в делах церкви М. С. Сычева свидетельствуют многие факты. М. С. Сычев пожертвовал 600 руб. на сооружение в Бийске Соборной церкви во имя Св. Троицы, 500 руб. — на содержание церкви во имя Александра Невского, 1100 руб. — на восстановление погоревшего архиерейского дома и церкви, 560 руб. — на сооружение Заречной Покровской церкви. Деятельность М. С. Сычева неоднократно отмечалась и благословлялась представителями церкви.

Крупный барнаульский промышленник и торговец И. И. Поляков, закончивший Барнаульское духовное училище, в течение 10 лет являлся старостой Благовещенской училищной церкви. За щедрые пожертвования он неоднократно удостаивался «архипастырского благословения», а в 1902 г. коллектив училища преподнес ему в подарок икону Благовещения Пресвятой Богородицы в серебропозолоченной ризе художественной чеканки.

Купец 1-й гильдии А. И. Винокуров в 1902 г. в значительной степени финансировал строительство нового каменного собора Богоявления в с. Камень. Он заказал в Томске колокол весом 61 пуд и доставил его в Камень,, закупил строительные материалы и оплачивал труд строителей. На свои средства Винокуров построил и каменный храм в родном селе Тюменцево.

О» пожертвованиях на нужды церкви ярко свидетельствует, например, клировая ведомость Одигитриевской церкви в Барнауле, которая в свое время была построена на средства купцов Пуртовых, и в составе ее прихожан были многие члены семей барнаульских купцов. В 1882 г. купец В. Н.- Сухов построил дом для проживания штатного диакона, в 1896 г. его сыновья подарили церкви жилой дом для священника. В 1884 г. одним из Суховых при церковных воротах была построена каменная часовня. Церковные капиталы пополнялись за счет ценных бумаг, поступивших по духовным завещаниям купцов Сбитнева и Завьялова, купеческих вдов Важниной и Е. Г. Морозовой.

Известными жертвователями на нужды церкви были барнаульские купцы Мальковы и Е. Бадьина (Судовская). Последняя известна как основательница в 1894 г. женской общины под Барнаулом, которая дала начало Богородице-Казанскому женскому монастырю.

Очень крупные суммы жертвовали церквам бийские купцы. Постройка самого крупного в городе православного храма — Троицкого собора — связана с именем купца 1-й гильдии А. Ф. Морозова. Его жена Елена Григорьевна построила домовую церковь при городском мужском училище, затратив на это 40 тыс. руб. Постоянным жертвователем на церковные нужды был другой бийский купец-миллионер М. С. Сычев. За период с 1876 по 1904 г. его пожертвования составили свыше 20 тыс. руб.

Судя по архивным документам, пожертвования в пользу церквей и монастырей являлись обязательной статьей расхода предпринимателей. Но все же большинство из них делало это в соответствии с внутренними убеждениями. Воспитанные в духе религиозных устоев и норм христианской морали, капиталисты считали помощь «сирым и убогим» своим нравственным долгом. Это находило выражение и в пожертвованиях церквам, и в организации на свои средства ночлежных домов, богаделен, приютов и больниц.

Посильную помощь алтайское купечество оказывало и медицине, которая находилась в катастрофическом положении. Высокая заболеваемость и смертность, санитарное состояние Барнаула очень часто становились предметом обсуждения городской Думы. С 1871г. по 1901г. вопросы медицинского обслуживания населения ставились не один раз. Но, несмотря на значимость этого вопроса, из скудного городского бюджета на здравоохранение отводилось лишь 2%.

Существенную материальную помощь могли оказать лишь купцы.. Барнаульские купцы И. И. Поляков и В. Д. Сухов пожертвовали на строительство городской больницы по 3 тыс. руб., бийская купчиха Морозова — 1

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: