Институт семьи. Прошлое и будущее
Такие изменения в структуре домов в какой-то мере ставят под сомнение функциональные теории семьи, распространенные сорок или пятьдесят лет назад. Представители функционализма считали, что семья является универсальным социальным институтом, поскольку она выполняет в обществе ключевые функции социализации, заботы о детях и воспроизводства населения. Однако в современных обществах число семей такого типа уменьшается.
Вероятно также и то, что данная семейная структура создает определенные сложности для общества и для членов семьи. Семьи могут быть как функциональными, так и характеризоваться дисфункцией. Например, некоторые современные исследователи говорят об угнетенном положении женщины в рамках современной семьи, что наносит психологический ущерб также и другим индивидам.
2.1.2. Нуклеарная семья. Сексология
Нуклеарная семья не всегда малая, хотя обычно процесс нуклеаризации связан с массовым распространением внутрисемейного ограничения деторождения. Нуклеарная семья развивает самостоятельность её членов, их автономность относительно друг друга, и если этот процесс проходит корректно и бесконфликтно, то он укрепляет семейные узы, делает семью более прочной, спаянной.
Напротив, недостаточная подготовленность к брачной и тем более семейной жизни приводит к конфликтным ситуациям (включая сферу интимных отношений) и увеличивает бракоразводность. Последнее чаще всего встречается в нуклеарных семьях, где один из супругов или оба были в родительских семьях единственными детьми-кумирами. Срабатывает эффект исключительности и на её основе — взаимопроявляемой антагонистической авторитарности. Если к этому прибавляются завышенные взаимные социальные притязания супругов, например, на основе неравной материальной обеспеченности, то при недостаточности общей культуры всё это может привести к разводу. Серьёзные сложности организации, особенно молодёжной нуклеарной семьи, составляют социальные неурядицы, обрушивающиеся на молодых супругов, а также неудовлетворительная подготовка к интимной жизни. Поэтому в настоящее время семья вообще, а нуклеарная в частности, стала объектом исследования многих общественных наук: социологии, экономики, права, этнографии, педагогики, демографии и сексологии, приобретая социально-общественное значение.
Исследования не зафиксировали ярко выраженной взаимосвязи между прочностью брака, удовлетворением сексуальной стороной жизни и типом семьи. Однако, если связать воедино тип семьи (нуклеарная, расширенная) с жилищными условиями и удовлетворённостью супругов интимной жизнью, можно сказать, что нуклеарная семья, имеющая хорошие жилищные условия, имеет больше возможностей для интимной жизни. Супруги, живущие отдельно и имеющие достаточно укромных мест для половых контактов, имеют несомненные преимущества по сравнению с теми, которые живут вместе с родителями в стеснённых бытовых условиях. В первом случае муж и жена, живя в нормальной квартире, могут быть достаточно раскрепощены, быстрее найдут средства и способы взаимного удовлетворения.
Сексология выдвинула проблему воспитания этики, эстетики, психологии, гигиены, культуры сексуального поведения лиц, вступающих в брачные отношения, тем более что основой современного брака становятся не экономические или статусные отношения, а эмоциональная сторона межличностных отношений. Нынешняя тревожная тенденция развития брачно-семейных отношений (снижение рождаемости, рост разводов, увеличение количества неполных семей и др.) характеризует не только их распад, но и сложности социально обусловленной трансформации семьи (особенно нуклеарной) и её функций.
2.1.3. Есть ли будущее у нуклеарной семьи?
Современная (объяснительная) демография использует две противоположные парадигмы в рамках которых ставятся и решаются основные проблемы, связанные с тенденциями демографических процессов. Теория демографического перехода в своей содержательной части представляет собой разновидность теории социального развития (эволюционизма, девелопментализма и т.п.), т.е. той теории, которая сопряжена с идеей социального прогресса и которая описывает феномены модернизации со знаком плюс. Другая теория - демографических изменений - сосредоточена на динамических аспектах социальной реальности, рассматриваемой в качестве "поля" взаимодействия, а не в качестве "объекта", подверженного "фундаментальным", "необратимым " и т.п. "сдвигам". В социологии изменений нет поиска "перводвигателя", нет выбора из факторов - главных причин наблюдаемого хода событий. Человеческая деятельность является источником причин и следствий, история есть продукт человеческой деятельности. В рамках этих двух подходов обычно рассматриваются все трансформации семьи6.
В теории развития анализируется переход от "традиционной" семьи к "современной", к альтернативным семейности формам организации человеческих отношений. Из факта изменения семейных структур выводится неизбежность этих изменений, легко переходящая в фаталистическую интерпретацию наблюдаемых феноменов, как якобы независящих от человеческих действий, совершаемых помимо воли людей и ведущих к предопределенному финалу, как правило, оцениваемому позитивно. В парадигме прогрессистского развития все нынешнее многообразие форм семейной жизни оценивается по степени приближения их к идеалу современной семьи.
В концепции исторического отмирания многодетной семьи утверждается, что социальные действия, направленные на самосохранение существующих поколений, а не на воспроизводство их, ведут к сокращению рождаемости вплоть до однодетности, т.к. в социуме нет регуляционного механизма защищающего от этого поворота событий. Становление индустриального капитализма связанное с разделение семьи и работы, вовлечением женщин в производство и эмансипацией детей от семьи было подготовлено революцией идей, где семья рассматривалась как тормоз к прогрессу общества и личности. Философия государственничества (Гоббс, Дж. Ст. Милль, Ж.. Руссо) способствовала распространению общественного мнения, направленного на "освобождение" личности от "деспотизма" семьи. В русле этой направленности осуществлялась государственная политика по ограничению автономии семьи как института. Факты злоупотребления родительской властью служили поводом для отмены права родительского контроля над детьми в связи с запретом детского труда, всеобщим школьным образованием, борьбой с беспризорностью и девиантным поведением детей и подростков и т.п. На фоне перехвата семейных функций другими институтами эмансипация индивида от семьи привела к усилению контроля государства над личностью.
Огосударствление семейной жизни сужает суверенитет семьи и сферу частной жизни, поскольку ограничивает первичность, интимность семейных отношений. Современное государство становится терапевтическим и превращает полную семью (и ее осколочные формы) в клиента государственных служб. В связи с неэффективностью семьи как института (невыполнение специфических функций, элиминирование автономности семьи, снижение привлекательности брака и семьи для личности) возникает задача приватизации семейной жизни. Активная семейная политика по укреплению полной семьи с несколькими детьми предполагает такое устранение кризиса семьи, при котором ограничиваются регламентированные воздействия государства на разъединение семейных поколений, на сведение семейности к супружеству и к семейным диадам типа "мать-ребенок", "взрослый - иждивенец" и др.
2.2. Современное состояние семьи в РФ. Кризис или эволюция
За последние десять лет и в научной социологической литературе, и в массовой популярной печати термин "кризис семьи" буквально прорвался в употребление и образует своеобразный стереотип восприятия современных семейных проблем. Порой этот термин используется в качестве некоторой аксиомы, используемой для обозначения исходного пункта понимания общей ситуации в данной сфере, и трактуется как кризис социального института, системы ценностей фамилизма (семья перестает быть ценностью для людей, исчезают мотивы, побуждающие их вступать в брак и заводить детей)7. Сюда добавляются такие негативные явления как подъем уровня разводимости, распространение идеала однодетной семьи, невыполнение семьей своих функций, ослабление родственных связей, а также распространение различных девиантных форм семейного поведения. В этом кризисе, в частности, видится первопричина российской депопуляции8.
Между тем, заслуживает рассмотрения вопрос о том, какие представления скрываются за этой аксиоматикой. Этот вопрос отнюдь не праздный, он связан с формированием социологического подхода к изучению семьи, выработкой соответствующих исследовательских программ. Современная семья - наиболее приватная сфера социокультурной реальности и здесь, как нигде, проявляются последствия так называемой индивидуализации жизненных стилей, увеличивающейся вариативности ее модели. Все это вряд ли можно оценить с точки зрения какого-то нормативистского масштаба. Наличие же указанных кризисных атрибутов в реальности нуждается в социологическом доказательстве. Существуют исследования, результаты которых делают подобные диагнозы проблематичными9 (нельзя безапелляционно утверждать - семья перестает быть ценностью).
Наиболее подробно понимание кризиса современной семьи изложено у Антонова А.И., Мед-кова В.М. и др. Краеугольный камень этой позиции составляет положение о существовании двух научных парадигм, имеющих мировоззренческий смысл, - "либерально-прогрессистской", или эволюционной, и "консервативно-кризисной". Смысл первой парадигмы заключен в убеждении, что на обломках старой традиционалистской семьи возникают новые альтернативные структуры семьи, а второй - в предупреждении возможности исчезновения семейного образа жизни и в необходимости укрепления семейных основ бытия, объяснении его дисфункций и патологии.
Вторая парадигма явно содержит два момента: во-первых, определенную оценку исторического процесса, приведшего к изменению семьи и некий идеал семейного бытия; во-вторых, рассмотрение семьи как социального института в русле парсонианских идей. История уже предложила вариант семейной целостности, самосохраняющейся, противостоящей воздействиям извне -традиционалистскую (патриархальную) модель семьи. Крестьянскую по преимуществу. Для нее характерны родственно-семейный принцип организации жизни; "перевес ценности родства над максимизацией выгод индивида", над экономическими целями индивида; естественность домохозяйства в качестве основы семейной жизни; социокультурная заданность семейных ролей, принцип семейного "Мы" в отношении с внешним окружением; семьецентризм в противовес эгоцентризму; многодетность в противовес малодетности; семейный авторитет в социализации детей. Вряд ли в связи с этим возможно выставление требования возвращения в прошлое, скорее идеал традиционализма призван использоваться в качестве некоторой шкалы оценок происходящих изменений в семье, поиска социокультурных констант семейной жизни. Таким образом, можно заключить о выдвижении нормативистского подхода.
Россия переживает кризис "фамилистической цивилизации", считают А.И. Антонов и В.М. Медков10, усматривая корень кризиса в семейной аномии - нарушении семейного равновесия, распада семейных связей, ценностных ориентации. Социокультурная тенденция индивидуализации жизни, отмечаемая на протяжении нескольких столетий, описывается как конфликт между личностью и обществом, скрываемый иллюзией роста самосознания личности, увеличения экологической, политической, демографической и т.п. сознательности, которая призвана расширить на основе свободы выбора зону личных решений и ответственности во благо общества. "Эмансипация личности от семьи и нуклеаризация самой семьи, разъединение семейных поколений, массовость малодетной семьи и ее несостоятельность в такой социализации потомства, когда оно готово мотивироваться к действиям, отвечающим нуждам общества, потому, что оно прежде в семье мотивируется подчинять эгоцентрические интересы семейным, -все это привело в XX в. в промышленно развитых странах к устранению семейного влияния, посредничества семьи в противостоянии личности и общества"11.
Посредничество семьи понимается институционально. Так, являясь базисной институциональной подсистемой общества, семья призвана, как утверждал Т. Парсонс, "увязывать органическую систему с человеческой деятельностью". Невыполнение семьей своих функций (репродуктивной и социализационной) свидетельствует о глубокой институциональной дисфункции. Наблюдаются и структурные изменения в семье - различные составляющие (брак, родительст-во, дети, домохозяйство) как бы приобретают самостоятельное значение. Принципиально новые модели семьи выступают, с этой точки зрения, остатками деградации расширенной семьи, которые указывают на отмирании семьи вообще, а не только "традиционной семьи"12. Подобный пессимистический, скажем так, алармистский взгляд не исключает иных трактовок кризиса семьи. Например, Свадьбина Т.В. склонна употреблять несколько смягченное выражение "точка бифуркации" и полагает, что нужно определить, в каких параметрах семьи -как социального института, малой группы, формы социальной общности или экономической ячейки общества - наблюдается ее кризис. В какой ипостаси возможна модернизация ее форм? Например, Свадьбина Т.В. считает, что в отечественном семьеведении преобладает трактовка семьи как исключительно нравственно-психологического союза, с одной стороны, и девальвация институционального взгляда на семью как социальное явление, с другой13. Она полагает, что кризис семьи связан с крахом семейной экономики, с разделением работы и дома, и выход видит в перспективе развития постиндустриальной цивилизации в версии О. Тоффлера, восстанавливающей статус малого семейного бизнеса. Только на этой основе возможны преодоление кризисных явлений семьи как социального института и малой группы.
Институциональной парадигме противостоит ценностная концепция моделей семьи, которая выше обозначена как эволюционная. В отечественных исследованиях известны работы С.И. Голода еще в начале 80-х годов XX в., в которых в духе М. Вебера предлагалось в современном обществе рассматривать реалии трех идеальных типов моногамии - патриархального, детоцентристского и супружеского. Сегодня можно констатировать, что эта гипотеза нашла сторонников, а не только критиков, и очевидное признание множественности идеальных типов семей, фактический плюрализм их моделей.
В общекультурном плане меняются ценностные приоритеты, возвышается ценность человеческой жизни, происходит движение от публичности к приватности, самореализация личности обретает ценностно-целевой характер. В результате социальных сдвигов, экономической и гражданской эмансипации женщин тенденции, сопровождающие индивидуализацию мужчин (расширение избирательности в семейно-брачном поведении, рост внутренней ответственности за семью и автономии от социальных общностей), распространяются на женщин. Многообразные стратегии "ненасильственной" социализации детей опираются на воспитание их самостоятельности, умении разрешить жизненные проблемы, трудности межличностного общения. Естественно, все это предполагает достаточно высокий уровень морально-нравственного развития индивидов, а без этого не исключены издержки и в отношениях между супругами, и с детьми. Супружеский тип семьи с этой точки зрения выступает во всей сложности, хрупкости; очевидным становится, что ее создание и сохранение нельзя уподоблять неким шаблонам, заранее запрограммированным действиям, а потому простым и ясным. Кризисные тенденции как раз и связаны с переходом от патриархальных стандартов к новым ценностным ориентирам.
На наш взгляд, выдвижение концепции ценностных типов семьи обладает плодотворностью в осмыслении современных проблем семьи. Вместе с тем обращение с данной концепцией будет корректным, если не забывать, что мы имеем дело с определенной научной конструкцией, идеально-типической, которая, подобно художественному образу, не имеет непосредственного аналога в действительности. Назначение этого познавательного инструмента в ином - в обнаружении близости реального объекта к тому или иному типу, анализе соответствующих практик, коллизий и конфликтов, выявлении возможных тенденций изменения в конкретных социокультурных условиях.
Близки к этой концепции ценностных моделей семьи тендерные исследования, в которых пересматривается нормативистский институциональный анализ, а статусно-ролевые семейные отношения рассматриваются в изменениях, модификациях под влиянием различных практик. Вариативность семейных стилей во многом выступает продуктом стихийной адаптации к изменяющимся экономическим обстоятельствам и выработки стратегий разными группами, так или иначе реализующими свои жизненные ценности.
Феномен многообразия моделей семьи и зарубежными, и отечественными исследователями связывается с глубокими социальными изменениями, имеющими глобальные и национальные характеристики и выражающимися в смене ценностных парадигм. Традиционная парадигма, доминировавшая после Второй мировой войны, заменяется инновационной парадигмой, личностно ориентированной, децентралистской, направляющей на саморазвитие и автономию личности в вопросах выбора стратегии поведения. Естественно, это изменение сводить к ценностно-нормативному произволу, аномии было бы крайне необоснованно. Речь идет о замене жестко регулирующей роли традиции, внешнего авторитета, института ответственностью и возможностями рациональности личности в определении целей, ориентиров, идеалов своей жизни. Вариативность, плюрализм типов семей отражает повсеместно происходящий процесс размывания стандартной системы семейно-брачных поведенческих норм, содержания семейных ролей, но вместе с тем индивид приучается самостоятельно выбирать для себя рамки бытия, выработанные культурой, отделять ценное, выработанное и проверенное культурой от имитации, поддельного, в конечном счете разрушительного.
Вместе с тем применительно к тематике кризиса семьи очевидна перспективность сближения различных подходов, прежде всего ценностного и институционального. Возможности в этом направлении подсказывает история социологии в России. Имеется в виду позиция П. Сорокина, который еще в 1916 г. писал о семье (как общественном установлении), которая "переживает острый перелом; старые и отчасти современные ее формы мало-помалу исчезают и уступают место иным формам, известным пока в общих чертах". На основе статистического материала он показал, что союз мужа и жены, союз родителей и детей и союз родственников и свойственников ослабевает. Ослабление супружеской связи демонстрируют растущий процент разводов, уменьшение числа браков, рост внебрачного союза, проституции, падение рождаемости детей, освобождение женщин из-под опеки мужа и изменение их взаимоотношений, уничтожение религиозной основы брака, все более слабая охрана супружеской верности и самого брака государством. Падение неограниченной родительской власти над детьми делает их равноправными с отцами личностями. Все эти институциональные изменения связываются им со степенью плотности населения, развитием крупных городов и промышленных центров, ростом свободы личности, фактом эмансипации женщин, падением старых религиозных верований. "Семья, - пишет он, - как бы тает и рассасывается, распадаясь на части, теряя одну за другой свои связи и свои функции...". Но этот процесс есть и освобождение "личности из пеленок семейного права" и будущая семья, по его мнению, склеится свободным соглашением, вызванным "действительной любовью симпатией и взаимным уважением одних к другим".
Этот ценностный аспект кризиса семьи осмысливался им позднее в контексте трактовки кризиса культуры западного общества, характерной чертой которой являются своеобразный перекос творческой деятельности в пользу Правды и Красоты - открытий, изобретений, творчества в области эмпирических наук и мирской красоты, искусств, и отставание сферы Добра, регресс в моральном отношении. Новое здание принципиально иной культуры, в его терминологии идейной или идеалистической (интегральной), еще не построено и человечество как бы зависло в этом переходном, промежуточном состоянии, чреватом войнами, революциями, мятежами, преступлениями, моральной анархией. Причем, под явлением культуры он понимал "нематериальный компонент" "смысла" (как идея, ценность, моральная норма), положенный на физический и/или жизненный компоненты. В работе "Моя философия - интегрализм" он констатировал подтверждение своего диагноза-прогноза. В рамках столетий старой культуры человек оставался мягко говоря неизменным, таким же "эгоистичным и в такой же степени подвластным биологическим силам "борьбы за существование"14, секса, погони за наслаждениями, материальными ценностями". Нарушение равновесия в высшем триединстве величайших ценностей (Правды, Красоты, Добра) привело к "взрыву индивидуального и группового индивидуализма, а также к усилению и ужесточению межличностных и межгрупповых конфликтов", кровавым катастрофам XX в.
Выход он видел в увеличении производства и аккумуляции неэгоистической любви к человеку и человечеству (добра), только так можно остановить моральную деградацию человека до уровня "усложненного человеческого животного, оправдывающего с помощью напыщенных идеологий наихудшие из своих действий", человека, потерянного "в дебрях дезинтегрированного чувственного мира и общества". Вместе с тем он признавал, что об этой любви мы знаем мало и в качестве ее проявлений и указаний на нее называл следующее: любовь - это сердце и душа свободы и всех основных моральных и религиозных ценностей, это сильное противоядие против тенденций преступности, патологии самоубийств, против ненависти, страха, психоневрозов, она продлевает жизнь, животворит физическое, духовное и нравственное здоровье; дети, лишенные любви, имеют тенденцию к моральному и социальному уродству. И сравнивая различные группы людей, в том числе дружеские, религиозные, касты и т.д., он отдавал предпочтение в производстве любви семье как особой организации, в которой только и могут новые поколения людей воспринимать в процессе детского воспитания дух любви, ее особую атмосферу взаимности, бескорыстности, жертвенности и потом уже во взрослом возрасте искать и стремиться воспроизвести этот дух15.
В идеях П. Сорокина выражено современное понимание семьи как величайшей культурной ценности. В наши дни общекультурное значение представляет вопрос, как связать индивидуализм, вменяемый обыденной жизнью, с первоначальной для человека ценностью межиндивидуального единения, индивидуализм и коммунитарность. И здесь, вероятно, предстоит огромная моральная работа во всех сферах жизни, но, возможно, в сфере семейных отношений она окажется наиболее важной.
2.3. Будущее семьи
По мнению ряда исследователей16, современная российская семья находится в процессе модернизации, суть которого в переносе “центра тяжести” в системе взаимодействий “социум-семья-индивид” с общества на индивида. На первый план выходит удовлетворение индивидуально-личностных потребностей отдельных представителей семейной общности в обход решения общесемейных задач и выполнения всей совокупности семейных функций.
На протяжении всей своей истории институт семьи служил в большей степени обществу, чем индивиду. И только в наши дни семья как малая группа становится структурой, жизненно необходимой для отдельной личности. Иерархия соподчиненности внутри взаимосвязи “общество-семья-индивид” приобрела противоположный вид, и теперь это взаимосвязь “индивид-семья-общество”. В данной перемене – корень модернизации института семьи в России.
В чем же проявляется эта перемена? Прежде всего в отсутствии на сегодня единого исторического типа семьи и наличии возможности выбора. Существует два ключевых варианта: традиционный, восточный (власть мужа, святость супружества, многодетность, непопулярность развода) и модернизационный и сверхмодернизационный – западный (супружеское партнерство, малодетность, разнообразие вариантов и типов семейных структур). При этом быстрые, кардинальные изменения испытывает западный вариант, демонстрируя, например, новые формы брака: бигамию, групповой брак, партнерство вне брака и т.п.
В этом контексте перемена проявляется в разрыве между брачными и семейными отношениями (мы уже ранее говорили о пробных браках, о семейных группах кровнородственного типа, о неполных семьях и т.д.).
Если посмотреть на процесс модернизации с точки зрения выполнения российской семьей своих функций, то здесь очевидны существенные изменения. Реформы 90-х гг. ХХ в. то ослабляли, то усиливали процесс утраты российской семьей своей экономической независимости. Семья оказалась на грани финансовой несостоятельности и потребности в переходе на полное (для отдельных категорий семей) или частичное (для основной их части) государственное обеспечение. Именно в таком положении (об этом мы говорили чуть раньше подробно) находятся семьи инвалидов, пенсионеров, многодетные семьи, семьи безработных и студентов, мигрантов и вынужденных переселенцев, неполные семьи и т.д.
На фоне неэффективности осуществления семьей своей экономической функции, исполнение ею всех других социальных функций становится необязательным. Среди них усиливается, пожалуй, роль лишь одной – функции эмоциональной поддержки как психотерапевтической, релаксационной, позволяющей индивиду снять стресс, освободиться от того перенапряжения нравственных и физических сил, которое является следствием интенсификации общественного труда. Приходится констатировать, что семья, приспособившись к ухудшившимся жизненным условиям и перейдя на режим экономии материальных и духовных ресурсов, была вынуждена до минимума свернуть свою структуру и сократить немалую часть своих функций.
К условиям кардинальных общественных перемен адаптировалась не столько семейная группа, сколько отдельная личность, разделив свое “Я” на семейное и внесемейное и выбрав для себя ту модель брачности и родительства, которая для нее удобнее в изменившихся социальных условиях.
Можно даже сказать, что в процессе социальных трансформаций личность в определенной степени вступила в противоречие с институтом семьи так же, впрочем, как и институт семьи с обществом, которое на практике игнорирует социальную сферу. Такое положение сохранится до тех пор, пока со стороны государства и общества не будет реально признан приоритет интересов семьи над иными социальными интересами, а личность не почувствует больших преимуществ в семейном образе жизни по сравнению с несемейным.
В современном российском обществе институт семьи занимает подчиненное положение, зависит от других социальных институтов. И более всего от института государства. Эта зависимость усложняется в силу того, что государство, как основной проводник социальной и семейной политики, заняло выжидательную позицию по отношению к семье, рассчитывая на ее самостоятельный выход из критического положения.
В итоге, если в недалеком прошлом семья выступала в качестве посредника между обществом и индивидом, то в эпоху перехода к новым социальным отношениям соотношение сил между данными субъектами деятельности меняется. Сегодня посредническую миссию берет на себя индивид, и пока лишь его усилиями скрепляется семейная общность, сохраняется институт брачно-семейных отношений. В связи с этим актуальнейшей задачей, в реализации которой должны быть задействованы социальные работники, становится создание обществом через посредство государства благоприятных условий для сохранения устойчивости модернизировавшегося института семьи и повышения авторитета семейной общности в общественном сознании.
Решению этих задач служит, в частности, формирование новых политических подходов и соответсвующей законодательной базы государственной семейной политики, которая, в основном, отвечает принципам демократического федерального правового социального государства, провозглашенного новой Конституцией Российской Федерации.
В основу новой концепции государственной семейной политики положены важнейшие международно-правовые документы Организации Объединенных Наций, Международной организации труда, Европейской социальной Хартии.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В заключение отметим основные моменты. рассмотренные в работе и сделаем выводы.
Мысли и интересы детей отнюдь не ограничиваются теми рамками, какие мы воображаем, предполагая, что их мир — это детская и сверстники. Они интересуются взрослыми, ищут их общества, по-своему наблюдают их, предъявляют к ним свои требования и судят их. Конечно, их запросы и интересы детские, их суждения — детские, но они существуют, и рядом с индивидуальными чертами здесь, как увидим, можно подметить и нечто общее. Наблюдения детей касаются не только характеров и отношений, непосредственно затрагивающих их интересы, но захватывают область гораздо шире. Им есть дело до того, как живут между собой отец с матерью, какое занимает общественное положение отец, любимы ли и уважаемы ли родители и прочее. Жизнь взрослых членов семьи кладет свои отпечатки в их сознании гораздо раньше, чем они начинают отдавать себе отчет, что у них уже сложились привычки, потребности, вкусы, готовые представления и сознание...
Семья - неотъемлемая ячейка общества, и невозможно уменьшить ее значение. Ни одна нация, ни одно сколько-нибудь цивилизованное общество не обходились без семьи. Обозримое будущее общества также не мыслится без семьи. Для каждого человека семья - начало начал. Понятие счастья почти каждый человек связывает прежде всего, с семьей: счастлив тот, кто счастлив в своем доме.
Семья - это и результат, и, пожалуй, еще в большей мере - творец цивилизации. Семья - важнейший источник социального и экономического развития общества. Она производит главное общественное богатство - человека.
Когда человек относится к семье как к важнейшей жизненной ценности и в создании ее крепкой и счастливой видит одну из главных задач своей жизни, то можно быть уверенным, что фундамент такой семьи прочен и внутренние ее силы позволят ей устоять в любых жизненных бурях. И наоборот, если на семейную жизнь он смотрит как на явление обыденное, а на свои семейные обязанности как на нечто малозначащее, отягощающее, то тогда трудно ожидать, что внутренние силы самосохранения этой ячейки, ее фундамент будут крепки. Будущее такого семейного союза практически предопределено. Это или безрадостное, наполненное постоянными неурядицами сосуществование, или его распад.
Семья как
социальный
институт возникла
с формированием
общества. На
первых порах
его развития
отношения между
мужчиной и
женщиной, старшим
и младшим поколением
регулировались
племенными
и родовыми
обычаями. С
возникновением
нравственности,
религии, а затем
государства
регулирование
половой жизни
приобрело
нравственный
и правовой
характер. Это
позволило еще
больше усилить
социальный
контроль над
браком. С развитием
общества происходили
определенные
изменения в
брачно-семейных
отношениях.
Жизнь
семьи и ее социальные
функции многогранны.
Они связаны
с интимной
жизнью супругов,
продолжением
рода, воспитанием
детей. Все это
основывается
на соблюдении
определенных
нравственных
и правовых
норм: любви,
уважения, долга,
верности и т.д.
Семья - это
такой фундамент
общества и
такая микросреда,
климат которой
способствует
или препятствует
развитию моральных
и физических
сил человека,
становлению
его как социального
существа. Именно
в семье закладываются
те нравственные
основы, которые
способствуют
развитию
личности.
Семья
оказывает самое
большое влияние
на личность
ребенка. В сфере
воздействия
семьи одновременно
сказываются
и интеллект
и эмоции ребенка,
его взгляды
и вкусы, навыки
и привычки.
Семейное воспитание
имеет практически
всеобъемлющий
характер, ибо
оно не сводится
только к внушению,
а включает в
себя все формы
воздействия
на формирующуюся
личность: через
общение и
непосредственное
наблюдение,
труд и личный
пример окружающих.
Иными словами,
развитие ребенка
органически
вписано в
жизнедеятельность
семьи. Воспитательную
функцию семьи
трудно переоценить.
Общество кровно заинтересовано в прочной, духовно и нравственно здоровой семье. Она требует внимания и помощи со стороны государства в выполнении социальных функций, воспитании детей, в улучшении материальных, жилищных и бытовых условий.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Антонов А.И., Медков В.М. Социология семьи. – М.: Изд-во МГУ, 1996.
Антонов А.И. Современная семья: два взгляда на одну проблему // Семья в России. 1999. № 1-2. С. 34. - с. 30-40.
Бодрова В.В, Репродуктивное поведение как фактор депопуляции в России // Социол. исслед. 2002. № 6Бойко В.В., Оганян К.М., Копытенкова О.И. Социально защищенные и незащищенные семьи в изменяющейся России. – СПб, Издательство “Сударыня”, 1999.
Голосенко И.А. Социология Питирима Сорокина (русский период деятельности). – Самара: Социологический центр “Социо”, 1992.
Груко ТА. Родительство в изменяющихся социокультурных условиях // Социол. исслед. 1997. № 1.
Ионин Л.Г. Культура и социальная структура // Социол. исслед. 1996. № 3
Карцева Л.В. Модель семьи в условиях трансформации российского общества // Социол. исслед. 2003. № 7.
Климантова Г.И. Государственная семейная политика современной России: Учебное пособие. – М.: Издательско-торговая корпорация “Дашков и К”, 2004.
Медков М.В. Семьи "звезд" шоу-бизнеса // Социол. исслед. 2002. № 1. С. 131.
Панкова Л.М. Человек и семья: философский анализ формирования культуры брачно-семейных отношений. Автореферат докторской дисс. – СПб, 2003.
Рябова Г.Б. Семьеведение. Учебное пособие. - Томск: Томский межвузовский центр дистанционного образования, 2004. - 171 с.
Савинов Л.И. Семьеведение: Учебное пособие. - Саранск: Издательство Мордовского университета, 2000.
Свадъбина Т.В. Семья и российское общество в поиске обновления. Нижний Новгород, 2000.
Семейный кодекс Российской Федерации (краткий комментарий) – М.: Издательство БЕК, 1996.
Сорокин П. Моя философия - интегрализм // Социол. исслед. 1992. № 2. С. 135.
Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992. С. 148-149.
Федотова Ю. В. Проблема понимания кризиса семьи. М. 2002. – 108 с.
Черняк Е.М. Социология семьи: Учебное пособие. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательско-торговая корпорация “Дашков и К”, 2003.
Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений. Курс лекций. – М.: Апрель-Пресс, издательство ЭКСМО-Пресс, 2000.
Есть ли будущее у нуклеарной семьи. //
demoscope/weekly/knigi/konfer/konfer_015.html
1 Антонов А.И., Медков В.М. Социология семьи. – М.: Изд-во МГУ, 1996. – С. 65.
2 17, Раздел 2, Глава 3, ст. 12, 13, 14. Семейный кодекс Российской Федерации (краткий комментарий) – М.: Издательство БЕК, 1996.
3 Шнейдер Л.Б. Психология семейных отношений. Курс лекций. – М.: Апрель-Пресс, издательство ЭКСМО-Пресс, 2000. - C. 112-114.
4 Там же. С. 68-69.
5 Основы социологии. Курс лекций. / Под ред.