Социальные ограничения: содержание, структура, функции
В соответствии с диалектикой ограничений и свобод структурно-демографические социальные ограничения, замыкая личность или группу в рамки социальных структур, дают им возможность самореализации в соответствии с возможностями этих структур, но в то же время лишают возможностей реализовать потенциалы, свойственные другим структурам. Если же человек или группа не желают использовать данные им в обществе возможности, то его структура приобретает для них отчуждённый и негативно-ограничительный характер. В последнем случае вся система социальных ограничений может быть представлена как паутина или сеть, наброшенная на индивида или группу. В принципе, эта ситуация так или иначе имеет место всегда, хотя не всегда осознаётся. Чтобы этого осознания не произошло и не возникло стремления к избавлению от этой сети, главной функцией всей системы социальных ограничений становится формирование социально ограниченной личности, для которой внешняя социальная ограниченность стала бы внутренней, овнутрилась.
Для Э. Фромма овнутрение внешнего социального принуждения стало одной из важнейших предпосылок становления тоталитаризма. Э. Фромм исследует один из вариантов социально-ограниченной личности, а именно «авторитарную личность» (См. 422). Основу этой личности по Э. Фромму составляет садомазохистский комплекс власти – подчиненности. Властвуя над кем-то, «авторитарная личность» реализует свои садистские тенденции, а подчиняясь, или мучая (ограничивая) себя – мазохистские. Истоки формирования «авторитарной личности», как массового для Западной Европы явления, Э. Фромм видел в распространении протестантизма, провоцировавшего развитие садомазохистских комплексов под видом «любви» к Богу. Освободив человека от патронажа церкви, М. Лютер сделал его изолированным и бессильным, «овнешнение благодати» превратило человека в «средство», лишённое внутренней самоценности и вынужденное добывать материальную благодать путём унижений. В кальвинизме попытки избавиться от внутренней неуверенности, вылились во внешний активизм, культ труда и накопительства. Э. Фромм называет протестантизм религией запуганного, невежественного и оторванного от корней одиночки, внутренне враждебного свободе и ставшего «авторитарной личностью».
Другой вариант социально ограниченной личности, на этот раз «демократической» описывает А. Макинтайр. «Демократическая личность» не обладает ни стабильной социальной идентификацией, ни устойчивыми моральными принципами, ни постоянными политическими предпочтениями. Она готова быть кем угодно. Выполнять любую социальную роль. Голосовать за любого кандидата… Исповедовать любую религию… Соглашаться с любой концепцией и точкой зрения, если только они не нарушают общих правил потребительского, менеджерского и терапевтического отношения к действительности»(260, с.8). Будучи, по сути, пустым местом, эта личность обладает только преемственностью тела. «А тело - это комплекс желаний, потребностей и эмоций. В итоге тотальный произвол стал нормой жизни современного общества. Ни о какой «рациональности» не может быть и речи» (Цит. по 260, с.9), – считает А. Макинтайр. Даже память у этой личности подвержена коррозии. «Функционирование памяти в тоталитарных и демократических обществах в принципе одинаково. «Гонка информации» и интеллектуальные «моды» (типа постмодернизма) заменяют обсуждение принципиальных мировоззренческих проблем» (Цит. по 260, с.8), – отмечает А. Макинтайр.
Таким образом, если для «авторитарной личности» характерно следование деструктивным и ограничительным комплексам в отношении себя и окружающих, то у «демократической личности» социальная ограниченность проявляется в выраженной поверхностности и тотальном конформизме.
Вероятно, можно найти и другие конкретные варианты социально ограниченной личности, но лучше всё же выявить их общий архетип, дав определение подобной личности. Определение это таково: социально ограниченная личность – это социально сформированная психоментальная структура, отчужденная от внутренней врожденной природы (эта природа может быть те только животной, но и душевной и духовной), её носителя, стереотипически ограниченная, сформировавшим её обществом, в своем мышлении, восприятии и поведении, не способная выйти за пределы этих стереотипов и управляемая по преимуществу из вне. Поведение и мышление такой личности носит по преимуществу реактивный характер, внутренние же импульсы этой личности либо подавляются (в частности и усилиями «психоаналитиков»), либо искажаются социально ограниченной личностной структурой, причём чаще всего это происходит одновременно. Эта личность «вооружена» набором ложных стереотипов мышления и поведения, которые как раз и являются главным препятствие на пути построения всех утопий и идеальных государств. Формирование подобной социально ограниченной личности и является главной негативной функцией и результатом всей системы социальных ограничений.
Структурно-демографические социальные ограничения тесно связаны с другими формами социальных ограничений, однако, в современном обществе их роль снизилась. «Развивающееся денежное хозяйство проникало в сельские общины, действуя точно разъедающая кислота, на их исконный, основанный на натуральном хозяйстве образ жизни. Родовой строй абсолютно не совместим с денежным хозяйством» (481, с.126), – писал Ф. Энгельс. Это означало замену структурно-демографических социальных ограничений, составляющих основу родоплеменного общества, экономическими. Опасность реставрации родоплеменного общества побуждает адептов экономикоцентризма вести постоянную борьбу с национализмом, религиозным фундаментализмом и всеми прочими видами неэкономических основ социальной организации. Функцию подавления этно-конфессионального сознания выполняет структурирование населения на основе гражданства, а не религии или национальности. Так структурно-демографические социальные ограничения связываются с экономическими и подменяются ими.
Подводя итоги, отметим, что в данном разделе были показаны основные функции концептуальных, идеологических, языковых, этических, эстетических и онтологическо-гносеологических социальных ограничений, а также функции вторичных, форм социальных ограничений: политико-управленческих, правовых, информационно-образовательных, экономических, военно-силовых, технико-технологических и структурно-демографических в соответствии с авторской моделью структуры социальных ограничений. Описан смысл объемлющей их социально ограничительной функции, заключающийся в создании социальных границ восприятия, мышления и поведения. Введено в понятие социально ограниченной личности как негативного продукта господствующих социальных ограничений. Представленные в данном разделе функции социальных ограничений являются достаточно общими и, наверное, могут быть дополнены. Однако и уже представленная модель даёт определенное представление о них и возможные направления их дальнейшего осмысления и изучения. Эти функции могут в некоторой степени меняться и корректироваться в зависимости от конкретных условий их реализации, а также специфики той концепции и выражающей её идеологии, которую они обслуживают. Дальнейшей конкретизацией функций социальных ограничений будут особенности их реализации в различных политических и социальных системах, а также принципы и методы их реализации в обществах. Рассмотрению этих вопросов могут быть посвящены дальнейшие исследования.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
В данной небольшой работе поднята и, надеюсь, в какой-то степени «решена» проблема социальных ограничений. Полностью, наверное, эта проблема разрешена быть не может, в том смысле, что социальные ограничения являются и должны являться неотъемлемым атрибутом любого общества и без них общество существовать не может. Там где нет социальных ограничений, там нет и общества. Поэтому, решение этой проблемы в смысле её полного снятия лежит уже за пределами общества. В обществе же постоянно происходят процессы изменения социальных ограничений, когда снятие одних ограничений, к сожалению, неизбежно порождает другие в духе известной гегелевской спирали развития.
Однако задачей данной работы было не снятие каких-либо социальных ограничений, а нахождение путей и подходов к их исследованию, которое только и может стать путём к их содержательному и структурному совершенствованию в интересах отдельного человека и всего общества в целом. Пока мы не задумываемся о том, что такое социальные ограничения, шансов на подобное их усовершенствование у нас немного. К сожалению, материалы подобных исследований могут быть использованы и в негативных целях подавления личности и общества. Такова печальная закономерность всех научных исследований и открытий.
Представленная здесь модель социальных ограничений носит, прежде всего, исследовательский характер, поэтому проблемы её соответствия общественным реалиям, в общем-то, не существует, в отличие скажем от моделей тоталитаризма. Если в каком-то обществе не обнаруживается каких-то компонентов этой модели, например идеологии, то это ещё не значит, что их нет, возможно, их или недостаточно хорошо искали или не захотели найти. Если чего-то нет в чьём-либо рациональном сознании, это ещё не значит, что этого нет вообще. Тем не менее, мало кто будет оспаривать наличие в обществах языковых, этических, гносеологических, правовых, структурно-демографических и прочих социальных ограничений в тех или иных формах и разновидностях.
Задачей представленной здесь модели является помимо постановки проблемы, создание инструментов её исследования, в данном случае инструментов интеллектуальных, позволяющих из окружающего нас хаоса впечатлений и фактов выделить и структурировать нечто важное, позволяющее их осмысливать и изменять. Эта задача в данном исследовании решена. Могут быть, конечно, и какие-то другие её решения и дополнение уже осуществлённого, но для исследования данного вопроса это было бы только на пользу, создавая для него разнообразие методологического инструментария.
Далеко не все возможные аспекты осмысления данного вопроса нашли своё выражение в данной работе. В частности не рассматривались, например, метафизические аспекты ограничения и неограниченности. Так, уже само бытие ограничено тем, что оно есть.
Не были описаны также и более конкретные и частные аспекты реализации социальных ограничений, как, например, потенциальные и актуальные возможности их осуществления в различных типах обществ: традиционном, индустриальном, постиндустриальном, или рабовладельческом, феодальном, буржуазном; в различных политических системах: авторитарной, тоталитарной и демократической; принципы, направления, а главное, методы создания социальных ограничений, пути и способы преодоления и снятия тех или иных социальных ограничений, возможности их гармонизации в рамках одной системы.
Может быть также рассмотрена и история представлений о социальных ограничениях, история их собственного развития, производиться сравнительный анализ социальных ограничений в различных социальных системах.
Возможны исследования социальных ограничений и в каких-то более частных социальных сферах, например в науке, образовании, религиях или социальных процессах – например социальные ограничения в процессе глобализации или социальные ограничения и манипуляция сознанием.
Все эти исследования могут быть осуществлены в дальнейшем, в том числе и автором данной работы. С другой стороны многие уже имеющиеся исследования для выявления соответствующих проблем и вопросов имеет смысл рассмотреть в ракурсе заданном этой работой. Например, являются ли социальными ограничениями актуальные сегодня экологические ограничения и «пределы роста», о которых в частности писал А. Печчеи (325)? При ответе на этот вопрос и может быть использована разработанная в данном исследовании модель. Во-первых, здесь необходимо указать, что экологические ограничения могут иметь разные причины и быть обусловлены как объективными природными (внесоциальными) ограничениями в виде особенностей климата или отсутствия (нехватки) тех или иных ресурсов, так и результатом негативного воздействия общества на природу. Сам же по себе вопрос отношения общества и природы, его характер и особенности, бесспорно, является важнейшим, а потому, так или иначе решается именно на уровне концепции цивилизационного развития. Поэтому, в зависимости от его решения на уровне концептуальных ограничений, выстраивается и вся система социальных ограничений. Для современной цивилизации как раз и необходимо изменить свои базовые установки по отношению к природе на более экологичные и природосберегающие, перестроив на этом основании свою этику, науку, политику, право, экономику, образование, технологии, социальную структуру и военное дело. Современная цивилизация должна добровольно наложить на себя экологические ограничения и включить их в как обязательный компонент в свою систему социальных ограничений во имя собственного подлинного, а не мнимого благополучия и безопасности, ради сохранения природы и будущих поколений. Экологические ограничения должны превратиться из чисто природных в природно-социальные.
Об актуальности новых исследований социальных ограничений и дальнейшем изучении уже имеющихся спорить не приходится. Манипулирующая массовым сознанием бульварная пресса забита до краёв информацией о различных социальных ограничениях, нарушениях законов, являющихся одной из форм социальных ограничений, различными «рейтингами слухов», но в ней сложно найти объективный анализ динамики изменений социальных ограничений в отношении различных групп населения в результате тех же преступлений и катастроф, которые она так любит смаковать. В то же время голос науки слаб. Всё более превращаясь в эзотерику, она, по мнению Дж. Хоргана, идёт к своему концу. Однако без науки в той или иной концептуально-парадигмальной форме мы не сможем разобраться в этих проблемах и рискуем не только заблудиться, но и погибнуть в лабиринтах социальных ограничений и тисках собственной социальной ограниченности.
Общие выводы работы могут быть сформулированы следующим образом:
социальные ограничения есть неотъемлемый атрибут любого общества и без их наличия общество невозможно;
понятие «социальные ограничения» связано с категорией «необходимость» и является, таким образом, диалектическим антиподом социальной неограниченности, то есть социальной свободы;
субъектом социальных ограничений выступают в основном социально господствующие и социально активные группы и личности, а объектом – социально подчинённые и зависимые, пассивные личности и группы;
социальные ограничения представляют собой систему взаимосвязанных элементов, которая, однако, понятийно может быть выражена в различных координатах: как через систему философских категорий, так и другими способами;
системообразующим фактором социальных ограничений является воля общества к самосохранению и самоутверждению, выразителями которой оказываются господствующие в нём социальные группы. При этом социальные ограничения могут как способствовать так и мешать реализации этой цели;
структурно социальные ограничения состоят из концептуальных и идеологических ограничений, формами которых являются языковые, этические, эстетические и онтологическо-гносеологические ограничения. Конкретизацией и воплощением различных форм идеологических ограничений оказываются политико-управленческие, правовые, информационно-образовательные, экономические, военно-силовые, технико-технологические и структурно-демографические социальные ограничения;
каждый из структурных элементов социальных ограничений выполняет свои определённые функции социального регулирования, которые тесно взаимосвязаны между собой;
результатом господства и функционирования системы социальных ограничений может стать формирование социально ограниченной личности.
В своё время Н. Кузанский писал о том, что знает по настоящему лишь тот, кто знает своё незнание. Но, что значит знать своё незнание? Это означает, прежде всего, умение видеть свои границы, границы своих знаний. Также и социально свободным может быть лишь тот, кто знает социальные ограничения – свою собственную социальную ограниченность, окружающих людей и общества в целом. Решению этой проблемы и была посвящена данная работа, что и определяет её значение.
ЛИТЕРАТУРА:
Аверин Ю.П. Системы социального управления в обществе: модель социологического анализа. Дисс. д-ра соц. наук. - М., 1997. - 434 c.
Авдеев В.Б. Метафизическая антропология. – М.: Белые альвы, 2002. – 256с.
Авдеев В.Б. Преодоление христианства. – М.: Капь, 1994. – 176с.
Авдеев В.Б. Расовая теория времени. // Атеней. – 2001. -№1. – С.22-34.
Авилов Л.Ф. Цивилизация психороботов.–М.: Природа и человек, 1999.-176с.
Авторханов А. Технология власти. Fr./ Main: Посев, 1976. - 709 с.
Агамов А.А. Проблема свободы в социальной философии. Дисс. д-ра филос. наук. – Ставрополь, 1999. – 318с.
Адорно Т.В. Негативная диалектика. – М.: Научный мир, 2003. – 374с.
Аймермахер К. Политика и культура при Ленине и Сталине. 1917-1932 гг. - М.: Аиро-ХХ, 1998. – 208с.
Акимов И., Клименко В. О природе таланта. // Студенческий меридиан. – 1994. -№11-12. – 224с.
Алексеев В.П. Становление человечества. – М.: Политиздат, 1984. – 462с.
Алексеев Н.Н. Основы философии права. – СПб.: Юрид. ин-т, 1998. – 216с.
Алексеев Н.Н. Русский народ и государство. – М.: Аграф, 2003. – 640с.
Алпеева Т.М. Критика американской теории «социальной мобильности»: Автореф. Дисс. канд. филос. наук. – Минск, 1977. – 18с.
Альтернативы. – 2002. - №2.
Американская социологическая мысль. - М.: МГУ, 1994. – 496с.
Антология культурологической мысли. - М.: РОУ, 1996. – 352с.
Апокрифы древних христиан. /Ред. Окулов А.Ф. – М.: Мысль, 1989. – 336с.
Аристотель Сочинения. В 4-х т. – М.: Мысль, 1975-1983.
Арендт Х. Истоки тоталитаризма. - М.: ЦентрКом, 1996. – 672с.
Арон Р. Демократия и тоталитаризм. - М.: Текст, 1993. – 303с.
Аргуэльес Х. Зов Пакаль Вотана: Время – четвёртое измерение. - М.: Читра, 2001. – 128с.
Аргуэльес Х. Фактор Майя: Внетехнологический путь. – К.: София, 1996. –272с.
Арухова А.С. Гносеологическая проблематика в философии суфизма: Автореф. Дисс. канд. филос. наук. – Махачкала, 2001. – 20с.
Асланов Л.А. Культура и власть. Кн. 1. – М.: Теис, 2001. – 496с.
Аттали Ж. На пороге нового тысячелетия. – М.: Международные отношения, 1993. – 136с.
Барулин В.С. Российский человек в ХХ веке. Потери и обретение себя. СПб.: Алетейя, 2000. – 431с.
Бегунов Ю.К., Лукашев А.В., Пониделко А.В. 13 теорий демократии. – СПб.: Бизнес-Пресса, 2002. – 240с.
Бегунов Ю.К. Тайные силы в истории России. - СПб.: Изд-во им. А.С. Суворина, 1996. – 418с.
Беков М.Б. Социальная монополия: содержание, структура, функции. Дисс. Д-ра филос. наук. - Иркутск, 1996. – 250с.
Безлепкин Н.П. Философия языка в России. – СПб.: Искусство, 2001. – 392с.
Белова Т. Культура и власть. - М.: Филос. общество СССР, 1991. – 211с.
Белых А.К. Политическая организация общества и управление при социализме: Автореф. Дисс. д-ра филос. наук. - Л., 1967. - 35с.
Белоусов Л.С. Муссолини. - М.: Машиностроение, 1993.–368с.
Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. – М.: Academia, 1999. – 956с.
Беспалов А.И. О некоторых противоречиях марксистского подхода к проблеме отчуждения деятельности. // Актуальные проблемы гуманитарных, социальных, экономических и технических наук: Межвуз. сб. Вып. 2. Т.2 /Ред. Н.Г. Хохлов. – М.: МГИУ, 2003. – С. 54-74.
Бенуа А. «Дебилы рожают дебилов!» // За русское дело. – 2000. -№1. – С.5.
Бестужев-Лада И.В. Россия накануне ХХI века. - М.: РПА, 1997. – 230с.
Берг В. Карьера – суперигра. – М.: Интерэксперт, 1998. – 272с.
Бердяев Н.А. Духовный кризис интеллигенции. – М.: Канон, 1998. – 400с.
Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. - М.: Наука, 1990.–220с.
Бердяев Н.А. Новое средневековье. - М.: Феникс, 1990. – 84с.
Бердяев Н.А. Самопознание. - М.: ДЭМ, 1990. – 336с.
Бердяев Н.А. Смысл истории. - М.: Мысль, 1990. – 176с.
Бердяев Н.А. Сочинения. – М.: Раритет, 1994. – 416с.
Бердяев Н.А. Судьба России. - М.: МГУ, 1990. – 256с.
Бердяев Н.А. Философия неравенства. - М.: ИМА - Пресс, 1990. – 288с.
Бержье Ж. Проклятые книги. – М.: Крон-Пресс, 1998. – 144с.
Бержье Ж. Тайная война оккультных сил. – М.: Крон-Пресс, 1998. – 138с.
Бороноев А.О., Смирнов П.И. О понятиях «общество» и «социальное». // Социологические исследования. – 2003. - №8. – С. 3-11.
Библия. – М.: Библейская лига, 2002. – 1220с.
Большой толковый социологический словарь. В 2-х т. / Пер. с англ. – М.: Вече-АСТ, 1999.
Булгаков С.Н. Свет невечерний. – М.: Республика, 1994. – 415с.
Бляхер Л.Е. Человек в зеркале социального хаоса. – Хабаровск: ХГТУ, 1997. – 140с.
Богданов А.А. Всеобщая организационная наука (Тектология). В 3-х ч. - М. - Л.: Книга, 1925-1929.
Богданов А.А. О пролетарской культуре.- М.: Книга, 1924. – 344с.
Большаков А.П. Практикум по истории европейского фашизма, ч.1.- Челябинск: ЧГУ, 1997. – 410с.
Бондаренко Н.Г. Социально-философские аспекты детерминизма в становлении и развитии человека. Дисс. канд. филос. наук. – Ставрополь, 1998. – 147с.
Бородкин В.И. Психоэнергетика мышления. - М.: Фаир, 1997. – 272с.
Бжезинский З. Великая шахматная доска. – М.: Международные отношения, 1999. – 256с.
Бжезинский З. Идеология и власть в советской политике. - М.: Иностранная литература, 1963. – 128с.
Бжезинский З., Хантингтон С. Политические системы США и СССР. - Вып. 1, 2. - М.: Прогресс, 1964-1965.
Бузгалин А.В. «Постиндустриальное общество» – тупиковая ветвь социального развития? // Вопр. философии. – 2002. - №5. - С.26-43.
Бурлакова С. В. Цикличность в социальных системах: Автореф. Дисс. канд. филос. наук. - Ростов/Дон, 1997. - 23с.
Булгаков С.Н. Философия хозяйства. – М.: Наука, 1990. – 412с.
Быховская И.М. “Человек телесный” в социокультурном пространстве и времени. - М.: ФОН, 1997. - 209с.
Бюрократия и общество. - М.: Филос. общество СССР, 1991. - 250с.
Бэкон Ф. – Мн.: Современное слово, 1998. – 352с.
Василенко И.В. Человек в социуме: мотивация и мобильность. – Волгоград: Перемена, 1998. – 172с.
Василик М. А. Сущность и принципы управления социалистическим обществом. Дисс. канд. филос. наук. - Л., 1970. – 305с.
Вебер М. Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. – 808с.
Веблен Т. Теория праздного класса. - М.: Прогресс, 1984. - 368с.
Вейнингер О. Пол и характер. – М.: Форум, 1991. – 192с.
Вернадский В.И. Философские мысли натуралиста. – М.: Наука, 1988.–519с.
Вестник Российского филос. общества. – 2002. - №1.
Виндельбанд В. Избранное. – М.: Юристъ, 1996. – 688с.
Винер Н. Кибернетика. - М.: Советское радио, 1968. – 326с.
Виноградов Б. Перманентная революция в образовании. // Поиск. 5.07.2002. - №27(685). – С. 7.
Винокуров Е.Ю. Политическая философия Канта в современных зарубежных дискуссиях о глобальном политическом устройстве: Автореф. Дисс. канд. филос. наук. – М., 2001. – 18с.
Витгенштейн Л. Философские работы. Ч. 1. – М.: Гнозис, 1994. – 612с.
Власть и оппозиция. /Ред. Журавлёв В.В. – М.: РОССПЭН, 1995. – 400с.
Волосков И.В. Истоки религиозной философии Н.В. Гоголя. // Вестник МГУ Сер. 7 (Филос. науки). – 2002. - №2. – С.47-57.
Вольтман Л. Политическая антропология. – М.: Белые альвы, 2000. – 448с.
Воробьёвский Ю. Путь к апокалипсису. - М., 1998. – 395с.
Воронцов С.А. Особенности взаимодействия политических и религиозных систем: философско-методологический анализ: Автореф. Дисс. канд. филос. наук. – Ростов/Дон, 2000. – 22с.
Восленский М. С. Номенклатура. - М.: Советская Россия, 1991. – 624с.
Вэн-цзы Познание тайн. – М.: Гаолян, 1999. – 240с.
Вышеславцев Б.П. Сочинения. – М.: Раритет, 1995. – 461с.
Вышеславцев Б.П. Этика преображённого Эроса. - М.: Республика, 1994.- 368с.
Гадамер Г.-Г. Актуальность прекрасного. – М.: Искусство, 1991. – 367с.
Гаджиев К.С. Политическая наука. - М.: Междунар. отн., 1994. – 400с.
Гаджиев К.С. Тоталитаризм – феномен ХХ века. // Вопр. философии. – 1992. - №2. - С.3-25.
Газенко Г.В. Концепции власти в итальянской политологии рубежа Х1Х-ХХ веков: (Политические теории Г. Моски и В. Парето. Опыт сравнительного анализа) /АН СССР, Ин-т гос-ва и права. - М., 1988. – 259с.
Галкин А.А. Германский фашизм. - М.: Наука, 1967. – 400с.
Гаранина О.Д. Homo totus. Взаимосвязь природы и сущности человека. - М.: РФО-МГТУГА, 1999. – 204с.
Гароди Р. Основополагающие мифы израильской политики. // Атака. – Б.г. - №1. – 48с.
Гастев А.К. Как надо работать. - М.: Экономика, 1966. – 472с.
Гастев А.К. Новая культурная установка.- М.: ЦИТ, 1923. – 49с.
Гейзенберг В. Физика и философия. – М.: Наука, 1989. – 400с.
Гендерный калейдоскоп. / Ред. М.М. Малышева. - М.: Academia, 2002. - 520с.
Генон Р. Духовное владычество и мирская власть. // Волшебная гора. – 1998. - № 6-7.
Генон Р. Кризис современного мира. - М.: Арктогея, 1991. – 160с.
Генон Р. Очерки о традиции и метафизике. – СПб.: Азбука, 2000. – 320с.
Генон Р. Царство количества и знамения времени.- М.: Беловодье, 1994. – 304с.
Гессе Г. Игра в бисер. – М.: Правда, 1992.- 496с.
Гёте И.-В. Фауст. – М.: Московский рабочий, 1982. – 512с.
Глебкин В.В. Ритуал в советской культуре. - М.: Янус-К, 1998. – 168с.
Глазьев С.Ю. Благосостояние и справедливость: как победить бедность в богатой стране. – М.: Б.С.Г.-ПРЕСС, 2003. – 192с.
Гностики. Сб. /Ред. Еремеев С.И. – К.: УЦИММ-Пресс, 1996. – 400с.
Гобино А. Опыт о неравенстве человеческих рас. – М.: Олма-Пресс, 2000. - 756с.
Гобозов И.А. Философия политики. - М.: Теис, 1998. – 154с.
Гоббс Т. Сочинения. В 2-х т. – М.: Мысль, 1989.
Голанский М. Россия на перекрёстке двух дорог. // Москва.- 1997.- №8.- С.130-140.
Головин Е.В. Приближение к Снежной Королеве. – М.: Арктогея-Центр, 2003. – 480с.
Гомаюнов С.А. Анатомия антисистемы: к вопросу о природе тоталитарных обществ. - Киров, 1991. – 99с.
Гражданское общество и правовое государство. Дискуссия. // Вопр. философии. – 2002. - №1. – С. 3-50.
Грибакина Э.Н. Генезис и формы проявления социального неравенства. Дисс. д-ра филос. наук. – Уфа, 1998. – 304с.
Григулевич И.Р. Инквизиция. – М.: Политиздат, 1985. – 448с.
Гумбольдт В. Язык и философия культуры. – М.: Прогресс, 1985.–451с.
Гумилёв Л.Н. Древняя Русь и великая степь. – М.: Мысль, 1992. –781с.
Гумилёв Л.Н. Тысячелетие вокруг Каспия. – Б.: Азернешр, 1990. – 312с.
Гундрик-Кларк Н. Оккультные корни нацизма.- М.: Евразия, 1995. –244с.
Гура В.А. Феномен секуляризации в европейской истории: Автореф. Дисс. д-ра филос. наук. – СПб, 2000. – 36с.
Гуревич П.С. Философия культуры. - М.: Аспект-пресс, 1994. – 316с.
Гуревич П. Авторитарное сознание. // Наука и религия. – 1990. - №7.– С.22-23.
Гусев В.А. Русский консерватизм. – Тверь: ТГУ, 2001. – 235с.
Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. В 2-х т. – М.: Русский язык, 1979.
Данилевский Н.Я. Россия и Европа. – СПб.: Глаголъ, 1995. – 552с.
Данилова Н.И. Индивидуализм. – Краснодар: КГАУ, 2000. – 196с.
XXI век: духовно-нравственное и социальное здоровье человека: Сб. тезисов докладов международной научно-практической конф. – М.: МГУКИ, 2001. – 275с.
Дебор Г. Общество спектакля. – М.: Логос, 2000. – 184с.
Деларю Ж. История гестапо. - Смоленск: Русич, 1993. – 480с.
Делёз Ж., Гваттари Ф. Капитализм и шизофрения. - М.: ИНИОН, 1990.-108с.
Делёз Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? – М.: ИЭС, 1998. – 288с.
Деррида Ж. О грамматологии. – М.: Ad Marginem, 2000. – 511c.
Джохая Л.Г. К вопросу о методах изложения (способах линейного развёртывания) системы философских категорий. // Философия и общество. – 2003. - №2. – С.107-128.
Джилас М. Лицо тоталитаризма. - М.: Новости, 1992. – 541с.
Диденко Б.А. Цивилизация каннибалов. – М.: ТОО Поматур, 1999.- 176с.
Достоевский Ф.М. Собр. соч. В 12 т. Т. 11, 12.- М.: Правда, 1982.
Дридзе Т.М., Орлова Э.А. Основы социокультурного проектирования. -
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.Нужна помощь в написании работы?Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.