Xreferat.com » Рефераты по социологии » Создание дворового сообщества как социальная технология

Создание дворового сообщества как социальная технология

«Детский труд и отдых», колонии «Бодрая жизнь» и Первой опытной станции по народному образованию с 1971 года занимался Форпост культуры им. С. Т. Шацкого, с 1986 г. детский клуб «Ровесник» и созданная на его базе (в 1990 г.) Первая опытная станция по внешкольному воспитанию.

Воспитанниками коммуна «Бодрая жизнь» были «дети улиц» и тот опыт, который был накоплен Шацкими и его коллегами при работе с этими детьми был описан им в книге с одноименным названием и благодаря этому «возвращался» в пространство улиц и дворов.

Как писал позже И.И. Зюзюкин, «в предместьях многих городов вновь возникают... «республики бодрых», лагеря труда и отдыха... то здесь, то там появляется какой-нибудь шустрый отряд со штабом в старой пожарной каланче или в заброшенном сарае... Возникла новая отрасль педагогики, которую называют «уличной» или «дворовой». Она творится людьми, движимыми бескорыстной любовью к детям. Среди тех, кого я знаю, педагогов по образованию почти нет. Это главным образом рабочие, инженеры, учёные, журналисты. Все, за редким исключением, - мужчины».

И лишь в описаниях жизни детей в послевоенное время вновь появляется пространство двора. Первые пионерские отряды создавались по месту жительства.

Прежде всего, этому способствовало отсутствие игрового пространства в жилищах. Большая часть горожан, тех лет проживала в коммуналках и бараках. «Дворовая жизнь, - пишет А. Козлов, - была как бы продолжением другого стандарта советского городского существования - «коммуналки». Но если «коммуналка» представляла собой мир взаимоотношений взрослых, то двор был главным местом обитания детей и подростков». [13]

Двор представлял собой не только замкнутое пространство, ограниченное зданиями, сараями и заборами, но и детскую разновозрастную общину, автономную субкультуру. Она, будучи результатом неосознанного поиска детской идентичности, выстраивалась по подобию романтизированного и идеализированного образа чужой культуры. Для послевоенных ребят такой притягательной романтикой обладал преступный мир со своим особым жаргоном и своеобразными стандартами поведения. Влияние этой среды на детскую повседневность было так велико, что «уголовный стиль» быстро и легко вошел в дворовую жизнь. С этим «криминальным» миром соприкасался почти каждый ребенок во дворе. Но особенно он воздействовал на мальчиков, что ещё более ожесточало нравы и порядки дворовой субкультуры.

социализация дети двор жизнедеятельность зарубежный

2.2.2 Улица, которая была вторым домом. Послевоенная действительность

Послевоенный рост преступности, в какой-то степени ставший своеобразной «материализацией» чувства ожесточения, вызванного войной, определял атмосферу послевоенных городских дворов. По обобщенным итоговым сводкам МВД СССР, количество уголовных преступлений и численность осужденных в 1946 - 1947 гг., по сравнению с 1945 г. резко возросло. К примеру, количество разбоев в 1946 году по стране увеличилось более чем в 2 раза по сравнению с 1944 годом - с 13357 до 29368. Однако в целом уровень послевоенной преступности, по мнению Е. Зубковой, был значительно ниже довоенного, и во многом преувеличивался разными слухами и домыслами. [11] В тоже время росло число преступлений, совершаемых безнадзорными и беспризорными детьми, среди которых было много сирот. Они сбивались в шайки и почти «терроризировали» жителей городов и промышленных центров. Местом их обитания была улица.

При инсценировании «уголовного» стиля в повседневной жизни ребята в первую очередь усваивали внешние признаки своей новой идентичности - элементы костюма и прическу; манеру поведения (мимика, походка) и сленг. «Клёш», «золотые коронки» из консервной банки, «кольца» с «бритвами», чубчик - так ювенильное мужское сообщество стремилось создать «симбиоз урки и приблатненного матросика».[13] Язык дворовой среды был преимущественно матерным. В воспоминаниях иногда встречаются специфические выражения, употреблявшиеся тогда подростками, например: «держать мазу» или «стыкаться до первой кровянки». Неотъемлемыми элементами дворовой «уголовщины» были азартные игры на деньги: «расшибалка», «пристенок» или «жестка»; постоянные «стычки» с ребятами из других дворов, недетские шалости, граничащие с настоящей уголовщиной. Статус подростка во дворе зависел от отношений с самой шпаной. Как вспоминает В. Гафт: «Я все время пытался с нашими как-то дружить:, так как они могли тебя защитить и защищали». Общение с уголовным миром нередко приводило к унижениям, но иначе было сложно заслужить место в дворовой иерархии. «Я весь трясся, когда отстал от ребят на Ягошихе,- пишет Г. Бурков. Они надо мной смеялись, а я был счастлив, что они дождались меня. Они даже тогда не издевались надо мной. Они мной брезговали».

Этот микромир вырабатывал свои критерии подростковой пригодности. Ребята, не вписывавшиеся в «уголовный» стиль («маменькины сыночки»), автоматически становились изгоями. Такие дети редко выходили во двор и не всегда принимали участие в массовых играх. Их не любили, они, как правило, были объектом насмешек, причем иногда довольно жестоких. За счет издевательств над ними подростки самоутверждались в своей среде.

Атмосфера двора переносилась и на школьную жизнь. Она, по мнению М. Германа, весьма «напоминала уголовную». [7] Раздельное обучение, введенное в 1943 г., ещё более усугубляло ситуацию. Подростковые группировки выстраивали школьный мир с достаточно жесткими связями и отношениями: верховодил тот, кто был сильнее, смелее, старше, часто это были второгодники. С окончанием войны дисциплина в мужских школах по стране падала. Например, в г. Молотове к 1 сентября 1946 г. милицией было задержано 5725 детей и подростков, из которых 2292 были учащимися школ министерства просвещения. Наиболее распространенной причиной задержания (2048 случаев из общего числа) было озорство и нарушение общественного порядка. На плохо поставленную воспитательную работу в школах указывал в своей докладной и заместитель прокурора г. Молотова, отмечая, что более половины детей и подростков (1943 из 3642 человек), прошедших через детские комнаты при территориальных отделениях милиции в 1946 г., составляют ученики общеобразовательных школ.

Однако за усвоением внешних признаков уголовной субкультуры включения её норм во внутренний мир ребенка в целом не последовало. Марк Захаров, искавший в юности «сомнительных приключений с краснопресненской шпаной», полагает, что «запах криминала» воспринимался тогда как веселый авантюризм, не более того. Подтверждением тому служат часто встречающиеся в воспоминаниях сюжеты, о том, как ныне знаменитые личности, признанные авторитеты в своих областях, во второй половине 1940-х гг. были активными участниками подростковых группировок. К примеру, М. Таривердиев вспоминал о шпане г. Тбилиси, которую возглавляли Володя Бураковский (в будущем знаменитый кардиохирург, академик) вместе с другим будущим академиком Женей Примаковым.[31] При прочтении воспоминаний складывается впечатление, что в тех условиях, в которых росло молодое поколение, легко было перейти грань, отделяющую «нормальное» общество от преступного, и многие ребята, не имевшие надлежащего родительского контроля, эту грань переступали.

Дворовая жизнь, как результат взаимодействия субкультур способствовала развитию самостоятельности, формированию подросткового коллективизма. Кроме этого, за годы войны значительные потери мужского населения на фронте, высокая смертность мужчин в тылу, разводы привели к увеличению числа неполных семей. В результате во дворе ребята приобретали те социально значимые ролевые установки и типы поведения, которые обычно передаются от отца к сыну. Вероятно поэтому представители старшего поколения, ищущие истоки своей индивидуальности в детстве, признают значительное влияние дворовой жизни на формирование их самоидентичности. [27]


2.2.3 Детско-подростковые клубы по месту жительства: первый опыт организации жизни двора на государственном уровне

Если в 50-е и 60-е годы целенаправленно организаций досуговой деятельности в пространстве двора внимание не уделялось и дети были предоставлены «сами себе», то к началу 70-х появились первые «детско-подростковый клуб по месту жительства» (далее ДПК) включающем клубные учреждения и клубные организации, создаваемые для детей и подростков по месту жительства (в основном) педагогами-организаторами с конца 60-х и начала 70-х годов.

Институт педагогов-организаторов в начале 70-х гг. введен по следующим причинам.

Детская организация (пионерская) еще в 30-е годы была переведена в школу и по месту жительства почти не действовала.

Институт организаторов воспитательной работы школ (введенный в середине 60-х годов в штаты школ) надежд на то, что таким образом школа сможет стать «организующим центром воспитательной работы в своем микрорайоне» не оправдал, несмотря на специальное на этот счет постановление правительственных органов.

Институт воспитателей комнат школьника был малочислен, имелся лишь в незначительной части ведомственного жилого фонда, оплачивался профсоюзами лишь по их желанию, а функционал этих воспитателей был аналогичен функционалу воспитателей школьных групп продленного дня.

Педагоги-организаторы были введены в штаты учреждений коммунального хозяйства не случайно.

Учреждения коммунального хозяйства имели:

помещения красных уголков и другие, которые могли быть использованы для воспитательной работы с детьми непосредственно в жилых домах;

средства (1-2% отчислений от квартплаты) на культурно-воспитательную работу с населением.

Кем фактически были педагоги-организаторы?

Педагоги-организаторы были разные. Среди них можно выделить несколько типов.

Заведующий красным уголком. (Наиболее распространенный тип педагога-организатора.) Как правило, это были женщины. Открывали в определенные часы помещения и предоставляли детям возможность общаться, играть в настольные игры. Иногда (как правило, если это от них требовало «руководство») устраивали утренники и другие мероприятия (как «принятие мер», чтобы удовлетворить, прежде всего «руководство»). Если районные организации проводили соревнования («Кожаный мяч», «Золотая шайба» и др.), то такие педагоги-организаторы организовывали группы детей для участия в этих соревнованиях. Кроме того, они участвовали в составлении смет Домовых комитетов на расходование отчислений от квартплаты и (как правило) - в их реализации (закупая культ- и спортинвентарь, мелкий хозяйственный инвентарь, подписываясь на периодику, заказывая лекции, а иногда концерты и экскурсии). Обязанностями по поддержанию в порядке спортплощадок и катков тяготились. В организации кружков детского творчества отдавали предпочтение кружкам художественного и прикладного (реже технического) творчества.

Соответственно, они отвечали: а) за то, чтобы доверенные им помещения были открыты в установленные (обычно вечером) часы; б) за то, чтобы в этих помещениях были дети и подростки; в) чтобы в помещениях соблюдались порядок, чистота и правила пожарной безопасности; г) за проведение мероприятий (преимущественно новогодних и по датам «красного календаря»); д) за реализацию смет, сохранность и использование инвентаря.

Физрук. (Тоже часто встречавшийся тип педагога-организатора.) Это чаще мужчины. Считали главной своей обязанностью занять подростков, склонных к физкультуре и спорту. Они заботились о поддержании в порядке спортплощадок, заливке катков, пополнении спортинвентаря. Отвечали за организацию различных спортивных секций. С удовольствием проводили тренировки спортивных команд, устраивали спортивные состязания и возили ребят на районные и городские соревнования. Неохотно занимались организацией кружков других профилей и мероприятий, не относящихся к физкультуре и спорту.

Поскольку эти два типа педагогов-организаторов были самыми распространенными, то в трех республиках бывшего СССР (на Украине, в Казахстане и в Белоруссии) в учреждениях коммунального хозяйства было введено по две ставки (организатора культурно-воспитательной работы и организатора работы физкультурно-оздоровительной). А в РСФСР так и остался один педагог-организатор.

Руководитель кружка детского творчества.

Руководитель детской (юношеской) организации.

Организатор разновозрастного, многопрофильного воспитательного коллектива и социально-педагогического комплекса. (Самый редкий, но самый результативный тип педагога-организатора). Считает своим долгом руководствоваться объективными потребностями детского населения в условиях для социализации и самореализации детей и подростков. Для этого изучает потребности населения своего микрорайона, города и своей страны (опираясь на достижения современной науки).

Руководит созданием необходимых условий с учетом конкретной социокультурной ситуации в стране и социально-педагогической ситуации в микрорайоне.

Организует воспитательную среду через создание и развитие разновозрастного многопрофильного воспитательного коллектива (включающего коллектив воспитанников и коллектив воспитателей), организует различные группы содействия развитию воспитывающей среды (родительские комитеты, семейно-педагогические клубы, педагогические отряды, общественные педагогические организации и т.д.).

Создает межведомственные координационные органы, обеспечивающие моральную и материальную поддержку социализационной деятельности населения (организованного педагогом-организатором).

Осуществляет прогнозное социально-педагогическое проектирование педагогизации среды в направлении превращения ее в социально-педагогический комплекс.

Руководит созданием, функционированием и развитием СПК. Отвечает перед населением за создание программы социально-педагогического преобразования микрорайона (программы совершенствования микрорайона как воспитывающего микросоциума), осуществляет организационное руководство реализацией этой программы.

Отвечает за функционирование созданных им (и руководимых им) социально-педагогических структур (в соответствии с программой социально-педагогического развития микросреды), программами, планами, уставами (положениями), договорами о сотрудничестве и другими официальными документами.

Отвечает перед государством (и компетентными его органами) за исполнение руководимыми им структурами действующего законодательства и соответствующих подзаконных актов, за выполнение уставных и договорных обязанностей.

Поскольку главная деятельность педагога-организатора – именно организаторская деятельность, а главный инструмент реализации педагогической деятельности – педагогически ориентированные организационные структуры, то главной обязанностью педагога-организатора является организационное обеспечение педагогически целесообразного развития деятельности этих структур. И главная его ответственность - за правильное, т.е. соответствующее педагогической логике (педагогически целесообразной постановке задач) организационно-педагогическое обеспечение развития микросоциума. [29]

Но подобную, педагогическую позицию организатора дворовой жизни детей отражающуюся в его работе можно было встретить очень редко.

В книге «Социально-клубная работа с молодёжью: проблемы и подходы» А.И. Лучанкина и А.А. Сняцкого авторы отмечают, что «в отличие от разного рода центров по работе с подростками и молодёжью ДПК не несёт дополнительной нагрузки: его деятельность локализована на территории конкретного местожительства, он не выполняет методические функции...»

К началу 90-х, говоря, о, состояний ДПК в России авторы отмечают, что «концепции, модели и программы деятельности ДПК чрезвычайно разнообразны, хотя в методологическом плане можно говорить об отсутствии рефлексивных моделей у их большинства. С точки зрения нормативного статуса большинство клубов содержательно выступают учреждениями дополнительного образования, понимаемого чрезвычайно широко - от любительских форм досуговой педагогики и до подготовки к школе, от художественного образования и до развития совместных форм творчества (самодеятельность) и т.п. Весьма немногие из них - в основном при наличии лидера-энтузиаста - реализуют социально-педагогическую модель работы со своим контингентом; в первую очередь, это коммунарские клубы и так называемая модель «Форпоста культуры», наследующая позитивный отечественный опыт С. Шацкого, А. Зеленко, А. Макаренко и других». [19]

С момента открытия первого ДПК в России прошло уже более 35 лет, и если взять, к примеру, город Красноярск, осталось несколько ДПК, а в остальных помещениях, которые были предназначены для организации работы с детьми по месту жительства, в лучшем случае теперь располагаются Центры социальной помощи семье и детству, детские библиотеки. Однако, просмотрев Интернет источники, я обнаружила, что в некоторых городах России с 2000 года пошла новая волна «дворовой работы», ДПК работают и даже соревнуются между собой (Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ). А в Иркутске в марте 2006 г. объявлен конкурс детских и подростковых клубов по месту жительства на соискание грантов администрации г. Иркутска, что говорит о внимании власти к организации досуга детей и подростков. Но это единичные примеры и как тогда, так и сейчас возникают вопрос – Как и в какой степени ДПК влияет на социализацию детей и подростков? Существуют ли альтернативные формы организации работы с детьми и подростками по месту жительства? Как в этот процесс включены взрослые: родители, жители дворов? Ответы на данные вопросы я попытаюсь дать в последующих главах.

Рассмотрев «жизнь двора» и отношение к ней со стороны власти и педагогики в историческом периоде можно отметить несколько основных моментов, характеризующих жизнь двора и взгляды на эту жизнь через призму педагогики.

Важным открытием еще досоветского периода является новая ветвь педагогики как науки – педагогика среды. И его главные посылы к необходимости организации среды свободного досуга ребенка, выражающиеся в цитатах: «мы имеем две системы воспитания: школу и окружающую жизнь» и «в окружающей жизни происходит активный педагогический процесс». Опыт работы С.Т. Шацкого используют в своей практике очень многие педагоги новаторы в различных учреждениях (от детского сада до пионерлагерей). Именно ему принадлежит первый опыт осмысления и описания деформирующего влияния «улицы» на подрастающего ребенка и механизма снижения степени пагубного влияния за счет включения в жизнь ребенка общеобразовательного труда.

В оформлении образа дворовой среды как среды со своими жесткими законами жизни основную роль сыграл послевоенный период. Послевоенный городской двор находился на стыке взаимодействия детской, подростковой и преступной субкультур. Однако образ криминального мира не столько заимствовался детьми, сколько конструировался, пополнялся собственными интерпретациями элементов «стиля». Судя по воспоминаниям, многие из ребят не были реальными членами криминальных шаек, а только подражали своим «кумирам».

В результате во дворе ребята приобретали те социально значимые ролевые установки и типы поведения, которые обычно передаются от отца к сыну.

Лишь в 70-х годах появилась фигура педагога-организатора и на всесоюзном уровне введена структура призванная организовывать детский досуг – детско-подростковый клуб по месту жительства (ДПК). Главной деятельностью педагога-организатора предполагалась именно организаторская деятельность, а главной обязанностью педагога-организатора - организационное обеспечение педагогически целесообразного развития деятельности этих структур. И главная его ответственность - за правильное, т.е. соответствующее педагогической логике (педагогически целесообразной постановке задач) организационно-педагогическое обеспечение развития микросоциума.

Исходя из описаний авторов описывающих данный период возникает понимание, что педагогические задачи в данных структурах удерживали лишь редкие энтузиасты, и со временем (к 90-м годам) ДПК стали учреждениями решающими задачи дополнительного образования (подготовки к школе, художественного образования, развития совместных форм творчества), изменился и спектр задач решаемых данным учреждением, это уже не было формой реализации «дворовой педагогики» и даже не было формой организации различных досуговых мероприятий (праздников, спортивных турниров), это были учреждение, где ребенок теперь рассматривался как клиент.


2.3 Зарубежный опыт работы с населением по месту жительства


Опыт организации общинной работы имеется и за границей – в Германии, Англии, США, Голландии, Швейцарии, Финляндии и других странах.

Интересно заметить, что помимо работников социальной сферы и узких специалистов в работу с детско-подростковым сообществом включено население в целом (в США, например, существует договоренность следить и за соседскими детьми), причем в большинстве стран инициатива включиться в работу по формированию местных (соседских) сообществ исходит от самого населения, общественных организаций.

В своей работе хотелось бы уделить особое внимание опыты Швейцарии, США и Финляндии.


2.3.1 Швейцария: социально-культурная анимация

Понятие социально-культурной анимации появилось впервые в послевоенные годы во Франции, затем в Великобритании. При этом, французское понятие акцентировало в большей степени культурный аспект, английское – социальный. Постепенно через Европейский совет в Страсбурге и ЮНЕСКО это понятие получило распространение в других европейских странах, включая Швейцарию.

Понятия «аниматор» и «организатор свободного времени» в школе и внешкольных учреждениях, несмотря на некоторые их сходства и переплетение функций, нельзя употреблять как синонимы, ибо за каждым из этих понятий скрываются свои концепции, цели и свое понимание человеческой личности.

Понятно, что существуют неоднозначные толкования этих понятий. Поэтому вокруг понимания их сущности, сходств и различий ведутся дискуссии, проводятся форумы и симпозиумы, правда, к сожалению, еще не на общеевропейском уровне.

Социально-культурная анимация – это понятие, за которым скрываются принципы культурной идентичности, за счет того, что именно это направление работы выбрано ключевым в Швейцарии задается единое культурное пространство, что является весомым фактором, определяющим стабильную ситуацию в социуме.

Опыт Швейцарии показывает возможность существования единой системы формирующей «повседневную культуру» уровня страны.

Различного рода социально-культурные учреждения существуют в Швейцарии давно. С пятидесятых годов стали активно приспосабливать дворы для детских игровых площадок, создавать общинные центры, клубы, дома для подростков и молодежи, другие учреждения в целях проведения свободного времени. Первоначально сотрудников в эти учреждения набирали из числа представителей различных ремесленных и педагогических профессий. Специальной подготовки для них в стране долгое время вообще не существовало. Не было и специального термина для обозначения профессии.

Понятие «анимация» определяется швейцарскими специалистами как сознательная деятельность, направленная на развитие и изменение социального общения людей, общественных структур и совершенствование условий для действий отдельных индивидов и социальных групп в целях более полной реализации потенциала разносторонних человеческих возможностей. Анимация рассматривается как составная часть всей социальной деятельности, как новая социальная профессия. Она включает всю проблематику свободного времени, а также проблемы молодежного движения, направленного на создание автономных молодежных домов или центров.

В настоящее время во всей Швейцарии анимация стала широко признанным понятием на всех уровнях и используется во многих сферах социальной и культурной жизни.

Задачи социально-культурной анимации имеют общественную значимость. Ибо она исходит из целей формирования социально зрелого человека, развития его разносторонних возможностей, возрождения этических ценностей, в значительной степени утраченных ныне, особенно в среде молодежи, а также духовного обновления общества в целом.

Анимация стимулирует развитие коммуникации – основы всех социальных отношений, способствует достижению таких ценностей, как самореализация и высокий уровень жизни.

Принято различать социально-культурную анимацию в узком и широком значении. В узком смысле она представляет собой новую профессию, имеющую собственную идентичность. Для подготовки к этой профессии существуют специальные школы социально-культурной анимации. Создана и организация, координирующая деятельность всех этих школ.

Анимация в широком понимании обозначает определенный способ ведения социально-культурной работы в различных сферах общественной деятельности. С одной стороны, социально-культурная анимация как способ метод работы располагает особыми методическими элементами, позволяющими определить, с помощью какого специального методического знания (ноу-хау) можно добиться развития социального контекста. С другой – социально-культурная анимация исходит из принципов партнерства и содержит также нормативные элементы – такие, как «участие», «критическая позиция», «инновация», «ориентация потребностей личности», и другие, которые могут гарантировать направленность учебного процесса в русло развития демократических норм жизни.

В настоящее время в Швейцарии в сфере социально-культурной анимации существует уже более двух тысяч различного рода учреждений и центров. Только в немецкой Швейцарии создано три центра по подготовке аниматоров, которые все в большей степени поддерживаются государством.

Социально-культурная анимация вносит сегодня заметный вклад в общественное развитие страны, особенно в области социальной работы, образования и культуры. Она широко распространена в работе с молодежью – в домах, клубах молодежи, различных детских и юношеских организациях, общинных центрах, досуговых заведениях и т. п.

Такого рода заведения считаются классическими сферами применения анимации. Но в последние годы получили развитие и иного типа учреждения для анимации, которые служат для проведения культурного отдыха и развлечений всех слоев населения, независимо от возраста людей.

Новой формой работы аниматоров является работа в жилых кварталах. Она нацелена на улучшение жизненных условий в определенном жилом пространстве. Новые центры социо-культурной анимации создаются и на предприятиях, особенно в сфере обслуживания широких кругов общественности. Эти центры в финансовом отношении находятся в более благоприятном отношении и могут себе позволить расходы для организации различного рода акций и мероприятий.

В ряде стран, в том числе России, распространено очень широкое, на наш взгляд, толкование термина социальная педагогика. Для Швейцарии же характерно как раз более широкое толкование социально-культурной анимации, а не социальной педагогики. Это объясняется, прежде всего, национальными историческими традициями страны. Социальная педагогика длительное время связывалась в России только с воспитанием в интернатах. Поэтому и социальный педагог ассоциировался лишь с воспитанием. Правда, в последние годы происходят некоторые изменения в понимании функций и задач социальной педагогики и социального педагога, так как социальная педагогика становится специальной дисциплиной в университетском образовании.

Тем не менее, целый рад видов социальной деятельности, которые, например в России, входят в функции социальной педагогики, в Швейцарии отнесены к другим областям, в частности к искусству.


2.3.2 США: «Включиться в работу общины - социальная ответственность каждого»

Соединенные штаты Америки как государство, рдеющее за свободу во всех ее проявлениях, стремится демократизировать все стороны жизни социума. Ввиду часто обостряющейся ситуации расизма «коммуна» является инструментом подавляющим деструктивные проявления в различных структурах общества. Однако, несмотря на провозглашенный принцип всеобщего включения населения к решению проблем, влияющих на их быт и повседневную жизнь и добровольной инициативы в помощи «нуждающимся» слоям населения материальная сторона вопроса особенно в части провокации молодежи на включение в обустройство благоприятной социальной действительности имеет место быть.

«Мы верим в способность людей влиять на окружающую среду и характер общества. Мы верим в идею, что все люди должны быть привлечены к решению проблем, влияющих на их быт и повседневную жизнь. Создание демократического общества требует активных, думающих граждан, не боящихся ответственности, активно экспериментирующих в различных жизненных сферах. Мы ищем пути включать людей нашей общины в решение общих проблем при максимальном поощрении участия людей в делах общественности» – так Б. Вул выразил основной посыл общинной работы США.

Общинный подход США базируется на ряде концептуальных положений:

Прежде всего, улучшение качества человеческой жизни происходит путем создания в обществе коммьюнити культуры и заботы, имеющих корни в экономической и социальной справедливости.

Отвержение оторванности и разобщенности людей, поиск способов вовлечения всех сегментов общества на основе реальной жизни.

«Соседство» изучается исключительно в структуре большого города, штата, нации, мира.

Многообразие различий характеризует взаимодействие людей. Различие классов, рас, религий, пола, возраста и рассматриваем их как источник изобилия, богатства, дающий возможность человеку развиваться.

Многообразие различий способствует совместной помощи и поддержке, взаимоуважению, но совсем не обязательно согласию и одобрению.

Свобода может быть расширена только путем повышения социальной ответственности. Только через социальные взаимоотношения и социальные структуры люди смогут защитить права и расширить потенциальные способности индивидуума.

В США существует понятие – комьюнити (community, в переводе с англ. яз. – община).

Основные принципы работы одной из таких общин – комьюнити «Годдард – Риверсайд».

В Годдард – Риверсайде полагают, что каждый должен иметь возможность общения с другими людьми, вовлечения в их деятельность сообщества и что каждое сообщество, в свою очередь, обогащает другие сообщества, таким образом, строя мир, в котором мы живем. Через свои программы «Годдард-Риверсайд» стремится включить людей в различные сообщества и обеспечить каналы, через которые каждый может стать полезным и важным членом общины. Разнообразие сообщества «Годдард – Риверсайд» по представленным в нем классам, расе, полу, возрасту, вере и происхождению стало источник динамизма и дает основание гордиться предоставляемой возможностью учиться друг у друга через конфликт, борьбу и сотрудничество, чтобы получить зыигрыш из наших различий и приобрести более фундаментальное приятие друг друга и доверие.

«Годдард – Риверсайд» расположен в Верхнем Вест-Сайде, в Манхэттене и обслуживает главным образом территорию между 72-ой и 96-ой улицами. Он проводит дневные и ночные программы, летом и в течение учебного года для людей всех возрастов, от дошкольников и до жителей старшего возраста. Имеется круглогодичный лагерь в Рифтоне, Нью-Йорке, доступный различным группам в разное время в течение года.

Например, молодежная программа «Выбор» конторы «Годдард – Риверсайд» открывает двери образованию и карьере.

Гордостью «Выбора» стал огромный компьютеризованный банк данных, содержащий сведения о многообразных программах помощи в достижении карьеры, образовании, финансовой поддержки. Штатом конторы и добровольцами собирались эти сведения на протяжении десяти лет. Но банк данных – только один из ресурсов, предлагаемых клиентам «Выбором».

Большую популярность среди людей старшего возраста приобрел «Лагерь добрых встреч» «Годдард – Риверсайда». Популярность он приобрел не только видом деятельности, но и своим особым местом.

«Мы разрушаем миф о том, что пожилые люди малоподвижны и живут прошлым,– говорит Хэрру Хекелман, директор лагеря. У нас нет телевизора, потому что телевизор оказывает изолирующее действие. У нас есть африканские танцы, театр импровизации, йога, путешествия на плотах и дискуссионные группы. Мы показываем фильмы, вызывающие дискуссии, и обсуждаем вопросы, которые в этих фильмах затрагиваются. Мы выпускаем нашу собственную газету. Мы нанимаем художников, а не консультантов, потому что пожилые люди нуждаются в средствах передвижения для исследований, а не только в заботе».

В прошлом году в «Лагере добрых встреч» попробовали новшество – создали лагерь, где перемешаны поколения. Молодые люди приехали из однодневного лагеря «Годдард – Риверсайда», чтобы переночевать и принять участие в программах старших. Жители лагеря от 8 до 80 лет общались, танцевали, делали вместе мороженое, готовили, занимались театральным искусством и творчеством. Чтобы интеграция не стала чисто символической, места в столовой были распределены штатом, чтобы во время пребывания молодых людей в лагере, взрослые и дети ели вместе, за общими столиками.

Студенты получают распределение для работы с пожилыми как часть одногодичной программы в рамках города, спонсорами которой являются Отделение старения и Совет по образованию. Студенты делают покупки для жильцов, посещают их дома и в больнице, работают по проектам занятий ремеслом и даже помогают с языковыми трудностями. Город платит каждому студенту 4–4,5 доллара в час примерно за 12 часов работы в неделю.


2.3.3 Финляндия: «Маннергеймская Лига защиты детей: игра для ребенка – это жизнь»

Дети – всего лишь зеркало, которое отражает общество, построенное взрослыми. Поэтому помощь необходима там, где начинаются заботы. Обеспокоенный молодой человек, больной ребенок, беспомощные отец или мать... К кому они могут обратиться?

В течение семидесяти лет Маннергеймская Лига защиты детей в Финляндии работала, чтобы защитить права детей и интересы семьи.

Лига способствует реформам и занимается проблемами детей и семей. Особое внимание уделяется профилактике различного рода отклонений.

Маннергеймская Лига защиты детей и молодежи стремится убедить общество более серьезно относиться к детям и их нуждам, давая им право быть детьми. Работа лиги основана на долгосрочных исследованиях и экспериментировании.

Многие современные службы социальной помощи возникли по инициативе Маннергеймской Лиги защиты детей и

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: