Формирование ценностных ориентаций студенчества в КНР и России
духовно — гуманитарные;
материально — экономические;
рациональные.
А теперь рассмотрим специфику ценностных ориентаций студенчества. Особенности ценностных ориентаций студенческой молодежи определяются влиянием следующих факторов:
возрастно — демографический;
амбивалентно — транзитивный;
образовательный;
дивиантно — деликвитный.
1. Возрастно — демографический фактор50 формирования ценностных ориентаций связан с определенным возрастом (17-28 лет), с социальным статусом и в известной мере зависимостью студенческой молодежи от опеки со стороны общества и государства. Возрастные характеристики обуславливает двойственность и еще не состоявшуюся прочность усвоения ценностей и норм. Студенчество несет в известной мере рудименты и пережитки инфантильности первичного усвоения запретов и разрешений, прав и обязанностей и т.д. Это усвоение отличает внешний, поверхностный и нерефлексивный характер. Символический закон общественной нормы воспринимается как привносимый извне, — со стороны родителей, воспитателей, учителей, старших, взрослых, общества в целом. Эта инстанция символического закона еще не интериоризировала собой сознание незрелого существа в виде внутреннего закона как закона совести. Инфантильность незрелого эгоизма еще не изжита императивом совести, как завоевания своего духа. Норма в этой ситуации стимулируется страхом перед наказанием как наказанием со стороны внешней карающей инстанции.
Социальный статус студента, имея характер неопределенности и зависимости, отличается весьма размытыми очертаниями, мигрируя от полюса к полюса, связанных с его относительной невысокостью в настоящем и потенцией высокого статуса в будущем, после периода реализации возможности полученных знаний и умений. Такое состояние не дает студенту возможность зафиксировать свой ценностные ориентации, вынуждая его к пассивному выжиданию, и в то же время будущий выпускник ВУЗа готов «поднять планку» своих ценно стных предпочтений так высоко, насколько этому будет способствовать его социальный статус в будущем.
Зависимость от общества и государства вынуждает студенчество идти на поводу у государственных идеологий и общественных стереотипов, не давая ему возможность проявить свою самостоятельность в самостоятельном и независимом выборе ценностных ориентаций. Желание угодить, понравиться, «причесанность» представляет собой вид конформизма, связанного с нуждой и экономической несамостоятельностью студенчества, и носит откровенно негативный характер, что лишний раз доказывает связь политической свободы с экономической независимостью.
Позитивным моментом возрастно — демографического фактора, влияющего на формирование ценностных ориентаций студенчества, можно считать то, что сознание молодого человека широко открыто для восприятия знания аксиологической направленности, поскольку в «табула раса» его души еще много свободного места.
2. Амбивалентно — транзитивный фактор51 обусловлен двойственно — переходным характером студенческой массы, чья самостоятельность уже сказалась в выборе будущей профессии и специализации, а, с другой стороны, этой самостоятельности еще предстоит реализоваться практически. Так теоретическое осознание своей свободы в реализации право на выбор профессии не подкреплено никакой практической базы. Отсутствие социальной практики придает теоретическому основанию формирования ценностных ориентаций спекулятивный и умозрительный характер. И, как правило, это спекулятивное основание оказывается вскоре быстро утраченным, вследствие столкновения с практической стороной своей профессиональной деятельности.
Однако, с другой стороны, транзитивность обладает и потенцией высокого полета творческой мысли в стремлении к высотам человеческого духа, что связано с отсутствием привязанности к своим будущим профессионально — функциональным и «цеховым» ценностям.
3. Образовательный фактор52 является, пожалуй, самым позитивным, поскольку связан с системным процессом образования, в которое помимо специальных профилирующих дисциплин включаются аспекты гуманитарного образования, которое имеет огромное значение в деле формирования ценностных ориентаций, и которое делает по сути высшее образование высшим. Студенты, обучаясь таким предметам как история, философия, социология, история искусств, религиоведение, уже а процессе образования сталкивается с философскими идеями, вокруг которых, кк известно, вращается мир, с историческими примерами подвигов народа и его отдельных представителей, с социологическими принципами и законами, на которых основана социальные стабильность и солидарность, с образцами и высокими шедеврами мирового искусства и т.д.
4. Девиантно — делинквентный фактор53 опосредует асоциальные формы переоценки прежних ценностей и усвоения новых. Социальная фрустрация, кризис переходного возраста, коренная ломка инфантильных стереотипов, мучительной и болезненной адаптации к быстроменяющимся условия социального окружения, императив экономической самостоятельности и необходимость создавать, а потом содержать семью, — все это не может ни вызывать различные патологические формы отклоняющегося поведения, как–то: алкоголизм, наркомания, суицидальный синдром, перверсивную сексуальность и т.д.
Такие патологии провоцируют пессимизм, апатию, вражду, неприязнь, депрессию, конфликтность в отношении к «навязываемым» обществом ценностей и норм. Именно этот асоциальный резерв студенчества становится заложником агрессивно — политических, радикальных и откровенно антиконституционных сил общества. Девиантно — деленквинтная часть студенчества (по разным подсчетам, примерно 1—5%) легко склоняется к идеологиям фашизма, крайнего национализма, национал — большевизма (весьма распространенное явление среди студенческой молодежи Санкт — Петербурга)54.
Основная проблема ценностной ориентации студенчества заключается в принципиальной их поляризованности, которая оказывает непосредственное влияние на их расклад и направленность.
Китайская гуманитарная мысль внесла существенный вклад в теорию ценностных ориентаций, опираясь на богатейший опыт в деле создания новых ценностей и сближения их с уже имеющимися традиционными ценностями. В силу специфики китайского образа жизни в Китае господствует коллективистская система ценностей, образующая базу социалистических отношений, даже в условиях рыночной экономики. В стране существует система государственной собственности; эта собственность является основой экономики; люди день ото дня стараются наращивать производство и считают это своим главным предназначением в жизни. Коллективистская система ценностей – это такая система установок и целей, когда большинство китайских прогрессивных элементов моделируют человека – коммуниста, который претворяет эти цели в жизнь55.
Индивидуализм, на котором зиждется рыночная экономика, оказывает отрицательное влияние на умственные способности меньшинства. Рыночная экономика – равноценный обмен, основанная на конкуренции, равенстве и взаимной выгоде – это не погоня за собственной выгодой. Но, т.к. рыночные отношения существуют в Китае недолго, они еще не достаточно совершенны, законы рыночной экономики еще не до конца закреплены и не сделались цивилизованными; рыночный принцип получения прибыли и принцип конкуренции неизбежно оказывают отрицательное влияние. К тому же, существование частной собственности в Китае является закономерным в условиях его развития. Переплетение индивидуальных и общественных ценностей способствует приспосабливанию друг к другу социализма и рыночной экономики56.
1.3 Общие тенденции изменения ценностных ориентаций
в современном обществе
Проблема общих тенденций изменений ценностных ориентаций в современном обществе неоднократно ставилась в центр внимания множества самых разных социологических исследований. Как и в предыдущих рассмотрениях, наше исследование будет следовать принципу сближения описательно — статического анализа и анализа, основанного на историко — социологическом генезисе, диалектическое движение которого было обусловлено противостоянием диаметрально противоположных концепций.
Система ценностных ориентаций обладает определенным балансом, однако ее гомеостатичность имеет динамический, подвижный характер. Даже в период равномерной эволюции общества ценностные ориентации подвергаются пусть медленной, но трансформации. А в период революционной ломки традиционных устоев ценностные ориентации становятся радикальными, и зачастую процессы их изменения в такие времена имеют неконтролируемый и стихийный характер.
Само современное общество характеризуется принципиальной нестабильностью системы ценностей и ценностных ориентаций в отличие от традиционного общества, в котором эта система была незыблемой и неизменной на протяжении многих веков. Система ценностей традиционного общества имела замкнутый характер, и починялась законам циклических повторений. Современной общество является динамической системой с подвижным, нестабильным центром.
На всем протяжении существования современного общества сетка ее ценностных ориентаций подвержена изменениям со стороны двух оппозиций — оппозиции интеграции как социализации и идентификации как индивидуализации, и оппозиции субъективизма и объективизма.
Идентификация осуществляется вдоль оси, которая представляет собой индивидуальный культурно — исторический стержень. Идентификация — модус существования направленный на теоретическое и практическое осуществление своего идеального представления о себе, своего Я — идеала. Я — идеал является высшей точкой, вершиной конуса ценностной системы индивида, центром в котором фокусируются и откуда берут исток все его ценностные ориентации. Я — идеал — это ввысшай инстанция конституирования других ценностей.
Однако, Я — идеал — это всегда только идеальное, воображаемое, иллюзорное, фантастическое существование в качестве чистой идеи, причем как центральной идеи, но только как идеи, почти фантазма. Идентификация с Я— идеалом в психоаналитической концепции предшествует всем другим формам идентификации (половой, демографической, этнической, социальной и т.д.), и является для них формообразующей.
Поэтому идеальное представление о собственном Я практически недостижимо, но стремление к нему, ориентация на него наполняет существование смыслом, и придает ему ценность. Само стремление, ориентация, желание, воля — вот психологические составляющие структуры ценностной составляющей.
Идеальное Я (которое также можно назвать «ценностным») в качестве ценностной цели является вершиной идентификационной вертикали, проекция которой на социальный план горизонта интеграции, совпадает с его центром. Другими словами, идентификационная инстанция центрирует весь горизонт интеграции. Идентичность Я является необходимым условием его интеграции, ибо, как не зная себя, не осознавая своей функции и своего места, не оценивая своих особенностей, не отдавая себе отчета в своих решениях, человек мог бы репрезентировать себя обществу и активно включиться в его деятельности, ощутить участником его процессов? Чтобы предложить себя обществу, интегрироваться в него, необходимо осознавать себя, идентифицироваться. Идентификация и интеграция – две взаимодополняющие функции субъекта, не существующие одна без другой.
Интеграция — это процесс включения, инклюзии субъекта в организм социального взаимодействия и его активное участие в общества и его отдельных групп, а также в деятельности государства и его институтов. Интеграция – это деятельность, направленная на поиск, обретение и реализацию возможности принесения максимальной помощи и пользы обществу и государству.
Интеграция осуществляется в процессе взаимовыгодным сотрудничеством и конкурентным столкновением индивидуальных способностей и потребностей, платежеспособных спросов и конкурентноспособных предложений, интерактивных функций и конкурентных дисфункций, их взаимообмена. Поле социальной интеграции представляет собой социальный рынок, на котором каждый индивид может продать свои функциональные способности и купить те, которых у него нет. В полном соответствии с этим делением мы имеем принцип раздвоения на интегрирующие и дифференцирующие системы ценностей, — «интегрирующие — те, которые в основном консолидируют поведение субъектов, и дифференцирующие — те, которые разъединяют субъектов, выявляя их специфичность и особенность в поведении»57.
Социальный мир представляет собой «социентальную систему», которого подчиняется принципам системного гомеостаза, баланса, — смещение одного элемента немедленно вызывает смещение остальных так, что системное равновесие сохраняется. Чем интенсивнее, богаче, продуктивнее, дееспособнее ценностная ориентация социальной функции, тем ближе она к позиции, центрирующей поле социальной системы, и, наоборот, чем она беднее, тем дальше функция отодвинута к периферии, смещена к ней.
В результате сравнения — различения ценностных ориентаций социальных функций, чьи вертикали, как уже было отмечено, совпадают с вертикалями идентификации, происходит двоякое смещение социальной функции — одно смещение центростремительно и направлено к центру, другое — центробежно и направлено к периферии.
Социальная функция является практической проекцией ценностной ориентации, поэтому динамика ценностных ориентаций подчиняется тем же принципам центростремительного сгущения субъекта ценностной ориентации и центробежного объекта ценностной ориентации, чем интенсивнее функция ценностной ориентации, тем экстенсивнее поле ценностного объекта.
Субъект ценностной ориентации представляет собой идеальную, духовную субстанцию как ядро социальной системы, с которой идентифицирует себя большинство социальных индивидов. В идеале цели индивидуальной и социальной идентификации совпадают.
Одним из видов деятельности, в котором интенсивно проявляется диалектика индивидуализации и социальной интеграции, является общение. Общение выступает средством, обеспечивающим, с одной стороны, единство индивида с социумом (коллективом, обществом), с другой стороны, в процессе взаимодействия с людьми человек осознает свою индивидуальность — в актах самоутверждения и признания. Через отношение к другим и отношения других к индивиду он объективирует и осознает свою субъективность. В условиях социального окружения более интенсивно проявляются и формируются способности личности. В акте коммуникации полнее раскрываются психические качества, внутренний мир личности, обнаруживаются новые смыслы предметов культуры, опосредующих общение58.
Ось «интеграция—идентификация» является социальной проекцией индивидуальной оси «субъективация — объективация». По мысли авторов книги «Современная западная социология», «вопрос объективного и субъективного» как вопрос «соотношения между ними, является основополагающей проблемой, которую изучает и анализирует большинство обществоведов», но, по-видимому, проблема различия субъективистской и объективистской социологии является во многом надуманной в той мере, в какой решается не с позиций интерсубъективизма.
Очевидно, что не объективистская, не субъективистская социальные теории не достигают своей цели в плане описания схемы социального взаимодействия. Против каждого из этих «правых» и «левых» уклонов в социальных уклонов находится возражение: «Против позитивистского материализма в теории практики выдвигается тезис о том, что объекты знания конструируются, а не пассивно отражаются. Против интеллектуального идеализма – тезис, что принципы являются системой структурированных, структурирующих предрасположенностей или habitus,ом, который строится в практике и всегда ориентирован на практические функции»59. Противоречие между теоретическим и практическим мотивами социального действия может быть снято только в области интерсубъективности как сферы общения, чьей функцией является производство межличностных ценностей.
Интерсубъективность находится на границе между индивидуальным и универсальным, личным и общественным и заключает в себе связь между Я и другим. И как несущая связь и различие интерсубъективность обладает двунаправленностью, с одной стороны, она обратно направлена на собственное Я, а, с другой стороны, она прямо направлена на другого субъекта. Оба хода интерсубъективной интеракции составляют определенный цикл, который имеет системный характер.
Прямой ход социальной интеракции выражается в социальном определении как выявлении интерактивного символа, который выступает основанием горизонта социальной интеграции. Таким интерактивным символом может быть все, что подчинено принципам межчеловеческого договора – закон, язык, общественные установления, социальные институты, государство, наука, искусство и т.д.
Обратный ход социальной интеракции основан на социальной рефлексии как аксиологическом сравнении того, что есть с идеальной структурой, связанной с долженствованием, которое выступает как основание социальной идентификации. Движение оппозиции «идеал/символ» задает всю динамику социальных трансформаций, причем уравнение идеала и символа идет непрерывно. Акты прямого и обратного ходов представляют почти замкнутый цикл, одна половина которого выступает в форме социального символа, а другая всегда остается в темноте бессознательного. На этой незамкнутости системного баланса основана также психоаналитическая социология.
Подобно тому, как философские учения сводится или к идеализму, или к реализму, так и многие социальные учения в той или иной степени могут быть редуцированы либо к субъективистской модели, либо к объективистской модели. Таким образом, мы всегда имеем дело то с одной, то с другой крайностью.
Так «объективную» социальную теорию характеризуют – «материализм», «экономический детерминизм», «механицизм», «каузальность», «субъективная» социальная теория характерна «идеализмом», «культорологизмом», «органицизмом»60. Эта поляризация препятствует адекватному описанию процессов социального взаимодействия и функции его субъекта. Эти слова принадлежат французскому обществоведу Пьеру Бурдье, который видит преодоление этих противоречий в такой институции как Habitus. Что же такое habitus?
Дело в том, что «для практики не существует объективных стимулов, стимулы конвенциональны по характеру и действуют только если их агенты готовы их признать. Практический мир, построенный во взаимосвязи с habitus,ом, действующим как система когнитивных и мотивационных структур, это мир уже реализованных целей, процедур которых надо придерживаться, образцов, которым надо следовать, и объектов, наделенных «перманентным телеологическим характером«, по выражению Гуссерля, инструментов или институтов... Habitus – это спонтанность вне осознанности или воли, столь же противоположная механической необходимости вещей, лишенных истории в механических теориях, столь и рефлексивной свободе лишенных инерции субъектов в рационалистических теориях...»61.
Таким образом, по мысли П.Бурдье, Habitus – это система, которая синхронизирует телеологичную спонтанность и механическую каузальность. Habitus – это такая структура, которая совмещает принцип синхронной системности и диахронической генетичности. Habitus – система синхронной корреляции прошлых (необходимых) причин и будущих (возможных) следствий, отвечающих принципу: «что могло бы быть, если бы было так-то». Эта система непрерывно согласует идеальные причины, которые сознание помещает в прошлом, и символические следствия, которые помещаются в будущем.
Habitus находится в непрестанном становлении, его движение направлено к границе, которая пролегла между субъективной спонтанностью и объективной детерминированностью. Habitus конструируется с двух сторон: со стороны бесконечного ряда субъективных, идеальных, внутрених причин, и со стороны бесконечного ряда объективных, реальных, внешних причин. Диаграмма этого согласования представляет собой синусоиду затухающих колебаний. Бурдье пишет: «Эту бесконечную, однако строго ограниченную порождающую способность трудно понять, оставаясь в плену принятых антиномий, на преодоление которых нацелена концепция Habitus,а – детерминизма и свободы, обусловленности средой и изобретательноости, сознательного и бессознательногого, или индивида и общества».62
Таким образом, мы видим, что Habitus представляет собой совпадение противополжностей. Но таким совпадением может быть гендерная трансперсональность, то есть социальная форма связи мужчины и женщины, которая выражается в элементарном факте семьи, – как это не банально, но семья- это действительно «ячейка общества», его структурная единица, и именно она определяет всю динамику социальных трансформаций. Динамика социальных трансформаций связана с изменениями, идущими внутри семьи как элементарной структуры общества.
Так доминирование «материнского» выражается в освоении природных, материальных объектов. Доминирование же «отцовского», наоборот, объективируется в эмансипации социальных институтов, чье функционирование всегда связано с такими идеальными образованиями как иделогия, язык, религия, наука и т.д.
Habitus как «структурированное социальное отношение», это прежде всего центральное социальное отношение, которое связано с такой социальной деятельностью, которая непрерывно себя повторяет. Как пишет Энтони Гидденс: «Социальная деятельность, подобно некоторым самовоспроизводящимся элементам природы, является повторяющейся»63. А что является самым «воспроизводящимся»? Очевидно – само воспроизводство, воспроизводство человеком самого себя и своей репродуктивной способности. Значит матрицей социентальной тотальности является институция брака, семьи. И в этом смысле, существуют три типа семейно – гендерных реляций, которые целиком определяют соответствующие социальные схемы:
«мать–ребенок» – языческое, полицентрическое, аграрное, «семейно-родовое» общество. Наиболее архаичные формы государственности.
«отец—сын» — моноцентрическое, традиционное, авторитарное, феодальное общество. Традиционные формы государственности (авторитаризм, монархия).
«муж-жена» — автономное, либеральное, демократическое, индустриальное, капиталистическое общество.
Таким образом, семья замыкает в единство внутренний и внешний мир субъекта социального действия в единство, и является целокупным символом социальных идентификации и интеграции.
Фамилиальная социальная теория способна снять все противоречия между субъективистскими и объективистскими социологиями. Фамилиализм как учение о фамилиальной, семейной интерсубъективности способен также решить проблемы, связанные с противоречиями между идентификационной и интеграционной теориями ценностей.
В конечном итоге система ценностных ориентаций разделяется на три большие группы: 1) «материнские» как материально — экономические; 2) «отцовские» как духовно — гуманитарные; 3) символически — интерсубъективные как рациональные.
1) Материально — экономические ценностные ориентации. Этот вид ценностей распределяется по оси «плановая экономика — рыночная экономика». Выбор в пользу то или иной группы детерминируется экономического статусом человека, его принадлежностью к той или иной социальной группе, экономически активной или экономически пассивной. Если та или иная социальная группа является экономически зависимой частью общества и нуждается в всемерной поддержке государства, оно крайне заинтересовано в государственном управлении экономикой и в развитии государственного сектора экономики. Эта группа, будучи объектом опеки со стороны государства, ратует за социально ориентированную экономику.
С другой стороны, экономически активные субъекты и сообщества, являясь революционно – реформаторской частью общества, уверены в необходимости развития рыночных отношений, чьи принципы неотделимы от принципов экономической самостоятельности. Экономическая независимость – основа политической независимости.
2) Духовно — гуманитарные ценностные ориентации традиционно делятся на индивидуально направленные или этические и коллективно направленные или политические ценностные ориентации.
3) Рационально — ценностные ориентации основаны на рациональном определении и ограничении ценностных объектов в качестве смыслов. Если материально — экономические и гуманитарно — духовные ориентации устанавливаются субъектом или даются ему на основе социально — общественного опыта как детерминированной извне сферы объективных и общественнозначимых символов, то рационально —ценностные ориентации конституируются субъектом изнутри, в качестве имманентных понятий и предметов в качестве продуктов спонтанной деятельности воображения и мышления, правда немыслимой без своего выражения вовне.
Рационально — ценностные ориентации, как и в предыдущих случаях, делятся на субъективно — рациональные и объективно — рациональные ориентации.
Субъективно — рациональные ориентации, как правило, основаны на идеалистических воззрениях, помещающих субъекта в центр конституируемой им реальности, в ценностно — теоретическом плане пределом таких воззрений является солипсизм, практическим выражением которого является эгоцентризм. Истоками субъективизма и индивидуализма традиционно считаются концепции и установки эпохи Ренессанса и Нового времени, ключевым для которых является картезианский принцип «когито» — «Я мыслю, следовательно, существую». Этот принцип существенно упрочил антропоцентрический характер мировоззрения современного человека, в основе которого лежит принцип автономного, независимого от внешних, трансцендентных детерминаций, имманентного конституирования и регулирования рациональных понятий и моральных ценностей. Вершиной субъективистской системы ценностей является свобода, причем понимается она как автономия воли, разумно ограничивающая свои устремления. Автономная воля сама предписывает себе закон, которому добровольно себя подчиняет. Автономная воля представляет собой некую «монаду» (Лейбниц), которая замкнута и не имеет коммуникативных связей с другой монадой. Предельными итогами субъективистской теории ценностей становятся ценностной индивидуализм, экономическая самостоятельность и политическая независимость.
Объективно — рациональные ориентации основаны на реалистическом и интерсубъективном характере конституирования целерациональных смыслов, на акцентировании коллективной доминанты человеческой природы в пику индивидуалистической составляющей человеческого существа, на том, что человек является неотъемлемой частью общественного коллектива, «совокупностью социальных отношений» (К. Маркс)64.
Приоритет объективно — рациональных ценностных ориентаций над субъективно — рациональными ценностями возникает в 19-ом веке, с появлением тех концепций, в которых преодолевается крайний субъективизм философии Нового времени, представленных в системах Декарта, Канта, Гегеля и т.д. Это преодоление связано, прежде всего, с именами Ф. Ницше, К. Маркса, З. Фрейда. Для учений этих мыслителей характерно, с одной стороны, отрицание рационального характера человеческого существа, или, по крайней мере, его мощная детерминация телесной составляющей, а, с другой стороны, утверждение человека в качестве лишь части социальной системы как целого, правда, эта инкорпорированность индивида в коллектив может носить либо осознаваемый, либо «бессознательный» характер (З.Фрейд).
Объективно — рациональные ценностные ориентации основаны теориях интерсубъективности и коммуникации, в основе которых лежит принцип отрицания субъективного характера ценностного смысла и утверждения интерсубъективного происхождения смысла. Это утверждение происходит на основе признания в качестве символического обмена, — ценностное смысл (значение) только тогда получает право на существование, когда он признается другим — участником коммуникации. Только тогда он объективируется и становится общезначимым. Смысл как ценность рождается в коммуникации65. Автономный субъект не способен произвести ценность — ему нужен для этого коммуникативный партнер, который бы смог ее разделить, и с которым можно было ею поделиться. А то, что не делимо, ценностью принципиально являться не может. Индивидуальной ценности не бывает, она всегда носит коллективный характер66.
Этот вывод очень важен для системно — функционального определения ценностной ориентации, поскольку позволяет редуцировать ценностную ориентацию к ее истоку, который заключается в коммуникативном союзе. Именно поэтому главной и «бесценной» ценностью является человеческое общение.
При проецировании этой классификационной сетки ценностных ориентаций на план студенчества она существенно поляризируется, что отражает бинарно — транзитивный характер ценностных предпочтений студенческой молодежи. Отмеченная выше транзитивность (переходность) студенчества, основанная на социальной дуальности в виде одновременной совмещенности его субъектности и объектности, необходимо обуславливает субъект — объектную расщепленность ценностных ориентаций.
Необходимо также сказать несколько слов о методике стратификации ценностных ориентаций. В процедуре дифференцирующей селекции и комплиментарной (дополняющей) комбинации конкретных ценностей мы обращаемся в основнос к методу «диарных контрарных суждений» Лапина Н.И67. На наш взгляд это наиболее оптимальная схема структуризации ценностных ориентаций, определяющая их не только по принципу радиальной контрарности, но и по принципу линейной совместимости. Правда некоторые исследова тели отмечают то, что ограниченность этой методики заключается в том, «что учитываются лишь крайние мнения (ценности -антиценности) и выпадает средняя, нейтральная позиция»68.
1.Материально — экономические ценностные ориентации студенческой молодежи имеют двойственный характер. Они располагаются по двум осям — «приватность — социальность» и «материализм — постматериализм».
Поскольку студенчество является экономически зависимой частью общества и нуждается в всемерной поддержке государства, оно крайне
заинтересовано в государственном управлении экономикой и в развитии государственного сектора экономики. Будучи объектом опеки со стороны государства, студенчество ратует за социально ориентированную экономику. Однако «на смену патерналистским и в какой то степени инфантилистским настроениям приходит осознание необходимости прежде всего личностных усилий»69.
Однако, с другой стороны, студенчество, являясь революционно – реформаторской частью общества, оно уверено в необходимости развития рыночных отношений70, чьи принципы неотделимы от принципов экономической самостоятельности. Поскольку экономическая независимость основа политической независимости и гарантия политических свобод, студенты наиболее активно ратуют за либерализацию экономики.
Несмотря на свою заинтересованность в материальном достатке, большая часть малообеспеченного студенчества отдает приоритет знаний и образования перед богатством, надеясь, однако, на возможную адекватность материального вознаграждения реализуемым на профессиональном поприще знаниям и умениям.
На современном уровне развития общественного сознания, причем и в России, и в Китае преобладание «материалистических ценностей» над «постматериалистическими»71, достигло своей «критической массы». И, конечно, студенчество не свободно от экономической заангажированности своих социальных предпочтений, поскольку одной из важнейших жизненных ориентаций студенческой молодежи является материальная обеспеченность. С другой стороны имеет место «феномен гипертрофированного стремления иметь материальные блага, не обеспеченное равнозначным стремлением эти блага создавать»72.
В распределении ценностных ориентаций в экономической сфере имеет место раздвоение, — «наблюдается явное противоречие в жизненных установках студентов». «Близость двух позиций (жизненный комфорт, успех возможны, прежде всего, благодаря собственным усилиям, предприимчивости; но одновременно подчеркивается важность знакомства с нужными людьми, помощи влиятельных лиц) является отражением в сознании студенчества специфики российской экономики, в которой эклектически сочетаются принципы двух разных моделей экономики. Дух предприимчивости, характерный для рыночной экономики, причудливо уживается с бюрократическим «рынком связей», определяющим пути и средства получения, обретения материальных, статусных, профессиональных благ и ценностей. Сопоставление полученных данных результатами аналогичных исследований последнего десятилетия позволяет зафиксировать и преемственность и параллельную новую, устойчивую и активно реализующуюся тенденцию»73.
Остается надеется, что этот дисбаланс связан с переходными процессами социально — экономического реформирования общества, всегда связанных с падением жизненного уровня больших слоев населения, и, что после окончания этих процессов баланс между материальными и духовными ценностями придет в норму74.
Микроэкономические
ценностные ориентации
аскетизм
![]()
экономическая
па
ссивность
предприимчивость
гедонизм
Схема 1
Таблица 1
| Гедонизм | Аскетизм | |
| 1 | Богатство как цель | Достаток как средство |
| 2 | Стремление к экономическому избытку | Стремление к экономической норме |
| 3 | Желание выделяться | Желание «быть как все» |
| 4 | Работа в частном секторе | Работа в госсекторе |
Таблица 2
| Экономическая пассивность | Предприимчивость | |
| 1 | Взаимопомощь | Состязательность |
| 2 | Нежелание иметь свой бизнес | Иметь свой бизнес |
| 3 | Стабильность | Риск |
| 4 | Законопослушность | Криминальность |
В целом и общем экономические реформы приветствуются молодежью, поскольку она видит в них перспективы для своей карьеры в будущем, и она надеется легко адаптироваться к новым экономическим условиям. Молодежь считает, что «...рыночные отношения расширили возможности личности в плане культурной идентификации, разрушив идеологический диктат, подорвав власть традиций и дали простор формированию широкого спектра идей и ценностных ориентаций... Однако реализация предоставляемых рынком возможностей ... напрямую зависит от имеющихся материальных ресурсов»75. Большинство студентов намерены попытать себя в бизнесе, или, по крайней мере, устроиться в частный сектор экономики76.
В тоже время осуществление этих возможностей для подавляющей части молодежи как бы далеко не простирались ее амбиции, являются весьма проблематичными.
Макроэкономическиеценностные ориентации
Рыночная
экономика
государственный частный