Средний класс
В Европе и США к среднему классу относятся не только представители малого и среднего бизнеса, менеджеры, инженеры или высокооплачиваемые квалифицированные рабочие, но и врачи, преподаватели вузов, школьные учителя, т.е. все те, кто обладает относительно высоким образованием. К примеру, выигравшего в лотерею несколько сотен тысяч долларов разнорабочего общественное мнение все равно оставит «за бортом» среднего класса. И лишь его дети, на чье образование он потратит значительные средства, смогут перейти на более высокий общественный статус. С белорусскими медиками и учителями ситуация с точностью до наоборот: их доходы, несмотря на высокий уровень образования, не тянут даже на уровень низшего слоя среднего класса. Поэтому их профессии сегодня не относятся к числу престижных, от чего они оказались на «периферии» формирующегося среднего класса, которая в большей степени, чем его основная часть, рискует профессионально деградировать.
Как уже отмечалось, высокие доходы в Беларуси можно получать, работая на крупных госпредприятиях, находясь на чиновничьей должности или занимаясь бизнесом. Неудивительно, что профессии, соответствующие именно этим сегментам социальной структуры белорусского общества, относятся к разряду наиболее престижных.
Доступ к власти и уровень самоорганизации
Согласно немецкому социологу Ральфу Дарендорфу, средний класс выполняет функцию «социальной плазмы», локализующей и смягчающей социальные конфликты. Но подобное «смягчение» возможно лишь при условии публичного признания конфликтов и поиска компромиссных решений через диалог.
Белорусская политическая модель основывается на руссоистской (коллективистской) концепции демократии, которая отказывает общественным конфликтам в легитимности. Согласно господствующей идеологической доктрине, белорусский народ един и выразителем его интересов является Глава государства. Однако конфликты от этого не исчезают. Они загоняются вглубь, постепенно накапливая энергию для социального взрыва. Когда повод для взрыва находится, неожиданно выясняется, что в обществе и государстве отсутствуют политические институты, способные вести диалог и разрешать конфликты, что делает социальные взрывы особенно разрушительными.
Как показывает европейский опыт, средний класс в целом поддерживает демократизацию, соглашаясь с перераспределением власти и ресурсов в пользу низших слоев. Однако в странах Латинской Америки, где разрыв в доходах между средними и низшими слоями всегда был крайне высок, средний класс, стремясь сохранить свой статус, обычно выступает против дистрибутивного равенства, а потому в прошлом часто служил социальной базой правоавторитарных режимов. В Беларуси значительного расслоения по доходам пока не произошло, но устойчивое повышение личного материального благополучия возможно лишь при условии лояльности к моносубъектной власти. Поэтому ожидать, что рост доходов автоматически будет вести к расширению социальной базы демократии, не приходится.
Местную специфику наглядно иллюстрирует следующие показатели: основную часть контролируемых налоговой службой поступлений в бюджет (96%) обеспечивают в Беларуси юридические лица. За счет индивидуальных предпринимателей и физических лиц сформировано соответственно 3,1 и 0,9% налоговых поступлений. Современную демократию не случайно называют «демократией налогоплательщиков». Именно из их рядов формируется средний класс. В рамках же белорусской модели место налогоплательщиков занимают государственно-зависимые служащие, и чем выше уровень их доходов, тем более они зависимы от государства.
Если говорить о степени доступа бизнеса к власти, то среди институциональных групп интересов самыми влиятельными являются корпорации государственного и неконкурентного частного бизнеса, в том числе компании, замешанные на российском и другом зарубежном капитале. Они, как правило, действуют под патронажем представителей центральной бюрократии, от чего многие из них имеют прямой доступ к лицам, непосредственно влияющих на определение внутри- и внешнеполитического курса. Традиционную активность в сфере дистрибутивной политики, в «выбивании» субсидий и кредитов проявляют три основных белорусских государственных «субсидарха»: жилищно-коммунальное хозяйство, аграрно-промышленный комплекс и строительная отрасль.
Достаточно активны в артикуляции своих интересов разнообразные региональные группировки чиновников и приближенных к ним неассоциированных предпринимателей, представляющих в основном неконкурентный бизнес. Они также могут оказывать существенное влияние на дистрибутивную политику и, в частности, на распределение государственных заказов. В создании таких групп огромную роль играют земляческие установки и личные знакомства – использование родственных, школьных соседских и иных межличностных связей. Поэтому региональные группировки власти и бизнеса нередко приобретают характер «местечковых» патрон-клиентельных групп, стремящихся контролировать в своих регионах наиболее доходные отрасли, поступающие из центра финансовые потоки, кадровую политику и т. д.
Что же касается частного конкурентного бизнеса, то его место в сложившейся в Беларуси властной модели хорошо фиксирует общественное мнение. Так, на вопрос «На Ваш взгляд, на кого, прежде всего, опирается президент А. Лукашенко?» в тройке лидеров оказались: силовые структуры – 48,6%, пенсионеры – 41,4% и президентская «вертикаль» – 37,0%. Последнее три места заняли специалисты – 9,9%, культурная и научная элита – 8,3% и предприниматели – 4,5%. Подобное распределение «точек опоры» вполне отвечает определению белорусского государства как социально ориентированного и авторитарного.
Однако проведение долговременной активной социальной политики возможно лишь на основе эффективной экономики. В свою очередь, такая экономика требует опоры на экономически активных граждан (бизнесменов, специалистов, культурную и научную элиту), словом на тех, кто обладает личностными ресурсами. На этом причинно-следственная цепочка не заканчивается, так как для эффективной работы таких граждан требуется современная институциональная среда, в том числе ее политическая составляющая, и это говорит о необходимости постепенных политико-институциональных реформ.
Если ответы на вопрос о социальных группах, на которые опирается власть, проанализировать в разрезе доверяющих и не доверяющих главе государства, то мы получим любопытную дополнительную информацию. Так, среди не доверяющих (а это как раз люди с личностными ресурсами) распределение ответов по трем последним профессиональным группам выглядит следующим образом: специалисты – 2,9%, культурная и научная элита – 1,0% и бизнесмены – 0,0%. Трудно подыскать более яркую иллюстрацию политической модели, которая пытается осуществить экономическую модернизацию, слабо учитывая интересы профессиональных групп, являющихся ее главными проводниками.
В целом политическая активность и уровень общественной самоорганизации белорусских граждан остаются довольно низкими. К ним очень медленно приходит понимание того, что, только объединившись в разнообразные ассоциации, можно кардинально изменить свою жизнь к лучшему. В СССР политическая активность общества ограничивалась участием в выборах, целью которых была демонстрация монолитного единства «партии и народа». Советская привычка голосовать сохранилась, поэтому так высоки проценты принимающих участие в голосовании граждан, но дальше ритуала голосования дело не идет (табл. 7). Занимаются агитацией, собирают подписи и наблюдают за голосованием всего несколько процентов граждан, причем складывать эти проценты нельзя, так как это практически одни и те же люди. Процент же принявших участие в работе избирательных комиссиях также не отражает реальный уровень автономного политического участия, поскольку они не формируются политическими партии и движениями.
Таблица 7. Распределение ответов на вопрос «В чем выразилось Ваше участие в президентских выборах?», % (возможно более одного ответа)
|
Вариант ответа |
10'01 |
06'06 |
| Участвовал в голосовании | 79.4 | 87.2 |
| Подписывался за выдвижение кандидата | 14.8 | 17.2 |
| Агитировал за или против кандидатов | 3.6 | 2.2 |
| Принимал участие в работе избирательной комиссии | 2.6 | 2.3 |
| Собирал подписи за выдвижение кандидата | 1.7 | 2.5 |
| Принимал участие в качестве наблюдателя | 1.3 | 1.2 |
| Не принимал никакого участия в этих выборах | 15.0 | 9.3 |
Источник: Национальные опросы НИСЭПИ / iiseps/poll.html
Низкая политическая активность связана и со слабостью гражданского общества в Беларуси. Общество атомизировано и напоминает, по меткому замечанию российского социолога Ю.Левады, мешок с горохом. Роль мешка при этом выполняет государство, и если мешок развязать, то общество рассыплется, что ни раз уже наблюдалось. Достаточно вспомнить горбачевскую перестройку.
Наибольшей политической пассивностью и неорганизованностью отличаются неассоциированные группы, хотя подавляющее большинство из них недовольно своим положением. Они смутно представляют свои общие интересы, плохо осведомлены о происходящих событиях и ждут, когда кто-то за них разрешит их собственные проблемы, будь-то президент, оппозиция или Россия. Ряд наиболее левоконсервативных из них, например, пенсионеры, жители сел и малых городов, являются главным объектом популистских и мобилизационных кампаний, периодически проводимых государственной машиной. В тоже время многие из неассоциированных групп (частные предприниматели, особенно, индивидуальный бизнес, часть рабочих, интеллигенции и студентов, католики, протестанты) иногда оказываются вовлеченными в коллективные формы артикуляции своих интересов.
Беларусь, как и ряд других стран бывшего СССР, отличается невысокой численностью ассоциированных групп интересов. Всего по состоянию на 1 января 2005 г. в Беларуси было зарегистрировано 2223 общественных объединений. Если сравнить эти данные со среднеевропейскими показателями, то мы увидим, что Беларуси предстоит преодолеть довольно большое расстояние на пути к формированию массового гражданского общества. Так, в Европе на 1000 жителей приходится в среднем четыре неправительственные организации (НПО), тогда как в Беларуси – чуть более 0,2 НПО. По данным Всемирного банка, на начало 2004 г. в Беларуси насчитывалась 1 НПО на 4500 чел., тогда как в Украине – 1/1500, в Польше – 1/900, в США – 1/240 и во Франции – 1/80 чел. Количественная слабость ассоциаций значительно уменьшает возможности влияния гражданского общества на развитие публичной сферы.
Конституция Республики Беларусь (ст. 36) гарантирует каждому право на свободу объединений. Однако на практике в последние годы стало очень сложно зарегистрировать как политическую партию, так и общественную организацию, деятельность которой может быть расценена как политическая. Аналогичные ограничения распространяются и на право граждан регистрировать СМИ. Существующие формальные и неформальные ограничения затрудняют формирование структур гражданского и политического обществ, а ведь именно через их структуры средний класс формулирует и защищает свои экономические и политические интересы.
Существенно ограничив каналы политического доступа для бизнес-структур, власть, с одной стороны, блокировала возможность появления в политической системе Беларуси разрушительных конкурентных олигархий (подобных украинским финансово-промышленным группам), а, с другой, не препятствует деятельности ассоциированных групп предпринимателей, но при условии их отстраненности от реального политического процесса.
Так, руководители крупных государственных и полугосударственных предприятий объединены в Белорусскую Конфедерацию промышленников и предпринимателей (нанимателей). Эта организация занимается в основном лоббированием корпоративных интересов членов конфедерации. Она была создана в 1993 г. с участием на первом этапе трех ведущих объединений: промышленников, предпринимателей и нанимателей (Белорусская научно-промышленная ассоциация, Белорусский союз предпринимателей и Белорусский союз предпринимателей и арендаторов). В настоящее время членами конфедерации являются 17 союзов и ассоциаций, из них 6 – некоммерческие организации (общереспубликанские союзы и ассоциации) с членством в них юридических лиц и 11 – республиканские общественные объединения.
Заметную роль в борьбе за интересы частного бизнеса играет Белорусский совет предпринимателей (БСП). В состав БСП входит около 800 действительных членов, среди которых более 20 лидеров республиканских организаций, более 300 руководителей корпораций, индивидуальные предприниматели, а также в качестве экспертов экономисты, юристы, журналисты, активно участвующие в программах поддержки предпринимательства. В системе БСП более 17 тыс. ассоциированных членов. Представители (координаторы) Союза осуществляют свою деятельность в городе Минске и всех областях Беларуси, всего в более чем 60-ти регионах республики.
Следует отметить и Минский столичный союз предпринимателей и работодателей – неправительственную, некоммерческую организацию, основанную в 1997 г. В настоящее время союз объединяет учредителей, руководителей и ведущих специалистов предприятий малого, среднего и крупного бизнеса. В союзе эффективно взаимодействуют белорусские, совместные и иностранные предприятия из 26 стран мира. Информационная сеть составляет более 7000 партнеров.
Существует еще и ряд организаций, объединяющих индивидуальных предпринимателей, работающих в основном на городских рынках или владеющих коммерческими киосками. Самой влиятельной из них является, на наш взгляд, незарегистрированное общественное объединение «За свободное развитие предпринимательства». По данным руководителя объединения В.Горбачева, в его состав входит 3800 человек, под влиянием которых находится еще 15–20 тыс. человек из 200.4 тыс. индивидуальных предпринимателей, зарегистрированных в Беларуси
Основной целью общественных организаций, объединяющих представителей частного бизнеса, являются артикуляция своих групповых интересов и содействие созданию современной рыночной институциональной среды. Однако уровень коллективной самоорганизации частного конкурентного бизнеса остается довольно низким. Белорусский бизнес-класс является слишком разобщенным и социально незрелым для того, чтобы быть в состоянии сознавать и защищать свои групповые интересы. Так, по данным проведенного в 2007 г. исследования «Факторы успеха малого и среднего бизнеса», ассоциированной деятельностью охвачено лишь 9,9% частных бизнесменов (индивидуальные предприниматели в данном случае не в счет). Это говорит о полном отсутствии динамики в самоорганизации белорусского малого и среднего бизнеса, поскольку в 1994 г. в бизнес-ассоциации также входило не более 10% бизнесменов. Впрочем, о существовании бизнес-союзов, отраслевых ассоциаций и центров поддержки знают 50-60% бизнесменов, но степень влияния этих структур на их поведение пока незначительна.
Ценностные ориентации и образ жизни
Средний класс является главным хранителем и выразителем индивидуалистской духовно-нравственной традиции при положительном отношении к ценностям добровольного коллективизма. Без среднего класса невозможно культурно осознанное восприятие идей индивидуальной свободы и автономии в массовом сознании общества.
Мы не располагаем достоверными данными о ценностных ориентациях белорусского среднего класса и близких нему социальных групп, поскольку в Беларуси, в отличие от соседних стран, такие социологические исследования до сих пор не проводились. Вместе с тем мы можем получить некоторые представления по этому вопросу, опираясь на экспертные мнения и используя данные опросов тех категорий респондентов, которых представляют среднеобеспеченные слои и обладают высшим или средним специальным образованием.
Различные опросы показывают, что свобода не является главной ценностью даже для белорусов с высшим образованием. Чаще ей предпочитают материальное благополучие. Эта ценность обычно занимает, наряду со здоровьем и семьей, первые позиции в иерархии ценностных ориентаций большинства белорусов. При этом, в отличие от «среднего» европейца, для которого свобода – это прежде всего возможность реализовать свои гражданские права и обязанности, в местных представлениях она трактуется как «возможность быть самому себе хозяином». Так же высоко ценятся справедливость и порядок.
Почти все понимают, что отстаивать свои интересы можно, только активно вступая за них в борьбу. Однако политику они для этого подходящим способом не считают – у подавляющего большинства белорусов господствует стойкое убеждение, что на процесс принятия решений они повлиять не смогут. Отсюда – низкая политическая активность и высокая степень индивидуального приспособления к существующей общественной системе.
Из приведенной таблицы 8 следует, что за последние 14 лет в системе ценностей белорусских средних слоев произошли заметные изменения: повысилась роль труда и образования и сократилась роль личных связей и нечестности. Однако следует помнить, что на 1993 г. пришелся пик системного кризиса, когда в условиях стремительной инфляции обесценивались не только деньги, но и образование и труд.
Сегодня, в отличие от бедных слоев общества, средние слои меньше верят, что успех приносит простое везение, и готовы упорно трудиться ради улучшения своей жизни. Труд они в два раза чаще называют в качестве источника богатства, чем везение, и в четыре раза чаще, чем нечестность. Однако все еще высоко в этих социальных группах ценятся личные связи, а везение называется несколько чаще, чем образование и талант.
Таблица 8. Распределение ответов на вопрос: «Что чаще всего, по Вашему мнению, ведет к богатству?», * (не более трех ответов)
|
Вариант ответа |
12'93 |
01'07 |
| Личные связи | 72.4 |
42.9 |
| Труд | 36.6 |
68.2 |
| Нечестность | 36.3 | 15.5 |
| Талант | 32.2 | 34.9 |
| Везение | 29.6 | 39.1 |
| Образование | 22.2 |
37.6 |
Источник: Национальные опросы НИСЭПИ / iiseps/poll.html
В иерархии самых важных человеческих качеств белорусский средний протокласс не оригинален: на первых позициях стоят профессионализм, честность, ответственность за себя и близких, а далее идут трудолюбие, предприимчивость, чувство собственного достоинства, чувство долга. В прочих массовых слоях профессионализм не находится в числе приоритетных ценностей, а лидируют честность, трудолюбие и ответственность.
Убеждения людей прямо влияют на их поведение и весь образ жизни. Представители среднего протокласса не склонны опускать руки, если им надо улучшить свою жизнь. Они активны и предприимчивы. При этом они скорее найдут сверхурочную работу, постараются получить доход с вложенного куда-то капитала или возьмут кредит, чем просто одолжат у знакомых деньги, займутся натуральным хозяйством или пойдут торговать на рынок.
Вместе с тем по нашим и другим экспертным оценкам, образ жизни, более-менее соответствующий восточноевропейским стандартам среднего класса, ведут только 4-6% белорусского населения. По местным меркам их можно отнести к высшему среднему слою, и именно он составляет ядро формирующегося в Беларуси среднего класса. Они живут в коттеджах или комфортабельных квартирах, часто позволяют себе дорогие покупки, меняют машины примерно раз в три года и тратят в отпуске не менее 1500 USD на человека.
Белорусский средний класс предпочитает вкладывать деньги в недвижимость, а потому кредиты на жилье являются среди этой категории населения достаточно популярными. Средние слои стараются строить или покупать в основном двухкомнатные квартиры, гораздо активнее прочих граждан пользуется платными медицинскими или другими социальными услугами, активно вкладывает средства в образование детей.
По наблюдениям специалистов в сфере автобизнеса, средний класс в основном ездит на машинах стоимостью 5-7 тыс. USD. Чаще всего это машины, «бывшие в употреблении» (возраст 8-10 лет). Поэтому в них не хотят вкладывать деньги, покатаются пару-тройку лет, а потом меняют. Свои квартиры и машины средний класс белорусов предпочитает страховать. Это говорит о том, что у многих людей есть не только деньги, но и развитая страховая культура, доверие страховым институтам и определенная уверенность в будущем. Популярны среди этих людей и вклады. Как правило, это суммы от 5 млн. бел. руб. и выше. Они являются более грамотным и в банковских вопросах: интересуются колебаниями курсов, сопоставляют политическую и экономическую ситуацию в стране и валютный рынок.
Уровень самоидентификации
Официальные социологи неоднократно заявляли, что более двух третей населения Беларуси относит себя к среднему классу. Этот вывод подтверждают данные, приведенные в табл. 9.
Таблица 9. Распределение ответов на вопрос: «Как Вам кажется, каков Ваш уровень дохода по сравнению с окружающими?»
|
Уровень дохода |
К-во респондентов |
% |
| Низкий | 148 | 13 |
| Ниже среднего | 216 | 20 |
| Средний | 639 | 58 |
| Выше среднего | 82 | 8 |
| Высокий | 8 | 1 |
| Всего | 1093 | 100.0 |
Источник: Опрос Лаборатории «НОВАК» (ноябрь 2005 г.)
Феномен Беларуси в том и состоит, что основная масса населения относит себя к среднему классу, зарабатывая при этом не более 300 USD. Однако в данном случае на лицо подмена понятий – средний класс и человек, получающий среднюю заработную плату по стране, это вовсе не одно и тоже. Причем сколько бы белорусы ни зарабатывали (300, 500 или 1000 USD), большинство их них все равно будет считать это средним доходом, видимо сравнивая себя не с гипотетическим стандартом, а с неким средним уровнем дохода, характерным для его окружения. Согласно статистике, уровень доходов, например, в сельской местности в 3-5 раз ниже, чем, в Минске, однако белорусское население не чувствует подобных различий. «Средними» себя считают бедные и богатые, наемные работники и бизнесмены, сельские и городские жители, люди с начальным и высшим образованием.
Процесс самоидентификации среднего класса предполагает формирование у людей потребности в распространении лояльности и идентификации с ближайших групп (семья, коллектив, профессиональная группа) на более широкое социальное образование как единый класс и осознание самих себя в качестве этого класса и своих интересов и притязаний в отношении других групп и классов. Рост группового самосознания, в свою очередь, ведет к повышению уровня сплоченности, организованности, активности и становится фундаментом для появления разнообразных ассоциаций, ведущих к формированию гражданского общества.
Однако в Беларуси при отнесении себя к среднему классу граждане принимают во внимание лишь один критерий – уровень доходов, по которому, как уже было показано, объективные данные чаще всего расходятся с субъективными самооценками. Остальные показатели, позволяющие объединять различные социальные группы в средний класс (уровень образования и квалификации, престиж профессии, доступ к власти, система общих ценностей и образ жизни) не влияют на процесс их самоидентификации.
В позициях так называемого «среднего» белоруса можно обнаружить множество логических противоречий: тоска по советскому прошлому и поддержка экономических реформ, потребность в «сильной руке» и уважение к демократическим свободам, признание открытости страны и ориентации на «особый путь». Белорусским социологам неоднократно приходилось отмечать, что видимая парадоксальность одновременного принятия одними и теми же людьми противоположных позиций – не исключение, а правило массового поведения. Отсюда чрезвычайно широкая, чуть ли не безграничная, адаптивность «среднемассового» человека к различным социальным и политическим условиям, что всегда было важнейшей предпосылкой его выживания.
Как мы видели, в белорусском обществе реально существует многочисленная «середина», которая себя таковой осознает. Но она не составляет среднего класса и в лучшем случае может быть его «периферией». При всех возможных социальных и экономических преобразованиях, средний класс общества составят прежде всего высококвалифицированные специалисты, носители культурного капитала и предприниматели. Вопрос в том, каково положение этих людей – не только в смысле уровня их жизни, но в смысле качества этой жизни, ценностных ориентаций, осознания своих прав, интересов и умения цивилизованно защищать эти права и интересы.
Хрупкость белорусской социальной стабильности не только в том, что в обществе мало по-настоящему «средних», но и потому, что в нем нет или почти нет автономных структур, или институтов. Институтов, которые связывают в одно общественное целое людей разных профессий и слоев, задают правовые и моральные рамки социального действия, короче говоря, превращают общество в сообщество, а стабильную инертность «середины» – в динамическую устойчивость мобильной развивающейся структуры.
ПОРТРЕТ СРЕДНЕГО КЛАССА БЕЛАРУСИ
«Нижний» средний класс - $100-150 на человека в семье.
«Средний» средний класс - $250-300 на человека в семье.
«Высший» средний класс - $500 на человека в семье.
1.Уровень доходов - от $100 до $500 на человека в семье;
2. Занятость - мелкий, средний бизнес;
3. Основные статьи расходов - улучшение жилищных условий у большинства стоит на первом месте, многостороннее образование детей, отдых за границей;
4. Средство передвижения - подержанный немецкий или японский автомобиль стоимостью от $3 тыс. до $8 тыс;
5. Одежда - покупают либо на выставках-ярмарках, либо в Польше и Литве;
6. Мебель - отдают предпочтение отечественным частным компаниям;
7. Туризм - 1-2 раза в год, преимущественно - Турция и Болгария;
8. Отдых, развлечения - один раз в месяц посещение спектаклей с участием российских театральных или поп-звезд, белорусские спектакли посещаются чаще. Не меньше двух раз в месяц - семейный ужин или обед в ресторане;
9. Основные ценности - работа, семья, здоровье. Свобода в праве выбора, возможность самостоятельно строить свою жизнь и улучшать благосостояние своей семьи, стабильность в бизнесе и жизни - в числе основных ценностей;
10. Основная проблема - отсутствие среды для формирования среднего класса и, как следствие, отсутствие общественного признания.
Заключение
Проанализировав средний класс в развитых странах и в России, можно сказать: как экономическое развитие и политическая обстановка, идеология влияют на ментальные ценности народа, на формирование классов общества, отношения между ними. Приведенные данные показывают: какие большие различия между средним классом развитых стран и бывших социалистических. Данная тема ещё мало изучена, поэтому сказать какие именно нужны меры для создания среднего класса тяжело. Развернутое и детальное представление об особенностях формирования среднего класса в Беларуси, его количественных и качественных характеристиках можно получить только в результате проведения масштабного социологического исследования. Этот же анализ позволяет сделать следующие общие выводы.
1. Белорусский средний класс находится в зародышевом состоянии. Относительно среднеобеспеченные слои составляют примерно 30% населения. Но только порядка 10% белорусов по объективным признакам (доходы, образование, престиж профессии) можно отнести к среднему классу, хотя субъективно к среднему классу себя относит более двух третей населения. При этом образ жизни, более или менее соответствующий восточно-европейским стандартам среднего класса, ведут лишь от 4 до 6% населения (в основном высший слой белорусского среднего класса).
2. В целом свыше 50% населения составляют так называемый средний протокласс, или «периферию» формирующегося среднего класса. Для вступления в его состав людям не хватает либо доходов и престижности профессии (свыше 30% населения), либо образования и высокого профессионального уровня (20%). Вместе с тем малообеспеченные, но с относительно высоким уровнем образования профессиональные группы можно рассматривать в качестве потенциальных центров кристаллизации будущего многочисленного и сильного среднего класса.
3. Белорусский средний класс и, в особенности, его «периферия», представляет собой аморфное и политически инертное образование. Он отличается неразвитым самосознанием, не вполне адекватной системой ценностей, слабой организованностью и не принимает активного участия в политической жизни страны. Его основная поведенческая модель – индивидуальная адаптация к общественной системе.
4. На этом фоне относительно активную в социально-политическом отношении силу представляют собой индивидуальные предприниматели, организованные в независимые ассоциации предпринимателей. Несмотря на невысокую численность ассоциированных индивидуальных предпринимателей, их организации способны оказывать ощутимое влияние на сознание и политическое поведение значительной части остального индивидуального бизнеса.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
1. См.: Народное хозяйство Республики Беларусь в 1993 г. – Мн., 1994. – С. 72
2. Там же. – С. 73
3. Там же. – С. 78
4. Украина 1992–1994 гг. была на постсоветском пространстве наиболее ярким примером того, к чему может привести смелая либерализация цен без последовательного проведения жесткой денежной политики, контроля доходов и структурной перестройки экономики. В рамках СНГ Украина превзошла всех по уровню инфляции. За 1993 г. она достигла в этой стране 10255% (!), тогда как в России (второй результат по СНГ) наивысший уровень годовой инфляции, который пришелся на 1992 г., составил лишь 2600%. Сверхвысокий уровень инфляции привел полному обесценению всех вкладов, и Украина была ввергнута в долларизацию. Такая ситуация стала следствием прежде всего политики безудержной денежной эмиссии и чрезмерно широкого предоставления кредитов госпредприятиям и местным администрациям. Но это, однако, не спасло Украину от более сильного, чем в ряде других государств СНГ, падения ВВП, составившего в 1994 г. 49% от уровня 1989 г. [См. подробнее: Рывок в рыночную экономику. Реформы в Украине: взгляд изнутри. – Киев, 1997.]
5. Для сравнения: в начале 1992 г. средняя заработная плата (СЗП) в Беларуси составляла примерно 87% от СЗП в России (соответственно 6 и 7 USD). Всего за три года различия возросли в 4 раза. На конец 1994 г. СЗП в Беларуси составляла около 25% от российской (соответственно 21 и 85 USD). Расчеты проведены по статистическим данным, опубликованным в периодической печати [Аргументы и факты. – 1993. – № 37; там же. – 1994, № 52].
6. См.: Аргументы и факты. – 1994. – № 52; Белорусский рынок. – 1995. – № I; Знамя юности, 28 января 1995 г.
7. Расчеты проведены по данным, опубликованным в периодической печати [Коммерсант Беларуси. – 1994. – № 25; Белорусский рынок. – 1995. – № 1; Советская Белоруссия, 22 декабря 1994 г.].
8. Звязда, 20 января 1995 г.
9. См. подробнее: Чернов В.Ю. Трансформация социальной структуры и перспективы гражданского общества в Беларуси / Гражданское общество. Сб. ст.: В 2-х вып. Вып. 2. – Минск, 1996. – С.11–14.
10. См. подробнее: Карбалевич В.И, Ровдо В.В., Чернов В.Ю. Проблемы формирования гражданского общества в Беларуси. – Минск, 1996.
11. president.gov/press24121.html#doc
12. См.: belstat.gov/
13. См.: Выборочное обследование домашних хозяйств / Там же.
14. См. там же.
15. См.: там же.
16. См. там же.
17. Для сравнения: в середине 1990-х гг. среднеобеспеченные слои составляли, по нашей оценке, около 20% населения Беларуси, что говорит о положительной (хотя и медленной) динамике материального благосостояния граждан. (См.: Чернов В.Ю. Указ. соч. – С.25.)
18. Прокофьева Н.Г. О неэкономических факторах экономического роста / Проблемы развития транзитивной экономики: инновационность, устойчивость, глобализация. – Минск, 2007. – С.228.
19. См.: Итоги переписи населения Республики Беларусь 1999 года. – Минск, 2000.
20. См.: nalog/
21. См: опрос НИСЭПИ (август.2006 г.).
22. См. там же.
23. minjust
24. См.: Пазняк В. Куда ведет «Лента Мебиуса» белорусской политики? // Беларусь: