Бедность и бедные в современной России
Крайняя ограниченность ресурсного потенциала бедных (как в денежном выражении, так ив имущественном плане) напрямую предопределяет другие особенности их экономического поведения. Данные исследования показывают, что целый ряд эффективных элементов этого поведения – сбережения, инвестиции, эксплуатация накопленного имущества – для бедных россиян изначально оказывается неосуществим. Всего 7,1% бедных имеют хоть какие-то сбережения (в отличии от четверти населения в целом и 80,9% богатых). Напротив, у бедных обнаруживается тенденция постепенного накопления долгов (треть бедных, т.е в два раза больше, чем по населению в целом, сообщили, что для поддержания своего материального благосостояния им приходится регулярно занимать деньги). Накопившиеся мелкие долги присутствуют в 38,7% бедных семей, кроме того, четверть бедных констатирует наличие у них еще и долгов по квартплате. В более благополучных группах населения жизнь в долг все-таки не приобретает такого масштаба, как у бедных.
Острая нехватка у бедных любых материальных ресурсов приводит к тому, что каждый второй из них не в состоянии пользоваться низкими платными услугами, которые доступны другим слоям населения России. Так, около 90% бедных не прибегают к платным образовательным услугам, свыше 95% - оздоровительным, почти 60% - медицинским. Отстаивание потребительских возможностей бедных, особенно в сфере образования, оздоровления, рекреации, отдыха, очевидно. То, что части бедных все-таки удается воспользоваться платными медицинскими услугами, отражает скорее не их возможности в этой сфере, а очевидное замещение бесплатной медицинской помощи в России псевдорыночным ее вариантом и острейшую потребность бедных в медицинских услугах. Судя по самооценкам, всего 9,2% бедных на сегодняшний день могут сказать с определенной долей уверенности, что с их здоровьем все в порядке, в то время как 40,5%, напротив, уверены, что у них плохое состояние здоровья. Боязнь потерять здоровье, возможность получить медицинскую помощь даже при острой необходимости составляют основу жизненных страхов и опасений подавляющего большинства бедных.
По данным исследования, немалая доля российского населения (23,1%) серьезно озабочена отсутствием перспектив для детей, а именно для бедных эта проблема на практике встает наиболее остро. Как уже отмечалось, возможности получения хорошего образования, включая дополнительные занятия для детей и взрослых, в настоящее время входят в первую пятерку наиболее значимых факторов, отличающих жизнь бедных семей от жизни всех остальных. Уже сейчас подавляющее большинство российских бедных (62,2%) оценивают собственные возможности получения образования и знаний, которые им необходимы, как плохие (население в целом склоняется к подобной оценке только в трети случаев, богатые – практически - никогда). Только каждой десятой бедной семье в России удается оплачивать образовательные услуги, и как следствие, среди бедных все больше растет убеждение в том, что получить хорошее образование «хотелось бы, но вряд ли удастся» (41,1% бедных по сравнению с 29,7% населения в целом). И здесь возникает новая проблема, острота которой пока не до конца осознается российским государством. Чрезмерная поляризация общества, прогрессирующее сужение социальных возможностей для наиболее депривированных его групп, неравенство жизненных шансов в зависимости от уровня материальной обеспеченности в скором времени приведет к активизации воспроизводства российской бедности, резкому ограничению возможностей их сверстников из иных социальных слоев. Оборотной стороной этой проблемы станет сокращение притока талантливой молодежи в экономику России и, как следствие, - снижение конкурентоспособности экономики страны.
Собственно, уже сейчас бедным как четко обозначенной социальной группе довольно редко вообще удается добиться каких-либо существенных изменени1 своего положения, решить сложную семейную проблему, остановить падение уровня жизни, вырваться из круга преследующих их неудач. За последние три года только 5,5% из них удалось поднять уровень своего материального положения (среди населения в целом – 22,7%); 9,0% - повысить уровень образования и квалификации (население в целом – 20,7%); всего 7,9% бедных сумели получить повышение на работе или найти новую подходящую работу (население в целом -17,4%); 3,7% позволили себе дорогостоящие приобретения – мебель, машину, дачу, квартиру (население в целом – 15,5%); наконец, считанным единицам бедных (менее 1,0%) удалось побывать в другой стране мира (население – 4,8%далось побывать в другой стране мира ()ретения - мебель,найти новую подходящую работу ()ожения ()я жизни, вырваться из круга п). В общей сложности три четверти российских бедных за три года не смогли изменить к лучшему хоть что-либо в своем нынешнем положении. В то время как шансы на это более обеспеченных слоев населения были гораздо выше и росли пропорционально росту их материального достатка.
Ситуация с нарастающим обнищанием бедных по многим показателям близка к критической: половина из них констатирует, что плохо питается, до 70-80% не имеют никаких возможностей для нормального досуга и отдыха и, наконец, каждый третий российский бедный уже настолько разуверился в возможности изменить ситуацию, что критически смирился с тем, что его жизнь складывается плохо (в среднем по массиву опрошенных – каждый десятый).
Исходя из вышесказанного, очевидной становится проблема: постоянно истощающиеся ресурсы российских бедных должны каким-то образом пополняться. Структура их доходов в целом не слишком-то отличается от структуры доходов населения – и в том, и в другом случае основу ее составляют доходы от занятости (зарплата по основному или дополнительному месту работы) и социальные трансферты (пенсии, пособия, алименты и т.д). У бедных зарплата, приработки и трансферты составляют 69,6%, 16,1% и 43,1%, у населения в целом – 74,1%, 19,7% и 36,5% соответственно. Другие источники дохода (от собственности, от сдачи в аренду имущества, % по вкладам, инвестициям, от собственного бизнеса) не занимают никакого места в совокупной структуре доходов бедных, и крайне незначительное – в совокупной структуре доходов населения в целом.
Как видим, некоторые социально-демографические особенности группы бедных(ее большая экономическая неактивность, связанная, главным образом, с большим удельным весом таких членов семьи, как пенсионеры, дети, инвалиды, безработные ) неизбежно смещает структуру доходов нуждающихся семей в сторону уменьшения роли заработной платы и повышении значимости социальных трансфертов, о недостаточности которых уже говорилось. Но это только одна, и отнюдь не главная сторона проблемы бедных в России.
Главное в том, что те же самые социально-демографические особенности влекут за собой большую иждивенческую нагрузку на доходы работающих, если таковые присутствуют в семье бедных. А они присутствуют в 81,7% случаев (по населению в целом – 87,5% семей). Однако доходов от занятости при повышенной иждивенческой нагрузке, низком уровне оплаты их труда, закрытом доступе к другим источникам доходов по причине низкого социального и ресурсного потенциала бедных оказывается недостаточно, чтобы вырваться из состояния бедности. Поэтому не следует сосредоточивать внимание на том, что бедным не хватает получаемых социальных трансфертов – зачастую им просто не хватает возможностей нормальной занятости, способной обеспечить основные базовые потребности их семей.
Глава 2. Российская бедность: измерение и пути ее преодоления
Бедность — неизбежный спутник современного общества, так как ее причины вызваны не только недостатками здоровья, личности, характера, интеллекта и психики, не только несовременной прокреативной ориентацией, обусловливающей многодетность, не только эгоистической позицией работодателей (включая государство), но и общим дефицитом ресурсов в мировом масштабе. Устранить бедность социальный работник не в состоянии, он может действовать с целью устранения наиболее вопиющих последствий бедности, с тем чтобы она не стала наследственной для семьи данного клиента: оказать содействие в обеспечении полноценным питанием; помочь получить образование и вместе с тем шансы на успешный социальный старт детям бедняков, родители которых не могут предоставить им таких возможностей, какие предоставляются детям из обеспеченных или богатых семей; гарантировать медицинскую помощь, в первую очередь женщинам и детям.
2.1. Измерение бедности
К числу показателей, отражающих глубину и остроту проблемы бедности в обществе, относятся индекс бедности, индекс дефицита бедности, индекс квадратичного дефицита бедности. Они интерпретируются следующим образом.
Индекс дефицита бедности выражает дефицит бедности в процентном отношении к черте бедности по отношению к численности всего населения, и в этом смысле является характеристикой всей совокупности населения. Индекс квадратичного дефицита бедности более чувствителен к благосостоянию беднейшей части населения, хотя он, как и индекс дефицита бедности, выступает характеристикой всего населения
Наименьшие показатели бедности приходятся на начало 1997 – 1998 гг.; когда доля бедных по величине денежных доходов составляла 45,6 – 45,9%, а средний квадратичный дефицит бедности составлял 11 – 11,1%. В дальнейшем начался рост показателей бедности, пик которого пришелся на 1999г. Резкое обеднение населения говорит о том, что августовский финансово-экономический кризис 1998г. отразился в последующие годы, и прежде всего, в1999г.
Наиболее зримо успехи государства в борьбе с бедностью отражает показатель доли бедных в населении. Заметим, что даже если доля бедных в обществе заметно не уменьшается – это не означает, что государство ничего не делает в этом направлении. В силу различия свойств индексов бедности их динамика может служить критерием оценки социальных политик разной направленности. Так, более динамичное по сравнению с другими показателями сокращение доли бедных может означать, что меры социальной политики были адресованы группе, которая находилась сразу же за чертой бедности и которую можно вывести из этого состояния не столько за счет социальных трансфертов, сколько за счет создания условий для интенсификации собственных усилий в улучшении материального положения. Это могло произойти и за счет улучшения социально-экономической конъюнктуры, выгоды от которой распределяются среди населения достаточно равномерно.
Когда самые высокие темпы уменьшения наблюдаются для индекса дефицита бедности, это означает, что в поле зрения социальной политики находятся все группы бедных.
Этот вариант предполагает использование широкого комплекса мер как социальной, так и экономической политики. Он, по сути, является самым дорогостоящим с точки зрения затрат и именно потому подтверждает решимость государства системно бороться с бедностью.
Динамика индексов бедности в России между 1999 и 2002 гг. позволяет констатировать, что меры социальной политики в стране были направлены в первую очередь на беднейшую часть населения. Индекс квадратичного дефицита бедности сократился к 2002 г. на 27%, в то время как индекс дефицита бедности -на 21,6%, а доля бедных – на 12,7%. Таким образом, в этот период осуществлялся минималистский вариант борьбы с бедностью – оказывалась помощь людям, находившимся в состоянии крайней бедности (нищеты). Такая помощь обязательна и необходима, но она не предотвращает воспроизводство бедности и практически не уменьшает ее масштабы.
При обсуждении показателей уровня бедности нельзя не остановиться на существенных отличиях оценок уровня бедности, полученных в исследовании, и официальных данных Госкомстата РФ. По данным Госкомстата, в 2002 г. доходы ниже прожиточного минимума в России имели 25% населения. Эту же цифру в декабре 2003 года озвучил президент РФ, назвав бедность острой социальной проблемой страны, требующей неотложного решения. Именно масштаб бедности 20-25% стал ориентиром для деятельности нового правительства РФ.
Разница приведенных в данной статье показателей доли бедных, а также оценок Госкомстата РФ на основе данных ОБХД (публикуемых в ежеквартальных сборниках) и официальных данных Госкомстата РФ составляла в начале 2000-х годов 2,3-2,7 раза. На наш взгляд, это объясняется тем, что доля бедных в размере 25% является итогом оценки доходов населения, осуществляемой на макроуровне с использованием баланса доходов и расходов. На этом уровне становится очевидным расхождение между легальными, учтенными доходами и суммой расходов, произведенных населением страны. Таким образом выявляются неучтенные доходы. Это и доходы незаконного происхождения – получаемые за счет нелегальных, запрещенных законом производств, продажи товаров и услуг (алкоголь, наркотики, проституция и пр.), доходы криминального характера (хищения, взятки), а также доходы, присваиваемые предпринимателями предприятия за счет ухода от налогов на заработную плату и прибыль, и пр. При макроэкономических расчетах сумма неучтенных доходов распределяется среди всего населения.
Результаты расчетов показателей бедности по группам территорий, входящих в состав федеральных округов, свидетельствуют, что, во-первых, в анализируемый период во всех федеральных округах наблюдается рост масштабов бедности; во-вторых, самый высокий уровень бедности был в российской периферии – восточных (Сибирский и Дальневосточный федеральные округа) и южных (Южный федеральный округ) районах страны (табл.4)
Можно видеть, что «вечные» российские диспропорции в развитии западных и восточных регионов страны превратились из административно-территориальных и географических различий в социальные. Вследствие этого Сибирский, Дальневосточный и Южный федеральные округа являются наиболее проблемными группами регионов как для текущей, так и для перспективной социальной политики в области регулирования доходов, заработной платы, уровня потребления и других показателей уровня жизни.
В Сибирском федеральном округе концентрируются субъекты Федерации, являющиеся территориями компактного проживания коренных народов Сибири – бурят, тувинцев, хакасов, алтайцев, шорцев. Титульные и аборигенные этносы в этих субъектах Федерации составляют 27-30% населения (за исключением Тувы, где доля тувинцев насчитывает 64%). Они образуют костяк сельского населения, расселенного по всему пространству этих регионов и занятого преимущественно традиционными формами хозяйствования. В настоящее время аборигенные этносы слабо интегрированы в экономику и ориентированы исключительно на автономное жизнеобеспечение. Основой их существования и выживания является возврат к натуральному хозяйству. Судя по статистическим данным, денежные душевые доходы населения на территориях с повышенной концентрацией аборигенных этносов существенно ниже, чем у остальных жителей. Так, в 2002 г. в Тюменской области они были в 3-4 раза ниже, чем в среднем на одного жителя области, а по Красноярскому краю – ниже в 2-3 раза.
Еще один интересный аспект измерения бедности в обществе – значимость проблемы бедности для какой-либо из социальных групп в масштабах всего общества. Она зависит не только от доли бедных в группе, но и от среднего размера дефицита бедности в этой группе и от доли группы в составе населения.
2.2. Пути преодоления бедности
В настоящее время в нашей стране в основном завершился начальный этап изучения бедности и выработки подходов к ее снижению в новых условиях. Его результатом стало значительное развитие социального законодательства, формирование общественной потребности в комплексном решении этой проблемы с опорой на науку, а также развитие ряда исследовательских коллективов, способных совместно с практиками реализовывать комплексные международные, общероссийские и региональные проекты по снижению уровня бедности.

Приложение
Таблица. Мнение о главных характеристиках отличия жизни богатых семей от всех остальных (в %)
| Условия жизни | Население в целом | Богатые | Бедные |
Качество жилищных условий Возможность провести отпуск за границей Доступность приобретения дорогой мебели и бытовой техники Уровень медицинского обслуживания Возможность для детей добиться в жизни намного большего, чем большинство их сверстников Возможности получения хорошего образования Большая уверенность в завтрашнем дне Возможности проведения досуга (посещение дорогостоящих дискотек, ресторанов и т.д.) Возможность приобретения недвижимости за рубежом Наличие дорогого автомобиля Возможность иметь интересную работу Отношение к ним окружающих Незащищенность от физического насилия и посягательств на их собственность |
73,5 62,0 53,0 49,0 42,6 41,0 35,4 27,1 24,1 24,7 18,5 7,2 4,1 |
75,6 53,1 45,2 46,5 41,3 53,5 36,3 27,1 23,4 21,5 21,1 9,9 6,6 |
72,9 60,4 53,0 53,2 41,3 40,4 38,4 25,5 22,2 22,2 19,5 5,8 3,5 |