Буддист с мечом: Барон Р.Ф. Унгерн-Штернберг
Войска Унгерна, составлявшие, по разным оценкам, от четырех–пяти до десяти тысяч семисот пятидесяти сабель и штыков (14), — включая подчиненные ему отряды полковника Казагранди, есаула Кайгородова, атамана Казанцева и другие белопартизанские группы, — выступили в конце мая. С этими ничтожными силами барон бросил вызов огромному государству, режиму, одержавшему победу в Гражданской войне: тотальное превосходство красных его, искавшего подвига и смерти, смущало меньше всего. Унгерн рассчитывал поднять антибольшевистские восстания на Алтае, в верховьях Енисея, в Иркутской губернии, в Забайкалье, надеялся на помощь атамана Семёнова, японской императорской армии.
Однако народ безмолствовал, Семёнов и японцы никакой поддержки наступавшим не оказали. Красная армия вместе с революционными монгольскими частями заняла Ургу и другие важные пункты на территории Халхи, нанесла тяжёлый удар по вторгшимся в Россию отрядам белых. Убедившись в бесперспективности борьбы в Прибайкалье, барон вернулся в Монголию. Но и здесь почва из-под ног «Цаган-Бурхана» уходит: он понимает, что скудные ресурсы страны не позволят ему сколько-нибудь долго сражаться с большевиками. Унгерн решает уйти в Тибет и вместе со своим войском поступить на службу к Далай-Ламе (15). Для него Тибет был хранилищем священного знания, где-то там располагалась легендарная Шамбала, «подземное королевство» Агарти — страна древних магов, из глубины своих пещер правящих миром. Унгерн ощущал себя орудием их вселенской воли...
Однако замысел барона осуществлен не был. Узнав о его намерениях, группа офицеров Азиатской дивизии составила заговор. Ближайший помощник Унгерна, генерал Резухин, был убит, ему самому удалось спастись, но власть над своими полками барон утратил. Возглавившие их заговорщики двинулись на восток, в Маньчжурию, Унгерн же отправился в Монгольский дивизион, единственное подразделение, на преданность которого ещё можно было рассчитывать. Однако монголы, согласно одной из версий произошедших событий, его обезоружили и связали, отдали своему «Цаган-Бурхану» поклоны и оставили его в юрте, а сами умчались в степь. 22 августа связанного барона обнаружил красный разъезд. Конные разведчики доставили Унгерна в штаб советского Экспедиционного корпуса. Затем его переправили в Верхнеудинск, оттуда — в Иркутск, из Иркутска он попал в столицу Сибири — Новониколаевск. Здесь, при огромном стечении публики, 15 сентября состоялся суд. Барон был признан виновным по всем пунктам обвинения и приговорён к смерти. Вечером того же дня стрелковый взвод привел приговор в исполнение (16)...
Личность барона Унгерна сложна и неоднозначна, она (и это не красное словцо) буквально соткана из противоречий. Этот человек родился в культурном центре Европы, но действовал главным образом во Внутренней Азии; противник эмансипации во всех ее видах, целую страну освободил от чужеземного ига; воспитанник европейской военной школы, возрождал стратегию и тактику Чингисхана; питомец цивилизации Запада, мечтал о том, чтобы наводнить его потоками желтых орд. Чистопородный тевтон, он был наделен чертами типического русского самодержца, восточного сатрапа и ясновидца; «последний рыцарь», выходец из Средневековья, отмечен неизгладимым клеймом «железного», XX века; реакционер-монархист, непримиримый борец с Революцией, сам являлся пассионарием — носителем революционной идеи, только с обратным знаком, и поднял восстание против современного мира.
Фон Унгерн-Штернберг стал (не мог не стать) героем или антигероем сотен, если не тысяч, произведений: от стихотворных баллад и романов до кинофильмов и театральных пьес, от философских эссе и академических исследований до легкомысленных газетных заметок и сомнительных мемуаров (в последнее время появились даже компьютерные игры, одним из главных героев которых является барон Унгерн); самые различные литераторы — от Оссендовского, Несмелова и Хейдока до Маркова, Вудса, Юзефовича и Пелевина — обращались к образу «даурского крестоносца». Но всё, что о нём написано, является, подобно верхушке айсберга, лишь частью Унгернианы. То, что пером не схвачено, составляет не менее значительный её пласт, пополняемый новыми и новыми мифами.
…О бароне помнят и в Европе, и в Азии. Он всё ещё скрывается в её бескрайних просторах, ожидая исполнения завещанных сроков. Летом — в раскаленных ветрах, зимой — в колючих буранах, проносится над пустыней Гоби фигура исполинского, закованного в броню всадника с вороном на плече...
Список литературы
1. Юзефович Л. Самодержец пустыни (Феномен судьбы барона Р.Ф. Унгерн-Штернберга). М., 1993, С. 18.
2. См. «Поведение продолжает ухудшаться» // Источник. 2001. № 4. С. 66, 69 — 70.
3. Белов Е.А. Барон Унгерн фон Штернберг: Биография. Идеология. Военные походы. 1920 — 1921 гг. М., 2003. С. 18.
4. Оссендовский Ф. И люди, и звери, и боги. М., 1994. С. 259 — 260.
5. См.: Белов Е.А. Указ соч. С. 19, 192.
6. См.: Юзефович Л. Указ соч., С. 43.
7. Белов Е.А. Указ соч. С. 117.
8. Юзефович Л. Указ соч., С. 44.
9. Серебренников И.И. Гражданская война в России. Великий отход. М., 2003. С. 93.
10. См.: Юзефович Л. Указ соч., С. 71.
11. Там же. С. 86.
12. См. Першин Д.П. Барон Унгерн, Урга и Алтан-Булак. Самара, 1999. С. 99 — 100.
13. См.: Юзефович Л. Указ соч., С. 121.
14. Последняя оценка содержится в работе А.Н. Кислова. См.: Кислов А. Ликвидация Унгерна // Демиденко М.И. Барон Унгерн — белый рыцарь Тибета. М., 2004. С. 293.
15. Юзефович Л. Указ соч., С. 193.
16. См.: Там же. С. 208 — 209.