Данте Алигьери – жизнь и творчество
Беатриче и Италия — два спектра «Комедии», два основных ее плана: моральные искания поэта неотделимы от его мечтаний о возрождении родины. Созданная в эпоху великого исторического перелома «Божественная комедия» отразила яростную схватку двух миров, двух идеологий, двух культур. Старое и новое, архаичное и передовое, традиционное и новаторское переплелись в ней причудливым образом. И все это в брожении, становлении, в борьбе. Старое рассеивается на глазах, дает трещину за трещиной, а новое выступает еще в ветхом одеянии средневековой схоластики. Но страстная, ищущая мысль поэта одну за другой срывает обветшалые одежды, рвет оковы богословской догматики, рушит старые каноны и выходит, на широкие просторы нового реалистического искусства.
Сюжет поэмы Данте типично средневековый. Это схоластическая аллегория, изображающая «хождение по мукам» — путь человеческой души от греха к праведности, от заблуждений земной жизни к истине богопознания. Именно этим сюжетным замыслом подсказано название поэмы: Данте назвал ее «комедией», так как в его время так называли произведения, имеющие мрачное начало и светлую оптимистическую развязку. Что касается эпитета «божественная», то он появился позднее: его дало «комедии» потомство, выразившее этим свое восхищение поэтическим совершенством бессмертного творения Данте.
«Комедия», написанная в средневековом литературном жанре «видения», начинается картиной дремучего леса, в котором заблудился поэт. В лесной чаще Данте обступили хищные звери — лев, пантера, волчица. Поэту грозит гибель. И тут внезапно появляется перед ним старец, который отгоняет зверей и выводит его из грозной лесной чащи. Старец этот — великий римский поэт Вергилий. Его послала Беатриче, чья душа обитает в раю. Оттуда, с райских высот, умершая возлюбленная увидела опасность, которая угрожает Данте. Вергилий предлагает Данте следовать за ним и ведет его по загробному миру. Они проходят через ад и чистилище, где видят мучения осужденных грешников, и подымаются к вратам рай, где Вергилий покидает Данте. Ему на смену является Беатриче. Она ведет Данте дальше, через райские сферы, где они лицезреют блаженство праведников на небесах. Возносясь все выше и выше, они достигают божественного престола, где поэту предстает образ самого бога.
Лесная чаща, в которой заблудился поэт, — это аллегория жизненных катастроф и нравственных падений человека. Хищные звери — гибельные человеческие страсти. Вергилий—земная мудрость, направляющая человека к добру. Беатриче - божественная мудрость, которая ведет к нравственному очищению и постижению истины. Путь духовного возрождения человека лежит через осознание им своей греховности (странствия по аду) и искупление этих грехов (путь через чистилище), после чего душа, очищенная от скверны, попадает в рай.
Сложная католическая символика проходит сквозь всю «Комедию», проникает все ее образы и мотивы. Каждый образ несет двойной, а то и множественный смысл. Автор вводит в поэму мистические эпизоды, таинственные видения, вещие сны, пророчества, знамениям/Композиция поэмы основана на сложной, мистической игре числами 3, 7, 10 и их сочетаниях. Магии этих чисел поэт придает особый, тайный смысл. Наибольшее значение придает Данте числу 3, которое положено в основу всей композиционной схемы «Комедии».(Поэма делится на три части: «Ад», «Чистилище», «Рай». В каждой части тридцать три песни (всего, вместе с первой, вступительной — сто песен). Принцип троичного членения выдержан и в стихотворном размере: «Комедия» написана терциной — трехстрочной строфой.
Те же традиции средневековой богословской мысли подсказали Данте архитектонику изображенного в поэме загробного мира. Следуя традиционной богословной схеме мироздания, Данте изображает ад, как огромную воронку, уходящую к центру земли. Ад разделен на девять концентрических кругов. Чистилище — окруженная морем гора, имеющая семь уступов. В согласии с католическим учением о посмертных судьбах людей, Данте изображает ад местом наказания нераскаявшихся грешников. В чистилище находятся грешники, успевшие покаяться перед смертью. После очистительных испытаний они переходят из чистилища в рай — обитель чистых душ. Тонко разрабатывая типологию человеческих пороков, он отводит каждому четкое, точно определенное место в соответствующих кругах ада или чистилища. .
Мысль о создании большого эпического полотна, которое объяло бы прошлое и настоящее, сочетало бы миф и историю, могла быть навеяна поэту Вергилиевой «Энеидой», в которой Данте видел высокий образец поэтического совершенства. Однако, задумав создать эпопею, Данте не пошел путем копирования античного образца, а обратился к литературным формам своего времени, синтезируя и перерабатывая различные жанры — повествовательные и драматические — и одновременно широко и свободно черпая из народного творчества, вводя образы, формы, приемы из народной поэзии, что придало неповторимое своеобразие всей структуре поэмы, ее образам, ее стихотворному размеру.
Близость Данте к поэтическому мышлению народа сказалась также в характере изображения загробного мира. Не традиционные образы канонической церковной литературы, а народные апокрифические «видения» и легенды питали Дантову картину потустороннего мира.
У Данте христианская мифология перемешана с языческой. Унылая картина христианской обители мертвых зацвела поэтической фантазией, засветилась невиданными красками. В царство средневековой аскетической догмы ворвалась нетленная красота античного искусства.
Поэт исполнен восхищения перед культурой античного мира. Он открывает в ней неисчерпаемый кладезь красоты и мудрости, что ярко сказалось в символической фигуре Вергилия. Это он, мудрый язычник, а не традиционный ангел христианских легенд, ведет Данте к познанию истины. Подобное отношение к античности, недоступное средневековому мыслителю, делает Данте- прямым предшественником гуманистов Возрождения.
Замысел своей поэмы Данте изложил в письме к правителю Вероны — Кан Гранде делла Скала, которому он посвятил III часть «Комедии». Он писал, что поэма написана не для созерцательных целей, а для действия и цель ее — вырвать людей, живущих в настоящее время, из состояния злополучия и привести их к состоянию счастья. Этот путь к «состоянию счастья» поэт не мыслил себе вне сплочения итальянского народа единой культурой. Поэт включил в свою поэтику необъятный ученый — поистине энциклопедический — материал по всём отраслям средневекового знания. Все, чем он владеет, все, накопленное долгими годами упорного труда и напряженной работы мысли, поэт хочет сделать достоянием своего народа»
Но не только сумму схоластических знаний — мертвый груз веков — желает автор передать людям: он стремится просветить их всем опытом истории и дать им познание живой действительности, чтобы призвать к борьбе за ее изменение. Так поэма, насыщенная схоластической ученостью, наполняется реальным содержанием. Поэт пишет летопись итальянской жизни: пусть каждый итальянец знает все о своей родине — ее прошлое и настоящее, пусть станет очевидцем и судьей ее борьбы и бедствий, ее побед и поражений, пусть поймет, какие преграды лежат на его пути к мирной, счастливой жизни. История, воплощенная в человеческих судьбах, оживает под пером Данте. Царство мертвых поэт населил несметными толпами теней, но он дал им плоть, кровь, человеческие страсти, и обитатели загробного мира стали неотличимы от тех, кто живет на земле, как и все летописцы его времени, Данте еще не отделяет историю от мифа, факт от вымысла. Рядом со своими современниками он изображает в поэме исторические личности, героев библейских преданий или литературных произведений. Но обилие исторического и легендарного материала не уводит поэта от его замысла — показать реальный ход итальянской жизни. Данте убежден, что образы «тех, о ком живет молва», послужат впечатляющим примером, сделают наглядной его мысль, лучше донесут до читателя замысел поэмы. - Энгельс высоко ценил Данте, как поэта политического. И действительно — история Италии предстает в «Божественной комедии», прежде всего, как история политической жизни его родины, в глубоко драматических картинах борьбы враждующих партий, лагерей, групп и в порожденных этой борьбой потрясающих человеческих трагедия Точность фактов, сила «обобщения, дыхание подлинной жизни, увиденной, пережитой, выстраданной, сделали поэму бесценным памятником, по которому и сегодня историки изучают эпоху Данте.
От песни к песне разворачивается в поэме трагический свиток итальянской истории: городские коммуны в огне гражданских войн; вековая вражда гвельфов и гибеллинов, прослеженная от самых ее истоков; вся история флорентийской распрb «белых» и «черных»—с момента ее зарождения вплоть до дня, когда поэт стал бездомным изгнанником... Пламенная, негодующая страсть неудержимо рвется из каждой строки. В царство теней поэт принес все, что сжигало его в жизни, — любовь к Италии, непримиримую ненависть к политическим противникам, презрение к тем, кто обрек его родину на позор и разорение. В поэме встает трагический образ Италии, увиденной глазами скитальца, исходившего всю ее землю, опаленную огнем кровопролитных войн:
Италия, раба, скорбей очаг,
В великой буре судно без кормила,
Не госпожа народов, а кабак!
………………………………………….
А у тебя не могут без войны
Твои живые, и они грызутся, Одной стеной и рвом окружены. Тебе, несчастной, стоит оглянуться. На берега твои и города:
Где мирные обители найдутся? .
(«Ч и с т и л и щ е », песнь VI)
Поэт говорит от лица всего итальянского народа. Италия обездоленных, обманутых, порабощенных впервые обрела голос в жгучих образах Дантовых терцин. Набатным гулом разносились они по стране, будили спящих и равнодушных, подымали отчаявшихся и звали Италию на битву с силами мрака и разрушения.
Поэт гневно обличал сильных мира, преступных земных властителей, разжигавших войны и сеявших опустошение я гибель. В 7-м кругу ада, там, где клокочет «жгучий Флегетон» — река, несущая вместо вод потоки кипящей крови, он собрал военных преступников разных времен и народов, которые мечутся в кровавом зареве адской реки:
…Здесь не один тиран,
который жаждал золота и крови:
Все, кто насильем осквернил свой сан.
(«Ад». песнь XII)
Первая часть поэмы («Ад») создавалась в годы, когда в памяти Данте были еще свежи события флорентийской распри «белых» и «черных» гвельфов, и ее мрачные и грозные отзвуки заполняют всю кантику. Воскрешая трагические эпизоды борьбы в коммунах, поэт приходит к отрицанию всего строя городских республик, который неспособен обеспечить гражданам закон и справедливость, защитить их свободу и жизнь. " «Божественная комедия» запечатлела своеобразие классовой борьбы средневековья, которая, переплетаясь с борьбой религиозной, выступала нередко в форме ересей. За церковными расколами, за еретическими движениями того времени скрывался острый, непримиримый антагонизм социальных сил. борьба классов, политических партий, лагерей, групп. Это своеобразие получило образное выражение в эпизодах 8-го круга ада, где вместе с виновниками религиозных расколов автор поместил и сеятелей политических распрей, назначив всем hw одну и ту же казнь. Она символична: те и другие терзали и дробили тело родной земли, а ныне адские демоны рвут и рассекают на части их тела:
И все, кто здесь, и рядом, и вдали,
Виновны были в распрях и раздорах.
Среди живых, и вот их рассекли.
(«Ад», песнь XXVIII)
Но выступая против церковных расколов, обрекая на адские муки еретиков, Данте еще более беспощадно судил н господствующую римско-католическую церковь. Разоблачение папства стало одной из ведущих тем «Божественной комедии». В ней нашел отражение всенародный протест против антинациональной политики папской власти, ненависть народа к паразитизму и стяжательству католического духовенства.
Пап и кардиналов Данте поместил в ад, среди лихоимцев, обманщиков, изменников. В Дантовых обличениях папства рождались традиции антиклерикальной сатиры эпохи Возрождения, которая станет разящим оружием гуманистов в борьбе против авторитета католической церкви. Недаром церковная цензура то и дело подвергала запрету отдельные части «Божественной комедии», и по сей день многие ее стихи вызывают ярость Ватикана.
Свое «видение» загробных сфер Данте строил, черпая образы, краски, звучания из мира живой природы. В обитель мертвых поэт принес свое восприятие жизни как вечного, неумного движения, океана звуков и красок. Жизнь врывается в адскую бездну вихревым потоком, оглушает гулом, криками, всплесками ярости, отчаяния, боли. Все здесь гудит, несется, клокочет. Воет адский вихрь, кружа в густом мраке души сладострастников (2-й круг ада). Вечно мчатся, не смея и на миг остановиться, «ничтожные» в преддверии ада. Бегут по адскому кругу насильники с такой быстротой, что «ноги их кажутся крылами». Текут двойным встречным потоком обольстители и сводники. Мечется снежная вьюга, пляшет огненный дождь, клокочет река Флегетон и, воя, обрушивается на дно преисподней.
Но есть в глубинах адской бездны страшная обитель тишины. Там вечный мрак и неподвижность смерти. То круг изменников, предателей. Страна жгучего холода. Вечная мерзлота, где мертвым зеркалом блещет ледяное озеро Коцит, зажав в своей остекляневшей глади вмерзшие тела.
Всю безмерность своего презрения к предательству, к измене, излил поэт в картине этой страшной казни — казни холодом, мраком, мертвой пустыней. Он собрал здесь все разновидности позорного порока. Предатели родины, предатели родных, близких, друзей, предавшие тех, кто им доверился... Холодные души, мертвые еще при жизни. Им нет пощады, нет облегчения, им даже не дано выплакать свою муку, потому что их слезы
...с самого начала,
В подбровной накопляясь глубине,
Твердеют, как хрустальные забрала.
(«Ад», песнь XXXIII)
Но муки предателей не трогают поэта. Зато какие вдохновенные, какие гордые слова находит Данте, чтобы воспеть красоту и величие гражданского подвига! В 10-й песне «Ада» он создал героический образ флорентийского патриота — Фарипаты дельи Уберти, человека, чья преданность родине вовысила его над политической враждой и личными мстительными чувствами. Фарината был вождем гибеллинов. Когда в исторической битве при Монтаперти его партия одержала победу над гвельфами и гибеллинские вожди постановили разрушить Флоренцию — оплот гвельфизма, Фарината поклялся уничтожить каждого, кто посягнет на его родной город, и его мужество спасло Флоренцию.
Фарината осужден на казнь в раскаленной могиле, как еретик. Но огненная мука не выжгла из памяти патриота образ родины. Заслышав звуки флорентийской речи, подымается он из пламени — могучий, величавый — навстречу Данте, чтобы расспросить поэта о судьбе родного города. С гордостью вспоминает старый воин свой подвиг:
...я был один, когда решали
Флоренцию стереть с лица земли?
Я спас ее при поднятом забрале.
(«Ад», песнь X)
Той же светлой и вдохновенной кистью написан в поэме портрет Катона Уттического — римского патриота, отдавшего жизнь за республику. «Чистым духом», «величавой тенью» называет Данте благородного римлянина:
Его лицо так ярко украшалось
Священным светом четырех светил,
Что это блещет солнце — мне казалось. («Чистилище», песнь I)
Поэт хочет, чтобы все знали, к чему он стремится в политике. Упорно, настойчиво ведет он читателя к мысли: только политическое единство может спасти Италию. Этой идее служит весь художественный строй поэмы, вся мощь ее реалистических образов, все ее сложные символы и аллегории, несущие, наряду с философским, также и глубокий политический смысл.
В «Божественной комедии» получили образное воплощение мысли трактата «О монархии». Тема империи звучит уже в финальных песнях «Ада», в символической картине казни Кассия и Брута — врагов Римской империи. Вместе с христопродавцем, предателем Иудой, на дне адской бездны их грызет в своей тройной пасти Люцифер.
Все песни «Чистилища» звучат боевыми гибеллинскими лозунгами. В финальной песне «Рая» поэт создал апофеоз Генриха VII, изобразив трон, ожидающий императора на небесах. в обители