Ликург
Кроме закона о сисситиях, Ликург издал еще ряд законов против роскоши. Он, например, запретил пользоваться сложными плотничьими инструментами и требовал, чтобы дома спартанцев были сделаны при помощи топора и пилы. Ликург понимал, что в дом, построенный таким образом, не сможет проникнуть роскошь. К бревенчатым стенам не подойдут пурпурные ковры, золотые кубки или кровати на серебряных ножках.
Один из законов Ликурга запрещал долго вести войну с одним и тем же противником. Ликург считал, что не следует позволять врагам непрерывно упражнять войско: это может привести к тому, что соседи не будут уступать в воинственности самим спартанцам.
Законы Ликурга не были записаны. По его мнению все, что важно и необходимо для счастья государства должно войти в обычай и образ жизни граждан с самого раннего детства. Вот почему все его заботы как законодателя были обращены на воспитание детей.
Ликург считал, что заботу о детях надо начинать с заботы об их матерях. Женщина должна быть здоровой веселой. Только тогда ее дети будут крепкими и сильными По законам Ликурга девушки должны были бегать, бороться, бросать диск, метать копье. Подобно юношам, они должны были присутствовать на праздниках, участвовать в плясках и петь в хоре. В своих песнях девушки славили сильных и храбрых и возбуждали у молодежи горячее желание отличиться.
Женщины в Спарте участвовали в соревнованиях, в которых они могли показать свое мужество и приобрести славное имя. Вот как ответила спартанская царица Горго одной иностранке, когда та упрекала спартанок в том, что женщины у них распоряжаются своими мужьями. "Но ведь мы и рожаем мужей", - сказала царица.
Оставаться холостым считалось в Спарте позорным. По приказу властей холостяки должны были зимой раздетыми обходить рыночную площадь и петь песню, в которой говорилось, что они наказаны за неповиновение обычаям. Молодые люди не оказывали холостякам тех знаков уважения, которые принято оказывать старшим. Рассказывают, что когда однажды холостой полководец вошел в палатку, один молодой человек не встал, чтобы его приветствовать. В ответ на замечание юноша сказал: "Я не обязан вытягиваться перед тобой, ведь у тебя нет сына, который будет впоследствии вставать передо мной". И этот ответ признали справедливым.
В Спарте отец не имел права решать судьбу своего ребенка. Сразу после рождения сына отец приносил его в назначенное место, где заседали старейшины. Внимательно осмотрев младенца, старцы, если находили его здоровым и крепким, разрешали отцу растить ребенка и отводили новорожденному надел земли. Если же ребенок оказывался слабым, его приказывали бросить в пропасть, считая, что самому ему лучше не жить и для государства полезнее будет, когда среди граждан не будет слабых и больных.
Женщины обмывали новорожденных не водой, а вином, так как существовало поверье, что дети, пораженные падучей или другими болезнями, умирают от вина, тогда как здоровые становятся только крепче. Детей не пеленали, отучали от страха перед темнотой и одиночеством, от капризов и нытья, заставляли есть всякую пищу. Дети вырастали такими здоровыми, что спартанские няньки славились по всей Греции.
Никто не имел в Спарте права воспитывать детей по своему усмотрению. Купленные или наемные педагоги не допускались к детям. В семь лет мальчиков отбирали от родителей и, объединив в небольшие отряды, воспитывали сообща, приучая к суровой дисциплине. Во главе каждого отряда (который назывался агелой) стоял человек, прославившийся рассудительностью и мужеством. Дети во всем брали с него пример, подчинялись ему и покорно терпели наказания. Старики наблюдали за игрой ребят и часто, нарочно ссоря их, вызывали драки, чтобы выяснить, кто из детей храбрее.
Грамоте мальчиков учили только в пределах необходимости, чтобы они умели прочитать приказ или подписать свое имя. Остальное обучение заключалось в том, чтобы научить детей безоговорочно повиноваться, терпеливо переносить лишения и побеждать в битвах.
По мере того как мальчики вырастали, их воспитывали во все более суровых условиях: стригли наголо, заставляли ходить босиком и в любую погоду играть голыми. Когда детям исполнялось двенадцать лет, им выдавали плащ, который они должны были носить круглый год. Горячей водой им разрешали мыться всего несколько раз в году. Спали они все вместе на связках тростника, который приносили себе сами с берегов Еврота, ломая его там руками.
Старшие обращали на детей большое внимание, ходили в школы, наблюдали за занятиями. За детьми смотрел воспитатель - "педоном", и, кроме того, они сами выбирали в каждой агеле вожака - самого сильного и умного юношу. Выбирались только те юноши, которые уже более года. как вышли из детского возраста. Такие юноши назывались иренами. Двадцатилетний ирен командовал в сражениях, которые мальчики разыгрывали, чтобы приучиться к войне.
Дети обязаны были сами добывать себе дрова и пропитание. Все, что они приносили, было ворованным. Одни отправлялись в сады, другие прокрадывались в сисситии, стараясь проявить наибольшую хитрость и осторожность. Юным спартанцам умышленно выдавали слишком скудное питание, чтобы научить их собственными силами бороться с лишениями и сделать из них людей ловких и хитрых. Им приходилось не только тайно выкрадывать продукты, но иногда даже нападать на сторожей и силой отбирать необходимое. Попадавшегося без пощады били плетью, как плохого, неловкого вора, и заставляли голодать.
Боясь наказания, мальчики старались любой ценой скрывать свои преступления. Так, один из них, рассказывают, украл лисенка и спрятал его у себя под плащом. Зверь распорол ему когтями и зубами живот, но, не желая выдать себя, мальчик крепился и не закричал, пока, обливаясь кровью, не упал мертвым. Этому вполне можно поверить, зная, что многие из мальчиков умирали во время бичевания на алтаре Артемиды. В Спарте в течение ряда столетий сохранялся обычай при переводе мальчиков в ирены подвергать их публичному бичеванию. На алтаре богини Артемиды юноши должны были доказать свое мужество и пренебрежение к боли. Не желая обнаружить свою слабость, некоторые умирали под бичами, но не издавали ни одного крика. Этот обычай, связанный с обагрением кровью алтаря богини, возможно, был заменой существовавших в глубокой древности человеческих жертвоприношений.
После обеда ирен, не выходя из-за стола, проводил с мальчиками нечто вроде занятий: одним он приказывал петь, другим задавал различные вопросы. Вопросы эти должны были научить детей отличать хорошее от дурного и судить о поведении людей. Если мальчик не мог объяснить, какого человека он считает достойным имени спартанского гражданина или какой поступок лишает человека права на уважение, то его считали умственно отсталым и ирену приказывали обратить внимание на его развитие.
Ирен часто наказывал детей в присутствии стариков, чтобы те могли судить, правильны ли его приемы воспитания. Во время наказания старшие никогда не вмешивались в распоряжения юноши, но после того как дети уходили, с него взыскивали, если он наказал строже, чем следовало, или был чересчур мягок и снисходителен.
Детей учили выражать свои мысли коротко и точно - Ликург хотел, чтобы немного простых слов заключали в себе много смысла. Сам Ликург всегда выражался кратко и отрывисто. Когда кто-то стал требовать, чтобы Ликург ввел в государстве демократию, он сказал: "Введи сперва демократию у себя дома".
Однажды спартанцы спросили Ликурга: "Как сделать, чтобы соседние страны не нападали на нас?" Он отвечал: "Оставайтесь бедными и не будьте ни в чем богаче соседей".
В другой раз он выразился об укреплениях города так: "Если город укреплен людьми, а не кирпичами, то у него есть стены!"
Вообще спартанцы любили короткие и остроумные ответы. Когда человек говорил умно, но некстати, ему говорили: "Ты говоришь дело, но не к делу".
Одного философа ругали за то, что на званом царском обеде он не сказал ни слова. Защищая его, царь заметил: "Кто умеет говорить, умеет и выбирать для этого время".
Один человек надоел спартанскому царю вопросами, кто лучший из спартанцев. Никто не удивился, когда царь ответил ему: "Тот, кто меньше всего похож на тебя". Многие восторгались беспристрастностью устроителей Олимпийских игр при присуждении премий. "Что ж удивительного, - сказал спартанец, - если люди один день в четыре года умеют быть справедливыми". Недаром современное слово "лаконизм" (краткость в выражении мысли) происходит от названия области спартанцев - Лаконики.
Когда у царя Архидама спросили, много ли в Спарте войска, он сказал: "Хватит, чтобы прогнать трусов".
Один афинянин высмеивал короткие спартанские мечи. Царь Агис сказал ему: "Это, однако, не мешает нашим коротким мечам доставать неприятеля".
Из ответов спартанцев можно составить представленис о тех правилах поведения, которых они придерживались. С детских лет спартанцы приучались без особой необходимости не высказывать своих суждений и говорили только то, что необходимо.
Одного спартанца приглашали послушать человека, подражавшего пению соловья. "Я слышал самого соловья", - ответил он.
Другому обещали подарить петухов, которые дрались, пока не умирали на месте. "Нет, - сказал он, - ты дай мне таких, которые убивают других".
Однажды спартанец прочел надгробную надпись на братской могиле. После перечня имен шли слова: "Когда они тушили пламя тирании, они пали в бою".
- Так им и надо! - неожиданно сказал спартанец. - Не следовало тушить пламя тирании. Пусть бы сгорела дотла!
Такое же внимание, как на точность и ясность речи, в Спарте обращали на хоровое пение. Спартанские песни были мужественны, просты и безыскусственны, но вместе с тем серьезны и поучительны. Это были или хвалебные песни, прославляющие павших за Спарту, или песни, порицавшие трусов и призывавшие к подвигу. Вот, например, одна из спартанских песен. Хор стариков начинал и пел: "Когда-то мы были молоды и храбры!"
Старикам отвечал хор мужчин: "Теперь храбры мы! Попробуй, если хочешь!"
Детский хор подхватывал: "А мы со временем храбрее всех вас будем!"
Одной из самых распространенных забав в древней Греции были петушиные и перепелиные бои. Этому зрелищу придавали большое воспитательное значение, так как считали, что петухи показывают пример, как следует бороться до последней возможности. Птиц для боев специально тренировали, и хорошие боевые петухи стоили очень дорого.
Музыке в Спарте придавали очень большое значение. В бой спартанцы шли под звуки флейт. Спартанский поэт говорит: "Хорошая музыка действует на душу не меньше, чем оружие". Считали, что спартанский царь приносил перед сражением жертвы музам для того, чтобы напомнить воинам необхо"чмость совершать подвиги, достойные прославления в песнях.
Когда юноши становились воинами, строгость их воспитания несколько смягчалась. Им разрешали следить за красотой платья, волос и оружия. Перед боем юноши старались особенно тщательно украсить себя: они расчесывали волосы и смазывали их маслом, помня изречение Ликурга: "Волосы красивых делают красивее, безобразных еще безобразнее".
В походах гимнастические упражнения молодежи были не такими трудными, да и в остальном жизнь была легче. Спартанцы были единственным народом, которому война казалась отдыхом по сравнению с бесконечными упражнениями мирного времени.
Когда войско выстраивалось перед битвой, царь приносил жертву богам и приказывал всем воинам надеть венки. Под звуки флейт все начинали петь военную песнь. Величественное и торжественное зрелище представляла шеренга людей, шагавших в такт музыке. Ряды были сомкнуты, ничье сердце не замирало от страха, они шли навстречу опасности с песней, спокойно и весело. Царь шел в бой рядом с воином, победившим на последних Олимпийских играх.
Рассказывают, что одному спартанцу предлагали большую сумму за то, чтобы он сдался и уступил своему сопернику честь победы на Олимпийских играх. Когда он не принял денег и после трудной борьбы одержал победу, его спросили: "Какая тебе польза от твоей победы, что ты ради нее отказался от возможности стать богатым человеком?"
"В сражении я пойду рядом с царем впереди войска", - гордо ответил победитель.
Обратив неприятеля в бегство, спартанцы преследовали его недолго и скоро возвращались. Им казалось низким и недостойным рубить и убивать отступавших врагов. Этот обычай был не только великодушным, но и полезным, так как неприятельское войско, зная, что убивают лишь сопротивляющихся, часто предпочитало бежать и не сражаться.
Некоторые историки утверждают, что Ликург сам был очень воинственным. Но скорее правы те, кто считают, что Ликург не участвовал ни в каких войнах - провел свои преобразования в годы, когда Спарта ни с кем не воевала. О его миролюбии свидетельствует тот факт, что ему принадлежит мысль устраивать перемирие каждые четыре года на то время, пока проводятся Олимпийские игры. Обычай запрещения войн на время олимпийских игр и других крупных религиозных празднеств был введен, возможно, еще в VIII в. до н. э. не только из религиозных соображений, но и с целью облегчения международной торговли. Дело а том, что во время таких общегреческих праздников происходили большие базары-ярмарки.
По замыслу Ликурга воспитание спартанца не заканчивалось в тот момент, когда он становился взрослым. И зрелые люди должны были жить так, как предписывал обычай. Спарта была похожа на лагерь, где установлен строго определенный образ жизни для каждого спартанцам не давалось никаких других поручений смотрели за детьми, учили их чему-нибудь полезному, сами учились у стариков.
У спартанцев было много досуга, так как заниматься ремеслами или другим полезным трудом им было строго запрещено и большую часть времени они проводили в гимнасиях или беседовали друг с другом о хороших и дурных поступках. Танцы, игры, охота, песни и гимнастика поглощали все время спартанцев, когда они не были заняты войной.
Когда один спартанец, побывав в Афинах, узнал, что там осудили человека за праздность, он попросил показать ему осужденного за любовь к свободе. Так глубоко спартанцы презирали всякий труд, что нежелание работать они называли "любовью к свободе".
Спартанцы могли жить беззаботно, потому что землю за них обрабатывали илоты. Это были потомки порабощенного спартанцами населения, оставшиеся жить на тех участках земли, котороми они владели раньше. Они были обязаны отдавать завоевателям значительную часть урожая. Илоты и участки земли, которые они обрабатывали, были равномерно поделены между спартанцами. Каждая спартанская семья, получала с принадлежащего ей участка достаточное количество продуктов.
Так как илотов было значительно больше, чем самих спартанцев, то спартанцы постоянно опасались восстаний. Чтобы предупредить восстания илотов, и были учреждены так называемые криптии. Это дало основание обвинять спартанцев в жестокости и несправедливости. Криптия заключалась в следующем. Время от времени эфоры посылали за город юношей, вооруженных кинжалами. Днем молодые люди скрывались, а ночью выходили на дорогу и убивали илотов. Чтобы придать этим гнусным убийствам вид законности, эфоры, вступая в должность, обьявляли илотам войну. Иногда они направляли большие отряды юношей в деревни, где жили илоты, чтобы внезапным нападением уничтожать самых сильных и смелых из них.
О таинственности, которой было окружено истребление илотов, говорит само названия этого организованного убийства: "криптия" по-гречески значит "тайное".
Рассказывают, что однажды спартанцы дали двум тысячам илотов свободу. Радостные, одев венки, обходили илоты храмы, чтобы принести благодарность богам за внезапное счастье. Но ночью все они исчезли, и никто не мог рассказать, каким образом они погибли.
Вообще спартанцы обращались с илотами крайне жестоко. Иногда они нарочно заставляли илотов