Спик Джон Хеннинг
Догнав Гранта на пути в Буньоро (Уньоро), Спик вместе с ним снова вышел к той же реке значительно ниже по ее течению. 9 сентября 1862 года, путешественники достигли резиденции Камраси, правителя Буньоро, находившейся при впадении в Сомерсет-Нил его левого притока Кафу. Отсюда Спик и Грант проследили Сомерсет-Нил вниз по течению до того места, где эта река поворачивает на запад, образуя пороги Карума. Им рассказывали, что далее к западу она протекает еще через одно большое озеро Лута-Нзиге и выходит из него в северном направлении.От посещения этого озера, однако, пришлось отказаться: жители той местности находились в состоянии войны с Камраси и не пропустили бы чужестранцев через свои земли. До ноября 1862 года оба находились при Дворе правителя Камраси. Путешественники познакомились с другим общественным укладом, основу которого, составляло преимущественно скотоводство. Кочевой образ жизни препятствовал образованию в стране крупных поселений, поэтому в отзывах британцев о государстве Уньоро проскальзывало порой пренебрежение. Тем не менее они рекомендовали его в качестве торгового партнера, а также для организации миссионерской деятельности. Покинув резиденцию Камраси, экспедиция направилась к водопадам Карума. Здесь Спик и Грант отошли от берега Сомерсет-Нила и двинулись прямиком на север. 3 декабря они прибыли в Фалоро, факторию Дебоно, отмечавшую собой южную границу проникновения хартумских купцов в верхненильскую область. Мухаммед, векиль Дебоно, оказал англичанам, материальные средства которых были совершенно истощены, посильную помощь и сам вызвался проводить их в Гондокоро. 13 января 1863 года их взору представился Белый Нил, а еще через два дня они смогли увидеть дерево Миани . Таким образом, впервые после выхода из Таборы экспедиция вновь вступила в пределы уже известной европейцам территории. В Гондокоро, куда путешественники прибыли 15 февраля, их ждал приятный сюрприз. Спускаясь вниз по берегу реки... вспоминает Спик, -мы увидели спешащую к нам фигуру англичанина, и в следующую минуту меня уже обнимал мой старый друг Бейкер, прославленный своими охотничьими подвигами на Цейлоне . Британского же консула Питрика в Гондокоро не оказалось, хотя по всем расчетам он должен был там быть уже давно; впрочем, через несколько дней появился и он во главе большого каравана с грузом слоновой кости. Так или иначе, помощь Питрика была уже не слишком нужна: Бейкер, который в поисках путешественников и почестей первооткрывателя поднялся вверх по Нилу, снабдил Спика и Гранта всем необходимым и предоставил в распоряжение путешественников зафрахтованные им суда.
В июне 1863 года Спик и Грант уже были в Англии. Но еще раньше в Лондон пришла отправленная Спиком из Александрии телеграмма: The Nile is settled С Нилом все в порядке . Эта фраза стала крылатой. Британские поклонники географии и торговли ликовали. Когда Спик в первый разделал доклад в Королевском Географическом обществе, в здании были выбиты окна, толпу приходилось сдерживать далеко не нежными усилиями. Конечно, просвещенные слушатели сразу поняли, что картина течения Нила у Спика явно неполная. Другим не нравилась его категоричность. Английскому исследователю не удалось проследить течение Нила в озерной области шаг за шагом , и на отдельных участках, довольно значительных по протяженности, он положил его на карту, руководствуясь лишь расспросными данными и собственным географическим чутьем (которое, надо признать, редко его обманывало). Поэтому некоторые ученые расценили его взгляд на истоки Нила только как гипотезу,. пусть даже и весьма правдоподобную. Джеймс Куин писал в Цорнинг эдветайзер , что самые выдающиеся имена Европы опорочены тем, что в явно недостойной варварской стране их именами называют местности. Особенно посрамлено имя нашей благородной и милостивой правительницы [Виктории] . Высказывая свою точку зрения, Ричард Бертон заявил, что реки берут начало не в озерах, а в горах, и это известно каждому ребенку. Не только Бертон, но и другие выдающиеся исследователи, например Давид Ливингетон и Чарлз Бик, выразили свое сомнение относительно открытия Спика. Спик подготовил и опубликовал описание своего путешествия Дневник открытия истока Нила (Эдинбург Лондон, 1863). Вскоре вышла в свет и вторая его книга (о предыдущих экспедициях). Ценным дополнением к Дневнику Спика явилась книга Гранта Пешком через Африку (Эдинбург Лондон, 1864). Научные итоги экспедиции Спика и Гранта выразились прежде всего в достаточно точной съемке их маршрута, сопровождавшейся астрономическим определением координат всех основных его точек (104 определения широты и 20 долготы); при этом большое значение для последующих картографических построений имело установление точного местоположения не только тех пунктов, в которых Спик и Грант побывали первыми из европейцев, но и тех, которые посещались многими путешественниками ранее (так, в ходе своего плавания по Нилу от Гондокоро до Хартума Спик выяснил, что устье Собата расположено на целый градус восточнее и почти на полградуса севернее, чем оно изображалось на картах). Немалый интерес представили доставленные экспедицией этнографические материалы, обширный гербарий, данные метеорологических наблюдений.
Но особенно важен был, конечно, ее вклад в решение многовековой нильской загадки . На карте Спика довольно точно были показаны основные звенья гидрографической системы Верхнего Нила: река Китангуле (Ка-гера), озеро Виктория, Сомерсет-Нил (Виктория-Нил), озеро Лута-Нзиге (то есть озеро Альберт, известное ему, правда, только понаслышке) и, наконец, выходящий из него Белый Нил. Экспедиция Спика и Гранта доказала несостоятельность концепции широтно вытянутых Лунных гор , отделяющих бассейн Нила от озерной области (то, что называл Лунными горами сам Спик, было орографическим объектом более скромного масштаба, соответствующим реально существующим горам Вирунга). В общем по сравнению с более ранними представлениями о географии этой части Африки шаг вперед был огромный. Исходя из современного уровня знаний можно констатировать, что в результате путешествия Спика и Гранта проблема истоков Нила была принципиально разрешена. 16 сентября 1864 года Спик и Бертон должны были предстать перед научной общественностью и обосновать свои противоположные взгляды. Ричард Фрэнсис Бертон страстно ждал диспута. На этот раз он не лежит в лихорадке, на этот раз Джек Спик (до сих пор он называет его так, как во времена их дружбы) не ускользнет от ответа; Основным же объектом своей критики, резко недоброжелательной по отношению к Спику, бывший его начальник избрал Викторию-Ньянзу. Бертон решительно отказывался верить в целостность этого огромного водоема и доказывал, что он состоит из двух обособленных озер южного, которое Спик видел в 1858 году, и северного, на берегах которого он же побывал в 1862 году. Хотя сам Спик считал единство открытого им озера несомненным фактом (и был в том совершенно прав), в пользу своей точки зрения он мог привести только собранную им устную информацию, которую, разумеется, нельзя было рассматривать как бесспорное доказательство; к тому же измеренные им в разное время высотные отметки уровня южной и северной частей озера заметно различались между собой, что и было использовано Бертоном в числе прочих аргументов. Неожиданно в зал вошел человек. Возник шум, и новость наконец достигла Бертона: Джон Хэннинг Спик умер. Он отправился накануне поохотиться в поместье своего ближайшего родственника. Так и осталось тайной, направил ли он ружье на себя сам или выстрел, пронзивший ему грудь, произошел случайно. В последствии дискуссия по поводу местонахождения истока Нила продолжилась. И Ричарду Бертону еще предстояло убедиться, что Спик в основном был прав.