Правовые отношения: понятия, признаки, элементы, виды
Фактический состав не следует смешивать с событиями — сложными юридическими фактами.
9. Презумпции
В правовой действительности имеется феномен, который, не будучи юридическим фактом, может порождать правоотношения. Это — презумпция.
Виды презумпций по факту правового закрепления:
|
фактические (общежитейские) |
законные |
| — правдоподобное знание о развитии природы, общества, мышления; могут использоваться субъектами судебной, следственной деятельности без обращения к доказательствам. | — определенное логическое средство, используемое в судебном процессе вследствие того, что оно предусмотрено законом или вытекает из его смысла. |
| В законе не выражены и юридического значения не имеют. | В законе выражены и имеют юридическое значение. |
Мы ведем речь о законных презумпциях.
Презумпция (лат. — предположение) — закрепленное в законе предположение о наличии или отсутствии определенных фактов, которые имеют юридическое значение.
Презумпции — важный и достаточно гибкий инструмент регулирования правоотношений, благодаря которому исчезают сомнения в существовании определенного юридического факта, поскольку в них:
— отражаются исходные, принципиальные начала права;
— заложен механизм реализации этих начал.
Законные презумпции бывают двух видов:
• не опровержимые презумпции — не нуждаются в доказывании, т.к. не подлежат сомнению;
• опровержимые презумпции — могут быть опровергнуты в результате установления иного в отношении этих фактов. Виды презумпций по субординации в правовом регулировании и их черты:
|
материально-правовые |
процессуально-правовые |
| — содержат правоположения о наличии (отсутствии) определенного юридического факта при существовании других фактов, которые могут иметь отношение к другому субъекту данного правоотношения или неопределенному кругу лиц; | — исключают необходимость доказательств для вынесения решения или указывают субъекта, на которого возлагается бремя доказывания во время разбирательства юридического дела, чем устанавливается порядок применения норм процессуального права; |
| — служат предпосылкой для существования процессуальной презумпции; |
— имеют предпосылкой материально-правовую презумпцию; |
|
— вступают в действие только при доказанности условий их применения; |
— всегда вытекают из правовой нормы и распределяют бремя доказывания строго определенно, а не предположительно; |
| — всегда могут быть опровергнуты путем доказательств об отсутствии фактов, при наличии которых они применяются. | — не могут быть опровергнуты, если материально-правовая презумпция является неопровержимой. |
Следует учесть, что в большинстве правовых норм материальные и процессуальные виды презумпций тесно переплетаются.
Каждая отрасль права имеет немалый «набор» презумпций. Например, в Гражданском кодексе Украины закреплена такая презумпция, как презумпция вины. Вина признается обязательным условием для применения мер гражданско-правовой ответственности за нарушение договорных обязательств иди в случае причинения вреда. Правда, из презумпции вины есть исключения. И все же общим правилом в странах континентальной Европы является следующее: непременной предпосылкой договорной ответственности является вина должника.
Другим примером презумпции может быть закрепленная в Гражданском кодексе Российской Федерации презумпция разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений (ч.З ст.10 ГК РФ). Это означает, что: 1) сделки юридического лица, выходящие за пределы его правоспособности, признаются недействительными; 2) участник гражданского правоотношения признается добросовестным, а доказывать его недобросовестность должен тот, кто с такими действиями связывает определенные юридические последствия.
Чтобы не требовалось расширительного толкования презумпций — ни судебного, ни доктринального, они должны закрепляться в законах и формулироваться четко.
10. Правоотношения, возникающие при выполнении обязанностей органами внутренних дел и их сотрудниками
Правоотношения органов внутренних дел и их сотрудников возникают, как правило, в области публичного права, то есть являются субординационными отношениями (власть — подчинение) — отношениями по вертикали.
Правоотношения органов внутренних дел по сфере распространения можно классифицировать на две категории:
• внешние;
• внутренние.
Внешние правоотношения — отношения между органами внутренних дел и гражданами, организациями, предприятиями, учреждениями, возникающие в ходе обеспечения общественного порядка и безопасности личности, общества, государства.
Внутренние правоотношения — отношения внутри системы органов внутренних дел между: а) службами и подразделениями различных уровней; б) между ними и вышестоящими должностными лицами; в) по линии «начальник — подчиненный» в службе, подразделении.
Органы внутренних дел могут вступать и в нетипичные для них правоотношения. Они возникают между несоподчиненными органами и имеют, как правило, договорной характер.
Нетипичные правоотношения органов внутренних дел, возникающие в результате договора:
— договоры на охрану объектов подразделениями вневедомственной охраны МВД;
— договоры на сопровождение;
— договоры на организацию охраны общественного порядка на коммерческой основе при проведении массовых мероприятий;
— договоры, связанные с реализацией права осужденных на свободу вероисповедания в местах исполнения наказания в виде лишения свободы и др.
Виды правоотношений в деятельности органов внутренних дел по отраслям права:
— конституционно-правовые;
— административно-правовые;
— административно-процессуальные;
— уголовно-правовые;
— уголовно-процессуальные;
— уголовно-исполнительные;
— гражданско-правовые;
— гражданско-процессуальные и др.
Виды правоотношений в деятельности органов внутренних дел по функциям права:
охранительные — основные; регулятивные.
Субъекты правоотношений системы органов МВД:
• органы внутренних дел в целом;
• органы милиции как составная часть органов внутренних дел;
• другие структурные подразделения органов внутренних дел;
• отдельные должностные лица органов внутренних дел.
Компетенция органов внутренних дел включает:
1. Полномочия (правообязанности):
а) обеспечение личной безопасности граждан;
б) упреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений;
в) раскрытие преступлений;
г) охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, оказание помощи гражданам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям, организациям и общественным объединениям в осуществлении их законных прав и интересов.
2. Предмет ведения — главное направление деятельности, т.е. основное функциональное назначение (например, у милиции это — охрана общественного порядка).
3. Ответственность за результаты своей работы. Деятельность органов внутренних дел определяется законами и иными нормативно-правовыми актами.
Объекты правоотношений системы органов МВД — деятельность (поведение) участников правоотношений:
1) административно-правовых отношений — поведение гражданина и конкретного сотрудника милиции;
2) уголовно-процессуальных отношений — поведение участников уголовного судопроизводства;
3) гражданско-правовых отношений, ряда административно-правовых отношений (организационно-имущественных) — поведение участников этих отношений и имущество.
Юридические факты могут быть классифицированы в зависимости от правоотношений, в которые вступает сотрудник ОВД.
Общие правоотношения ОВД и их сотрудников возникают, изменяются и прекращаются на основе их компетенции, которая определена нормативно-правовыми актами (организация охраны общественного порядка, охрана безопасности, борьба с преступностью, организация работы личного состава и др.).
Юридическими фактами в процессе общих отношений являются:
(1) заявления, сообщения, жалобы граждан, организаций в связи с готовящимися и совершенными правонарушениями, которые органы внутренних дел и их сотрудники обязаны разрешить и при наличии законных оснований удовлетворить интересы заявителей;
(2) обращения граждан к сотрудникам при реализации ими своих прав или исполнении обязанностей, например при получении паспорта, разрешения на прописку, на выезд в пограничную зону, на приобретение оружия;
(3) выявление или установление фактов правонарушений (преступлений, проступков) и лиц, их совершивших;
(4) договоры, которые заключают органы внутренних дел.
11. Актуальность темы общерегулятивных правоотношений
Выше была представлена классическая, научно устоявшаяся теория правоотношений, разработанная в своих основах еще римскими юристами и с тех пор не претерпевшая сколько-нибудь существенных изменений. Она базируется главным образом на гражданско-правовых, имущественных, договорных отношениях с четко выраженными сторонами и жесткими взаимными обязательствами.
В свое время Энгельс отмечал, что вся континентальная Западная Европа взяла за эталон «всемирное право общества товаропроизводителей, т.е. римское право, с его непревзойденной по точности разработкой всех существенных правовых отношений товаровладельцев»4. Это отношения типа должник — кредитор, продавец — покупатель, заказчик — подрядчик, истец — ответчик и т.д.
Они возникают по поводу конкретных фактов, случаев, споров, притязаний, почему и называются конкретными. Их задача— обслуживать повседневные нужды, запросы, интересы людей: гражданский оборот, рынок, быт. труд, семью, производство. Подобные правоотношения непрерывно возникают, прекращаются, изменяются, вновь возникают. Некоторые из них скоротечны (купил, продал, обменял, заключил сделку, воспользовался той или иной услугой, видом транспорта). Они наглядны, очевидны, строго индивидуализированы, хорошо всем известны по собственному опыту. Это, так сказать, «проза жизни» (С.С. Алексеев).
Естественно, что наибольший вклад в развитие учения о правоотношениях внесла цивилистическая наука. В этом ее несомненная заслуга. На ее выводах и положениях в значительной мере основывается и общая теория государства и права. Однако, когда последняя начинает с этими готовыми мерками вторгаться в иные социальные сферы и анализировать механизм правового опосредования общественных отношений более общего и более высокого уровня, у нее возникают «узкие места», затруднения.
Отработанный за тысячелетия четкий и безотказный юридический инструментарии, успешно применяемый в своей области, не всегда без всяких оговорок может быть использован в другой. Отсюда потребность как-то дополнить этот механизм, расширить, унифицировать, сделать более гибким — с тем чтобы с его помощью можно было упорядочивать, регулировать и другие отношения. Какие же?
Например, отношения типа государство — государство, государство — гражданин, федерация — субъект федерации, президент — парламент, депутат — избиратель. Сюда же можно отнести все формы взаимодействия различных структур, институтов и ветвей власти, реализацию ими своих функций, статусов, полномочий, работу системы сдержек и противовесов. Или, скажем, отношения, связанные с соблюдением членами общества законов, правопорядка, уголовных, административных и иных запретов, конституционных норм, прав человека.
Все эти отношения выступают как правовые, поскольку регулируются правом, возникают на основе соответствующих юридических установлений. Но это особые, необычные правоотношения, к ним не подходит или не совсем подходит модель гражданско-правовой взаимосвязи субъектов («должен — отдай», «исполни в срок», «плати неустойку»). У них своя специфика. И подобные правовые отношения требуют такого же пристального внимания и осмысления, как и традиционные, если не большего. Ведь они недостаточно изучены.
Так возникла идея общих, или общерегулятивных, правоотношений. Она была выдвинута потребностями жизни, практики. Наука лишь обобщила то, что существовало и существует в реальности. Трудно поэтому согласиться с мнениями, что якобы данная конструкция не работает.
Прямое действие Конституции, закрепление в ней естественных прав человека, изменение корреляционных взаимосвязей личности и государства, другие реалии и приоритеты наших дней по-новому высвечивают значение обсуждаемой разновидности правовых отношений.
Происходящие в стране перемены не только не колеблют сути указанной концепции, а напротив, придают ей новые важные грани, черты, аргументы. Она как бы обретает еще большую легитимность, правомерность. Расширяются границы и возможности ее осмысления.
И если раньше были какие-то сомнения на этот счет, то сейчас они, на наш взгляд, полностью отпали, ибо слишком очевидными стали научные и законодательные предпосылки для выдвижения и отстаивания названной идеи.
Отрицание общерегулятивных правоотношений равносильно отрицанию действия конституционных норм, их эффективности. Отсюда — насущная необходимость разработки данного направления в исследовании многоаспектной проблемы правоотношений.
В статье 3 Конституции Украины говорится: «Утверждение и обеспечение прав и свобод человека является главной обязанностью государства». Это означает, что украинские граждане как носители этих прав выступают по отношению к государству в качестве управо-моченных, а государство по отношению к ним является право-обязанной стороной.
Иными словами, перед нами типичное правоотношение общего характера, поскольку в нем все же не конкретизированы необходимые детали взаимных обязательств его участников. Да и не могут быть конкретизированы, так как конституционные нормы по своей природе являются в основном учредительно-закрепительными, фиксирующими. Но это именно правоотношения, а не фактические отношения, никак не опосредуемые правом, законами.
В рамках подобных правоотношений граждане могут предъявлять и уже предъявляют к государству судебные иски. Они предъявляли их и раньше, но тогда государство не несло прямой конституционной обязанности перед своими гражданами и рассматриваемые дела чаще всего заканчивались ничем. При этом важно, что иски адресуются непосредственно к государству как таковому, а не к тем или иным его органам или учреждениям. Государство выступает здесь главным ответчиком и контрагентом.
Многие из такого рода требований граждан разрешаются теперь Конституционным Судом, который создает в данной области весьма ценные прецеденты. Были, как это широко известно, коллективные иски к государству разорившихся вкладчиков, чьи сбережения «сгорели» в 1992 г., когда начались шоковые экономические реформы. Правда, иски эти до сих пор не удовлетворены, но власть признает за собой этот долг и обещает вернуть его.
Нередко исковые заявления направляются лично Президенту как высшему должностному лицу, олицетворяющему государство и осуществляющему его властные функции.
Именно на этом, верхнем, уровне складываются правоотношения общего типа как результат действия конституционных норм (правоотношений первого порядка). Когда же обращение гражданина по поводу защиты своих прав и законных интересов принимается к «производству» соответствующей компетентной инстанцией, то на основе общерегулятивного возникает конкретное правоотношение между этой структурой и обратившимся лицом, связанное с восстановлением нарушенного права. После разрешения конфликта конкретное правоотношение прекращается, а общее остается и продолжает функционировать дальше.
Таким образом, конституционные нормы при их прямом действии могут порождать как общие, так и конкретные правоотношения. Первые возникают с момента вступления в силу указанных норм и существуют постоянно (как правоотношения-состояния), вторые появляются в ходе устранения конфликтной ситуации между гражданином и Основным Законом страны, официальной властью.
Новый импульс для утверждения идеи общерегулятивных правоотношений связан не столько с прямым действием Конституции (хотя это само по себе принципиально важно), сколько с четким закреплением в ней недвусмысленных обязанностей государства перед своими гражданами. Это важнее. Впервые открылась сама возможность спора, тяжбы «маленького человека» с огромным и могущественным государством — «Левиафаном».
В литературе было высказано мнение, что выделение в правовой действительности в качестве особого вида общерегулятивных правоотношений (правоотношений первого порядка) является достижением нашей юридической науки, позволяющим «преодолеть узкий горизонт гражданского права в теории правоотношений»5.
Р.О. Халфина, основательно занимавшаяся проблемой правоотношений, пришла к выводу, что «создание теории правоотношения требует глубокого изучения этого сложнейшего явления с более широких позиций, чем те, которые традиционно приняты в правовой науке»6.
Такова же позиция А.В. Мицкевича: «В самом широком смысле к правовым отношениям могут быть отнесены все отношения, так или иначе связанные с действием права в обществе»7.
Рассматриваемые правоотношения нередко именуют абсолютными, статусными, базовыми, исходными, первичными, давая им тем самым сущностную характеристику. Они лежат в основе всех иных (отраслевых) правоотношений. Этим хотят сказать, что перед нами феномены разных порядков. Но чаще всего первый тип правоотношений называют общими в противовес конкретным. Конкретным — в смысле отдельным, частным, текущим.
Термины «общие» и «конкретные» условны, они указывают лишь на своеобразие отражаемых ими явлений, позволяют соотносить их друг с другом, видеть различия. Вообще же, всякое правоотношение по-своему конкретно, а не абстрактно. В то же время любое правовое отношение — это некоторое обобщение, аккумулирующее в себе собирательные черты. В литературе данные определения устоялись, «прижились», и ими без особых затруднений можно пользоваться при анализе проблемы.
Наличие общих правоотношений еще в 60-х годах обосновывалось в работах С.С. Алексеева, Н.И. Матузова, В.С. Основина, И.Ф. Рябко, И. Сабо, И.Е. Фарбера и др. С тех пор круг сторонников этой концепции значительно расширился. В последнее время она снова получила поддержку уже применительно к новым реалиям8.
Но есть и оппоненты (В.К. Бабаев, А.Б. Венгеров, Ю.И. Гревцов). В науке это норма. Как правило, весьма настороженно к общим правоотношениям относятся цивилисты, что вполне закономерно—это не их сфера. Для них они непривычны. С подобными образованиями представители гражданского права практически не сталкиваются.
Зато их безоговорочно признают государствоведы, конституционалисты — это их область. Конструкция общих правоотношений помогает им решать многие теоретические и практические вопросы своего предмета, что и отмечалось не раз в их трудах (0.0. Миронов, В.А. Ржевский, Н.А. Боброва, Ю.П. Еременко, Т.Д. Зражевская, Л.Д. Воеводин, В.Ф. Коток, О.Е. Кутафин и др.).
Особый интерес к обсуждаемому вопросу проявляют теоретики — ведь им надо выработать действительно общее, а не отраслевое понятие правоотношения. На сегодня предельно краткой и широкой можно считать следующую дефиницию: всякое общественное отношение, так или иначе подвергнутое правовому опосредованию (регулированию), является правовым. При этом речь идет именно о регуляции, а не о простом воздействии права на сознание и поведение людей (психологическом, идеологическом, моральном, превентивном).
Разумеется, степень, полнота, жесткость, уровень и цели юридической регламентации могут быть различными, что и обусловливает в конечном счете видовое многообразие правоотношений. Эти виды зависят также от предметов и методов правового регулирования. Но все они подпадают под указанное выше определение. Здесь важна универсализация признаков явления.
Субъекты, включенные в правовую сферу, неизбежно оказываются взаимосвязаны между собой, с одной стороны, правомочиями и притязаниями, с другой — обязательствами и ответственностью. Все должны уважать права, интересы и статус друг друга, не нарушать их. Это и создает всеобщие связи каждого со всеми и всех с каждым. Прочность подобных взаимосвязей — залог нормального функционирования правовой системы общества, государства.
Однако в большинстве случаев правоотношение трактуется более узко — только как конкретная, строго индивидуализированная связь между субъектами, возникающая в результате наступления того или иного юридического факта. Такая связь, как уже говорилось, мыслится по схеме обязательственного или иного, аналогичного ему отношения: две стороны, четко обозначенные права и обязанности, над сторонами — третья сила (государственная власть), которая в случае конфликта, неисполнения одной из сторон обращенного к ней требования, выступает «арбитром», принуждает к совершению необходимых действий.
И это в принципе верно. Но здесь речь идет не о правоотношениях вообще, а об определенном их классе (или роде), ибо далеко не все правоотношения носят именно такой характер. Повседневную практику это пока, возможно, удовлетворяет, а теорию — нет. Ведь последняя призвана идти впереди практики, освещая ей путь.
Конкретные правоотношения, хотя они и являются наиболее распространенными и хорошо всем знакомыми по личному опыту, тем не менее не отражают в полной мере специфику любого или всех правоотношений, в частности, складывающихся в такой ведущей отрасли, как конституционное право, и в некоторых других примыкающих к нему отраслям.
После одобрения на референдуме Конституции на ее основе сложился целый комплекс правоотношений (вертикальных и горизонтальных) между различными государственными органами, государством и гражданами, а также последних между собой. При этом Конституция имеет прямое действие и на нее можно ссылаться при разрешении соответствующих дел. В этом случае общее правоотношение перерастает в конкретное.
Типичным общерегулятивным правоотношением выступает гражданство, которое, как известно, выражает политико-юридическую связь данного лица с данным государством. Если оставить в стороне политический аспект, то перед нами окажется чисто правовое отношение между двумя «высокими сторонами», которое опирается на два важнейших акта — Конституцию и Закон о гражданстве.
В рамках общих правоотношений существуют и реализуются основные (естественные) права человека, зафиксированные в известных международных пактах и других основополагающих документах.
По новой Конституции Украины на государство возложена обязанность "Утверждение и обеспечение прав и свобод человека" (ст. 3). В свою очередь, граждане должны строить свое поведение в соответствии с нормами и требованиями Основного Закона, исполнять свой долг, уважать права друг друга.
Особенность всех этих и подобных им правоотношений состоит, помимо прочего, в том, что здесь нет «третьей силы», которая стояла бы над сторонами. «Третья сила» — сама сторона правоотношения. Нет тут и юридического факта в традиционном его понимании. Эти правоотношения возникают, как принято говорить, «непосредственно из закона», т.е. роль юридического факта в данном случае играет сам закон, его издание.
Вместе с тем это именно правоотношения, а не просто фактические отношения, поскольку налицо урегулированность последних правом, их субъекты юридически сопряжены, просматривается достаточно четкая корреляция между правами и обязанностями. Словом, они имеют правовую природу.
Необходимо сказать, что практика реализации фундаментальных естественных прав человека у нас пока небогата, поскольку сами эти права официально признаны и законодательно закреплены сравнительно недавно. Этой практике еще предстоит сложиться, а науке придется ее изучать и обобщать.
Прогресс, достигнутый в развитии прав и свобод граждан, неизбежно вызывает ломку старых представлений, ибо новые реалии не укладываются в господствовавшие до сих пор понятия. Чтобы отразить изменившиеся условия, теоретическая мысль ищет новые конструкции, построения либо наполняет старые термины новым содержанием.
Однако уже сейчас ясно, что такие прирожденные права индивида, как право на жизнь, честь, достоинство, свободу, безопасность, семью, собственность, место жительства и др., находятся, как уже говорилось, в составе общих правоотношений между носителями этих прав и государством, призванным уважать и защищать их. Когда же указанные права кем-либо умышленно либо по неосторожности нарушаются, возникают конкретные правоотношения, направленные на их восстановление. В этом случае конкретные правоотношения выступают как восстановительные.
Но этот общий механизм осуществления прав (стадии, методы) необходимо совершенствовать, укреплять, оснащать массой дополнительных условий и гарантий, чтобы интересы личности, гражданина в любое время могли быть беспрепятственно удовлетворены и надежно защищены (ограждены) как от произвольных действий самих властей, так и от третьих лиц. Таково требование и международных пактов о правах человека.
Различия между конкретными и общими правоотношениями заключаются также в том, что если первые связаны в основном с такой формой реализации юридических норм, как применение, то вторые — с тремя остальными: соблюдением, исполнением и использованием. Соответственно конкретные правоотношения носят правоприменительный характер, а общие — правоохранительный и правообеспечительный.
В рамках последних соблюдаются правовые запреты, исполняются обязанности, используются естественные права. Таким образом, первая всеохватывающая (универсальная) форма реализации права — соблюдение — осуществляется не помимо, как нередко считают, а в рамках правоотношений, только общего, статусного характера.
Идеи общих правоотношений хорошо согласуются с идеями и принципами правового государства. И эта созвучность легко объяснима — было бы странным противоположное утверждение. Ведь правовое государство потому и называется правовым, что весь процесс его функционирования основывается на твердой почве права и законов, протекает в более или менее четких юридических формах, процедурах. Это уже само по себе исключает или, по крайней мере, затрудняет произвол, своеволие, выходы субъектов на неправовое поле деятельности.
Общерегулятивные правоотношения лишний раз подчеркивают связанность власти правом, показывают, что само государство находится в рамках правоотношений и в качестве их участника несет перед своими контрагентами (обществом, гражданами) соответствующие обязанности и ответственность. Общие правоотношения — это составная часть той юридической ткани, среды, без которой правовое государство немыслимо. И если мы постоянно говорим о примате права над властью, то это не должно быть пустым звуком.
Граждане имеют право требовать, отмечается в литературе, чтобы государство принимало необходимые меры по укреплению законности и правопорядка, усилению охраны прав и законных интересов личности, чтобы правоохранительная система функционировала должным образом и в соответвии с теми целями, которые провозглашены в Конституции. Такие цели следует закрепить более четко, чтобы они получили большую формально-юридическую определенность. Тогда права граждан в этих общих охранительных отношениях наполнятся реальным юридическим содержанием. Тем самым будет создана нормативная основа для эффективного действия всего правоохранительного механизма, а правоотношения, о которых идет речь, из теоретической конструкции (в общем-то реальной и сегодня, но недостаточной на практике) превратятся в неоспоримый составной (а по сути — в главный) элемент правоохранительной системы9.
При этом взаимная связанность и ответственность существуют как между государством и гражданами, так и последних между собой, т.е. по вертикали и по горизонтали. А это и порождает общерегулятивные правоотношения, вытекающие уже из юридического статуса всех субъектов социального общения.
Индивиды как члены единого цивилизованного сообщества должны уважать права друг друга, не чинить никаких препятствий к их осуществлению. Подобного рода связи и отношения обусловлены как юридическими, так и нравственными законами, но в данном случае речь идет о правовой их форме.
Конечно, право опосредствует далеко не все виды взаимоотношений между людьми, есть сферы, куда оно не вторгается. Но там, где действует право со всеми его многочисленными нормами и институтами, подавляющая часть отношений так или иначе подвергается правовой регламентации и, следовательно, выступает в форме правовых. Более того, многие фактические отношения, такие, например, как государственные, административные, уголовные, процессуальные и некоторые другие, существуют только как правовые и в другом качестве немыслимы.
«Целая сеть юридических норм, отмечалось в русской дореволюционной литературе, раскинута над социальной жизнью, пересекаемой то и дело линиями прав и обязанностей»10. «Государство, — писал Гегель, — скрепляет общество правовыми отношениями... в которых люди имеют значение друг для друга не в силу каких-либо индивидуальных естественных свойств, а как лица, и эта личность каждого косвенно утверждается»11. Не случайно еще римляне сравнивали правоотношения с «кандалами», «путами», «веревками» права — в том смысле, что они юридически связывают людей, вынуждают, обязывают, заставляют их считаться с интересами друг друга. «Субъекты, как носители и адресаты всех правовых предписаний, связанные требованиями, обращенными друг к другу, — основная юридическая ткань, отвечающая экономической ткани. Само общество представляется бесконечной цепью юридических отношений»12.
Люди порой даже не подозревают и не ощущают, что являются субъектами правоотношений общего типа — настолько они естественны, незаметны, привычны, — подобному тому как воздух, которым дышим. Такие правоотношения выступают постоянной и непременной «средой обитания» граждан цивилизованного общества. Если жизненный процесс течет нормально, они просто забывают, что находятся под защитой закона, который незримо присутствует и сопровождает их в повседневных заботах.
И лишь когда возникают конфликты, споры, претензии друг к другу, участники общественных отношений вспоминают о праве, просят «рассудить», разрешить коллизию, восстановить справедливость. Ни один индивид не может оставаться вне правоотношений, миновать, избежать их в своей практической деятельности, ибо без этого он не смог бы реализовать многие свои права, возможности, удовлетворить интересы, потребности. «Человеку, как существу духовному, невозможно жить на земле вне права»13.
Деление правоотношений на общие и конкретные имеет в известной мере методологическое значение, так как позволяет более глубоко уяснить роль права в жизни общества и многообразные пути его воздействия на поведение людей. Особенно это касается института прав и обязанностей личности, прежде всего естественных, абсолютных, которые не есть нечто принадлежащее ей вне отношений с другими субъектами, в том числе коллективными образованиями. Они всегда выражают связь «кого-то» с «кем-то» — в противном случае не имели бы смысла. «Изолированный индивид совершенно так же не мог бы иметь собственность на землю, как и говорить»14.
Идеи общих правоотношений восприняты многими представителями уголовного права (С. Г. Келина, Н.А. Огурцов, В.А. Елеонский, Б.Т. Разгильдиев, В.Г. Смирнов и др.), так как они помогают им обосновать наличие первичных, исходных (базовых) общерегулятивных правоотношений, постоянно существующих между государством и гражданами по поводу соблюдения последними уголовно-правовых норм-запретов. После совершения незаконопослушным субъектом преступления возникает конкретное правоотношение между ним и соответствующим госорганом или должностным лицом. Такой вывод представляется верным.
Если подытожить все сказанное, специфика общерегулятивных правоотношений заключается в следующем: 1) они возникают главным образом на основе норм Конституции и других правовых актов такого же уровня и значения; 2) носят общий, а не строго индивидуализированный и детализированный характер; 3) являются постоянными или продолжительными, их длительность равна длительности действия самого закона; 4) опосредствуют наиболее важные, основополагающие, относительно стабильные отношения; 5) выражают общее правовое положение (статус) субъектов, их взаимные права и обязанности, свободу и ответственность друг перед другом и перед государством; в этом смысле их можно назвать статусными; 6) возникают не из тех или иных юридических фактов, а, как правило, непосредственно из закона, точнее, тех обстоятельств, которые привели к его изданию; 7) будучи исходными, первичными (базовыми), служат предпосылкой для появления и функционирования разнообразных конкретных, частноотраслевых правоотношений.
Общими они именуются еще и потому, что их участниками являются все граждане как носители общих для всех основных прав и обязанностей, тогда как субъектами конкретных правоотношений выступают далеко не все и не одновременно.
Конечно, проблема общерегулятивных правоотношений нуждается в обсуждении, но вряд ли можно сомневаться в правомерности и необходимости самой ее постановки. Ибо ясно, что нельзя общее учение о правовых отношениях ориентировать только на обязательственные модели в гражданском праве.
Как известно, права человека интернациональны, их реализация, защита — тоже. Поэтому вполне можно и нужно говорить об общерегулятивных правоотношениях международного порядка, складывающихся на основе норм как внутригосударственных, так и международных законов о правах и свободах личности. Всеобщим правам соответствуют всеобщие обязанности человека, а это и порождает такие же общие правовые связи и отношения глобального характера.
По международному праву любой гражданин любого государства, может обратиться в соответствующие международные организации за защитой своих прав, если на месте он исчерпал все возможности такой защиты. Это, естественно, влечет юридическую обязанность у «другой стороны» принять такое обращение и рассмотреть его по существу. В этом случае общее международное правоотношение перерастает в аналогичное конкретное.
III. Выводы
Нормативно-правовые акты регулируют (охраняют) правовые отношения, которые постоянно возникают, меняются или прекращаются. Правоотношения — это урегулированные нормами права общественные отношения, участники которых выступают как носители субъективных прав и юридических обязанностей, которые обеспечиваются государством.
Основные признаки правоотношения: а) они возникают на основании норм права; б) характеризуются наличием сторон, которые имеют субъективные права и юридические обязанности; в) является видом общественных отношений физических или юридических лиц, организаций и обществ; г) осуществление субъективных прав или соблюдение юридических обязанностей в правоотношениях контролируется и обеспечивается государством.
Группировать правоотношения можно на таких основаниях: в зависимости от количества субъектов (простые и сложные); за предметом правового регулирования (административные, гражданские, земельные, уголовные, финансовые, трудовые и др.); за действием во времени (долго- и кратковременные); по методу правового регулирования (договорные и руководящие); по содержанию поведения обязанной стороны (пассивные и активные); в зависимости от функционального назначения (регулятивные и охранительные).
Правоотношения имеют сложное строение и охватывают: субъекты; объекты; содержание правоотношений.
Основаниями возникновения, изменения или прекращения правоотношений являются юридические факты.
Субъектами правоотношения считают тех участников, которые