Половые преступления - изнасилование
Данное положение можно обосновать тем фактом, что как такового подавления воли женщины путем физического насилия, угрозы его применения или использования беспомощного состояния жертвы на деле не существует. “Такого рода обман не приводит женщину в беспомощное состояние и не лишает ее возможности свободно определять свою половую жизнь”.***
Изнасилование признается совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей в тех случаях, когда она в силу своего физического или психического состояния (малолетний возраст, физические недостатки, расстройство душевной деятельности, иное болезненное либо бессознательное состояние и т. п.) не могла понимать характера и значения совершаемых с нею действий или не могла оказать сопротивление виновному. При этом, вступая в
половое сношение, он осознавал, что потерпевшая находится в таком
беспомощном состоянии.
Т.е., беспомощное состояние потерпевшей может вызываться физическими или психическими причинами.
Например, беспомощное состояние налицо в случаях вступления в половое сношение с женщиной, находящейся, например, в болезненном состоянии, с
высокой температурой тела, истощенной в результате перенесенной операции и
т. д. В этих случаях женщина , хотя и правильно понимает характер совершаемых с нею действий насильника, но лишена физической возможности оказать ему необходимое сопротивление.
Психическое заболевание бывает хроническим или временным, выступает в
виде слабоумия или иного болезненного состояния психики (ст. 21 УК РФ ). Следует отметить, что по ст. 131 УК РФ наказуемо половое сношение с
психически больной не вообще, а лишь когда потерпевшая не отдает отчет в своих действиях или не руководит ими. В этом состоянии ее согласие не имеет юридического значения и не исключает ответственности насильника. Но при условии, что он знает о душевной болезни женщины. Если обвиняемый не знал о болезни и не применял насилие, то его действия не могут квалифицироваться по ст. 131 УК РФ.
Возможны случаи, когда робкие, неопытные девушки могут не оказать сопротивления решительным действиям насильника, подчиниться его воле, находясь в состоянии психологического ступора. В этих случаях с учетом заключения психологической экспертизы состояние потерпевшей может быть признано беспомощным.
Беспомощность как результат бессознательного состояния может быть в случаях крепкого сна, обморока, гипнотического состояния, шока, вызванного травмой, и т. п. Весьма важно для квалификации то обстоятельство, что в приведенных примерах потерпевшая не знает о совершении сексуальных
действий или не сознает их характера.**
Как беспомощное состояние может расцениваться и тяжелая степень
опьянения потерпевшей. При этом суды должны исходить из того, что
“беспомощным состоянием в этих случаях может быть признана лишь такая степень опьянения, которая фактически лишала потерпевшую возможности сознавать характер совершаемых в отношении ее действий или оказывать
сопротивление виновному”* .
Для признания изнасилования совершенным с использованием беспомощного состояния потерпевшей “не имеет значения, привел ли женщину в такое состояние сам виновный (например, напоил спиртными напитками, дал наркотики, снотворное и т. п.) или она находилась в беспомощном состоянии
независимо от его действий”* .
Значительные трудности на практике представляет юридическая оценка “добровольного” полового сношения совершеннолетнего мужчины с малолетней девочкой. В ряде случаев суды относили такие сексуальные девиации (отклонения от половой морали) к изнасилованию.
Для изнасилования малолетней характерно отсутствие не столько половой, сколько социальной, общей зрелости. Беспомощность здесь определяется именно непониманием значения полового сношения, незнанием его последствий. Однако сам по себе малолетний возраст девочки, как показывает практика, не может служить основанием для квалификации полового акта с ней при ее согласии на вступление в половую связь как изнасилование с использованием беспомощного состояния потерпевшей. Т. е. возраст не может являться единственным критерием. Известны дела, когда сношение с тринадцатилетней девочкой, не достигшей половой зрелости, не было признано изнасилованием, а с пятнадцатилетней, достигшей половой зрелости, квалифицировалось как изнасилование. Основанием для вывода о беспомощном состоянии послужили не возраст и половая зрелость, а осведомленность о половой жизни, которая
обусловливается особенностями психического развития ребенка, воспитания и т. д. И если девочка знала о характере, значении и последствиях половой жизни, то беспомощное состояние, как и квалификация по ст. 131 УК РФ, исключается.
Как насильственный половой акт вопреки видимой “добровольности” следует рассматривать только такие случаи, когда ввиду своего малолетнего возраста, умственной отсталости и т. п. потерпевшая заведомо для виновного не
могла понимать характера совершаемых с нею действий. В остальных случаях
содеянное образует состав преступления, предусмотренного ст. 134 УК РФ -
половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не
достигшим четырнадцатилетнего возраста (если в силу особых обстоятельств соответствии с Семейным Кодексом РФ деяние не утрачивает общественной
опасности).
Ст. 134 УК РФ по своему составу также относится к группе преступлений,
посягающих на половую свободу и половую неприкосновенность личности. Только потерпевшей стороной здесь является лицо как женского, так и мужского
пола, не достигшее четырнадцатилетнего возраста (УК РСФСР 1960 г.
потерпевшим признавал “лицо, не достигшее половой зрелости”*). Таким образом, новый УК РФ более конкретно определяет, кто является потерпевшим в
этом преступлении, так как не ставит наличие состава преступления в зависимость от определяемой с помощью экспертизы степени полового развития подростка. Поэтому в данном случае не имеет значения степень развития половых органов подростка, ни его способности к совокуплению, зачатию, вынашиванию плода, родоразрешению и вскармливанию.1
По смыслу закона данное преступление состоит в добровольном половом сношении, мужеложестве, лесбиянстве или иных действиях сексуального характера взрослого лица с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста. Но если подобные действия становятся результатом понуждения со стороны виновного в результате шантажа, угрозы лишить материальной помощи,
уничтожить имущество и т. п., то в этом случае содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 133 и 134 УК РФ.
Субъектом данного преступления выступает лицо любого пола, достигшее восемнадцатилетнего возраста.
Эта статья, а также ст. 135 УК РФ - развратные действия, являются преступлениями, суть которых - грубое нарушение половой морали по отношению к лицам молодого возраста.
Объективная сторона ст. 135 УК выражается в совершении “развратных действий без применения насилия в отношении лица, заведомо не достигнувшего четырнадцатилетнего возраста”* (как девочки, так и мальчика), т. е. в совершении действий, способных вызвать у них половое возбуждение, пробудить у них нездоровый сексуальный интерес и тем самым нарушить нормальное физическое и психологическое развитие ребенка или подростка.
Развратные действия могут быть физическими (обнажение половых органов малолетнего, прикосновение к ним, обнажение половых органов виновного, совершение различных непристойных действий) или (и) носить интеллектуальный характер (демонстрация порнографических предметов, ведение циничных разговоров на сексуальные темы, демонстрация порнографических фильмов и магнитофонных записей такого же характера), причем мотивы такого преступления могут быть любыми (удовлетворение своих половых потребностей, возбуждение у малолетнего извращенного интереса к половым отношениям, подготовка малолетнего для последующего вовлечения в сексуальные отношения
и т. п.).
Субъектом этого преступления могут быть лица обоих полов, достигшие шестнадцатилетнего возраста.
Субъективная сторона всех преступлений, включенных в гл. 18 УК РФ, - наличие прямого умысла на совершение конкретного преступления.
Рассматривая уголовно-правовую характеристику ст.131 УК РФ особое
внимание следует уделить такой категории как покушением на изнасилование, которое признают как применение насилия или угроз с целью совершения полового акта против воли потерпевшей (например, раздевание потерпевшей, нанесение ей ударов, избиение и т. п.).
Оценивая факты покушения на изнасилование, следователь суд должны
устанавливать, “действовал ли подсудимый с целью совершения полового акта и являлось ли примененное им насилие средством к достижению этой цели. Только при наличии этих обстоятельств действия виновного, не доведенные до конца по причинам, не зависящим от его воли (сопротивление потерпевшей, появление посторонних, физиологические факторы), могут рассматриваться как покушение на изнасилование”*.
В этой связи следует проводить отличие между покушением на изнасилование и простым (хотя и настойчиво повторенным лицом) предложением совершить с ним половой акт, а также насильственными действиями сексуального характера (ст. 132 УК) и понуждением к действиям сексуального характера (ст. 133 УК), половым сношением и иными действиями сексуального характера с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста (ст. 134 УК).
Разграничение составов преступлений в этих случаях нужно проводить по
субъективной стороне, по направленности умысла виновного.
Покушение на изнасилование следует отличать и от других преступных посягательств, затрагивающих честь, достоинство, телесную неприкосновенность женщин (хулиганство, причинение вреда здоровью различной тяжести).
Так, за покушение на изнасилование осуждены Ю., С. и Ц., которые, пригласив к себе в квартиру двух девушек, не просто предложили им совершить с ними половые акты, а добивались этого путем угроз физической расправой и к тому же закрыли входную дверь на замок. Воспринимая угрозу как реальную опасность для жизни, одна из потерпевших с целью позвать на помощь пыталась перелезть на соседнюю лоджию, но сорвалась и разбилась насмерть.
Любострастные действия также могут рассматриваться как покушение на изнасилование, если установлено, что они лишь предшествовали половому акту, который виновный не сумел начать.
В уголовном праве существует понятие добровольного отказа. В этом случае добровольный отказ от изнасилования будет иметь ряд характерных для
него особенностей.
Согласно ст. 31 УК РФ добровольный отказ от доведения преступления до
конца является обстоятельством, не смягчающим ответственность, а исключающим ее. Уголовная ответственность наступает лишь в том случае, если
действия, совершенные до добровольного отказа, содержат состав другого
преступления (например, причинение вреда здоровью, нанесение побоев,
развратные действия, хулиганство и т. д.). Следовательно добровольный отказ от изнасилования исключает ответственность за покушение на изнасилование.
Для применения ст. 31 УК РФ требуется ряд условий. Во-первых, должны быть: реальная возможность совершить преступление, довести его до конца и отсутствие объективных препятствий до окончания деяния. Во-вторых, лицо должно сознавать эти обстоятельства, однако прекратить начатое преступление, не завершив его. Причем требуется, чтобы виновный прекратил свои действия, а не приостановил их, чтобы затем продолжить посягательство.
Отсутствие одного из условий образует не добровольный отказ, а вынужденный, не исключающий уголовную ответственность. Например, виновный не смог преодолеть сопротивление женщины и пр.
Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР не признала наличия добровольного отказа в действиях О., который прекратил попытку изнасилования и убежал после того, как потерпевшая Р. закричала и он увидел на некотором расстоянии работавшего в поле человека.* Т. е. объективная возможность окончания преступления отсутствует, ответственность наступает за покушение на изнасилование.
В других случаях объективная возможность совершения полового акта имеется, однако виновный не сознает ее. Например, шорохи зверей, ветра в траве
принял за шаги человека, шум движущейся автомашины и прекратил посягательство. При фактической возможности окончания изнасилования он полагает, что ее нет. Его отказ также будет вынужденным, а не добровольным.
Таким образом, вынужденный отказ может порождаться объективными причинами (препятствиями) или ошибочными представлениями виновного о невозможности окончания преступления. Во всех случаях содеянное образует покушение на изнасилование поскольку виновный не доводит преступление до
конца по причинам, не зависящим от его воли. Добровольный же отказ совершается именно по воле лица.
Мотивы не влияют на признание отказа добровольным. Изучение судебно-следственной практики показало, что лицо может руководствоваться различными побуждениями. К ним относятся:
стремление избежать уголовной ответственности, которая возможна при обращении потерпевшей в соответствующие органы или в связи с
предполагаемым появлением граждан, способных пресечь преступление;
жалость, сострадание к потерпевшей;
раскаяние;
брезгливость и другие подобные чувства;
боязнь заразиться венерическим заболеваниям или ВИЧ-инфекцией и пр.
Независимо от мотива отказ должен признаваться добровольным, если лицо
прекратило преступление, имея возможность выполнить задуманное. Страх перед наказанием побуждает к добровольному отказу лишь тогда, когда существует возможность привлечения к уголовной ответственности. Например, потерпевшая знает субъекта и высказывает намерение заявить на него в милицию.
В процессуальных документах часто встречается такая формулировка: “Отказался от покушения на изнасилование”. Если учитывать, что под покушением на изнасилование понимается не доведение преступления до конца
по не зависящим от виновного причинам, то такая формулировка, безусловно,
неточна.** От покушения отказаться невозможно, ибо виновный выполнил определенные действия, но не смог достигнуть желаемого результата. Покушение
содержит состав самостоятельного преступления. В этом случае можно отказаться от повторения попытки завершить преступление, а за первую попытку
ответственность все равно наступит.
Добровольный отказ от изнасилования возможен только до начала полового сношения, т. е. до окончания преступления. Юридическая квалификация содеянного зависит от особенностей деяния: совершается ли преступление с
применением насилия или же лицо использует беспомощное состояние потерпевшей.
В последнем случае необходимо учитывать возраст потерпевшей. Так,
Д. осужден по ст. 15 и ч. 3 ст. 117 УК РСФСР (ст. 30 и ч. 3 ст. 131 УК РФ
1996 г.). Он встретил двенадцатилетнюю девочку, заманил ее в лес и предпринял действия, направленные на совершение с ней полового акта. Однако девочка стала громко кричать и Д., испугавшись, отпустил ее. Не отрицая намерения изнасиловать малолетнюю, Д. пояснил, что, когда девочка закричала, он испугался появления людей и отпустил ее, хотя имел возможность довести преступление до конца. В этот момент поблизости никого не было. Показания Д. были подтверждены потерпевшей.
Таким образом, по делу не установлено объективных причин, которые Д. не был бы в состоянии устранить или преодолеть. Он осознавал это и отказался от изнасилования не вынужденно, а добровольно. Мотив - страх перед наказанием. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР применила ст. 16 (ст. 31 нового УК РФ) и исключила из приговора ст. 15 и ч. 3 ст. 117 (ст. 30 и
ч. 3 ст. 131 УК РФ 1996 г. соответственно). Поскольку же Д. совершил развратные действия в отношении несовершеннолетней, они были квалифицированы по ст. 120 УК РСФСР (ст. 135 УК РФ).*
Деяние же, аналогичное совершенному Д., но в отношении совершеннолетней, не содержит состава преступления, и лицо не может быть
привлечено к уголовной ответственности.
Насилие, применяемое для подавления воли потерпевшей, при добровольном отказе от полового сношения подлежит самостоятельной оценке.
Физическое насилие квалифицируется по ст. ст. 111, 112, 115 и 116 УК РФ в
зависимости от тяжести причиненных телесных повреждений. Угроза убийством или тяжким телесным повреждением влечет ответственность по ст. 119 УК РФ.
Однако ч. ч. 1 и 2 ст. 30 и ст. 131 УК РФ ни в коем случае не могут применяться.
Особые сложности возникают при оценке добровольного отказа от
изнасилования, совершаемого группой. Наличие группы, предварительная
договоренность и согласованность действий не могут быть единственными и
достаточными основаниями для отказа в применении ст. 31 УК. На это, в частности обратил внимание Пленум Верховного Суда СССР при рассмотрении
дела Б. И П. Виновные с целью изнасилования напали на Ч. И затащили ее во
двор школы. П. хотел совершить половой акт в извращенной форме, однако потерпевшая сопротивлялась, и он, ударив ее кулаком по лицу, ушел. Б. Стал
избивать Ч., сломил сопротивление и изнасиловал ее. Судебная коллегия и
Президиум Верховного Суда РСФСР согласились с квалификацией действий Б. и П. по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР (ч.2 ст. 131 УК РФ) как изнасилования,
совершенного группой лиц. Отвергая наличие добровольного отказа со стороны П., все судебные инстанции сослались на характер насилия и согласованность
действий виновных, что подавило волю потерпевшей, а также на то, что П., уходя с места преступления, не пресек насилия Б.
Согласованность действий была, но лишь в начале преступления. Затем Б. действовал один. Совершенное П. насилие не сломило волю потерпевшей. Как показала Ч., Б. лишь жестоким избиением преодолел ее сопротивление и изнасиловал. Следовательно П. не мог нести ответственности за случившееся после его ухода.
В пользу добровольного отказа свидетельствует то, что П. имел
возможность довести преступление до конца, об отказе заявил открыто, сказав Б.: “Ну ее, пошли”. Уходя, он призвал к прекращению преступления и Б. Следовательно он не подлежит ответственности по ст. 131 УК. Поскольку же он ударил потерпевшую, разбил ей губы, садился на грудь, то его действия расценены Пленумом Верховного Суда СССР как злостное хулиганство, отличающееся исключительным цинизмом и особой дерзостью. Действия П. квалифицированы по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР (ч. 2 ст. 213 УК РФ - хулиганство), а действия Б. переквалифицированы на ч.1 ст.117 УК (ч.1 ст. 131 УК РФ 1996 г.), ибо изнасилование он совершал один.*
Иная ситуация будет в случае, когда виновный отказался от полового
сношения, но до этого оказал содействие другому соучастнику. Примером может служить преступление, совершенное Т. и Г. Виновные с целью изнасилования повезли находящуюся в автобусе Л. к месту преступления. Потерпевшая стала кричать, плакать, требовать, чтобы ее отпустили. Г., угрожая расправой, взял у Т. отвертку и приставил ее к горлу потерпевшей. Затем Т. предупредил ее, что Г. по национальности турок и может убить, если она будет сопротивляться, но если
послушается, то ее отвезут домой. Затем Г. вышел из автобуса, а Т. совершил с ней половой акт. После этого в автобус зашел Г., а Т. вышел. Второго насильника потерпевшая уговорила не трогать ее, обещая познакомить с подругой, на что тот согласился.*
Если рассматривать последний эпизод изолированно, то вроде бы есть повод для применения ст. 131 УК РФ. Однако нельзя вырывать отдельные действия из общей цепи и самостоятельно квалифицировать. Действительно, Г. добровольно отказался вступить в половую связь, но это еще не говорит о добровольном отказе от изнасилования. В его предшествующих действиях содержится состав оконченного преступления.
По делу было доказано, что Г. угрожал убийством, приставлял к горлу потерпевшей отвертку, которую она приняла за нож. Реальность угрозы еще более повысилась, когда Т., устанавливая очередность изнасилования, сказал, что если Л. не согласиться, то Г. убьет ее. Своими действиями Г. и Т. подавили волю потерпевшей, она не могла сопротивляться, а тот факт, что Г. не было рядом в момент изнасилования, не имеет никакого значения.
Таким образом, изнасилование, совершенное группой лиц, преступление окончено. Г. является исполнителем, так как частично выполнил объективную
сторону преступления, содействуя Т. в изнасиловании. Действия Г. и Т. квалифицированы по ч. 3 ст. 101 УК Казахской ССР (ч. 3 ст. 117 УК РСФСР - ч. 2 ст. 131 УК РФ).
В заключение этого вопроса рассмотрю еще одно обстоятельство, связанное с добровольным отказом. Производство по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 131 УК РФ, возможно лишь при наличии заявления потерпевшей или ее законных представителей. Добровольный отказ от изнасилования означает, что отсутствие данного состава преступления, и в соответствии со ст. 5 УПК РСФСР уголовное дело не подлежит возбуждению.
Однако при наличии заявления без возбуждения уголовного дела и
проведения следствия порой трудно доказать, добровольно отказался виновный от окончания преступления или вынужденно. Если следователь приходит к выводу, что отказ добровольный и в действиях лица нет признаков иного состава
преступления, то уголовное дело прекращается. Но как быть, если виновный до отказа от изнасилования причинил легкие телесные повреждения, преследование за которые может осуществляться тоже по жалобе потерпевшей?
Такая проблема возникала при рассмотрении дела Г., осужденного по ч. 2 ст. 112 УК РСФСР (ст. ст. 115