Xreferat.com » Рефераты по языкознанию и филологии » Лингвориторические средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе

Лингвориторические средства выражения антропоцентризма в русском и переводном эзотерическом дискурсе

поля тайного знания о невидимой, «тонкой» реальности, противопоставляемой миру «плотной материи».

В главе анализируется специфика эзотерической культуры и языковой личности, для которой когнитивной доминантой является такой специфический дискурс-универсум, как эзотерический. По утверждению Ю.Н. Караулова, мировоззрение формируется на пересечении вербально-семантического и лингвокогнитивного уровней языковой личности, при этом внутренний «язык мысли» он уподобляет склеенной ленте, на одной стороне которой находится слово, а на другой – понятие как когнитивная операциональная единица мозга. Соответственно у языковой личности эзотерика данные уровни, как и мотивационный, не могут не обладать определенной спецификой. Как пишет В.М. Розин, рассуждая об эзотерике как личности особого типа, эзотеризм – «это мироощущение, позволяющее открыть новый мир, опираясь на самого себя. Мироощущение, постулирующее идею двух миров (обычного и подлинного), включающее установку на переделку себя и идею пути». С учетом параметров языковой личности, выделяемых учеными, вводится определение эзотерической языковой личности, характеризуются ее сущностные признаки.

В результате теоретического анализа проблемы исследования, проведенного в первой главе, антропоцентризм в филологии рассматривается как универсальная категория интегративного лингвориторического характера. Сформулировано определение антропоцентризма в языковой репрезентации действительности и антропоцентризма как принципа языковедческой науки. Предложенная нами классификация, апробированная в качестве инструмента анализа эмпирического материала, включает следующие уровни выражения антропоцентризма в дискурсе и тексте как его результирующем продукте:

1 уровень – абсолютный: выражается личными местоименными и глагольными формами, обращениями, именами, непосредственно направляющими восприятие реципиента на моделирование того или иного человеческого образа, прежде всего самого реципиента, а также продуцента дискурса или третье лицо, к опыту которого последний апеллирует в целях убеждения реципиента;

2 уровень – относительный: выражается другими частями речи, в семантике которых имеется указание на принадлежность к человеку; кроме названных лиц, это может быть любой человек, а также обобщенное указание на человеческую природу вообще.

3 уровень – условный, или косвенный: все остальные языковые средства, репрезентирующие те или иные объекты, признаки, действия, явления окружающей действительности. Косвенно они также служат для выражения антропоцентризма, т.к. наша Вселенная принципиально антропоцентрична: любое восприятие того или иного явления, его осмысление, вербализация во внутренней и внешней речи, транслирование результирующей интерпретации действительности адресату и т.д., все шаги «коммуникативного круга» осуществляются сквозь призму человеческого сознания, языковой личности.

При анализе антропоцентрической стратегии эзотерического дискурса в центре нашего внимания в большей степени находились примеры 1-го уровня выражения антропоцентризма (преимущественно грамматические), в силу того, что они оказались чрезвычайно частотными в исследуемых текстах.

Во второй главе – «Лингвориторические аспекты русского и переводного эзотерического дискурса» – вначале анализируются типичные примеры контекстов, выступающие носителями антропоцентрического начала, выделенные из текстового массива «Листов сада Мории» Е.И. Рерих. В первую очередь в процессе наблюдения выявляется такая особенность инвентивно-диспозитив-ного каркаса текста, как дневниковая форма (указаны даты). На уровне графических операций особенностью является строфическая подача прозаического текста в форме белого стиха. Последняя также имеет специфику: абзацные отступы используются не в начале предложения, как обычно, а во вторых строчках, заключающих предложения, перед маленькой буквой. В рамках одного контекста может быть отделено большим пробелом заключительное предложение, что подчеркивает его особую значимость. Приведем в качестве примера специфики работы акционального механизма реализации ЛР-компетенции автора в письменной форме целостный микроконтекст (далее в качестве иллюстраций предложены в основном отдельные предложения и словосочетания):

1921 г. Октябрь 26

Явлен счастливый благий Руководитель каждому.

Умей обратиться всею силою духа только к Нему,

иначе дверь останется открытой и токи

смешаются.

Призывайте Благого Руководителя не вопросом,

но утверждением.

Если Я пошлю весть через вашего Руководителя –

ток будет прям.

Не слушайте тех, которые приходят во время

безразличия вашего.

Окно, во тьму открытое, приносит ночные голоса,

но зов любви принесет ответ Возлюбленного.

Любите избравших вас.

Явите сознание связи с Руководителем, и ничто

несовершенное не проникнет.

Любите, и внимайте, и разите все злое.

Благовесть шлю.

В качестве графической особенности отметим частотность типичного для текстов эзотерической проблематики употребления заглавных букв при номинации высших сущностей тонкого мира: местоимения Я, атрибутов говорящего и всех форм личного и притяжательного местоимений 1-го лица, как ед., так и мн. числа (Мое дело, Нашего участья, Имя Мое, моя Любовь, снова Повторяю); номинации Бога как верховного существа и относящихся к нему явлений (Творец, Песня Господня); номинации других существ и объектов горнего мира (Благой Руководитель, к Нему, Учитель, Святая Гора) и т.д.

Каждую строфу отличает особая внутренняя организация – «грамматическая партитурность, которая при первом восприятии производит впечатление дисгармонии и невольно фокусирует на себе внимание реципиента. Это обусловлено сменой фактически в каждом предложении видо-временных форм глаголов, типа грамматической основы предложений. Большинство их односоставные, определенно-личные и обобщенно-личные (1-я степень выражения антропоцентризма в нашей терминологии), которые чередуются с односоставными других типов, а также двусоставными (2-й степени антропоцентризма, т.е. говорящими о человеке и его атрибутах). Так, в приведенной выше строфе «грамматическую партитуру» образует следующая динамика типов оформления предикативности, которая отражает смену соответствующих «кадров» и психоэнергетических импульсов в воспринимающем языковом сознании:

1. Простое двусоставное предл., тип сказуемого – составное именное (нулевая связка + кр. страд. прич. прош. вр.); подлежащее обозначает одного из представителей тонкого мира: Явлен Руководитель.

2. Гл. часть сложного предложения – обобщенно-личное предложение, сказуемое в форме пов. наклонения, ед. числа: Умей обратиться.

3. Пр. предложение, обобщенно-личное, сказуемое в форме пов. наклонения, мн. числа: Призывайте.

4. Сл. предложение, придаточное условия – двусоставное предложение с мест. 1 л., ед. ч.: (Если) Я пошлю.

5. Сложноподч. предложение, гл. предложение вновь обобщенно-личное, сказуемое в форме пов. наклонения, мн. числа: Не слушайте тех.

6. Сложносоч. предложение, обе части – двусоставные предложения, подлежащие отражают объективные явления: Окно приносит, но зов принесет.

7. Пр. предложение, обобщенно-личное, сказуемое в форме пов. наклонения, мн. числа: Любите избравших вас.

8. Сложносоч. предложение, первая часть – аналог предыдущего: Явите сознание связи с Руководителем…, вторая часть – двусоставное предложение: и ничто несовершенное не проникнет.

9. Пр. предложение, обобщенно-личное, однородные сказуемые в форме пов. наклонения, мн. числа: Любите, и внимайте, и разите все злое.

Заключает контекст определенно-личное предложение, сказуемое в форме 1 л. ед. ч.: 10. Благовесть шлю».

Если выписать только сказуемые, то более наглядна смена ракурсов представления квантов информации с точки зрения субъекта восприятия. «Кадры», относительно нейтральные по отношению к языковой личности реципиента (двусоставные предложения), сменяются квантами информации, подаваемыми от первого лица и формами повелительного наклонения, то единственного, то множественного числа, – самыми целенаправленными по суггестирующему воздействию на реципиента: Явлен – умей – призывайте – пошлю – не слушайте – приносит, принесет – любите – явите – не проникнет – любите, и внимайте, и разите – шлю.

Особо подчеркнем частотность использования в дискурсе Е.И. Рерих спрягаемых форм 1–2 л. глаголов ед. и мн. числа, форм повел. наклонения. Они квалифицируются в качестве обобщенно-личных с учетом того, что в ситуации опосредованной коммуникации продуцента и потенциального – неопределенного – реципиента дискурса их нельзя считать определенно-личными. В то же время нельзя не отметить, во-первых, что в научной литературе для сказуемого в обобщенно-личном предложении указывается только форма ед. числа; в анализируемом же типе дискурса в такой функции активно используется также форма мн. числа, что способствует обогащению грамматической семантики эзотеризма. Во-вторых, правомерно говорить о своего рода «коммуникативно-грамматической асимметрии»: в продуктивном аспекте дискурсивного процесса, с позиции адресата конструкции умей обратиться, призывайте и подобные являются обобщенно-личными, в рецептивном же аспекте они воспринимаются адресатом как обращенные непосредственно к нему, т.е. как определенно-личные.

Выделим грамматические основы в следующей строфе – «Октябрь 27». 11 предложений легко распределяются в 3 группы на следующих основаниях:

1. Наличие побудительных по цели высказывания предложений, в которых в основном использованы глагольные формы 2-го лица как языковые единицы 1-й степени выражения антропоцентризма, сфокусированные на реципиенте:

А. Пов. наклонение:

Улыбайся, когда можешь дать тем, с кем встречался

раньше.

Остри стрелы.

См. также косвенную форму выражения приказа через глагольную форму долженствования:

Как в электричестве, должен собрать энергию на острие.

Следующее побудительное предложение в качестве конечного объекта воздействия имеет адресата (местоимение в форме 2 л., мн. ч.):

Будь светло вам.

Б. Форма наст. вр.:

Если не любишь символ стрелы, то избери символ

посланца – голубя.

Можешь взять образ электрической искры.

2. 2-я степень выражения антропоцентризма: предметом речи являются непосредственные атрибуты человека:

Счастье придет, когда кончатся старые счета.

Стрела – не мысль, но энергия.

Наиболее легок опыт представления устремляемого

предмета.

Все в мире тени Божьи, и в пятнах света играет

Божественная энергия.

Субъектно-предикатные синтагмы являются регистраторами всплесков сознания, фиксирующего явления объективной действительности (Б.Н. Головин), соответственно их анализ позволяет вскрыть некоторые нюансы осуществления речемыслительного процесса, который объективируется в идеоречевом цикле «от мысли к слову» языковой личности, в данном случае – некой сверхъестественной сущности.

С точки зрения организации инвентивно-диспозитивного каркаса 1-й книги «Листов сада Мории» необходимо отметить интригующую читателя асимметричность в количественном объеме текстов, относящихся к разным датам. Наряду с развернутыми микроконтекстами, которые насчитывают 10 и более предложений, встречаются 2–3 предложения, иногда – даже одно, например:

Ноябрь 10

Чудо совершается в жизни, откройте глаза –

увидите.

Ноябрь 12

Уйдут негодные – мудро решается план развития

Новой Расы.

Ноябрь 21

Явленную суровую школу с улыбкою примите.

Характерны перерывы в записях – от одного дня и более. Например, за декабрь 1921 г. зафиксированы тексты от 1–2, 6–9, 23–27, 29 и 31 числа. На основании этих фактов можно сделать вывод о специфике речемыслительной деятельности в условиях «ченнелинга» (т.е. контакта с высшими силами в целях транслирования их информации человечеству). Она осуществляется неравномерно, с перебоями, требует соответствия внутреннего состояния и условий жизнедеятельности контактера условиям подключения к коммуникативному кругу «физический мир 3-го измерения – тонкий мир 4-го измерения).

Далее приведем примеры характерных типов фрагментов дневниковых микроконтекстов, наглядно реализующих, на наш взгляд, целенаправленную антропоцентрическую стратегию продуцента текста (как первичного – учителя Мории, так и вторичного – Е.И. Рерих), которая, как показали результаты анализа, принципиальна для эзотерического дискурсивного процесса:

Взаимодействие глагольных и местоименных форм 1-го и 2-го лица (примеры приведены из разных строф):

Считаю – можете учить читать книгу мудрости,

разлитой в явлениях жизни.

Чудо Нашего участья в явлениях жизни не

ускользнет от вас.

Я вас призвал на великое дело.

Нужные силы последовать за Мною даны вам:

Стрелы, щиты, мечи у вас, и главу покрою Моим

Убором.

Сражайтесь во Имя Мое, любовь да пребудет с вами.

Держите светильники зажженными.

Я учу.

Улыбнитесь трудности пути вашего.

Ручаюсь – победите. И т.п.

Самохарактеристики первичного продуцента дискурса – учителя Мории, имя которого обозначено первой буквой М и треугольником из точек, в неразрывной слитности с образом адресата, например:

М . . привык сражаться, и дети Мои должны быть

мудрыми в битве.

Объединение народов придет в битве.

Я люблю явления мощи духа.

Теперь бейтесь мудро, враги Наши – ваши враги.

Шлю любовь и силы.

Самохарактеристики первичного продуцента дискурса через типичный маркер эзотерической проблематики – местоимение Я (с заглавной буквы) – как правило, в обрамлении побудительных или других конструкций, формирующих образ реципиента и направляющих в его сознание мощные психоэнергетические импульсы. Например:

Не бойтесь копий и не страшитесь скорпионов –

яд не войдет в тела ваши.

Я – флейта, зовущая утреннее стадо.

Я – родник, орошающий губы скорби.

Я – мощь столба Храма.

Придите, бодрствующие!

Сочетание знака имени Мории и местоимения Я в контекстах-самохарактеристиках:

Страна М . . найдет лучших каменщиков.

Я, Я, Я принял.

Я, Я, Я щит утвержу, и стрелы врагов оперят щит

победы.

Я с вами и охраню.

Каждый сам кует путь свой.

Частотной является лексема Учитель (с заглавной буквы), которая соотносится в предложениях с обобщенным образом адресата через местоименные формы 2 лица мн. числа и выступает тем самым важным средство реализации антропоцентрической стратегии в силу важности роли Учителя в человеческой жизни:

Учитель близок вам в каждую минуту вашего

творчества.

Учитель с вами радуется счастью действия в жизни,

когда оно направлено ко благу.

Учитель счастье доверил вам.

Дни ваши Учитель украсит зеленеющим лавром и

явит Учителя целебные ароматы.

Прямым обращением автора к реципиенту является стимулирующее внутренний диалог личное местоимение 2-го лица ед. числа, его внушающее воздействие часто усиливается фигурой повтора. Приведем целостный контекст:

1921 г. Июль 31

Чей стук слышу Я?

Это ты, беглец!

Вот Я скажу тебе:

Ты бежал от Меня так заботливо.

Как строил прежде Мои дома.

Ты пытался скрыться в святилищах храмов,

Ты прятался за ступенями тронов,

Ты, изменив лик, укрывался завесою шатров.

Ты хотел раствориться в звуках флейты и струн.

Куда же убежал ты?

Вот стоишь передо Мною,

Но Я говорю: ты пришел ко Мне.

Ты нашел двери Мои.

Ты познал, как бессветен стал ум и как ушла

твоя радость.

Ты познал, как стучащийся будет допущен и

допущенный будет оправдан.

И ты нашел лучшие двери и воззвал, не видя конца

бегства.

И приму я стучащегося и скажу ему:

Я сохранил твою радость,

Бери свой сосуд и трудись.

В данном и подобных примерах вновь акцентируем феномен «коммуникативно-грамматической асимметрии» синтаксических конструкций типа Вот стоишь передо Мною; Бери свой сосуд и трудись и др.: рецепцию обобщенно-личных глагольных форм в качестве определенно-личных на уровне индивидуального восприятия эзотерического дискурса.

Анализ элокутивной специфики дискурса Е.И. Рерих показал, что все интересующие нас частотные языковые единицы, выступающие носителями антропоцентризма, включены в риторические структуры – тропы и фигуры разных видов, придающие чеканную афористичность выражаемой мысли. Примеры:

Антитеза:

Люди будут являть упорство на пути к Свету,

Тьма любезнее глазу кротов.

Сравнение:

Дух ваш пойдет высоко, и непонимания мелькнут,

как столбы телеграфные.

Антитеза и сравнение:

Тело боится духа, раб боится хозяина.

Пример развернутой антитезы, усиленной фигурой повтора, которая завершается нейтрализацией противоречия:

О, Владыко, нареченный Состраданием!

Узри своих сынов во тьме людской.

Тьма, тьма, тьма.

Свет, Свет, Свет.

Без тьмы не было бы сияния Света,

Ибо только во тьме Свет виден.

Где находится Он, Владыко,– нет ни Света, ни

тьмы – все Едино.

Метафоры:

Пучина жизни; ликующие краски; волны духа пенятся; жизнь раскрывает пасть, но дух несокрушим; Когда сквозь лохмотья ваших случайных оболочек сверкают формы духа; И тогда ваше ухо чует шелест шагов Моих; Когда волшебный цветок ласки на земле расцветает.

Параллелизм конструкций, отражающий взаимообусловленность «дольнего» и «горнего» миров:

Ваша радость – Наша радость.

Когда волшебный цветок ласки на земле расцветает,

Тогда новая звезда зажигается в Беспредельности.

Анафора:

Иные живут в подвалах,

Иные теснятся на чердаках,

Иные довольствуются комнатою в чужом помещении…

Эпифора:

Снова Повторяю – не бойтесь.

Снова опять укус – но не бойтесь.

Комплексы риторических вопросов и восклицаний:

Зачем страдать в умерщвлении плоти?

Зачем уничтожать данное вам Создателем?

Ищите Новых путей!

Некоторые строфы оформлены как диалоги иносказательного содержания, включающие обращения и вопросно-ответные ходы, например:

Июль 3

– Владыко, почему не доверишь мне собрать все

плоды сада Твоего?

– Но где же корзины твои?

– Владыко, почему не прольешь на меня ручьи

Благодати Твоей?

– Но где же кувшины твои? И.т.д.

Результаты исследования данных текстов позволили заключить, что именно личные местоименные и глагольные формы (прежде всего – 2-го лица, т.е. непосредственно активизирующие языковую личность читателя в рецептивном регистре речемыслительного процесса), будучи включены в риторические структуры – тропы и фигуры разных видов – обеспечивают непосредственное воздействие на реципиента и, вследствие этого, определяют специфику анализируемых произведений как лингвориторических конструктов, моделирующих своеобразное ментальное «эзотерическое пространство», к которому подключается читатель. Текст книги «Листы сада Мории» Е.И. Рерих в целом гипернасыщен изобразительно-выразительными лингвориторическими средствами, что дает основания условно квалифицировать его как «орнаментальную прозу эзотерического типа».

Как показали результаты анализа переводных текстов двух книг Дж. Голдсмита, типологическая общность русского и переводного дискурсов эзотерической проблематики проявляется прежде всего в частотности личных глагольных и местоименных форм, моделирующих образы 2-х типов эзотерической языковой личности – с одной стороны, продуцента (лингвосоцикультурная функция «Учитель жизни»),

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: