Xreferat.com » Рефераты по географии » Особенности демографической ситуации в России и мире

Особенности демографической ситуации в России и мире

смертью ранняя смерть становилась все более редким, необычным явлением, что, в свою очередь, способствовало повышению ценности здоровья и жизни в общественном сознании, оправдывало и даже делало необходимыми растущие затраты на их сохранение.

К сожалению, Россия все еще топчется в самом начале второго этапа эпидемиологического перехода. Основные направления борьбы со смертью по-прежнему связываются с усилиями системы здравоохранения, торжествует медикалистский подход, когда главных успехов ожидают от внедрения новейших методов лечения, развития высоких медицинских технологий и т.п. В то же время в жизнеохранительном поведении населения мало что меняется, и оно оказывается главным препятствием на пути снижения смертности.

Наиболее яркой иллюстрацией зависимости уровня смертности в России от образа жизни и поведения людей служат хорошо известные последствия злоупотребления алкоголем. Может быть, наиболее убедительным свидетельством связи между потреблением алкоголя и смертностью стала динамика смертности в период антиалкогольной кампании 1985-1987 гг. За три года ожидаемая продолжительность жизни у мужчин выросла на 3,1 года и почти вернулась к максимальному уровню 1964 г., а у женщин увеличилась на 1,3 года и достигла своего исторического максимума в России. Впоследствии антиалкогольная кампания сошла на нет, и все полученные достижения были утрачены, но сам факт благотворных последствий снижения потребления алкоголя в тот период сомнений не вызывает. Существует предположение, которое нуждается, конечно, в проверке и подтверждении, что и самое последнее снижение смертности - после 2004 г. - также связано с некоторым ограничением потребления алкоголя.

В любом случае, по мнению экспертов, влияние «алкогольного фактора» на сохранение ранней смертности, прежде всего, от таких ключевых причин, как болезни системы кровообращения и внешние причины, огромен.

В начале XXI века в России на второе место вышла совокупность «неестественных» причин, в которую входят: несчастные случаи на дорогах и на производстве, отравления алкоголем и наркотиками, травмы, убийства и самоубийства, что непосредственно связано с пьянством, разгулом криминала, нищетой значительной части населения страны. Россия вышла на первое место в мире поп потреблению чистого алкоголя на душу населения – 19 литров год, травмам и убийствам на дорогах и улицах городов, при пьяных, криминальных разборках, а также из-за самоубийств по причине разочарования в жизни, особенно среди бездомных бродяг, безработных низкооплачиваемых слоев населения. Приводимые в печати цифры – 60 самоубийств на 100тыс. населения – совершенно несопоставимы ни с одной страной в мире. Особое беспокойство общественности вызывает рост числа самоубийств среди детей, подростков, молодежи (до 8 тыс. в год). Все эти причины в основном социального характера, они порождены безработицей, неустроенностью в личной жизни, плохими условиями существования, отсутствием жилья, невозможностью содержать семью и т.д.

Еще один ключевой фактор, препятствующий завершению эпидемиологического перехода в России, - недостаточность экономических ресурсов, направляемых на охрану и восстановление здоровья.

Достижения западных стран были бы невозможны, если бы повышение места здоровой и продолжительной жизни на шкале ценностей западных обществ не отразилось на распределении их материальных ресурсов. Было осознано, что за сохранение долгой и здоровой жизни надо платить, и затраты на охрану здоровья - в абсолютном и в относительном выражении - повсеместно выросли. В России такого роста не было, а нынешние затраты на охрану здоровья в России несопоставимо меньше, чем в большинстве развитых стран. Конечно, деньги решают не все, тем не менее, корреляция между величиной затрат и уровнем смертности несомненно существует.[1,c.37]

В любом случае, рассчитывать на достижение тех же показателей здоровья и смертности, что и в странах, в которых затраты на нужды здравоохранения превышают российские в разы, было бы нереалистично. Уже советский опыт показал, что экстенсивный рост некоторых ключевых характеристик системы здравоохранения - количества медицинского персонала, числа больничных коек и т.п., не подкрепленный более быстрым ростом финансирования, позволяющим повышать зарплату медицинского персонала и совершенствовать инфраструктуру здравоохранения, был малоэффективным, в частности, не приводил к росту продолжительности жизни.

Российский кризис смертности - не изолированное явление. В 60-е -80-е годы этот кризис в более или менее острой форме охватил не только Россию, но все бывшие «социалистические» страны Восточной Европы, равно как и все бывшие европейские республики СССР. Однако примерно с конца 1980-х годов во многих восточноевропейских странах начался уверенный рост продолжительности жизни, их опыт показывает, что кризис смертности, в принципе, преодолим, и переход от негативных к устойчиво позитивным тенденциям смертности возможен. В России же пока этот поворот не наступил, даже достигнутые в ходе нынешнего снижения (2005-2007 гг.) уровни смертности все еще остаются очень высокими, намного превосходя соответствующие показатели для развитых стран. Все это пока не позволяет всерьез говорить о начале преодоления кризиса.

Его особенность в России состоит в том, что он далеко не в равной степени затронул смертность в различных половозрастных группах. Главное и наиболее опасное проявление российского кризиса смертности – это крайне неблагоприятная динамика смертности населения трудоспособной возраста - от 15 до 60 лет, особенно мужчин.

К сожалению, Россия все еще топчется в самом начале второго этап; эпидемиологического перехода, не справляясь с установлением эффективного контроля над смертностью от тех причин, которые выходят на первый план на этом этапе. Главные из них - это болезни системы кровообращения в относительно молодых возрастах и внешние причины, особенно у мужчин, их доля в общем числе мужских смертей почти втрое выше, чем на Западе.

Глава 2. Миграция


2.1 Внутренние миграции усиливают неравномерность расселения на территории России


Естественная убыль населения России может быть частично компенсирована миграционным приростом. Внутренняя миграция в России всегда играла важную роль в перераспределении населения по территории страны, заселении огромных пространств. В XX в. многомиллионная миграция из села в город за относительно короткое время изменила всю картину расселения населения России, превратила ее из сельской страны в городскую.[2,c.76]

Центробежные тенденции межрегиональных миграций, преобладавшие еще со времен царской России, на какое-то время были усилены процессами урбанизации, создания новых и развития старых городов в отдаленных районах. Но со второй половины 1960-х годов центробежные тенденции постепенно стали уступать место центростремительным. При сохранении притягательности для мигрантов восточных районов, усилился приток населения в области Центра и Северо-Запада, который практически полностью поглощался Москвой, Ленинградом и их областями. Вторым после Центра районом притяжения мигрантов стала Западная Сибирь (прежде всего, Тюменская область, где развивался крупнейший нефтегазовый комплекс). На протяжении 1960-1980-х годов основными поставщи ками мигрантов были регионы Волго-Вятского, Центрально-Черноземного и Уральского экономических районов.

С конца 1980-х годов наиболее привлекательными для мигрантов продолжали оставаться регионы Центрального, части Северо-Западного округов, но в то же время усилилась привлекательность Юга и Приволжья, а за Уралом — областей, пограничных с Казахстаном. Эта часть страны, исторически представляющая собой основную полосу расселения, одновременно стала стягивать людей и с малонаселенных окраин. Такие же предпочтения обнаружились и при распределении миграционного прироста населения, полученного Россией в 1990-е годы. Он распределялся по территории страны неравномерно, причем одни и те же регионы страны привлекали как внутренних, так и международных мигрантов.

В результате возникла новая поляризация миграционного пространства России. Все территории Европейского Севера, востока Сибири и Дальнего Востока, за редким исключением, стали терять население. Тем самым был сломан длительный колонизационный тренд, который сохранялся многие десятилетия и даже столетия. В тех регионах, где миграционный отток населения был наиболее интенсивным, существовавшая система расселения к настоящему времени существенно трансформировалась, что выражается в исчезновении многих сельских населенных пунктов и ПГТ в результате их обезлюдения.

Особенно существенным был отток населения с северных территорий с экстремальными природно-климатическими условиями. Сложности, с которыми столкнулось большинство регионов российского Севера при переходе к рынку, безработица, деградация социальной инфраструктуры многих городов и поселков, обнажили проблемы их частичной перенаселенности. Установленные ранее государством льготы и надбавки к заработной плате в условиях галопирующей инфляции потеряли стимулирующую роль, экономических стимулов к переезду в эти регионы практически не осталось. В силу сурового климата у населения практически полностью отсутствовала возможность компенсации снижения доходов за счет занятости в личном подсобном хозяйстве. Отток населения из регионов Забайкалья и юга Дальнего Востока усиливало сокращение армии.

Пик миграционных потерь восточных и северных регионов пришелся на начало и середину 1990-х годов, к настоящему времени выезд повсеместно сократился.

Теряли население и республики Южного федерального округа. Еще во времена Советского Союза здесь была довольно напряженная ситуация на рынке труда, что вынуждало коренное население выезжать на «шабашки» в другие регионы страны. Задолго до вооруженных конфликтов регион начало покидать славянское население, но этот процесс шел довольно медленно.

В начале 1990-х годов отток населения из региона усилился под воздействием региональных конфликтов, в т.ч. событий в Чеченской Республике. Одновременно с этим падение уровня жизни подавляющей части населения вынудило его искать занятия в других регионах страны, многие семьи еще больше стали зависеть от заработков, получаемых «на стороне». Заметно увеличились диаспоры народов Кавказа, прежде всего в Краснодарском и Ставропольском краях, а также во многих регионах Центральной России и Поволжья.[3,c.40]

В условиях сокращения прироста населения России за счет внешней миграции, особенно заметного в начале текущего десятилетия, миграционный баланс всех федеральных округов, за исключением Центрального, приблизился к нулю. Чем ниже миграционный прирост населения России, тем большая часть положительной нетто-миграции в стране перераспределяется в Центральный округ. В 1991-1995 гг. этот округ впитал 36% положительной нетто-миграции в стране, в следующем пятилетии - половину, в 2001-2005 гг. — 83%, и только увеличение миграционного прироста в 2006 и 2007 гг. сократило его долю до 75% и 66% соответственно.

Несмотря на значительные масштабы внутренней миграции, основной миграционный прирост большинство регионов получало за счет потоков переселенцев из постсоветских стран. Сокращение миграции из этих стран привело к снижению роли миграции в компенсации потерь населения регионов в результате депопуляции. Во многих регионах, ранее привлекающих население, внешняя миграция лишь компенсирует потери населения за счет выезда в Москву и другие растущие центры.

Сокращение внешней миграции (по крайней мере, той ее части, которая связана с изменением постоянного места жительства) высветило небольшой круг регионов - центров притяжения мигрантов. Устойчивый миграционный прирост в 2001-2006 гг. имели Москва и Московская область, Санкт-Петербург и Ленинградская область, Калининградская, Белгородская, Воронежская, Ярославская, Нижегородская, Самарская, Саратовская области, республика Татарстан, Краснодарский и Ставропольский края. За Уралом только Свердловская область демонстрирует способность удерживать стабильный миграционный приток населения, в Сибири и на Дальнем Востоке таких регионов не осталось.

Из 13 регионов, возглавляемых городами-миллионниками, в 2001-2005 гг. 8 имели устойчивый миграционный прирост, в 2006 г. - 10, в 2007 г. - 11. Мигранты, как внутренние, так и внешние, стремятся в крупные города, где есть много возможностей для трудоустройства, получения высоких заработков, самореализации.

По предварительным итогам последней переписи населения, которая проводилась в 2010 году население России за 8 лет уменьшилось на 2 миллиона 200 тысяч человек (сос145,1 до 142,9 млн.), т.е. на1,6%. По данным статистики, мужское население в России составляет 46,3%, женское – 53,7%. Причиной сокращения мужского населения Росстат называет высокую смертность.

В минусе – 63 российских региона. Больше всех (свыше 10%) потеряла Магаданская область, Камчатка, Ингушетия и Коми. Пустеют многие области нечерноземья и Сибири. В 20 субъектах РФ число жителей напротив, выросло. В этом списке регионы с относительно высоким уровнем жизни: Москва, Санкт-Петербург, богатые сырьем Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа и др. Но в лидерах (прирост 15%) Дагестан и Чечня, где даже на фоне высокой безработицы сохраняется бум рождаемости.[4,c.1]

Многие региональные столицы способны лучше удерживать население за счет его постепенного стягивания из других городов и сельской местности «подведомственной» территории, а также других городов и районов регионов-соседей. Даже в регионах, где наблюдается устойчивый миграционный отток населения, столицы, прирастают за счет мигрантов, пример - города Иркутской агломерации.

Многие средние и малые города испытывают в последние годы миграционный отток населения. Исключение составляют города в составе крупных городских агломераций, некоторые курортно-рекреационные центры, а также центры нефте- и газодобычи. Как и сельская местность, небольшие города теряют в основном молодежь, которая формирует контингента учебных мигрантов и составляет значительную часть трудовых мигрантов, устремляющихся в крупные города. Города, не имеющие достаточно диверсифицированного рынка труда и крупных образовательных центров, теряют 20-30% молодежи. Население их подвержено ускоренному старению, существенно сокращается потенциал его воспроизводства.

Выезд молодежи из малых городов в крупные - не новая ситуация. Отличие ситуации последних одного-двух десятилетий в том, что в России близок к исчерпанию потенциал сельско-городской миграции. Малым и средним городам в нынешней ситуации практически неоткуда черпать население. Только в начале 1990-х гг., когда миграционный приток русского и русскоязычного населения из республик бывшего СССР, в т.ч. вынужденных переселенцев, был ориентирован в значительной мере на малые и средние города и сельскую местность (здесь переселенцам проще было решить жилищную проблему), они получали миграционную подпитку. В последние годы рост экономики восстановил спрос на труд прежде всего в крупных городах, и они стали нуждаться в дополнительных рабочих руках, что послужило серьезным стимулом для миграции из малых городов.

Во многих малых городах, в т.ч. с моноотраслевой экономикой, экономическое положение также неблагополучно. Из 1097 городов России около 500 имели моноструктурную специализацию, а из 1864 ПГТ монопрофильных - не менее 1200. В таких городах и ПГТ проживает не менее 16 млн. человек, сюда же относятся около 400 мелких монопрофильных поселков, не имеющих статуса ПГТ, с числом жителей как правило менее 3 тыс. человек, в которых население занято несельскохозяйственной деятельностью. В монопрофильных поселениях без больших вложений средств в перепрофилирование производств, развитие малого бизнеса, будет сохраняться слабая конкурентоспособность производств, чрезвычайно низкая (даже по российским меркам) оплата труда, скрытая безработица.

Потенциальная мобильность молодого населения малых городов и сельской местности достаточно высока. По данным опроса учащихся одиннадцатых (выпускных) классов школ малых городов, твердо намерены покинуть свои города 70% девушек и 54% юношей. Исследование потенциальной миграции в Томской области показывает, что чаще всего миграционные намерения демонстрируют жители наименее благополучной в социально-экономическом отношении сельской местности, в то время как в сельскохозяйственных районах на юге области, расположенных рядом с областным центром, миграционные намерения ниже, чем в среднем по области. О достаточно высоком миграционном потенциале молодежи сельской местности свидетельствуют данные обследования сельской местности 10-ти регионов России, согласно которому 54% от всех респондентов желают, чтобы их дети уехали из села.[5,c.85]

Выезд молодежи усугубляет многие хронические проблемы малых городов и сельской местности. Особенно серьезным вызовом времени является проблема жизнеобеспечения для пожилого населения в небольших сельских населенных пунктах в условиях сильно разреженного расселения большей части страны.

Все предыдущее столетие миграция из села в город обеспечивала высокую в целом мобильность населения России. Эта миграция была обусловлена интенсивной урбанизацией, мощно развернувшейся к годы первых советских пятилеток, миграционный поток сельского населения в города в конце 1960-х - начале 1970-х годов превышал 1 млн. в год, или 2% всего населения. Однако уже во второй половине 1970-х годов выезд из села резко снизился. Причины снижения оттока населения из сел, во-первых, в истощении демографических ресурсов села, во-вторых в резко возросшей концентрации сельского населения вокруг больших городов, благодаря более высокому благосостоянию и более разнообразному образу жизни, население пригородов более устойчиво в миграционном отношении по сравнению с периферией.

Примерно с этого времени миграции между городскими поселениями превзошли по масштабам сельско-городскую миграцию.


2.2 «Западный дрейф»


Осевым вектором межрегиональных внутренних миграций был в 90-е годы и остается в нынешнем десятилетии «западный дрейф» - движение с востока в Центр, Приволжье и на Юг, отражающее стремление жителей Сибири и Дальнего Востока переселиться в европейскую часть страны. Это не новое явление, оно существует в течение последних 50 лет, временами то усиливаясь, то ослабевая, отличие ситуации последних полутора десятков лет заключается в том, что выезд населения не компенсируется встречным потоком мигрантов из регионов западной части страны.

Масштабы западного дрейфа постепенно сокращаются, что выражается в снижении миграционной убыли восточных регионов страны. Видимо, «пик» выезда был пройден в середине 1990-х годов, и это несмотря на открывшиеся новые возможности для переселения на запад вследствие сокращения иммиграции из стран СНГ и Балтии.

Сокращение масштабов западного дрейфа - прежде всего следствие существенного исчерпания миграционного потенциала регионов Дальнего Востока. В последние годы сократилось как число прибывших в округ (119,6 тыс. в 2007 г. против 484 тыс. в 1990 г.), так и число выбывших из округа (135,5 тыс. против 524 тыс. в 1990 г.).[6,c.19]

Данные переписи 2002 года показали, что все регионы восточной части страны (за исключением Алтайского края) недосчитались населения, т.е. фактическая численность их жителей меньше, чем показывали расчеты на основе данных текущего учета населения. Иными словами, в 1989-2002 гг. имел место недоучтенный выезд населения из этих регионов в европейскую часть России, он мог достигать ориентировочно 1 млн. человек. Таким образом, масштабы западного дрейфа могли быть примерно вдвое выше, чем показывают данные текущей статистики (1,3 млн. за 1991-2007 гг.).

Ослабление западного дрейфа позволяет рассчитывать на более медленное сокращение населения Дальнего Востока и других округов азиатской части страны. Но для округов европейской части это означает снижение миграционной подпитки с востока.

Одновременно с ослаблением западного дрейфа снижается перераспределение населения между регионами Сибири и Дальнего Востока. Для многих регионов востока страны западный дрейф приводил к сильным потерям населения за счет выезда на запад, но уже начиная с юга дальнего Востока, этот отток в какой-то мере компенсировался за счет миграции с севера округа. Чем западнее, тем компенсация была больше. Например, в новосибирской области поток с востока перекрыл выезд на запад более чем в 4 раза.

С сокращением размеров западного переноса многие восточные регионы, лежащие на пути дрейфа, потеряли возможность возмещать часть своих потерь в западные регионы за счет более восточных. Так, Амурская область, Бурятия стали чистыми донорами. Иркутская область компенсировала в 2001-2007 гг. только примерно четверть потерь за счет миграции с востока, тогда как в 90-е годы половину; немногим лучше положение Красноярского края.

Ослабление западного дрейфа привело к тому, что даже Новосибирская область стала терять население во внутрироссийской миграции. Небольшой миграционный прирост получила только Свердловская область.

Продолжают терять население северные территории. После всплеска в 90-е годы размеры потерь сократились примерно в 2 раза и стабилизировались на уровне 40-50 тыс. человек в год.

Наиболее существенно сократились миграционные потери регионов севера Дальнего Востока (Магаданской, Камчатской областей, Республики Саха, Чукотского АО), понесших в начале и середине 1990-х годе наиболее серьезные потерн в результате миграции.

Пока не видно причин, по которым западный дрейф населения России мог бы быть остановлен или, тем более, повернут вспять. Десятилетиями миграционный прирост в этих регионах стимулировался государством, и, действительно, население здесь росло во многом за счет миграции. Возникает иллюзия, что достаточно восстановить «правильное» управление миграционными процессами, создавать в регионе новые рабочие места, и миграционный приток в регион возобновится. Оставим за скобками ослабевшие по сравнению со временами плановой экономики возможности государства управлять чем бы то ни было, в т.ч. населением. Не упускается из виду важное отличие текущей и перспективной ситуации и России, связанное с воздействием депопуляции и сокращением численности населения в трудоспособном возрасте.[7,c.29]

В стране, в отличие от предыдущих десятилетий, просто нет ресурсов, которые можно было бы направить «на восток». Ресурс села и малых городов практически полностью исчерпан: если там и сохраняется потенциал выезда молодежи, то в условиях высокого спроса на труд в крупных городах Европейской части он полностью поглощается последними. Города Сибири и Дальнего Востока не выдерживают конкуренции с городами Европейской части страны ни по экономическому потенциалу, ни по развитости социальной инфраструктуры, ни, наконец, по климату. 11ока на востоке России нет ни одного центра, сопоставимого по миграционной привлекательности не только с регионами двух столиц, но и с таким регионам, как Краснодарский край; восточнее Новосибирска нет ни одного города с миллионным населением.

Глава 3. Пути решения демографических проблем


3.1 Решение проблем демографического развития в России и за рубежом


В соответствии с результатами статистико-математических расчетов и прогнозов, выскажем гипотезу, что повышение уровня производства ВВП, уровня жизни, основных показателей занятости населения и других экономических показателей способны вернуть демографическую ситуацию в России на ту стадию "демографического перехода", на которой он был прерван в начале 1990-х годов с началом экономического, социального и демографического кризисов. Таким образом, перспективные задачи распадаются на две группы. Первая группа задач актуальна в настоящее время и решается на стадии выхода России из демографического кризиса и возвращения на рельсы "демографического перехода". Вторая группа задач связана с отдаленной перспективой и началом движения России вслед за странами, наиболее далеко ушедшими по траектории "демографического перехода", особенно в части снижения смертности и увеличения продолжительности жизни. Разумеется, двигаясь за этими странами, Россия неизбежно будет сталкиваться с угрозами старения населения, балансирования рождаемости на сравнительно низком уровне, не обеспечивающем естественного воспроизводства, проблемами в сфере иммиграции.[1,c.27]

Можно сделать вывод, что повышение рождаемости и снижение смертности до уровней, близких к наблюдавшимся в конце 1980-х годов, может произойти в результате роста ВВП и уровня жизни до соответствующих значений. Это означает, что основу демографической политики на ближайшие годы составляют рост производства, занятости, доходов населения, увеличение строительства жилья и его реальной доступности для населения. То есть демографическая политика в широком смысле - это вся экономическая политика. Тем не менее, это не означает, что государство вправе устраниться от проведения демографической политики в узком смысле - решения конкретных проблем воспроизводства населения методами, давно апробированными во Франции и других зарубежных странах и частично применявшимися в нашей стране до 1991 года.

В первую очередь необходимо усилить стимулирование рождаемости путем повышения семейных пособий в связи с рождением и воспитанием детей до уровней, сопоставимых с прожиточным минимумом (в расчете на каждого ребенка соответствующего возраста). Расходы, которые могут при этом быть возложены на государственный бюджет, несопоставимы с будущим ущербом от депопуляции, если меры против этой последней не будут безотлагательно приняты. Разумеется, необходимы также специальные программы развития здравоохранения, оздоровления условий труда, борьбы с бытовым травматизмом и другие меры по борьбе со смертностью.

Кроме того необходимо: обеспечение потребности семей в услугах дошкольного образования; доступность жилья для семей с детьми; стимулирование рождаемости – предоставление материнского (семейного) капитала, гибкость форм…, запрет на пропаганду абортов, укрепление семьи, улучшение материальных условий жизни; улучшение здоровья, особенно молодежи; сокращение смертности (борьба с алкоголизмом, наркоманией); повышение средней продолжительности жизни (борьба с массовыми заболеваниями, подъем благосостояния, улучшение здоровья); стремиться к изменению нравственных ценностей, когда приоритетом семейной жизни становится потребность не водном ребенке, а в нескольких; в любви к детям; необходимо поднимать престижность многодетной семьи.

В дополнение к перечисленным мерам могут быть полезны усилия по формированию установок на самосохранительное поведение, здоровый образ жизни населения.

Стратегические цели миграционной политики исходят из приоритетов, которыми являются: сохранение демографического, трудового и оборонного потенциала, геополитическое равновесие, нормализация пропорций расселения, в первую очередь - заселение слабоосвоенных и приграничных территорий и др. Реализация эффективной политики в области регулирования миграции и населения, в частности, предполагает использование миграционного потенциала стран СНГ и Балтии в интересах демографического развития РФ, действенную защиту прав вынужденных переселенцев и беженцев на всей территории страны, содействие интеграции вынужденных мигрантов в российское общество.[2,c.78]

Остается необходимым профилирование различных категорий иммигрантов в Россию и переход к дифференцированной полните привилегированного привлечения на территорию России соотечественников (репатриантов) из числа представителей коренных народов РФ и стран, находящихся с ней в интеграционных отношениях – в настоящее время это Белоруссия, - с соответствующим обеспечением их жильем, работой, всеми видами социальных пособий (по образцам Германии и Израиля), ограниченного допуска, на основе жестких критериев, всех прочих категорий иностранных граждан (безотносительно к их происхождению из стран СНГ и Балтии или иных стран). Среди критериев допуска последней категории мигрантов в Россию могут быть воссоединение семей, веские основания для получения статуса политического беженца, наличие капитала для инвестиций в российскую экономику, наличие дефицитных на российском рынке труда специальностей и квалификации (по образцу США и ряда других стран). Целесообразно также введение квот для последней категории иммигрантов и проведение жесткой политики депортации лиц, необоснованно (нелегально) находящихся на территории Российской Федерации. При проведении миграционной политики следует иметь в виду, что прием и достойное размещение желательных (привилегированных) категорий иммигрантов должны носить массовый характер и послужить как восполнению демографических потерь России (в частности, отрицательного естественного прироста), так и повышению качества ее рабочей силы в результате притока квалифицированных специалистов и лиц, имеющих достаточно высокий уровень образования.

В середине 1970-х гг. уровни рождаемости в "старом" и "новом" свете практически совпадали. Однонаправленными были и изменения институционального контроля над сферой сексуальности и деторождения. Острие молодежных волнений второй половины 1960-х гг. по обе стороны Атлантики было не в последнюю очередь направлено против неприемлемых для нового поколения форм такого контроля. Хотя "майская революция" 1968 г. в Париже закончилась, как тогда казалось, поражением молодежи, бунтовавшей против "системы", спустя всего несколько лет и в Европе, и в США началась существенная либерализация семейного и репродуктивного законодательства. Отчасти это произошло потому, что в термоядерную эру "демографическое соревнование" великих держав утратило военно-политическую актуальность, отчасти - в силу повсеместно начавшегося пересмотра функций государства.[3,c.34]

Законодательные акты, легализующие аборт, были приняты: в Англии в 1967 г., Дании и США - в 1973 г., Швеции - в 1974 г., Франции - 1975-1979 гг., ФРГ - 1976 г. В Италии на референдумах 1974 и 1978 гг. большинство избирателей высказались против отмены законов, разрешивших разводы и легализовавших аборт. События складывались в столь согласованную картину триумфа либеральных ценностей, что впору было говорить о "конце истории" за десятилетие до того, как об этом (в более широком контексте) написал Ф. Фукуяма. Неожиданно эта картина начала распадаться. Сформировались три уровня рождаемости:

- наиболее высокий, близкий к уровню простого воспроизводства - в США;

- относительно низкий - западноевропейский;

- сверхнизкий - южноевропейский (наиболее ярко выражен в Италии).

Почти одновременно с расхождением тенденций рождаемости начали проявляться различия в тенденциях институционального контроля над сферой сексуальности и деторождения. По мере того, как отношение европейских политиков и общественности к абортам, внебрачным сожительствам и однополым бракам становилось все более либеральным, в США набирали силу консервативные тенденции.

"Первой ласточкой" стал отказ в 1984 г. администрации Р. Рейгана - непримиримого противника абортов — финансировать иностранные организации, способствующие их проведению. В 2003 г. Дж. Буш-младший подписал указ, запрещающий аборты на поздних сроках беременности, а год спустя - акт о защите нерожденных жертв насилия. В феврале 2004 г. он также выступил с предложением внести в Конституцию США поправку, исключающую возможность юридической регистрации однополых браков. Эти инициативы обосновывались соображениями морали и основополагающим значением христианских ценностей для американской нации.

Вообще, различия в отношении американцев и европейцев к религии все более увеличиваются. Так, недавние сравнительные исследования показали: в жизни 59% жителей США религия играет очень важную роль. Это намного больше, чем в Великобритании (33%), Италии (27%), Германии (21%), России (14%), Франции (11%). В американском: обществе усиливаются позиции противников абортов. Если в середине 1990-х гг., судя по опросам Института Геллапа, определяли свою позицию как pro-life (в защиту

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: