Договор перевозки грузов автомобильным транспортом
В частности, в российском законодательстве коллизионные нормы сформулированы в разделе VI "Международное частное право" части третьей Гражданского кодекса РФ. Согласно п. 1 ст. 1186 ГК РФ право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных юридических лиц, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, Гражданского кодекса РФ, других законов (п. 2 ст. 3 ГК РФ) и обычаев, признаваемых в Российской Федерации.
Если невозможно определить право, подлежащее применению, а также отсутствует соглашение сторон о подлежащем применению праве, применяется право страны, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора63. Этой стороной в договоре перевозки является перевозчик (подл. 6 п. 3 ст. 1211 ГК РФ).
Правоотношения сторон по договору перевозки регулируются также нормами Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов64, заключенной в Женеве 19.05.1956 г. (далее — Конвенция). Применение норм национального законодательства стран, к которым принадлежат участники договора перевозки, носит субсидиарный характер (постановление Высшего Арбитражного суда РФ от 30.09.2007 г. № 7127/0765). Российская Федерация является участницей данной Конвенции как правопреемник СССР.
Ответственность перевозчика при перевозке в международном сообщении установлена главой IV Конвенции.
Перевозчик несет ответственность за полную или частичную потерю груза или за его повреждение, происшедшее в промежуток времени между принятием груза к перевозке и его сдачей, а также за опоздание доставки.
Вместе с тем предусматриваются отдельные случаи, когда перевозчик освобождается от ответственности, например, если потеря груза, его повреждение или опоздание произошли по вине заказчика, вследствие приказа последнего, не вызванного какой-либо виной перевозчика, каким-либо дефектом самого груза или обстоятельствами, избегнуть которые перевозчик не мог и последствия которых он не мог предотвратить (п. 2 ст. 17 Конвенции). При этом бремя доказывания того, что потеря груза, его повреждение или опоздание доставки было вызвано указанными обстоятельствами, лежит на перевозчике66.
Ответственность за нарушение сроков доставки. В случае просрочки с доставкой и если заказчик докажет, что просрочка нанесла ущерб, перевозчик обязан возместить ущерб, который не может превышать платы за перевозку (п. 5 ст. 23 Конвенции). То есть в отличие от внутренних перевозок, когда предусматривается выплата штрафа, вне связи с потерями заказчика, Конвенция устанавливает обязательное наличие ущерба заказчика, связанного с нарушением перевозчиком сроков доставки, который и подлежит возмещению. При этом величина возмещения ограничивается размером платы за перевозку.
Аналогично российскому законодательству, п. 1 ст. 20 Конвенции предоставляет право заказчику без представления иных доказательств считать груз потерянным, если он не был доставлен в течение тридцати дней по прошествии установленного срока или, когда такового не было, в течение шестидесяти дней со дня принятия груза перевозчиком.
В этом случае ответственность наступает как за несохранность груза.
Ответственность за несохранность груза. Перевозчик несет ответственность за несохранность груза, начиная с момента принятия груза к перевозке и до его сдачи грузополучателю. В случае отсутствия обстоятельств, исключающих вину перевозчика, размер ущерба, вызванный несохранностью груза, определяется на основании его стоимости в месте и во время принятия его для перевозки. Стоимость груза определяется на основании биржевой котировки, или, за отсутствием таковой, на основании текущей рыночной цены, или же при отсутствии и той и другой на основании обычной стоимости товара такого же рода и качества (ст. 23 Конвенции).1
Указанное ограничение не применяется, если по обоюдному согласию и при условии уплаты надбавки к провозной плате была оформлена декларация о стоимости груза или декларация о дополнительной ценности груза при доставке, в размере которых и будет определяться ответственность перевозчика за потерю груза (п. 6 ст. 23, 24, 26 Конвенции).
Ограничение, установленное п. 3 ст. 23 Конвенции, также не применяется, если ущерб был вызван злоумышленным поступком перевозчика или произошел по его вине. Таким образом, ответственность перевозчика за несохранность груза определяется в следующих размерах: 1) освобождается от ответственности – при форс-мажорных обстоятельствах, вине заказчика или иных обстоятельствах, избежать которые перевозчик не мог и последствия которых он не мог предотвратить; 2) в полном размере ущерба – в случае вины перевозчика в форме умысла; 3) в размере ущерба с учетом ограничений установленных п.3 ст.23 Конвенции – в случае вины в форме, отличной от умысла; 4) в размере объявленной стоимости (ценности) груза – в случае вины перевозчика в любой форме при наличии декларации о стоимости груза или декларации о дополнительной ценности груза при доставки и уплате надбавки к провозной плате. Кроме того, подлежат возмещению оплата за перевозку, таможенные сборы и пошлины, а также прочие расходы, связанные с перевозкой груза полностью или в пропорции, соответствующей размеру ущерба при частичной потере, иной убыток возмещению не подлежит (п. 4 ст. 23 Конвенции). Вместе с тем Конвенцией предусмотрено право заказчика потребовать уплаты процентов на сумму, подлежащую возмещению. Проценты исчисляются из расчета пяти процентов годовых со дня передачи перевозчику письменной рекламации или же, если таковой не последовало, со дня подачи иска (п. 1 ст. 27 Конвенции. В международной перевозке также предусмотрено право заказчика требовать от перевозчика возврата ранее утраченного (и в отношении которого получено возмещение) и обнаруженного впоследствии груза (ст. 20 Конвенции). Однако порядок подтверждения заказчиком своего желания воспользоваться указанным правом имеет ряд отличий от аналогичного порядка по внутренним перевозкам. Как отмечает В.С. Каменков, в международной перевозке заказчик дополнительно обязан в письменной форме уведомить перевозчика о своем требовании и получить письменное подтверждение принятия к сведению данного требования, при этом такое право действует в случае, если груз будет найден в течение года, следующего за уплатой возмещения67.
2.2 Ответственность экспедитора по внутренним перевозкам
Взаимоотношения сторон в рамках договора транспортной экспедиции, в том числе и ответственность сторон, регулируются положениями главы 41 ГК РФ «Транспортная экспедиция» и Федеральным законом от 30.06.03 № 87-ФЗ "О транспортно- экспедиторской деятельности" (далее — Закон № 87-ФЗ).
За неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договору экспедиции экспедитор несет ответственность по основаниям и в размере, которые определяются в соответствии с правилами главы 25 ГК РФ и Законом № 87-ФЗ, т. е. речь идет о возмещении всех понесенных клиентом убытков (реального ущерба и упущенной выгоды). Это основное отличие ответственности экспедитора по сравнению с ответственностью перевозчика, который, во всяком случае, несет ограниченную ответственность в рамках реального ущерба.
Однако, если экспедитор докажет, что нарушение обязательства вызвано ненадлежащим исполнением договоров перевозки, ответственность экспедитора перед клиентом определяется по тем же правилам, по которым перед экспедитором отвечает соответствующий перевозчик (ст. 803 ГК РФ). Соответственно, в этом случае возможна только ограниченная ответственность экспедитора в размерах, указанных выше для перевозчика. Ответственность за нарушение сроков доставки. Согласно п. 1 ст. 9 Закона № 87-ФЗ экспедитор возмещает убытки, причиненные клиенту нарушением срока исполнения обязательств по договору транспортной экспедиции, если иное не предусмотрено указанным договором и экспедитор не докажет, что нарушение срока произошло вследствие обстоятельств непреодолимой силы или по вине клиента68.
Соответственно, ограничение ответственности экспедитора за нарушение сроков доставки груза возможно только:
на основании условий договора в размере, установленном в договоре, или в случае, если экспедитор докажет, что нарушение обязательств вызвано ненадлежащим исполнением договора перевозки, в размере штрафа из расчета 9 % провозной платы за каждые сутки просрочки, но не более 90 % этой платы.
При этом нарушение срока доставки свыше тридцати дней, а если такой срок договором не определен, нарушение разумного срока, необходимого для доставки груза и исчисляемого со дня принятия экспедитором груза для перевозки в соответствии с п. 7 ст. 7 Закона № 87-ФЗ, влечет за собой признание груза утраченным.
В этом случае ответственность экспедитора определяется по правилам, установленным для ответственности за несохранность груза. Ответственность за несохранность груза. Статья 7 Закона № 87-ФЗ предусматривает ответственность экспедитора за несохранность груза в полном размере причиненных убытков, в том числе возмещение реального ущерба, возврат уплаченного вознаграждения и упущенной выгоды69.
Размер реального ущерба определяется по аналогии с договорами перевозки — в размере действительной или объявленной стоимости утраченного, недостающего или поврежденного (испорченного) груза.
Действительная (документально подтвержденная) стоимость груза определяется исходя из цены, указанной в договоре или счете продавца, а при ее отсутствии исходя из средней цены на аналогичный товар, существовавшей в том месте, в котором груз подлежал выдаче, на дату добровольного удовлетворения такого требования или, если требование добровольно удовлетворено не было, на дату принятия судебного решения.
При этом ответственность наступает, если экспедитор не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза произошли вследствие обстоятельств, которые экспедитор не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело (форс-мажорные обстоятельства).
Таким образом, в Законе № 87-ФЗ также зафиксирован принцип презумпции виновности исполнителя по договору — экспедитора.
Возврат экспедитором ранее полученного вознаграждения, не включенного в стоимость груза, осуществляется в размере, пропорциональном стоимости утраченного, недостающего или поврежденного (испорченного) груза, но только в том случае, если это прямо предусмотрено условиями договора (п. 3 ст. 7 Закона № 87-ФЗ).
Как указывает А.В. Соловых, ответственность экспедитора перед клиентом за несохранность груза определяется следующим образом:
— экспедитор не несет ответственности — при форс-мажорных обстоятельствах или вине клиента;
— экспедитор несет ответственность по правилам, по которым перед экспедитором несет ответственность перевозчик (т. е. возможна ограниченная ответственность) — в случае вины перевозчика;
— экспедитор несет полную ответственность — в остальных случаях, если иное не предусмотрено условиями договора70.
В отношении международных перевозок Закон № 87-ФЗ прямо предусматривает ограничение ответственности экспедитора. При этом ограничения устанавливаются не в отношении возможности включения в сумму возмещения отдельных видов убытков (ущерба, упущенной выгоды, вознаграждения экспедитора), а исключительно по стоимостному размеру.
Так, общее ограничение ответственности экспедитора за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей при перевозках в международном сообщении в соответствии с п. 3 ст. 6 Закона № 87-ФЗ установлено в размере 666,67 расчетной единицы (СДР) за место или иную единицу отгрузки.
В то же время, если экспедитор докажет, что нарушение обязательства вызвано ненадлежащим исполнением договоров перевозки, ответственность экспедитора перед клиентом определяется по тем же правилам, по которым перед экспедитором отвечает соответствующий перевозчик. Учитывая, что ст. 803 ГК РФ и п. 2 ст. 6 Закона № 87-ФЗ сформулированы общим образом и отсутствуют какие-либо исключения, указанные нормы распространяются и на международные перевозки71.
Ответственность за нарушение сроков поставки. При нарушении сроков доставки Закон № 87-ФЗ не предусматривает особенных норм, регулирующих ответственность экспедитора при международных перевозках, поэтому применяются общие правила ответственности с учетом общего ограничения, установленного в п. 3 ст. 6 Закона № 87-ФЗ.
При нарушении сроков доставки экспедитор несет ответственность в следующих размерах:
освобождается от ответственности — если нарушение срока произошло вследствие обстоятельств непреодолимой силы или по вине клиента;
в размере причиненных клиенту убытков, но не более размера провозной платы, при наличии доказательств ненадлежащего исполнения договора перевозки перевозчиком (п. 5 ст. 23 Конвенции);
в размере причиненных клиенту убытков, но не более 666,67 СДР за место или иную единицу отгрузки, в остальных случаях72.
Ответственность за несохранность груза. Ответственность экспедитора за несохранность груза при международных перевозках имеет дополнительные ограничения по размеру реального ущерба. Так, п. 2 ст. 7 Закона №87-ФЗ устанавливает ограничение реального ущерба в пределах двух расчетных единиц за килограмм общего веса груза. Однако такое ограничение не применяется в случае, если более высокая сумма возмещена лицом, за которое отвечает экспедитор. Вид перевозки не влияет на правила возврата вознаграждения, т. е. применяется порядок, аналогичный предусмотренному при внутренних перевозках73.
Вместе с тем любое ограничение ответственности, установленное Законом № 87-ФЗ для международных перевозок, применяется только в случае, если экспедитор докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) принятого для экспедирования груза возникли не вследствие его собственного действия или собственного бездействия, совершенных умышленно или по грубой неосторожности (п. 4 ст. 6 Закона № 87-ФЗ).
Исходя из этого, ответственность экспедитора за несохранность груза определяется в следующих размерах:
освобождается от ответственности — при форс-мажорных обстоятельствах или вине клиента;
в размере ответственности перевозчика — при наличии доказательств ненадлежащего исполнения договора перевозки перевозчиком;
в полном размере (без ограничений) причиненных клиенту убытков, в случае вины экспедитора в форме умысла или грубой неосторожности;
— в размере причиненных клиенту убытков, с ограничениями, установленными Законом № 87-ФЗ, в случае вины экспедитора, отличной от умысла или грубой не осторожности.
2.3 Ответственность перевозчиков при перевозке груза в прямом и смешанном сообщении
Перевозки в прямом смешанном сообщении — сложный и стратегически важный вид транспортной деятельности. При этом правовое регулирование данного вида перевозок уже много лет находится в недоработанном состоянии из-за отсутствия Федерального закона о смешанных (комбинированных) перевозках, ссылка на который содержится в ст. 788 ГК РФ и ст. 128 Устава железнодорожного транспорта РФ74 (далее — УЖТ) и который, как ожидалось, будет принят еще в конце прошлого века.
На рассмотрение Государственной Думы вносился не один проект, но данный закон так до сих пор и не принят, и правовое регулирование смешанных перевозок по-прежнему осуществляется на основании соответствующих разделов транспортных уставов и кодексов. Несовершенство такой системы очевидно. Во-первых, в Кодексе торгового мореплавания и Воздушном кодексе подобные разделы (главы) отсутствуют вообще. Во-вторых, понятно, что нормы, касающиеся смешанных перевозок в УЖТ и Кодексе внутреннего водного транспорта75, регулируют отношения, возникающие при таких перевозках, лишь в минимально необходимом объеме и только в привязке к своему виду транспорта.
Фактором, усложняющим правовое регулирование перевозок груза в прямом смешанном сообщении, является более сложный по сравнению с обычными перевозками субъектный состав, увеличенный как минимум на еще одного перевозчика. В.В. Кадала предполагает обратиться к теме, которая отечественной правовой наукой рассматривается весьма редко: определить некоторые особенности ответственности перевозчиков при осуществлении доставки грузов в прямом смешанном сообщении76. В соответствии со ст. 79 УЖТ в случав утраты, недостачи, повреждения (порчи) грузов при перевозках в прямом смешанном сообщении ответственность перед грузополучателем несет перевозчик соответствующего вида транспорта, выдающий грузы; в свою очередь, указанный перевозчик вправе предъявить требование о возмещении убытков к перевозчику соответствующего вида транспорта или организации, осуществляющей перевалку грузов, по вине которых допущены утрата, недостача или повреждение грузов.
Такая система ответственности перевозчика в договоре смешанной перевозки введена УЖТ 2003 г. До этого императивной обязанности отвечать перед грузополучателем у перевозчика, выдающего грузы, не было, он мог привлекать для несения ответственности других перевозчиков, пересылая им полученную претензию, что во многом усложняло и удлиняло процесс возмещения причиненного перевозчиком вреда. Как справедливо отмечал В.В. Витрянский, «такая структура ответственности означала пересылку претензий от транспортной организации, ее получившей, к иной транспортной организации, которую адресат считал виновной в нарушении срока доставки груза... Подобная схема ответственности за просрочку доставки или утрату грузов, перевозимых в прямом смешанном сообщении, по необходимости сопровождавшаяся системой пересылки претензий, не способствовала надлежащей защите нарушенных прав грузоотправителей и грузополучателей и нуждалась в кардинальном изменении»77.
В настоящее время интересы грузоотправителей и грузополучателей защищаются в первую очередь. Однако определенные сложности в возложении ответственности за утрату, повреждение или просрочку доставки груза на виновного перевозчика есть.
Согласно приведенной ст. 79 УЖТ первоначально ответственность за груз в полном объеме несет перевозчик, выдающий грузы, и именно он должен возместить грузополучателю реальный ущерб, даже если груз был поврежден или утрачен на транспорте другого перевозчика. И в этом случае у него даже нет возможности дать мотивированный ответ на претензию, так как организация, участвующая в смешанной перевозке, может отвечать лишь за «свой» участок пути и свои действия во время перевозки (т. е. ответить, сославшись на вину другого перевозчика, он, конечно, может, но от необходимости возмещения ущерба грузополучателю, несмотря на отсутствие вины, это его не избавит). А так как утрата, порча или повреждение груза все же произошли, но по вине одного из предыдущих перевозчиков, на неподконтрольном выдававшему грузы перевозчику участке дороги, то ему остается лишь выплатить требуемые денежные средства в полном объеме, после чего обратиться с иском к тому перевозчику, которого он считает виновным в утрате или недостаче груза. И в этом «внутреннем» разбирательстве перевозчиков могут возникнуть существенные сложности78.
Например, если перевозчиков будет больше двух. Тогда понесшему бремя ответственности перед грузополучателем перевозчику при предъявлении регрессного требования к одному из предыдущих перевозчиков придется либо доказывать вину одного из предыдущих перевозчиков (скорее всего только на основании отметок в передаточных ведомостях), либо предъявлять иск к обоим (всем) перевозчикам как к солидарным должникам79. В обоих случаях вероятны дальнейшие споры и встречные иски между перевозчиками относительно нанесения вреда перевозимому грузу, меры и степени ответственности каждого и т.п. Следующий вопрос касается суммы возмещения ущерба в том случае, если выдававший груз перевозчик невиновен, но при этом не знает, при каких обстоятельствах на предыдущих участках пути произошла порча, повреждение или утрата груза, и соответственно не знает о возможных контраргументах своего коллеги-перевозчика, способных уменьшить взыскиваемую сумму (обстоятельства непреодолимой силы, вина третьих лиц и т.д.). Таким образом, он будет обязан выплатить грузополучателю полную стоимость утраченного или поврежденного груза, в то время как ответственность виновного перевозчика может исчерпываться меньшей суммой (или отсутствовать вообще). В этом случае могут возникнуть сложности с регрессным возмещением убытков, так как перевозчик, выдавший грузы, будет, естественно, пытаться получить полную сумму, выплаченную грузополучателю по решению суда (или в добровольном порядке на основании претензии грузополучателя или грузоотправителя), а перевозчик, на чьем участке был утрачен или поврежден груз (частично по его вине, частично вследствие форс-мажорных обстоятельств), будет готов возместить лишь сумму в пределах своей вины80. И кто-то из них окажется пострадавшим, в результате чего ему останется лишь впоследствии сделать попытку взыскать часть суммы груза (или всю сумму), поврежденного или утраченного без вины перевозчика, с грузовладельца в качестве неосновательного обогащения. При разрешении спора по иску предпринимателя без образования юридического лица Шинаровского Б.М. к ОАО «РЖД» Арбитражным судом Самарской области первый перевозчик был привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований (постановление ФАС Поволжского округа от 11.01.2008 г. по делу № А55-2928/08-1881). Вероятно, это единственно возможный способ соблюдения интересов предыдущего перевозчика в рассмотренной ситуации, позволяющий полно и всесторонне исследовать обстоятельства утраты или повреждения груза. В случае с просрочкой доставки груза система предъявления претензий аналогична. При перевозках грузов в Прямом смешанном сообщении устанавливается единый конечный срок для всех перевозчиков. Он определяется исходя из совокупности сроков доставки грузов всех участвующих в данной перевозке видов транспорта и рассчитывается на основании правил исчисления сроков доставки грузов, действующих на транспортах соответствующих видов. Согласно ст. 75 УЖТ в случае нарушения общего срока доставки грузов в прямом смешанном сообщении ответственность за просрочку доставки груза несет перевозчик транспорта соответствующего вида, выдавший груз. Этот перевозчик вправе предъявить требование о возмещении убытков к организации того вида транспорта, по вине, которой допущена просрочка доставки груза. Иными словами, приведенная удобная для клиента модель ответственности перевозчика, выдающего грузы, применяется и к этому случаю нарушения обязательств, вытекающих из договора смешанной перевозки82. Таким образом, законодатель в первую очередь заботится о защите интересов грузоотправителя и грузополучателя — сторон, заплативших деньги за оказываемые им услуги. Это естественная и здоровая тенденция современного общества. Точно так же приоритетна защита интересов покупателя в договоре купли-продажи, интересы заказчика в договоре возмездного оказания услуг и т.д. В рассмотренных нами примерах на первоочередное удовлетворение обслуживаемой стороны направлена система немедленного возмещения причиненного одним или несколькими перевозчиками вреда перевозчиком, выдающим грузы. Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ постановлением от 17.01.2006 № 9512/05 подчеркнул, что при нарушении общего срока доставки груза в прямом смешанном сообщении ответственность несет перевозчик соответствующего вида транспорта, выдавший груз. И если пунктом назначения является железнодорожная станция, надлежит руководствоваться ст. 75 и 97 Устава железнодорожного транспорта, в соответствии с которыми ответственность железной дороги выражается в виде уплаты пеней в размере 9% платы за перевозку грузов, доставку каждого порожнего вагона, контейнера за каждые сутки просрочки, но не более чем в размере платы за перевозку данных грузов, доставку каждого порожнего вагона, контейнера83. При этом ВАС РФ устранил ряд нарушений применения законодательства регулирующего смешанные перевозки, допущенных судами предыдущих инстанций.
Во-первых, железная дорога назначения, получив претензию грузоотправителя, вместо того чтобы удовлетворить ее в порядке, предусмотренном ст.70 УЖТ, видимо, «по старой законодательной памяти» переслала претензию соперевозчику - ОАО – «Сахалинское морское пароходство». При этом забавно, что пароходство, не обратив внимания на этот казус, данную претензию удовлетворило. Во-вторых, ВАС РФ указал на ошибочность, мнения перевозчиков, полагавших, руководствуясь ч. 2 ст.170 Кодекса торгового мореплавания РФ84, что ответственность за просрочку грузов ограничивается суммой фрахта. Высшая инстанция подчеркнула, что, поскольку груз следовал в прямом смешанном сообщении и конечным пунктом являлась железнодорожная станция, КТМ в данном случае неприменим85.
Развивая тему перевозок в прямом смешанном сообщении с участием железнодорожного транспорта, стоит заострить внимание еще на одном типовом нарушении. Наиболее часто предъявляемая претензия при перевозках грузов железнодорожным транспортом связана с задержкой подачи вагонов. Данная задержка может произойти только по вине железной дороги. Особенности смешанных перевозок, ответственность за задержку вагонов довольно необычной: она может быть двойной или отсутствовать вообще. Рассмотрим случай двойной ответственности. При прямых железнодорожных перевозках транспортная организация, осуществляющая перевозку грузов железнодорожным транспортом, во всех случаях несет ответственность за неподачу вагонов в установление, время (задержка подачи) на основании ст. 94 и 100 УЖТ86. Размер штрафа зависит от срока задержки, исчисляемого в часах, причем задержка от пятнадцати минут до часа принимается за полный час, а задержка менее чем на пятнадцать минут в расчет не принимается (ст. 100 УЖТ). При этом наложение санкций за задержку подачи вагонов при перевозках одним видом транспорта (в данном случае железнодорожным) не влияет на сроки доставки груза в целом. Так как согласно ст. 33 УЖТ исчисление срока доставки грузов начинается с 24 часов дня приема грузов для перевозки, перевозчик может задержать подачу вагонов под погрузку на час или на неделю, но в любом случае лишь после окончания приема грузов для него начнет идти срок, предоставленный для доставки грузов в пункт назначения. При прямых смешанных перевозках будет действовать то же правило, если транспортная организация, осуществляющая перевозку железнодорожным транспортом, будет являться стороной, принимающей грузы у грузоотправителя87. С момента погрузки грузов в вагоны (контейнеры) начнет течь общий для перевозчиков срок. А вот если перевозчик на железной дороге будет не первым звеном цепи, а принимающим грузы у другой транспортной организации для дальнейшей перевозки, такого монопольно-вольготного положения у него не будет, так как срок для доставки грузов, установленный для всех перевозчиков, уже будет идти параллельно со сроком задержки подачи вагонов по вине «железнодорожника». И именно эта задержка подачи вагонов впоследствии может стать причиной просрочки доставки груза в смешанных перевозках. И тогда перевозчик будет нести двойную ответственность за одно нарушение: собственно за задержку подачи вагонов в соответствии с указанными нормами УЖТ (здесь кредитором будет первый перевозчик, а должником — железная дорога), а также за последовавшее в связи с этой задержкой нарушение общего срока доставки груза в пункт назначения (кредитор — грузополучатель, должники — перевозчики)88.
И заканчивая разговор об ответственности перевозчиков, осуществляющих доставку груза прямым смешанным сообщением, немного внимания уделим теории. Дискуссионным вопросом распределения ответственности соперевозчиков груза в смешанном сообщении является ее характер — солидарный или долевой. Споры об этом ведутся уже более века. Взгляд на ответственность перевозчиков при перевозках в прямом смешанном сообщении, как на ответственность солидарную, возник еще в конце XIX — начале XX века. Основным аргументом стала неделимость объекта договора перевозки. Так, еще И.М. Рабинович указывал: «Предмет договора перевозки по существу своему неразделен (доставка груза в целости в место назначения). Следовательно, каждый из возчиков, состоящих контрагентами по этому договору, считается обязанным исполнить весь договор, а это означает, что все они отвечают друг за друга солидарно»89. Позднее к такому же выводу пришел А.Г. Гусаков90. В дальнейшем к мнению о солидарном характере ответственности перевозчиков, участвующих в прямом сообщении, присоединился М.А. Тарасов, который указывал, что «договор перевозки по самой природе, в силу нераздельности своего предмета, устанавливает солидарную ответственность участников перевозки»91.
Теоретиком идеи долевой ответственности перевозчиков в договоре перевозки в прямом смешанном сообщении был К.К. Яичков. Непризнание солидарного характера этого обязательства он обосновывает отрицанием двух признаков солидарности: возможностью предъявления требований только к транспортной организации назначения груза, а не к любому из должников и отрицанием неделимости предмета обязательства при перевозке груза. По его утверждению, «в отношениях по перевозке грузов в прямом и в прямом смешанном сообщении не может быть солидарности на стороне транспортных предприятий, ответственность их, как правило, является долевой»92. Определенной вехой в исследовании данной проблемы стала статья Г.Б. Астановского «Правовое положение грузополучателя и принцип реального исполнения в договоре перевозки». Автором детально проанализированы все аргументы и доводы в пользу обеих точек зрения, накопленные за предыдущее столетие, а также заострено внимание на еще двух терминах, характеризующих ответственность соперевозчиков, использующихся, впрочем, гораздо реже — «смешанная» и «совместная ответственность». Основное значение указанных дефиниций по Астановскому, — распределение ответственности между должниками по долям, при этом доли определяются соразмерно степени их вины93. В современной правовой науке также часто высказывается позиция о долевом характере ответственности перевозчиков при перевозках в прямом смешанном сообщении. В.Т. Смирнов, анализируя конструкцию солидарной ответственности и считая ее неприемлемой, предлагает рассматривать ответственность транспортных организаций при перевозке грузов в прямом смешанном сообщении как долевую. В обоснование своей точки зрения В.Т. Смирнов выдвигает довод о том, что каждый вид транспорта несет самостоятельную ответственность за ненадлежащее исполнение договора перевозки на своем участке следования груза. Эта раздельность в исполнении единого обязательства по перевозке грузов, по его мнению, дает основание считать ответственность при перевозках грузов в прямом смешанном сообщении долевой. Как нам представляется, продолжает Смирнов, перевозчики при перевозках грузов в прямом смешанном сообщении не могут нести солидарной ответственности за сохранность грузов, так как в их взаимоотношениях отсутствует главный признак, присущий солидарной обязанности должников, — право кредитора требовать исполнения обязательства в полном объеме от любого должника. Транспортное законодательство исключает возможность предъявления претензий и исков к промежуточным организациям-перевозчикам94. К данной позиции присоединяется и В.А. Егиазаров95. Подобная аргументация долевого характера ответственности соперевозчиков не выглядит очень убедительной, поскольку строится преимущественно на отрицании солидарности ответственности, а не доказательстве ее долевого характера. Формируется некая логическая модель, из которой получается следующее: нет одного признака солидарной ответственности — значит, ответственность не солидарная — значит, она долевая. Во-первых, деление ответственности на солидарную и долевую не является бинарным, т. е. таким, при котором одно явление имеет две и только две разновидности, которые являются взаимоисключающими и вместе исключают третью. Из утверждения «данная ответственность не является солидарной» еще не следует с неизбежностью вывод, что она является долевой, так как существуют и другие виды ответственности (смешанная, совместная, субсидиарная и т.д.). Во-вторых, в указанных сочинениях, помимо опровержения мнения о солидарности ответственности перевозчиков, не представляется стопроцентно убеждающих аргументов о долевом характере этой ответственности.
При этом оговорку законодателя «если не предусмотрено иное», предполагается, следует трактовать не как возможность, в том числе требовать исполнения всей совокупности долевых обязательств от одного из должников (в этом случае размоется грань различия между долевыми и солидарными обязательствами), но лишь как возможность того, что доли могут быть неравными (например, ответственность участников простого товарищества по обязательствам, не связанным с осуществлением предпринимательской деятельности, наступает пропорционально стоимости его вклада в общее дело (ч. 1 ст. 1047 ГК РФ). Так трактуют данную статью, например Т.Е. Абова и